Книга "Две жизни" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с


Скачать 14.46 Mb.
НазваниеКнига "Две жизни" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с
страница9/91
Дата публикации16.06.2013
Размер14.46 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Астрономия > Книга
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   91
Глава 4

Я знакомлюсь еще со многими домами Общины. Оранжевый домик. Кого я в нем видел и

что было в нем
Я проснулся, как мне показалось, от какой-то тяжести на плече и легких толчков

по руке. Не сразу сообразив, где я и что со мной, я открыл глаза и тут же вовсю

расхохотался.

Мой маленький друг павлин, который теперь стал уже не таким крошкой, забрался на

мое плечо и преуморительно будил меня. Привыкнув ходить с нами купаться в

определенный час, он давал мне знать, что пора вставать. Мало того, умилительная

птичка не удовольствовалась тем, что разбудила меня. Она соскочила с постели,

подбежала к настежь открытой балконной двери, посмотрела вдаль и, выказывая

признаки беспокойства, махая крыльями и издавая резкие звуки, как бы о чем-то

молящие, вернулась к моей постели. Подергав клювом мое одеяло, павлин снова

подбежал к балкону и снова вернулся ко мне, издавая еще более резкие звуки. Он

старался дать мне понять, чтобы я посмотрел, что именно его беспокоит.

Весело смеясь, я поднялся и подошел к балкону. Каково же было мое удивление,

когда я увидел вдали, по пороге к озеру И., уже подходившего к скале, за которой

он должен был сейчас скрыться. Я расцеловал моего заботливого друга, который

радостно замурлыкал, чем еще больше меня насмешил. Мигом одевшись и не забыв на

этот раз красиво расчесать свои кудри, чему меня обучил Ясса, схватив в охапку

простыню и павлина, я помчался догонять И.

Я чувствовал себя совершенно здоровым и в эти первые утренние минуты забыл, или,

вернее, не вспомнил о том, что было вчера.

Я уже настолько привык к жаре, что палящее солнце не составляло больше для меня

мученья, как это было в Константинополе или у моего брата в К. Я теперь мог идти

очень быстро. Я почти постиг искусство ходить по пыльной дороге не пыля и не

уставая.

Когда я домчался до нижнего озера, я увидел И, стоявшего возле одной из купален

с каким-то высоким человеком. Стройная фигура незнакомца и его лицо были

примечательны. Он не походил на туземца, хотя был брюнетом. Орлиный нос с очень

красиво выгнутой горбинкой - все говорило мне, что это грузин, а по его походке,

легкой, как бы танцующей, плавной, я угадал в нем горца.

- Левушка, - радостно обернулся И. на громкое приветствие моей птички. - Как это

ты, соня, проснулся? Это надо отнести к разряду чудес, что нам с Яссой не

пришлось тебя сегодня расталкивать, - смеялся И.

Он взял моего павлина на руки, а тот бесцеремонно взгромоздился ему на плечо и

терся головкой о его щеку. Поглаживающий птичку по ее чудесной спинке, рядом с

горцем-орлом, на фоне синего озера, под ярким солнцем, И. был так прекрасен, что

я не смог удержать порыва моего восторга, обнял моего друга и молил его:

- И., миленький, не откажите мне! Я хочу иметь Ваш портрет именно таким, здесь,

у озера, с моим павлином на плече, утром. Мне кажется, что Ваша поза, вся

ласковость и энергия точно благословляют весь день, всех людей, посылая им силы

творить и любить. О, И., не откажите мне! Я попрошу Бронского, чтобы его

приятельница нарисовала мне Вас таким. Только согласитесь позировать синьоре

Беате.

- Ненасытный Левушка, мало тебе моего постоянного присутствия днем? Еще и ночью

я должен висеть над тобой! И снова, мой друг, ты проштрафился, выражаясь по

твоей манере. Приведи себя в равновесие, освободись от чрезмерного восхищения

моей персоной и познакомься с одним из моих и Али друзей.

И. говорил так ласково, глаза его лили такие потоки любви и радости, каких, как

мне казалось, я еще не замечал в нем.

- Это мой старинный друг, Левушка, мой сподвижник во многих делах, которого я

давно не видел. Зовут его, для тебя, Никито, а фамилия его Давшчвили. А это -

Левушка, граф Т., - представил нас друг другу И.

На лице незнакомца изобразилось удивленье, он оглядел меня с головы до ног,

посмотрел на И. и вдруг, точно что-то вспомнив и сообразив, закивал мне головой,

очаровательно улыбнулся и протянул мне обе руки.

Его молчаливое приветствие, глубокое радушие которого я ощущал всем сердцем,

меня, в свою очередь, удивило. Что-то было в этом человеке особенное, мне даже

подумалось, что он глухонемой, так пристален был его взгляд.

Протянув ему так же обе руки, я посмотрел в его глаза, зная, что глухие и немые

смотрят в рот человеку. Но Давшчвили смотрел мне прямо в глаза. Взгляд его был

добрый, прямой, честный. Но был ли он глухим, я не решил и услышал смех и слова

И.:

- Ведь ты больше не немой слуга в горах Кавказа, Никито. Твоя привычка

многолетнего молчания поразила Левушку, ждавшего от тебя словесного привета. Он,

наверное, решил, что ты немой.

- Простите, - сказал мне Никито, - я так привык долго молчать в одиночестве, что

теперь не сразу могу пользоваться речью, чем сбиваю с толку людей. Но на этот

раз я знаю, что не только моя молчаливость смутила Вас. Я не сумел скрыть своего

удивления, когда услышал Вашу фамилию. А удивился я ей потому, что много лет

назад свирепая буря в горах загнала под мой кров неожиданного гостя. Буря

справляла пир чуть ли не целую неделю, дороги замело так, что путнику пришлось

прожить в моей сакле всю эту неделю. Гость мой был офицер и фамилия его была

такая же, как Ваша.

В первый момент нашей встречи я не нашел сходства между моим гостем и Вами. Но

несколько минут спустя я отчетливо вспомнил лицо моего гостя и могу поручиться,

что он был Вашим братом. Овал лица, разрез глаз и губ - все одинаковое. Но кудри

Вашего брата светлые, как и глаза. Вы же брюнет. У меня память на лица

исключительная. Если бы И. и не назвал мне Вашей фамилии, я все равно сам

спросил бы Вас о ней.

Давшчвили говорил по-английски с сильным акцентом. Я подумал, что он и по-русски

должен говорить так же нечисто. Мысль, что он был гостеприимным хозяином брата,

быть может, спас ему жизнь, сразу сделала мне Никито близким и дорогим. Все еще

держа его руки в своих, я горячо сказал:

- Как я хотел бы слышать от Вас, Никито, подробное описание тех дней жизни

брата, которые он провел с Вами. Я так давно его не видел, так долго еще не

увижу, что был бы счастлив поговорить с Вами о нем.

- Что же тебе нужнее в первую очередь, Левушка? - передавая мне павлина, спросил

И. Мой ли портрет или описание жизни брата Николая у Никито?

-Конечно, И., Ваш портрет мне нужнее, потому что в нем для меня символ всей

жизни, которую я понял через Вас. Владея Вашим портретом, я надеюсь навеки

запечатлеть его в сердце, как путь счастья и силы, которые Вы научили меня

понимать. Если бы я теперь услышал, как прожил мой брат неделю в глуши гор,

почти заживо схороненный в буране снегов, я понял бы, вероятно, многое иначе,

чем до моей встречи с Вами. Символ белого павлина, который я видел на коробках

Али, Флорентийца и моего брата...

Я не договорил моей фразы. Живой павлин, которого я держал на руках, взяв его от

И., вдруг точно прорезал какой-то туманный занавес в моей памяти. Я вспомнил

вчерашнее. Вся картина поляны, и на ней две фигуры - И. и Франциска, окруженные

снежными кольцами павлинов с сияющими золотыми хвостами, до того ясно и четко

вырисовалась в моей памяти, что я мгновенно забыл все остальное и стоял

оглушенный потоком новых мыслей, новым озарением.

Вчера я не мог осилить всего величия труда, в котором участвовали птицы-братья,

помогавшие вырваться своим карликам-братьям из цепей и мук зла. Не знаю и

сейчас, сколько, как и где я стоял. Я точно читал слова письма Али: "И пусть

этот белый павлин будет тебе эмблемой мира и труда для пользы и счастья людей."

Резкая боль в пояснице - должно быть, я неловко повернулся - заставила меня

прийти в себя. Опомнился я окончательно только в купальне, на берегу нижнего

холодного озера. Мой птенчик сидел у моего изголовья, а И. и Никито стояли возле

меня. В руках И. был флакон Флорентийца, я его узнал и понял, что, очевидно,

дело не обошлось без моего обморока.

Как это ни странно, но когда я теперь смотрел на Никито, какие-то смутные

воспоминания, что-то из далекого детства, вставало в моей памяти. Мне казалось,

что его лицо, такое сейчас заботливо-нежное, связывалось в обрывках моей памяти

с горами Кавказа, с лошадью, с каким-то путешествием, но ничего определенного я

вспомнить не мог и, махнув рукой, решил, что это снова штучки моей "дервишской

шапки". Все же, когда Никито прикоснулся ко мне, помогая встать, это

прикосновение показалось мне знакомым.

- Ну, Левушка, попробуем искупать тебя в холодном озере, как рекомендовала

Наталья Владимировна, - сказал мне И.

- Так она, дорогая моя приятельница, снова здесь? - Никито был очень удивлен,

когда узнал, что Андреева не только снова здесь, но и живет в доме первой

ступени, как он выразился о нашем домике.

На мой вопрос, что значит "первая ступень", он ответил мне, что первых ступеней

много, в смысле жизни Общины и в бытовом, и в духовном отношениях. Первая

ступень, как ее надо понимать в смысле дома, - это род распределителя, где

каждый человек не выбирает себе нравящегося ему места в жизни, а живет именно

там и так, как его духовные силы дают ему возможность. И именно эти силы

определяют его место в Общине, не давая ему возможности жить иначе, в каком-либо

другом доме Общины.

О себе он сказал, что живет сейчас в доме пятой ступени, а жил много лет назад,

уезжая отсюда, в третьей. Но, возвратившись, теперь нашел дом пятой, которого

даже не видел, когда жил в третьей.

И. сказал мне, что, если я выдержу мое купанье благополучно, он проведет меня к

тем домам Общины, где мои силы дадут мне возможность жить и дышать. Он прибавил,

что можно обладать очень высоко развитыми психическими силами, даже быть

источником больших откровений для людей и все же, по недостатку гармонии в своем

собственном организме, не иметь сил выносить вибрации тех ступеней, где

атмосфера требует именно гармонии как начальной, исходной точки существования.

Человек, не справляющийся с рвущимися из него токами сил, задыхается в более

высокой атмосфере гармонии, останавливается перед нею, как перед самой плотной

стеной, хотя внешних препятствий перед ним никаких не существует. Стена эта

создается его собственными, бурно рвущимися из него со всех сторон токами,

закрывающими пеленой его собственное духовное и физическое зрение. И человек

даже не видит входа или дороги в те места, где живут более развитые и

сложившиеся в высокую гармонию существа.

Мое купанье, к счастью, обошлось без всяких эксцессов, если не считать, что

температура воды по сравнению с воздухом была чрезвычайно низка. Возможно, что

на самом деле она и не была уж так низка, но мне вода показалась ледяной. Когда

я погружался в воду, она шипела, точно газированная, и покрывала все тело слоем

серебристых пузырьков. Даже когда я вышел из воды, я весь был в них, как в

серебряной броне, и красен как рак. Но зато до самого дома, всю дорогу по зною,

я ощущал прохладу, и жара оставляла меня нечувствительным к ее каверзам.

Когда я вошел в столовую, первой меня приветствовала Андреева.

- Ах, мистер шило-граф, до чего же Вы изменились и похорошели за то время, что я

Вас не видела. Уж не купаетесь ли Вы в нижнем озере?

- Вы очень точно угадали, Наталья Владимировна. Я выкупан сегодня в холодном

озере, и переживания мои напоминают, по всей вероятности, чувства лохматого

пуделя, брошенного с печки в замерзающий пруд. Хорошеют ли от этого, я не знаю,

еще не имел случая наблюдать.

- Ох, уж эти мне писатели, - вздохнула она, притворно делая несчастную гримасу.

И вдруг как-то наморщила брови, распустила губы, придала доброе-предоброе

выражение всему своему резковатому лицу - дать ни взять Ольденкотт.

Я так и покатился от смеха. Тут же вспомнил, как Флорентиец изображал в парке в

К. английского лорда молодым поручикам, - и смеху моему не было удержу. Сама же

Андреева мгновенно переменила игру лица на обычное свое выражение и наивно

спрашивала И., не знает ли он причины моего необычайного веселья. И. ответил,

что лично он не знает, но не сомневается, что мистер Ольденкотт знает наверное.

- О да, я знаю и не удивляюсь, что Вашему другу смешно, - сказал входивший

Ольденкотт. - Это так невообразимо - найти сходство со мной в лице Натальи

Владимировны, что я и сам бы смеялся, если бы не боялся рассердить мою

приятельницу.

Почему-то сегодня все окружающие меня вызывали во мне особенно острый интерес.

До сих пор я был близок только с Бронским, помогавшим мне воспитывать моего

птенца, и дружба наша все возрастала. Благодаря его огромному знанию всего света

и людей, которых он покорял своим талантом, благодаря его дару наблюдательности,

внимания и умению вовремя вспомнить нечто характерное из своих наблюдений, он

был интереснейшим рассказчиком и педагогом. Он говорил всегда образно, красочно,

по существу, и от общения с ним росло и мое понимание искусства и людей.

Альвера Черджистона я встречал только за столом, как и некоторых других, с кем я

познакомился вначале. До сих пор мое внимание останавливалось только на том, о

чем говорили мне И. или Франциск. Но сегодня, после купанья и пережитого на

лесной поляне вчера, я стал пытливо всматриваться в галерею лиц сидевших со всех

сторон людей.

Впервые я совершенно четко осознал, что все здесь собравшиеся люди живут также

своей внутренней, тайной для других жизнью и что их переживания здесь, вероятно,

полны такими же чудесами и делами, каким я был cвидeтeeм и даже действующим

лицом вчера.

Я слышал, что Андреева пишет труд огромного значения, что у нее есть своя особая

миссия, к которой она здесь готовилась уже не раз, и теперь снова готовится

вынести в широкий мир целый поток новых знаний для людей. Услышанные же сегодня

слова о ней Никито и И. еще больше пробудили мой интерес. На ней остановились

мои глаза, и я встретился с ее взглядом, пристальным и... печальным. Удивительно

менялось это лицо! Точно вода на поверхности озера, оно отражало все колебания

ее духа. Только так недавно лицо это носило следы мальчишеской шаловливости,

юмора, и черты его, грубые и нескладные, били в глаза своей

непропорциональностью. А сейчас оно было тихо, спокойно, печально и - к моему

изумлению - прекрасно. Я не могу подобрать иного слова. Оно было истинно

прекрасно! Черты смягчились, точно их покрыла волшебная вуаль доброты, и взгляд

ее не сверлил и не жег, а точно любил, благословлял, преклонялся. Мудрость

озаряла ее лицо, и, если бы я в самом начале увидел эту Наталью Владимировну, я

не узнал бы ее в бурной и шумной подруге Ольденкотта. Ее обаяние и очарование
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   91

Похожие:

Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с iconБеседы со Станиславским
К. С. – Конкордией Антаровой («Две жизни»). В этих беседах, как нам кажется, замечательно изложена театральная этика К. С., знание...
Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с iconКнига 1 Книга «Две жизни»
Их самоотверженный труд по раскрытию Духа человека. Единство Источника этих книг вполне очевидно для лиц, их прочитавших. Учение,...
Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с iconКнига похожа на мозаику. Несколько связанных друг с другом историй...
Книга похожа на мозаику. Несколько связанных друг с другом историй из жизни инфантильного парня через призму его галлюцинирующей,...
Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с iconКнига жизни
Основа книги в диалогах, неспешных беседах с глазу на глаз, ибо настоящее духовничество не столько поучение, сколько исцеляющее общение....
Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с icon1 Русский литературный язык как высшая форма национального языка ...
Он обслуживает разные сферы человеческой деятельности: политику, науку, культуру, словесное искусство, образование, законодательство,...
Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с iconДиагностическое профессиографирование Профессия
Характер общения: косвенное общение с аудиторией, читателями через средства массовой информации
Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с iconЭто коллективное организаторское дело, в процессе которого происходит...
Смотр дружбы это коллективное организаторское дело, в процессе которого происходит взаимный обмен опытом между до через совместные...
Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с iconПосле заключения брака первые и главнейшие обязанности мужа по отношению...
Прежде каждый был несовершенен. Брак это соединение двух половинок в единое целое. Две жизни связаны вместе в такой тесный союз,...
Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с icon«Фронт идет через кб: жизнь авиционного конструктора, рассказанная...
Книга рассказывает о жизни и творческой деятельности С. А. Лавочкина, одно из самых знаменитых советских авиаконструкторов
Книга \"Две жизни\" записана Конкордией Евгеньевной Антаровой через общение с icon«Управленческое общение»
Задание 8 Составить словарь основных понятий по теме «Управленческое общение»
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница