Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1


НазваниеЛиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1
страница2/32
Дата публикации08.03.2013
Размер4.95 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32
Глава 2

Елена сорвалась с сиденья «Ягуара» и недалеко отбежала от автомобиля прежде, чем повернуться, чтобы посмотреть на то, что упало на крышу.

То, что упало, было Мэттом. Он изо всех сил пытаться подняться со спины.

— Мэтт о, мой Бог! Ты в порядке? Тебе больно? —   Елена закричала, и в то же самое время Мэтт мучительно простонал:

— Елена, о, мой Бог! «Ягуар» цел? Он поврежден?

— Мэтт, ты сошел с ума? Ты ударился головой?

— Поцарапался? А люк все еще работает?

— Нет царапин. Люк в порядке. — Елена понятия не имела, работал ли люк, но она поняла, что Мэтт бредил, из-за его головы.

Он пытался спуститься, не испачкав «Ягуар», но это было тяжело, так как его ноги были покрыты грязью. Слезть с автомобиля, не используя ног, оказывалось трудно.

Тем временем, Елена оглядывалась. Она сама когда-то упала с неба, да, но сначала она была мертва в течение шести месяцев и явилась голая, а Мэтт не подходил ни под одно требование. Она предположила более прозаическое объяснение.

И вот оно, отдыхает на желтостволом дереве и следит за сценой с неширокой, злой улыбкой.

Деймон.

Он был худощав; не такой высокий, как Стефан, но с неопределимой аурой угрозы, что более чем восполняет недостаток роста. Он был так же безукоризненно одет как всегда: черные джинсы от Армани, черная рубашка, черный кожаный жакет, и черные ботинки, которые сочетались с его небрежно развевающимися темными волосами и черными глазами.

Это сделал именно он. Елена прекрасно осознавала, что она одета в длинную белую ночную рубашку, которую взяла с мыслью, что она могла переодеваться под нею в случае необходимости, во время их остановок.

Проблема состояла в том, что она обычно делала это только на рассвете, и сегодня запись  дневника отвлекла ее. И внезапно ее длинная ночная рубашка стала не совсем подходящим одеянием для ранне-утренней борьбы с Деймоном.

Она не была откровенной, будучи больше из фланели, чем из нейлона, но она была кружевной, особенно вокруг шеи. Тесьма вокруг симпатичной шеи такому вампиру как Деймон — походила на развевающийся красный плащ перед неистовым быком.

Елена скрестила руки на груди. Она также попыталась удостовериться, что ее аура была втянута.

— Ты похожа на Венди, — сказал Деймон, и его улыбка была злой, сверкающей, и определенно благодарной. Он ласково наклонил голову в сторону.

Елена отказалась от утешения.

— Венди, кто это? — поинтересовалась она, и в момент вспомнила имя девочки в Питере Пэне, и вздрогнула внутри. Елена была всегда способна сострить в ответ. Проблема состояла в том, что у Деймона это получалось лучше.

— Да ведь Венди… дорогая, — сказал Деймон, с нежностью в голосе.

Елена чувствовала внутреннюю дрожь. Деймон обещал не Влиять на нее — не использовать свои телепатические способности омрачить или управлять ее разумом. Но иногда чувствовалось, насколько близок он к этому. Да, это была определенно ошибка Деймона, подумала Елена. У нее не было никаких чувств к нему, что ну, в общем, они были чем-то вроде сестринских. Но Деймон никогда не сдавался, независимо от того, сколько времени она отвергала его.

Позади Елены раздался звук падения, это, несомненно, означало, что Мэтт, наконец, спустился с крыши «Ягуара». Он немедленно кинулся в бой.

— Не называй Елену, дорогой Еленой! — кричал он, комментируя то, как Деймон обратился к девушке, — Венди вероятно имя его последней маленькой подружки. И… и… и ты знаешь то, что он сделал? Как он разбудил меня этим утром? — Мэтт дрожал от негодования.

— Он поднял тебя и бросил сверху на автомобиль? — рискнула Елена. Она говорила через плечо Мэтта, потому что поднялся слабый утренний ветер, который прижимал ее длинную ночную рубашку к телу. Она не хотела, чтобы Деймон оказался сейчас позади нее.

— Нет! Я имею в виду, да! Нет и да! Но — когда он это сделал, он даже не стал использовать свои руки! Он сделал так, — Мэтт, махнул рукой — и сначала я упал в яму с грязью и следующее, что я помню, это как я рухнул на «Ягуар». Это могло сломать или крышку люка или меня! И теперь я весь в грязи, — добавил Мэтт, с отвращением исследуя себя, как будто только что заметил.

Деймон заговорил:

— И почему же я взял тебя и бросил? Что ты  делал в то время, когда я стоял вдалеке?

Мэтт вспыхнул до корней его светлых волос. Его обычно спокойные синие глаза засверкали.

— Я держал в руках палку, — с вызовом ответил он.

— Палка. Палка типа той, что ты найдешь у обочины? Такая палка?

— Я действительно поднял ее на обочине, да! — все еще вызывающе.

— Но тогда с ней случилось что-то странное.

Из ниоткуда, Елена не смогла увидеть, Деймон внезапно выудил очень длинный, и очень крепко выглядящий кол, с концом, необычайно острым концом. Это было определенно вырезано из древесины: из дуба, судя по всему. В то время как Деймон изучал свою «палку» со всех сторон с видом крайней озадаченности, Елена вспылила на Мэтта:

— Мэтт! — укоризненно воскликнула она. Это было определенно последней каплей в холодной войне между этими двумя парнями.

— Я только подумал, — Мэтт настаивал на своем, — что это могла бы быть хорошая идея. Так как я сплю на открытом воздухе ночью, и… другой вампир мог бы прийти.

Елена уже отвернулась начала успокаивать Деймона, когда Мэтт вспыхнул заново.

— Расскажи ей, как ты фактически разбудил меня! — взрываясь, сказал он.

И, не давая Деймону шанса вставить слово, он продолжил:

— Я только открыл глаза, когда он ткнул этим в меня! —   Мэтт приблизился к Елене, держа что-то. Елена в недоумении, взяла нечто у него, и перевернула. Это, казалось, было обломком карандаша, но было окрашено в темный красно-коричневый цвет.

— Он прислонил это ко мне и сказал «царапнул двоих», —   проговорил Мэтт. — Он убил двух человек, и еще хвастался этим!

Елена внезапно расхотела дальше держать карандаш.

— Деймон! — в муках простонала она, поскольку она попыталась, поскольку она без слов пыталась выразить. — Деймон-ты-не-делал-этого-на-самом-деле.

— Не проси его, Елена. Что нам надо делать…

— Если кто-нибудь позволил бы мне вставить хоть слово, — сказал Деймон, теперь выглядя по-настоящему сердитым, — я мог бы упомянуть, что прежде, чем я мог объяснить о карандаше, кто-то попытался остановить меня на месте, даже не дав выйти из моего спального мешка. И то, что я собирался сказать, что это были не люди. А вампиры, головорезы, наемники — но они были охвачены малахами Шиничи. И они шли по нашему следу. Они добрались до Уоррена, Кентукки, вероятно, задавали вопросы об автомобиле. Мы определенно оказываемся перед необходимостью избавиться от него.

— Нет! — защищаясь, закричал Мэтт. — Этот автомобиль — этот автомобиль многое значит для Стефана и Елены.

— Этот автомобиль значит кое-что для тебя, — поправил Деймон. — И я могу напомнить, что я оставил свой «Феррари» у ручья, и именно поэтому, мы смогли взять тебя в эту небольшую экспедицию.

Елена подняла руку. Она не хотела слушать этого больше. У нее действительно были чувства к автомобилю. Он был большим и блестяще красным и роскошным и плавным — и это напоминало, что она и Стефан чувствовали в тот день, когда он купил его для нее, празднуя начало их новой совместной жизни. Только один взгляд на него заставлял ее помнить день, и тяжесть руки Стефана на ее плече и манеру, с которой он смотрел на нее, когда она глядела на него снизу вверх — его зеленые глаза, искрящиеся радостью оттого, что он дал ей то, что она действительно хотела.

К смущению и ярости Елены, она поняла, что немного дрожит, и что ее собственные глаза были полны слез.

— Ты видишь, — сказал Мэтт, впиваясь взглядом в Деймона. — Теперь ты заставил ее плакать.

— Я? Я не тот, кто упомянул моего дорогого покойного младшего братца, — сказал Деймон учтиво.

— Да прекратите вы! Сейчас же! Оба! — закричала Елена, пытаясь сохранить равновесие. — И заберите этот карандаш, пожалуйста… — добавила она, держа его на вытянутой руке.

Когда Деймон забрал его, Елена вытерла свои ладошки о ночнушку, испытывая легкое головокружение. Она содрогнулась, вспомнив о том, что вампиры выследили их. А потом, внезапно, она покачнулась и теплая, сильная рука обвилась вокруг нее, она услышала голос Деймона позади себя:

— Ей нужно немного свежего воздуха, и я собираюсь дать ей его.

В следующий момент Елена почувствовала себя невесомой, Деймон держал ее на руках, и они взлетали все выше.

— Деймон, не мог бы ты отпустить меня?

— Прямо сейчас, милая? До земли уже далековато…

Елена продолжила протестовать, но она должна была признаться, что он ее успокоил. Холодный утренний воздух освежил ее сознание, но он также заставлял ее дрожать. Она попыталась остановить дрожь, но не могла. Деймон посмотрел на нее сверху вниз, и к ее удивлению, выглядел полностью серьезным, сделал движения, как будто хотел снять свой пиджак.

Елена торопливо сказала:

— Нет, нет, поехали дальше, в смысле полетели, я держусь.

— Постарайся не столкнуться с чайками! Они низко летают! — сказал Деймон с серьезным видом, но в уголке его губ затаилась кривая ухмылка. Елена отвернулась от него, потому что сама готова была рассмеяться.

— Ну, рассказывай, когда ты научился поднимать людей в воздух и швырять их на машины? — поинтересовалась она.

— Совсем недавно. Это было так же, как с полетами. Трудная задачка. Но ты знаешь, я люблю преодолевать препятствия.

Он смотрел на нее с озорством в глазах, этих черных глубоких глазах с такими длинными девичьими ресницами, потраченными природой на парня. Елена чувствовала себя такой легкой, как будто была пухом от одуванчика, но ее голова все еще кружилась, она чувствовала себя опьяненной.

Сейчас ей было гораздо теплее, потому что — она поняла — Деймон окутал ее своей аурой, которая и была теплой. Не только в температурном отношении, она была горячей от безрассудного, практически опьяняющего осознания того, что он держал ее на руках, ее глаза, ее лицо, ее волосы, парящие невесомо в золотом облаке, обрамляющем ее плечи. Елена не могла не покраснеть и практически услышала его мысли о том, что смущение ей очень к лицу, бледно-розовый цвет шел ей больше природного бледного. То, что она покраснела, было непреднамеренным физическим откликом на его теплоту и нежность, но ко всему этому Елена почувствовала и эмоциональный отклик — благодарность за то, что он сделал, признательность за его обожание, и неожиданную симпатию по отношению к Деймону. Этой ночью он спас ей жизнь, если бы она знала об этих вампирах, управляемых малахами Шиничи, вампирах-убийцах, начнем с этого. Она не могла даже вообразить то, что такие существа сделают ей, и она не хотела. Она могла только радоваться, что Деймон был достаточно умен и, да, достаточно безжалостен, чтобы убить их прежде, чем они добрались до нее.

Она была бы слепой и откровенно глупой, если бы не признала, что Деймон — великолепен. То, что ей пришлось уже дважды умереть, не вызывало в ней страха, как, возможно, у большинства других девушек на ее месте, но факт оставался фактом, хотя Деймон был задумчив, и улыбался одной из тех редких искренних улыбок, предназначенных только для Елены.

Проблема была в том, что Деймон был вампиром и поэтому мог читать ее мысли, особенно когда она находилась так близко, и их ауры сливались. Деймону понравилось то, что Елена почувствовала к нему, и это вызвало его ответную реакцию. Она даже не успела сконцентрироваться на том, как растворяется в невесомости, как вдруг ее невесомое тело стало тяжелее, она почувствовала его руки, его объятья.

Проблема была в том, что Деймон не оказывал на нее воздействия, он был так же, как и она, увлечен, открывая ей свои чувства. Даже больше, чем она — у него не было никаких предубеждений, чтобы признать эти чувства. А у Елены были, но сейчас эти предубеждения казались такими мелкими и незначительными. Она не могла сосредоточиться. Деймон смотрел на нее удивленно, этот взгляд, она уже видела такой его взгляд, но не могла вспомнить когда.

Она потеряла способность рассуждать здраво. Она просто нежилась в ощущении счастья, оттого, что ее обнимают, ценят, любят и заботятся, причем до такой степени, что это даже пугало.

Когда Елена перестала бороться сама с собой, она сдалась окончательно. Бессознательно она повернула голову, обнажая горло, и закрыла глаза.

Очень нежно Деймон немного развернул ее голову, поддерживая одной рукой, и поцеловал ее.




Глава 3

Время остановилось.

Елена нашла, что она инстинктивно нащупывала мысли того, кто так сладко целовал ее.

Она никогда не оценивала поцелуй по-настоящему, пока не умерла, стала духом, и затем возвратилась на землю с аурой, которая показывала скрытый смысл поцелуя: мысли людей, слова, и даже их умы и души. Казалось, как будто она получала красивый новый смысл.

Когда две ауры, сливаются воедино, две души открываются друг другу. Полусознательно, Елена позволила своей ауре расширяться, и почти сразу встретила мысли. К ее удивлению, он отшатнулся от нее. Что-то было не так. Ей удалось уловить это прежде, чем он смог укрыться позади большого твердого камня, как валун.

Единственная вещь не скрылась за валуном, — который напомнил ее фотографии метеорита, которые она видела, с рябыми, обугленными краями, — маленький мальчик за руки и ноги прикованный к скале цепью.

Елена была в шоке. Независимо от того, что она видела, она знала, что это была только метафора, и что она не должна судить слишком быстро к чему метафора предназначена Видения перед ней были действительно символами обнаженной души Деймона, но в такой форме, чтобы ее собственный ум мог понять и правильно интерпретировать, чтобы она правильно поняла, что увидела.

Инстинктивно, тем не менее, она поняла, что она увидела кое-что важное. Она затаила дыхание и пришла в восторг и вызывающую головокружение сладость от присоединения к ней другой души.

И теперь, ее врожденная любовь и беспокойство заставляли ее попытаться заговорить.

— Ты замерз? — спросила она ребенка, цепи которого были достаточно длинными, чтобы позволить ему обнять руками свои ноги.

Он был одет в черные лохмотья.

Он молча кивнул.

Его огромные черные глаза, казалось, занимали большую часть лица.

— Где ты находишься? — с сомнением спросила Елена, думая о возможности согреть ребенка.

— Не в этом? — она показала на гигантский каменный валун.

Мальчик снова кивнул.

— Там теплее, но он не позволяет мне находиться внутри долго.

— Он? — Елена всегда была в поисках признаков Шиничи, этого злого духа лисы.

— Кто «он», милый? — она уже опустилась на колени и взяла ребенка на руки, он был холодный, ледяной, и оковы были обледенелыми.

— Деймон, — прошептал маленький оборванец.

Впервые глаза мальчика оставили ее лицо, чтобы с ужасом поглядеть вокруг.

— Деймон сделал это? — голос Елены сначала был громким, но концу она зашептала, как и мальчик, поскольку он перевел на нее просительные глаза и отчаянно погладил ее губы, как бархатная лапка котенка.

«Это — все только символы», — напомнила себе Елена.

«Это — разум Деймон— его душа — то, что ты видишь.»

— А ты? — спросил он внезапно.

Такого не бывало прежде, когда ты сделал это с кем-то — увидел  мир внутри него, пейзажи полные любви и залитые лунным светом, все это символизирует нормальную, здоровую работу не обычного, а экстраординарного разума.

Елена не могла вспомнить имя человека теперь, но она вспомнила красоту. Она знала, что ее собственный ум использовал бы такие символы, чтобы представить себя другому человеку.

Нет, она поняла внезапно и окончательно: она не видела Душу Деймона.

Душа Деймона была где-то в этом огромном, тяжелом валуне.

Его душа жила в ограниченной отвратительной вещи, и он избрал этот путь.

Все, что он оставил снаружи, было всего лишь старым воспоминанием о его детстве, мальчик, который был изгнан из остальной части его души.

— Если Деймон оставил тебя здесь, то, кто ты? — Елена говорила медленно, проверяя свою теорию, глядя на черные как ночь глаза ребенка, и темные волосы и черты, которые она узнала, даже если они выглядели такими юными.

— Я — Деймон, — бледными губами прошептал малыш.

Может быть, даже скорей всего, подумала Елена. Она не хотела навредить этому символу детства Деймона. Она хотела, чтобы он почувствовал те удобство и комфорт, которые чувствует она. Если бы душа Деймона походила на дом, то она прибралась бы в нем, и заполнила каждую комнату цветами и звездным светом.

Если на пейзаж, она поместила бы ореол вокруг полной белой луны, или радугу среди облаков.

Но вместо этого она представляла из себя голодающего ребенка, прикованного цепью к камню то, что никто не мог разрушить, и она хотела утешить и успокоить малыша.

Она укачивала маленького мальчика, потирая его руки и ноги, прижав его как птенца к своему духу-телу.

Сначала он был настороженным и напряженным в ее руках.

Но спустя некоторое время, когда в результате их контакта ничего плохого не произошло, он расслабился, и девушка почувствовала, что его маленькое тельце стало теплым, тяжелым и сонливым в ее руках. Сама она чувствовала сладкое удовлетворение от заботы о маленьком существе. Через несколько минут ребенок в ее руках уснул, и Елена

подумала, что на его губах появился слабый признак улыбки. Она обняла его небольшое тело, мягко покачивала, улыбаясь про себя.

Она размышляла о ком-то, кто держал ее, когда она плакала.

Этот кто-то — не был забыт, никогда забывался — но от него ее горло сжимается от боли.

Кто-то такой важный, было крайне важно, чтобы она помнила его теперь, сейчас, и что она… она должна… найти…

И вдруг мирная ночь ума Деймона была взорвана звуком, светом и энергией, и в Елене, оказавшейся на пути этой силы, разгорелась память от одного имени.

Стефан.

Боже, она позабыла о нем, по-настоящему, в течение нескольких минут она позволила втянуть себя в то, что означало забыть его.

Тоска всех тех одиноких ночных часов, когда она сидела и изливала свое горе и страхи в дневник, и затем мир и покой, что предложил ей Деймон фактически заставил ее забыть Стефана, забыть то, что он мог страдать в этот самый момент.

— Нет, нет! — боролась с темнотой Елена.

— Отпусти, я должна найти, не надейся, что я забыла.

— Елена, — голос Деймона был спокоен и нежен, по крайней мере, бесстрастен. — Если ты продолжишь вырываться, как сейчас, у тебя получится — но до земли далеко.

Елена открыла глаза, и все ее воспоминания о скале и маленьком мальчике улетели, рассеялись как белый пух одуванчика по ветру.

Она с укоризной посмотрела на Деймона:

— Ты… ты…

— Да, — сказал Деймон спокойно, — свали вину на меня. Почему нет? Но я не влиял на тебя и не кусал. Я лишь поцеловал тебя. Твоя сила сделала остальное, она, может, неконтролируема, но в то же время необычайно твердая. Честно говоря, я никогда не намеревался всасываться так глубоко, прости за каламбур.

Его голос был легким, но Елену внезапно озарило внутреннее видение: плач ребенка, и она спросила себя: был ли он действительно таким равнодушным, как хотел показать.

«Но это его натура, не правда ли?» — с горечью подумала девушка. Он выделяет мечты, фантазии, радость, которые остаются в сознании его… доноров.

Елена знала, девушки и молодые женщины, на которых Деймон… охотился, его обожали, и все их жалобы сводились к тому, что он не достаточно часто посещал их.

— Я понимаю, — сказала Елена, когда они парили ближе к земле. — Но это не повториться снова. Существует только один человек, которого я могу целовать, и это Стефан.

Деймон открыл рот, но в этот момент раздался голос в такой же ярости и обиде, как и у Елены, но не заботящийся о последствиях.

Елена вдруг вспомнила еще одного человека, про которого забыла.

— ДЕЙМОН, ТЫ УБЛЮДОК, СПУСТИ Ее ВНИЗ!

Мэтт.

Елена и Деймон изящно опустились на землю рядом с «Ягуаром».

Мэтт сразу же подбежал к девушке и схватил ее, рассматривая, как будто она побывала в аварии, уделив особое внимание шее.

Вновь Елена почувствовала себя неуютно, одетая в белую кружевную рубашку в присутствии двух парней.

— Я в порядке, честное слово, — сказала она Мэтту. — У меня просто немного кружится голова.  Через несколько минут мне станет лучше.

Мэтт вздохнул с облегчением. Он не был до сих пор в нее влюблен как когда-то, но Елена понимала, что он всегда беспокоился о ней и всегда будет.

Он заботился о ней как о подруге своего друга Стефана, а так же по личным причинам. Она знала, что он никогда не забудет время, когда они были вместе. Более того, он доверял ей. Поэтому, в данный момент, когда она сказала, что все в порядке, он поверил в это. Он даже был готов подарить не слишком враждебный взгляд Деймону. Тогда ребята направились к водительской двери «Ягуара».

— О, нет, — сказал Мэтт.

— Ты водил вчера, и посмотри, что произошло! Ты говоришь, что вампиры сели нам на хвост!

— Ты говоришь, что это моя вина? Вампиры выследили эту гигантскую-красную-пожарную-машину и это как-то связано со мной?

Мэтт посмотрел, упрямо сжав зубы, его загорелая кожа покраснела.

— Я говорю, что мы должны меняться. Твоя очередь прошла.

— Я что-то не припомню, чтобы кто-то говорил «по очереди».

Деймону удалось придать остроту словам, что заставляло их довольно зло звучать.

— И если я сажусь в машину, то я и поведу.

Елена кашлянула. Но никто даже внимания не обратил.

— Я не сяду в машину, если ты за рулем! — в ярости кричал Мэтт.

— А я не сяду в машину, если за рулем — ты, — лаконично парировал Деймон.

Елена откашлялась более громко, и Мэтт, наконец, вспомнил про ее существование.

— Ну, Елена, нельзя был ожидать, что он всю дорогу будет везти нас, — сказал он прежде, чем девушка смогла даже предположить такую возможность.

— Конечно, если мы собираемся отправиться туда сегодня, — добавил парень, резко поглядев на Деймона.

Деймон покачал своей темной головой:

— Нет. Я еду более запутанным путем. И, чем меньше людей знают, куда мы направляемся, тем безопаснее он будет. Вы не сможете проговориться, если не знаете.

Елена почувствовала, как будто кто-то кубиком льда слегка коснулся ее волос на затылке.

Когда Деймон произнес эти слова…

— Но они уже знают, куда мы едем, не правда ли? — спросила она, возвращаясь назад к практичности. — Они знают, что мы хотим спасти Стефана, и они в курсе, где он.

— Ах, да. Они знают, что мы собираемся попасть в темное измерение. Но что за врата? И где? Если мы можем потеряться в них, единственное, что должно нас волновать — это Стефан и тюремные надзиратели.

Мэтт оглянулся.

— Сколько там врат?

— Тысячи. Там, где три линии Лей пересекаются, там потенциальное место врат. Но поскольку европейцы выгнали коренных американцев из их домов, большинство врат не используются или запечатаны, как это было в старые времена.

Деймон пожал плечами. Но Елена ощущала покалывание от волнения и беспокойства.

— Почему бы нам просто не найти ближайшие и пройти в них?

— Путешествие в тюремное подземелье? Ты не знаешь, о чем говоришь. Прежде всего, ты нуждаешься во мне, чтобы попасть во врата, и даже тогда это не будет приятно.

— Не приятно для кого? Нас или тебя? — угрюмо спросил Мэтт.

Деймон наградил его долгим, пустым взглядом:

— Если вы попробуете это самостоятельно, это будет коротко и неизлечимо неприятно для тебя. Со мной будет не совсем удобно, но привычнее. А что на счет того, что это путешествие на несколько дней, ну, в конце концов, там будет видно, — закончил Деймон со странной улыбкой.

— И это заняло бы дольше времени, чем проход в главные врата.

— Почему? — потребовал Мэтт, всегда готовый задавать такие вопросы, на которые Елена очень и очень не хотела знать ответы.

— Потому, что это как джунгли, и пятифутовые[1] пиявки, пожирающие деревья, будут самой малой из ваших забот, или пустыня, где любой враг сможет увидеть вас, и каждый из них — твой враг.

Возникла пауза, во время которой Елена с трудом размышляла.

Деймон выглядел серьезным.

Было ясно, что он действительно не хотел делать этого, и существовало не много вещей, которые беспокоили Деймона. Он любил борьбу. Более того, это была пустая трата времени…

— Ладно, —   медленно проговорила Елена. — Мы поступим по-твоему.

Парни снова одновременно потянулись в ручке водительской двери

— Послушайте, — сказала Елена, не глядя ни на кого из них. — Я поведу «Ягуар» до ближайшего города. Но сначала, я сяду в него и переоденусь в настоящую одежду, а так же посплю несколько минут. Мэтт, если хочешь, можешь найти ручей, или что-то вроде и почиститься. Потом я поеду в ближайший город и позавтракаю. После этого…

-  Можете продолжать спорить, —   закончил за нее Деймон. — Поступим так, милая. Я встречу вас в любой забегаловке, которую вы выберете.

Елена кивнула.

— Ты уверен, что сможешь нас найти? Я стараюсь прятать свою ауру.

— Слушай, пожарно-красный «Ягуар» в любой точке города, который вы найдете на этой дороге, будет так же заметен, как НЛО, — съязвил Деймон.

— Почему он только и делает, что… — раздалось бормотание Мэтта.

Каким-то образом, хотя это была его самая главная претензия к Деймону, парень часто забывал, что тот является вампиром.

— Значит, ты собираешься отправиться туда первым и найти девушку, идущую из летней школы, — прорычал Мэтт, и его голубые глаза потемнели. — И ты набросишься на нее, и утащишь туда, где никто не услышит, как она кричит, запрокинешь ей голову и вонзишь свои зубы ей в горло.

Возникла довольно длинная пауза. Затем Деймон произнес несколько обиженно:

— Почему, нет. Это то, что вы люди можете сделать для меня.

Елена увидела необходимость вмешаться.

— Мэтт, Мэтт, это делал на Деймон. Это был Шиничи. И ты знаешь это.

Она осторожно взяла Мэтта за предплечье, и потянула, пока он не повернулся к ней.

Долгое время Мэтт не смотрел на нее. Время шло, и Елена опасалась, что он отдалиться от нее. Но вот, наконец, он повернул голову, чтобы она смогла посмотреть ему в глаза.

— Хорошо, — тихо сказал он. — Я пойду вместе с ним. Но ты знаешь, что он уходит, чтобы пить человеческую кровь.

— От согласных доноров! — прокричал Деймон, который обладал отменным слухом.

Мэтт вновь взорвался:

— Потому что ты то, что они хотят! Ты гипнотизируешь их, или, нет, не знаю, или влияешь Силой на них и еще чем другим. Как тебе понравится.

За спиной Мэтта, Елена в ярости сделала движение на Деймона, как будто прогоняла стайку цыплят.

Сначала Деймон просто поднял бровь, но потом элегантно пожал плечами, его формы стали расплываться, так как он принял форму ворона и быстро стал всего лишь точкой на фоне восходящего солнца.

— Как ты считаешь, тихо спросила Елена, ты сможешь избавиться от своей палки? Просто это делает Деймона совершенным параноиком.

Мэтт посмотрел вокруг, потом на нее и, наконец, кивнул:

— Я выброшу ее по дороге, когда пойду умываться, — мрачно сказал он, глядя на свои грязные ноги.

— В любом случае, — добавил он, — ты лезь в машину и попытайся поспать. Похоже, это тебе нужно.

— Разбуди меня в два часа, — ответила Елена, с мыслью, что через пару часов она будет сожалеть об этом больше, чем сможет сказать.




1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32

Похожие:

Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Возвращение: Тень души Дневники вампира 6 Глава 1
Дорогой Дневник, — прошептала Елена, — это — истерика? Я оставила тебя в багажнике «Ягуара», и это — в два часа ночи
Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Возвращение: Тень души Серия: Дневники вампира 6
Перевод: Aleana Svetyska Vampylife Ledi boo lenairk Button4ik Mylovedontletmeg nns55 s hero knoppka dilara19 milli roseone
Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Ярость Дневники вампира 3 Лиза Джейн Смит Ярость Глава 1
Она шла по жидкой грязи, в которой замерзали лохмотья осенних листьев. Наступали сумерки, и, хотя ветер утих, в лесу становилось...
Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Возвращение: Тень души Серия: Дневники вампира 6
Елены Гилберт, вампир Стефан Сальваторе, был схвачен демоническими духами – китцунами, бесчинствующими в Феллс Чёрч. Они хитростью...
Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Возвращение. Полночь
И тогда я отвечу "Деймона". Ты не поверишь, если не видел нас всего пару дней назад
Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Возвращение: Темные души / The Return: Shadow Souls...
«Замарал свою душу чтением чужих дневников…мы смеялись над одними и теми же шутками…и ты был нежным…по-настоящему милым…разговаривали...
Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Дневники Вампира 7: Возвращение. Полночь
И тогда я отвечу "Деймона". Ты не поверишь, если не видел нас всего пару дней назад
Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Дневники Вампира 7: Возвращение. Полночь
И тогда я отвечу "Деймона". Ты не поверишь, если не видел нас всего пару дней назад
Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Тьма наступает Серия: Дневники вампира: Возвращение 1 Перевод: Евгений Кулешов
Чтобы спасти обоих братьев-вампиров, влюбленных в нее, первая красавица школы Елена Гилберт пожертвовала жизнью
Лиза Джейн Смит   возвращение: тень души глава 1 iconЛиза Джейн Смит Дневники вампира. Темное воссоединение Глава 1
Все должно быть так, как было раньше, мягко сказала Керолайн, погладив Бонни по руке
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница