Лоуренс Норфолк в обличье вепря


НазваниеЛоуренс Норфолк в обличье вепря
страница11/40
Дата публикации16.04.2013
Размер5.27 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   40
* * *



Есть такие звери, пальцы и когти у которых растут задом наперед. Их следы уводят доверчивого охотника в противоположную сторону, к затхлым логовам, к кучкам костей и сухого помета: к местам, которые они оставили. Рябь на поверхности лесных озер, из которых они пьют, разбегается по тихой поверхности, и инерция воды ее гасит. Они выползают из чрева в неглубокие ямки, вырытые в сухой земле, в зеленые гнезда из примятого папоротника. Интересно, думал он, такие гнезда обозначают начала или концы? Между рождением и смертью есть непостижимые места, где сквозь след можно увидеть тяжкую, с отвисшим брюхом, проходку животного, которое родит потомство, а потом уйдет в глухую чашу небытия. Вороны оставляют рваные пунктирные линии следов, как будто разбросали наконечники стрел или драконовы зубы посеяли в землю, на которой не растет ничего, кроме знаков. Нелетающие птицы ищут личинок вдоль лесных дорожек и нагребают овальные кучки мягкой земли, цепочки которых незадачливый следопыт примет за отпечатки копыт неизвестного жвачного. Невероятные звери прячутся в туманных переливах преломленного солнечного света, навязчивые тени глаза, который привык отслеживать объемы и формы и искажения оных. Глаза Меланиона. Луговые клещи перебираются по стеблям высокой травы все ниже и ниже, к луковицам, где они отложат яйца, чтобы чуть позже личинки вывелись и упивались сладким соком подземных побегов и обнаружили тем самым логику, согласно которой трава расползается по лугу; случайные прихоти и выверты этой логики прописаны на поверхности земли благодаря разрушительному голоду выведшегося из личинок потомства, которое в одно прекрасное утро взберется на самые верхушки стеблей, коих огромные массы повалены сейчас наземь, как если бы некое громоздкое, с низкой посадкой животное пронесло свою тушу по этому полю, разравнивая все на своем пути и оставляя средь сочных побегов отчетливый след, — такое складывается впечатление.

Но не это, отдавал себе отчет ночной охотник, совсем не это здесь произошло.

Он нашел сыновей Фестия в роще, по ту сторону луга. Трава уступила место не прогретой солнцем земле под деревьями, чьи верхушки он видел раньше, которые, видимо, прежде всего и заманили сюда людей. Сквозь редкие еловые лапы он рассматривал идущий книзу склон, который спускался, потом выравнивался, потом снова спускался. Там, где кончалась вторая из этих гигантских ступенек, более яркая зелень каштанов вытесняла серебряный отлив еловых иголок, и эти же самые иголки, опавшие и бурые, толстым слоем лежали на земле у него под ногами, набегая губчатыми щетинистыми дюнами в тех местах, где вышедшие на поверхность древесные корни выстраивали ломаные линии брустверов. Справа зиял овраг, прогрызший себе путь вниз по склону. Сами склоны были либо каменистыми, либо покрытыми сухой травой, насколько он мог судить, глядя отсюда. Унылый пейзаж там, внизу, прорезала глубокая расселина, изогнутая посередине и уходившая дальше на северо-запад. Охотники Мелеагра должны быть сейчас там, в этой расщелине, поскольку другого пути сюда нет — если не считать того, которым воспользовался он сам. Он посмотрел вниз: там уже начали сгущаться сумерки. Мышцы ломило. Каждый беззвучный удар сердца отзывался ноющей болью в поврежденном пальце.

А потом одна-единственная жемчужина вязкой жидкости сорвалась откуда-то сверху и упала на хвойную подстилку прямо у его ног. Меланион посмотрел вниз, туда, где приземлилась капля, яркая красная бусинка, а потом вверх — туда, откуда она упала.

Значит, именно здесь все и случилось, понял он, между этих елей, стоящих, как часовые, у кромки высокотравного луга, на котором след, оставленный пятеркой мужчин, был так похож на след вепря, который шел по их следу, — или на мириады мелких разрушений, причиненных колонией кормящихся личинок лугового клеща. Именно здесь заканчивался след добычи, чтобы начался след хищника. И встреча их была отмечена — его глаза рыскали вокруг — вмятинами на стволах елей и большими пластами вывороченной и перевернутой лесной подстилки, которые были разбросаны вокруг, словно щиты, брошенные на бегу разбитой армией.

Он прислушался к прибою ветра в вершинах деревьев. Ярость вепря не знает границ и коснется всего, что встанет на его пути. Потому и деревья побиты, и взрыта земля. Он подошел к краю террасы и внимательно оглядел подлесок, потом медленно прошелся по полю боя; но если где-то здесь и были следы, оставленные копытами, ему отыскать их не удалось. Он вернулся к поврежденным деревьям. Порезы были куда более четкими, чем ему сперва показалось, как будто кто-то прошелся здесь плотницким инструментом. И вывернутые круги подстилки были слишком круглыми, как будто вырезали их лезвием. Он сел на корточки, чтобы приглядеться повнимательнее. Зубы, клыки, копыта и рыло: но чем из вышеперечисленного он мог сотворить такое?

Скоро стемнеет, а утро как раз и покажет следы вепря, подумал он, которые уведут вниз, к тому ущелью, по которому идут Мелеагр и все прочие. Вепрь подкрадется к ним сверху. Солнце окрасило розовым вершины гор дальше, на севере. Вот там, подумал он, среди нехоженых горных вершин. Герои, бредущие по мелководью, кровавая суматоха в городе Энея, его собственное восхождение на гору, каждый отпечаток ноги, каждая обломанная ветка, каждая рябь, каждый шорох в горах обратятся в покой и молчание. И сыновья Фестия тоже будут обернуты, как в пелену, в тот след, что привел их сюда и поведет его дальше, — и подвешены, намертво, к памяти о жизнях, которые закончились здесь.

Они болтались на ветвях. Они были нанизаны на собственные копья, и трупы их висели, как трофеи, на деревьях, прямо у него над головой. Проткнули их кого через шею, кого через плечо. Одного через рот. Копья были крепко вбиты в развилки деревьев, и зверь, видимо, вволю натешился, потому что животы были вспороты и кишки свисали вниз. Головы болтались на обмякших шеях, и восемь сыновей Фестия склонились, чтобы показать ему свои восковые лица.

Вепрь не может насытиться: жадность — сама его природа. Он посмотрел на далекий разлом внизу, на склоне горы, на черную трещину тьмы, по которой шли сейчас невидимые для него охотники: Мелеагр и те, кем он командует, и среди них его добыча, черноволосая, длинноногая Аталанта. Сам он может приблизиться к ней только через вепря, через разлетевшиеся веером капли крови и обломки костей, через его визг и рев в разреженном горном воздухе, через копыта, стучащие по земле, которая не подчиняется ни зверю, ни ночному охотнику и не приемлет следа, ибо она — камень. След вепря вел в горы.


1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   40

Похожие:

Лоуренс Норфолк в обличье вепря iconСергей Полотовский, Роман Козак Пелевин и поколение пустоты
«тридцать – мало, сорок – много». На черно-белом фото знаменитого американского фотографа Ричарда Аведона были представлены Марсель...
Лоуренс Норфолк в обличье вепря iconДэвид Герберт Лоуренс Любовник леди Чаттерли
Запрет действовал более 30 лет, и лишь в 1960 году после громкого судебного процесса, всколыхнувшего всю Англию, роман был реабилитирован...
Лоуренс Норфолк в обличье вепря iconДональд Уэйстлейк Джойс Кэрол Оутс Энн Перри Стивен Кинг Лоуренс Блок Уолтер Мосли
ДональдУэйстлейкДжойсКэролОутсЭннПерриСтивенКингЛоуренсБлокУолтерМослиШэринМаккрамбЭдМакбейнДжонФаррисДжеффриДиверВне закона
Лоуренс Норфолк в обличье вепря icon-
Китае и Индии. Меньше всего в подобное верят в Бельгии, Швеции и Нидерландах (8%). А в общем результат составил 20% – немало. Сколько...
Лоуренс Норфолк в обличье вепря iconДуглас Коупленд Эй, Нострадамус!
Даже те из нас, кто пытается вести праведную и благочестивую жизнь, так же далеки от благодати Господней, как Хиллсайдский душитель...
Лоуренс Норфолк в обличье вепря iconТерминатор Судный день Рэндел Фрейкс,Вильям Вишер
Но благодаря своему лидеру Джону Коннору у сопротивления появляется шанс победить. Не имея возможности убить Джона в реальном времени,...
Лоуренс Норфолк в обличье вепря iconДевятый вал мерзости
«свободная» пресса даже «А» не сказала, не то что «Б». И даже эти «кое-кто» вовсю стараются впредь такие события не допускать. Но...
Лоуренс Норфолк в обличье вепря iconЛоуренс Дж. Питер, Реймонд Халл Принцип Питера, или Почему дела всегда идут вкривь и вкось
Оригинал: Peter, Laurence J; Hull, Raymond (1969). The Peter Principle: Why Things Always Go Wrong. New York: William Morrow and...
Лоуренс Норфолк в обличье вепря iconЕго доклада — «Влияет ли культура на экономическое развитие?». Этот...
Одни культурные особенности благоприятствуют модернизации, другие же, наоборот, тормозят экономическое развитие страны, уверен директор...
Лоуренс Норфолк в обличье вепря iconСлучай это обличье, которое принимает Бог, чтобы остаться инкогнито
Лукас посмотрел на отчаянно мигающий диод своего пейджера. Он закрыл книгу и положил ее рядом. Книга его порадовала. В третий раз...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница