закончен 


Название закончен 
страница3/7
Дата публикации28.04.2013
Размер0.93 Mb.
ТипЗакон
userdocs.ru > Астрономия > Закон
1   2   3   4   5   6   7
Часть

Просьба, пока не приступили к чтению найти и загрузить песню Jennifer Saunders – «Holding out for a hero» и включить на нужном моменте. Скорость чтения у всех разная, но те, кому посчастливилось попадать под музыку, оценили эффект, я надеюсь.


Пока я стоял, не находя, что же такого колкого ему ответить, парень, с явным нежеланием отрываясь от пирога, начал прятать художественные принадлежности в брезентовый чехол. Он что, совсем охамел? Конечно, сам я не справлюсь, но выбрать такой предлог, чтобы побывать у меня дома, когда все родаки на даче – явный перебор. Я даже знаю, что мы там будем делать. О, Локки, о чем это я? Это же Мур. Хотя именно слово «Мур» является тут ключевым. По идее, я должен быть обиженным маленьким капризным мальчиком, которого еще и облили мороженым. Ну, как облили… Я сам облил, но это не суть. Это все к тому, что он… он… наглый! И меня это жутко бесит…

Пока он рукой подзывал официанта, я обратил внимание на аллею по другую сторону дороги. Магазинчики и кафешки были полны посетителей, а световые табло и рекламы уже включились, показывая все яркое великолепие Арбата. Все вокруг замерцало и засветилось всевозможными цветами, складываясь в красивую мозаику, если расфокусировать взгляд. Уже так поздно? Но тут вся толпа, что заполняла дорогу до этого, резко перестала быть какой-то однородной массой, выстраиваясь в ровные ряды по десять с лишним человек, образовывая ровный прямоугольник. Прохладный ветер подхватил мою рубашку, прижимая ее к телу. Что-то мне это не нравится.

- Эй, Жень, как думаешь, что там происходит? – удивленно поинтересовался я у расплачивающегося парня. За двоих, между прочим, платил. Так ему и надо, свину обнаглевшему.

- Ты про толпу? – задумчиво переспросил он, не поднимая головы. 

- Нет, я собираюсь спросить про твой чудный шарфик. Разумеется, про толпу! – ухмыльнулся я. 

- Та хрен знает, может, флэшмоб какой – их щас дофига проводят… - на этих словах его глаза загорелись недобрым огнем, явно не сулившим мне ничего хорошего. – Раздевайся! – мне аж поплохело… Вот так и знал, что он что-то задумал, мой зад чувствует неприятности. Знаете, мне почему-то кажется, что сейчас он будет мстить мне за шарфик…

- Чего?! – опешивши, воскликнул я, наблюдая, как парень быстро подходит и начинает расстегивать испачканную рубашку. Я остолбенел от такой наглости. – Же-е-ень, ну не прям же здесь… - пролепетал я, чувствуя, как щеки наливаются кровью. 

- Ты о чем? Говорю: рубашку свою снимай, мою оденешь, – улыбаясь на этих словах, он быстро стянул с себя рубашку в клетку, оставаясь в белоснежной майке, протягивая рубашку мне. – И давай живее.

- Да что ты меня подгоняешь? Что происходит? – все ещё в недоумении, я поспешно сложил испачканную одежду, наблюдая, как он запихивает её в чехол, и застегивал на себе рубашку Жени. Мягкая. 

- Как человеку, ни разу со мной не гулявшему по городу, дам три хороших совета. Первый: со мной будь готов абсолютно ко всему, вплоть до того, что сейчас добежим до ближайшего банкомата, снимем деньги и мотанем на Мальдивы, – сказал он, явно издеваясь. В этот момент начала играть медленная музыка. Где же я её слышал? (Включаем) 

- Нехилые у тебя запасы, раз на Мальдивы можешь съездить. Там же документы…

- Второе... - перебил меня и с дьявольской улыбкой потащил в толпу. – Сопротивление бесполезно. И третье: я не причиню тебе вреда.

- Планшет! – только и успел воскликнуть, все ещё не догоняя, что происходит.

- Не украдут за пять минут. Руку – на плечо, расслабься и получай удовольствие, – хихикнул парень, одной рукой притягивая к себе за талию, а второй уверенно аккуратно сжимая мою.

- Ты издеваешься? Да я же танцевать-то не умею совсем. Тут кругом люди, мы – парни… – начал я хаотично подбирать в голове аргументы «против». Для меня танцевать – это пытка, причем самая – повторюсь: САМАЯ – жестокая. Хуже – разве что «Ранеток» слушать. 

- А со мной и не нужно уметь. Я знаю эту песню. Когда совсем быстрый ритм будет, можешь свои ноги мне на носки поставить. Кеды не жалко, – дьявольски ухмыльнулся парень, явно наслаждаясь моим перепуганным лицом. 

Великодушный какой, чтоб его. Десять раз.

И началось. Прежде медленная музыка быстро увеличила ритм, соответственно, Женя притянул меня посильнее, прижав, и вприпрыжку закружил в быстром темпе. Совершенно не успевая, я то и дело наступал ему на ноги, но он, похоже, совершенно этого не замечал, улыбаясь во все… сколько у него там зубов? О, Локки, за что мне это? Множество вопросов крутилось в голове – так же, как и мы между флешмоберами. Невероятно, как мне казалось, быстро и уверенно. Через пару поворотов, когда мне надоело заплетаться ногами, я сделал, как и говорил Женя – расслабился. Не думая о движениях, просто рассматривал его лицо в паре сантиметров от меня. Мягкие линии скул, чуть пухлые щеки, пухлые губы и эти невероятные глаза нежно-голубого цвета с ярко-черным контуром, походившие на какие-то фантастические. Стало легче двигаться. Он улыбнулся, почувствовав отсутствие напряженности и натянутости в моем теле – и тут вдруг неожиданно меня отпустил, закрутив при этом и так же быстро возвращая к себе, прижав за талию. Жарко, дыхание сбивается, а сердце ускоряет темп. Невероятно напрягают все эти люди вокруг, а близость парня вмиг становится неуютной, отчего я пытаюсь отстраниться, но безуспешно. 

- А где ты танцевать научился? – запыхавшись, интересуюсь. Мы уже в самом центре толпы, быстро лавируя между развеселенными такой выходкой танцующими людьми. Организаторы хоть бы отрывки пары мелодий соединили – тогда не пришлось бы так быстро гнаться за этим извращенцем. Резкий поворот. Взглядом выхватываю из толпы спокойно стоящих неподалеку людей в форме. Договоренность, видимо, с управлением города. 
Голова начинает кружиться. Безумие какое-то. Сам непроизвольно начинаю улыбаться, поворачивая лицо к Жене. А он, смотря в сторону и держа осанку, уверенно вел. Точно умеет, зараза.

- А кто сказал, что я умею? – хихикнул парень, пытаясь отдышаться. Да, таскать меня, далеко не пушинку, похоже, было тяжеловато. Издевается.


- Но… это, - и не найдя, что сказать, я обалдевши уставился на довольную рожу этого запыхавшегося идиота… Псих… нет, извращенец. Извращенный псих-идиот, во! О, Локки, какой я умный… А он все ещё таскал меня… хотя нет – я бежал за ним, с трудом успевая за движениями, поворотами и наклонами. Неизвестно, какой круг мы наматывали, но я молился всем богам и макаронам, чтобы Женя поскорее отпустил меня. Чувствовал, как пот градом стекает по спине, пропитывая его рубашку, и как начинают уставать ноги. А ему все нипочем. Эгоист хренов!

В очередной раз резко отпустил меня, закручивая и прижимая к себе еще сильнее. Все кругом смазывается, дышать уже совсем тяжело. А в районе печени начинает колоть от усталости. Еще чуть-чуть – и я упаду от кружения в глазах. Ну не подготовлен я для такого, хоть убей! Несколько непрерывных поворотов и замедленный темп, больше похожий на приземленные шаги в танго. Чувствую себя полным лохом, а все из-за этого идиота, который, ухмыляясь, лавирует между танцующими парами. Люди вокруг веселятся, смеются, свистят и вообще всячески проявляют свой восторг. А я уже прикидываю в голове, как бы пожестче потом отомстить. О, да… Моя мстя будет страшна и неожиданна. Только если… я выйду отсюда живым, что мало вероятно. Очередной раз спотыкаюсь, еле прихватывая очки, и почти падаю на асфальт, перспектива которого уже не кажется мне столь ужасной, но Женя успевает схватить меня за ладонь, вновь резко возвращая в вертикальное положение. Вот это у него реакция… Может, он – этот… человек-паук? Надо будет на досуге спросить, какая у него была оценка по химии… Гений, блин. Евгений. Чтоб ему пауки всю ночь снились. Взломаю контакт, Бибера – на аву! Двух Биберов, с розовыми цветочками. О, Локки, вай?

Но тут он так же резко замедляет движение и медленно наклоняет меня, придерживая. Я застыл, гладя в его насмешливые глаза. Буквально замер на мгновение, даже не дыша, из-за чего голова закружилась еще сильнее. Подумать мне не дали, все так же резко поднимая и делая ещё пару поворотов. Издевательство… Когда же закончится? С трудом хватаю ртом воздух. Легкие неприятно покалывает. Или мне кажется? Ну, Всевышний Ежик, помоги, а?

Все завершилось так же резко, как и началось. Люди, ранее танцевавшие, как ни в чем не бывало, начали расходиться. Вспышка общественной шизофрении, чтоб её... В книге какой-то читал, что все люди резко стали зомби и съели друг друга. Тут так же… Я и раньше про такое слышал, но вляпался впервые. Если бы не этот самовлюбленный идиот, мне бы не пришлось сейчас взглядом искать то кафе, где оставили чехол с планшетом…

- Теперь за водой? – все ещё с неровным дыханием спросил предмет моей ненависти последних трех минут.

- Я убью всю твою семью, – задыхаясь, пробормотал я, судорожно хватая ртом воздух.

- Но тебе же понравилось. Вырваться всегда бы успел, особенно в моменты, когда я тебя отпускал, – хихикнул он, медленно двигаясь в сторону кафе. Краем глаза я заметил того самого официанта, который смотрел на нас глазами, полными ужаса. 

Замерев как вкопанный и обдумывая Женино «вырваться бы успел», я так и остался стоять посреди аллеи, а парень тем временем рысцой подбежал к нашему столику и уже через минуту стоял рядом со мной, улыбаясь, как Чеширский Кот, с планшетом на плече.

- Ну что, едем? – спросил он с выражением лица а-ля «Скажешь «нет» – живым не останешься». 

- Знаешь, сейчас я сильно сомневаюсь, что у меня вообще выбор есть, - покачал головой я, сглатывая слюну и пытаясь унять сердцебиение, направляясь в сторону станции. 

- Эй, Макс, стой… - Женя схватил меня за руку чуть выше локтя и резко дернул на себя. – Я не напрашиваюсь. 

- Угу, как же… - съязвил я. 

- Да, не напрашиваюсь. Просто отказа не принимаю, и все тут, – он чуть наклонил голову, снисходительно мне улыбаясь, будто я был маленьким ребенком. Хотя если так посудить, то я и есть ребенок… Мне и пятнадцать-то только исполнилось, а ему уже восемнадцать. Конечно, разница в три года не такая уж и большая, но это неприятное различие как «еще школьник» и «уже студент» неприятно напрягает. Для меня он – взрослый. 

- Ну, я же сказал, – пожимаю плечами, чуть поджав губу. – Ладно, пойдем уже… Итак уже небось часов шесть, как раз с этого времени давка начинается, – непроизвольно кривлюсь от «предвкушения» незабываемой сорокаминутной поездочки в набитом вагоне. Нет, города я, конечно, люблю… Здесь и интернет, и телевидение, и магазины под рукой, но эта постоянная толпа меня просто бе-е-е-есит! 

- Так, а теперь погоди. Нужно же руководителя группы предупредить, что я в предоставленное общежитие не приеду. А то кипишь разведет – мама не горюй, - и он поспешно начал рыться в извлеченном из кармана светлых шорт телефоне. Белый Sony Ericsson X10, вроде. Знаю эту модель. Только сенсорный, блин.

С преувеличенным «интересом» начав рассматривать стайки голубей, которые вальяжно расхаживали у входа в метрополитен, я начал прислушиваться к Жениному разговору. 

- Да, я переночую у друга… Да… Не волнуйтесь, я позвоню вам с утра… Да… До свидания. 

Он сказал… «переночую»?.. Не, ну супер, что? Какой у него прелестный характер: и предупредил, и попросил, и отблагодарил. А то такое ощущение, что это я друг и буду у него ночевать.

- Вот и отлично, дали добро, – Женя поспешил за мной, кое-как лавируя между людских потоков со своим огромным планшетом. – Кстати, далеко ты живешь?

- Ну, смотря относительно чего, – усмехнулся я. – Сначала на метро сорок минут, потом еще полчаса по пробкам, потом пешочком с пять минут. В общем, часа полтора – два, –пожал плечами я. 

- Но это же всего час? – нахмурился Женя, подсчитывая. 

- Это у тебя час. А у метро есть еще поезда, которые опаздывают, маршрутки, которые нихуя не едут, и светофоры, которые ломаются с гребаной периодичностью. И вообще, этот мир так жесток… - театрально вздохнул я. – Повешусь на Катиных веревках… 

- А что за веревки? – усмехнулся Женя. 

- Да у Кати с ними «любофф», – пожимаю плечами. – Она когда с родаками в Англию летала, и они ходили в какой-то экзекуционный зал на экскурсию, она их и купила. Хотя как будто ее можно было в тот момент отговорить от их покупки… 

- Надо на них как-нибудь взглянуть, – произносит с лукавыми нотками в голосе, вновь ускоряя движение. 

Возле станции толпились люди, всюду кричали продавцы маленьких ларьков или просто кричали гулявшие подростки; то тут, то там сигналили машины, а из динамиков остановившегося неподалеку большого мотоцикла доносилась какая-то клубная мелодия. Как говорится, приходит вечер – город оживает. 

- У тебя проездной есть? – поворачиваюсь я к Жене.

Парень качает головой, глядя на меня, как на умалишенного. А что? Я просто предположил, что он окажется предусмотрительным. Хотя как будто это возможно… Значит, проедем по моей соц. карте – там как раз деньги остались. Вроде. 

Быстро спустившись в подземку и пропустив парня по своему проездному, я непроизвольно стал рассматривать станцию. Белый заштукатуренный потолок украшали резные цветы с большими красивыми лепестками, а нижняя часть поддерживающих потолок колонн была облицована красным гранитом, который так же устилал пол. Большие люстры, плафоны которых тоже были выполнены в форме белых цветов, низко свисали над головой каждые метра два, освещая туннель. 

- Ты чего там застыл? – окликнул меня Женя.

- Да просто смотрю… - неопределенно повел плечами я, нагоняя парня. – Мне нравится оформление станций. Как представлю, каким трудом все это делалось…

- Философ, блин, – усмехнулся Женя. – Лучше бы подумал о чем-нибудь важном!

- И о чем же? – поднял я голову на парня, когда мы уже стояли на нужной нам платформе. 

- Ну… Не знаю. О чем ты любишь думать? О Локки, Шерлоке, мороженом, да хоть о фанфиках! – пожал плечами парень, закатывая глаза.

О фанфиках... Ну да, легко сказать, когда я уже семьдесят страниц оттягиваю Нц-у в «Молчи…» и все никак за нее не сяду. Мало того, что я до сих пор роли не распределил, так тогда еще и повествование придется выбирать! Если я буду писать от Кости, как уке, это будет легче всего, но я все равно не очень люблю от его лица писать. А вот Ваня близок ко мне по характеру, но при этом он семе в моих глазах. Но от семе-то я еще не писал, поэтому наверняка налажаю. 

- Ой, не напоминай о них! – отмахнулся я. 

Но от дальнейших расспросов меня, можно сказать, спас пришедший поезд. Пока народу было относительно немного, и я даже смог нормально разместиться у поручня, а Женя оперся спиной на дверь недалеко от меня. 

Ехали мы всего три остановки, но негромкое постукивание колес, отдающееся эхом в ушах, и плавно покачивающийся вагон сделали свое дело. И вот, когда мы выходили на Лубянке, я уже был изрядно сонным и рассеянным. Хотя как будто я часто бываю бодрым и внимательным… Нет, бред. 

А Женя, казалось, вообще не обращал на меня внимания, лишь бросая на мою сонную моську редкие насмешливые взгляды. Обидно… Вот он весь из себя такой умный, важный, «дурком» меня называет, а сам-то! Вон какой счастливый был, когда танцевал… А это его «О, Скотч»… Он же ведет себя иногда похлеще, чем я!.. А вот если его спейринговать с Локки… О, да! Вот это был бы пейринг.

Наконец, когда поезд все же подъехал (а я уже начал сомневаться), я буквально ужаснулся. Нет, я понимаю, что это центр и все такое, но ТАКОЙ давки я не видел давно. 

- Мур, может, другой поезд подождем? – неуверенно окликнул я парня. 

- Не, пойдем так. Ничего, половина выйдет скоро… Я думаю, – на этих словах меня нагло потащили прямо в вагон, буквально заталкивая внутрь. 

«Осторожно, двери закрываются…». Не-е-ет! Прошу, не надо! Мне больно!.. Мне страшно! И вообще, здесь бродит туалетный монстр… Нет!

В конечном итоге я оказался прижатым лицом к задней части вагона, а Женя почти всем телом навалился на меня, что-то недовольно бурча про планшет. Я даже голову-то повернуть не мог или развернуться… Буквально везде были люди… люди, люди, люди… В вагоне было ужасно душно, а черное окно, к которому я оказался прижат, никак не добавляло мне оптимизма. Низкий потолок вагона, обклеенный всевозможными объявлениями, морально давил на психику, а от представления глубины, на которой я находился, начало мутить. О, Локки, как я ненавижу глубину, будь это вода, а не земля… просто я испытываю огромный дискомфорт от осознания того, что не смогу выбраться отсюда, случись что сейчас. 

Сбоку на меня неудобно давил большой ящик, размером примерно с мой рост, за которым я ничего не видел, справа была спина какого-то рослого мужика, спереди – стекло, а сзади – Женя. Ну что ж, картина маслом, что еще скажешь?.. 

Если честно, еще чуть-чуть – и меня начнет трясти. Фантазия услужливо подкидывает образы того, как туннель разрушится и мы окажемся погребенными тут заживо, пока не начнем есть друг друга от голода и драться за глоток воды. О, Локки… Мне плохо… Еще не хватало мне отключиться в метро, а то вот веселье будет. Всем. 

Бессильно прижимаюсь к холодному стеклу щекой, а затем и всем корпусом, отстраняясь от горячей Жениной груди, от которой только хуже, и начинаю глубоко и ровно дышать. 

- Выглядишь так, как будто сейчас в обморок рухнешь, – прям на ухо проговорил Женя, обжигая нежную кожу горячим дыханием. Черт, не так близко же!

- Ну… - начал я неловко, - не очень мне приятно находиться на глубине восьмидесяти метров под землей.

- Зато со мной, – я неловко поднял глаза на его отражение в окне. Женя мило улыбнулся, чуть наклоняя голову набок. 

- Это очень успокаивает, - шиплю я, саркастически усмехнувшись. О, Локки, как же мне плохо… Так… дышим глубже, вдох, выдох… Руки начинают немного дрожать, находясь на холодном стекле. 

- Могу немного отвлечь, – еще один горячий шепот, но теперь губы парня задевают ухо, щекоча нежную кожу. Нет, не губы. Что-то металлическое. Пирсинг! Невольно выгибаюсь от щекочущего ощущения на коже, но парень, похоже, замечает. 

- Каким образом? – чуть хмурюсь, качая головой. 

Требовательно смотрю в отражение в поисках ответа на свой вопрос, но вместо этого чувствую легкое касание на своем бедре. Резко вздрагиваю, вытягиваясь. Требовательно смотрю в стекло, натыкаясь на чуть насмешливый Женин взгляд. А я сейчас выгляжу ужасно напуганным и смущенным. Супер. 

Рука, которая кажется мне горячее огня, продолжает медленно скользить по бедру. Испуганно смотрю на ухмыляющегося в стекле Женю, чуть поджав губы. Нет, я не буду возмущаться… Это слишком жалко… Да и так я точно привлеку внимание пассажиров. 

А Женина рука тем временем легко поглаживает внутреннюю сторону бедра. Если честно, мне ужасно щекотно, и от каждого касания будто ток проходит по коже высоковольтным разрядом, и я еле сдерживаюсь, чтобы не двинуть локтем парню в живот. 

Не могу терпеть этот насмешливый взгляд пронзительных голубых глаз, поэтому упираюсь лбом в холодное стекло, чуть облегченно вздохнув. Но тут же сжав зубы, когда вторая рука уверенно легла мне на талию, закрытую лишь Жениной рубашкой. 

Сердце учащенно бьется, отдаваясь в висках, к горлу подкатывает комок, который я тут же шумно сглатываю. Ужасно жарко, будто температуру, которая и без того не была низкой, повысили на несколько сотен градусов, поместив меня в самое пекло.

И тут горячая, почти раскаленная рука касается, как мне казалось, почти ледяной кожи живота. Шуршание приподнимаемой одежды. Мне кажется, или я его слышу? Я резко дергаюсь, но деваться мне некуда, и лишь ужасно напрягаюсь от невыносимого щекочущего ощущения на коже. Запрокидываю голову, резко вдыхая ртом воздух. 

Но он не приносит желанного облегчения, поэтому голова вновь утыкается в холодное стекло, которое начинает потихоньку нагреваться и, кажется, запотевать от моего дыхания. А Женина рука тем временем медленно ползет под рубашкой вверх, к груди. Беспомощно сжимаю кулаки, стараясь не выгнуться, как кошка, чтобы избежать прикосновения, а не увеличить его. Такое странное тянущее чувство, сравнимое с тем, будто кожу живота одновременно поливают кипятком, прикалывая лед, медленно надрезают и нежно целуют. Извращение какое-то. У меня нет слов, чтобы описать то, что я чувствую при любом чужом прикосновении – уж слишком много противоречивых чувств это вызывает. 

Медленно и так невесомо Женя перемещает руку еще чуть выше, на мои соски, отчего я опять резко вздыхаю. С силой сжимаю зубы, что становится больно, чтобы молчать. Грудь неровно вздымается от резких, кажущихся мне ужасно шумными, вдохов. Голова начинает кружиться, а воздуха катастрофически не хватает. Спина снова мокрая от пота, а волосы на лбу собрались в грязные лоскуты. Что, черт побери, он делает?

Очередная остановка. Платформа с другой стороны, и мне кажется, что мы с Женей одновременно облегченно выдыхаем. Чувствую, как в вагон протискиваются еще несколько человек, отчего Женю буквально впечатывает в меня, и я уже даже не вижу его лица в отражении, так как полностью прижимаюсь к неприятно потеплевшему стеклу. 

А руки продолжают движение. Горячие пальцы чуть зажимают сразу ставшую чувствительной кожу, отчего я в очередной раз выгнулся, сжимая кулаки. Только ни звука… Только ни звука… А внизу живота, там, где вторая рука все еще уверенно поглаживает внутреннюю сторону бедра, заставляя сотни мурашек бегать по телу мелкой дрожью, скапливается тягучее, до боли знакомое возбуждение, наличие которого я осознаю с ужасом. 

Между тем его пальцы очерчивают осторожные круги на груди, так легко, почти не касаясь… По телу проходит легкая дрожь, а спина, кажется, сейчас сломается от того, как я выгнулся из-за Жениных ласк. 

Понимаю, что теперь моя голова просто покоится у блондина на плече, да и вообще я фактически лежу на нем… все еще с единственной четкой мыслью: «Тише».

Только сейчас понимаю, что мелко дрожу. От смеси тех чувств, что сейчас кипят внутри. От страха, от удовольствия, от смущения, от возбуждения и непонимания. Чувствую себя маленьким листиком, который затянут в огромный смерч мощным ветряным порывом. Таким маленьким, таким беспомощным, способным лишь поддаться порыву и подниматься все выше и выше по затягивающей меня воздушной воронке. 

Пытаюсь расслабиться, опираясь на Женино плечо, и слышу одобрительный хмык, от которого еще сильнее заливаюсь краской. Все еще ужасно щекотно от каждого касания, но я стараюсь не напрягаться от этого еще сильнее. Секунды кажутся минутами, а минуты… Что ж, время тянется непередаваемо долго, и кажется, что я могу не терять его счет только по хаотичному биению сердца, от которого, кажется, пульсирует все тело. 

Я уже сильно возбужден, из-за чего внизу живота сосредотачивается такое неприятное тянущее чувство, назойливо напоминающее о себе приятной волной каждый раз, когда Женин палец «случайно» проводит по ширинке.

Тут блондин накрывает её рукой, прижимая. Сквозь сжатые зубы резко втягиваю воздух. ЧТО, черт побери, он делает?
Все ещё опираясь руками на стекло, немного поворачиваю голову к Жениному лицу. Мне плохо, ты же видишь, зачем…

- Страшно? – неуловимым шепотом слетает с его блестящих губ. Издевается? Чего мне бояться? Его, что ли? Мысль, что я нахожусь в восьмидесяти метрах под землей, даже не помаячила на горизонте, помахав кружевным платочком ещё в самом начале Жениных хитростей. Нервно накрываю его руку, мягко сжимающую мой пах, притягивая сильнее. Мне уже все равно. Внезапно он становится серьезным и, убирая руки, начинает что-то искать в кармане джинс. Нет, ну он издевается? Я тут хочу… не знаю чего, но хочу… Погладь ещё. Зажмуриваю глаза. Чувствую приятный легкий запах лимона. Чуть приоткрываю веки.

- Это, конечно, не шик, но хоть уменьшит вероятность подцепить что-то… - одними губами бормочет он, вытирая руки антибактериальной салфеткой. Ну, нашел время, Локки тебя во все места и позах.

- Тшш... - успокаивающе шелестит над ухом, возвращаясь к своим манипуляциям. Теперь резче, увереннее. Чувствую, как пояс медленно слабеет на бедрах. Мягкие движения сквозь ткань трусов, что приносят странные ощущения, материей лаская кожу. Невыносимо.

- Жее-еень… - от возбуждения голова совсем отключилась, и я только сипло хриплю. Не успел даже вздохнуть, как слегка влажные и прохладные пальцы уверенно сжимают мой член. Вот тут-то я и испугался. Резко дернулся, невольно ещё больше впечатываясь в позади стоящего мучителя, и чувствую между ягодиц… О, Локки! Нет, не согласен! Чувство страха захлестнуло меня, будто тот самый лист выбросило из урагана, когда он уже подходил к вершине, и вот теперь он, гонимый все столь же сильным ветром, не может противиться неминуемому притяжению к земле. Такому неотвратимому и пугающему…

А пальцы все сильнее сжимают меня. Чувствую, как он ласкает большим пальцем головку, как смазка смешивается и стекает по его руке, остается только представлять себе все… Эти мысли были последними связными думами в моей голове, если их так можно назвать. Уверенные рывки вверх-вниз, надрачивание, прерывистое дыхание на ухо, цоканье металлической сережки о зубы. И я оглох на мгновение, сводимый судорогой по всему телу, непроизвольно сжимая край его рубашки, куда смог дотянуться, и чувствуя что-то странно бархатистое на члене.

- Женя… - поскуливанием срывается с моих губ, когда я начинаю оседать на пол, но парень вовремя подхватывает меня, заставляя опереться на дверь. Меня всего буквально колотит, глаза непроизвольно закатываются, а ноги не держат. Такое ощущение, что я весь просто горю, а в поезде стало холоднее…

Кожа под очками неприятно запотела, да и сами стекла делают все вокруг размытым и неясным из-за тонкой белой пелены, покрывшей стекло. Мышцы до сих пор сводит, а в голове приятный туман, окутывающий все мысли тугой веревкой. Мурашки маленькими стайками «бегают» по поверхности всего тела, а я все пытаюсь отдышаться и хоть как-то прийти в себя. 

О, Локки, что я только что сделал?! Это было… было… глупо, Макс! Это было просто невероятно глупо, и я, как твоя совесть, непременно заебу тебе мозги этим «событием»! 

- Жень, я… - неуверенно начал я, поворачиваясь к парню. В голове до сих пор не укладывались те яркие картины, вспышками возникавшие в моей голове: как я медленно прижимаю его руку к себе, как выгибаюсь навстречу легким дразнящим прикосновениям. О, Локки…

Парень отвернулся, сворачивая испачканную салфетку, просто игнорируя мои слова. Это что… игнор, да? Ну, ладно…

Трясущимися руками застегиваю ширинку и джинсы с поясом, все еще пытаясь прийти в себя. Людей после очередной остановки заметно поубавилось, поэтому Женя отстранился от меня, давая чуть свободного пространства. Даже не зная, куда деть свой взгляд, я начал рассматривать ботинки, каждый раз боясь вновь увидеть в отражении наверняка насмешливую Женину ухмылку. 

- Станция «Рязанский проспект»… Следующая станция – «Выхино». Пожалуйста, не забывайте свои вещи при выходе из вагона… - негромко объявили из динамика, отчего я облегченно вздохнул. Всего пять минут… всего пять минут, я смогу перестать так трястись… 

В основном весь путь до конечной (то есть Выхино) проходил над землей, поэтому я мог расслабиться, нежась в лучах закатного солнышка. Единственным, что все-таки напрягало, был твердый Женин взгляд, который буквально преследовал меня в окне. 

Пассажиры заметно взбодрились, отовсюду послышалось шушуканье и звуки застегиваемых молний или шорох пакетов. А я был готов буквально рыдать от счастья, наблюдая за знакомыми с детства старыми зданиями, медленно проплывающими за окном. 

- Станция «Выхино». Конечная. Поезд дальше не идет, просьба освободить вагоны, – отчетливо медленно проговорил женский голос. 

О, Локки, да! Я свободен! 

Буквально рванув к двери, не обращая внимания ни на Женю, ни на толпящихся вокруг людей, я почти выпрыгнул из вагона, начиная судорожно вдыхать свежий, прохладный вечерний воздух, который приятно холодил кожу и делал мысли связными. Улыбка сама собой выползла на лицо, а ноги отказывались повиноваться… именно в этот момент свободы и наслаждения прекрасным вечерним холодом. 

- Знаешь, думаю, вопрос о том, понравилось ли тебе, будет неуместным… - прошептали мне прямо в ухо, отчего я опять замер как вкопанный. – Ну, так что, поехали дальше? Только не плохо бы мне найти туалет, если ты понимаешь, о чем я, – преувеличенно миролюбиво пролепетал Женя, быстро отстраняясь. И только сейчас я заметил, что он будто бы невзначай закрывается планшетом.

- Обойдешься, – буркнул я, не поднимая головы.

- Нет, не обойдусь. Не будь эгоистом. Не больно, но тянет все-таки неприятно. И руки бы помыть… - растерянно проговорил он, поправляя чехол.

Мгновенно вспыхнув от воспоминаний, я резко поднялся, направляясь в ближайший туалет. Ни слова. Я убью его. Или покалечу. Или все вместе, засунув цветочки в задницу, и скажу, что так и было.

О, Локки! Да что же за день сегодня такой?


Пов. Жени.
И что там Макс говорил про веревки для бандажа*?..
*Лишение человека возможности двигаться называется бандажом. (БДСМ-ная практика)

1   2   3   4   5   6   7

Похожие:

 закончен  icon закончен 
Персонажи: Розалина, Настя, Ирина, Александр, Тимур, Максим, Наталья Денисовна, Дина, Адель 
 закончен  iconФио шаманская Варвара Андреевна    Дата рождения
Закончен "Димитровградский технический колледж" с отличием, на данный момент незаконченное высшее: фгоу впо улгту  (3 курс факультета...
 закончен  iconЭта же книга в других форматах
Они будут просить, умолять, обещать сделать для школы все возможное и невозможное, только бы их чадо приняли. Но всем им опять придется...
 закончен  iconЭта же книга в других форматах
Троллем случилось то же, что со всеми истинными творениями немцев: с Кельнским собором, с богом Шеллинга, с прусской конституцией,...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница