Злой ветер


НазваниеЗлой ветер
страница4/29
Дата публикации09.05.2013
Размер3.37 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29
ты покинула нудистские пляжи и горячих красавчиков ради каникул в Оклахоме?

– До смерти хочу увидеть тебя!

– Да-а? – издевательски протянула она. – И как давно мучаешься?

– Ну-у… – я покопалась в памяти. – Может, год…

– Скорее, два.

– Послушай, но я же поддерживаю связь, – запротестовала я. – Звоню… Шлю рождественские открытки!

– Ага, которые приходят в феврале, – тут она меня уела. Один – ноль. Действительно, я не самая преданная подруга. – Так в чем дело, Джо? Тебе негде переночевать?

– Как сказать… Ну да, – я слышала, как Эстрелла наливает себе кофе в чашку. – Мне нужно будет перекантоваться пару дней. Может быть, заскочу принять душ, немного передохнуть. Но это не точно, не паникуй… Я ж говорю – «может быть». Ну и, потом, с меня обед. Честно! И в приличном месте, не в какой-нибудь рыбной забегаловке.

Звездочка прихлебывала кофе. Мой рот мгновенно наполнился слюной – я отчаянно завидовала подруге.

– Ладно, – смилостивилась она, – скажем так: ты, может быть, заедешь; я, может быть, тебя впущу. При одном условии: ты поклянешься, что не притащила на хвосте какой-нибудь напасти. Как в последний раз.

– Но я же была не виновата! – слабо пыталась возражать я. – Торнадо относятся к естественным природным явлениям. Не моя вина, что ты живешь в месте, куда они отправляются на каникулы.

– Эй, подружка, мы тут живем la vida loca.5 С какой бы стати тебе тащиться в нашу чертову оклахомскую глухомань?

– Оклахома не глухомань. И потом, ведь ты там, – я и сама поморщилась. Это подозрительно напоминало честный ответ моего приятеля Энди, когда я спросила у него, не слишком ли я растолстела за последнее время. Как сейчас помню: ты не толстая – ты мой друг! Что ж, по крайней мере его слова заставили меня сесть на диету. И то хорошо.

– Ну, на самом деле ты права. Кое-что происходит. И весьма важное. Мне нужно разыскать одного человека. Срочно.

– И этот человек где-то в наших краях?

– По последним сведениям, да, – мне очень не хотелось называть имя, но, черт побери, Звездочка права! Она знала всех и вся в этой части земного шара. – М-м… Это Льюис.

– Que?6 – взвизгнула Эстрелла. – Знаешь, я вначале пошутила насчет «спятила», но теперь начинаю думать… Слушай, ты не под кайфом? Ты хоть представляешь, какая чертова пропасть людей во всем мире разыскивают Льюиса после его исчезновения?

– Да, я знаю. Чуть ли не каждый в верхушке.

– И какого дьявола ты собираешься делать, когда найдешь его?

Мне нечего было ответить, по крайней мере Звездочке.

– Слушай, давай не будем об этом, ладно? Скажем так: просто хочу наверстать кое-что упущенное.

– Ладно, как скажешь, – снова металлический звук – наверное, кастрюлька. Звездочка отменная кулинарка. – Ну, так я тебя жду.

На том конце возникла пауза, чувствовалось, Эстрелла хочет о чем-то спросить, но не решается. Я тоже помедлила.

– Эй, – раздался наконец ее голос. – Тебе что-то говорили? Обо мне?

– Кто говорил?

– Ладно, забудь.

– Нет, серьезно, кто?

Снова долгое молчание. Это было на нее не похоже. Звездочка всегда отличалась решительностью.

– Я просто иногда боюсь, понимаешь? Вдруг они передумают? Придут, чтоб довести дело до конца.

Я вздрогнула, как от боли. Мне стало жалко подругу.

– Нет, детка, этого не произойдет. Решение принято. Все согласились, что ты имеешь право на ту малость, что у тебя осталась. С какой стати им передумывать?

– С какой стати они, вообще, что-то делают? – ей даже удалось рассмеяться. – Эй, ладно, выброси из головы. У меня просто паранойя, ты же знаешь… Переслушала этих мерзких тоненьких голосов в моей голове.

«Я бы тоже стала параноиком на месте Звездочки». Подобная мысль заводила меня слишком далеко. Я не могла себе позволить такую роскошь.

Ну, подружка, завидую. Я бы с тобой махнулась.

Представь, мне сейчас предстоит разбираться с реальными людьми, которые устроили охоту на меня.

– Сучка, – задушевно отозвалась Эстрелла.

– Я тоже тебя люблю.

Обменявшись еще парочкой подобных комплиментов, мы закончили разговор. Я швырнула трубку на пассажирское сиденье. Итак, Звездочка предоставит мне убежище. Она никогда не выдаст меня врагам. Беда в том, что она сама очень, очень уязвима. Несколько лет назад Звездочка подверглась сильнейшему удару – как физическому, так и эмоциональному – и была вынуждена уйти из Хранителей. Обычно в таких случаях людей подвергают блокировке – своего рода магической лоботомии, чтобы застраховаться от нежелательных последствий. Со Звездочкой тоже собирались поступить подобным образом, но затем почему-то передумали. Позволили сохранить те крохи, что остались. Согласно предварительной договоренности.

Тем не менее, Звездочка была абсолютно права. Нет никаких гарантий, что однажды какой-нибудь официальный засранец не появится на ее пороге с тем, чтобы с корнем вырвать остатки ее Силы. И вероятность этого события резко повысится, если обнаружится, что Эстрелла связалась со мной – особой, несущей на себе Метку Демона вдобавок ко всему прочему. О боже. Мне не следовало втягивать ее в это. Но во всем мире существовало совсем немного людей, которым бы я доверила свою коллекцию компакт-дисков, а еще меньше – свою жизнь. Фактически их было всего трое.

Льюис, Звездочка и Пол.

«Успокойся, все будет в порядке». Если б я нашла Льюиса, если б он выполнил все, что мне надо, и вдобавок, если б все сложилось как надо… Тогда мне не пришлось бы подвергать Эстреллу риску. Если. Если, если, если.

Маленькое слово, от которого зависело мое будущее. Мое и Звездочки.
Я была пятнадцатилетним подростком, когда моя мать влюбилась в парня по имени Альбрехт. Как вам такое – Альбрехт?! Теперь я понимаю, что могло быть и хуже, ведь он мог оказаться Катбрехтом или Энгельберхтом. Но в пятнадцать лет это приводило меня в ужас. Этакий Альбрехт Медведь.7 Большой волосатый парень, чей смех наводил на мысли о ржавой пиле, а представления о моде основывались на принципах Пола Баньяна.8

Помнится, Альбрехту очень хотелось быть поближе к природе. Он и нас агитировал. Даже тогда, еще почти ничего не зная, я противилась этой идее. Но мама свято верила в правоту своего друга. Так что в один прекрасный день мы упаковали туристическое оборудование, вырядились в походные башмаки и фланелевые шорты и отважно отправились в Никуда.

Строго говоря, место называлось Йеллоустоунский парк, но, на мой взгляд, разница невелика.

Не спорю, там было красиво. Порой дух захватывало от ощущения дикой, необузданной мощи природы – даже у сопливой, вечно недовольной девчонки, которую родители насильно вырвали из привычного окружения, спутав все планы на лето.

Но если исключить редкие моменты такого прозрения, то большей частью я просто скучала и страдала из-за отсутствия телека, мальчиков и MTV. Моя тогдашняя жизнь состояла из бесконечных ужасных гейзеров, туманных, но невероятных видов на будущее и всепоглощающей, сокрушительной скуки.

Мы шли и шли. И снова шли. У меня был небогатый опыт на сей счет. В первый же день на щиколотках у меня образовались волдыри, но Альбрехт и слышать не хотел ни о каком отдыхе. Он утверждал, что скоро мои ноги закалятся и все будет отлично. Я вынуждена была подчиниться и компенсировала это тем, что всю дорогу дулась и огрызалась. Помню, как я мечтала о том, чтобы упасть и сломать ногу. Мне рисовались спасатели – высокие темноволосые красавчики, – которые явятся и унесут меня отсюда подальше. Как-то даже я пожелала в сердцах, чтоб Альбрехта слопал медведь! Но это было еще до того, как я увидела настоящего, реального медведя. После той встречи я никому бы уже не пожелала подобного.

Уж не знаю как, но мы добрались до вершины хребта, который штурмовали в тот день. Пока мама с Альбрехтом восхищались открывавшимся видом, я рассматривала небо.

– Собирается дождь, – произнесла я. Небо при этом было ослепительно-голубым, а солнечный диск сверкал подобно золотой монете из затонувшего сокровища. Я присела на обломок скалы и начала снимать башмаки.

– Не делай этого, – раздался густой бас Альбрехта, – ноги сразу же распухнут. И знаешь, Джо, думаю ты ошибаешься. Дождем и не пахнет.

Я вытянула шею и, прищурившись, поглядела на его мощную фигуру, которая шкафом нависала надо мной. Вообще-то, посидеть в тенечке неплохо. Хуже, когда тень падает от дяди Альбрехта.

– Посмотри туда, – сказала я, указывая на тонкие, легкие облака на горизонте. – Перистые облака, идущие с востока.

– И что? – для любителя природы и сладкой овсянки по утрам Альбрехт на удивление плохо разбирался в погоде.

Я улыбнулась.

– Смотри, – я подняла прутик и нарисовала на земле круг. – Планета вращается в эту сторону, верно? С востока на запад.

– Поздравляю с открытием.

Я проигнорировала подначку и нарисовала стрелку в обратном направлении.

– Ветер должен дуть навстречу движению, то есть с запада на восток. Так почему же сейчас он дует с востока?

На этот раз он промолчал и хорошо сделал. Я все равно бы его не услышала.

– А потому, что там происходит какое-то перемещение, – моя палочка нарисовала спираль примерно там, где, по моим подсчетам, мы находились, – и влияет на направление ветра. Это перемещение означает ураган.

Альбрехт с матерью переглянулись. «Опять капризы, ну что ты будешь делать с этой девчонкой», – все это я прочитала в их взглядах… Ну и так далее и так далее. Будто я сама себе не задавала подобные вопросы.

К спирали на моем рисунке добавилось еще несколько волнистых линий.

– Перистые облака формируются в верхних слоях атмосферы из ледяных кристалликов и являются индикатором атмосферного давления. Таким образом, дождь наверняка будет. И, судя по скорости движения облаков, начнется еще до вечера.

В этот момент подул свежий восточный бриз – он разворошил мои волосы и освежил вспотевшее лицо.

Я чувствовала, как вдалеке – за лесной чащей, за чертой горизонта, где рождается утро, – растет, накапливается энергия от столкновения теплого и холодного воздуха. Она набухала влагой, втягивала в себя мелкие порывы ветра и образовывала туман. Туман собирался в облака, которые обещали пролиться дождем.

Закрыв глаза, я почти ощущала на губах вкус далекого тумана – медь, озон и прохладная, чистая влага. Господи, это было так здорово! У меня мурашки пошли по коже. Я никогда прежде не бывала на природе перед грозой, и ее примитивная дикая мощь меня потрясла.

– Бред собачий! – рассмеялся Альбрехт. – Но попытка была неплохая, Джо. Эй, Нэнси, у нас тут подрастает виртуозная «артистка».

Но моя мать не смеялась и даже не улыбалась. Она стояла, заправив пальцы за лямки рюкзака, переминаясь с ноги на ногу, и серьезно глядела на меня. Бедная мамочка, она тоже была непривычна к пешим переходам, но не ныла, не жаловалась на голод, жажду и волдыри.

– Разве ты у меня «артистка», Джо? – спросила она. Я молчала. Тогда мама обернулась к своему другу: – Думаю, нам лучше возвращаться.

– Брось, Нэнси! Неужели ты купилась на этот дешевый трюк? Девчонке пятнадцать лет, а ты переполошилась, будто перед тобой настоящий метеоролог. Посмотри вокруг! Тут погоду можно предсказать на неделю вперед. Небо чистое, как церковные колокола!

– На юге высокое давление, – возразила я, зашнуровывая ботинки. – На востоке, за горизонтом собирается стена облаков. И она быстро движется – к вечеру тут будет совсем плохо. Теплый воздух всегда движется быстрее холодного.

– Нам надо возвращаться, – повторила мама. – Немедленно.

На том и порешили. Альбрехт Медведь ворчал и рычал, но мы приступили к спуску с хребта. Часа в три пополудни небо с востока начало темнеть – будто преждевременно наступала ночь. Скоро эта чернота просочилась и заполнила все небо. Альбрехт прервал свои нотации по поводу моего страха перед природой и ускорил шаг. Мы карабкались по отвесным склонам, вприпрыжку неслись по пологим спускам, медленно ползли мимо осыпающихся краев ущелий. Люди часто толкуют о Матери-природе, мне же она всегда виделась скорее Медеей,9 готовой (и жаждущей) прирезать собственных детей. Каждый обрыв, который мы преодолевали, напоминал открытый рот. Обломки скал казались мне оскаленными зубами.

Я никогда не ощущала особой связи с Землей. Но в тот момент даже я не могла не почувствовать ее мощь и ярость, ее неистовое желание смести, стереть нас в порошок. Наверное, мы были для нее бесцеремонными захватчиками, наглыми хищниками. Такая же злость и неприятие сквозили в приближавшемся урагане. В городе они совсем другие – прирученные, притихшие. Этот же излучал неприкрытую ненависть.

Более теплый воздух, застоявшийся в деревьях, шелестел листвой, потрескивал ветвями. Но уже подбирался бриз, принося с собой запах дождя.

– Скорее, – выдохнула я, когда мы достигли ровного участка. Мы бежали под грозовыми облаками, распускавшими свои щупальца над нашими головами. Дождь надвигался сплошной серебряной пеленой. Внезапно бело-лиловая молния расколола небо – здесь, за городом, она казалась небывало мощной и ослепительной. Раскат грома ощущался как физическое давление. Он вызвал вибрации в моей коже, костях, хрящах. Человеческое тело более чем наполовину состоит из воды, звуковая волна отлично распространяется в нем.

Дерево на вершине хребта вспыхнуло и загорелось как факел.

Альбрехт что-то проскулил о станции рейнджеров, но не смог указать точного направления. Из-за стены дождя я едва могла видеть, капли секли, жалили, как рой разъяренных ос. Под деревьями сгустилась сплошная тьма. Оставаться под ними было опасно: слишком велик риск повторного удара молнии.

У меня по телу – с ног до головы – бегали мурашки.

– Вниз! – крикнула я и упала, свернувшись клубочком. Неосознанно я старалась как можно меньше подставляться этому урагану. Он казался мне разъяренным слепцом, который, размахивая топором, преследует мышь. Только в роли мыши была я… Он охотился за мной.

Ураган ненавидел меня.

Молния ударила теперь совсем рядом. Каждой клеткой своего тела я ощутила сотрясение, а затем пришло нечто – слишком громкое, чтобы называться просто звуком, это была сила в ее чистом виде, с собственной жизнью и энергией.

Сжавшись в комок, я обречено всхлипывала, потому что знала: в следующий раз он меня достанет. Ураган меня засек. Он видел меня, чувствовал запах моего страха.

Кто-то схватил меня за руку и рывком поставил на ноги. Мы бежали в темноте, то и дело оскальзываясь на грязи и мокрой траве. Из-за деревьев выскочил олень и стремглав пересек нам дорогу. Он был похож на привидение, спешащее на кладбище.

В конце концов мы добрались до станции рейнджеров, и там, увидев маму и Альбрехта – мокрых, кутавшихся в одеяла, – я осознала, что меня спас совсем чужой человек.

Она была миниатюрной с золотистой кожей и черными волосами. Скинув форменную шляпу и повесив ее сушиться, она рассмеялась.

– Приятный денек для прогулки, – произнес второй рейнджер, протягивая маме и Альбрехту чашки с дымящимся кофе. Моя спасительница улыбнулась в ответ и отвернулась к окну. Дождь с такой силой хлестал в стекло, словно стремился прорваться к нам внутрь.

– Н-да, – ответила девушка. – Просто великолепный.

Она бросила взгляд в мою сторону, и я почувствовала, будто между нами проскочил электрический заряд. Мы были с ней одинаковыми – как две части чего-то одного большого и важного.

Ураган охотился не за мной. Ему нужны были мы обе.

– Тебе следует быть осторожнее, – сказала мне девушка. – Некоторые люди просто не созданы для общения с природой.

– А как же ты сама? – парировала я.

Она только пожала плечом.

– Кому-то же надо быть на передней линии, – просто сказала девушка и представилась: – Эстрелла Альмондовар. Звездочка, для краткости.

Я представилась, и мы обменялись рукопожатием. Затем Эстрелла дала мне одеяло и чашку какао вместо кофе. При этом она, понизив голос, спросила:

– Ты получила повестку? Из Ассоциации?

– Да. Мне велено явиться в приемную комиссию в восемнадцать лет.

– Вот что, не стоит ждать. Начинай тренироваться прямо сейчас, как я, – у меня сейчас интернатура. Тебе это необходимо. До того я лишь однажды видела, чтобы парк так реагировал на человека.

– И кто это был? – в ответ я подучила дразнящую улыбку «а стоит-ли-тебе-знать».

– Ты с ним не знакома, – сказала девушка. – Его звать Льюис.

Она снова подошла к окну и стояла, рассматривая пожар, полыхавший на вершине горного хребта. Тот самый, что начался с загоревшего дерева. И прямо на моих глазах пламя замерцало, зашипело и погасло.

Вот тогда я узнала про Эстреллу… Она не являлась Повелительницей Погоды. Ей подчинялся Огонь.

С этого дня мы стали подругами. Честно говоря, даже не знаю почему. На первый взгляд, у нас было не так уж много общего. Наверное, дело в том, что мы обе воспринимали некий вид вибраций, составлявших суть Энергии. И, как «приемники», мы оказались настроенными на одну и ту же частоту.

Позже мы стали соседками по комнате в Принстоне, деля поровну тысячу радостей, трагедий и триумфов. Она была моим самым лучшим другом, и тогда мне казалось, что наша жизнь будет непрерывным волшебным сном. Умные, красивые, великодушные. Две горошинки в одном стручке. Само совершенство.

А затем Йеллоустоун сгорел, и жизнь изменилась для нас обеих.
Я мрачно обдумывала свою поездку в Оклахома-Сити. Разумнее всего было бы придерживаться платных дорог штата Коннектикут, пока я не выберусь на шоссе 1-90. Это обещало стать самой приятной частью моего двухдневного путешествия. Последняя чашечка кофе, которую я в своем кофеиновом безумии опрокинула в четыре часа утра, превратилась уже в воспоминание. Мой желудок недовольно урчал, желая, по-видимому, напомнить, что кофе при всей его приятности тем не менее лишь условно относится к продуктам питания.

Посему я мучительно размышляла: остановиться ли мне на перекус или продолжать дальше наматывать мили? Всякий раз, когда мне требуется принять какое-либо решение, я заглядываю в метеорологический прогноз. Вот и сейчас – я покрутила ручку приемника в поисках канала погоды.

Ураган, который следовал за мной из Флориды, в настоящий момент опустошал Восточное побережье. Я видела черноту, с фланкирующей линией по краям от центра, сгущавшуюся на горизонте за моей спиной. Под действием кориолисовых сил,10 а также внутреннего механизма нагревания и охлаждения воды эта чернота начинала закручиваться, обещая в ближайшем времени превратиться в пресловутый норд-ост – самую ужасную штуку на Восточном побережье.

И у меня не было ни малейшего желания оказаться поблизости.

Вы, может, удивитесь, почему я просто не протянула руку в том направлении и не разогнала все это безобразие, что было вполне мне по силам? Как вам сказать… Ньютон действительно прав: действие равно противодействию. Всякий раз, когда Хранитель пытается блокировать назревающую грозу, ее энергия должна куда-то направляться, и поверьте, вам вряд ли понравится, если этот источник разрядится через вас. Порой по мощности это превышает атомную бомбу средней величины. Если б я попробовала проявить свои способности охотника за ураганами (как в Библии – развести руками и рассеять ветры), то могла бы получить непредсказуемые результаты. Например: справившись с этим вихрем, создала бы крупнейший в мире торнадо, который двинулся бы прямо на меня с противоположной стороны. Плюс ко всему я с некоторых пор даже не являлась официальным Хранителем в данном регионе. Да и вообще нигде, если на то пошло.

Тем не менее я продолжала оставаться одним из самых искусных специалистов по Погоде, об этом упоминалось во всех отзывах. Наверняка я смогла бы проскользнуть так, чтоб меня не обнаружили даже при помощи астрального зрения. Но в данной ситуации у меня было немного возможностей. Я могла лететь со сверхзвуковой скоростью – все равно этот ураган будет следовать за мной как привязанный. Он уже учуял меня.

Прибавив громкости на радио, я удобно откинулась на сиденье моего «мустанга» и начала тихонько подпевать Джимми Моррисону, который – очень кстати – пел о всадниках, оседлавших бурю. При этом очень аккуратно
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

Похожие:

Злой ветер iconКанадские волшебные сказки и легенды
Канада принадлежала французам; to be owned by — принадлежать; to own — владеть) there lived on the banks of a great river a wicked...
Злой ветер iconКогда дует ветер
Словом "ветер" в переводе переданы греческое и древнееврейское слова, означающие "дыхание", "дышать", "дуть"
Злой ветер iconЛеонид каюм «убей в себе мага»
«переведенную» с китайского как «ветер и вода», реальное имя которой «ветер с кладбища», ибо она учила, где
Злой ветер iconЮрий Балуевский-Реформы по кругу или деньги на ветер
«Реформы по кругу или деньги на ветер». Авторский коллектив возглавил генерал-полковник в отставке В. В. Воробьев, руководитель финансовой...
Злой ветер iconНа небольшом плацу «показушной» элитной воинской части, расквартированной...
Он протирает изнутри мокрую от пота форменную фуражку с высоченной тульей и, не скрывая раздражения, говорит другому упарившемуся...
Злой ветер iconИзобразительно-выразительные средства языка
Антонимы — разные слова, относящиеся к одной ча­сти речи, но противоположные по значению (добрый — злой, могучая — бессильная). Противопоставление...
Злой ветер iconЧлены предложения Вопросы Подлежащее
Холодный предутренний ветер, прогнавший остатки ночного тумана, растрепал нашу палатку
Злой ветер iconКнига дежурного тяжелые сердца
И мне нравилась эта жизнь – и ветер, и снег, и холодные руки безумия за шиворотом
Злой ветер iconЕсли в первый момент идея не кажется абсурдной, она безнадежна.(Альберт Эйнштейн)
Сел я как-то, получается, в автобус. Злой по натуре, или может быть, притворявшийся кондуктор заметил сразу моё, пусть хоть и славное,...
Злой ветер iconКлайв Стейплз Льюис Племянник чародея Хроники Нарнии 6
Дядя Дигроя, Эндрю, обманом вовлекает Дигроя и Полли в рискованный эксперимент. В процессе его они касаются волшебных колец Эндрю...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница