Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru


НазваниеСобрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru
страница3/34
Дата публикации22.07.2013
Размер4.04 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   34
Спиною к солнцу стань без сожаленья, С земным существованьем распростись. Набравшись духу, выломай руками Врата, которых самый вид страшит! На деле докажи, что пред богами Решимость человека устоит! Что он не дрогнет даже у преддверья Глухой пещеры, у того жерла, Где мнительная сила суеверья Костры всей преисподней разожгла. Распорядись собой, прими решенье, Хотя бы и ценой уничтоженья. Пожалуй-ка, наследственная чара, И ты на свет из старого футляра. Я много лет тебя не вынимал. Играя радугой хрустальных граней, Бывало, радовала ты собранье, И каждый залпом чару осушал. На этих торжествах семейных гости Стихами изъяснялись в каждом тосте. Ты эти дни напомнил мне, бокал. Сейчас сказать я речи не успею, Напиток этот действует скорее, И медленней струя его течет. Он дело рук моих, моя затея, И вот я пью его душою всею Во славу дня, за солнечный восход.
(Подносит бокал к губам.)
Колокольный звон и хоровое пенье.
Хор ангелов
                 Христос воскрес!                  Преодоление                  Смерти и тления                  Славьте, селение,                  Пашня и лес.
Фауст
Река гудящих звуков отвела От губ моих бокал с отравой этой. Наверное, уже колокола Христову пасху возвестили свету И в небе ангелы поют хорал, Который встарь у гроба ночью дал Начало братству нового завета.
Хор мироносиц
                 От посторонних                  Тело укрыли.                  Все в благовоньях,                  В гроб положили.                  Под пеленами                  Камня плита.                  Нет в них пред нами                  Больше Христа.
Хор ангелов
                 Христос воскрес!                  Грехопадения,                  Смерти и тления                  След с поколения                  Смыт и исчез.
Фауст
Ликующие звуки торжества, Зачем вы раздаетесь в этом месте? Гудите там, где набожность жива, А здесь вы не найдете благочестья. Ведь чудо — веры лучшее дитя. Я не сумею унестись в те сферы, Откуда радостная весть пришла. Хотя и ныне, много лет спустя, Вы мне вернули жизнь, колокола, Как в памятные годы детской веры, Когда вы оставляли на челе Свой поцелуй в ночной тиши субботней. Ваш гул звучал таинственней во мгле, Молитва с уст срывалась безотчетной. Я убегал на луговой откос, Такая грусть меня обуревала! Я плакал, упиваясь счастьем слез, И мир во мне рождался небывалый. С тех пор в душе со светлым воскресеньем Связалось все, что чисто и светло. Оно мне веяньем своим весенним С собой покончить ныне не дало. Я возвращен земле. Благодаренье За это вам, святые песнопенья!
Хор учеников
                 Смерти раздавлена,                  Попрана злоба:                  Новопреставленный                  Вышел из гроба.                  Пусть он в обители                  За облаками,                  Имя учителя —                  С учениками.                  Выстоим преданно                  Все превращенья.                  Нам заповедано                  Это ученье.
Хор ангелов
                 Христос воскрес!                  Пасха Христова                  С нами, и снова                  Жизнь до основы                  Вся без завес.                  Будьте готовы                  Сбросить оковы                  Силой святого                  Слова его,                  Тленья земного,                  Сна гробового,                  С сердца любого,                  С мира всего.
<br />У ВОРОТ<br />
Толпы гуляющих направляются за город.
Несколько подмастерьев
Куда такой толпой?
Другие
В стрелковый тир лесной.
Первые
А мы ватагой к мельничной запруде.
Один из подмастерьев
На гать ступайте. Вот где красота.
Второй подмастерье
Далекий путь. Неважные места.
Из второй группы
А ты куда?
Третий подмастерье
                    Туда, куда и люди.
Четвертый
Таких, как возле замка в слободе, Ни девушек, ни пива нет нигде. И первый сорт задиры и скандалы.
Пятый
Так у тебя опять, у хвастуна, По их побоям чешется спина? Я этим сыт надолго до отвала.
Служанка
Нет, лучше я пойду домой.
Другая служанка
Наверно, он за тополями теми.
Первая
А мне в нем интерес какой? Он за тобой таскается все время, А я, как дура, радуйся на вас, Когда вдвоем пускаетесь вы в пляс.
Вторая
Сегодня, кажется, он не один. С ним, помнишь, тот кудрявчик господин.
Студент
Гляди, девчонка под руку с девчонкой! А ну-ка за обеими вдогонку! Да, брат, покрепче пиво и табак Да девочки — на это я мастак.
Девушка-горожанка
Могу сказать, студенты-кавалеры! Я удивляюсь, как не стыдно им. У барышень хорошие манеры, Они же липнут к горничным простым.
Второй студент (первому)
Да не беги ты! Видишь, сзади две, И обе из порядочного дома. Одна из них с соседями в родстве, И потому мы шапочно знакомы. Раскланяемся с ними, подойдем И совершим прогулку вчетвером.
Первый студент
Нет, брат, одно стесненье эта знать. Я отдаю служанкам предпочтенье. Та, что в субботу будет подметать, Всех лучше приголубит в воскресенье.
Горожанин
Беда нам с новым бургомистром. Он все решает с видом быстрым, А пользой нашей пренебрег. Дела все хуже раз от разу, И настоятельней приказы, И непосильнее налог.
Нищий (поет)
     Вы, судари мои и дамы,      Пошли господь вам много лет!      Подайте нищему у храма,      Я голоден и не одет!      В день праздничного ликованья      Рука дающего легка.      Не откажите в подаянье      И пожалейте старика!
Второй горожанин
По праздникам нет лучше развлеченья, Чем толки за стаканчиком вина, Как в Турции далекой, где война, Сражаются друг с другом ополченья. Подходишь у трактирщика к окну И смотришь — по реке идут баркасы, И после, дома, отходя ко сну, Благословляешь миролюбье часа.
Третий горожанин
Я тоже так смотрю, сосед. Пусть у других неразбериха, Передерись хотя весь свет, Да только б дома было тихо.
Старуха (девушкам-горожанкам)
Ах, ягодки-красавицы мои! Глаз не отвесть от вашего наряда. Зачем чураетесь ворожеи? Я раздобыть сумею, что вам надо.
Первая девушка
Агата, что ты! Постыдись греха! При встречных заговаривать с колдуньей! Она мне будущего жениха Недавно показала в новолунье.
Вторая девушка
И мне, в хрустальном шаре. Он солдат, Средь удальцов, бросающихся в сечу. С тех пор по сторонам бросаю взгляд, Но, сколько ни ищу, нигде не встречу.
Солдаты
                 Рвы, частоколы,                  Стены, ограды,                  Женского пола                  Гордые взгляды                  Перед осадой                  Не устоят.                  Ради награды                  Бьется солдат.                  Перед началом                  Всякой атаки,                  Перед привалом                  Трубят вояки.                  Штурмы с паденьем                  Женщин и стен,                  Вот что мы ценим,                  Прочее — тлен.                  Ради награды                  Бьется солдат.                  Утром уходит                  Дальше отряд.

Ф а у с т  и  В а г н е р.
Фауст
Растаял лед, шумят потоки, Луга зеленеют под лаской тепла. Зима, размякнув на припеке, В суровые горы подальше ушла. Оттуда она крупою мелкой Забрасывает зеленя, Но солнце всю ее побелку Смывает к середине дня. Все хочет цвесть, росток и ветка, Но на цветы весна скупа, И вместо них своей расцветкой Пестрит воскресная толпа. Взгляни отсюда вниз с утеса На городишко у откоса. Смотри, как валит вдаль народ Из старых городских ворот. Всем хочется вздохнуть свободней, Все рвутся вон из толкотни. В день воскресения господня Воскресли также и они. Они восстали из-под гнета Конур, подвалов, верстаков, Ремесленных оков без счета, Нависших крыш и чердаков, И высыпали на прогулку Из хмурящейся тьмы церквей, Из узенького закоулка, И растеклись ручьев живей, И бросились к речным причалам, И рыщут лодки по реке, И тяжело грести усталым Гребцам в последнем челноке. По горке ходят горожане, Они одеты щегольски, А в отдаленье на поляне В деревне пляшут мужики. Как человек, я с ними весь: Я вправе быть им только здесь.
Вагнер
Прогулка с вами на свободе Приносит честь и пользу мне. Но от забав простонародья Держусь я, доктор, в стороне. К чему б крестьяне ни прибегли, И тотчас драка, шум и гам. Их скрипки, чехарда, и кегли, И крик невыносимы нам.
Крестьяне (под липою; пляски и пение)
Плясать отправился пастух, Оделся, разрядился в пух, Цветов в камзол натыкал. Под липой шла уж кутерьма, Кружились пары без ума, Скрипач вовсю пиликал. Протискиваясь в этот круг, Столкнулся с девушкой пастух Румяною и свежей, И та ему, скользя из рук: «Пожалуйста, без этих штук! Не надо быть невежей!» Но, на нее взглянув в упор, Стал девушку кружить танцор, И зашумели юбки. И все нежней за туром тур Шептался с нею балагур, Не вымолив уступки. «Как только врать не надоест! Довольно из-за вас невест Пропало по ошибке!» Но недотрогу в уголок Он понемногу уволок От скрипача и скрипки.
Старик
Мне, доктор, поручил народ Вам благодарность принести. Вы оказали нам почет, Не погнушавшись к нам прийти. Ученость ваша у крестьян Прославлена и всем видна. Вот полный доверху стакан, И сколько капель в нем вина, Пусть столько же счастливых дней Вам бог прибавит к жизни всей.
Фауст
Желаю здравья вам в ответ В теченье столь же многих лет.

Народ обступает их.
Старик
Отрадно вспомнить в светлый день, Как жертвовали вы собой Для населенья деревень В дни черной язвы моровой. Иного только потому Ужасный миновал конец, Что нам тогда избыть чуму Помог покойный ваш отец. Вас не пугал ее очаг, И — юноша еще тогда — Входили вы к больным в барак И выходили без вреда. За близость с братиею низшей Хранила вас десница свыше.
Все
Храни вас господи и впредь, Чтоб не давали нам болеть.
Фауст
Вам следует благодарить Того, кто всех учил любить.
(Проходит с Вагнером дальше.) Вагнер
Вы можете всем этим быть горды. Как вы любимы деревенским людом! Большое счастье — пожинать плоды Способностей, не сгинувших под спудом Вы появились — шапки вверх летят, Никто не пляшет, пораженный чудом, Вас пропускают, выстроившись в ряд, Еще немного, — позовут ребят И станут перед вами на колени, Как пред святыней, чтимою в селенье.
Фауст
Давай дойдем до этой крутизны И там присядем. Часто я, бывало, На той скале сидел средь тишины, Весь от поста худой и отощалый. Ломая руки, я мольбой горел, Чтоб бог скорей избавил нас от мора И положил поветрию предел. Так уповал и верил я в ту пору! И для меня насмешкою звучит Тех тружеников искреннее слово. От их речей охватывает стыд И за себя и за дела отцовы. Отец мой, нелюдим-оригинал, Всю жизнь провел в раздумьях о природе. Он честно голову над ней ломал, Хотя и по своей чудной методе. Алхимии тех дней забытый столп, Он запирался с верными в чулане И с ними там перегонял из колб Соединенья всевозможной дряни. Там звали «лилиею» серебро, «Львом» — золото, а смесь их — связью в браке. Полученное на огне добро, «Царицу», мыли в холодильном баке, В нем осаждался радужный налет. Людей лечили этой амальгамой, Не проверяя, вылечился ль тот, Кто обращался к нашему бальзаму. Едва ли кто при этом выживал. Так мой отец своим мудреным зельем Со мной средь этих гор и по ущельям Самой чумы похлеще бушевал. И каково мне слушать их хваленья, Когда и я виной их умерщвленья, И сам отраву тысячам давал.
Вагнер
Корить себя решительно вам нечем. Скорей была заслуга ваша в том, Что вы воспользовались целиком Уменьем, к вам от старших перешедшим.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   34

Похожие:

Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconСобрание сочинений в десяти томах. Том шестой. Романы и повести в...
Иоганн Вольфганг Гете Собрание сочинений в десяти томах. Том шестой. Романы и повести
Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconСобрание сочинений в десяти томах. Том первый. Стихотворения в первый...
Иоганн Вольфганг Гете Собрание сочинений в десяти томах. Том первый. Стихотворения
Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconСобрание сочинений в десяти томах. Том Драмы в прозе Художественная литература
Иоганн Вольфганг Гете Собрание сочинений в десяти томах. Том четвертый. Драмы в прозе
Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconСобрание сочинений в десяти томах. Том Из моей жизни: Поэзия и правда Художественная литература
Иоганн Вольфганг Гете Собрание сочинений в десяти томах. Том третий. Из моей жизни: Поэзия и правда
Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconСобрание сочинений в 10 томах. Т. Драмы в стихах. Эпические поэмы Художественная литература
Иоганн Вольфганг Гете Собрание сочинений в десяти томах. Том пятый. Драмы в стихах. Эпические поэмы
Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconСобрание сочинений в десяти томах. Том седьмой. Годы учения Вильгельма...
Иоганн Вольфганг Гете Собрание сочинений в десяти томах. Том седьмой. Годы учения Вильгельма Мейстера
Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconПоложение о проведении конкурса-творческой лаборатории «Что для меня «Фауст» сегодня?»
Фауста как художественного и легендарного персонажа и раскрывающих актуальность тем, поднимаемых трагедией И. В. Гете «Фауст» для...
Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconИоганн Гете Фауст Большая иллюстрированная библиотека классики
Советский читатель давно оценил бессмертное творение Иоганна Вольфганга Гете – его трагедию «Фауст», один из замечательных памятников...
Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconИоганн Гете Фауст Большая иллюстрированная библиотека классики
Советский читатель давно оценил бессмертное творение Иоганна Вольфганга Гете – его трагедию «Фауст», один из замечательных памятников...
Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст По словам А. С. Пушкина, «Фауст» есть величайшее создание поэтического духа, он служит представителем новейшей поэзии, точно как «Илиада» служит памятником классической древности ru iconТомас Манн Волшебная гора. Часть I zmiy «Томас Манн. Собрание сочинений в десяти томах. Том »
Швейцарские горы Давоса. Международный санаторий «Берггоф» для туберкулезных больных, почти отрезанный от остального мира. Годы перед...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница