Между Богом и мной все кончено


НазваниеМежду Богом и мной все кончено
страница7/9
Дата публикации21.05.2013
Размер0.83 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Биология > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9

Немного помолчав, Пия ответила:

— Если есть кто-то, с кем тебе спать не стоит, но удержаться от этого нет сил. Ты превращаешься в дрозофилу, как только… как только видишь его пальто.

— Электрошокер, — ответила я. — Думаю, в таких случаях он помогает.

Я была не в духе. А Пия хотела не просто потрепаться, а поговорить о чем-то важном, при этом не называя вещи своими именами. Но мне казалось, что именно я нуждаюсь в сочувствии и поддержке. Ведь на этот раз досталось мне.

Пия ничего больше не сказала, хотя у меня внутри все сжималось от жалости к самой себе.

Я много раз горячо раскаивалась в том, что тогда не дала ей высказаться. Что она имела в виду? Какое еще пальто? В тот год ни один из наших парней в пальто не ходил. Впрочем…
<br />АПРЕЛЬ<br /><br />Власть в клетчатой шапочке<br />
Хоть я и обходила Хенрика за версту, не скажу, что в школе его считали заморышем. У него была своя ниша.

Во всей параллели один только Хенрик был политически сознательным юношей. Обычно он читал доклады о рыночной экономике. Говорят, он даже читает передовицы и биржевые сводки в газетах.

Другим политически сознательным человеком был Магнус, который выступал за рабочий народ. (Я так понимаю, рабочий народ — это те, кто ходит в кожаных куртках, носит в заднем кармане гаечный ключ и не может отмыть руки от машинного масла.)

Мне всегда казалось, что меня эти разговоры не касаются. Да и остальным девчонкам тоже, мы не участвовали в этих дискуссиях.

Но однажды меня угораздило попасть в самую гущу событий.

Разумеется, все из-за Пии. Дело было в начале апреля. Мы уже полчаса сидели в школьной столовке, изучая газеты в поисках интересных статей, которые можно было бы обсудить на обществоведении.

— Что за дурацкая мода! — возмутилась Пия, ткнув пальцем в фотографию, на которой был изображен премьер-министр в спортивном костюме. — Теперь не разберешь, где члены правительства, а где забулдыги из глубинки. То ли дело раньше! Король был в короне, владелец фабрики носил высокую шляпу, курил сигару и держал слуг. Это гораздо честнее, чем притворяться, будто все равны только потому, что раз в три года мы можем проголосовать на выборах. Премьер-министр не должен носить спортивный костюм!

Сидевший неподалеку Магнус, вздрогнув, уставился на Пию. Он тихонько кашлянул, давая понять, что сейчас прозвучит серьезное выступление.

— Значит, ты считаешь, нам надо вернуться к самодержавию? Пусть король безнаказанно рубит головы непокорным крестьянам? А торпари[4] пусть стоят на пороге с протянутой рукой и по любому поводу клянчат разрешение у землевладельца?

— Да при чем тут это? — миролюбиво ответила Пия. — Я просто хочу видеть, кому принадлежит власть. Понимаешь, а вдруг они ходят среди нас, как обычные смертные? Вот встречу я в Стокгольме на улице какого-нибудь коротышку, а он владеет половиной всей экономики Швеции. В перерыве за чашечкой кофе он переводит деньги за границу, и твой папа теряет работу, а ты разоряешься. Пусть хотя бы носит мантию, подбитую мехом, чтобы я знала, кто это такой, и могла бы поговорить с ним так, как он того заслужил! Ну или перья нацепит на голову и ходит со слугой, который обмахивает его пальмовыми ветвями.

Магнус был в замешательстве. Мантия? Пальмовые ветви? Он решил просветить Пию.

— На самом деле ты говоришь о вещах, в основе которых лежат проблемы демократии… — заговорил Магнус с важным видом. Продолжить он не успел, потому что Пия была не из тех, кто любит, чтобы ему объясняли смысл его собственных слов, особенно если ты еще не закончила свою мысль.

— А что, очень практично, — продолжила она, словно не слыша его. — Возьмем, к примеру, наш город. Допустим, какое-нибудь крупное предприятие захочет начать здесь свою деятельность. Политики решат отломить половину от центра и проложить прямо через городской парк шестиполосную магистраль. Библиотекам и детским садам деньги давать перестанут, потому что строительство обойдется очень дорого. Вот тогда мне хотелось бы, чтобы людей, которые приняли это решение, можно было как-то отличить от других. Скажем, по клетчатой шапочке с бахромой из маленьких шариков. Тогда я могла бы устроить засаду возле входа в их сад. Или напасть на них в бассейне, а может, в Торговом центре и сказать заодно пару ласковых, пока время есть. А не ждать еще три года до следующих выборов, тогда как парк покроется метровым слоем бетона.

Вдруг я заметила, что к нашему столику тащится Хенрик. Он встал рядом с Магнусом. В кои-то веки они выступали на одной стороне.

— Ты все валишь в одну кучу! — начал он, как мне показалось, пренебрежительным тоном. — Отчасти это информационная проблема: как получить доступ ко всем данным и иметь в своем распоряжении все факты? Ты небось думаешь, у политиков есть колоссальная свобода действий, а на самом деле они ограничены бюджетными рамками..

Не удивлюсь, если мы увидим этого джентльмена на экране телевизора в новостях лет эдак через двадцать!

— Ничего я не валю в одну кучу! — взревела Пия. — Все эти шишки в спортивных костюмах только и делают, что говорят: «мы» должны делать то-то, «мы» не имеем средств на се-то, будто мы с ними друзья или братья. Вот только «мы» здесь совсем ни при чем! Поэтому я хочу, чтобы все они носили клетчатые шапки и я могла сразу узнать их в толпе. Им подавай новую трассу для БМВ, а мне нужна библиотека, в которую я езжу на велосипеде! А еще я хочу, чтобы у нас была большая социальная служба для стариков и мне не пришлось бы превращаться в сиделку и тратить свои лучшие годы на то, чтобы носиться с горшками, разрываясь между моими стариками родителями!

Хенрик воздел руку, словно пытаясь заставить ее замолчать.

— На сегодняшний день ситуация такова, что мы не можем заработать себе на жизнь, ухаживая за другими людьми, понимаешь? Нам нужна настоящая работа! Хотим мы того или нет, но политикой движет рыночная экономика…

Он еще много чего говорил в том же духе и при этом улыбался! Самодовольный придурок, подумала я. В конце концов мое безнадежное отвращение к Хенрику сделало свое дело. Шлюзы открылись, и я даже привстала на стуле.

— Хенрик, будь так любезен, объясни мне одну вещь. — Я склонила голову набок. — Что такое рыночная экономика?

Он смущенно запнулся и покраснел.

— Ну это как бы такие принципы, которые управляют экономическим…

— Я имею в виду то, насколько она вообще подвержена закону всемирного тяготения? Или это нечто сверхъестественное? Некие Силы, которые правят Вселенной, и человеческая рука здесь вообще ни при чем?

— Не понимаю, к чему ты клонишь? — пробормотал Хенрик с несчастным видом.

— Как к чему! Если это что-то естественное, значит, его можно записать в виде формулы, е равно эм це в квадрате, сам знаешь, и отправить прямиком в учебник по физике. А если это из области сверхъестественного, то нам надо открыть здесь небольшую церквушку, а тебя назначить пастором. Коленопреклонение, глядя на биржу, — три раза в день, мессы, в духе «Токио плюс ноль целых, пять десятых… Нью-Йорк, минус один…»

Народ засмеялся, Хенрик покраснел.

— Но если все так, как я подозреваю, — продолжила я, — то за рыночной экономикой стоят реальные люди. Они зарабатывают огромные деньги на своих биржевых скачках. Эти люди сочиняют законы, по которым нерентабельно все то, что делает жизнь обычных людей удобнее и приятнее — например, дешевое медицинское обслуживание, хорошие школы, социальные службы и так далее, — и они вычеркивают все это из жизни, а вместо этого производят танки и пушки!

У Магнуса челюсть отвисла. Не зная, что возразить, он хватал губами воздух с таким видом, будто я у него что-то украла. А Хенрик набрался храбрости и сказал:

— Что за фантазии, посмотри на вещи реально! Рынок просто отражает наши истинные потребности. Если б не было спроса, то все это не стали бы производить, ведь это и есть рыночная экономика. И они, между прочим, платят за то, чтобы ты была сыта и одета! Мы производим пушки и автомобили, которые продаем за рубеж!

— А ты подумал о тех, кто оказывается на другом конце этих пушек? О тех, кто получает гранатой по башке? О тех, кто забесплатно пашет на банановых плантациях ради нас, вместо того чтобы добывать еду собственным детям? Их гораздо больше, чем просто «мы», у которых есть «истинные потребности». Но ты, Хенрик, продолжай в том же духе, отстаивай рыночную экономику. Авось будешь в школу на «феррари» ездить и носить шелковый галстук с ручной росписью!

Тут все уже откровенно заржали. Вообще-то Хенрик совсем не похож на молодого льва с финансовой биржи. Не знаю, почему он все время их так упрямо защищает, словно старый бульдог.

Народ стал расходиться. Было уже не смешно. Хенрик сидел, опустив голову, и щелкал шариковой ручкой. Вдруг я заметила, что его темные волосы как-то странно подстрижены, как если бы его стригла мама, которая не особо умеет это делать. Манжеты и воротничок на рубашке обтрепались, будто их стирали много раз. Я подумала, что нечасто видела Хенрика в разных рубашках.

Н-да, сложно было представить его за рулем «феррари» и в шелковом галстуке. Поэтому все и смеялись.

Вот, оказывается, почему шутка получилась удачной.

Пия посмотрела сначала на него, потом на меня. Затем, поджав губы, призывно кивнула в сторону Хенрика. Она считала, что мне надо поговорить с ним.

— Ты думаешь? — пропищала я.

Она не ответила, но хрюкнула так, будто была не на шутку больна.

Я знала, Пия имеет в виду, что, если я сейчас не закрою эту тему, мне самой потом будет не по себе. Мне вдруг подумалось, что мы с Пией понимаем друг друга без слов, нам достаточно одних только жестов. Мысли у нас были одни и те же, к тому же мы прекрасно знали друг друга. Так мне казалось. Словно мы были сиамскими близнецами с общим кровообращением. Когда одного из них отрезают, никакой гарантии, что другой выживет.

Делать нечего. Я подошла к Хенрику и села рядом.
<br />АПРЕЛЬ<br /><br />Турнир по армрестлингу среди инвалидов<br />
Хенрик сосредоточенно рассматривал то, что некогда было булочкой с изюмом и корицей. Он разделил ее на разные составляющие: изюм в одну кучку, сахар и крошки в другую. Получилось очень аккуратно и забавно, но совершенно бессмысленно. Теперь он проделывал между ними маленькие дорожки при помощи пластиковой ложки.

Когда я уселась рядом, он даже не поднял глаз.

Я немного подумала.

В голове было пусто, никаких идей, как начать разговор. «Извини» — это не то слово, которое приходится выжимать из себя, тем более если ты не это имел в виду. «Извини, который час?» — пожалуй, сойдет. «Извини, что чуть не заморозила тебя этой осенью?» Нет, никуда не годится.

— Давай сразимся в армрестлинг? — наконец произнесла я, обращаясь куда-то в воздух.

Слегка улыбнувшись, он продолжал совершенствовать уличное сообщение между кучками крошек.

Мы немного помолчали.

— Что я тебе такого сделал? — спросил он вдруг осипшим голосом.

Было видно, что его все достало: и мои ядовитые стрелы в сегодняшнем разговоре, и те разы, когда я обращалась с ним, как с какой-то гадостью, которую кошка принесла в дом и положила на чистый ковер.

Он ведь и вправду ничего дурного мне не сделал. Просто оказался не в том месте не в то время, но он-то в этом не виноват…

Еще немного подумав, я решила, что раз уж я все равно здесь сижу, то можно поговорить начистоту.

— Знаешь, я ведь не подарок судьбы, — осторожно начала я. — Поэтому если мне кажется, что кто-то мной заинтересовался и пытается мне понравиться, значит, ему от меня что-то надо, а что именно — я не понимаю. А может, у него просто слишком низкие требования и он думает, будто ничего большего не заслужил. Тогда надо самой уносить ноги.

Хенрик улыбнулся краешком рта.

— Слышал, Граучо Маркс[5] однажды сказал, что не хотел бы быть членом клуба, в который принимают ему подобных.

Голос его повеселел. Он прекрасно понял, о чем я.

— Слушай, я и вправду довольно паршиво с тобой обращалась, но… хочешь, я вместо тебя прополощу рот зубным полосканием? — предложила я. — Могу даже проглотить!

Я вдруг вспомнила, что, когда мы учились в средней школе, Хенрик не раз выручал меня таким образом. Я ненавидела полоскать рот. Он всегда был со мной очень добр.

Человек — неблагодарное животное, которое не понимает своего собственного блага, подумала я. Такой милый юноша! С такими блестящими перспективами! Прекрасный аттестат, отличная репутация, карьерные задатки! Почему бы не поставить на эту лошадку? Мы ведь могли бы вступить в будущее рука об руку, с шикарными мобильными телефонами в карманах костюмов!

Он выжидающе посмотрел на меня.

Только не это. Кажется, сейчас я погрязну в сентиментальности, совершенно потеряю себя и еще больше вляпаюсь. Может, теперь мне надо сказать что-то вроде: «Ты всегда был мне как брат» — ведь так говорили в прежние времена?

Эх! Наверно, это выход. Хотя у Хенрика уже есть три сестры. Вряд ли он мечтал о четвертой.

Вместо этого я вдруг заканючила мерзким голосом.

— Я не в восторге от того, что ты строишь из себя молодого льва, — начала я. — Будь ты хоть трижды богатым и знаменитым, будь у тебя суперкарьера в области экономики, не думай, что я клюну на это. Не мой сценарий! В этом смысле я безнадежна, по крайней мере, сейчас. Я положу свою прохладную руку на лоб бедняку и отправлюсь в джунгли, чтобы бороться с голодом и нуждой. Можешь ржать сколько влезет, но я и тебя с собой приглашаю, это твой шанс.

Хенрик задумался. А потом, как мне показалось, он тоже решил, что раз уж у нас такой разговор, то можно быть искренним.

— Из меня выйдет неплохой лев, — сказал он неторопливо. — В этом нет ничего сложного. Надо только научиться трепаться и строить из себя не того, кто ты есть, это дело наживное. И народ на это ведется! Я, конечно, знаю, что все это фуфло, но что мне еще остается? Я никогда не буду тем парнем с квадратным подбородком, который может просто стоять и играть мускулами, а девчонки будут вешаться ему на шею. Мне даже пиво не нравится. А кем-то ведь надо быть.

— Ну да. Но ты же понимаешь, что мне по фигу, есть ли у тебя трехкилограммовый гранитный подбородок и базука?

— Понимаю. Может быть, именно поэтому я на тебя запал? Хотя я так и не разобрался, кто тебе нужен! Парень вроде Маркуса, который умеет метать дротики? — Хенрик оторвал взгляд от булочки и посмотрел мне прямо в глаза.

О Господи, неужели он шпионил за мной, как детектив из криминального фильма? Я дико разозлилась.

— Ну знаешь, это уже чересчур! Давай не зашкаливай! Запретный прием, или как там это называется.

Хенрик помолчал.

— О'кей, давай сразимся в армрестлинг, — сказал он. И мы начали.

Ладонь у него была немного потной. Мы впервые дотрагивались друг до друга. Вопреки моим опасениям ничего ужасного в этом не было, но конечно же и колокола на башне не зазвонили.

Это была игра. Он с самого начала решил для себя, что позволит мне выиграть, а я наоборот — что не дам ему меня пересилить, чего бы мне это ни стоило. Какое-то время мы молча боролись.

Потом нам надоело! Прозвонил звонок, и мы разошлись. Кажется, мы оба поняли, что надо обдумать случившееся. Но настроение у нас было прекрасное.

Спасибо тебе, Пия. Несколько месяцев спустя, сидя у своей стены в гардеробной комнате, я вдруг поняла, что у меня давно появилась привычка мысленно говорить с тобой, когда на душе паршиво. Такое ощущение, будто ты где-то рядом…
<br />МАЙ<br /><br />Берегись пикового короля!<br />
Странно, но Пия никогда не бывала у меня дома. Один раз мы вместе пришли к моей бабушке. В школе объявили день спорта, и утром нам дали задание совершить длительную прогулку пешком. Нам разрешили самим придумать маршрут, что мы и сделали, а затем пустились в путь.

1   2   3   4   5   6   7   8   9

Похожие:

Между Богом и мной все кончено iconКатарина Масетти Между Богом и мной все кончено
Сегодня ночью мне приснилась стена. Та самая, с которой я разговаривала все прошлое лето
Между Богом и мной все кончено iconСборник очерков и рассказов, основная тема которых нравственный выбор....
Между любовью и ненавистью, между памятью и забвением, между добром и злом, между жизнью с Богом и без Него Герои рассказов Н. Е....
Между Богом и мной все кончено iconУченика святого и богоносного отца нашего василия нового цареградского
Василия, когда я после продолжительной и усердной молитвы почивал на одре своем, вижу, входит святый Василий, берет меня за руку...
Между Богом и мной все кончено iconЛюбезный Читатель, прочитав мой рассказ, ты можешь, не согласится...
Кая Сила, которая создавала это пространство, этот пустой мир без эха, зла, добра и звуков. Казалось, он был пустее самого пустого...
Между Богом и мной все кончено iconСавенко Ереси очерки натуральной философии © Эдуард Лимонов
Я спешу, земного времени у меня все меньше, а моя задача — оставить человеческому виду мощное мировоззрение. Для этой цели я вооружился...
Между Богом и мной все кончено icon-
«Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Иисус Христос». (1Тим. 3: 16)
Между Богом и мной все кончено iconСодержани е введение 3
В этой книге я рассказываю о некоторых событиях, которые произошли лично со мной в моих отношениях с Богом. Я называю их “близкими...
Между Богом и мной все кончено iconПоложение о конкурсе «Мисс «Беги за мной»
Настоящее Положение определяет порядок организации и проведения в 2012 году на фестивале Федерального проекта «Беги за мной»Краснодарский...
Между Богом и мной все кончено iconИдет война, война какой еще не знал Мир, между Богом и сатаной за...
Земным царством и Царством Божьим Небесным. Реально это выглядит как «война за дом» тело человека, на чьей стороне душа, тому достанется...
Между Богом и мной все кончено iconБелорус, гражданин Республики Беларусь
Загса первомайского райсполкома г. Витебска между мной и ответчицей был зарегистрирован брак
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница