Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи


НазваниеБарбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи
страница2/29
Дата публикации07.03.2013
Размер3.8 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Биология > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29
Бензиновая еда

Известно ли вам, сколь велики в США затраты на рефрижераторы? У нас уходит почти 400 галлонов бензина в год на душу населения – что составляет около 17 % от общенационального расхода энергии – на сельское хозяйство, это второе место после расходов на транспорт. Трактора, комбайны, уборочные машины, ирригационное оборудование, разбрызгиватели, культиваторы, сенные прессы да и все прочее оборудование работает на бензине. А исходными материалами для производства синтетических удобрений, пестицидов и гербицидов неизбежно служат нефть и природный газ. Более четверти всех расходов энергии в сельском хозяйстве уходит на производство синтетических удобрений.

Но чтобы вырастить урожай – начиная с вспашки поля и кончая жатвой, – достаточно одной пятой всей той нефти, которую мы расходуем на производство нашей еды. Львиная доля тратится на перевозку от фермы до вашей тарелки. Путь каждого компонента стандартной американской пищи до потребителя – в среднем 1500 миль. Кроме непосредственно перевозок, топливо расходуется и на других этапах – обработка (сушка, измельчение, нарезка, сортировка, выпекание), упаковка, хранение и замораживание. Количество калорий энергии, которое расходуется при производстве, упаковке и транспортировке, намного превышает другой показатель – калории энергии, которые мы получаем от потребления пищи.

Так что, с точки зрения экономики, гораздо проще и выгоднее просто купить кварту моторного масла и выпить его. Есть и более аппетитные решения. Если хотя бы раз в неделю одна трапеза (любая) каждого гражданина США состояла из продуктов, произведенных в той местности, где он проживает, тогда расход топлива в нашей стране сократился бы более чем на 1,1 миллиона баррелей бензина еженедельно . Я говорю не о галлонах, а о баррелях! Немного измените свои привычки при совершении покупок – и наступят большие перемены. Чтобы стать менее энергетически зависимой нацией, каждому из нас надо просто приготовить завтрак из свежих местных продуктов.

Ваш Стивен Хопп


Голод как глобальная проблема

Баклажаны, которые вы лично вырастили на грядке, или сыры кустарного изготовления с ближайшего фермерского рынка – все это замечательно для обеденных посиделок по выходным, но разве нам не требуется сельское хозяйство, поставленное на промышленную основу, чтобы накормить голодающих?

В сущности, все фермы мира в настоящее время производят достаточно еды, чтобы сделать толстым любого жителя нашей планеты. И хотя 800 миллионов человек хронически недоедают (за то время, что вы читаете эту статью, от причин, вызванных голоданием, умрут еще шесть человек), это происходит оттого, что у них нет денег и возможностей, а не оттого, что еда недоступна в их странах. По данным комитета по вопросам питания и сельского хозяйства при ООН, в настоящее время производимых продуктов питания достаточно, чтобы удовлетворить мировые потребности в еде даже 8 биллионов человек, которые, как предполагается, населят планету к 2030 году. Это совместимо даже с прогнозируемым возрастанием потребления мяса и без добавления генетически модифицированного зерна.

Ну разве не вдохновляющая перспектива для промышленного производства питания? Увы, все не так замечательно. Методы сельского хозяйства на промышленной основе, где бы их ни практиковали, ведут к эрозии почвы, засолению, наступлению пустынь и потере плодородности почвы. По подсчетам вышеназванного комитета при ООН, более 25 процентов пахотных земель мира уже сейчас затронуты хоть одной из этих проблем. И больше всего страдают территории с более засушливым климатом или более холмистым рельефом. Многочисленные полевые испытания (и в США, и в Великобритании) показали, что практика выращивания продуктов без применения химикатов может дать выход зерновых (кукурузы, соевых бобов, пшеницы), сравнимый с показателями промышленного сельского хозяйства. Используя для удобрения растительный покров или навоз животных, эти практики улучшают плодородность почвы и ее способность сохранять влагу в течение сезонов, с совокупными издержками. Эти способы особенно выигрышны в таких регионах, где не имеется средств и соответствующих технологий для осуществления промышленного подхода.

Используя обычные методы, определенно можно произвести в огромных количествах кукурузу, пшеницу и соевые бобы, но не накормишь бедняков. Большая часть урожая уходит на питание скота для производства мяса или превращается в переработанную пищу для более богатых потребителей, которые уже получили множество калорий. Продавцы продуктов питания предпочитают выбрасывать на рынок больше еды для тех, у кого есть деньги, а не для тех, у кого их мало. Мировая политика торговли чаще всего предпочитает развитые страны, в ущерб странам развивающимся; большинство прибыли отходит к торговцам, переработчикам и перевозчикам. Даже прямая помощь, скажем поставка еды в зону катастрофы (пострадавшие в таких случаях составляют незначительный процент от голодающих), во всем мире больше всего выгодна производителям зерновых культур и перевозчикам. По закону, 75 процентов продуктов, отправляемых в виде такой помощи из США в другие страны, должно быть выращено, упаковано и перевезено фирмами США. Из за такой практики, называемой «обусловленная помощь», перевозки продуктов задерживаются на срок до шести месяцев, стоимость продуктов возрастает более чем на 50 %, а более двух третей денег попадает в карман торговцам.

Если говорить о рентабельности, то выше всего она тогда, когда продукты питания производят максимально близко от места их потребления. Многие организации по борьбе с голодом оказывают помощь не в форме мешков с едой, а в виде специальных программ обучения и поставок вспомогательных технических средств для ведения сельского хозяйства, наиболее рационального для данной местности. Целью этих программ вовсе не является устранить голод на сегодняшний день и отправить оплаченный чек международной корпорации. Они обеспечивают нуждающимся источник существования, искореняя причину голода, ибо все дело не в производстве продуктов, но в самой бедности.

Подробнее об этом можно прочитать на сайтах: www.wn.org; www.journeytoforever.org; www.heifer.org.

Ваш Стивен Хопп

Глава 2

В ожидании спаржи

Конец марта
Теперь в нашей семье наиболее актуальным был вопрос: «Когда же мы наконец запустим свой проект?»

Мы приехали жить на природе добровольно, желая полноценно питаться. Мы несколько лет обсуждали это в деталях и поставили себе довольно абстрактную задачу: прожить целый год так, чтобы совместить свой выбор продуктов питания со следующими заповедями нашей семьи: «люби своего соседа» и «старайся не повредить ни одно цветущее растение на планете, пока ты на ней существуешь».

Мы решили, что за этот год постараемся осесть на ферме и кое что здесь усовершенствовать: например, система водоснабжения тут была столетней давности. После нескольких радикальных реконструкций мы въехали в дом, которому еще не хватало окончательных штрихов, например не было дверных ручек. А также двери, выходящей на задний двор. Мы забили этот проем фанерой, чтобы звери из леса не забрели в кухню.

Вовсю занимаясь усовершенствованием дома, мы ухитрились в то первое лето также вырастить на огороде скромный урожай и закатать немного банок с помидорами. В октябре зеленые леса, окружавшие нашу ферму, вдруг чудесным образом изменились. (В Таксоне у деревьев не принято так запросто менять свою окраску на багряную и золотую.) Потом началась пора снегопадов, а вместе с ними и первая суровая зима в жизни наших детей. Камиллу, выросшую в Таксоне, так удручал холод, что она даже дома не снимала сапоги на меху; зато младшая, третьеклассница Лили, пришла в такой восторг от отмены занятий в школе из за сильных снегопадов, что не спускала свои санки с крыльца, готовая при первой возможности выскочить наружу и покататься.

Поскольку еще не пришла пора реализовать наш проект – кормиться исключительно продуктами, выращенными в этой местности, мы, не теряя времени, начали знакомиться с соседями и узнавать, кто из них что выращивает, однако пока совершали свои покупки в обычном продовольственном магазине. По возможности мы ориентировались на отдел натуральных пищевых продуктов и не брали дешевку, вроде консервов, но пока что все равно питались продуктами, произведенными где то там . В дальнейшем мы собирались целиком отказаться от государственного источника снабжения, то есть провести целый год, по настоящему обследуя пищевые ресурсы нашего региона. А для того, чтобы разнообразить рацион чем нибудь, произведенным не в нашей стране или другом округе, требовался исключительный повод (отнюдь не довод «мне хочется»). Мы не первые заявили о своих намерениях провести эксперимент – питаться исключительно местной пищей: например, была одна такая пара из Ванкувера, но теперь, как говорили, они ели одни одуванчики. Наш друг по Таксону Гэри Набан весьма занимательно описал в своей книге попытки питаться местной едой; почитайте на досуге, как он отравился заплесневелой мукой мескитового дерева и съел однажды нескольких раздавленных на дороге животных. У нас был совершенно другой план. Мы надеялись доказать, что нормальная американская семья может прожить благополучно, ориентируясь исключительно на то, что есть в местных закромах.

Не было смысла начинать с 1 января. Потом пришел февраль, но и он показался нам довольно мрачным и холодным. А когда наступил март, нас начал терзать вопрос; чего мы ждем? Требовалась официальная дата запуска эксперимента, рассчитанного на 365 дней. Имело смысл, ориентируясь на природу, начать, так сказать, с периода роста, но как это понимать точно? Может быть, дождаться, когда по обочинам дорог начнут вылезать побеги дикого лука и складчатые листья остальной зелени? Я положила конец сбору колосьев по канавам, занимаясь которым наша семья напоминала героев романа о бедняках. Не сомневаюсь, что соседи уже воспринимали нас как потенциальный объект благотворительности. До переезда в дом мы жили в сарае, довольно примитивном жилище для семьи из четырех человек. Однажды летом, когда Лили была еще совсем малышкой, я отправилась в москательную лавку купить большое ведро, чтобы мыть ее во дворе, потому что у нас не было подходящей ванночки. Увы, я совершила ошибку: объяснила продавцам, для чего мне нужно это ведро. Весь магазин замолчал, на меня обратились жалостливые взгляды: надо же, до чего они нищие, а одеты вроде бы вполне прилично.

Так что нечего зря привлекать внимание посторонних. Я решила, что первым днем нашего нового года – года питания местными продуктами – станет тот, в который вырастает какой то первый настоящий овощ, не дикое растение, но культурное, которого очень ждут. Если европейцы могут устраивать праздник по случаю его появления, почему не можем мы? Итак, решено: ждем спаржу.
* * *
За две недели до наступления весны по календарю я вышла в грязь, обув боты и накинув косынку; целью моей было обследовать грядку спаржи. Четыре лета назад, когда мы со Стивеном решили, что эта ферма когда нибудь станет нашим постоянным домом, мы начали возделывать огород, который, как надеялись, прокормит нас в старости. Это была тяжелая, до седьмого пота, работа по наращиванию мускулов, занявшая почти целое лето, да и то еще спасибо, что нам помог друг, имевший землеройную технику. Наши проблемы заключались в рельефе участка, такие помехи нормальной работе присущи каждой ферме в Южных Аппалачах. Наша ферма находится внутри гребня горы, расположенного подковой. Заросшие лесом откосы сходят в крутую долину, по центру которой протекает ручей. Это так называемая «впадина» (тут ее называют «ущелье»). На западе это именуется каньоном, но в каньонах мало деревьев и намного больше солнца.

У самого входа в нашу впадину стоит фермерский Дом под жестяной крышей, в окружении нескольких расчищенных полей; имеются тут фруктовый сад, бревенчатый старый амбар и птичник; посыпанный гравием подъездной путь спускается по впадине к дороге. Сарай, в котором мы раньше обитали (теперь он превращен в домик для гостей), расположен в глубине леса, там же берет начало наш источник воды – ручей, питаемый родником; ручей протекает рядом с домом и вдоль луга, а внизу, возле проезжей части, он впадает в более широкий ручей. Наша территория составляет около сотни акров земли, и все они расположены по откосам, буквально все они слишком крутые, чтобы там можно было разбить огород. Мой дедушка говорил о таких фермах: «Ты раскопай один рядок сверху, и пусть картофелины сами катятся в корзинку». Звучит забавно, но в действительности смешного мало. Мы старались возделать узкую полоску почти плоской площадки вдоль ручья, но на дно нашей долины – распадок между двух высоких гор – прямые лучи солнца падают только с позднего утра до середины полудня. Этого освещения недостаточно для вызревания, скажем, дыни. Годами мы изучали топографию нашего участка, стараясь придумать оптимальный план посадок.

В итоге мы решили разместить свой огород на обращенном к югу склоне горы, на середине откоса над фермерским домом. Мы разгребли сучья, выделили две длинные террасы, охватывающие контур холма: в целом их площадь составила меньше четверти акра, и это были единственные ровные площадки на всей нашей территории. Год за годом мы удобряли их почву компостом и перегноем, засаживали обочины террас черничными кустиками, сливовыми и персиковыми деревьями, кустами пеканового и лесного ореха, миндалем и малиной. Таким образом, мы оказались владельцами не менее сотни акров леса, который снабжает нас кислородом и фильтрует воду для всеобщего блага, а также пахотной земли, площадью около 4000 квадратных футов. Ну что, неужели мы теперь сами себя не прокормим? Три года назад в солнечный июньский день в одном из укромных уголков этой территории я заложила основы своего будущего – разбила грядку спаржи. Целый день я копала траншею и сажала семена, надеясь, что они окажутся последними в долгой череде посадок спаржи, которые я оставлю после себя в этой жизни.

Теперь, в марте, мы ждали знака, чтобы начать новую жизнь, питаясь плодами своей земли, но эта совершенно голая полоска земли не посылала нам никаких предзнаменований, вроде неопалимой купины. (Хотя она была черной от золы – мы жгли мертвые стебли прошлогодних растений, рассчитывая уничтожить вредителя – трещалку спаржевую.) Через два месяца, когда станет достаточно тепло для посадок кукурузы и бобов, а кулинарные радости от поедания спаржи уйдут в прошлое, эта полоска превратится в пушистые заросли высотой до пояса. К концу лета они будут похожи на карликовые рождественские елочки, усыпанные крошечными красными шариками. Потом мороз прибьет их к земле. В течение почти сорока восьми недель спаржу способны узнать лишь те, кто ее растит. Многие гости, летом посещавшие наш огород, стоя в центре грядки, спрашивали: «Что это у вас тут такое растет? Какое красивое!» Мы объясняли, что это спаржа, неизменно слыша в ответ: «Да нет, мы спрашиваем вон про те пушистые деревца!»

Молодой побег спаржи похож на свое изображение на картинке только один день в жизни, обычно это бывает в апреле, со сдвигом в один месяц, если ехать к югу от линии Мэйсон Диксон. Росток выходит на поверхность, он смахивает на тупоносую зеленую змейку, стремящуюся к солнечному свету, и поднимается так быстро, что едва успеваешь застать его в процессе роста. Если вовремя не срезать шейку на уровне земли, она будет расти дальше. Каждая треугольная чешуйка на верхушке развернется в ветвь, и в итоге змейка превратится в деревце высотой в четыре фута, покрытое нежными иголочками. Хочу сразу же предостеречь вас против предрассудков: толстые верхушки ничуть не более нежные или зрелые, чем тонкие; каждый росток с самого начала имеет свой особый диаметр. В часы после своего выхода из земли он удлиняется, но не становится заметно толще.

Существует еще одно распространенное заблуждение, и его следует опровергнуть: белые верхушки побега спаржи, с точки зрения ботаники, ничем не отличаются от своих зеленых собратьев. Просто эти белые побеги получили меньше солнечного света из за толстого слоя мульчи, наваленной на крону растения. Европейских специалистов по выращиванию спаржи волнует эта сторона – ибо потребители предпочитают стебли, еще не получившие свою первую окраску в результате биосинтеза. Большинство американцев предпочитают зеленый – цвет более развитого растения. (Хоть это для нас и не типично, но в данном случае мы голосуем за продукт с лучшими питательными свойствами.) Одно и то же растение может иметь и белые, и зеленые верхушки в разные годы, в зависимости от ухода. Если верхушкам дать возможность превысить свои первые экспериментальные шесть дюймов, они позеленеют и станут высокими и пушистыми, подобно комнатному растению, известному как спаржевый папоротник (это родственный вид).

Более взрослые и здоровые растения спаржи дадут более толстые и многочисленные побеги. Под землей лежит похожий на осьминога комок толстых корней (называемый «корона»), который за зиму накопил крахмал в достаточном количестве, чтобы к началу весны наружу высыпала поросль фаллических ростков. Выглядит это довольно сексуально, недаром европейцы эпохи Ренессанса воспринимали спаржу как афродизиак, а церковь запрещала сажать ее в женских монастырях.

Самые первые рецепты приготовления спаржи появились еще 2500 лет назад. Они записаны древними греками и египтянами, из чего следует, что родиной спаржи были страны Средиземноморья. При Цезарях любовь к этому растению была столь велика, что тогда специально снаряжали корабли, дабы прочесать всю империю в поисках лучших сортов и доставить их в Рим. Спаржа даже вдохновила самую раннюю отрасль пищевой промышленности – замораживание продуктов питания: в I веке римские возничие поспешно отвозили свежие побеги из долины реки Тибр в Альпы и хранили их там под снегом шесть месяцев, чтобы можно было с большой помпой подать деликатес на осеннем пиру Эпикура. Так что мы не первые всячески изощряемся, пытаясь полакомиться продуктами вне их сезона.

Жители Северной Европы не так давно обратили внимание на спаржу, но к тому времени, как европейцы прибыли в Новый Свет, они не могли не взять ее с собой. Спаржа – многолетнее растение, семена его распространяются птицами, так что у нас есть дикие популяции, растущие в каждом регионе Америки, где имеется умеренный климат и выпадает достаточно осадков. Спаржа любит легкие почвы, верхние несколько дюймов которых промерзают зимой. Она особенно часто встречается вдоль обочин шоссейных и железных дорог, особенно если их чистят от зарослей сорняков. Дикая спаржа не всегда самая вкусная, но ее преимущество в том, что она дармовая. Ранней весной мой отец любил приносить домой пучки спаржи – посещая пациентов, он забредал на загородные тропы, где растет спаржа. Главная трудность заключалась в том, чтобы заметить ее среди высоких сорняков в первый день появления, именно тогда это растение и следует собирать. Позже, летом, папа всегда делал стойку, где бы ни заметил развевающиеся под ветром высокие стволы дикого аспарагуса. Он останавливал автомобиль, выходил и отмечал это место оранжевой маркировочной лентой, которую специально носил с собой для этой цели. Если дорожная полиция или зимние ветры не срывали его отметки, следующей весной у нас имелись свои участки спаржи, разросшейся по всему округу. Нам, детям, нравилось съесть такой сорванный украдкой деликатес с добавлением большого количества масла.

Когда я выросла, то разбивала грядки спаржи на участке возле каждого дома, который приобретала, а также возле некоторых съемных, так что за мной в кильватере всегда тянулся овощной след в виде Джона Спаржевое Зерно. Вероятно, таким образом в годы неустроенной жизни я тянулась к оседлости, которая пока была мне недоступна. Правильно устроенная грядка спаржи плодоносит лет двадцать тридцать, но не смешно ли разводить спаржу во дворе студенческого общежития! Ведь это не так просто – выкопать канаву, заполнить ее компостом, затолкать ряд корон спаржи, предварительно заказав их в фирме по продаже семян. Между прочим, урожая ждать нужно три года !

Пусть растение целых два лета как следует набирается сил, и только потом можно начинать срезать его ранние побеги – но в первый год сбора урожая только в течение двух недель. Даже когда растение вполне зрелое, не следует жадничать. После восьми недель ежедневного срезания побегов фермер должен убрать свой нож и наконец позволить росткам перерасти стадию съедобности и вытянуться в тощие плети, какими они и желают стать. Для большинства сельскохозяйственных культур сезон заканчивается, когда все плоды собраны. Но спаржа совсем не такая: ключ к урожаю следующей весны – крахмал, который растение запасает под землей, и это произойдет только в том случае, если оно достаточно долго проживет летом, чтобы прирастить свой крахмальный запас. По этой причине сезон свежей спаржи оказывается самым коротким.

Не рассчитывайте, что побеги молодой спаржи выскочат в любое время, кроме марта, апреля или мая, если только вы не живете в Новой Зеландии или Южной Америке. Некоторые фермеры в Калифорнии нашли способ собирать второй (весьма немногочисленный) урожай поздней осенью. Но это исключение. Так что имейте в виду: если увидите в продаже спаржу в любое другое время, далекое от апреля, значит, она прибыла издалека. У нас в семье мы едим спаржу неделями, когда наступает ее время, – причем в огромных количествах, ведь побеги надо срезать ежедневно. И когда растение уже устает от задуманного нами плана, нам оно тоже поднадоедает.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

Похожие:

Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconБарбара Росек Дневник наркоманки Барбара Росек Дневник наркоманки...
Я – наркоманка. Пора, наконец, признаться в этом хотя бы самой себе. Да, теперь то я знаю, как все это выглядит на самом деле. А...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи icon1. Специально разработанный режим питания, отношение количества химического,...
Растительная пища в среднем усваивается: на 95 %,- на 80 %, а смешанная -на 82 90 %
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconСекреторная функция жкт. Ротовая полсть
Ротовая полсть. Слюна без приема пищи мало увлажняет слизистые, при приеме пищи за сутки до 2 л рН – 5, 7 – 7,36
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconЧто можно увидеть на войне: несчастье и чудеса
Дорогие наши! С помощью этой новой хроники мы благодарим Вас за ваше беспокойство и молитвы за нас и за Сирию. Нам есть что рассказать...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи icon6. Средний отдел пищеварительной системы
В среднем отделе пищеварительного тракта происходит главным образом химическая обработка пищи под воздействием ферментов, вырабатываемых...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconРабочая версия программы • июнь 2009 цели и задачи программы главная...
Практическое применение результатов научных разработок для существенного продления периода здоровой жизни человека
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconКогда в V в., н э. Римская империя пала под натиском варваров, ее...
В европе наступала эра религии и мистики. Сны, и видения воспринимались как послания свыше, а чудеса — как нормальные события, свидетельствующие...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи icon8. какие анализаторы обеспечивают условно-рефлекторную фазу пищеварения?
Условно-рефлекторное отделение желудочного сока происходит при раздражении обонятельных, зрительных, слуховых рецепторов (запах,...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconОтветив на эти вопросы нужно создать для себя правильную систему...
До знакомства с прикладной наукой я думал, что Евангелие это жизнеописание Иисуса, где рассказывается как он жил и какие делал чудеса....
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconДуховного развития. Идеи, слова и произведения этих людей ежедневно...
«Когда вмешивается Бог, происходят чудеса. Практический курс поиска удачи»: Эксмо; Москва; 2012
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница