Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи


НазваниеБарбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи
страница3/29
Дата публикации07.03.2013
Размер3.8 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Биология > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

* * *
История жизни спаржи как растения ставит ее на особое место: это первый съедобный овощ весеннего времени. С точки зрения биологии спаржа – многолетнее растение, она существует много лет. Остальные наши растительные продукты питания – почти всегда листья, цветы, фрукты или семена растений, которые начинают жизненный цикл весной в виде посадок и исчезают всего несколько месяцев спустя, когда наступят осенние заморозки или их съедят: неизвестно, что случится раньше. (Исключение – фрукты, мы называем этим словом то, что растет на ягодных кустах или деревьях, и корнеплоды, которые проявляют себя немного по другому, но о них позже.) Однолетники имеют тенденцию расти быстрее, чем многолетники, и их культивировали как продовольственные культуры тысячелетиями. Семейство злаковых (головки с семенами – это наше зерно) особенно быстрорастущее, причем зерно явно выигрывает соревнование по рентабельному содержанию углерода. Но спаржа имеет то преимущество перед всеми овощами, что живет дольше одного года. Вот почему она первой вырастает весной, предлагая нам съедобную биомассу, когда другие овощи все еще находятся на стадии саженцев; она делает рывок на старте.

Однако срок жизни съедобной части этого растения зловеще короток. В тот момент, как шея спаржи попадает под нож, внутренний стартовый пистолет командует «Пошел!», и начинается разложение, метаболизация собственных сахаров, попытка – потому что другой программы не заложено – продолжать рост. Поэтому спаржу лучше съедать в тот день, когда ее срезали, и точка. При транспортировке даже в замороженном виде плотно прилегающие к почке чешуйки отслаиваются и становятся видны эмбриональные отростки, которым предназначено стать ветвями. Свежие стебли, плотные, блестящие, имеют сексапильный вид принаряженных дам средних лет на танцплощадке или в клубе общения по интересам, но они так быстро теряют свой блеск и аккуратность, когда их песня окончена. Сладость превращается в крахмал.

Мы даже не знаем всех факторов, которые портят лебединую песню этого овоща, поскольку аромат и питательность есть результат сложных взаимодействий живых фитохимических систем. В начале XX века японский специалист в вопросах питания Кикунаэ Икэда впервые документально доказал, что спаржа выходит за пределы четырех известных, официально признанных вкусов: сладкого, кислого, горького и соленого. Его отчетливый резкий запах объясняется присутствием глутаминовой кислоты, которую доктор Икэда назвал «пятым вкусом», или «умами». На тот момент это заявление было истинным открытием в сфере вкусов. (Позже был изобретен искусственный аромат «умами», известный как глутамат натрия.) Но химикаты, определяющие вкус, быстро теряют свою изысканность. Несвежая спаржа на вкус просто горьковата, особенно если ее переварить.

Будем откровенны: таскать охлажденные зеленые овощи из одного конца Земли в другой – затея эксцентрическая, ведущая к неразумной трате топлива. Но есть и более простая причина отказаться от спаржи вне ее сезона: в это время она неполноценна. Уважать достоинство этого удивительного овоща – значит наслаждаться им в его лучшем состоянии. И европейцами короткий период, когда спаржа имеется в изобилии, воспринимается как праздник. В Нидерландах срезание первых побегов совпадает с Днем отца, в этот день в меню ресторанов представлена исключительно спаржа и клиенты получают в подарок галстуки, украшенные изображением ее побегов. (Кстати, французы ежегодно устраивают похожий праздник в честь молодого вина «Божоле»; а итальянцы ползают по своим лесам, как муравьи, собирая урожай осенних грибов, и теряют голову при появлении первых летних помидоров.)

Между прочим, ожидание – тоже часть процесса оценки. Если воспринимать овощи в этом разрезе, тогда для потребителя «поедание» становится не просто результатом обычного регулярного ухода за грядками, а развлечением. Трудно свести наш современный комплекс выбора продуктов питания к единому принципу, но обычно срабатывает такое правило: есть приготовленные дома блюда из цельных ингредиентов, взятых в их сезон, выращенных по возможности в своем регионе, – это и значит питаться хорошо, во всех отношениях: в выигрыше будут и организм, и среда обитания.

Горсточка творцов – шеф поваров годами работает над тем, чтобы создать зачатки позитивной американской культуры еды – кухни, основанной на растущих у нас ингредиентах. Видные родоначальники этого направления – Алиса Уотерс из «Шез Панисс» в Сан Франциско и Рик Бейлесс из «Фронтера Гриль» в Чикаго, а также Дебра Мэдисон, большая умница и автор поваренной книги. Однако в данном случае речь идет об элитной кухне. Несомненно, если говорить о ресторанах, там все стоит очень дорого, но в варианте «сделай сам» затраты намного меньше. Мне непонятно, почему столь многие мои соотечественники уверены, что только богачи способны эстетически оценить еду. Советую всем, кто так думает, заглянуть в кухни рабочих иммигрантов, выходцев из Индии, Мексики, да откуда угодно. Готовить дома дешевле, чем покупать фасованные продукты или есть даже в сравнительно качественном ресторане. Чтобы готовить хорошую еду, надо всего лишь иметь хорошие вкусовые рецепторы и развить соответствующие навыки.

Главное препятствие на пути к культуре потребления продуктов своей местности – вовсе не цена, а наше субъективное отношение. Самое трудное для человека – проявить терпение и чуточку самоограничения, а эти достоинства едва ли свойственны богатым. В сущности, они вообще довольно редко встречаются под крышей любого современного квартала нашей нации, основанной пуританами. Более того, мы применяем их избирательно: например, стращая подростков и поучая их, что секса они должны ждать. Мол, только дождавшись возможности соития в идеальных обстоятельствах (как говорится), можно постигнуть его истинную ценность. И эти призывы к воздержанию подросток слышит от взрослого, который сам не может даже дождаться должного времени, чтобы съесть помидоры в сезон, а вместо этого поглощает безвкусные привозные плоды всю зиму, чтобы удовлетворить свое страстное желание тут же, немедля . Мы растим своих детей в определенной развращенности, если скармливаем им случайные наборы продуктов, закупленных в супермаркете, игнорируя то обстоятельство, что наша жизнь удешевляется огульными желаниями.

Опыт качественного питания – этот важный принцип утерян в американской культуре. Если мы хотим его вновь обрести, спаржа кажется мне именно тем продуктом, с которого можно начать. А если заподозрить этот овощ, который обеспечит нам вкусное питание, в том, что он афродизиак? Таков надменный парадокс культуры питания: воздержание равно потаканию.
* * *
В начале апреля, в воскресенье, мы сидели за кухонным столом и составляли список продуктов, которые следует закупить на грядущую неделю. Настроение было нетипично для нас унылым. Обычно мы просто записываем все в блокнот, подвешенный к холодильнику. А перед тем, как идти в магазин, корректируем уже составленный список. Проблема заключалась в том, что теперь мы решили стать животными другого типа – такими, которые не перепрыгивают через забор за всякой ерундой. Мы все откладывали дату начала эксперимента, ожидая, пока огород примет более гостеприимный вид. И вот на дворе апрель. Мы уже дважды собрали и съели урожай спаржи. Это было своего рода выстрелом из стартового пистолета: готовы, настроены… готовы ли?

Как многие великие идеи, эту было легче объяснить совету директоров, чем простым дольщикам. Я очень хорошо помню тот день. Вся наша семья собралась вокруг дубового стола в кухне; деревенский светильник из матового стекла бросал на нас трагический отсвет. Дедушкины часы звучно тикали в соседней комнате. Мы перестроили свой старый дом в архитектурном стиле, известном как ретро: отчистили всю старую осветительную арматуру, металлические крепежные детали, даже умывальники и ванну, добытые из демонтированных домов. А знаете, какой у нас был холодильник? Как следует отдраенный небольшой «Кельвинатор» 1932 года выпуска. Все это придавало нашей кухне очарование и уют обжитого помещения, но в тот момент она мне показалась декорацией, в которой я прохожу прослушивание на роль в спектакле «Домик в прерии» или «Милая мамочка».

Все смотрели на меня. Стивен: мой надежный помощник, теперь он вполне довольствовался тем, что уступил мне главную роль. А ведь вся эта затея поначалу была его задумкой, я даже не сомневаюсь. Наш подросток, рыжая Камилла: вопреки всем стереотипам, у нее самый уравновешенный темперамент. С раннего детства эта барышня спокойно обдумывала и разрешала любую свою проблему, никогда не прося особой помощи ни от Вселенной, ни от своих родителей. Теперь, в восемнадцать лет, она в семье считалась вполне взрослой, часто готовила еду и планировала трапезы. Камилла также увлекалась танцами, и расход калорий на реализацию своих страстей она компенсировала самозабвенно здоровым рационом питания. Если бы наш проект представлял для нее риск, она бы это почуяла. И наконец, Лили: серьезная, темные волосы стянуты в хвостики, мастер убеждать, политик дипломат в нашей семье, уж эта способна, как сказал бы мой дедушка, уговорить змею снять носки. Я подозревала, что младшая дочь все таки не вполне понимает, каковы наши намерения. Иначе она уже выговорила бы для себя лазейки.

Три пары глаз моих любимых людей не мигая смотрели, как я вычеркиваю из уже готового списка одну роскошь за другой. Все чужие пастбища вдруг показались им более зелеными, чем наши. А все полуфабрикаты – полезными для здоровья. А я вовсю наводила критику. Огурцы в апреле? Нет. Они явно привозные. Так же как и эти якобы молодые морковки, которые в сущности – вполне взрослые особи, только обточенные до малого размера. А все уже мытые листья зеленого салата – родом из Калифорнии. Даже заправка для салатов была под вопросом: ведь все ее ингредиенты – более десятка разных продуктов – проделали долгий путь, чтобы попасть на предприятие по ее изготовлению, а потом к нам. А что уж говорить о замороженных тропических фруктах вроде бананов и ананасов! Я безжалостно вычеркиваю из списка один пункт за другим.

– Заправку для салата легко сделать самим, – говорю я. – Уксус и подсолнечное масло у нас в чулане не местного производства, конечно, но, приложив небольшие усилия, затратив тридцать секунд, смешиваем их и взбиваем в баночке, так что сэкономим затраты газа на изготовление нашего соуса «винегрет».

У себя на огороде мы обнаружили луковички чеснока и орегано (душицу), это самый твердый и острый на вкус средиземноморский многолетник, он пережил морозы прошлой зимы.

А еще нам доставляли много местных яиц, так что в приступе дерзкой самоуверенности я пообещала домашним изготовить майонез. Считается, что это чертовски легко. У меня хранился рецепт еще с уроков французского языка в старших классах, он ждал своего часа. Я давно хотела испробовать этот рецепт, поскольку был там один интригующий пункт, который переводился так: «Сильно взбивать в течение двух минут, думая при этом только о приятном».

Вернувшись к списку продуктов, я вычеркнула еще кое что без особых протестов со стороны мужа и дочерей. Наконец я дошла до фразы, написанной заглавными буквами почерком Камиллы: «А КАК НАСЧЕТ СВЕЖИХ ФРУКТОВ?»

Почувствовав, что балансирую на грани, я сменила тактику. И сказала: надо подчеркнуть то, что мы с гарантией можем достать в нашей местности. Овощи и мясо – основа питания нашей семьи – будут доступны в том или ином виде весь наступающий год. Мы слышали, что в нашем округе есть фермеры (а с некоторыми из них мы уже познакомились лично), которые продают цыплят, индюков, коров, овец, свиней. А уж огородников у нас и вовсе пруд пруди. В нашем городке, как и во многих других, есть фермерский рынок, где местные овощеводы с середины апреля до октября дважды в неделю открывают свои прилавки. Скоро и свой собственный огород тоже будет нас кормить. Нашим исходным пунктом должно быть: мы приносим клятву верности мясу и другим продуктам нашего округа, отказавшись от продуктов из других округов, какими бы соблазнительными они нам ни казались.

Что еще нам потребуется? Мед вполне сгодится вместо сахара в округе, где пчеловодов видимо невидимо. Яйца тоже легко достать местные. Мы стараемся избегать таких продуктов, которые подверглись сильной переработке, так что нет особых проблем. Другие группы продуктов, которые мы потребляем во множестве: зерновые, молочные продукты, оливковое масло. В округе имеется несколько молочных ферм, но вот оливки не растут в нашем климате. Никакой разумной замены нет, и никакое масло у нас не производят. И вот еще похожая ситуация: на местной мельнице молотят зерно, но пшеница на нее поступает из других штатов. Если мы будем покупать только эти два продукта – зерно и оливковое масло – из источников частично или полностью не местных, то добьемся невероятной экономии в нашем бюджете, совершая ошеломляющее количество покупок местных продуктов. Мы постараемся покупать зерно, менее подвергшееся обработке, в форме, которую легче всего транспортировать (муку вразвес и какое то количество риса из Северной Америки), так что доллары, затраченные нами на питание, пойдут в основном нашим фермерам.

Я составила список, стараясь не грызть карандаш и отгоняя кошмары, которые рисовало воображение. Мои дети голодают… Вот Лили просит одноклассников поделиться с ней бутербродами…

Позвольте разъяснить вам одно обстоятельство: я вовсе не намерена изображать бедность. Несколько лет я прожила в тяжелых материальных условиях: вначале потому, что родилась отнюдь не в зажиточной семье, в сельской местности, позже – из за маленькой зарплаты. Я согласна, что мясные консервы – разумный источник белка. И Стивен, и я в студенческие годы жили на стипендию; в молодости, в годы становления в профессии, мы оба выживали на бобах и рисе. Поворотным пунктом для меня стал тот день, когда я, уже в возрасте около тридцати лет, вошла в супермаркет и поняла, что могу купить любые десять продуктов, которые пожелаю. Не омаров из аквариума, конечно, но и не мятые банки уцененных консервов. Я умею ценить возможность выбирать для себя продукты.

Так почему надо добровольно отказываться от этой возможности? Для нашей культуры необычно, да и не принято отказываться брать то, что можешь себе позволить. Но тем не менее люди так поступают, в основном из за аллергии или по религиозным соображениям. Мы, четверо, сидевшие за столом, посмотрели друг на друга, мы знали, что у нас тоже есть свои причины ограничивать себя в еде. Однако странное это чувство: как будто вошел в космический корабль и захлопнул за собой люк.

– Да не может все быть уж настолько плохо, – сказала я. – Ведь скоро весна.

Однако весна еще не началась. И предстояло пережить несколько скудных месяцев, прежде чем нас затопит щедрость разгара лета с его обилием ароматов и красок. Но на ферме апрель – месяц ожидания, сплошная работа и ожидание перспектив. По всему – самый подходящий момент очертя голову броситься в проект сейчас. Утонем или выплывем.

Для подстраховки мы решили: каждому позволяется одна роскошь, но в ограниченном количестве, при условии, что выясним, как это покупать таким образом, чтобы получили выгоду производитель и та земля, на которой продукт растет. Стивен думал недолго: кофе. Подозреваю, что, если бы перед ним встал вопрос – кофе или наша семья, бедняге пришлось бы трудно. Камилла выбрала сухофрукты, а Лили – горячий шоколад. Все это мы могли получить от организаторов ярмарок, которые работают непосредственно с производителями в Африке, Азии и Южной Америке. Я обратилась бы к ним же для получения специй, которые не растут у нас; конечно, я слышала, что можно прожить без куркумы, корицы и гвоздики, но сомневаюсь, что это действительно так. К тому же продукты такого рода, которые в большинстве домов используются в сравнительно крошечных количествах, не требуют больших затрат по мировому неэкономному счетчику газа.

И вот, достигнув такого надежного соглашения, со всеми его оговорками и условиями, мы еще раз обратились к своему списку. Осталось договориться насчет зерна: мука для хлеба и «геркулес»; без них совсем никак, хлеб у нас в основном выпекает сам Стивен, а «геркулес» – наш добровольный выбор каши на завтрак в холодную погоду. Мы обычно добавляем в овсянку миндаль и изюм, но их я вычеркнула, надеясь найти замену из местных фруктов. Потом мы вернулись к щекотливому вопросу: А КАК ЖЕ ВСЕ ТАКИ НАСЧЕТ СВЕЖИХ ФРУКТОВ?

В то время года фрукты вызревали только в тех регионах земного шара, где люди ходят в бикини.

– Ничего, скоро пойдет клубника, – сказала я, сознавая, что впоследствии мне, возможно, еще не один раз придется оправдываться.

Клубника – это прекрасно. Но оставался вопрос: А КАК НАСЧЕТ СЕЙЧАС?

– Знаете что, – сказала я, – в эту субботу откроется фермерский рынок. Пойдем и посмотрим, что там будет. – На физиономиях сидящих вокруг стола появилось выражение «Ну ну, рассказывай, дорогая», – столь знакомое всем мамам и так ими не любимое.

Субботнее утро выдалось темным, ветреным и ужасно холодным. Днем обещали снегопад. Весну прихлопнула так называемая тут «кизиловая зима», сильные заморозки, которые захватывают кизил в самую пору цветения, как раз в тот момент, когда ты собирался убрать все теплые свитера в кедровый сундук. Неудачная первоапрельская шутка.

Внезапное похолодание было неблагоприятно для наших местных фруктовых садов, поскольку яблони и груши прервали зимнюю спячку и расцвели за последние две солнечные недели. Как бы их не побило морозом. Вряд ли хоть кто нибудь надумает продавать сегодня фрукты на фермерском рынке, на ветру, в разгар «кизиловой зимы». Тем не менее мы закутались поплотнее и отправились на рынок. Там торговали некоторые наши друзья, с которыми мы давно не виделись. В такой день им понадобится наша моральная поддержка.

Унылое зрелище предстало нашим глазам. Кто то из продавцов скорчился под своими тентами, хлопавшими на ветру, как паруса кораблей в бурю. Кто то свернул свой тент и стоял над ящиками, сложив руки, спиной к ветру. В тот день было всего восемь продавцов – самые отчаянные фермеры нашего округа, и не видно было ни одного покупателя. Да и что нам могут предложить в такое раннее время года – последние из съежившихся картофелин прошлогоднего урожая?

Вспомнив, какие скептические физиономии были у домашних, я твердо вознамерилась обойти всех продавцов и у каждого что нибудь купить, хоть немножко, просто чтобы поддержать их и вдохновить прийти через неделю. Это будет моя личная акция в защиту фермеров.

Мы вышли из автомобиля, натянули на уши капюшоны и начали свой обязательный обход. И представьте, у каждого продавца обнаружилось кое что получше, чем сморщенный картофель. Чарли, энергичный старик, добровольно назначивший себя комедиантом местного рынка, в создавшихся условиях не очень то веселился, но у него оказался в продаже зеленый лук. У нас как раз кончился запас лука из собственного огорода, и мы по нему соскучились. По крайней мере, половина любимых блюд нашей семьи начинается с шипенья масла на сковороде, горсти нарубленного лука и чеснока. Мы купили у Чарли шесть пухлых пучков. Сезон лука еще не наступил, и сами белые луковички были размером с мой большой палец, но нарубленные вместе с зелеными перьями они сделают острыми супы и салаты.

Затем у Майка и Поля мы купили сосиски из индейки и молодой баранины. На следующем прилавке горы свежего салата показались мне кучей денег в банке, и я сгребла их в мешок. Может, наша жизнь и бесполезна, но на этой неделе у нас будут прекрасные салаты, с кусочками сосисок, крутых яиц, заправленные моим экспериментальным соусом «винегрет». Дальше на прилавке мы нашли черные грецкие орехи, которые хоть и с трудом, но можно было раздавить руками. В этих краях грецкий орех – обычное дикое дерево, но почти никто не дает себе труда собрать плоды, и только на фермерском рынке можно найти такие местные орехи. Продавец предложил нам попробовать, и нас удивила смолистая сладость плодов.

Они хорошо подойдут нам для овсянки и будут эффектным дополнением в цельнозерновой хлеб, который печет Стивен.

Каждая из наших покупок до сих пор обошлась нам в один три доллара, кроме орехов, которые стоили семь баксов за фунт, но фунт – это довольно много. Я, откровенно говоря, чувствовала себя неловко, что так много свежей еды получила совсем недорого от людей, которые явно с трудом добрались сюда.

Я бросилась в самый конец рынка, где Лула продавала набор джемов и меда. У нас все это было в полном комплекте, нам давали друзья, да и мы сами запаслись еще осенью. Но у ног Лулы сидели на земле и дрожали закутанные в одеяла трое ее ребятишек. Я внимательнее осмотрела прилавок – не хотелось уходить от этих детишек, не оставив несколько баксов.

И вдруг я обнаружила ревень. Большая малиновая связка корней, содержащих множество витамина С и сочной сладости, они как будто кричали: «Посмотрите на нас, мы фрукты!» Я купила все, что у Лулы было, все три связки, каждая по три доллара. На тот День это была настоящая находка, которой можно было хвастаться.

С научной точки зрения ревень не фрукт, а переросший черешковый лист, но для апреля это прекрасная замена фруктов. Позже, дома, мы искали в книге Алисы Уотерс подходящий рецепт и обнаружили, что знаменитая кулинарка согласна с нами в этом вопросе. Она пишет: «Ревень – овощной мостик между древесными фруктами зимы и лета». Это поэтическое определение заставило нас нырнуть в морозильник и достать оттуда последний пакет замороженных ломтиков Желтого Прозрачного Яблока с прошлого лета. Для гостей к обеду мы сделали закрытый фруктовый пирог с яблоком и ревенем, чтобы закруглить старый год и открыть новый цикл ревенем, апрельским фруктом. Такая вот шутка.

Если бы наша семья не дала обет питаться местной едой, что заставило нас сменить свои обыденные привычки, вряд ли мы отправились бы на рынок в такую ужасную погоду. Все мы настолько привыкли к комфорту, что только нечто серьезное, вроде религии, может изменить наше поведение на более осознанное, – однако потом мы были очень рады, что рискнули утрудить себя. Традиция, клятвы, что то типа религии теперь работало на нас, помогало в нашем поиске новых путей. Мы все ощущали какую то деспотию, когда сидели вокруг стола со списком покупок, составляя для себя правила. Казалось, что мы занимаемся глупостями (вы и сами небось так подумали). Зачем себя ограничивать? Кому это надо?

Однако дело в том, что миллионы семей дают обеты, обговаривают, как они намерены питаться, вывешивают новые правила у себя в кухне: берут обязательства не лениться, готовить пасту вручную, самим скатывать суши, не жалеть времени и не покупать продукты по дешевке. Несмотря на работу, на напряженную современную жизнь, во всем мире еще есть люди, желающие тратить время на питание своих семей по старинке, чтобы родные были счастливы и здоровы. Моя семья, как оказалось, живет в стране, в которой главный способ питания опирается на продукты в упаковках с желтой полоской посередине. Если нам нужны правила полноценного питания, нам надо самим выработать их, поверив, что усилия себя оправдают.

В то субботнее утро, когда мы, преодолевая ветер, направились обратно к автомобилю, я цепко держала свои мешки и меня опьяняла радость. Мы получили гораздо больше, чем рассчитывали. Мы смогли заодно пообщаться с друзьями фермерами, которые после нашего ухода тоже позакрывали свои лавки и собирались отбыть по домам. Назад, в теплые кухни, суеверно скрестив пальцы, чтобы «кизиловая зима» не повредила урожай грядущего года.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

Похожие:

Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconБарбара Росек Дневник наркоманки Барбара Росек Дневник наркоманки...
Я – наркоманка. Пора, наконец, признаться в этом хотя бы самой себе. Да, теперь то я знаю, как все это выглядит на самом деле. А...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи icon1. Специально разработанный режим питания, отношение количества химического,...
Растительная пища в среднем усваивается: на 95 %,- на 80 %, а смешанная -на 82 90 %
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconСекреторная функция жкт. Ротовая полсть
Ротовая полсть. Слюна без приема пищи мало увлажняет слизистые, при приеме пищи за сутки до 2 л рН – 5, 7 – 7,36
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconЧто можно увидеть на войне: несчастье и чудеса
Дорогие наши! С помощью этой новой хроники мы благодарим Вас за ваше беспокойство и молитвы за нас и за Сирию. Нам есть что рассказать...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи icon6. Средний отдел пищеварительной системы
В среднем отделе пищеварительного тракта происходит главным образом химическая обработка пищи под воздействием ферментов, вырабатываемых...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconРабочая версия программы • июнь 2009 цели и задачи программы главная...
Практическое применение результатов научных разработок для существенного продления периода здоровой жизни человека
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconКогда в V в., н э. Римская империя пала под натиском варваров, ее...
В европе наступала эра религии и мистики. Сны, и видения воспринимались как послания свыше, а чудеса — как нормальные события, свидетельствующие...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи icon8. какие анализаторы обеспечивают условно-рефлекторную фазу пищеварения?
Условно-рефлекторное отделение желудочного сока происходит при раздражении обонятельных, зрительных, слуховых рецепторов (запах,...
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconОтветив на эти вопросы нужно создать для себя правильную систему...
До знакомства с прикладной наукой я думал, что Евангелие это жизнеописание Иисуса, где рассказывается как он жил и какие делал чудеса....
Барбара Кингсолвер Америка. Чудеса здоровой пищи iconДуховного развития. Идеи, слова и произведения этих людей ежедневно...
«Когда вмешивается Бог, происходят чудеса. Практический курс поиска удачи»: Эксмо; Москва; 2012
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница