История экономики учебник


НазваниеИстория экономики учебник
страница31/33
Дата публикации05.03.2013
Размер5.79 Mb.
ТипУчебник
userdocs.ru > Экономика > Учебник
1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   33
^

12.2. Советская экономика в период «оттепели»



Борьба за власть и перипетии экономической политики. Отсутствие в СССР легитимных механизмов передачи власти, в течение более двух десятилетий сосредоточенной лично в руках Сталина, после его смерти вызвало затяжную борьбу в высшем руководстве страны. Выбор путей дальнейшего развития экономики, равно как и страны в целом, определялся исходом ожесточенной борьбы в партийно-государственной элите. Однако общее направление – в сторону некоторого смягчения сверхцентрализма управления, степени и масштабов внеэкономического принуждения, постепенного отказа от чрезвычайных методов и иных «крайностей» сталинизма – было задано с самого начала.

Причины «оттепели» коренились в явном перенапряжении советского народного хозяйства, длительное время находившегося в состоянии постоянной, по сути, предельной мобилизации (форсированная индустриализация, война, затем восстановление и ускоренное формирование ВПК), результатом которых явилось невиданное разорение деревни, нищета подавляющей части населения, а также колоссальная по своим масштабам гулаговская экономика. Все эти факторы не только сдерживали дальнейшее развитие страны, но и грозили социальным взрывом. Важнейшую роль в отходе от сталинского курса сыграло стремление партийно-государственной элиты гарантировать себя от возобновления массовых репрессий.

Поначалу лидером послесталинского «коллективного руководства» выступал председатель Совета Министров СССР Г.М. Маленков. Его союзником считался Л.П. Берия (первый заместитель председателя правительства и министр внутренних дел). Именно они сразу же после смерти Сталина выступили против его «культа» и выдвинули самые радикальные предложения по реформированию страны.

Особый радикализм проявлял Берия. Это объяснялось как его информированностью о реальных проблемах советского общества, так, по-видимому, и стремлением «подчистить» свой кровавый имидж, набрать пропагандистские очки. Продуманной экономической стратегии у него, равно как и у других лидеров, не было.

По его инициативе 27 марта 1953 г. была объявлена небывалая по своим масштабам амнистия, в ходе которой было освобождено до 1,2 млн человек (главным образом уголовных заключенных). Уже 6 марта 1953 г. он дал указание о передаче ГУЛага Министерству юстиции, а строительных главков, находящихся в ведении МВД, -соответствующим министерствам. В ряде своих выступлений Берия высказался за перераспределение властных полномочий от партии к государственным органам, поставив под сомнение эффективность колхозного производства, и призывал отказаться от насаждения колхозов в Восточной Европе. По его инициативе было прекращено строительство Главного Туркменского канала, Волго-Балтийского водного пути, канала Волга–Урал, железной дороги Чум–Салехард–Игарка и других грандиозных, но экономически неэффективных сооружений поздней сталинской эпохи. Наконец, Берия предложил радикально улучшить отношения с Югославией, отказаться от строительства социализма в Восточной Германии и объединить ГДР и ФРГ в нейтральное демократическое государство.

Однако все партийно-государственное руководство, не исключая и Маленкова, ненавидело и боялось Берию, а тот допустил ряд просчетов, напугав их своих «радикализмом», а главное, дав повод заподозрить себя к претензиях на лидерство и в «двойной игре» по отношению к своим соратникам. Это позволило Н.С. Хрущеву (секретарь ЦК КПСС, с сентября 1953 г. первый секретарь ЦК КПСС) объединить все высшее руководство страны, включая Маленкова. 26 июня 1953 г. Берия был арестован, а в декабре того же года после скоротечного следствия и суда он и шесть других руководителей МВД были расстреляны.

Устранение Берии привело к дискредитации многих его «реформистских» предложений. Тем не менее линия на умеренную демократизацию советского общества и переориентацию экономической политики сохранилась. На июльском (1953) пленуме ЦК Маленков публично признал «существенные недостатки» в хозяйственной деятельности партии и указал на наличие немалого количества «отстающих предприятий и даже целых отраслей промышленности», а также «колхозов и целых сельскохозяйственных районов». Но главное заключалось в анализе хозяйственных недостатков. Решающим фактором отставания сельского хозяйства Маленков счел недостаточную материальную заинтересованность колхозников в увеличении сельскохозяйственных продуктов. Обеспечение этой заинтересованности Маленков назвал «коренным вопросом» развития сельского хозяйства. Не менее важна была и констатация недостаточного удовлетворения растущих материальных потребностей и культурных запросов советского народа.

В августе 1953 г. на сессии Верховного Совета СССР Маленков сформулировал новый курс, предусматривавший социальную переориентацию экономики и приоритетное развитие легкой промышленности. Последнее, правда, носило вынужденный характер. Масштабные дотации в легкую и пищевую промышленность вместе со значительным снижением цен – в конце 1953 г. хлеб стоил в три раза дешевле, чем в 1948 г., – привели к росту дефицита и пересмотру текущего плана в пользу опережающего роста производства товаров широкого потребления. Другим ключевым направлением экономической политики стало возрождение разоренной деревни. Уже в 1954 г. были резко снижены обязательные поставки сельскохозяйственных продуктов государству, списаны долги колхозов, уменьшены налоги с приусадебных участков и продаж на рынке. В то же время в 1,5–5,5 раза были повышены заготовительные цены на сельскохозяйственные продукты, возросли капиталовложения и поставки техники, были увеличены размеры приусадебных хозяйств.

Экономический курс Маленкова был оценен негативно значительной частью партийно-хозяйственной элиты. Оппонентом Маленкова выступил Хрущев, отстаивавший «союз» сельского хозяйства и тяжелой промышленности. В подходах к подъему сельского хозяйства также наблюдались серьезные различия. Хрущев, выступая против Маленкова, который в 1952 г. на XIX съезде партии заявил о решении зерновой проблемы в СССР, рисовал гораздо более драматическую картину положения дел в сельском хозяйстве, а главное, по его настоянию, важнейшим направлением быстрого увеличения производства зерна было признано освоение целинных и залежных земель в Казахстане, Поволжье и Сибири.

Властные позиции Маленкова после разоблачения Берии оказались ослабленными. Пост председателя Совета Министров утрачивал свое прежнее значение, власть все более перемещалась в секретариат ЦК КПСС, т.е. к Хрущеву. Маленков оказался несилен в аппаратных играх. К тому же он восстановил против себя партийно-государственный аппарат массовыми сокращениями* и жесткой критикой бюрократизма, а в марте 1954 г. сделал заявление о невозможности победы в новой мировой ядерной войне, чем шокировал партийную общественность. В январе 1955 г. на пленуме ЦК Хрущев обвинил Маленкова в стремлении к «дешевой популярности» у народа и множестве других ошибок. Маленков не оказал достойного сопротивления. В феврале 1955 г. он был освобожден от поста председателя правительства по «собственной просьбе».

* В 1954 г. в 46 министерствах было упразднено 200 главков и управлений, 4,5 тыс. контор и организаций, более 4 тыс. мелких управленческих структур, почти в три раза была сокращена статистическая отчетность.
Бесспорным, хотя и не всевластным лидером стал Н.С. Хрущев. В своем докладе на XX съезде КПСС Хрущев лишь частично, выборочно раскрыл правду о преступлениях Сталина, но произвел такой переворот в умах, что возвращение к прежнему режиму, сталинской экономической системе стало уже невозможным. Вместе с тем развенчание «культа личности Сталина» раскололо партийную элиту, все советское общество и международное коммунистическое движение.

Последовавший затем летом 1957 г. окончательный разгром противников Хрущева (Маленкова, Молотова и др.), смещение с поста министра обороны Г.К. Жукова знаменовали окончание периода «коллективного руководства». В марте 1958 г. Хрущев, оставаясь Первым секретарем ЦК, стал и Председателем Совета Министров СССР. Концентрация всей полноты власти в руках Хрущева имела весьма противоречивые последствия для развития советской экономики.

В отличие от Маленкова, который предполагал сравнительно осторожное реформирование при сохранении институциональных основ экономики и, главное, самой парадигмы управления (правда, уже с учетом интересов народа, но без его непосредственного участия в хозяйственном руководстве), Хрущев был настроен на радикальные меры. К ним побуждали как особенности его одаренной, но импульсивной и не обремененной особым образованием личности, так и объективная потребность в новом, после Маленкова, этапе реформ. От первоначальной ликвидации или смягчения «крайностей» сталинской экономики жизнь подталкивала к переходу к новой системе управления народным хозяйством.

Даже частичное нарушение в 1953–1955 гг. известной целостности сталинской системы, построенной на тотальной централизации, беззастенчивом ограблении населения и жесточайшем, всепроникающем принуждении, вызывало новые проблемы: обострение проблемы финансирования экономики из-за резкого роста дотаций легкой промышленности, сельскому хозяйству, отмены принудительных займов и развертывания социальных программ; падение дисциплины; выражение недовольства традиционной практикой произвольного повышения норм выработки на предприятиях, рост текучести рабочей силы; увеличение неудовлетворенного спроса населения на товары, жилье и т.д. Из-за нараставших хозяйственных трудностей уже в декабре 1956 г. пленум ЦК вынужден был уменьшить задания шестой пятилетки по росту производства и производительности труда.

Решать обострившиеся проблемы можно было либо постепенно, нащупывая контуры нового хозяйственного механизма, как это делал Маленков, а затем созданная в декабре 1956 г. Государственная комиссия по экономике, либо радикально, двигаясь к принципиально иной экономической системе. Этот путь в итоге и выбрал Хрущев. В силу особенностей обстановки и экономического мышления той эпохи поиск новой экономической политики свелся к поискам «решающего звена в цепи». Таковыми поначалу были признаны массовые политико-экономические кампании (с 1954 г. – освоение целины, с 1955 г. – максимальное расширение посевов кукурузы, с 1957 г. – «мясные» и «молочные» кампании) и административные реорганизации, вектор которых был задан стремлением к децентрализации и демократизации хозяйственного управления.

По инициативе Н.С. Хрущева и вопреки мнению Государственной комиссии по экономике, возглавляемой М.Г. Первухиным, в мае 1957 г. было принято решение о ликвидации десяти отраслевых промышленных министерств и создании территориальных органов управления – советов народного хозяйства. Однако экономический эффект реформы оказался непродолжительным, поскольку замена отраслевого принципа управления на территориальный не затронула основы административно-командной системы и не могла разрешить накопившиеся проблемы. Вскрывшаяся вскоре явная недостаточность принимаемых мер заставила обратить внимание на выработку экономической стратегии. Поскольку умерщвленная в 30-х – начале 50-х годов советская экономическая мысль не могла дать конкретных рецептов, путеводной звездой хрущевских реформ стала идеология, утверждавшая в качестве высшей, стратегической цели построение коммунизма – идеального общества, при котором будут решены все экономические и прочие проблемы.

Важнейшее влияние на формирование нового курса оказывали политические мотивы, потребность в укреплении позиций лидера, пошатнувшихся в результате восстания в Венгрии в октябре–ноябре 1956 г. В отличие от Маленкова, Хрущев попытался опереться не только на обновленный им партийно-государственный аппарат, но и на массы. Тем более что пробуждение социальной активности народа и привлечение его к управлению трактовалось марксизмом как залог решения самых сложных проблем. Курс Хрущева имел известные социально-психологические и методологические корни; во всяком случае, он органически вписывался в общественную атмосферу послесталинской «оттепели», с пробуждавшимися, хотя и весьма неопределенными надеждами, оптимизмом, верой в собственные силы, отражал традиционную для советского руководства психологию максимализма, «коммунистического штурма» и убеждение в том, что «нет таких крепостей, которые не могут взять большевики». Эти настроения подогревали и изменения на международной арене, где укрепилось сообщество социалистических стран, рушилась колониальная система, десятки миллионов людей в «третьем мире» обращали свои взоры на СССР.

В этой обстановке в 1957 г. Хрущев выдвинул лозунг «догнать и перегнать Америку». Хотя речь поначалу шла лишь о производстве мяса и молочных продуктов, данный лозунг положил начало хрущевскому «прыжку», под который уже вскоре была подведена идеологическая основа. В 1959 г. XXI съезд КПСС констатировал, что социализм в СССР одержал полную и окончательную победу, а страна вступила в период развернутого строительства коммунизма. На съезде вместо явно не выполнявшейся шестой пятилетки был принят масштабный семилетний план (на 1959–1965 гг.), выполнение которого позволило бы СССР догнать и перегнать США. В 1961 г. на XXII съезде КПСС была принята новая Программа КПСС, предусматривавшая построение в СССР коммунистического общества. Уже через 10 лет предполагалось превзойти западные страны по производству продукции на душу населения, а через 20 лет – построить материально-техническую базу коммунизма.

Курс на строительство коммунизма определил не только общественно-политический фон, но во многом и содержание экономической политики Хрущева конца 50-х – начала 60-х годов. Ее главной целью был поиск новых стимулов к труду, способных компенсировать поколебленную после смерти Сталина систему тотального страха. Таковые были найдены прежде всего во всемерном разжигании коммунистического энтузиазма. Энтузиазм масс в сочетании с дальнейшей демократизацией хозяйственного механизма (в том числе провозглашенным в Программе переходом от государственного управления к общественному самоуправлению) казались ключом, с помощью которого можно было решить не только многочисленные текущие проблемы, но и одновременно реализовать главную цель всех коммунистов.

Социально-экономическое развитие СССР. Под влиянием принятых в 1953–1954 гг. решений, ослабивших колоссальный государственный нажим на деревню, темпы развития сельского хозяйства выросли в пять раз. В 1953–1958 гг. среднегодовые темпы роста сельскохозяйственного производства составили примерно 8% против 1,6% в 1950–1953 гг. Весомый вклад в рост сельского хозяйства внесло поначалу и освоение целинных земель. Уже в 1954–1956 гг. было распахано 36 млн гектаров целинных и залежных земель. В 1956 – 1958 гг. государство получило с целины более половины заготовленного хлеба. Доля капиталовложений в сельское хозяйство поднялась почти до 1/3 по сравнению с 1/5 в начале десятилетия (правда, примерно 32% этих инвестиций шло на целину). Денежные доходы колхозов с 1953 по 1958 г. увеличились более чем в три раза.

Однако оживление советской деревни оказалось скоротечным. На продолжение начатой в 1953–1954 гг. аграрной политики у советского руководства не хватало денег. В силу политических и социальных соображений оно не решилось поднять розничные цены, перенеся на них примерно трехкратное увеличение заготовительно-закупочных цен на сельскохозяйственные продукты и иные масштабные дотации, полученные колхозами в 1953–1958 гг., и это бремя оказалось непосильным для бюджета. Произведенная в 1958 г. реорганизация МТС, с принудительным выкупом колхозами имевшейся у них техники, хотя и позволила выкачать из деревни некоторые средства, тем не менее резко ухудшила финансовое положение большинства хозяйств, а главное, не могла решить проблемы инвестиций для сельского хозяйства. Другие административные реорганизации – укрупнение колхозов, преобразование части из них в совхозы и т.п. – также не дали заметных результатов.

Глубинные причины кризиса сельского хозяйства коренились в том, что ликвидация сталинской системы репрессий способствовала разложению колхозного строя, основанного на диктате государства. Начавшаяся выдача паспортов колхозникам позволила им обрести свободу передвижения и в массовом порядке двинуться в города. Устранение угрозы репрессий за невыполнение нормы трудодней подорвало важнейший стимул труда в «общественном хозяйстве». Это обстоятельство, а также стремление приблизиться к полностью обобществленному коммунистическому хозяйству подтолкнули хрущевское руководство к попыткам ликвидировать личное крестьянское подворье. Однако эта мера не заставила колхозников лучше работать в колхозах. Напротив, она нанесла сельскому хозяйству огромный ущерб и вытолкнула новые миллионы колхозников в города.

Как следствие среднегодовые темпы роста сельскохозяйственного производства в 1959–1964 гг. снизились примерно в пять раз (по сравнению с 1953–1958 гг.), составив примерно 1,5%, что соответствовало периоду 1950–1953 гг. Среднегодовое производство зерновых на душу населения едва превышало уровень 1913 г. Освоение целины, потребовавшее огромных инвестиций, хотя и дало поначалу отличные результаты, тем не менее не смогло решить зерновой проблемы в СССР, поскольку из-за эрозии почвы и засух урожаи на целинных землях стали быстро падать. В начале 60-х годов в городах возник острый дефицит продуктов питания, включая хлебобулочные, мясные изделия, и других товаров массового спроса. Для объяснения тотального дефицита власти начали борьбу против «спекулянтов», «экономической преступности», но улучшить ситуацию не смогли. В 1962 г. советское руководство вынуждено было повысить розничные цены на мясо (на 30%) и масло (на 25%), что вызывало массовые протесты населения. Однако проблему дефицита продуктов питания это не решило. С 1963 г. советское правительство, чтобы избежать голода, впервые закупило за границей более 12 млн т зерна (на 1 млрд долл.). СССР стал регулярно, в возраставших размерах ввозить зерно из-за границы.

Вынужденное прекращение массированной перекачки ресурсов из деревни в города ликвидировало важнейший источник накоплений советской экономики, позволившей ей в свое время провести форсированную индустриализацию, послевоенное восстановление промышленности и городов. Более того, подорванное в результате этого сельское хозяйство само стало требовать огромных ресурсов, как в виде прямых капиталовложений, так и в виде масштабного импорта продовольствия. Положение дел в сельском хозяйстве оказывало огромное влияние на народное хозяйство и общество в целом.

Необходимость экономии средств явилась одним из важнейших факторов масштабных сокращений армии и обычных вооружений. Только в 1955–1958 гг. советские вооруженные силы, насчитывавшие 5,8 млн человек, были сокращены более чем на 2,1 млн человек. Однако экономия была относительной. Колоссальные ресурсы поглощала гонка вооружений, прежде всего стратегических, в которых СССР приходилось, как правило, догонять США*. В этой сфере Советский Союз впервые добился кратковременного приоритета, первым создав межконтинентальную баллистическую ракету.

* Межконтинентальный бомбардировщик был создан в США в 1948 г., а в СССР в 1955 г., баллистическая ракета, запускаемая с подводной лодки, соответственно в 1960 и 1964 гг., твердотопливные межконтинентальные баллистические ракеты в 1962 и 1966 гг. и т.д.
В промышленности середина 50-х годов была ознаменована постепенным смягчением сталинского сверхцентрализма, радикальной децентрализацией и демократизацией управления. Расширились права союзных республик. В их ведение было передано 15 тыс. предприятий, ряд министерств из союзных был реорганизован в союзно-республиканские. Ускоренными темпами развивалась легкая промышленность. Таким образом, в первые годы «оттепели» промышленная политика, равно как и экономическая политика в целом, была нацелена на решение первоочередных задач.

Научно-технические достижения эпохи «оттепели», уходящие своими корнями в предшествующую эпоху, заложили основу для достижения в последующем военно-стратегического паритета с США. Развертывание НТР подтолкнуло и развитие образования. Быстро увеличивался выпуск специалистов из высших учебных заведений. В 1958 г. было введено обязательное восьмилетнее образование. Научно-технические достижения в массовом порядке стали входить в быт советских людей. Все большее распространение стали получать телевизоры (только за 1953–1958 гг. их число увеличилось с 0,2 млн до 3 млн), холодильники, радиовещание. Таким образом, СССР сумел не пропустить начавшуюся научно-техническую революцию. Ускоренное развитие научно-технического прогресса, впервые в советской истории обеспечившее нашей стране мировой приоритет в некоторых принципиальных научно-технологических отраслях, явилось одним из крупнейших достижений «оттепели».

Во второй половине 50-х годов резерв «простых» решений, исправлявших прежние «перекосы», был исчерпан. Однако, исходя из прежней логики «простых решений» и высказанных в предыдущие годы новых идей (децентрализация, усиление контроля снизу, сокращение аппарата управления, комплексное развитие территорий и т.д.), Хрущев в 1957 г. сумел настоять на внешне радикальной перестройке хозяйственного управления с преимущественно отраслевого на территориальный принцип. В итоге было упразднено более 140 союзных, союзно-республиканских и республиканских министерств и создано 105 советов народного хозяйства. Для проведения научно-технической политики при Совете Министров СССР были учреждены государственные комитеты (по автоматизации, авиационной технике, машиностроению, радиоэлектронике и т.д.).

Реформа дала определенный экономический эффект за счет резкого сокращения числа межведомственных барьеров, повышения оперативности управления, налаживания региональной кооперации и т.д. Однако главным было другое. Еще в начале создания совнархозов специалисты подметили, что на переходный период, когда предприятие оставалось как бы бесхозным (министерства уже сложили свои полномочия, а совнархозы еще не оформились), многие из них улучшили свою работу.

Эффект реформы проявлялся до тех пор, пока новые органы управления еще не сложились в устойчивую систему, пока сама логика развития административной системы не привела к укрупнению совнархозов и фактическому восстановлению ведомственно-отраслевой системы управления внутри территориальной. Таким образом, сохранив сущность административно-командной системы, реформа как бы заменила недостатки отраслевой системы управления проявившимися вскоре недостатками территориальной системы управления, с отраслевой несбалансированностью, местническими тенденциями, разбухшим аппаратом управления. Разделение в 1962 г. партийных и советских органов по производственному принципу на промышленные и сельские было просто актом отчаяния запутавшегося хрущевского руководства.

Постепенно становилось ясно, что без существенного реформирования всего хозяйственного механизма, системы стимулирования работников и предприятий решить экономические проблемы невозможно.

В целом в 50-х – первой половине 60-х годов советская промышленность развивалась высокими, хотя и постепенно снижавшимися, темпами. Рост промышленного производства в СССР в этот период был выше, чем во всех ведущих капиталистических странах, за исключением Японии. По оценке некоторых исследователей, в 50-е годы темпы роста промышленного производства и национального дохода были наивысшими за всю советскую историю с 1928 г. Среднегодовые темпы роста промышленности составили: в первой половине 50-х годов – 8,7%, во второй половине 50-х годов – 8,3, а в первой половине 60-х годов – 7%. Особенно быстро развивалось машиностроение, химическая промышленность. Однако пищевая и легкая промышленность с конца 50-х годов стали испытывать все возраставшие трудности. Общее замедление темпов промышленного развития в СССР было связано как с нараставшими трудностями в сельском хозяйстве, так и в хозяйственном механизме самой промышленности и в целом советской экономики, так и не сумевшей разрешить ключевую проблему мотивации трудовой деятельности.

Важнейшее значение имели новации хрущевского руководства в социальной политике. Было осуществлено масштабное повышение заработной платы, отменены принудительные государственные займы. Были вдвое повышены пенсии, а с 1964 г. пенсии впервые стали выдавать колхозникам. В 1953–1958 гг. заработная плата горожан росла в среднем на 6% в год. Потребление овощей и фруктов выросло в 3,4 раза, рыбы – на 90%, мяса – на 50, молочных продуктов – на 40%. Во второй половине 50-х годов рабочие и служащие были переведены на 7-часовой рабочий день. Впервые за годы советской власти было развернуто массовое жилищное строительство. Городской жилищный фонд в 1955–1964 гг. увеличился в 1,8 раза. Тем не менее из-за массового наплыва в города мигрантов из деревни преодолеть жилищный кризис не удалось. Таким образом, по темпам повышения уровня жизни населения период середины 50-х годов занимал исключительное место в советской истории, сопоставимое разве что с нэпом. Однако в конце 50-х – начале 60-х годов под влиянием экономических трудностей темпы роста благосостояния населения резко замедлились, социальные проблемы и прежде всего тотальный дефицит продовольственных и иных товаров обострились.

Некоторое ослабление напряженности проявилось в международных отношениях. В приоритетном порядке развивались производственные, торговые и научно-технические связи с социалистическими странами, способствующие решению политико-идеологической задачи – созданию «собственной» экономической системы, противостоящей западной. После разрыва отношений с Китаем в начале 60-х годов внимание советского руководства было сосредоточено на европейских социалистических странах – членах созданного в 1949 г. Совета Экономической Взаимопомощи.

В целом в 50-х – середине 60-х годов началось постепенное «открытие» СССР миру. Однако автаркия развития была не преодолена, а лишь чуть модернизирована. Это предопределило прогрессирующее экономическое и особенно научно-технологическое отставание Советского Союза и стран СЭВ от западного мира в последующий период.

1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   33

Похожие:

История экономики учебник icon1. Предмет, метод и задачи курса «история экономики». История экономики
История экономики – это наука, изучающая экономическую жизнь людей во всем ее многообразии, с древнейших времен до наших дней
История экономики учебник iconУчебное пособие. М., 1995. История западноевропейской философии:...
История философии: Учебник / Ч. С. Кирвель и др. Под ред. Ч. С. Кирвеля. – Мн., 2001
История экономики учебник icon1. Предмет и задачи курса История экономики
Среди функций истории экономики обычно выделяют прагматическую, ценностную, культурную, фундаментальную и мировоззренческую
История экономики учебник iconА. С. Орлов, В. А. Георгиев, Н. Г. Георгиева, Т. А. Сивохина История...
Учебник предназначен для студентов высших учебных заведений, для всех интересующихся историей Отечества и тех, кто хочет успешно...
История экономики учебник iconА. С. Орлов, В. А. Георгиев, Н. Г. Георгиева, Т. А. Сивохина История...
Учебник предназначен для студентов высших учебных заведений, для всех интересующихся историей Отечества и тех, кто хочет успешно...
История экономики учебник iconЛитература и источники ко всему курсу а учебники основные История России XVIII xix веков
История России XIX – начала XX вв.: Учебник. 4-е изд., перераб и доп. /Отв ред. В. А. Федоров. М., 2006
История экономики учебник iconДидактический план история международного спортивного движения, спорта...
Столбов В. В. История физической культуры: Учебник для студентов пед ин-тов. М., 1989
История экономики учебник iconКемеров В. Е. Введение в социальную философию: Учебник для вузов
«общество», «наука», «история». — Самоописание социальной философии. — История, социальный процесс, общественная эволюция. — Проблема...
История экономики учебник iconУчебник для вузов. Спб.: Питер, 2008. 583 с: ил. Серия «Учебник для вузов»
...
История экономики учебник iconУчитывать оценки старых групп
Эк (История государственного управления, История, Государственное регулирование экономики), 2 з (Концепции современного естествознания,...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница