Бернард Шоу Человек и сверхчеловек


НазваниеБернард Шоу Человек и сверхчеловек
страница9/10
Дата публикации26.03.2013
Размер1.07 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Философия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

гостиную и сказать им, что мы решили. Рэмсден (искоса глядя на Тэннера). Не хотелось бы мне оставлять вас наедине

с этим господином. Может быть, вы тоже пойдете в гостиную? Энн. Мисс Рэмсден не захочет вести этот разговор при мне, дединька Лучше мне

не ходить. Рэмсден. Вы правы; как это я сам не подумал! Вы умница, Энни. (Треплет ее по

плечу. Она поднимает на него сияющие глаза, и он выходит из комнаты,

окончательно растроганный.)

Спровадив его, Энн поворачивается к Тэннеру. Так как он

стоит к ней спиной, она быстрым движением поправляет

прическу, затем бесшумно подходит к Тэннеру и почти над

самым его ухом произносит

Энн. Джек!

Он вздрагивает и оглядывается.

Вы довольны, что будете моим опекуном? Или, может быть, вам неприятно,

что пришлось взять на себя такую ответственность? Тэннер. Ценное приобретение для вашей коллекции козлов отпущения, не правда

ли? Энн. Опять эта глупая старая шутка! Пожалуйста, не повторяйте ее. Зачем вы

говорите то, что заведомо должно меня огорчить? Я так стараюсь угодить

вам, Джек; раз вы мой опекун, я теперь могу вам сказать об этом. Мне

будет так грустно, если вы не захотите, чтоб мы были друзьями. Тэннер (разглядывая ее так же мрачно, как до того разглядывал бюст

Спенсера). Вам нет никакой надобности улещать меня. Многого стоят наши

моральные суждения! Вот я, например, знаю, что у вас нет и тени

совести, одно лицемерие, - впрочем, для вас это одно и то же, - и

все-таки чем-то вы для меня привлекательны. Как-то всегда выходит, что

я исполняю ваши капризы. Если б вы вдруг исчезли из моей жизни, мне бы

вас недоставало. Энн (спокойно берет его под руку и вместе с ним идет по комнате). Что же тут

удивительного, Джек? Мы знаем друг друга с детства. Вы помните... Тэннер (резким движением высвобождая руку). Молчите! Я все помню. Энн. Ах, правду сказать, мы часто делали глупости, но... Тэннер. Довольно, Энн. Я уже вышел из школьного возраста и еще не

превратился в слабоумного старикашку - что неизбежно, если я доживу лет

до девяноста. Дело прошлое; дайте мне забыть об этом. Энн. А разве не хорошо было тогда? (Делает попытку снова завладеть его

рукой.) Тэннер. Сядьте и ведите себя как следует. (Силой усаживает ее в кресло у

письменного стола.) Конечно, вам тогда было хорошо. Вы были примерной

девочкой и ни разу себя не скомпрометировали. И тем не менее вы

веселились больше, чем самые отъявленные шалуньи, которым то и дело

достается за проказы. Я отлично понимаю, каким образом вам удалось

держать в подчинении других девочек: вы их подавляли своей

добродетелью. Но скажите мне вот что: встречали вы когда-нибудь

примерного мальчика? Энн. Конечно. Правда, каждому мальчику случается делать глупости; но

возьмите Тави - он всегда был примерным. Тэннер (пораженный). Да! Это совершенно верно! Почему-то вы никогда не

пытались искушать Тави! Энн. Искушать? Джек! Тэннер. Да, леди Мефистофель, искушать! Мальчики всегда внушали вам

неистребимое любопытство, и вы чертовски ловко умели обмануть их

осторожность и проникнуть в самые сокровенные их тайны. Энн. Какой вздор! Вы сами постоянно рассказывали мне бесконечные истории о

разных своих "злодеяниях" - глупых мальчишеских проделках. И это вы

называете сокровенными тайнами! У мальчишек тайны такие же, как у

взрослых мужчин; а что такое тайна мужчины, вы знаете. Тэннер (упрямо). Нет, не знаю. Может быть, вы мне скажете? Энн. Пожалуйста: это то, о чем он рассказывает всем и каждому. Тэннер. А я могу поклясться, что ни одной душе не рассказывал того, что

рассказывал вам. У нас был уговор не иметь секретов друг от друга. Это

придумали вы и уверили меня, что мы будем рассказывать друг другу

решительно все. А я и не замечал, что вы мне никогда ничего не

рассказываете. Энн. Вас не интересовали мои дела, Джек. Вам всегда хотелось говорить только

о себе. Тэннер. Да, это так; к сожалению, это так. Но какой дьявольской

проницательностью должна была обладать маленькая девочка, чтобы

подметить слабую струнку и так мастерски играть на ней ради

удовлетворения собственного любопытства! Да, мне хотелось порисоваться

перед вами, придать себе в ваших глазах больше интереса. И вот я

пускался на всякие рискованные проделки, просто для того, чтоб было о

чем вам потом рассказать. Я дрался с мальчишками, к которым не

чувствовал злобы, лгал там, где совершенно спокойно мог бы сказать

правду, крал вещи, которые не были мне нужны, целовал девочек, которые

мне не нравились. Все это была лишь бравада; в этом не было страсти, а

потому не было и смысла. Энн. Я ни разу не выдала вас, Джек. Тэннер. Верно; но вы не задумались бы меня выдать, если б захотели

прекратить это. Просто вам это нравилось. Энн (вспыхнув). Неправда! Вот уж неправда, Джек! Никогда мне не нравились

ваши скучные, грубые, глупые, мелочные, вульгарные выходки. Я всегда

надеялась, что вы наконец совершите что-нибудь по-настоящему

героическое. (Овладев собой.) Вы не обижайтесь, Джек; но все то, что вы

делали, так мало походило на то, чего я от вас ждала. Часто мне становилось не по себе от ваших проделок; но выдать вас и подвести

под наказание я не могла. И потом ведь вы были еще мальчиком. Я верила,

что когда-нибудь вы перерастете все эти мальчишества. Может быть, я

ошиблась. Тэннер (насмешливо). Пусть совесть вас не мучает, Энн. Из двадцати рассказов

о моих подвигах не меньше девятнадцати было чистым враньем. Я очень

скоро заметил, что вы не любите правды. Энн. Конечно, многое вы просто выдумывали, и я это отлично понимала. Но... Тэннер. Вы хотите напомнить мне, что самое постыдное было не выдумано? Энн (ласково - к его величайшему ужасу). Я ни о чем вам не хочу напоминать.

Но я знала тех, кого это касалось, и кое-что слышала не только от вас. Тэннер. И все-таки даже то, что на самом деле было, я всячески приукрашивал

в рассказе. Взрослые настолько толстокожи, что унижения

впечатлительного от природы мальчика им кажутся забавными; но сам он

так остро, так мучительно чувствует эти унижения, что не может в них

признаться, - ему остается лишь страстно отрицать их. Впрочем, оно,

пожалуй, и лучше, что я немного фантазировал, - потому что единственный

раз, когда я сказал вам чистую правду, вы пригрозили меня выдать. Энн. Неправда. Никогда этого не было. Тэннер. Было. Помните черноглазую девочку по имени Рэчел Розтри?

Энн невольно хмурит на мгновение брови.

Я затеял с ней роман; однажды вечером мы встретились в саду, долго

гуляли обнявшись - хоть это было очень неудобно, на прощанье

поцеловались и вообще старались, чтобы все было как можно романтичнее.

Затянись этот роман, он бы мне надоел до смерти; но он кончился очень

быстро. Вскоре после этого вечера Рэчел со мной поссорилась, потому что

узнала, что я все рассказал вам. Кто ей сказал об этом? Вы сами. Вы

подвесили над ее головой дамоклов меч и держали ее в постоянном страхе

и унижении, угрожая выдать эту преступную тайну. Энн. И правильно сделала. Я считала своим долгом помешать ее недостойному

поведению; она мне по сию пору благодарна. Тэннер. Неужели? Энн. Во всяком случае, должна быть благодарна. Тэннер. Но моему недостойному поведению вы не считали своим долгом мешать? Энн. Помешав ей, я тем самым помешала и вам. Тэннер. Вы уверены? Вы помешали мне рассказывать вам о своих похождениях; но

откуда вы знаете, что они прекратились? Энн. Вы хотите сказать, что у вас потом были такие же отношения с другими

девочками? Тэннер. Нет. С романтическими бреднями я после Рэчел покончил. Энн (не вполне убежденная). Почему же вы перестали поверять мне ваши секреты

и так отдалились от меня? Тэннер (загадочным тоном). Видите ли, именно в эту пору у меня появилось

нечто такое, что я хотел сохранить для себя одного и не намерен был

делить с вами. Энн. Уж, наверно, я не стала бы просить у вас то, что вам было жалко отдать. Тэннер. Это была не коробка конфет, Энн. Это было нечто такое, что вы

никогда не позволили бы мне считать своим. Энн (недоверчиво). Что же это было? Тэннер. Моя душа. Энн. Ах, давайте говорить серьезно, Джек. Ну кому нужны эти глупости? Тэннер. Я как нельзя более серьезен, Энн. Вы тогда не заметили, что и у вас

появилась душа. А между тем это так и было. Не случайно вы вдруг

почувствовали, что карать и перевоспитывать Рэчел - ваш нравственный

долг. Раньше вы успешно строили из себя пай-девочку, но мысль о долге

по отношению к другим пришла вам в голову впервые. Вот и со мной

случилось то же. До той поры я вел жизнь юного пирата и был не

совестливее лисы в курятнике. Но тут я начал кое в чем сомневаться, я

почувствовал, что у меня есть обязанности, я вдруг обнаружил, что и

честь и правдивость - не только красивые слова, которыми любят

перекидываться взрослые, а принципы, заложенные во мне самом. Энн (спокойно). Да, по-видимому, вы правы. Это было начало зрелости. Вы

становились мужчиной, я - женщиной. Тэннер. А вы не думаете, что это было начало еще чего-то? Что, собственно, в

устах большинства означает стать мужчиной или стать женщиной? Вы

знаете: это означает полюбить. Но любовь для меня началась гораздо

раньше. Любовь играла свою роль в самых ранних мечтах, фантазиях, снах, которые я

могу припомнить, - разрешите мне сказать: которые мы можем припомнить,

- хотя в то время мы этого не понимали. Нет. Та перемена, что

совершилась во мне, означала рождение духовной страсти; и я утверждаю,

на основании своего личного опыта, что духовная страсть - единственная

подлинная, чистая страсть Энн. Нечистых страстей вообще не должно быть, Джек. Джек. Что значит - не должно быть? Какая сила может заставить страсть

следовать требованиям долга? Разве только другая, еще более сильная

страсть. Энн. Наше духовное начало должно обуздывать страсти, Джек. Вы говорите

вздор. Тэннер. Духовное начало! А разве оно не есть страсть? Или все страсти - от

дьявола, как и все прекрасные мелодии? Если б оно не было страстью,

самой могущественной из всех страстей, - другие страсти смели бы его на

своем пути, как листок, подхваченный ураганом. Именно эта страсть,

рождаясь, делает из мальчика мужчину. Энн. Есть другие страсти, Джек. И очень сильные. Тэннер. Все другие страсти я знал и раньше, но они были мелки и бесплодны

детская жадность и детская злоба, любопытство и своенравие, привычки и

суеверия, нелепые и смешные для зрелого разума. Когда они вдруг

запылали, точно зажженный факел, - это был не собственный их огонь, а

лишь отсвет просыпающейся духовной страсти. Эта страсть возвеличила их,

придала им направленность и смысл; она встретила толпу слепых

вожделений и превратила ее в организованную армию стремлений и

принципов. Из этой страсти и родилась моя душа. Энн. Я замечала, что вы становитесь разумнее. До этого вы были настоящим

разрушителем. Тэннер. Разрушителем? Ерунда! Я просто был скверным мальчишкой. Энн. Ах нет, Джек, именно разрушителем! Вы перепортили все молодые ели,

отсекая ветки деревянным мечом; вы перебили своей рогаткой стекла в

парниках; вы подожгли траву на выгоне, - а полиция арестовала Тави,

который пустился наутек, видя, что ему не отговорить вас; вы... Тэннер. Та-та-та! Это же были битвы, бомбардировки, военные хитрости,

предпринятые, чтобы спасти свой скальп от краснокожих. Вы лишены

всякого воображения, Энн. Я теперь в десять раз больший разрушитель,

чем был тогда. Духовная страсть обуздала мою разрушительную силу и

заставила ее служить возвышенным целям. Я стал реформатором и, как все

реформаторы, иконоборцем. Я больше не бью парниковые стекла и не

поджигаю кусты терновника, - сокрушаю религии и разбиваю идолов. Энн (явно скучая). К сожалению, я, кажется, слишком женщина, чтобы видеть

какой-либо смысл в разрушении. Разрушение только к разрухе и ведет. Тэннер. Да. И в этом его польза. Строительство загромождает землю бездарными

выдумками. Разрушение расчищает почву и дает нам простор и возможность

вольно дышать. Энн. Зря тратите слова, Джек. Ни одна женщина тут с вами не согласится. Тэннер. Потому что вы путаете разрушение с убийством и строительство с

созиданием. Это совершенно разные вещи. Я ненавижу убийство и

преклоняюсь перед созидательной силой. Да, преклоняюсь, где бы я ни

прозревал ее - в дереве и в цветке, в птице и в животном, даже в вас.

Выражение интереса и удовольствия сразу сгоняет с лица

Энн появившуюся было тень недоумения и скуки.

Ведь вы повиновались созидательному инстинкту, когда привязали меня к

себе узами, след от которых не изгладился до сих пор. Да, Энн. Наша

детская интимность была неосознанной интимностью любви. Энн. Джек! Тэннер. О, не пугайтесь... Энн. Я не испугалась. Тэннер (лукаво). Как же так? А ваши принципы? Энн. Джек, вы шутите или говорите серьезно? Тэннер. О чем? О духовной страсти? Энн. Да нет же! О другой. (Смутившись.) Господи, вы такой глупый... Никогда

не знаешь, как к вам относиться! Тэннер. Вы должны относиться ко мне совершенно серьезно. Я ваш опекун, и

развивать ваш ум - моя обязанность. Энн. Значит, интимность любви прошла? Должно быть, я вам просто надоела. Тэннер. Нет. Но духовная страсть сделала невозможными наши ребяческие

отношения. Я ревниво оберегал свою вновь обретенную индивидуальность

и... Энн. Вы уже не могли допустить, чтобы на вас смотрели, как на мальчика.

Бедный Джек! Тэннер. Да, потому что смотреть на меня, как на мальчика, значило видеть

меня в прежнем свете. Я стал другим, новым человеком; а те, для кого

существовал только прежний "я", смеялись надо мной. Единственный

разумный человек был мой портной: он каждый раз наново снимал с меня

мерку, тогда как все остальные подходили ко мне со старой и воображали,

что она все еще соответствует моим действительным размерам. Энн. Вы все время думали только о себе. Тэннер. Когда вы попадете в рай, Энн, первый год или два вы все время будете

думать о своих крыльях. А когда вы там встретите родственников и они

упорно будут обращаться с вами так, словно вы обыкновенная смертная,

вы их просто возненавидите. Вам захочется иметь дело только с теми, кто

вас узнал уже ангелом. Энн. Значит, одно тщеславие заставило вас в конце концов от нас убежать? Тэннер. Да, одно тщеславие, выражаясь вашим языком. Энн. Но меня-то вам нечего было сторониться, если так. Тэннер. Вас больше, чем кого бы то ни было: вы сильнее всех противились

моему самоутверждению. Энн (серьезно). Какая несправедливость! Я для вас на все была готова. Тэннер. На все, кроме того, чтобы дать мне свободу. Инстинкт уже тогда

подсказал вам дьявольскую уловку женщины - придавить мужчину бременем

долга, покорно и безоговорочно отдаться на его волю, так чтобы в конце

концов он шагу не смел ступить, не спросившись у нее. Есть у меня один

знакомый; бедняга только об одном мечтает в жизни: как бы удрать от

жены. Но он никогда на это не решится, потому что она пригрозила ему

броситься под тот самый поезд, в котором он уедет. Так поступают все
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Похожие:

Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconБернард Шоу Ученик дьявола Бернард Шоу Ученик дьявола действие первое
В дверь стучат, но не настолько громко, чтобы разбудить спящих. Потом еще раз, погромче, и миссис Даджен слегка шевелится во сне....
Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconБернард Шоу Пигмалион (пер. Н. Рахмановой)
Как мы увидим дальше, «Пигмалион» нуждается не в предисловии, а в продолжении, которым я и снабдил пьесу в должном месте
Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconВопрос №24 Роль продюсера в производстве шоу-программ Продюсер
Продюсер – человек, который что-то производит. Если есть производство, значит, есть и конечный продукт. Конечным продуктом кинопродюсера...
Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconБернард Шоу Цезарь и Клеопатра
Слушайте меня вы, женщины, облекающиеся в соблазнительные одежды, вы, скрывающие мысли свои от мужчин, дабы они верили, что вы считаете...
Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconБернард Шоу Цезарь и Клеопатра
Слушайте меня вы, женщины, облекающиеся в соблазнительные одежды, вы, скрывающие мысли свои от мужчин, дабы они верили, что вы считаете...
Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconБернард Шоу Первая пьеса Фанни
В котором часу начинается спектакль? В половине девятого? Лакей. В девять, сэр. Сэвоярд. Прекрасно. Будьте добры, позвоните в гостиницу...
Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconБернард Шоу Андрокл и лев
Мегера (внезапно кидая палку на землю). Я не сделаю больше ни шагу. Андрокл (с усталой мольбой). О, не начинай все снова, моя ненаглядная....
Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconДжон Сеймор Введение в нейролингвистическое программирование. Новейшая...
Разумные люди приспосабливаются к окружающему миру. Неразумные люди приспосабливают мир к себе. Вот почему прогресс определяется...
Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconДжон Сеймор Введение в нейролингвистическое программирование. Новейшая...
Разумные люди приспосабливаются к окружающему миру. Неразумные люди приспосабливают мир к себе. Вот почему прогресс определяется...
Бернард Шоу Человек и сверхчеловек iconБольшой прайс на экскурсии и туристический сервис для путешествий из Паттайи
Тиффани-шоу – это оригинальное шоу-кабаре трансвеститов в Паттайе. Оно зародилось в канун Нового 1974 года как театр одного актера...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница