Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус


НазваниеОноре де Бальзак Мэтр Корнелиус
страница2/6
Дата публикации04.04.2013
Размер0.84 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Философия > Документы
1   2   3   4   5   6


- Да, правда,- растерянно ответил молодой человек, не предусмотревший такого затруднения.

- Зачем вы похитили меня у мужа?- спросила она с каким-то ужасом.

- Увы! - ответил кавалер,- я не подумал о том душевном волнении, которое сейчас испытываю, находясь возле вас, слыша вашу речь. Я составил было два-три плана, а вот увидел вас лицом к лицу - и мне уж больше ничего, кажется, не нужно.

- Но ведь я погибла! - сказала графиня.

- Мы спасены! - воскликнул дворянин в слепом любовном восторге. Выслушайте меня хорошенько...

- Эта встреча будет стоить мне жизни,- продолжала она, давая волю слезам, которые навертывались ей на глаза.- Граф убьет меня, быть может, нынче же вечером! Но идите к королю, расскажите ему о мучениях, которые целых пять лет выносит его дочь. Он любил меня, когда я была еще малюткой; он называл меня "Мария благодатная, хотя и не благообразная", потому что я была некрасива. Ах! если бы он знал, какому человеку отдал меня, он пришел бы в ярость! Я не осмелилась жаловаться, щадя графа. Впрочем, как мог мой голос дойти до короля? Ведь даже духовник мой, и тот - шпион Сен-Валье. Вот почему, в надежде приобрести защитника, я согласилась на преступное похищение. Но могу ли я довериться... О! - воскликнула она вдруг, бледнея,- вот паж!

Бедная графиня сплела пальцы перед своим лицом, чтобы паж не разглядел ее за этой импровизированной вуалью.

- Не бойтесь,- сказал молодой дворянин,- он мною подкуплен. Вы можете обращаться к нему за помощью без опасений, он предан мне душой и телом. Когда граф явится за вами, паж предупредит нас о его приходе. Здесь, в исповедальне,- добавил он, понизив голос,- находится мой друг, каноник, который обещал спасти вас от неприятностей и взять под свое крылышко в этой часовне. Таким образом, все предусмотрено, чтобы обмануть Сен-Валье.

При этих словах слезы графини высохли, но все же грусть омрачала ее черты.

- Его не обманешь! - сказала она.- Нынче же вечером он все будет знать. Спасите меня от его мести! Поезжайте в Плесси, повидайтесь с королем, скажите ему, что...- Она замялась, но какое-то воспоминание придало ей решимости открыть тайну своей брачной жизни.- Ну так вот... скажите ему, что граф, желая подчинить меня своей воле, делает мне кровопускание из обеих рук и доводит меня до полного истощения... скажите, что он таскал меня за волосы... скажите, что я - узница; скажите, что...

Ее сердце переполнилось, рыдания перехватили горло, несколько слезинок скатилось из глаз, и, не помня себя от горя, она позволила юноше завладеть ее руками, и он целовал их, произнося бессвязные слова:

- Бедняжка, сегодня поговорить с королем невозможно! Хоть я и племянник командующего войсками арбалетчиков, но я не могу проникнуть нынче вечером в Плесси. Моя прекрасная дама, дорогая моя повелительница!.. Боже мой, сколько она выстрадала!.. Мария, позвольте мне сказать вам два слова, или мы погибли!

- Что делать?..- произнесла она.

Графиня увидела на черной стене изображение Девы, на которое падал отблеск светильника, и воскликнула:

- Святая матерь божья, научи нас!

- Сегодня вечером,- продолжал молодой дворянин,- я буду у вас.

- А каким образом? - наивно спросила графиня. Им угрожала такая опасность, что самые нежные слова казались лишенными любви.

- Сегодня вечером,- ответил дворянин,- я пойду к мэтру Корнелиусу, королевскому казначею, чтобы поступить к нему в ученики. Мне посчастливилось достать рекомендательное письмо к нему, и он мне не откажет. Он живет по соседству с вами. Находясь под крышей этого старого скряги, я при помощи шелковой лестницы уж найду дорогу в вашу комнату.

- О! если вы меня любите, не ходите к Корнелиусу,- промолвила она, остолбенев от страха.

- Ах! - воскликнул молодой человек, в порыве юношеской страсти изо всей силы прижимая ее к сердцу,- значит, вы меня любите!

- Да,- ответила она.- Не в вас ли моя надежда? Вы - дворянин, я вверяю вам свою честь! Впрочем,- продолжала она, глядя на него с достоинством,- я слишком несчастна, чтобы вы могли злоупотреблять моим доверием. Но к чему все это? Уходите, пусть лучше я умру, чем вам итти к Корнелиусу! Разве вы не знаете, что все его ученики...

- ...были повешены,- смеясь, подхватил дворянин.- Уж не думаете ли вы, что меня прельщают его сокровища?

- О! не ходите туда. Вы сделаетесь там жертвой какого-нибудь колдовства...

- Я готов на все ради счастья быть вашим слугою,- ответил он, бросая на нее такой пламенный взгляд, что она потупила взор.

- А мой муж? - сказала она.

- Вот этим можно его усыпить,- ответил молодой человек, вынимая из-за пояса маленький флакон.

- Не навсегда? - с трепетом спросила графиня. Дворянин всем своим видом выразил отвращение перед подобною мыслью.

- Я бы уже давно вызвал его на поединок, не будь он так стар,- добавил он.- Сохрани меня бог, чтобы я когда-либо избавил вас от него при помощи отравы!

- Простите,- сказала графиня краснея,- я жестоко наказана за свои прегрешения. В минуту отчаяния я хотела извести графа; я опасалась, не возникло ли и у вас такое желание. Велика моя скорбь, что я не могла еще исповедаться в этом дурном помысле, но я боялась, что ему все откроют и он станет мстить. Вам стыдно за меня,- вымолвила она, обиженная молчанием, которое хранил молодой человек,- я заслужила ваше порицание. Она разбила флакон, с силой бросив его на пол.

- Не приходите,- воскликнула она,- у графа чуткий сон. Я должна возложить надежды только на небеса. Так я и сделаю!

Она хотела выйти.

- Ах! - воскликнул дворянин,- прикажите, я убью его. Сегодня вечером я буду у вас!

- Я поступила благоразумно, уничтожив это снадобье,- возразила она, и голос ее ослабел от счастливого сознания, что ее так пылко любят.- Боязнь разбудить моего мужа спасет нас от самих себя.

- Я ваш на всю жизнь,- сказал молодой человек, сжимая ей руку.

- Если король захочет, папа может расторгнуть мой брак. Тогда мы соединим нашу судьбу,- сказала она, бросив на него взгляд, полный восхитительных обещаний.

- Сюда идет сеньор! - воскликнул прибежавший паж. Удивленный, что так быстро пролетело время и так поспешно явился граф, дворянин мгновенно сорвал у своей возлюбленной поцелуй, в котором она не могла ему отказать.

- До вечера!- бросил он ей на бегу.

Под покровом темноты влюбленный юноша добрался до главного входа, перебегая от колонны к колонне и следуя направлению длинных теней, отброшенных большими пилонами церкви.

Вдруг из исповедальни вышел старый каноник, остановился возле графини и тихо запер решетку, перед которой важно, напустив на себя свирепый вид, стал прогуливаться паж. Яркий свет возвестил о появлении графа. Сопровождаемый кое-кем из друзей и челядью, которая несла факелы, он подошел к часовне с обнаженным мечом в руке. Его угрюмые взоры, казалось, пронизывали густой мрак и шарили по самым темным углам собора.

- Господин мой, графиня здесь,- сказал паж, идя ему навстречу.

Граф де Сен-Валье застал свою жену коленнопреклоненной у подножия алтаря, где каноник, стоя, читал требник. При виде этого зрелища вельможа с силой потряс решетку, как бы давая исход своему бешенству.

- Зачем пришли вы во храм божий с обнаженным мечом в руке? - спросил каноник.

- Отец мой, это мой муж,- ответила графиня. Священник достал из рукава ключ и открыл часовню.

Граф не мог удержаться, чтобы не бросить взгляд вокруг исповедальни, даже вошел в нее, а затем, выйдя, стал прислушиваться к тишине собора.

- Милостивый государь,- сказала ему жена,- вы обязаны благодарностью этому почтенному канонику за то, что он укрыл меня здесь!

Господин де Сен-Валье побледнел от гнева; он не смел взглянуть на своих друзей, пришедших сюда с целью скорее посмеяться, нежели оказать ему помощь, и коротко ответил:

- Благодарю, отец мой; я найду возможность вознаградить вас.

Взяв жену под руку, граф, не дожидаясь, пока она закончит почтительный поклон канонику, подал знак своим людям и вышел из церкви, ни слова не сказав сопровождавшим его дворянам. В его молчании таилась ярость. Горя нетерпением вернуться домой, озабоченно изыскивая способ узнать всю правду, он пустился в путь по извилистым улицам, которые вели тогда от собора до главного входа в дом канцлера - прекрасный дворец, незадолго перед тем выстроенный хранителем печати Ювеналом Урсеном на месте старинного укрепления, в усадьбе, подаренной Карлом VII этому преданному слуге за его славные труды. В память того, что во дворце этом хранилась государственная печать, улица, на которой он был выстроен, стала называться улицей Хранилища Печати. Она соединяла старый Тур с пригородом Шатонеф, где находилось знаменитое аббатство св. Мартина, в котором столько королей перебывали простыми канониками. Уже за сто лет до того пригород присоединен был, после долгих споров, к городу. Многие дома, прилегающие к улице Хранилища Печати и образующие центр современного Тура, существовали уже тогда, но самые красивые дворцы,- а среди них дворец, составлявший собственность казначея Санкуэна и доныне существующий на улице Торговли,- принадлежали к общине Шатонефа. Здесь именно проходили факелоносцы г-на де Сен-Валье, направляясь к той части пригорода, что лежит у самой Луары; вельможа машинально следовал за своими людьми, время от времени бросая мрачный взор на свою жену и на пажа, чтобы уловить, не переглядываются ли они друг с другом, ибо это могло пролить некоторый свет на происшествие, приводившее старика в отчаяние. Наконец, граф достиг улицы Шелковицы, где находилось его жилище. Когда его свита вошла в дом и захлопнулась тяжелая дверь, глубокая тишина воцарилась на этой улице, где проживало тогда несколько вельмож, потому что новый квартал города прилегал к Плесси - обычному местопребыванию короля, куда придворные должны были являться по первому зову. Последний дом на улице был и самым последним домом на окраине города и принадлежал мэтру Корнелиусу Хугворсту, старому брабантскому негоцианту, которого король Людовик XI жаловал своим доверием в финансовых сделках, предпринимаемых, согласно хитрой королевской политике, за пределами королевства. Поселившись по соседству с жилищем мэтра Корнелиуса, граф де Сен-Валье рассчитывал, что здесь он беспрепятственно подчинит жену своей тиранической власти.

Достаточно познакомиться с местоположением графского особняка, чтобы понять, какие выгоды оно предоставляло ревнивцу. При доме, прозванном "дворец Пуатье", был сад, огражденный с севера стеною и рвом, которые служили укреплениями старинному пригороду Шатонефу, а вдоль рва проходил еще вал, незадолго до того воздвигнутый Людовиком XI между Туром и Плесси. С этой стороны вход в жилище охраняли собаки, с востока же оно отделялось от соседних домов большим двором, а с запада примыкало к дому мэтра Корнелиуса. Южным, главным фасадом "дворец Пуатье" был обращен на улицу. Изолированное с трех сторон жилище мнительного и хитрого вельможи могло подвергнуться вторжению только из казначейского дома, крыши и каменные желоба которого соприкасались с крышами и желобами "дворца Пуатье". Узкие окна, прорезанные в каменной стене главного фасада, были снабжены железными решетками; вход, сводчатый и низкий, как в наших старинных тюремных замках, был неприступен. У крыльца находилась каменная скамья, с которой садились верхом на лошадь. Рассматривая очертания жилищ, занимаемых мэтром Корнелиусом и графом де Пуатье, каждый почувствовал бы, что эти дома строились одним архитектором и были предназначены для тиранов. Оба зловещим своим видом напоминали небольшие крепости и могли бы долго выдерживать осаду разъяренной толпы. На углах они были защищены башенками, подобными тем, что любители древностей отмечают в некоторых городах, куда еще не проник разрушительный молот скупщика старых зданий. Узкие проемы придавали дверям и железным ставням удивительную силу сопротивления. Такие предосторожности объяснялись страхом перед мятежами и гражданскими войнами, столь частыми в те смутные времена. Когда на колокольне в аббатстве св. Мартина пробило шесть часов, возлюбленный графини проходил мимо "дворца Пуатье" и, на мгновенье остановясь, услышал шум, доносившийся из нижнего этажа,- там ужинала графская челядь. Мимолетно взглянув на окна той комнаты, где, как ему казалось, должна была находиться его дама, он направился к двери соседнего дома. Всюду на своем пути молодой дворянин слышал, как в домах весело пировали горожане, воздавая честь празднику. Сквозь неплотно закрытые ставни проникали лучи света, трубы дымились, и из съестных лавок струился на улицу запах жаркого, приятно щекоча ноздри прохожим. По окончании церковной службы весь город предался веселью и наполнился гамом, который легче воспроизвести в воображении, чем описать пером. Но в обоих этих домах царила глубокая тишина, ибо то были обиталища двух страстей, чуждых всякой радости. Дальше простиралось безмолвие полей, а здесь, под сенью колокольни аббатства св. Мартина, эти два дома, тоже погруженные в молчание, отгороженные от других домов и стоявшие в самом конце улицы, где она делает резкий изгиб, были похожи на лепрозорий. Дом, расположенный напротив, находился под секвестром, потому что принадлежал государственным преступникам. Молодой человек, как это естественно в таком возрасте, был потрясен столь внезапным контрастом. Вот почему, уже готовый броситься в опаснейшее предприятие, он остановился в раздумье веред зданием, где жил мэтр Корнелиус, вспоминая все россказни, вызванные образом жизни этого человека и возбуждавшие странный ужас у графини. В ту эпоху не то что воин - даже влюбленный дрожал при одном слове магия. Тогда редко кто не верил в необычайные явления и без удивления внимал рассказам о всяких чудесах. Возлюбленный графини де Сен-Валье, одной из дочерей Людовика XI, прижитых им в Дофине от г-жи де Сассенаж, при всей своей смелости не мог не призадуматься, входя в дом, где обитала нечистая сила.

История мэтра Корнелиуса Хугворста вполне объяснит, почему г-н де Сен-Валье так спокойно полагался на его соседство, почему графине его имя внушало ужас, почему влюбленный юноша заколебался, входя в его дом. Но чтобы читателю XIX века было ясно, как события, по-видимому довольно обыкновенные, приобрели сверхъестественный смысл, и чтобы он мог понять страхи старых времен, необходимо прервать этот рассказ и бросить беглый взгляд на приключения мэтра Корнелиуса.

Корнелиус Хугворст, один из богатейших коммерсантов Гента, навлекши на себя неприязнь герцога Карла Бургундского, нашел убежище и покровительство при дворе Людовика XI. Король сообразил, как полезен ему стал бы человек, имеющий связи с главными домами Фландрии, Венеции и Леванта; вопреки своему обыкновению, Людовик XI обласкал мэтра Корнелиуса, даровал ему дворянство, принял его в число своих подданных. В свою очередь и монарх нравился фламандцу - правда, ровно настолько, насколько сам фламандец нравился монарху. Оба хитрые, недоверчивые и скупые, оба тонкие политики, одинаково образованные, оба стоящие выше своей эпохи, они чудесно понимали друг друга. Оба с одинаковой легкостью то забывали, то вспоминали - один свою совесть, другой благочестие. Они проявляли сходные вкусы, свойственные одному по натуре, воспринимаемые другим ради угождения,- словом, если можно верить завистливым речам Оливье ле Дэм и Тристана, король ходил в дом заимодавца развлекаться так, как имел обыкновение развлекаться Людовик XI. История позаботилась поведать нам о дурных наклонностях этого монарха, которому отнюдь не претил разврат. Старый брабантец, по-видимому, находил и утеху и выгоду в подчинении прихотливым вкусам своего венценосного клиента. Корнелиус жил в городе Туре уже девять лет, и в течение этих девяти лет у него в доме случалось немало необыкновенных происшествий, сделавших лихоимца предметом всеобщего отвращения. По прибытии в город, он затратил сразу значительные суммы денег, чтобы обеспечить своим сокровищам безопасность. Хитрые приспособления, секретно осуществленные для него городскими слесарями, странные меры предосторожности, которые он принимал, вводя этих слесарей в свое жилище таким способом, который дал бы ему уверенность, что они не станут потом болтать,- все это долго было предметом нескончаемых фантастических рассказов, восхищавших жителей Турени на вечерних посиделках. Чрезмерная предусмотрительность старика заставляла предполагать, что он владеет несметными богатствами Востока. Вот почему туренские сказочники (а ведь Турень - родина французской сказки) украшали комнаты фламандца чистым золотом и драгоценными каменьями, не преминув объяснить такое богатство договором со злыми духами. Мэтр Корнелиус некогда привез с собою двух лакеев-фламандцев, старую женщину и молодого ученика с нежным, приятным лицом; этот ученик служил ему секретарем, кассиром, приказчиком и курьером. В первый же год пребывания в Туре у Корнелиуса случилась значительная кража. Судебное следствие установило, что преступление могло быть совершено лишь лицом, проживающим в доме. Старый скряга посадил в тюрьму обоих своих лакеев и молодого приказчика. Юноша был слабого здоровья, он погиб под пыткой, все время уверяя в своей невиновности. Два лакея приняли на себя преступление, чтобы избежать мучений, но, когда судья стал допрашивать, где находятся украденные деньги, они хранили молчание. Их пытали, судили, приговорили к смерти и повесили. Идя на виселицу, они не переставая твердили о своей невиновности, как это делают, впрочем, все висельники. Город Тур долго толковал об этом странном деле. Преступники были фламандцами,- поэтому сочувствие, которое возбудили эти несчастные и молодой приказчик, быстро угасло. В то время войны и мятежи доставляли постоянные волнения, и вчерашняя драма бледнела перед драмою следующего дня. Больше опечаленный понесенной огромной потерей, чем смертью трех своих слуг, мэтр Корнелиус остался один со старой фламандкой, доводившейся ему сестрой. Он получил от короля милостивое разрешение пользоваться для своих частных дел государственными курьерами, поставил своих мулов у соседнего погонщика и стал жить с этих пор в самом строгом уединении - видался только с королем, а свои коммерческие дела вел с помощью евреев, сметливых и расчетливых, которые служили ему верно, желая добиться его всемогущего покровительства.
1   2   3   4   5   6

Похожие:

Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус icon«Бальзак. Собр соч в 28 т. Том 2»: Голос; Москва; 1993; Оноре де Бальзак Мнимая любовница
Маркиз де Ронкероль, чрезвычайно искусный дипломат на службе у новой династии, его сестра г-жа де Серизи и шевалье дю Рувр решили,...
Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус iconGenre prose classic Author Info Оноре де Бальзак Шагреневая кожа...

Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус iconОноре де Бальзак Утраченные иллюзии
Свободны ли вы от вашего буржуазного издателя, господин писатель' от вашей буржуазной публики которая требует от вас порнографии...
Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус iconОноре де Бальзак Красная гостиница Перевод: Н. Немчинова
Злодеи не могут всегда злодействовать. Даже в шайке пиратов, должно быть, выпадают приятные часы, когда на их разбойничьем корабле...
Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус iconБлеск и нищета куртизанок
Оноре де Бальзак Блеск и нищета куртизанок ru Н. Г. Яковлева Михаил Тужилин
Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус icon"Власть, лишенная авторитета, хуже, чем явное безвластие"
Как писал Оноре де Бальзак: "Власть, над которой глумятся, близка к гибели". И в действительности, в таком государстве обществом...
Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус iconОноре де Бальзак Шагреневая кожа
В конце октября 1829 года один молодой человек вошел в Пале-Руаяль, как раз к тому времени, когда открываются игорные дома, согласно...
Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус icon«Бальзак, Оноре. Собр соч в 24 т.: т с. 95-271.»: М.: Правда; Москва; 1960; Перевод: А. Худадова
Бальзаке врача, который первый дал имя их недугу. Он извиняет любой их неверный шаг, если только шаг этот совершен из любви, он решается...
Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус icon-
Существуют две истории: лживая официальная и тайная, где видны причины событий. Бальзак
Оноре де Бальзак Мэтр Корнелиус iconКо Дню Св. Валентина Уикенд в Польше и Чехии!!! € 98
Любовь единственная страсть, которая не выносит ни прошлого, ни будущего. (О. Бальзак.)
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница