Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг


НазваниеДжон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг
страница5/29
Дата публикации15.04.2013
Размер4.89 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Философия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

Глава 05
Тело Купа стало скользким от пота, он закрыл глаза и считал: одиннадцать, двенадцать, тринадцать. Трицепсы горели огнем, пальцы ног тянулись к полу, но он усилием воли удерживал их на месте. Четырнадцать, пятнадцать… шестнадцать? Нет.

Все, больше нет сил. Он рухнул на пол между параллельными брусьями и открыл глаза, чувствуя, как между бровями по лицу стекает пот. Обжигающая боль в руках начала отступать, и он подошел к стойке, на которой оставил полотенце. Куп вытер лицо, взял пару легких гантелей и направился в комнату с зеркалами.
Клуб бодибилдинга под названием «У двух друзей» был последним заведением в умирающем торговом центре на 100 м шоссе, который украшало множество написанных от руки объявлений на тему неоплаченных налогов и каких то невнятных боевых искусств. Все вокруг по колено заросло сорняками, асфальт растрескался. Куп припарковал свой пикап среди мусора, запер его и вошел внутрь.

Один из «друзей» сидел за конторкой у входа и читал старый журнал «Хэви метал». Слева женщина и двое мужчин работали на тренажерах со свободным отягощением. «Друг» за конторкой поднял голову, что то проворчал, увидев Купа, и вернулся к своему журналу. Куп прошел мимо него в мужскую раздевалку по коридору, где на него со старых фотографий, сделанных «Полароидом» и прикрепленных к стенам кнопками, взирало пол сотни культуристов. Он надел спортивные трусы, обрезанные тренировочные штаны, футболку без рукавов, застегнул тяжелоатлетический пояс, натянул на руки перчатки из козлиной шкуры, пропитанные высохшим потом, и направился в главный зал.

У Купа была собственная система: он разделил свое тело на три части и тренировал каждую из них в течение трех дней. Затем один день отдыхал и начинал все снова.

В первый день – плечи и руки, во второй – грудь и спина, в третий – нижняя часть тела. Сегодня он работал над трицепсами, дельтовидными мышцами и бицепсами. В отличие от большинства людей Куп уделял огромное внимание рукам и сжимал резиновые кольца до тех пор, пока мускулы не начинали протестовать от боли.

А еще он качал шею на специальном тренажере и мог сделать мостик, опираясь на нее. Он ни разу не видел, чтобы кто нибудь здесь был способен на такое, но его это не волновало. Однажды он ходил на встречу культуристов из университетов Миннесоты и Айовы, где «Соколы» демонстрировали мостики и очень высоко поднимали бедра.

Куп любил упражнения нажим лежа. Впрочем, они нравились всем. Потом наступала очередь пирамид, десять подходов на триста пятьдесят фунтов, два или три – на триста семьдесят, один или два – на триста девяносто. Затем он отрабатывал жим сидя из за головы и делал наклоны, поднимая восьмидесятифунтовые гири, чтобы натренировать бицепсы.

В самом конце занятия, обливаясь потом, он вставал на лестничный тренажер и взбегал на сотый этаж, после чего, тяжело дыша, возвращался в зал с зеркалами.

Женщина в оранжевом бикини с пятнами пота работала у зеркал западной стены, двигаясь с подниманием рук вверх. Она поворачивалась то к переднему, то к боковому зеркалам, чтобы видеть бицепсы и живот.

Куп опустил гантели на мат и разделся до трусов, затем взял гантели, быстро проделал десять упражнений, снова бросил гантели на мат и приступил к своей стандартной тренировке. Словно издалека он слышал тяжелое дыхание женщины, шум вентилятора под потолком, но видел только себя. А иногда сквозь стекающий по лицу пот – окутанное дымкой тело Сары Иенсен на своей постели, темный треугольник под ночной рубашкой, а еще…

«Раз, раз, раз, давай, давай…»

Женщина закончила тренировку и взяла полотенце. Краем глаза Куп видел, что она наблюдает за ним.

Когда он наконец остановился, она бросила ему полотенце.

– У вас отличные пекторальные мышцы, – сказала она.

– Нужно еще работать, – пробормотал Куп, вытираясь, – Нужно работать.

Он захватил свой пропитанный потом костюм в раздевалку, намочил его, отжал и, бросив в сушилку, включил ее. Затем принял душ, вытерся, оделся, вышел в главный зал, купил кока колу, вернулся назад, достал костюм из сушилки и повесил в шкафчик. А потом ушел.

Он не сказал ничего, кроме: «Нужно еще работать».
Джон Карлсон был одет по летнему: черная куртка «Рейдере», рэперские шорты до колена и черные кроссовки «Найк» с красными шнурками.

– Что происходит, приятель?

Джон был крупным чернокожим парнем. Куп передал ему маленький сверток. Джон, не проверяя, тотчас сунул его в карман.

– У меня свидание, – сказал Куп.

– Классно, приятель, – Джон постучал по машине костяшками пальцев, словно на удачу, – Не забудь резинку, ты же не хочешь подцепить СПИД.

– Вот ты и не забудь.

Джон отступил назад, снял кепку и почесал в затылке. Куп поехал дальше вдоль квартала и увидел, что по тротуару идет другой черный парнишка. Он прошел по земляной парковке к обочине, а когда Куп притормозил около него, бросил в окно со стороны пассажирского сиденья пластиковый мешочек и отвернулся. Через три квартала Куп посмотрел в зеркало заднего вида, убедился, что никого нет, остановился и сделал пробу. Совсем чуть чуть, чтобы приободриться.
Куп не понимал, чем его так очаровала Сара Иенсен. Не мог объяснить себе, почему ему так невыносимо хочется наблюдать за ней и находиться рядом. Почему он спешит завершить все дела, чтобы успеть встретить ее после работы.

Часть драгоценностей, украденных из ее квартиры, – два кольца, на помолвку и обручальное, – Куп продал в Блумингтоне в баре на 1 494 типу, который разговаривал и одевался как актер, изображающий профессионального спортсмена: загар, рубашка для игры в гольф, коронки на зубах и золотая цепь на мощной шее. Он отлично разбирался в камнях, и улыбка тут же исчезла с его лица, когда он увидел, что принес взломщик. Он заплатил ему тысячу триста долларов. Всего Куп получил за украшения, взятые в квартире Иенсен, шесть тысяч, и это не считая пояса. Ему ни разу не пришло в голову, что между женщиной, покорившей его сердце, и камнями есть какая то связь. Драгоценности принадлежали ему, а вовсе не ей.

Выехав из Блумингтона, Куп медленно покатил назад, в Миннеаполис, убивая время за рулем своей машины, потом свернул к кафе «Арби» в восточной части Сент Пола. Он позвонил грузчику, который дал ему план квартиры Иенсен, и договорился о встрече.

Куп приехал в условленное место за полчаса до назначенного времени, чтобы понаблюдать за парнем, с которым собирался увидеться. Если тот прибудет вовремя и один, Куп выждет десять минут и только потом войдет. Подельники никогда не подводили его, и он хотел, чтобы так оставалось и впредь.

Грузчик появился на пару минут раньше и поспешно вошел в «Арби». То, как он двигался, успокоило взломщика и убедило, что все в порядке: парень шагал решительно и не оглядывался по сторонам. В руке он держал блокнот. Куп подождал еще пять минут, наблюдая за улицей, и последовал за ним. Парень сидел в кабинке и пил кофе, совсем молодой, похожий на студента колледжа. Куп кивнул ему, попросил чашку кофе, заплатил девушке за стойкой и скользнул в кабинку.

– Как поживаешь?

– Давненько мы не виделись, – сказал юноша.

– Да уж… Ладно.

Куп протянул ему рекламный буклет «Холидей инн», парень взял его и заглянул внутрь.

– Спасибо. Судя по всему, неплохо получилось.

Куп пожал плечами. Он не любил пустые разговоры.

– Еще что нибудь есть?

– Да. Отличное местечко, – Юноша подтолкнул к нему блокнот, – Я чуть не обделался, пока ждал твоего звонка. Мы перевозили вещи в дом на Аппер Сент Денис в Сент Поле, знаешь, где это?

– На холме, в стороне от Седьмой Западной, – ответил взломщик и пододвинул к себе блокнот, – Там есть неплохие дома. Но попадаются и паршивые.

– Этот хороший, приятель, – Парень энергично закивал, – Просто замечательный. Там был какой то тип из компании, которая занимается сейфами, они поставили огромный бетонный сейф в подвале, в углу кладовки. Я сам видел.

– Я сейфами не занимаюсь…

Блокнот выглядел слишком толстым. Куп открыл его и увидел слепок ключа в сухом пластилине. Он сам показал пареньку, как это делается. Отпечаток получился чистым и четким.

– Ради всего святого, подожди, – взмолился юноша, вскинув вверх руки, – Хозяин разговаривал со специалистом по сейфам и расхаживал с листком бумаги в руке. После того как они все обсудили, он спросил, сколько еще времени нам нужно, чтобы занести вещи внутрь. Он хотел принять душ и побриться, потому что куда то собирался. Дверь в душ там прямо из спальни. Мы работали в коридоре, мой напарник устанавливал кровать в гостевой комнате, поэтому я заглянул в спальню. Я услышал, как льется вода в душе, и увидел тот клочок бумаги на туалетном столике, рядом с портмоне и часами, ну и решил рискнуть. Я быстренько туда забежал и посмотрел на листок. На нем оказался шифр. Как тебе такое? Я записал его. Хозяину дома принадлежит половина автоматических моек машин в Городах близне цах. Он все время хвастался, что собирается в Вегас. Могу поспорить на что угодно, сейф набит под завязку.

– А семья у него есть?

Звучало очень заманчиво. Куп предпочитал деньги всему остальному.

– Он разведен. Дети живут с его бывшей.

– Ключ хороший?

– Угу, но… ну… на двери стоит система безопасности. Про нее мне ничего не известно.

Куп минуту смотрел на него, затем кивнул.

– Я подумаю.

– Мне бы не помешали наличные, чтобы убраться отсюда, – сказал юноша, – Мое условное освобождение заканчивается в сентябре. Может, я и сам поеду в Вегас.

– Я с тобой свяжусь, – сказал Куп.

Он допил кофе, взял блокнот, кивнул своему собеседнику и вышел. Выезжая с парковки, взломщик посмотрел на часы. Сара, наверное, заканчивает работать…
Куп убил свою мать.

Зарезал длинным тонким ножом с выкидным лезвием, который купил в лавке ростовщика в Сеуле, когда служил в армии и попал в Корею. Вернувшись назад, в Штаты, он все выходные ехал автостопом от Форт Полка до Ганнибала, что в штате Миссури, с одной только целью – распороть ей живот.

Что он и сделал. Он принялся колотить в дверь, и мать появилась на пороге с прилипшей к губе сигаретой «Кэмел». «Чего явился?» – спросила она. «Вот чего!» – ответил он и шагнул в трейлер. Она отступила назад, и Куп вонзил ей нож в живот у пупка, а затем резко дернул его вверх, до самой груди. Женщина открыла рот, собираясь закричать, но из него хлынула кровь, и она не смогла произнести ни звука.

Куп ничего не трогал, и его никто не видел. Он вырос в Ганнибале, как Гекльберри Финн, но не имел с книжным героем ничего общего. Он был мальчишкой из трущоб и не знал отца, а его мать за деньги занималась оральным сексом, после того как заканчивала работу в баре. Иногда она принимала пять или шесть пьяных мужчин, которые колотили в алюминиевую дверь, обслуживала их, потом долго отплевывалась перед раковиной и полночи полоскала рот солью с содой. Через тонкую стену все было слышно. Мать таскала его в город, где их провожали взглядами уважаемые женщины в юбках до колена и твидовых пиджаках, и в их глазах читались презрение и жалость. «Сучки! Эти сучки ничем не лучше меня, уж можешь мне поверить», – говорила его мать. Но Куп совершенно точно знал, что она лжет. Они были лучше его матери, те дамы в костюмах, шляпках и туфлях на высоких цокающих каблуках.

Он вернулся в Форт Полк и сидел на своей койке, читая журнал «Черный пояс», когда вошел батальонный старшина.

– Куп, у меня плохие новости, – сказал он, – Твою мать убили.

– Правда? – ответил Куп и перевернул страницу.
Во время службы в Корее, когда Куп начал иметь дело с проститутками, он понял, что у него проблемы с сексом. Ничего не получалось. Он возбуждался от одних только мыслей, а когда наступал решающий момент… ничего не происходило.

Но однажды он рассвирепел и ударил одну из женщин. Врезал ей кулаком в лоб с такой силой, что она растянулась на полу. И вот тогда все начало вставать на свои места.

В Новом Орлеане Куп убил проститутку. Он считал, что это произошло случайно: он избивал ее и постепенно приходил в возбуждение, но вдруг понял, что она больше не сопротивляется, а ее голова безвольно болтается из стороны в сторону. Убийца испугался. В Луизиане существовала смертная казнь, и ее действительно применяли в случае необходимости. Куп поспешно вернулся в Форт Полк и был потрясен, когда ничего не произошло. Ничего. Даже статейки в газете не появилось. Он, по крайней мере, не нашел.

Вот тогда то ему и пришла в голову мысль разобраться с матерью. Ничего особо сложного. Сделал дело – и все.
После армии Куп год плавал на барже по Миссисипи. Он сошел на берег в Сент Поле, одно время брался за самую тяжелую работу, но потом поумнел и воспользовался своим статусом ветерана, чтобы получить кое что. Через год после этого он познакомился в Миннеаполисе, в книжном магазине, с одной женщиной. Он отправился туда, чтобы купить календарь с фотографиями тяжелоатлетов, и она подошла к нему. Куп сразу узнал этот тип: она была в шерстяном костюме и на высоких каблуках, которые громко цокали. Она задала какой то вопрос о спортивных тренировках, он уже забыл какой. Наверняка просто хотела познакомиться.

Куп не собирался убивать ее, но так получилось, и это понравилось ему намного больше, чем избивать проституток. В той женщине был стиль: нейлоновые чулки, старательно наложенная косметика и правильная речь – иными словами, она принадлежала к числу тех, кто выгодно отличался в лучшую сторону от его матери.

Они были повсюду. Некоторые оказывались слишком умными, и Куп понимал, что заманить их будет трудно. Он с такими не связывался. Но попадались и совсем другие: робкие и неловкие, они боялись не смерти, боли или чего то столь же серьезного, а обычного одиночества. Он находил их в художественной галерее Де Мойна, в книжной лавке Мэдисона, в магазине грампластинок Тандер Бея. Они были немного старше его, любили белое вино, в одежде предпочитали яркие цвета, следили за прическами, чтобы не проглядывала седина, постоянно улыбались и вечно находились в движении, точно воробьи, ищущие, где бы присесть.

Куп обеспечивал их таким местом. Они не боялись его, только очень хотели сделать все правильно…
Он дождался, когда Сара Иенсен выйдет из своего офиса, проводил ее до супермаркета «Куб» и последовал за ней внутрь, наблюдая, как она двигается, как ее грудь натягивает ткань блузки, какие у нее великолепные мышцы ног и как она убирает волосы, падающие на глаза.

То, как Сара шла через продуктовый отдел, само по себе было уроком чувственности. Она двигалась точно кошка, вышедшая на охоту: одно щупала, другое нюхала, пробовала какие то продукты пальцем. Она купила вишню в коробке, апельсины и лимоны, крупные грибы, сельдерей, яблоки, грецкие орехи, красный и белый виноград и чеснок. Получится отличный салат.

Куп стоял в бакалейном отделе и наблюдал за ней из за угла. Она не видела его, но он так погрузился в созерцание, что заметил мальчишку, который раскладывал продукты на полках, только когда тот оказался совсем рядом.

– Я могу вам помочь? – спросил парень таким тоном, каким, наверное, разговаривал с десятилетним воришкой.

Куп вздрогнул от неожиданности.

– Что?

Он занервничал. В корзинке у него лежала упаковка вяленой говядины и банка маринованного укропа.

– Что вы ищете? – тоном офицера полиции спросил паренек.

Он был долговязый и бледный, с угреватым лицом, очень короткой стрижкой и крошечными поросячьими глазками.

– Я ничего не ищу, я думаю.

– Ладно, я просто спросил, – сказал мальчишка, но отошел всего на десять футов и, переставляя коробки с кукурузными хлопьями, продолжил незаметно наблюдать за Купом.

В тот момент, когда мальчишка задал свой первый вопрос, Иенсен, видимо, уже купила все, что нужно, и через мгновение, когда настырный парень занялся хлопьями, появилась из за угла. Куп отвернулся, но она успела увидеть его лицо. Сара слегка нахмурилась, или ему только показалось? Он покатил свою тележку по проходу в противоположную сторону. Она могла бы заметить его раз двадцать, если бы дала себе труд обращать внимание на людей вокруг. Например, если бы посмотрела на мужчину, который сидел на скамейке неподалеку, когда она выходила на пробежку. Неужели она запомнила его и поэтому нахмурилась? Мальчишка понял, что он следил за ней. Но скажет ли он что нибудь?

Куп хотел бросить свою тележку, но подумал, что без нее он будет выглядеть еще подозрительнее. Он подкатил к кассе экспресс оплаты, купил газету и отправился на парковку. Когда он ждал своей очереди в кассу, то заметил, что мальчишка вышел из прохода и, уперев кулаки в бедра, наблюдает за ним. Купа окатила волна ненависти. Он дождется этого щенка, поймает на парковке и располосует его поганую морду… Куп закрыл глаза и постарался взять себя в руки. Когда он представил себе, что сделает с парнем, в крови вскипел адреналин, и от этого отчаянно захотелось что нибудь сломать.

Впрочем, мальчишка того не стоил. Маленький вонючка…

Куп уехал с парковки супермаркета, высматривая паренька в окно заднего вида, но тот, очевидно, снова занялся своей работой. Хорошо… Но сюда больше возвращаться нельзя. Куп остановился на улице и стал ждать. Через двадцать минут появилась Сара Иенсен.

Его истинная любовь.

Куп обожал смотреть, как она двигается. Пока она шла по улице, он любовался ее ногами и бедрами, любовался тем, как живет своей жизнью ее тело, когда она наклоняется, прислоняется к чему то или поворачивается. Он любил наблюдать, как подпрыгивают ее груди, когда она бежит вокруг озера. Очень любил.

Любовь сжигала его.
Вечер понедельника выдался теплым, и вокруг уличных фонарей сотнями вились мотыльки. Сара Иенсен закончила пробежку и скрылась в доме. Купа охватило чувство, похожее на печаль. Он стоял на улице и смотрел на дверь. Выйдет ли она снова? Куп взглянул вверх. Он знал, где находится ее окно, с той самой первой ночи, как увидел ее. В окне зажегся свет.

Куп вздохнул и отвернулся. На другой стороне улицы какой то мужчина повозился с ключами, открыл дверь в вестибюль своего дома, вошел и другим ключом отпер внутреннюю дверь. Куп поднял взгляд. Последний этаж находился на одном уровне с квартирой Иенсен.

Едва справляясь с возбуждением, он сосчитал этажи и пришел в страшное волнение. Получалось, что крыша дома напротив будет как раз под ее окнами, и он сможет заглянуть внутрь. Куп быстро перешел на другую сторону улицы и шагнул в вестибюль дома. Двести квартир, и около каждого номера кнопка домофона. Куп нажал сразу на сто, не сомневаясь, что кто то наверняка ждет гостей. Интерком принялся громко сигналить, но в этот момент зажужжал дверной замок, и Куп скользнул внутрь, оставив за спиной вопросы: «Кто это? Кто?»

Пару раз это сработает, но на большее рассчитывать нельзя. Куп завернул за угол к лифту и доехал до самого верха. В коридоре никого не было. Указатель «Выход» находился в конце, по левую руку. Куп дошел до него, открыл дверь и шагнул через порог. Ступеньки слева уходили вниз, два пролета справа вели наверх, к серой металлической двери. Маленькая черно белая табличка гласила: «Выход на крышу. Чтобы открыть замок, используйте ключ от квартиры».

– Вот черт!

Куп потянул на себя дверь. Ничего. Надежно заперто.

Он повернулся к лестнице, собираясь спуститься вниз, и тут ему в голову пришла новая мысль: «Подожди ка. Может быть, окно в конце коридора выходит на дом, в котором живет Иенсен?»

Так и оказалось.

Куп поднял глаза и увидел, что двумя этажами выше Сара Иенсен, переодевшись в халат, подошла к окну и смотрит куда то вниз. Куп отпрянул, но она разглядывала улицу и не заметила его в полутемном проеме. В руке Сара держала бокал с вином. Она сделала глоток, отступила назад и скрылась в глубине квартиры.

Господи. Если бы ему удалось забраться чуть чуть выше, он оказался бы буквально у нее в гостиной. Сара Иенсен никогда не закрывает шторы. Никогда. Куп пылал от страсти. Какая потрясающая возможность!

Нужен ключ. Немедленно!

Жизненной философии, которую он исповедовал, его научил «Стиллуотер»: ты становишься могущественным, если у тебя есть пистолет, дубинка или крепкие кулаки. Опасайся того, кто круче тебя. Выживает сильнейший, слабые гибнут. А когда умрешь ты, твое тело засунут в яму в земле. Вот и все. Для тебя не будут играть арфы и петь небесный хор. Никакой геенны огненной не существует. Эти постулаты вполне устраивали Купа и соответствовали тому, с чем ему довелось столкнуться в жизни.

Куп сходил к своему пикапу за инструментами, ни о чем определенном не думая. Когда ему что либо требовалось, неважно что, он брал это. Ведь люди, которым принадлежит то, что ему приглянулось, сознательно лишают его этого. Он имеет полное право забрать желаемое.

Куп гордился своим пикапом, который мог принадлежать кому угодно, но принадлежал именно ему и был особенным.

В багажнике Куп почти ничего не хранил: только ящик с инструментами, пару мешков с надписью «Соль и песок», оставшихся с зимы, лопату, шипованные шины и трос, лежавший в пикапе, когда он купил его. Несколько ржавых прутьев арматуры – такие обычно валяются в грязи на стройках. Там он их и нашел. В общем, то, что возят с собой рабочие.

Все это предназначалось для того, чтобы спрятать от посторонних глаз большой ящик с инструментами, купленный в «Сирсе». Он был самым главным. В верхнем отделении лежало несколько малых отверток, кусачки, набор насадок на отвертку и полдюжины коробочек от леденцов, заполненных разными шурупами для дерева и прочей мелочью. В нижнем отделении Куп держал молоток весом в два фунта, зубило, две пилочки, ножовку, короткий ломик, пару рабочих перчаток и баночку замазки. Обычный ящик для инструментов, а на самом деле – профессиональный набор вора домушника.

Куп засунул перчатки в карман куртки, взял замазку, высыпал шурупы из коробочки от леденцов в пустую ячейку в верхнем отделении и положил комок замазки внутрь коробочки. Он разровнял замазку большим пальцем, закрыл крышку и убрал все в карман.

Затем он выбрал кусок железного прута длиной восемнадцать дюймов, достаточно короткий, чтобы спрятать его, но вполне подходящий для хорошего удара.

Куп по прежнему почти ни о чем не думал. Ключ от двери на крышу был его собственностью, но какой то недоносок мешал ему заполучить его. Это разозлило Купа. По настоящему. И совершенно справедливо. Он закипел от праведного гнева, когда представил свой чертов ключ, и, засунув в рукав куртки железный прут, зашагал к входу в дом, натягивая на ходу перчатки. Он никого не встретил. Войдя в вестибюль, Куп поднял стеклянную панель, прикрывающую флуоресцентные лампы на потолке, и разбил прутом обе. В темноте поставил панель на место и вернулся к пикапу. Приоткрыл на дюйм дверцу со стороны водителя и стал ждать.

Он ждал долго, но ничего не происходило.

Пассажирское сиденье делало его пикап особенным. Куп съездил в автомастерскую в Айове, где попросил кое что переделать: под сиденьем теперь находился стальной ящичек, немного длиннее и шире коробки для сигар. Пол машины играл роль крышки, а если посмотреть снизу, дно ящичка выглядело как внешняя часть днища у пассажирского сиденья. Чтобы открыть его, требовалось повернуть правую ножку переднего сиденья один раз направо. Внутри было достаточно места для любого количества драгоценностей, денег… или кокаина.

Половина тех, кто сидел в «Стиллуотере», попали туда, потому что у них на заднем сиденье лежал кокаин, украденная стереосистема или пистолет, когда копы остановили их для обычной проверки. Но Куп был не из таких.

Он еще немного понаблюдал за дверью, потом открыл крышку ящичка, достал упаковку с тремя с половиной граммами кокаина и взял чуть чуть. Совсем немного, только чтобы обострилось восприятие.

Две огромные туи, похожие на суровых стражей, росли слева и справа от бетонного крыльца, ведущего в дом. Купу это понравилось: деревья закрывали обзор с обеих сторон. Чтобы заглянуть в первый вестибюль, нужно было встать почти напротив дома.

На улице появилась пара, мужчина позвякивал ключами. Они вошли внутрь, и Куп стал ждать дальше. Через некоторое время он увидел одинокую женщину и приготовился. Но она, задумавшись о чем то, почти миновала дом и только в последнюю минуту свернула к нему. Как раз то, что надо, но Куп просто не успел ничего предпринять. Женщина скрылась за дверью.

Двое мужчин, держась за руки, шли по тротуару. Не годится. Через пару минут появился еще мужчина, но такой крупный, что Куп решил не рисковать.

И тут за угол завернул Джим Флори с ключами в руке. Он почесал левый висок и что то рассеянно пробормотал.

Он был худощавым, ростом пять футов десять дюймов. Куп распахнул дверцу, выскользнул наружу и зашагал по тротуару. Флори свернул к дому, поискал ключ, открыл внешнюю дверь и вошел внутрь.

Купа наполнила ярость: он чувствовал, что все внутри у него пылает огнем. «У этого урода мой ключ. Сволочь…»

Куп последовал за Флори по дорожке. Он тихонько насвистывал себе под нос, чтобы мужчина не испугался раньше времени, но ему с огромным трудом удавалось справляться с раздражением. «У него мой ключ!» Куп был в бейсболке, джинсах, рубашке для игры в гольф и больших белых кедах, как будто только что вернулся с матча «Твинс». Он низко надвинул козырек кепки, стальной прут торчал из правого кармана на целый фут, но Куп прикрывал его рукой, размахивая ею при ходьбе.

«Проклятая скотина, у него мой ключ! – думал он, продолжая насвистывать и чувствуя, как с каждой секундой его охватывает почти невыносимая ярость, – Мой ключ!»

Сквозь застекленную дверь Куп видел, что Флори пытается в темноте попасть в замочную скважину. Значит, ключ у него в руке. Убийца открыл первую дверь, и Флори, уже поворачивая ключ, обернулся и сказал:

– Привет.

– Привет, – ответил Куп.

Козырек кепки прикрывал его лицо. Флори снова повернулся к двери и потянул ее на себя. В этот момент убийца, в крови которого бушевал кокаин, осторожно вытащил из кармана стальной прут.

Видимо, Флори что то почувствовал или уловил его мимолетное движение: он замер с ключом в руке и поднял голову, но опоздал.

«У этого гада мой ключ, ключ, ключ».

Куп нанес удар прутом, нацелившись в ухо мужчины. Металл соприкоснулся с плотью, раздался влажный звук, с каким мясницкий нож разрубает спинную часть говядины на ростбиф.

Флори открыл рот, но сумел произнести всего лишь один слог: «амк». Он ударился головой о стеклянную дверь и упал, скользнув руками по стеклу.

Не теряя ни секунды, действуя привычно и четко, Куп наклонился, бросил короткий взгляд на улицу и достал из кармана Флори бумажник: ограбление. Засунув добычу в куртку, он вытащил из замка ключ, открыл баночку от леденцов и прижал к пластилину сначала одну сторону, потом другую. Пластилин был твердым, и отпечаток получился идеальным. Убийца закрыл банку, вытер ключ о штаны и вставил обратно в замок.

Готово.

Все еще пригнувшись, Куп повернулся, потянулся к внешней двери… и увидел чьи то ноги.

Какая то женщина остановилась около двери. Отшатнувшись, она начала разворачиваться.

Незнакомка была в теннисных туфлях и спортивном костюме – видимо, вернулась с пробежки. Куп не заметил, как она подошла. Он вылетел наружу, одной рукой оттолкнул застекленную дверь, а другой вытащил из кармана стальной прут.

– Нет! – выкрикнула женщина, ее лицо окаменело, рот открылся.

В тусклом свете она увидела тело на полу за спиной Купа и сделала шаг назад, пытаясь выйти из оцепенения.

Убийца поднял над головой прут и набросился на нее, точно леопард на свою добычу.

– Не надо! – взвизгнула женщина, и Куп увидел, как сверкнули зубы жертвы, а глаза еще шире раскрылись от ужаса.

Защищая голову, она закрылась рукой, прут попал по ней и сломал кость.

– Нет! – закричала она и повернулась спиной к Купу.

Он нанес удар в основание черепа. Если бы он держал в руках меч, то отрубил бы голову.

Кровь брызнула на тротуар, и жертва упала на крыльцо. Убийца еще раз ударил ее, на этот раз по незащищенной голове, сильно и беспощадно. Раздался треск, как будто крупный мужчина шагнул на дорожку, засыпанную гравием.

Голова женщины сплющилась, и Куп, пришедший в ярость оттого, что ему помешали, создали новые проблемы и усложнили жизнь, ногой столкнул тело с крыльца, и оно откатилось к туе.

– Проклятье, – выдохнул Куп, – Проклятье!

Он не собирался никого убивать. Следовало как можно быстрее убраться отсюда.

С того момента, как он напал на Флори, прошло меньше минуты. На улице больше никого не было. Куп огляделся по сторонам, пытаясь понять, не смотрит ли кто нибудь из окон дома Сары Иенсен. Ничего.

Он поспешил покинуть место преступления, на ходу пряча в карман стальной прут, который он попытался вытереть рукой, но только размазал кровь. Если его увидит полицейский…

Внутри у Купа продолжала полыхать ярость: проклятая стерва не должна была появиться вот так, прямо у него за спиной!

Он сражался с гневом, пытаясь успокоиться и заставляя себя двигаться вперед. «Нельзя останавливаться», – твердил он себе. Он почти бегом пересек улицу, по прежнему чувствуя запах и вкус человеческой крови. Его это совсем не пугало, но не здесь и не сейчас…

«Может быть, стоит уйти отсюда пешком, а потом вернуться за пикапом, ведь на нем логотип компании», – подумал он. Если кто то заметил, как он убил женщину, и проследит за ним до пикапа, то разглядит знак на его борту. Тогда все пропало. С другой стороны, копы в поисках свидетелей наверняка запишут номера всех машин, стоящих на улице.

Нет. Он должен уехать.

Убийца открыл водительскую дверь и увидел свое отражение в стекле: перекошенное лицо с темными полосами под козырьком спортивной кепки.

Он завел двигатель и вытер лицо, еще больше перепачкав перчатки в крови. Господи, он весь измазался. Кровь попала даже в рот, и он чувствовал ее вкус.

Куп медленно отъехал от тротуара, глядя в зеркало заднего вида, не бежит ли кто нибудь за ним, показывая на его машину. Но увидел только пустую улицу.

Ничего.

Он еще не оправился от стресса, все мышцы болели, тело протестовало. Вкус крови… Неожиданно убийца испытал вспышку удовольствия, приправленного болью, словно кто то гладил его и одновременно по нему ползали полчища муравьев.

Но это было скорее хорошо, чем плохо. Очень хорошо.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

Похожие:

Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconАссасины террористы-самоубийцы Средневековья
Несмотря на многочисленную охрану и высокие неприступные стены, королей убивали прямо на их тронах, имамы, шейхи и султаны находили...
Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconЖенщина не стоящая внимания
Сэр Джон и леди Кэролайн Понтефракт, мисс Эстер Уэрсли на стульях под большим тиссом
Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconСергей Васильевич Лукьяненко Ночной Дозор
Но по следу «ночных охотников» веками следуют охотники другие – Ночной Дозор. Они сражаются с порождениями мрака и побеждают их,...
Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconАссасины члены тайной религиозной шиитской секты исмаилитов. В европе...
Несмотря на многочисленную охрану и высокие неприступные стены, королей убивали прямо на их тронах, имамы, шейхи и султаны находили...
Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconАссасины члены тайной религиозной шиитской секты исмаилитов. В европе...
Несмотря на многочисленную охрану и высокие неприступные стены, королей убивали прямо на их тронах, имамы, шейхи и султаны находили...
Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconДжон Фаулз Волхв Джон Фаулз Волхв предисловие
Мне не давала покоя мысль о том, что повышенным спросом пользуется произведение, к которому и у меня, и у рецензентов накопилось...
Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconДжон Перкинс Психонавигация. Путешествия во времени
Эта книга посвящается Рут и Джейсону Перкинсам, которые первыми познакомили меня с другими культурами
Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconИздание с дополнительными материалами
«Живая и милая самоирония… Джон Грин изобразил Аляску, как Джон Ноулз — Финея в своем романе «Сепаратный мир»: с любовью к этой мрачной...
Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconДжон Стейнбек Благостный четверг Джон Стейнбек Благостный четверг Элизабет с любовью посвящаю
Как то вечером вытянулся Мак вольготно на своей постели в Королевской ночлежке и говорит
Джон Сэндфорд Ночной убийца Лукас Дэвенпорт 6 Джон Сэндфорд Ночной убийца Посвящается Эстер Ньюберг iconДжон У. Оллер-мл., Джон Л. Омдал Глава 7 из сборника (под ред. Дж. П. Морлэнда)
Из сборника (под ред. Дж. П. Морлэнда) «The Creation Hypothesis: Scientific Evidence for an Intelligent Designer»
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница