Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения


НазваниеГлава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения
страница14/21
Дата публикации01.05.2013
Размер3.12 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Философия > Документы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   21

Ван Эден — не единственный сновидец, имевший пробле­мы с демонами. Сен-Дени в своих сновидениях также встречался с «отвратительными монстрами». Однако, в отличие от ван Эдена, он проявил к ним отношение, достойное подражания. Одно время его мучил ужасный навязчивый кошмар:

Я не осознавал, что сплю, и казалось, меня преследуют отвратительные монстры. Я бежал по бесконечной анфиладе. Двери, разделявшие их, открывались с тру­дом. Не успев закрыть их за собой, я слышал, как они снова открываются, пропуская ужасную процессию. Чудовища издавали леденящие душу звуки и пытались схватить меня. Я знал, что они охотятся на меня. Я проснулся, тяжело дыша и обливаясь холодным потом.

Подобный кошмар со всеми присущими ему ужасами пов­торялся четыре раза в течение шести недель. О четвертом случае кошмара Сен-Дени пишет:

В тот момент, когда чудовища уже были готовы начать охоту, я внезапно осознал ситуацию, в которой нахо­жусь. Желание противостоять иллюзорному ужасу дало мне силы перебороть страх. Я не стал убегать. Усилием воли я заставил себя повернуться спиной к стене и взглянуть монстрам в лицо. Во время прошлых кошмаров мне удавалось лишь мельком взглянуть на них, теперь же я намеренно изучал чудовищ.

Несмотря на осознанность, в первое мгновение Сен-Дени испытал настоящее эмоциональное потрясение. Это говорит о том, что «появление во сне чего-то неприятного взгляду» замет­но воздействует на человеческое сознание даже тогда, когда оно к этому готово. Тем не менее неустрашимый сновидец продол­жает:

Я уставился на своего главного противника. Он был чем-то похож на тех ощетинившихся и гримасничающих демонов, скульптуры которых можно встретить на портиках соборов. Любопытство взяло верх над остальными эмоциями. В нескольких шагах от меня шипел и прыгал фантастический монстр. Я полностью владел собою, и его действия казались мне не больше чем пародией. На его руках, вернее, лапах я заметил когти. Лап было семь, и все они были хорошо видны. Вообще все подробности облика чудовищ были четкими и реалистичными: волосы, брови, раны на плечах и множество других деталей. Из всех образов, виденных мною в сновидениях, этот, пожалуй, по качеству можно поставить на первое место. Быть может, его прототипом стал какой-нибудь готический барельеф, запечатлевшийся в моей памяти. Так это или иначе, но мое воображение несло полную ответственность за движения и окрас монстра. Как только я сконцентрировал на нем свое внимание, все его помощники исчезли как по волшебству. Вскоре и сам предводитель стал замедлять движения, терять чет­кость и таять. В конце концов он стал походить на ко­лышущуюся шкуру, полинявший костюм, какие обыч­но украшают входы магазинов, торгующих карнаваль­ной одеждой. Последовало несколько незначительных сцен, и я проснулся.(8)

На этом кошмары Сен-Дени закончились.

Из всех моих осознанных сновидений, «бунт в классе», по­жалуй, наиболее близок к «демоническим сновидениям». Ци­тируя этот сон в первой главе, я рассказал о том, как мне удалось принять и интегрировать одного из моих демонов — отвра­тительного великана. По нескольким критериям можно ска­зать, что это был исцеляющий сон. Во-первых, первоначальный конфликт — нездоровая предпосылка стресса — был разрешен позитивно. Кроме того, «эго сна» оказалось способно принять разрушителя как часть себя и сделало еще один шаг к интег­рации. И самое главное, когда я проснулся, я отчетливо чувст­вовал улучшение самочувствия.

Однако существует альтернатива подобному методу при­нятия и ассимиляции. Другой мой сон предлагает еще один пример исцеляющего осознанного сна, в котором использовалась символическая трансформация: «Я только что вернулся из путешествия и нес по улице узел с одеждой. Остановившееся такси перегородило мне дорогу. Я чувствовал, что два человека, сидящие в нем, и один, стоящий на улице, враждебно настроены по отношению ко мне и хотят меня ограбить. Каким-то образом я понял, что сплю и тотчас же атаковал своих противников. Я свалил их в кучу и поджег, а пепел использовал, чтобы удобрить цветущие растения. Проснувшись, я чувствовал себя наполнен­ным энергией».

Если в предыдущем сне я пользовался стратегией воспри­имчивости, то теперь смог проявить активность, использовав очищающий символ огня, чтобы превратить отрицательный образ грабителей в положительный образ цветов. Приняв во внимание мое самочувствие после пробуждения, можно заклю­чить, что и этот сон был исцеляющим. А как же грабители? Мне кажется, им очень нравится быть цветами.

Два процитированных осознанных сновидения иллюстри­руют один важный психотерапевтический принцип: для разре­шения личностных конфликтов не всегда нужно интерпрети­ровать сновидения. Во многих случаях эти конфликты можно символически разрешить во время самого сна. Конечно, и разрушитель, и грабители могут быть символами скрытых наклонностей и качеств, от которых мне хотелось бы избавить свое эго. Однако мне удалось разрешить все конфликты, даже не созна­вая этого по-настоящему. Таким образом, мое принятие или преобразование персонажей сна символизирует принятие или преобразование неидентифицированных эмоций, поведение или роли, отведенной им. Интерпретация может стать интерес­ной с исследовательской точки зрения, однако в приведенных примерах она кажется излишней.

Эти же два сна могут стать иллюстрацией к еще одной психотерапевтической возможности, предлагаемой осознанны­ми сновидениями. В обоих случаях я оценивал целительный эффект по своему самочувствию после пробуждения. Опытным путем я открыл, что чувства, овладевающие мною после осознанного сновидения, служат своеобразным вознаграждением за поведение во сне. Пожалуйста, поймите меня правильно, я не пытаюсь сказать, что «если это кажется хорошим, то это хо­рошо». Я говорю: «Если это кажется хорошим теперь, то это было хорошим тогда». Это тот компас, по которому я сверяю курс личных исследований мира осознанных сновидений. Если в осознанном сновидении я делаю нечто такое, о чем не при­ходится жалеть впоследствии, значит, я могу сделать то же и в будущем. Если же я сделал то, что мне не понравилось, то в последующих снах я стремлюсь этого избежать. Следование такой политике ведет к улучшению моего восприятия осознан­ных сновидений. Вместо того чтобы в беседах с учениками настаивать на какой-то стратегии поведения, я советую им придерживаться этого же пути: «Это ваш сон. Пробуйте что хотите, но следите за тем, что чувствуете после. Если вы будете слушать свое сознание, то вам будут не нужны никакие правила».
Ночные кошмары и как от них избавиться
Согласно теории Фрейда, ночные кошмары являются проявлением мазохистских наклонностей. Основой для столь любопытного заключения служила его непоколебимая уверен­ность в том, что сны суть символическое исполнение желаний. «Я не вижу причин, мешающих сновидениям быть такими же разнообразными, как мысли во время бодрствования, — пишет Фрейд. — ... В одном случае они могут быть исполнением же­лания, в другом — реализацией страха, отражением противос­тояния во сне, воплощением намерения или творческой идеи»(9). О своем собственном участии Фрейд пишет: «Я ничего не имею против этого... Это лишь мелкое обстоятельство на пути убе­дительной концепции сновидений, оно никак не отражает дей­ствительность»(10). Если, по Фрейду, сны не более чем исполнение желаний, то тогда то же самое должно относиться и к кошмарам: жертва кошмара должна тайно желать унижений, мучений и преследований.

Наверное, мы с Фрейдом пользовались разными зеркалам и для отражения реальности, поэтому я не вижу необходимости рассматривать любой сон как исполнение скрытых желаний. Я больше склонен считать, что кошмарное сновидение — это несчастливый результат нездоровой реакции. Поэтому я не ви­жу в кошмарах реализации мазохистских наклонностей. Обеспокоенность, возникающая во время кошмара, может быть индикатором недостаточной эффективности наших действий во сне. Беспокойство возникает в результате столкновения с обстоятельствами, вызывающими страх, в которых наше при­вычное поведение оказывается бесполезным. Очевидно, что для выхода из такой ситуации человек должен отыскать новое ре­шение. Иногда это нелегко, поскольку сновидения часто задают загадки, с которыми никогда не сталкиваешься в бодрствующей жизни. Иногда бывает трудно разобраться в кошмаре, не обра­щая внимания на качества самого человека. Но эта особенность характерна лишь для хронически больных личностей. Если вы сравнительно нормальны и переживаете кошмары лишь время от времени, то вам можно сделать более благоприятный прог­ноз. Оказавшись в определенных обстоятельствах, вы должны быть готовы взять на себя ответственность за происходящее, в том числе и за свое сновидение. Если вы приобретете такую способность, вам станет доступен чрезвычайно мощный ин­струмент противостояния страху во сне.

Чтобы понять, как осознанность помогает сновидцу спра­виться с ситуациями, провоцирующими беспокойство, рассмо­трим следующую аналогию. Сравним обычного сновидца с ма­леньким ребенком, напуганным темнотой. Ребенок действи­тельно верит, что его окружают чудовища. В этом случае осоз­нанно сновидящии похож на ребенка постарше, который про­должает бояться темноты, но знает, что чудовищ не существует. Он может бояться, но знает, что бояться нечего, и способен справиться со своим беспокойством. Так же и осознанно сно­видящий. Говоря биологическим языком, беспокойство выпол­няет специальную функцию. Оно возникает в результате однов­ременного выполнения двух условий: первое — это страх, возникающий в ответ на определенные обстоятельства, в которых мы оказываемся; второе — уверенность в том, что неблаго­приятные последствия неизбежны. Иными словами, мы чувст­вуем обеспокоенность, когда боимся, а в запасе привычных и отрепетированных поступков нет ничего, что могло бы помочь перебороть страх. Беспокойство заставляет нас внимательнее отнестись к ситуации, пересмотреть возможные варианты дей­ствий и найти приемлемое решение; короче говоря, положиться на свое сознание. Человек становится более приспособленным, потому что осознание бесполезности привычных действии ве­дет к совершению творческих, намеренных, новаторских пос­тупков.

Поэтому наиболее подходящей адаптивной реакцией на чувство беспокойства во сне может стать осознанное и творчес­кое отношение к ситуации. Именно беспокойство зачастую ста­новится причиной спонтанного возникновения осознанного сновидения. Если мы приучим себя к подобной реакции, то может случится так, что любой беспокойный сон будет превра­щаться в осознанный.

Рассказывая о лечении ночных страхов у детей, д-р Мэри Арнольд-Форстер упоминала, что осознание часто помогало детям справиться с кошмарами. Нечто подобное встречалось и в моем личном опыте. Однажды, навещая племянницу, я по­дарил ей свою любимую деревянную лошадку и спросил: «Что тебе снится в последнее время?» Мадлен, которой было тогда семь лет, взволнованно рассказала мне об ужасном кошмаре. Ей снилось, как она плавала в пруду. Рядом с домом действительно был пруд, и она часто туда ходила. Однако на этот раз малышку напугала акула, поедавшая маленьких девочек! Я посочувство­вал ее страху и добавил: «Но ты же знаешь, что в Колорадо вообще не водятся акулы?» «Конечно!» — ответила она. «А если ты знаешь, — продолжал я, — что там, где ты плаваешь, нет акул, то, когда снова их там увидишь, ты сразу поймешь, что спишь. Во сне акула не может причинить никакого вреда. Она кажется страшной, только когда не знаешь, что видишь сон. Но как только ты это поймешь, ты сможешь сделать все, что захочешь. Ты сможешь даже подружиться с этой акулой. Почему бы тебе не попробовать?» Мадлен очень увлеклась этой идеей и вскоре доказала это. Через неделю она позвонила мне и гордо заявила: «Ты знаешь, что я сделала? Я прокатилась на спине той акулы!» Не знаю, все ли дети способны достигнуть подобных результатов, однако этот феномен безусловно заслуживает дальнейшего изучения.

Можно ли из приведенных фактов сделать какие-нибудь полезные выводы? Мои ранние опыты позволяют положитель­но ответить на этот вопрос. В первый год моих исследований 36 процентов осознанных сновидений были вызваны у меня бес­покойством (в первые шесть месяцев таких сновидений было 60 процентов). Во второй же год этот показатель снизился до 19 процентов. На протяжении третьего года беспокойство прояв­лялось в 5 процентах осознанных снов, а в течение следующих четырех лет — менее чем в одном проценте. Снижение количес­тва и пропорции беспокойных снов я объясняю разрешением во время осознанных сновидений множества конфликтов. Осо­бое значение этот факт приобретает в связи с тем, что в послед­нее время в моей жизни появилось намного больше проблем и стрессов. Если бы мне не удавалось как-нибудь разрешать стрес­совые ситуации, это могло бы повлечь за собой беспокойство как во время бодрствования, так и во сне. Поэтому польза «ответственных» осознанных сновидений состоит в том, что они позволяют напрямую разобраться в конфликте, возникшем во сне, и тем самым научить более адаптивному реагированию на происходящее во сне и наяву. Я доверяю своим осознанным сновидениям и считаю это вполне убедительным аргументом. Но предположим, что это не так. Предположим, что противос­тояние страху и любовь к врагам — бесполезны и даже вредны. Если бы это было так, то количество моих беспокойных снов должно было бы возрастать. Если бы метод так называемой «самоинтеграции» был лишь полумерой, налагающей своеоб­разный бандаж на сновидение, то и тогда вряд ли можно было бы ожидать улучшения. Однако факт остается фактом: из года в год мои осознанные сновидения становились все менее и менее беспокойными. Очевидно, я делал нечто правильное.

Кое-кто может логично возразить, что я научился просто не осознавать себя во время беспокойных снов. Это безусловно натянутое предположение, оно не может объяснить всех име­ющихся фактов. Во-первых, согласно классическим предполо­жениям, во время кошмара человек должен просыпаться. Фрейд считал, что задача беспокойства во сне — будить спящего всякий раз, когда происходящее становится слишком неприятным. Из этого следует, что своих худших кошмаров он просто не увидит. Я же пытался пользоваться беспокойством как падежным тол­чком к осознанности. В течение последних шести лет я ни разу не просыпался от беспокойства, как это бывало раньше во время неосознанных ночных кошмаров. Все это время сильное беспо­койство не будило меня ото сна, а бросало в сон, вынуждая лицом к лицу противостоять собственным страхам и разрешать всевозможные конфликты.

Именно в этом и сосредоточен важный потенциал осознан­ных сновидений. Если мы просыпаемся и избегаем кошмаров, мы уходим от проблем, вызвавших наши страхи, и только за­глушаем их на время, позволяя вскоре появиться вновь. Вместе с неразрешенными конфликтами остаются негативные и нездо­ровые чувства. С другой стороны, осознанность дает шанс ос­таться в кошмаре, принять его вызов и решить все проблемы так, чтобы улучшить самочувствие. Поэтому если предполо­жить, что истинной причиной возникновения кошмаров явля­ется стремление к оздоровлению, то осознанность помогает направить это стремление в нужное русло.

Гибкость и уверенность в себе, сопровождающие осознан­ность, намного усиливают способность управлять ситуацией, разворачивающейся во сне. Я считаю, что гибкость стоит того, чтобы ее развивать. В мире снов это качество имеет бесспорное преимущество, но, кроме того, оно с успехом может быть использовано и в реальной жизни. Иногда гибкость является единственно доступным средством. Очень часто бывает нереально ждать от других изменений в нужную нам сторону. Часто не бывает возможности заставить окружающих поступать так, как нужно нам или, наоборот, препятствовать им сделать то, что нам ни к чему. Тем не менее при любых обстоятельствах — и во сне, и наяву — у нас всегда остается возможность пересмотреть свое отношение к тому, что видишь. Мы определяем свое вос­приятие. Только мы можем выбрать, кем и какими нам быть и какую часть себя противопоставить обстоятельствам. Если, не­смотря на все мои ар1ументы, вы продолжаете считать, что именно внешние факторы определяют ваш взгляд на жизнь, обратите внимание па следующие строки:

Двое глядят из окошка тюрьмы.

Один видит грязь, другой — звезды средь тьмы.

Мы не всегда знаем, как лучше поступить. Жизнь часто ставит перед нами трудные задачи, и, когда это случается, осоз­нанное сновидение помогает сделать правильный выбор.
Принятие решений
Принятие решений становится проблемой лишь тогда, ког­да мы не располагаем достаточным количеством необходимой информации. В противном случае сделать оптимальный выбор не представляется сложным. Может ли осознанное сновидение помочь найти эффективное («правильное») решение в условиях неопределенности?

Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо сделать не­большое отступление и рассмотреть два типа знания. К первому относится знание, о котором вы знаете, что знаете, и которое вы явно можете выразить. Например, не составляет труда сложить два числа или назвать свое имя. Такое знание называется явным. Второй тип знания часто называют неявным. Сюда относится все, что вы умеете делать, но не можете объяснить как (на­пример, ходьба или речь), а также все, о чем вы знаете, но не знаете, что знаете (скажем, цвет глаз вашей первой учитель­ницы). jtot тип знания был раскрыт благодаря серии тестов на вспоминание, когда испытуемым казалось, что они лишь угадывают факты, однако количество угадываний при этом было выше, чем случайное. Из этих двух типов «неявное» знание бесспорно более обширно: мы знаем намного больше, чем ду­маем. Кстати, у животных, лишенных речи, все знание является неявным. Сразу после рождения мы не могли выразить словами то, что знали. Поэтому нетрудно видеть, что речевое, «явное», знание развилось как подмножество неявного и сильно от него зависит.

Такое же различие существует между мышлением и ин­туицией. Поэтому важно понять, что для решения задач в ус­ловиях неопределенности интуиция — использование обшир­ной информации, предоставляемой неявным знанием, — имеет очевидное преимущество перед прямым, сознательным мыш­лением. Тут-то и проявляется связь со сновидениями. Наверное, каждый из нас видел во сне человека, с которым встречался до этого лишь однажды, однако во сне мы могли вспомнить его внешний облик намного лучше, чем во время бодрствования при помощи карандаша и бумаги или слов. Объяснением этому феномену может стать неявное знание. Во сне нам доступен весь объем имеющейся информации, поскольку мы не ограничены той маленькой частью, которую нам предоставляет бодрствую­щее сознание. Поэтому я предлагаю использовать обширную базу данных осознанных сновидений для принятия оптималь­ных решений.
Решение творческих задач
Как уже говорилось в первой главе, существует множество примеров творческих снов в искусстве и науке. Давайте более детально рассмотрим два примера, чтобы продемонстрировать роль сновидений в творческом процессе.

Для начала обратимся к случаю, произошедшему с русским химиком Дмитрием Менделеевым, в течение многих лет рабо­тавшим над классификацией химических элементов. Однажды ночью 1869 года он уснул, изнуренный многочасовой работой над этой проблемой, и той же ночью «увидел во сне таблицу, где каждый элемент находился на своем месте». Проснувшись, уче­ный записал эту таблицу в том виде, как она ему запомнилась. Позже Менделеев был очень удивлен, обнаружив, что «поло­жение ни одного из элементов не нуждалось в коррекции»(11). Так возникла Периодическая система элементов — фундаменталь­ное открытие современной физики.

А вот еще один пример творческого сновидения. Элиас Хау, изобретатель швейной машинки, посвятил целый ряд лет рабо­те над своим детищем, пока к нему не пришел успех.

В своих ранних попытках Хау делал отверстия посередине иголки. И днем, и ночью, и даже во сне все его мысли были поглощены идеей изобретения. Согласно известной истории, однажды ночью ему приснилось, что он был схвачен племенем дикарей. В качестве пленника он предстал перед вождем.

— Элиас Хау, — прорычал вождь. — Под страхом страшной смерти приказываю тебе немедленно закончить свое изобре­тение.— Холодный пот покрыл лоб изобретателя, от страха затряслись руки и подогнулись колени. Он напрягся изо всех сил, но нужная мысль не приходила в голову... Все это казалось настолько реальным, что Хау громко закричал. Он увидел себя, окруженного темнокожими воинами, которые, построившись квадратом, вели его к месту казни. Внезапно Хау заметил, что у самого острия копий охранников сделаны отверстия в форме глаза! Он разгадал загадку! Все, что нужно, это иголка с глазком у самого конца! Он проснулся, вскочил с кровати и тотчас же сделал модель швейной иглы с отверстием на конце. После этого он сумел довести свое изобретение до конца.12

Примеры Менделеева и Хау являются прекрасной иллюст­рацией решения творческих задач. Обычно этот процесс бывает разделен на четыре стадии. Первая стадия — приготовление — это фаза интенсивной активности, направленной на сбор ин­формации, многочисленные безуспешные усилия и предвари­тельные попытки найти решение. И Менделеев и Хау прошли через эту стадию, посвящая своей работе многие годы. Следую­щая фаза — вынашивание — начинается после того, как человек оставляет первые активные попытки решить поставленную за­дачу. Для Хау и Менделеева эта фаза наступила в тот момент, когда они уснули, забыв о своей одержимости. Если потенциаль­ный первооткрыватель прилежно справился с «домашним за­данием» и правильно себя подготовил, то, скорее всего, он будет вознагражден озарением. Именно на этой стадии нежданно-не­гаданно и приходит нужное решение. Для Менделеева и Хау такой стадией стали вещие сны. И наконец, на стадии проверки, происходит проверка жизнеспособности открытия. Для русско­го это была проверка правильности расположения каждого эле­мента, для американца — модификация конструкции его ма­шины. Как явствует из приведенных примеров, в творческом процессе для фазы озарения лучше всего подходит сон.

Озарение — это часть творческого процесса, которой мы меньше всего можем управлять. Приготовление подразумевает работу, вынашивание требует ее прекращения, а проверка — вообще дело техники. Самое трудное — пробиться на третью стадию. Осознанное сновидение может помочь этому и тем самым способствовать решению проблемы. Если в сновидениях нас поджидают знания, о которых мы даже и не подозреваем, то, обретя осознанность, мы, возможно, получим к ним доступ. В прошлом мы не могли предсказать, когда мы увидим твор­ческий сон. Может быть, с помощью осознанных сновидений мы сможем обрести сознательный контроль над необыкновен­ным, но вместе с тем ненадежным творческим потенциалом состояния сна. Свидетельств, подтверждающих эту интригую­щую возможность, не много, но они есть. Лично я переживал творческие осознанные сны двух типов. Однажды они помогли мне отредактировать и изменить заключительную часть своей докторской диссертации, в остальных случаях я заимствовал из них образы для гравюр и других графических работ.

Казалось бы, специфика вставшей перед человеком проб­лемы не имеет никакого значения. Иногда она может быть чисто физической (например, улучшение моторных функций). Зна­менитый американский игрок в гольф Джек Никлое научился во сне очень сложному удару. Он выиграл несколько чемпионатов, после чего его игра резко ухудшилась. И вдруг, буквально за одну ночь, Джек восстановил свою чемпионскую форму. Вот, что он рассказал репортеру:

Я все время пытался понять, что я делаю не так. Дошло до того, что я считал отличной игру, которую проходил за 76 ударов. Но в прошлую среду мне приснился мой удар. Во сне он удался мне очень хорошо, и я сразу понял, что все последнее время держал клюшку не так, как раньше. Проблема была в ослабевшей правой руке, однако во сне все получилось. Поэтому, выйдя вчера на поле, я попытался бить так же, как во сне, и это срабо­тало. Вчера я прошел игру за 68 ударов, сегодня за 65, и, поверьте, это еще не предел. Я понимаю, что такое допущение выглядит глупо, но это действительно случилось во сне. Все, что нужно было сделать, — это слегка изменить захват.(13)

То, что Никлос боялся оказаться в глупом положении, поз­воляет предположить, что многие люди, пережив подобное, склонны никогда не упоминать об источнике своего озарения. Согласитесь, довольно странно прочесть свидетельство Энн Фэрэдей о том, что гинеколог «во сне(!) научился накладывать хирургические швы левой рукой».

Среди полученных мною писем с описанием осознанных снов есть множество подобных почти анекдотических историй о совершенствовании моторных функций во время сна. Одна из корреспонденток рассказала, что с помощью осознанного сновидения научилась прекрасно кататься на коньках. Она хо­рошо владела коньками, но что-то говорило ей, что это не предел и что существует способ добиться большего. И вот однажды ночью, во время осознанного сновидения, ей это уда­лось.

Мне снилось, что я на катке, заполненном другими людьми. Мы играли в хоккей, и я каталась так, как всег­да. Вдруг я поняла, что сплю, и решила воспользовать­ся своим высшим знанием. Я полностью доверилась своим ощущениям. Внезапно страх и неуверенность исчезли, я каталась, как профессионал, и чувствовала себя свободной, словно птица.
В следующий раз, придя на каток, я решила попробо­вать эту технику. У меня получилось, и качество, приобретенное во сне, я перенесла в реальную жизнь. Я вспоминала все, что чувствовала во сне, и, как актер, исполняюпщй роль, вновь стала «профессиональной конькобежкой». Я отталкивалась от льда... и ноги повиновались моему сердцу. Я чувствовала себя совер­шенно свободной. Это случилось примерно полтора года назад. С тех пор я всегда катаюсь свободно не толь­ко на коньках, но и на роликах и лыжах.(14)

Очень похожими являются сновидения, выполняющие тренировочные функции.
Тренировка
Многие читатели, возможно, знакомы с тренировочной функцией снов. Сновидения о важных событиях, ожидающих нас впереди, помогают нам развить разнообразные качества, способности, привычки и позволяют выработать наиболее эф­фективный план действий. Сны могут предупредить нас об определенных аспектах будущего события, о которых мы не догадываемся.

Одно из моих осознанных сновидений может стать прек­расной иллюстрацией пользы предварительной оценки прибли­жающегося события. В 1981 году, за месяц до очередного сим­позиума АПИС, мне приснилось, что я нахожусь на симпозиуме в Хианнис-Порте. В повестке дня мое выступление шло сразу после докладчика, которого сейчас должны были вызвать на трибуну. Когда вместо этого докладчика вызвали меня, сердце мое ушло в пятки: я был совершенно не готов к выступлению. Ошибку исправили, у меня появился короткий перерыв, и я судорожно стал искать свои записи. Однако найти их я не смог, и мое беспокойство усилилось. Я знал, что всегда мог в выступлениях обходиться одними слайдами, и стал просматривать их, чтобы продумать будущую речь. Однако и здесь меня под­жидала неожиданность. Вместо научных, я взял художествен­ные слайды! Я был в панике, но почти сразу понял, что сплю. Беспокойство внезапно прошло, и я буквально запрыгал от радости, обращаясь к аудитории: «Это осознанное сновидение!» Когда я проснулся, то был очень рад: у меня было много времени, чтобы приготовиться к выступлению. Раньше я планировал начать подготовку через несколько недель, но сон заставил меня приступить немедленно. Оставшегося месяца мне как раз хватило.

В 1975 году д-р Уильям Демент признал, что «предполо­жение об использовании БДГ-сна в будущем» было его «дичай­шей теорией». Он предсказывал, что «функцией сновидений может стать предоставление человеку возможности переживать множество вероятных будущих событий в квазиреальности сна, а значит, делать более осознанный выбор». Один из собственных снов Демента иллюстрирует, как это может быть иногда по­лезно:

Несколько лет назад я был заядлым курильщиком и выкуривал более двух пачек в день. Однажды ночью мне приснился яркий и реалистичный сон, в котором я был неизлечимо болен раком легких. Я хорошо помню, как рассматривал угрожающие тени на рентгеновском снимке и видел, что правое легкое полностью пораже­но. Результаты последующего медицинского обследо­вания были однозначны: метастазы в подмышечном и паховом лимфатических узлах. Я испытывал невероят­ное отчаяние из-за того, что моя жизнь близится к концу, из-за того, что я не увижу, как вырастут мои дети, из-за того, что ничего бы этого не случилось, если бы я бросил курить, как только узнал о канцерогенном потенциале сигарет. Я никогда не забуду то удивление и ту острую радость, которые овладели мной, когда я проснулся. Я чувствовал себя заново рожденным. Нужно ли говорить, что это переживание заставило меня немедленно отказаться от приверженности к курению. Сон поднял проблему и решил се тем спосо­бом, который является уникальной привилегией снов.

Только сон способен заставить нас реально пережить возможное будущее и предоставить несомненные дока­зательства пользы от использования полученной информации.(15)

Редкий курильщик станет продолжать курить после такого сна! Удивительно, сколько жертв рака легких можно было бы спасти с помощью снов, предсказывающих вероятный резуль­тат пристрастия к никотину. И как много курильщиков сог­ласились бы при возможности посмотреть такой сон. Кому из нас хватило бы смелости заглянуть в глаза будущему?

Недавно вышедший на экраны фильм «Dreamscape» можно считать вариацией переломного сна Демента. В этом фильме президент Соединенных Штатов переживает ужасный и яркий кошмар о последствиях ядерной войны. Послевоенные ужасы предстали перед ним с такой реалистичностью, что явились для него личным мотивом Женевских переговоров с Советским Союзом о разоружении.

Современное человечество кажется чем-то средним между орлом и страусом. Если мы не решимся взглянуть в лицо фактам, то в следующем веке нас ждут чудовищные экологические и политические изменения. Среди возможных альтернатив буду­щего — такие крайности, как «утопия или забвение». Сегодняш­нюю ситуацию на планете можно со всей определенностью охарактеризовать как беспрецедентно сложную. В такой си­туации необходимо столь же беспрецедентное решение, способ­ное помочь человечеству избежать катастрофы и найти путь к истинному миру. Чтобы, ничего не потеряв, войти в будущее, нужно не бояться вытащить голову из песка и довериться своим снам, которые могут предложить многое (например, свежие и творческие решения, не приходящие в голову в реальной жиз­ни). Но перед тем как сны начнут сбываться, нам надо еще, многое о них узнать.

Мы говорили, что осознанность — ключ к управлению снами. Поэтому разумно предположить, что достигнуть цели в намеренных сновидениях можно, лишь добившись заметных успехов в искусстве и науке осознанного сновидения. Иногда кажется невероятным, что такая степень профессионального владения снами вообще возможна. На Западе нет никого более опытного в этом деле, чем Сен-Дени, которому, по его свиде­тельству, «никогда не удавалось управлять всеми фазами сна»; он даже никогда и не пытался этого сделать. Тем не менее некоторые вещи, «невозможные» на Западе (например, восход солнца), естественны па Востоке. И когда мы ищем источник света, то всегда оглядываемся в восточном направлении.

Как писал Уильям Блейк, «восточная философия учит изначальным принципам человеческого восприятия...». В отношении осознанных сновидений, точность наблюдения Блейка под­тверждается существованием тибетского «путеводителя по внутренним пространствам», книги «Йога состояния сна», написанной 1200 лет назад. Одно из упражнений, содержащихся в ней, называется «преображение содержания сна». С его помощью йоги, по желанию, могли посещать любые сотворенные миры. Нельзя сказать, что они особо увлекались такими путешест­виями. Эти путешествия служили своеобразной проверкой профессионализма, которую должен был пройти каждый ученик, перед тем как сделать очередной шаг на пути к просветлению. Более подробно я расскажу об этом в главе 10; здесь же я хотел бы просто продемонстрировать возможность достижения вы­сокой степени владения снами. Все это делает возможным осу­ществление еще одного потенциала осознанных сновидении, который мы сейчас рассмотрим.
Исполнение желаний
«Приятных сновидений!» — желаем мы друг другу, отправ­ляясь спать. Однако по многим причинам некоторые сны не слишком приятны. Конечно, это относится к неосознанным снам. Осознанные сновидения, напротив, почти всегда приятны. Многие сновидцы отмечали, что их переживания служили своеобразным эмоциональным вознаграждением, потому что предоставляли свободу для реализации порывов, невозможных в бодрствующем состоянии. Например, мы способны летать, встретиться с любым человеком, позволить себе желаемое ро­мантическое приключение. Патриция Гарфилд, как мы уже ви­дели, заходила настолько далеко, что называла осознанные сно­видения оргазмическими. Она предполагала, что во время сно­видений стимулируются «экстатические» центры мозга. Это предположение не безосновательно, особенно если учесть тот факт, что неирофнзиологи открыли очевидную связь между нервными центрами БДГ-сна и «центрами удовольствия» в моз­ге. Может быть, при определенных обстоятельствах осознанные сновидения вызывают активность этой системы. Но даже отвле­каясь от нейрофизиологии, можно сказать, что осознанные сны — очень приятное переживание.

Однажды может случиться, что осознанные сновидения станут идеальным местом отдыха, своеобразным Таити для бед­ных, настоящим «Волшебным островом». Они могут предло­жить великолепную встряску для тех, кому необходимо отвлечь­ся от окружающей реальности.

В то же время осознанные сновидения могут помочь обде­ленным и несчастным людям исполнить свои казавшиеся не­сбыточными мечты. Парализованные смогут в них снова пойти, потанцевать или полетать и даже эмоционально полно вопло­тить эротические фантазии. Вот, что поет контральто в «Мессе» Генделя:

И тогда откроются глаза слепых,

И станут слышать глухие.

И тогда хромой побежит как олень,

И немой сможет запеть.

Возможно, из всех достоинств осознанных сновидений именно возможность управлять сном завладеет воображением множества людей. В качестве иллюстрации можно привести отрывок из недавней статьи, посвященной управлению сно­видениями, который наполнен неуемным энтузиазмом:

У населения Земли есть ключ к невообразимой энергии. Я уверен, что следующий шаг в развитии нашего вида будет сделан не с помощью создания фабрик физической технологии, а бла­годаря ночным полетам творческих сновидцев. Вы только заду­майтесь над представляющимися нам возможностями: эроти­ческие свидания беспрецедентной интенсивности с любыми же­ланными женщинами; визиты на райский остров, где разумные аборигены напевают вам решения многих насущных проблем; однажды ночью вы сможете пофилософствовать с Аристоте­лем, пошутить с У. С. Филдсом, обсудить инвестиции с Дж. П. Морганом или потренироваться на гимнастическом бревне вме­сте с Надей Команечи... Даже если идея управления сновиде­ниями представляет собой лишь отдаленную перспективу, она стоит дальнейших исследований. Чувственные удовольствия, внутренняя мудрость, эмоциональное равновесие, экстрасен­сорное восприятие — возможно, все это ждет вас по ту сторону.

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   21

Похожие:

Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconПрактика осознанного сновидения
Стивен Лаберж. Практика осознанного сновидения. Пер с англ. — К.: «София», Ltd, М.: Из-во Трапсперсонально-го Института. 1996. —...
Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconКурс осознаваемого сновидения курс осознанного сновидения
Руководство предназначенное для развития способности достаточно часто видеть осознанные сновидения. Он подходит как тем, у кого еще...
Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconСтивен Лаберж Практика осознанного сновидения
Книга является лучшим из имеющихся руководств для развития способностей к осознанным сновидениям и творческому их использованию
Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconСтивен Лаберж Практика осознанного сновидения
Книга является лучшим из имеющихся руководств для развития способностей к осознанным сновидениям и творческому их использованию
Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconМножество психологов называют науку «осознанного сновидения» самым...
Пер с англ. — К.: «София», Ltd, M.: Из-во Трансперсонально­го Института. 1996. — 288 с
Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconМножество психологов называют науку «осознанного сновидения» самым...
Пер с англ. — К.: «София», Ltd, M.: Из-во Трансперсонального Института. 1996. — 288 с
Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconУчебное пособие для учащихся
Н. Л. Моргунова (глава I), С. А. Попов (глава II), Ю. С. Зобов (главы Ш, V § 1, 2, 3, 5), П. Е. Матвиевский (глава IV), Ю. П. Злобин...
Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconДаниил Хармс. Глава первая Глава вторая Глава третья Глава четвёртая...

Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconЛабораторная работа №4 «Приборы для измерения частоты вращения деталей машин и механизмов»
Цель работы: ознакомление с устройством и работой приборов для измерения угловой скорости вращения контактным методом
Глава 5 Переживание осознанного сновидения. Техника вращения iconМинделл А. М57 Сновидения в бодрствовании: Методы 24-часового осознаваемого...
...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница