Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности


НазваниеСесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности
страница2/24
Дата публикации28.06.2013
Размер2.62 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Философия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
^

2

Утро ухмылок



Сержант Рэфаел О′Рейли медленно и методично расхаживал по тесной служебной кухоньке полицейского участка Хоут Гарда, вновь и вновь возвращаясь мыслью к утренним открытиям. Его все знали как Рэфи, что следовало произносить: Рейфии; в свои пятьдесят девять он должен был отслужить еще год до выхода на пенсию. Не думал он, что будет с тоской ожидать этого дня, пока не случилось то, что случилось утром, пока произошедшее, ухватив его за плечи, не встряхнуло хорошенько, не перевернуло вверх тормашками, как это делает снегоочиститель с комьями снега, пока все, что он думал раньше, все его предыдущие планы и соображения не разбились, не разлетелись в пух и прах. С каждым шагом теперь он слышал, как поскрипывают под ногами осколки его некогда твердых убеждений.

Он отмерил в кружку две чайные ложечки растворимого кофе. Кружку в виде здания нью йоркского управления полиции привез ему из Нью Йорка в качестве рождественского подарка один его сослуживец. Рэфи притворялся, что подарок оскорбляет его эстетические чувства, но на самом деле кружка была удобна и кофе из нее успокаивал. Сжав ее в руках в то первое утро, он сразу перенесся мыслью на пятьдесят лет назад, когда тоже получил от родителей в подарок на Рождество игрушечную полицейскую машину. Он холил и лелеял этот подарок, пока однажды не оставил машину на дворе на всю ночь и дождь не попортил игрушку, заржавевшую так сильно, что полицейских пришлось досрочно отправить в отставку. И сейчас, держа кружку, он испытывал сильное желание поводить ею по столу, одновременно имитируя звук полицейской сирены, а потом атаковать ею пакет сахара, который, если никого не случится рядом, в конце концов опрокинется, просыпав на машину свое содержимое.

Вместо всего этого, убедившись, что в кухоньке он один, Рэфи всыпал в кружку пол ложечки сахара. Преисполнившись некоторой уверенности, он кашлянул, дабы заглушить шуршание пакета в тот момент, когда ложка, вновь опустившись в него, вынырнула уже полной с верхом. Не пойманный за этим проступком, он, совершенно обнаглев, опять полез в пакет.

– Бросить оружие, сэр! – властно выкрикнул от дверей женский голос.

Испуганный вторжением, Рэфи вздрогнул, просыпав сахарный песок с ложки. На столе образовалась неряшливая кучка. Пора вызывать подкрепление.

– Пойман на месте преступления, Рэфи! – Подойдя к кухонному столу, его коллега Джессика быстрым движением выхватила у него ложку.

Она достала из шкафчика свою кружку, сувенирную, подарок Криса Крангла, и пододвинула ее через стол к кружке Рэфи. На секунду пышные груди белотелой Джессики уперлись в его полицейскую машину, и у Рэфи мелькнула мальчишеская мысль: как приятно, должно быть, ребятам полицейским внутри такое прикосновение.

– И мне тоже! – Эти слова прервали цепь его видений – полицейских, обжимающихся с Джессикой Рэбит.

– Пожалуйста, – поправил ее Рэфи.

– Пожалуйста, – повторила она его голосом и закатила глаза.

Джессика была новичком. Она появилась в участке лишь полгода назад, но и за столь короткое время успела едва ли не вскружить голову Рэфи. Он питал слабость к этой двадцатишестилетней, в пять футов четыре дюйма ростом, крепкой блондинке, с такой готовностью и сноровкой выполнявшей любое задание. К тому же он чувствовал, что она привнесла в их полностью мужской коллектив столь необходимый дух женской предприимчивости и энергии. Многие из его товарищей согласились бы с ним, но, может быть, по причинам несколько иным, нежели его собственные. Он относился к ней как к дочери, которой не имел. Или же как к дочери, которую имел, но потерял.

Выкинув из головы ненужные мысли, он стал смотреть на Джессику, стряхивавшую просыпанный сахарный песок со стола.

Несмотря на всю ее напористую энергию, глаза Джессики, миндалевидные, темно карие почти до черноты, таили в своей глубине что то невысказанное. Как будто из свежего, недавно нанесенного слоя почвы вот вот должны проклюнуться ростки – травы или злаков, что ждут своего часа под спудом. В этих глазах была тайна, познать которую он не слишком стремился, довольствуясь твердой убежденностью, что, какова бы ни была эта тайна, именно она побуждает Джессику действовать, толкая вперед, когда самое разумное было бы двигаться в обратном направлении.

– Ну, пол ложечки меня не убьет, – проворчал он, пригубив кофе и решив, что в самый раз была бы еще ложка.

– Если, прижимая к обочине «порше» на прошлой неделе, вы чуть не окочурились, то вам для этого и пол ложечки хватит. Вам что, нового сердечного приступа захотелось?

Рэфи вспыхнул.

– Да ерунда все это, сердце просто пошаливает, и не надо так шуметь! – прошипел он.

– Вам нужен покой, – сказала Джессика уже тише.

– Доктор сказал, что у меня все в норме.

– В таком случае ему самому голову проверить не мешает – до нормы вам далеко!

– Ты и знаешь то меня всего полгода, – буркнул он, передавая ей кружку.

– Такие полгода целой жизни стоят, – усмехнулась она. – Ладно, так и быть, возьмите коричневый, – виновато добавила она и, набрав полную с верхом ложку из пакета с коричневым сахаром, высыпала ему в кружку.

– Коричневый сахар, коричневый рис, все коричневое. Помнится, было время, когда жизнь моя наполнялась более радужными тонами.

– Наверняка было время, когда вы и ноги свои видели, поглядев вниз! – моментально парировала она.

Старательно размешивая сахар в его кружке, она устроила в ней маленький водоворот, и, наблюдая это, Рэфи думал, что будет, если нырнуть туда с головой: выпрыгнет ли.

– Если этот кофе вас убьет, чур, я не виновата, – сказала она, передавая ему кружку.

– Если я помру, я стану преследовать тебя – буду являться тебе до самой твоей смерти.

Она улыбнулась, но глаза ее оставались серьезными – улыбка лишь тронула губы и замерла где то у переносицы.

Он следил за тем, как утихает водоворот в его кружке, а возможность прыжка в другую реальность уносится вместе с поднимающимся вверх паром вверх. Да, чертовски трудное выдалось утро. Не до улыбок. А может, не совсем так. Может, тут уместны ухмылки. Непонятно.

Рэфи передал Джессике кружку с кофе – черным, без сахара, как она любила, и оба склонились над столом друг против друга, каждый дуя на свой кофе, – ноги уперты в землю, душа витает в облаках.

Он глядел на Джессику – обхватив ладонями кружку, она вперилась туда взглядом, словно то был магический кристалл. Как было бы хорошо, если б это было так, если б обладали они даром предвидения, чтобы предотвратить многое из того ужасного, чему оказались свидетелями. Ее щеки были бледны, а глаза окружены розовой тенью – единственный след пережитого утра.

– Ничего себе утречко, верно, дружок?

В миндалевидных глазах что то блеснуло, но она тут же опомнилась, взяв себя в руки, кивнув и сделав глоток в качестве ответа.

По легкой гримасе, которую она постаралась скрыть, Рэфи понял, что она обожглась, но, словно наперекор очевидному, сделала второй глоток. Даже кофе, и тому она бросает вызов.

– В мое первое дежурство на Рождество я всю смену проиграл в шахматы с сержантом.

– Повезло, – наконец подала она голос.

– Ну да, – задумчиво кивнул он. – Хотя тогда я так не считал. Тогда я рвался действовать.

Сорок лет спустя он с лихвой получил все то, к чему тогда рвался, но с удовольствием отдал бы это назад. Возвратил бы подарок. В обмен на время.

– И выиграли?

Вопрос мгновенно вернул его к реальности.

– Ты про что? Что выиграл?

– Шахматную партию.

– Нет, – хмыкнул он, – поддался сержанту. Она поморщилась.

– Я бы ни за что не поддалась.

– Не сомневаюсь.

Решив, что кофе теперь достаточно остыл, Рэфи наконец сделал первый глоток. Горло перехватило, он закашлялся, поперхнувшись, и, изобразив, что умирает, тут же понял, что, несмотря на все его старания, представление получилось малоубедительным и попахивает дурным вкусом.

Джессика только бровью повела и продолжала пить.

Он засмеялся, а потом наступило молчание.

– У тебя все будет в порядке, – заверил он ее. Она кивнула, отозвавшись коротко, словно и без него это знала.

– Ага. Мэри позвонили? Он кивнул.

– Сразу же. Она у сестры. – Ложь как временная мера, ложь во спасение и во благо в честь Рождества. – А ты кому нибудь звонила?

Она кивнула и отвела взгляд. Вечно то она его отводит.

– А вы… вы рассказали ей? Нет. Нет.

– А скажете?

Он опять уставился куда то вдаль.

– Не знаю. А ты кому нибудь расскажешь?

Она пожала плечами, как всегда, с непроницаемым видом и мотнула головой в сторону комнаты для задержанных.

– Тот мальчишка с индейкой все еще ждет там. Рэфи вздохнул.

– Бессмыслица. – Что имелось в виду, жизнь или пустая трата времени, он не уточнил. – Уж ему то рассказать можно?

Помедлив перед очередным глотком, она взглянула на него поверх кружки своими миндалевидными глазами. Голосом твердым, как вера сестер монахинь, и без тени сомнения она заявила так решительно и определенно, что было бы нелепо оспорить непреложность этой истины:

– Расскажите ему. Если никогда в жизни мы никому об этом не расскажем, пусть знает хотя бы он.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

Похожие:

Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн Подарок Издательство: Иностранка, 2009 г. Твердый переплет,...
...
Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн Время моей Жизни Сесилия Ахерн Время моей Жизни Раньше...

Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн Люблю твои воспоминания Сесилия Ахерн Люблю твои воспоминания Посвящается
Я в последний раз смотрю на свои пальцы, стиснувшие свет, и разжимаю их. И лечу вниз, падая, паря, затем падая снова, – чтобы оказаться...
Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн Люблю твои воспоминания Сесилия Ахерн Люблю твои воспоминания Посвящается
Я в последний раз смотрю на свои пальцы, стиснувшие свет, и разжимаю их. И лечу вниз, падая, паря, затем падая снова, – чтобы оказаться...
Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн Посмотри на меня Сесилия Ахерн Посмотри на меня Джорджине, которая верит…
Дэвиду, который варит самый лучший в мире кофе, за то, что заглядывал ко мне каждые несколько часов и так страстно верил в эту книгу....
Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн Там, где ты
Проавшим без вести является лицо, чье местонахождение неизвестно, как и обстоятельства его (ее) исчезновения
Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн Сто имен
Посвящается моему дяде Роберту Эллису (Хоппи) Мы любим тебя, мы тоскуем о тебе и с благодарностью вспоминаем тебя
Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн Сто имен
Посвящается моему дяде Роберту Эллису (Хоппи) Мы любим тебя, мы тоскуем о тебе и с благодарностью вспоминаем тебя
Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн Волшебный дневник
Говорят, с каждым пересказом моя история становится все менее и менее занимательной. Если это так, то ничего страшного, ведь здесь...
Сесилия Ахерн Подарок Сесилия Ахерн Подарок Благодарности iconСесилия Ахерн P. S. Я люблю тебя
В затылок словно вонзились тысячи иголок, в груди встал ком, мешая дышать. Пустой дом молчал, только гудела в трубах вода и чуть...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница