Университет Центр «Петроскандика»


НазваниеУниверситет Центр «Петроскандика»
страница6/11
Дата публикации31.03.2013
Размер1.94 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Информатика > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11




Глава V

^ ДОРОГАМИ «НЕВО» ИЗ МОРЯ ВАРЯЖСКОГО

Austrvegr скандинавов. Восточный путь, Путь из Варяг в Греки «Повести временных лет» (хроники Нестора) подробно описан на вводных страницах этого первого монументального памятника русской историографической (и историософской) литературы как сакральный путь апостола Андрея Первозванного, по преданию, посетившего «Скифию»: «... был путь из Варяг в Греки и из Грек по Днепру, а в верховьях Днепра — волок до Ловати, а по Ловати можно войти в Ильмень, озеро великое; из этого же озера вытекает Волхов и впадает в озеро великое Нево, и устье того озера впадает в море Варяжское. И по тому морю можно плыть до Рима, а от Рима можно приплыть по тому же морю к Царьграду, а от Царьграда можно приплыть в Понт море, в которое впадает Днепр река» (Повести Древней Руси 1980:126). В восприятии летописца путь из варяг в греки — это трансконтинентальная цир-кумевропейская магистраль, связывающая Древнюю Русь с важнейшими центрами европейского христианства, Римом и Константинополем (Царьградом), а легендарное путешествие апостола приобщает к христианской Европе будущие сакральные и политические центры Руси — Киев и Новгород. При этом, однако, в апостольские времена, подчеркивал летописец, ни Киева, ни Новгорода еще не существовало; водружая крест «на горах Киевских» в земле полян или знакомясь с языческими обычаями словен ильменских «где ныне Новгород» апостол Андрей, почти на тысячу

101

 

лет вперед, согласно этому преданию, предопределял грядущее торжество христианства на Руси.

Археологические данные о Пути из Варяг в Греки к началу 1980-х гг. позволяли сделать вывод о том, что формирование трансконтинентальной восточноевропейской речной магистрали между Балтикой и Черным морем началось в IX в. и по-видимому уже в 825-839 гг. по нему могли осуществляться сквозные контакты между Скандинавией и Византией (Lebedev 1980). Эти контакты имели определяющее значение для социально-экономического развития как древнесев.ерного, так и славянских обществ раннего средневековья (Leciejewicz 1979:167-187). Те и другие, во взаимодействии с соседними балтскими и финскими народами, образовали в результате этого развития своеобразное раннеевропейс-кое культурное единство (Herrmann 1982:27-35), которое может быть определено как Балтийская цивилизация раннего средневековья (Славяне и скандинавы 1986:360-363).

Основная «восточноевропейская» часть Пути из Варяг в Греки может быть представлена как целостный археологический объект, своего рода «мегакомплекс» со своеобразной и сложной внутренней структурой. Специфические условия каботажного, «приморско-речного» и речного плавания действуют на трассе от островов Тютерс и Гогланд на Балтике до современного острова (в древности — мыса) Березань и полуострова Кинбурн («Ахиллов Бег»? остров Св. Евферия?) на Черном море. Эти условия в существенной мере отличались от традиций морской навигации, как скандинавской так и античной.

^ От Тютерса до Ладоги

Шхеры и острова Выборгского залива, хотя и освоенные задолго до эпохи викингов, но небезопасные для чужих мореплавателей, уже в эпоху допарусного судоходства на Балтике, то есть до VI в. н. э., дополнил другой, более свободный путь. В средней, наиболее широкой части Финского залива он проходил по траверсу острова Готланд — крупнейшего в этой части залива, ориенти-

102

 

руясь по цепочке островов «Тютерсы — Мощный — Сескар — Кот-лин» и далее — к побережью современного Васильевского остро-ва в дельте Невы.

Остров Большой Тютерс — гранитная скала 2,5 км в поперечнике, с восточной стороны прикрытая высокой песчаной дюной. Между мысами Туомарниеми и Тейлониеми, под прикрытием высокой песчаной гряды здесь расположена просторная бухта — естественная гавань для легких парусно-гребных (и гребных) су-дов.Поселение, суля по находкам керамики, располагалось на вершине и склоне дюны. К северному краю ее примыкал небольшой курганный могильник, оставленый скандинавскими мореплавателями.

Находка роскошной серебряной фибулы, сделанной в «первом зверином стиле» начала VI в., свидетельствует о том, что остров могли посещать уже мореходы эпохи сооружения Упсальских курганов. Готладские «камни-картины», а особенно — изображение на камне из Клинта на острове Эланд, представляют морские суда этого времени исключительно как гребные ладьи, с экипажем гребцов — RUTH, как называют такие морские дружины в надписях на шведских рунических камнях XI в. Лишь в VII в. в композициях этих надгробных стел появляется изображение корабля под парусом. Эпоха парусного мореплавания на Балтике начинается в VII-VIII вв. и к этому времени удобная стоянка на Тю-терсе была уже хорошо освоена.

Местная («штрихованная») керамика, найденная на поселении, такая же, как на поселениях Финляндии и Эстонии, южном и северном берегах Финского залива, указывает на нормальные контакты мореходов с населением побережий. В эту эпоху возможно уже возникло отождествление — ruth = ruotsi, rootsi — как называют и сейчас шведов финны и эстонцы.

Тютерс равноудален как от Выборгского залива на северо-востоке, так и от устья Нарвы — Лужской губы на юго-востоке, открывая пути либо —в глубину близлежащих областей Карелии, либо — в Эстонию, Водскую землю и далее к Чудскому - Псковскому озерам, Пскову, а по Луге — к округе Новгорода. Однако

103

 



«Нево-87»: «Варяг» и «Русь» на Неве. «Nevo-87»: «Varyag» and «R-us'» on the river Neva.

наиболее значимая трасса вела прямо на восток, «Austr i Gardar», в узость «Маркизовой лужи» Финского залива за остров Котлин и в дельту Невы.

Южный берег с невысокой береговой террасой здесь в постоянном виду мореплавателей. На полпути между Котлиным и Васильевским островом Невской дельты, в пределах позднейшего (созданного во времена Петра Великого) Петергофа найден один из ранних кладов арабского серебра. Дирхемы, чеканенные в первой четверти IX в. (до 825 г.) помечены нацарапанными на монетах ножом значками-граффити. Среди граффити Петергофского клада — скандинавские руны (в том числе, собственные имена — Ubi), указывающие, вероятно, варягов — владельцев какой-то части этого сокровища. Однако, наряду с северными, на некоторые монеты нанесены тюркские (хазарские) руны, а одна из монет помечена греческим именем Zaharias.

Следующий клад арабского серебра был открыт в конце XVIII в. при строительстве Галерной гавани в западной, примере-

104

 



Шведские «викинги»: «Айфур» в Санкт-Петербурге, 1994 г. Swedish «vikings»: «Aifur» in St. Petersburg, 1994.

кой части Васильевского острова, где и сейчас швартуются прибывающие в Санкт-Петербург морские суда. Клад, судя по определениям нумизматов Петербургской Академии наук, относился как и Петергофский, к первой четверти IX в,

Итак, цепочка находок от Тютерса до прибрежья Невы указывает на освоение этой морской трассы ко времени сложения летописного Пути из Варяг в Греки.

Река Нева за тысячу лет до основания Петербурга в 1703 г. служила уже главной магистралью этой трассы, выводившей континентальный речной путь на морские просторы. «Устье озера великого Нево» — еще в начале XII в. она воспринималась как протяженный морской проток, соединявший Финский залив «Варяжского моря» с огромной акваторией Ладожского озера («Нево» — его первоначальное название). Условия плавания по реке, включая опасный участок скалистых порогов между реками Ижо-рой и Тосной, вероятно, достаточно существенно менялись с IX по XIII вв. (когда они довольно подробно описываются в ганзейс-

105

 

ких доку ментах). Микротопонймы «Веряско» («варяжский»), отмеченные на отдельных участках этого речного пути, свидетельствуют о его освоении в эпоху викингов.

Давним элементом речного ландшафта несомненно был Ореховый остров в истоке Невы из Ладожского озера: он известен как под этим русским, так и под аналогичным шведским названием как одна из гидрографических мореходных примет Ладожского озера задолго до 1323 г., когда новгородский князь построил на острове каменную крепость Орешек, словно уравновесившую на этом отрезке водного пути поставленный во время «Третьего крестового похода шведов» каменный замок Выборг в глубине Выборгского залива.

Пятью столетиями раньше плавание по Неве по-видимому было сравнительно свободным. Корабли, как и в шхерах озера Ме-лар, почти незаметно переходили из морского пространства Балтики, вдоль небольших островов и широких пресноводных протоков в акваторию озера «Нево». И по масштабам, и по условиям плавания Ладожское озеро и ныне вполне выдерживает сравнение с морем. Эти «морские» (приморские) условия плавания сохраняли силу вплоть до Волховской губы и устья Волхова.

Коренной берег Ладожского озера, Глинт или Балтийске-Ладожский уступ (в основе геологического термина — шведское, точнее готландское слово klinta, так как в Скандинавии тоже известно подобное геологическое образование) ровной крутой возвышенностью тянется вдоль южного берега озера с запада на восток, резко обрываясь над низменным озерным прибрежьем в 10-15км от современной береговой линии. Низменная прибрежная равнина освободилась из-под озерных вод сравнительно недавно, во время последней ладожской трансгрессии (после прорыва Невы, соединившей закрытый озерный водоем с Балтийским морем). Это сравнительно недавнее геологическое событие (трансгрессию датируют временем от 3-5 до 1-2 тысяч лет тому назад) возможно, сохранилось в памяти и фольклоре местного населения — как автохтонных финнов (летописной «чуди», позднейших ижоры и карел), так и продвинувшихся в южное Приладожье по Волхову сла-

106

 

вян. Восприятие «озера великого Нево» с его таинственными и мощными стихийными силами издревле пронизано сакральным отношением, а «Священные острова» в глубине озера — Коневец (Конь-Камень, чудотворная скала) и особенно архипелаг Валаам (Vali-maa, финск. «Земля Белеса», северного хтонического божества) были в сознании древних обитателей края, по-видимому центром притяжения этих сакральных сил.

Глинт прорезают с юга небольшие реки, впадающие в Ладожское озеро: Назия, Лавуя, Кобона. Одна из этих рек, Лавуя с 1617 по 1702 гг. служила русско-шведской границей, после заключения Столбовского мира, отрезавшего приневские земли от Московского государства и закрепившего наиболее дальние за всю историю восточные границы королевства Швеция. Исконными и наиболее древними обитателями этих прибрежных низменностей были саамы, «лопь»; еще в XVI в. московская администрация выделяла на южном берегу Ладожского озера «Лопскую сотню».

Далеко врезающиеся в озерное пространство мысы Воронов и Волчий нос фланкируют просторную полуовальную бухту Волховской губы, устье реки Волхов. Ворон и Волк — мифологические существа из свиты хтонических божеств вроде севернорусского Белеса или скандинавского Одина. Калька русского названия мыса Воронов (Krakimes) засвидетельствована в сагах, что подтверждает давнее знакомство скандинавских мореходов эпохи викингов с условиями плавания и навигационными приметами Ладожского озера (Джаксон, Мачинский 1989).

Волхов мощным потоком вливается в залив Ладожского озера. Ближайший приток (с запада) носит название Медведица: все тот же архаический «зооморфный» ряд древних гидронимов, образовывавших «ландшафтно-мифологический каркас» ладожского пространства. В устье Медведицы с XV в. известен Николо-Медведицкий православный монастырь. Его величественные каменные храмы стали архитектурной доминантой Новой Ладоги, озерного порта и верфи, основанных Петром в 1704 г., сразу вслед за основанием Санкт-Петербурга. Св. Николай Чудотворец, «Никола Морской» в Древней Руси, как и всюду в северных христианс-

107

 

ких странах, был покровителем мореходов. Никольский собор в Новой Ладоге, на мысу реки Медведица, возможно заместил в христианскую эпоху небольшое сторожевое городище или языческое святилище на выходе в Ладожское озеро. Так или иначе, отсюда можно начинать счет «Никол» —: речных переходов, отмеченных Никольскими храмами от Ладоги до Новгорода.

Волхов раскрывается просторной водной трассой, мощное течение реки не препятствует движению с севера на юг, от устья к истокам Волхова, из Ладожского озера — к Ильменю. Излучины реки отмечены православными храмами, а по мере приближения к древнему Глинту на коренных берегах Волхова появляются величественные языческие погребальные насыпи — сопки, самый характерный археологический элемент исторического ландшафта Новгородской земли, «Руси Рюрика». Левый, западный берег реки сохраняет низменный равнинный характер — микротопоним «Подол», как в Киеве, противопоставляет береговую низменность «Горе» коренного высокого берега. На Волхове ближайшая к Ладожскому озеру береговая возвышенность — Ивановский остров, в 10 км выше Новой Ладоги. Деревня под этим названием, принадлежавшая монастырю Иоанна Предтечи в Ладоге, известна с XIV в. Она стоит близ края древнего коренного озерно¥о берега, прорезанного Волховом, а господствующий над приволховским Подолом и над рекою округлый береговой мыс отмечен названием Велеша. Сохраняющая это имя с XV в. деревня на берегу Волхова, судя по расположению окрестных ладожских сопок, фиксирует одну из языческих «гор» — мест поклонения языческому божеству Велесу. Собственно здесь, над крутой излучиной Волхова, начинается пространство Старой Ладоги.

^ Старая Ладога

Волхов, в 10-12 км от устья прорывая древний коренной берег Ладожского озера, делает крутую излучину. Она охватывает примерно пятикилометровый отрезок невысокой возвышенности правобережья с плодородными известковаными почвами, ограни-

108

 

ченной с востока небольшой речкой Любша, впадающей в Волхов справа, напротив Велеши. Левый берег образован двумя высокими террасами, отстоящими друг от друга на 0,5-1 км. В основании второй из них, отдаленной от берега реки, залегает неглубокая, параллельная Волхову долина, по которой протекают навстречу друг другу, сливаясь и впадая в Волхов слева, примерно посредине излучины, две небольшие реки.

Одна из них, Ладожка течет с севера на юг: ее верховья теряются в прибрежых верховых болотах приозерного Глинта. В основании известковых возвышенностей, выше по течению Волхова, напротив знаменитых Волховских порогов берет исток вторая речка Заклюка и течет по долине вдоль основания коренного берега Волхова с юга на север, пока не сливается с Ладожкой, и под этим общим для соединившихся речек именем впадает в Волхов.

Сравнительно редкий в гидрографии, «встречный вектор» рек-притоков Ладожка и Заклюка — с севера и с юга, со стороны низовьев, устья и с верховьев, истока большой реки (не столь уж впрочем протяженной: 200 км от Ильменя до Ладожского озера Нево) — акцентирует и определяет своеобразие ладожского речного пространства.

Оба гидронима — славянизированная форма исходного имени, заимствованного из финского (протокарельекого) языка местной «чуди». Ладожка — Alode-Joki, «Нижняя река». Заклюка — Yla-Joki, «Верхняя река». «Верх» и «Низ» — ив прямом и точном (гидрологическом) значении, но и в неотделимом от него в архаическом сознании космологическом смысле. Ландшафтный «микромир» Ладоги четко ориентирован в средокрестии мировых координат.

«Верх» и «Низ» в своем противостоянии закреплены и размещением береговых возвышенностей. Заклюку от Волхова отделяет «Гора» (известная также под названиями (микротопонимами) «Победище», «Княщина»), ограниченная с юга Парамоновым ручьем (впадающим в Заклюку). В северной части ладожского левобережья, за Моревым ручьем начинается возвышенность «Замо-рье» (урочище «Сопки»). Фланкирует долину Заклюки и Ладожки

109

 

возвышенность «Ахматова Гора» (с одноименной деревней, в писцовых книгах XV в. называемой «Висельник тож»).

Высотам левобережья по правому берегу волховской излучины соответствуют возвышенность Лопино (с одноименной деревней) на юге и Захолмье — на сивере, в конце излучины Волхова, перед впадением Любши. ,

Разнообразный по гидроландшафтным условиям участок реки с удобной гаванью в устье Ладожки издревле привлекал мореплавателей. Alode-Joki (финск.), Aldeigju (сканд.), Ладога (слав.) — в этой последовательной смене названий отразилась последовательность появления носителей разных языков, разных этносов.

«Язык земли», ладожская топонимия (и гидронимия) дополняется размещением археологических памятников. Первичное освоение ладожского пространства начинается еще в каменном веке. Первобытных охотников и рыболовов — саамов, летописную «лопь» (запечатленную в топониме «Лопино») сменили примитивные земледельцы раннего железного века, аккультуровавшие практически все места, на которых позднее появляются величественные сопки и другие археологические памятники раннего средневековья. Расцвет же Ладоги начинается со становления речной коммуникации Пути из Варяг в Греки, когда здесь в устье Ладожки возникает первая речная стоянка кораблей, преодолевших морские пространства Балтики и «озера великого Нево» и готовящихся к дальнейшему переходу — через волховские пороги вверх по великой реке, к Ильменю, вглубь страны, «на Восток в Гарды».

Гавань, образованная короткой и широкой излучиной Ладожки в месте впадения ее в Волхов, прикрытом узкой высокой скалой известнякового мыса, окаймлена по обоим берегам зоной мощного культурного слоя, охватывающего площадь до 16 га и достигающего (в центральной, ближайшей к речке части) толщины до 3-4 м. К югу от Ладожки и каменной Ладожской крепости на мысу, вверх по Волхову, этот раннесредневековый слой перекрыт земляными бастионами и куртинами Земляного города — укрепления, в конце XVI в. дополнившего каменную Ладожскую крепость. «Земляное городище», как оно известно в литературе, — наибо-

110

 

лее изученнная часть Староладожского поселения VIII-XI вв. (Старая Ладога 1948; Равдоникас 1949, 1950; Средневековая Ладога 1985). Севернее ладожской гавани культурный слой залегает вдоль Варяжской улицы, сохранившей свое историческое название с летописных времен.

Крепость на мысу Ладожки и Волхова, как и Земляной город, выделила (и уничтожила) часть культурного слоя эпохи Пути из Варяг в Греки. Мощные каменные стены и башни XVI в. скрыли под собою остатки более ранних укреплений и защитили построенные в крепости православные храмы, прежде всего, каменную церковь св. Георгия XII в. с великолепными фресками.

Каменный храм св. Климента в XII в. стоял на территории Земляного городища (в 1704 г. по распоряжению Петра соборный храм — к тому времени уже деревянный, был перенесен в Новую Ладогу). В том же XII в. появились каменные церкви Успения Богородицы — в северной, и Никольский собор — в южной частях Ладоги (позднее, в XIV-XV вв. вокруг этих храмов возникли Успенский, женский, и Никольский, мужской православные монастыри). Ряд храмов, каменных и деревянных, сооруженных в XII-XVIII вв. в Ладоге, не сохранился до наших дней. Одной из архитектурных доминант Ладоги стал храм Рождества Иоанна Предтечи на Малышевой горе, построенный в конце XVII в. для монастыря, основанного в конце XIII в. в северной части Ладоги.

Православным храмам Старой Ладоги предшествовали языческие культовые и погребальные сооружения, грандиозные насыпи сопок. Они образуют несколько внушительных групп или цепочек, разместившихся на господствующих высотах коренных берегов в северной и южной частях Ладоги, а также — на правобережье Волхова, на высокой террасе коренного берега над урочищем Плакун. Внизу, под сопками Плакуна, располагается небольшой курганный могильник. Сотни курганов вокруг насыпей сопок засвидетельствованы и на возвышенности Победище («Гора»), они уничтожены интенсивной распашкой и лишь отчасти исследованы в XIX — начале XX вв. Известны курганы и в северной

111

 



Крепость в Старой Ладоге. Литография А.Худякова. Fortress in Staraya Ladoga. A.Khudyakov's lithograph.

части Ладоги, за Варяжской улицей, между Успенским монастырем и верхним течением Ладожки.

Помимо курганных, здесь имеются грунтовые могильники, как в северной, так в южной частях староладожского поселения, дополняющие вместе с сопками и курганами «ансамбль некрополя» Старой Ладоги. Наконец, на полях ладожских возвышенностей и в культурном слое поселения найдены клады арабского монетного серебра VIII-1X вв. (Лебедев 1985).

Клад ремесленных инструментов, открытый при раскопках на Земляном городище (Рябинин 1985) маркирует и начало интенсивной жизни в Ладоге — первом портовом и торгово-ремесленном поселении на Пути из Варяг в Греки. Кузнечные клеши, большие и малые (одноручные), зубила, пробои, сверла, волочильни (для проволоки) и другие орудия кузнеца и слесаря, работавшего тут же, в небольшой мастерской (в пределах которой и был найден клад инструментов) — в качестве наковальни использовался небольшой гранитный валун — весь основной набор орудий пред-

112

 

назначен для судоремонтных работ. Среди мелких поковок, найденных в слое, заметную долю занимают ладейные заклепки, предназначенные для скрепления досок клинкерной обшивки скандинавских кораблей и лодок эпохи викингов. Несомненно северного происхождения и сами инструменты: совершенно аналогичные в Швеции известны с вендельского периода VII-VIII вв. (предшествующего эпохе викингов). Среди вещей клада — бронзовый стержень, увенчанный великолепным изображением Одина с воронами.

Дата всех этих изделий, первых материальных следов присутствия скандинавов, мореходов и мастеров, в Ладоге — VIII в. Год рубки одного из бревен первой постройки-мастерской — 753 г. (Рябинин, Черных 1985). К середине VIII в., за тысячу лет до основания Санкт-Петербурга в 1703 г., относится начало первого порта морских ворот на Волхове с Балтики в глубинные пространства России.

Ладожская мастерская, действовавшая примерно двадцать лет в 760-770 гг. использовала не только скандинавские технологии. По наблюдениям Е.А.Рябинина, открывшего и иследовавшего этот памятник, в конструкции кузнечного горна — элементы поздне-античной причерноморской традиции. Он же установил, что наряду с кузнечным, мастерская служила ювелирному производству и стеклоделию, а в изготовлении стеклянных бус (рубленого бисера) применялась средневосточная технология и возможно даже привозное сырье (поташ, поступавший видимо по волжскому пути, из зоны солончаковых растений, где только и можно было его получить).

Бусы из привозного или сваренного на месте стекла были ходовым товаром для обмена на пушнину с местными звероловами, и охотниками. Пушная торговля — одна из наиболее ранних и выгодных форм торговых отношений во всей лесной зоне Восточной Европы, мехами собирали дань (по кунице, либо по белке со двора, свидетельствует летопись). Арабские купцы IX-X вв. оставили достаточно убедительные свидетельства, из которых следует, что пушная торговля, основанная на обмене по схеме «бусы — пуш-

113

 

нина — серебро» приносила до 1 000% прибыли (Славяне и скандинавы 1986:82). Дополнявшая ее работорговля (особенно — продажа на восточные рынки пленниц для гаремов) могла дать выручку, в 20 000% превышавшую стоимость «живого товара» на северных рынках.

Купеческие дома-фактории, вроде описанного арабским путешественником Ибн Фадланом на Волге в 920-х гг., появляются в Ладоге в дополнение к мастерским уже в конце VIII - начале IX вв. В застройке поселения на территории Земляного городища (исследованной в течение многих десятилетий Н.И.Репнико-вым, В.И.Равдоникасом, Е.А.Рябининым) отчетливо выявляется организующая роль этих «дружинных» больших домов^архитек-тура которых связана прежде всего со скандинавской традицией. Небольшие квадратные бревенчатые срубы-избы с печью в углу, характерные для севернославянской домостроительной традиции, дополняют застройку ранних ладожских усадеб, а в течение X в. становятся постепенно ведущим типом постройки, придавая Ладоге типичный облик древнерусского города. Эволюция поселения сопровождалась динамичными и порою катастрофическими событиями. Пожар, разделивший ранние строительные горизонты во второй половине IX в. (как и зарытый в это время один из ладожских кладов арабского монетного серебра) связывают с летописными известиями, об «изгнании варягов» (после взимания варягами дани с местных славянских племен в 859 г.), вслед за которым ради прекращения межплеменных раздоров последовало призвание Рюрика.

«Пришел сначала к словенам (ильменским — ГЛ., Ю.Ж.) и срубил город Ладогу», сообщает «Повесть временных лет» о появлении варяжского князя в 862 г. Речь идет о постройке деревянной крепости, вероятнее всего на том же мысу Ладожки, где ныне стоит каменная. Рюрика русских летописей большинство современных историков (от Б.А.Рыбакова до Л.Н.Гумилева) склонно отождествить с Рериком Ютландским, предводителем викингов из датского королевского рода Скьельдингов (Ловмяньский 1985; Рыбаков 1982; Лебедев 1985; Гумилев 1992:106). В середине IX в.

114

 

он активно действовал на Западе, добиваясь контроля над важнейшими портами Северного моря и Балтики: Дорестадом в Фрисландии и Хайтабу в Шлезвиге (перевалочном пункте через Ютландский полуостров — на балтийские морские пути). Партнером-соперником этих портов была шведская Бирка на озере Мела-рен. Весьма вероятно, что именно шведы (свей), проникавшие «на Восток» еще в VI-VIII вв. и были «варягами» «Повести временных лет», взимавшими дань и затем изгнанными в 859 г. В таком случае Ладога 860-х гг. стала местом и объектом едва ли ни первого в истории Северной Европы политического альянса, урегулировавшего и стабилизировавшего отношения различных сил -скандинавов (свеев и данов), фризов (следы деятельности фрис-ландских ювелиров и костерезов отчетливо представлены в Ладоге конца VIII - первой половины IX вв.), славян западных (обо-дриты, соседи данов) и восточных (словене), финноязычных «чуди» и «веси» Приладожья, «мери» волго-окского междуречья (контролировавшей выходы на волжский путь). Эти племена, вместе с остальными этносами Северной Европы — скандинавами, славянами, балтами, финнами, деятельно включаются в создание и развитие Балтийской цивилизации раннего средневековья, объединившись в результате договора племенной знати словен, кривичей, чуди, мери, веси с варяжским князем и его дружиною — «ру-сью» («Рюрик взял с собою всю русь» или «всю дружину» — в разных вариантах летописных текстов), в первое политическое образование, известное на северо-западе Восточной Европы: «Русь Рюрика».

В 864 г., сообщает «Повесть временных лет», Рюрик, укрепив свои позиции в других центрах формирующегося северного княжества — Изборске, Полоцке, Белоозере, Ростове Великом, перемещает свою резиденцию из Ладоги — вверх по Волхову, к его истокам, на Ильмень, в Новгород, где сооружается новое мощное укрепление на Пути из Варяг в Греки — Рюриково городище (Носов 1990). В Ладоге с этого времени начинается интенсивная застройка северного прибрежья гавани — Варяжской улицы: культурный слой, мощностью не уступающий слою Земляного горо-

115

 

дища, накапливается здесь со второй половины IX в. (Петренко 1985).

Дружине Рюрика и его преемников приписывают также курганный могильник в урочище Плакун, напротив крепости, на противоположном берегу Волхова. Раскопанные здесь, сохранявшиеся к середине нашего века, полтора десятка невысоких курганов содержали захоронения по обряду сожжения в ладье, типичному для скандинавских викингов. Наряду с мужскими, открыты и женские погребения: в одном из них над погребальным костром разбили христианский литургический кувшин фризской работы. Эти фризские кувшины, со знаком креста, инкрустированным серебряной фольгою, появляются в Бирке и Хайтабу после миссиц св. Ансгария, первого крестителя датчан и шведов в 830-х гг. Возможно, в Ладоге также жили семьи этих первых северных христиан. Черты христианской обрядности отличают и погребение в деревянной камере одного из курганов Плакуна: похороненный здесь старик, умер на седьмом десятке лет, судя по дендродате бревен камеры — в 879 г., то есть год в год с Рюриком (Рерик Ютландский, по известиям западных хроник, был крещен в отрочестве, в 829 г.).

В Старой Ладоге, которую саги называют Aldeigjuborg, «крепость на Альдейге», что отвечает действительности конца IX в., в 879 г. Рюрика сменил Олег Вещий. Славянское имя князя связывают со скандинавским Helgi («святой»), что приблизительно соответствует и его летописному прозвищу. В 882 г. Олег, которого летопись рассматривает как своего рода регента или воеводу при младенце Игоре — законном сыне и наследнике Рюрика, начинает из Ладоги грандиозный поход по Пути из Варяг в Греки. Объединенное войско варягов, словен, чуди, веси, мери и кривичей беспрепятственно перешло с волховского пути на днепровский, заняв союзный Смоленск — город кривичей, спустилось по Днепру и захватило Любеч, а затем овладело Киевом князя Ас-кольда. Объединение Древнерусского государства вдоль пути из варяг в греки, с подчинением единой княжеской власти обоих «стольных градов» — Новгорода на Волхове и Киева на Днепре,

116

 

создавало возможности успешных дальнейших походов, на другие славянские земли, в Византию, на Каспий. Серия таких походов Олега завершена первыми сохраненными в летописи договорами Руси с Византией 907 и 911 гг. Вслед затем, отмечают некоторые источники, Олег возвращается на север, где и настигает его смерть, предсказанная языческими волхвами «от коня своего». Красочная летописная легенда вдохновлявшая русских поэтов от Александра Пушкина до Владимира Высоцкого связана с Ладогой: «И есть могила его в Ладоге до сего дне», отмечает один из вариантов летописи.

Олегова Могила (могила по древнерусски — «курган, погребальный холм») — так вероятнее всего именовалась в Старой Ладоге в XII в. (очевидно, и ранее) крупнейшая из насыпей урочища «Сопки» («Заморье») в северной части ладожского пространства — по кромке высокого левого берега Волхова. В наши дни здесь сохранилось лишь несколько насыпей. Некогда их было, видимо, более десятка, цепочкой вытянувшихся вдоль береговой дороги на Велешу. Центральную и самую высокую из этих насыпей в начале прошлого века попытался раскопать археолог Зориан Хода-ковский и со времен раскопок ее называют «Полой Сопкой». Вскрыть удалось лишь верхнюю часть насыпи, содержимое основания скрыто плотной многослойной каменной кладкой (как и в курганах Упсалы). Однако в раскопанной части найдено захоронение IX в. по обряду сожжения.

«Олегова Могила», на которую со времен летописца указывало ладожское население, следовательно, на самом деле сооружена минимум на сто лет раньше эпохи Олега. Однако и в Швеции известен «Курган короля Бьорна», конунга IX в., с погребениями эпохи бронзы (не позже VI в. до н. э.). Конунг не был похоронен в этом кургане, но восседал на нем, когда отправлял совет, вершил суд, собирал дружину, исполнял обряды. «Олегов Холм» в Ладоге мог быть именно таким сакральным престолом-храмом под открытым небом.

С вершины «Полой сопки» раскрывается все ладожское пространство от Велеши и Любши (с небольшим сторожевым городи-

117

 

щем на мысу) до Горы Победища, Княщины и Лопина. Дохристианская Ладога отчетливо делится на, своего рода, функциональные зоны.

Северная, «сакральная» зона — от Велеши до Малышевой Горы (где храм Рождества Иоанна Предтечи заместил языческого «Купалу», обряды которого продолжали справлять летом, в Иванов день). Здесь, в «Заморье» (Морев ручей — «ручей смерти», от др.-рус. мор) погребальные сопки выстроились вдоль via sacra в урочище Белеса, владыки «Низа», подземного мира вод, царства мертвых, хозяина леса, зверья и скота, а, следовательно, богатства, покровителя гостей, торговли, и поэзии («Вещий Боян, Велесов внуче» — отмечает «Слово о Полку Игореве» XII в.). Сакральная зона завершается на северной границе ладожского поселения, у ручья Грубицы (снова — танатологическая семантика гидронима, grub), где парные храмы — Успения Богородицы и Симеона Бого-приимца, вероятно заместили в XII в. парное же языческое культовое место парных божеств, связанных с Белесом—Лады и Лели.

Южная зона, от Никольского монастыря под склоном Горы Победище до возвышенности Княщины может быть обозначена как «княжеская». Здесь — особый, центральный (массовый) городской некрополь, но поотдаль от него — небольшая группа сопок, прилегающий к ней грунтовый могильник, и, видимо разрушенное карьером, поселение. К нему скорее всего относился найденный «на полях д. Княщина» клад арабского серебра, зарытый в начале IX в. Еще в прошлом столетии дорога с Княщины вела к Заклюке, через деревню Каменный мост и далее на запад, в урочище Княж-Остров: оно располагалось в глубине лесного массива, известного в XVII в. как «волость Силосарь», Silla-saari, от ижорск. silla (мост), saari (остров). Дублирование ижорской топонимии указывает, вероятнее всего, на данническую зависимость населения лесной волости. В могильнике поблизости от княщин-ских сопок открыто погребение с бронзовой подвеской, украшенной так называемым «знаком Рюриковичей»; некоторые исследователи считают эти подвески инсигниями княжеской администрации, тиунов — сборщиков даней. Ладожская подвеска несет на

118

 

себе изображение, по геральдическим реконструкциям принадлежавшее Ярославу Мудрому, сыну Владимира Святого, в пору его новгородского княжения (до 1015 г.). Термин Княщина в средневековой лексике означал «княжеская доля, владение».

Гидроним «Парамонов ручей» может быть связан с названием «Двор Поромонь» в Новгороде той же поры, от др.-сев. farimenn (путешественники) (Д.С.Лихачев, Е.А.Мельникова). В ладожской фольклорной традиции ручей, омывающий Княщину с юга, известен также как «кровавый» («здесь наши шведов побили...»). Все это сопоставимо с известиями летописи о событиях 1015 г., когда Ярослав, взбунтовавшийся против отца, нанял (как и Владимир в свое время — в 980 г.) «варягов за морем», а прибывшие наемники, разгулявшиеся в Новгороде, были перебиты новгородцами «во дворе поромонем». Отглосоки этой трагической судьбы какой-то из групп farimenn'ов, разделивших в Ладоге участь своих соплеменников, возможно, сохранила Княщина.

Ладожская Княщина, столь отчетливо проявляющаяся в начале XI в., начинала формироваться, как и «сакральная зона», не позже начала IX в. Кроме клада, зарытого после 808 г. (дата «младшей» монеты), серединой VIII в. датируется погребение в одной из сопок, исследованных в группе насыпей на Победище. Здесь был предан сожжению знатный воин с богатым убранством коня. Детали сбруи указывают на дальние связи ладожской знати с вол-го-камским регионом, возможно, военными или данническими по-тодами в Прикамье или другие области Волжской Булгарии.

С высот Княщины долина Волхова просматривается до Волховских порогов, в 12 км вверх по реке. Пороги — в индоевропейской мифологии место битвы Громовержца с Противником, Змеем (собственно, камни порогов — это поверженное тело Змея). В славянской версии этого «основного мифа» Противник Громовержца — Белее, Громовержец — Перун. Волхов и течет от Перыни на Ильмене к Велеше близ озера Нево в полном соответствии с семантикой имени волхв («жрец», «посредник»), соединяя Перунов «Верх» и Велесов «Низ» языческого мироздания.

119

 



Топография Старой Ладоги. Topography of Staraya Ladoga.

^ Условные обозначения: 1 — сопки, 2 — курганы с сожжениями, 3 — курганы с ингумациями, 4 — длинные курганы, 5 — домонгольские каменные храмы, 6 — грунтовые могильники,

^ Цифрами на карте обозначены зоны поселения и его округи: I — «княжеская», II — «городская», III — «сакральная».

 

Княжеская власть и дружина в языческой Руси ассоциирована с культом Перуна и «Княщина» Ладоги не случайно предельно удалена от Велеши, в сторону новгородской Перыни, к порогам — мифологической границе владений Громовержца. Замещение языческих святидищ VIII-X вв. христианскими храмами -явление обычное для Ладоги и всего течения Волхова до Новгорода. Наиболее значимым был культ св. Николая — Николы Морского, покровителя мореходов. Никольские храмы от берега Ладожского озера до Новгорода и Ильменя равномерно распределены по Волхову, маркируя по-видимому дневные переходы. Известна поморская поговорка на Русском Севере: «от Холмогор до Колы — тридцать три Николы» (Максимов 1987:259). От Ладоги до Ильменя по Волхову было десять-двенадцать «Никол» (на 200 км речного пути). В ряде случаев допускают, что христианские храмы Николы заместили языческие капища Перуна: тогда ладожский Никольский собор, как и Никола на Ярославовом Дворище в Новгороде, мог быть следом такого замещения, «христианизации» дружинного культа. На Победище отмечены топонимические следы другого подобного замещения: «Кузьмодемьян», божественный кузнец — Сварог славянских язычников.

Итак, в северной «сакральной» зоне — Белее, Купала, Лада — Лель, хтонические божества мифологического «Низа». В южной «княжеской» — Перун, Сварог, воинственные властители огненных стихий «Верха». Мифологической дихотомии Ладоги (запечатленной еще дославянской гидронимией ландшафта в оппозиции Alode-joki Yla-joki, вероятно соответствовала и дихотомия социально-политическая, и несомненно — градостроительная.

121

 

^ Центральная «городская» зона ладожского поселения делится на те же две части, северную и южную, прежде всего рекою Ладожкой (после ее слияния с Заклюкой) с акваторией ладожской гавани. Каждой половине поселения соответсвует собственная «зона некрополя», могильники тяготеющие либо к Успенскому либо к Никольскому монастырю (близ Победища).

Если допустить, что христианские храмы поставлены на месте языческих святилищ (по «Повести временных лет», уже Владимир Святой в 988 г. «повелел церкви ставить, где прежде стояли кумиры»), то в каждой из двух основных частей поселения были и свои культовые центры. В иерархическом соотношении культов и божеств северной и южной части языческой Ладоги проступает, вероятно, и дихотомия архаической социальной организации, с разделением власти между языческим жречеством — «волхвами» Велеши, и князем с его дружиною — на Княщине.

Однако же, Перуном и Белесом — обоими вместе клялась языческая «русь», например, в договорах с греками первой половины X в. Консолидация социума начиналась в середине IX в. с «призвания варягов». Княжеская крепость над гаванью Ладожки объединяла «княжескую» и «жреческую» половины поселения в единую градостроительную структуру. Вещий Олег, в его конфликте с волхвами — сам вероятно, «князь-волхв», преодолевавший противоречивость архаических структур в первом общероссийском реформаторском опыте более чем тысячелетней давности.

Ладога — основное поле и арена этого опыта; в полном смысле — место «откуду Русская земля стала», таящее в своих памятниках прямой ответ на вопрос, вынесенный в заглавие «Повести временных лет».

Варяги, принесшие сюда, в Ладогу и Новгородскую землю самое имя «Русь» («и от тех варяг, находник тех прозвашася Русь»), вошли в эту формирующуюся структуру «лаборатории создания древнерусской народности» рано и плотно. Безусловно, мифологическая пара «Перун — Велес» далеко не полное соответствие северной паре Один — Тор. Не полное, но достаточно близкое, для взаимопроникновения и взаимодействия славянских, скандинав-

122

 

ских (и финских) языческих представлений, мифологем и культов. Ладожский «Висельник» на возвышенности, ввиду Плакуна (с норманнским курганным могильником), возможно, прямое указание и на культ Одина — Бога Висельников (самого себя тем же способом принесшего в жертву). Среди археологических находок ранней Ладоги есть не только утилитарные вещи — орудия труда, предметы быта, корабельные снасти, детали вооружения, украшения, но и редчайшие памятники духовной культуры.

Наиболее значимые из них — ладожские рунические надписи. Самая ранняя из них — на деревянном стержне (др.-сев. stafr - использовавшийся специально для заклинаний), несет в себе поэтический текст середины IX в. Варианты ее чтения:

 

frann mana alfr
frant firnbul
si niblunka

Сверкающий лунный эльф
сверкающее чудовище
будь нифлунгом (= будь под землей)

^ В.Г.Адмони, Т.И.Сильман
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Университет Центр «Петроскандика» iconПрограмма: 15. 11. Четверг Философский факультет спбГУ, Менделеевская линия 5
Санкт-петербургский государственный университет, философский факультет, исследовательский центр медиафилософии, информационный и...
Университет Центр «Петроскандика» iconПетербургский Государственный Университет Центр лингводидактического тестирования

Университет Центр «Петроскандика» iconОмский государственный педагогический университет
«Сударушка» г. Омска, му «Центр по работе с детьми и молодежью ОАО г. Омска», гу омской области «Социально-реабилитационный центр...
Университет Центр «Петроскандика» iconРимское право
Московский государственный университет имени М. В ломоносова Центр общественных наук
Университет Центр «Петроскандика» icon23 октября 2011 года
Луганский национальный университет имени Тараса Шевченко Центр инновационных технологий
Университет Центр «Петроскандика» iconТ. П. Пушкина Медицинская психология Новосибирский государственный...
Медицинская психология. – (Методические указания). /Автор-составитель Т. П. Пушкина. – Новосибирск: Научно-учебный центр психологии...
Университет Центр «Петроскандика» iconIx-й международный молодежный научный экологический форум стран балтийского...
Кий фонд фундаментальных исследований, Санкт-Петербургский научный центр Российской Академии Наук, Правительство Санкт-Петербурга,...
Университет Центр «Петроскандика» iconТеатральный центр стд РФ «На Страстном» театральный сезон
Всероссийский государственный университет кинематографии им. С. А. Герасимова (вгик)
Университет Центр «Петроскандика» iconЛитературно-мемориальный музей ф. М. Достоевского центр исследований...
Вячеслава Иванова. Участвуют: Анджей Дудек (Ягеллонский университет, Краков), Стефано Каприо (Папский Восточный институт, Рим) о....
Университет Центр «Петроскандика» iconКоммуникационный центр Bosch расширяет филиальную сеть: центр в Казани — первый в России
И этой осенью откроет новый центр в России, в столице Республики Татарстан городе Казани
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница