Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии


Скачать 131.98 Kb.
НазваниеМифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии
Дата публикации26.03.2013
Размер131.98 Kb.
ТипДокументы
userdocs.ru > История > Документы
Тафаев Г.И.

Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии

Фальсификация истории — ложное описание исторических событий в угоду предвзятой идее. Цели и мотивы исторических фальсификаций могут быть самыми разнообразными: закрепить за тем или иным народом историческое право на определённую территорию, обосновать легитимность правящей династии, обосновать правопреемство государства по отношению к тому или иному историческому предшественнику, «облагородить» процесс этногенеза. Википедия

Как известно, летопись «Джагфар Тарихы» оформил татарский учитель истории в 90 г. XX века. Восхищаясь, данной античувашской летописью чувашский краевед отмечает, что «Джагфар Тарихы» (история Джагфара) – единственный известный свод древнебулгарских летописей, дошедший до нас. Он был написан в 1689 году по приказу вождя болгарского освободительного движения Cеида Джагфара.  Советский историк Нигматулин  перевёл этот текст на русский язык до того, как НКВД уничтожил подлинник. Но русский текст дошел до нас.

Многие болгарские историки и краеведы одобряют текст «Джагфар тарихы». Текст перевел, безусловно, умный, образованный человек. Полностью отрицать «Историю Джагфара» нельзя. Все подлинное, полезное нужно изучать в школах и ВУЗах, как это делают в Республике Татарстан [1].

Путаница в головах не только у рядовых чувашских краеведов, но и у их лидера В.П. Станьяла, который заявил, что «я уже успел с ней познакомить студентов университета, где буквально через строку просвечивается древняя культура нашего болгаро-чувашского народа».

  • Получается, что серьезные чувашские ученые понимают, что эта фальшивка и она по содержанию античувашская, но тиражируют «тарихы» чувашские краеведы;

  • Получается, что студенты Вузов Чувашии знакомятся при помощи краеведов с фальсифицированной литературой чуваш-болгар их прошлой истории;

Краеведы г. Ульяновска пишут, что «многие болгарские историки и краеведы одобряют текст «Джагфар Тарихы» [2].

Чувашские «академики» от краеведов считают:

  1. Текст перевел, безусловно, умный, образованный человек (учитель истории);

  2. Полностью отрицать «Историю Джагфара» нельзя;

  3. Полезное нужно изучать в школах в вузах.

В начале XXI века ряд писателей активно стремились перевести ее и передать для массового чувашского читателя. Получается, что чувашских писателей восхищает античувашская лжелетопись. Только вмешательство В.Д. Димитриева и Г.И. Тафаева приостановила процесс распространения в среде чувашской молодежи античувашской летописи. Но я думаю, что это временно. Распространение восхищенных чувашских краеведов античувашской историей продолжается. Деньги решают все, как сказал один мой старый друг «все работают ради желудка». Таким образом, в 2013-2015 гг. «Джагфар тарихы» будет переведен на чувашский и вся республика и диаспоры получат античувашский наркотик (глотайте и ассимилируйтесь).

Курс на изъятие древнеболгарской истории, а с нею болгаро-чувашского самосознания, начатый в республике Татарстан среди чувашей продолжается. Обратимся к проблеме данного вопроса. Мы уже отмечали, что чувашское общество в начале XXI века распалось на четыре идейно-философские и историко-цивилизационные течения:

  • Чувашистов (25% населения);

  • Болгаристов (до 20%);

  • Суваристов (до 30%);

  • Нигилистов (25% чувашского населения).

Принимаются проценты приблизительно, но перепись (2010 г.) показала, что в чувашском обществе доля нигилистов увеличивается. За 25 лет исчезло (ассимилировалось) до 500 тысяч чуваш.

У нас в Чувашии, конечно, нет тех многомасштабных битв, которые происходят в Татарстане, но мы больше потеряли за эти 20-30 лет. Дамир Исхаков, доктор исторических наук, профессор в статье «Битва историков» в республике Татарстан в 1990-х гг. и создание Института истории АНРТ», которую он опубликовал в «Звезде Поволжья» говорит, что «наша интеллигенция и политики не очень плотно занимаются самоанализом, поэтому не вполне ясно осознают содержание идеологических процессов даже недавнего прошлого. В частности, возникшая в прошлом году дискуссия вокруг того, на основе какого исторического наследия реконструировать Булгары, свидетельствует о том, что даже политики очень высокого ранга пропустили содержательную сторону так называемой «битвы историков», имевшей место в республике в 1990-х годах. Именно после тех событий академические историки и выработали концептуальные подходы, позволившие начать работу над многотомной «Историей татарского народа с древнейших времен».

Как нам известно, татарское общество (историко-культурный мир) рассматривает:

  • Татаристов;

  • Булгаристов;

  • Нигилистов;

  • Сторонников синтеза подхода (Волжско-Болгарский и Золотоордынский).

У нас в Республике (Чувашской) в силу умеренности чувашского народа и малочисленности историков такой борьбы в 80-90 гг. XX века не было. Борьба шла вокруг Н.В. Федорова и различных партий, но открытого противостояния среди чувашской творческой интеллигенции и историков не было. Конечно, была борьба за Академию наук, борьба различных писательских союзов. Фракционная борьба была около Н.В. Федорова, руководства г. Чебоксары, Новочебоксарска, разборки с главами сельских районов республики. Были митинги, но резкой конфронтации в обществе не было по вопросам этногенеза. Причина такого, я думаю, связана с глубокой самоидентификацией чуваш-болгар.

Что же происходило в Татарстане? Дамир Исхаков о борьбе между булгаристами (болгаристами) и татаристами пишет, что в связи с тем, что в самой Академии наук Татарстана продолжаются не совсем понятные действия вокруг проблемы создания нового Института археологии, решение о котором было принято поспешно, о чем некоторые ученые уже высказывались, встает более глобальная проблема о связи между структурой этого учреждения и научными исследованиями. Но это особая тема. В данном случае хотелось бы рассказать читателям газеты предысторию создания в структуре АН РТ самостоятельного Института истории, ибо именно обращение к этой теме позволяет понять, что структурные преобразования в науке не бывают случайными.

После того как гуманитарии Татарстана на рубеже 1980 - 1990-х гг. раскололись на два лагеря - на тех, кто продолжал придерживаться прежней, «булгаристской» концепции истории татар, и на тех, кто отстаивал новую для татарского общества того времени «татаристскую» концепцию, между сторонниками этих двух направлений национальной исторической науки началась перманентная борьба, в 1996 г. переросшая в настоящую «битву историков». Следует отметить, что это противоборство (в кругах чиновников, мало что понимавших в содержании «битвы», оно рассматривалось не более чем как «грызня» между учеными) было характерно, прежде всего, для сотрудников единственного тогда в г. Казани академического учреждения гуманитарного профиля - ИЯЛИ, входившего вначале в КФ (КНЦ) АН СССР (РАН), затем - в АН РТ (с 1992 г.). Специфическую окраску происходящему придавал межпоколенный характер противостояния ученых-гуманитариев.

Как видно из его статьи, взаимоотношения были сложными. Сторонники доминировавшей после идеологических накачек 1940 - начала 1950-х гг. «булгаристской» школы были представителями более старших возрастных групп, к тому же некоторые из них обладали и административной властью — в частности, М.З. Закиев, являвшийся одним из активных адептов «булгаристской» теории, был с 1986 г. г директором ИЯЛИ, затем - местным академиком и академиком-секретарем Гуманитарного отделения АН РТ. Последний, в ходе научной дискуссии со своими оппонентами из среды более молодого поколения гуманитариев, работавших в том же самом научном учреждении, не чурался использовать и методы прямого административного давления на «молодежь». Приведем только один пример, связанный административным наказанием за «неподобающую» научную деятельность - за публикацию несанкционированного директором М.З. Закиевым сборника «Из истории Золотой Орды» (1993), включающего и доклады, прозвучавшие на отдельном научном симпозиуме.

Симпозиум был проведен в рамках посвященной 70-летню Ф.Х. Валеева «официальной» конференции на тему «Культура, искусство татарского народа»: истоки, традиции, взаимосвязи» (14 -16 мая 1992 г.), проходившей в ИЯЛИ, сторонниками «татаристской» концепции. Двое ученых из ИЯЛИ (Д.М. Исхаков, Г.Ф. Сулейманова-Валеева), вошедших в редколлегию сборника и сыгравших основную роль в его издании, получили «строгий выговор» с формулировкой «за действия, направленные на отчуждение интеллектуальной собственности ИЯЛИ» (Приказ N113-л по ИЯЛИ от 22.10.1993).

На самом деле ИЯЛИ к этому, довольно содержательному сборнику, включающему и некоторые весьма важные для изучения национальной истории средневекового периода переводные работы, например, статью Ю. Шамилоглы о карача-беках, имел мало отношения, а из-за концептуального расхождения большинства публикаций, содержавшихся в нем, с взглядами академика М.З. Закиева шансы на его издание официальным путем были равны нулю. К тому же на публикацию этого сборника средства были изысканы вне бюджета (книга была издана при финансовой поддержке «Объединения художников Татарстана» и «Фонда им. М. Султан-Галиева»). Таких примеров на самом деле было много, и автор статьи очень хорошо знает механизмы действия «административного молота» того времени. Но не будем углубляться в эту специфическую область.

Ядром дискуссии, начавшейся еще в 1950-х гг., то есть задолго до ее нового витка в 1990- х гг., был спор о том, какой период - булгарский или золотоордынский - является ключевым в национальной истории. Нами в статье «Черное» постановление, или о духовном геноциде татарского народа» еще в 1991 г. отмечалось, что «важнейшие этапы формирования и развития татарского этноса в периоды Золотой Орды и Казанского ханства» до сих пор «освещались только под углом зрения булгарского происхождения татар» («Татар иле». 1991, N10 (июль)).

Поэтому когда академик М.З. Закиев в одной из своих статей («Татарстан», 1993, N12.) в 1993 г. писал, что ряд ученых (подразумевались Р.Г. Фахрутдинов, М.И. Ахметзянов, Д. Исхаков) «под предлогом защиты этнонима «татар» в самое ядро татарской истории стремятся ввести Золотую Орду, исключив булгар», он на самом деле делал акцент именно на булгарском этапе национальной истории, пытаясь его максимально удревнить, правда, вненаучными методами (Более четко это видно из его большой публикации 199 г. - См.: Проблемы этногенеза татарского народ // Материалы из истории татарского народа. - Казань, 1995.). Отсюда совершенно не случайно благожелательное отношение этого академика к постановлению ЦК ВКП (б) от 9 августа 1944 г. и его заявление, что несогласные с его позицией просто «не поняли» содержания данного документа (Закиев М. 50 лет поисков и открытий. - Казань, 1989).

Несмотря на стремление М.З. Закиева в этот период обвинить своих оппонентов в пренебрежении историей булгарского периода, ведущем, по его мнению, к «слому хребта татарской истории» (видите, где он помещает тот самый «хребет»? - Д.И.), никто из них и не думал отказываться от того или иного, в т.ч. и булгарского, этапа национальной истории, речь шла совсем о другом - об определении «ключевого» этапа этой истории, когда произошло формирование основного субъекта национальной истории - татарской народа. Здесь важно подчеркнуть, что за этой теоретической дискуссией скрывалось самое главное, а именно, вопрос о территориальных рамках национальной истории.

То, что основное внимание сторонники булгаристской концепции уделяли именно дозолотоордынскому этапу истории татар, видно и из работ других исследователей из этого направления. Все дело было в том, что труд под названием «История ТАССР» мог быть подготовлен и на основе «булгаристской» концепции, а вот «История татарского народа» - нет. Именно для написания общенациональной истории нужен был совершенно иной концептуальный подход.

Следует отметить, что работу Саляма Алишева издали в г, Чебоксары тиражом более 50 тысяч экземпляров. Таким образом, каждый чуваш мог купить античувашскую монографию. Активно распространяется по библиотекам работа С.Х. Алишева, который, крайне негативно относится к болгаро-чувашской истории. Отвергает болгаро-чувашский язык и считает, что чуваши никакого отношения не имеют к болгарам (как и Закиев).

Мудрый Дамир Исхаков далее отмечает, что в плане теоретического обсуждения поставленной проблемы очень существенными оказались несколько публикаций 1992 - 1993 гг. Прежде всего это статья И.Л. Измайлова «Татары средневековья. Этнополитическое самосознание населения Золотой Орды» («Татарстан». 1992, N11-12). В ней впервые была предложена научная гипотеза формирования средневековой этнической общности «татар» в Золотой Орде (Улусе Джучи) в связи со становлением этнополитической структуры золотоордынского общества. По мнению создателя этой гипотезы, «татарами» в золотоордынский период называли слой военно-феодальной знати и в целом кочевое, преимущественно тюркоязычное население. Раскрыв сложный социальный механизм становления этой этносословной общности, И.Л. Измайлов пришел фактически к заключению об этносословной стратифицированное золотоордынского общества, когда «татарами» являлись его верхи, то есть господствующая группа, а низы (черное, ясачное население) маркировались как «мусульмане» (бесермяне). Последнее положение вытекало из более ранних работ Д.М. Исхакова (См.: Исхаков Д.М. Татаро-бесермянские этнические связи как модель взаимодействия булгарского и золотоордынско-тюркского этносов // Изучение преемственности этнокультурных явлений. - М.: Ин-т этнографии АН СССР, 1980; Его же. Об этнической ситуации в Среднем Поволжье в XVI - XVII вв. (критический обзор гипотез о «ясачных чувашах» Казанского края) // «Советская этнография», 1988, N5).

В опубликованной через год второй фундаментальной статье И.Л. Измайлова «Улус Джучи: взгляд на средневековую империю» (Измайлов И. Улус Джучи: взгляд на историю средневековой империи // «Татарстан», 1997, N7) было подчеркнуто возвращение в 1940 - 1950 гг. отечественной историографии Золотой Орды не только к традициям «государственной школы», но даже обращение к «церковно-державным мифам XVI - XVII веков». При этом была раскрыта внутренняя связь между этой, ставшей господствующей в тогдашнем СССР, идеологической линией и «булгаристской» теорией. Как пишет автор, «в политическом плане эта историческая концепция (господствовавшая тогда в стране трактовка истории Золотой Орды. - Д.И.) служила обоснованию «ведущей роли русского народа среди народов СССР» и поэтому являлась «одной из идеологических опор Кремля». И.Л. Измайлов также призвал не умалять роли Золотой Орды и не идеализировать ее - «отбросить псевдонаучные представления» об этом государстве «как о «паразитическом» политическом организме и избежать сусальной трактовки относительно «мирного симбиоза «леса и степи». Здесь же был поставлен вопрос о том, что внедрение в Улусе Джучи имперской идеологии происходило в форме распространения «татарского» самосознания. Речь шла о том, что правящая элита поддерживала именно самосознание принадлежности к «царственному народу татар», которое внедрялось в сознание «всех народов».

Параллельно большая серия статей была тогда же опубликована Р.Г. Фахрутдиновым (См: Фахрутдинов Р.Г. Алтын Урда хэм татарлар // «Социалистах Татарстан». 30, 31 август, 3 сентябрь, 1991; Его же. Золотая Орда и история татар // Библиотека журнала «Казань», N9 -10. Татапса, Казань, 1992 - С. 8-14. Его же. Алтын Урда хэм татарлар // «Татарстан», 1993. N3: Его же. Татар татармы, татар тугелме? // «Мирас», 1992, N12; Его же. Золотая

Орда и ее роль в истории татарского народа // Из истории Золотой Орды. - Казань, 1993). Они в 1993 г. были переработаны в три брошюры научно-популярного профиля (Фахрутдинов Р.Г. Золотая Орда и татары. Что в душе у народа. - Наб. Челны, 1993; Его же. Татар угьлы, татармын. - Челны, 1993; Его же. Алтын Урда хэм татарлар. Эхлиуллин. Бурелэр хэм этлэр. - Чаллы, 1993). Так как содержание этих публикаций достаточно близко между собой, далее мы будем рассматривать лишь некоторые общие моменты, содержащиеся в этих работах, причем в основном будем опираться на статью этого автора «Золотая Орда и ее роль в истории», оформленную как научная публикация.

Следует сказать, что Фахрутдинова я знаю лично, он мне подарил свою книгу «История татарского народа и Татарстана». Историк написал «Глубокоуважаемому Геннадию Ильичу Тафаеву на добрую память( Автор Фахрутдинов Р.Г. (23.IX. 2002 г.) [3]. Исследования Фахрутдинова чаще всего доброжелательны к чувашам, он верно пишет о Волжской Болгарии и Золотой Орде. Конечно, он не использует термин «болгаро-чуваши», но и не «затирает» их.

По мнению татарских исследователей, Фахрутдинов является сторонником Золотой Орды (теории). Дамир Исхаков указывает, что главный тезис Р.Г. Фахрутдинова заключается в том, что «Золотая Орда была общим и единым средневековым государством для всего татарского народа, всех его этнографических групп» (Фахрутдинов Р.Г. Золотая Орда и ее роль в истории татарского народа). Однако эта общая формула выявила некоторые проблемы, в частности, имеющие отношение к этническим процессам, происходившим в рамках данного «татарского» государства. По заключению Р.Г. Фахрутдинова, в период Золотой Орды «татары» были уже этносом, «почти сложившимся в народность», однако падение этого государства в 1430-х гг. не позволило завершиться формированию в его недрах «татарской народности». Поэтому время «окончательного» завершения сложения этой народности с ее «этнографическими группами» (казанские, крымские, сибирские, астраханские, касимовские татары) этот исследователь предпочел датировать периодом существования татарских ханств. При этом констатировалось, что «общественный строй и политическая система» последних базировались на золотоордынском наследии. Тем не менее, как полагал этот автор, из-за «расчленения золотоордынского государства» сложились «этнографические группы», обладавшие «современными языковыми и этнокультурными различиями», правда, составляющие «татарский народ с единым, объединяющим все эти группы этнонимом «татары». Таким образом, основным этапом становления татарской народности Р.Г. Фахрутдинов считал XIII - XVI вв., причем завершающий период этого процесса приходится у него на XV - XVI вв.

Вторым аспектом проблемы, по мнению Исхакова, оказался вопрос о том, из каких этнических компонентов сложилась данная «народность». По его мнению, консолидирующей основой формирования всего татарского народа являлось древнетатарское население, чьи этнические истоки восходят к периоду Тюркских каганатов. Причем у этого исследователя отчетливо выявлялась тенденция поиска «татарского» компонента среди кипчаков, что вообще-то не лишено некоторых оснований, но до сих пор не получило специальную трактовку. Кроме того. Р.Г. Фахрутдинов ясно представлял, что разные группы татар имели неодинаковые этнические составные, в частности, он прямо писал о роли булгарского населения в этногенезе казанских татар. Вот его точная формулировка: "Волжская Булгария - это лишь часть средневековой истории татарского народа, состоящего, как известно, не только из казанских татар. К тому же сама Волжская Булгария с середины XIII в. органически вошла в состав Золотой Орды». Но в целом общетеоретическая концепция Р.Г. Фахрутдинова отличалась от позиции И.Л. Измайлова, исходившего для золотоордынского этапа больше не из теории «слияния» разных этнических компонентов, а из теории смены этнополитического самосознания основного населения Золотой Орды (Измайлов И, Будет ли преодолен кризис // «Молодежь Татарстана». N24,14 - 20 июня. 1996). Поэтому то научное направление, которого придерживался Р.Г. Фахрутдинов. в дальнейшем обособилось от основного «татаристского» подхода. Однако в 1993 г. этого еще не было видно.

К этим изданиям в 1993 г. добавилась и брошюра Д.М. Исхакова «Татары» (Исхаков Д.М Татары (популярный очерк этнической истории и демографии). Закиров А. «Темные закоулки» российской истории (преступления империи). - Набережные Челны), в целом близкая по содержанию к публикациям И.Л. Измайлова и Р.Г. Фахрутдинова. Так, по поводу этнических процессов, происходивших в XIII - XIV вв. в Золотой Орде, там говорилось: «...численно преобладавшие... кипчаки ассимилировали все остальные тюркско-монгольские племена, но усвоили этноним «татары». Далее констатировал» что в татарских ханствах, образовавшихся после распада Золотой Орды, «татарами именовала себя феодальная верхушка... состоящая в основном из золотоордынских татар».

Подводя итог по фальсификации истории древнеболгарской (древнечувашской) истории мы можем отметить:

  1. Борьба в татарском обществе по двум цивилизационным кодам продолжается и в XXI веке;

  2. Чувашская общественность, зная свой цивилизационный код, оказалась в 90 гг. XX века в расколотом состоянии (кроме смены государственной системы);

  3. В условиях массового изъятия татарскими историками истории чувашей, часть творческой интеллигенции растерялась и пошла на путь перехода на сторону фальсификации их мифов, типа истории «Джагфар тарихы».


Литература:

  1. Дервиш Кондр-батор – Ульяновск. – 2012. – С. 42

  2. Дервиш Кондр-батор – Ульяновск. – 2012. – С. 42

  3. Фахрутдинов Р.Г. История татарского народа и Татарстана // Р.Г. Фахрутдинов – Казань. 2000. – 225 с.

Похожие:

Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии iconБолгар тарихы
Бу «Болгар тарихы» нигездә «Нариман тарихы»на таянып төзелде. (Краткая Булгарская история на русском языке) (с 322 века до н э до...
Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии iconБолгар тарихы
Бу «Болгар тарихы» нигездә «Нариман тарихы»на таянып төзелде. (Краткая Булгарская история на русском языке) (с 322 века до н э до...
Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии icon«Фальсификации источников и национальные истории». В сборнике анализируется...
Книга предназначена как для специалистов-источниковедов, так и для широкого круга читателей, прежде всего преподавателей и студентов...
Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии iconФ. Г. Х. Нурутдинов Важнейшие символы и гербы родов, городов и губерний булгар
У булгар, как и других народов, были свои символы, тамги или бильге (гербы, знаки) родовые, городские и губернские, однако о них...
Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии iconБаня на Руси (мыльня, мовня, мовь, влазня, байна) была в обиходе...
Переславле по указанию епископа Ефрема, ставшего затем киевским митрополитом, была построена большая каменная баня. На месте города...
Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии iconЛетописи джагфара
ГБ/фсб с целью расколоть Тюркские этнические группы в противоположные лагеря, что это было написано неизвестным человеком утверждающим...
Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии iconУчебно-ознакомительной (ознакомительной) практики для высших учебных заведений
Встреча с организаторами учебно-ознакомительной (ознакомительной) практики, которые будут проводниками и наставниками в течение всего...
Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии iconКняжение Олега Вещего Олег Вещий ведёт армию к стенам Царьграда  в...
Олег Вещий ведёт армию к стенамЦарьграда в 907 году. Миниатюра изРадзивилловской летописи
Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии iconУпоминание в летописи о призвании варяжского конуга Рюрика на княжение в Новгороде

Мифотворчество в исследовании летописи «Джагфар Тарихы» о Волжской Болгарии iconДревнерусская литература. Летописи
Слово о законе и благодати автор Илларион /Киевский митрополит/. Период создания 1037-1050 гг
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница