Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0


НазваниеСтейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0
страница9/24
Дата публикации29.05.2013
Размер3.38 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > История > Документы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   24
Глава 5

Человек – животное политическое

Да хоть бы жен и не было в помине…

Еврипид

«Я не представляю, как мыслящий человек может быть счастлив в наше время», – произнес Цицерон незадолго до того, как Клеопатра впервые ступила на римскую землю. После изматывающего военного десятилетия причины для пессимизма были не только у оратора, но и у большинства римских граждан. В городе несколько месяцев «творился великий хаос», и Клеопатра отлично это знала, а потому старалась действовать с умом. При помощи своих советников царица наладила контакт с высшими слоями римского общества. Она не могла позволить себе пренебрегать особенностями тамошнего политического ландшафта. Жизнь города была пронизана острой тревогой о завтрашнем дне. Реформы Цезаря дали определенную надежду на будущее, но удастся ли ему снова сделать Республику единой? Слишком долго все жизненные устои пребывали в перевернутом состоянии, конституция попиралась, произвол брал верх над законом. Цезарь вознамерился вернуть жизнь в прежнее русло, благо его собственная власть крепла. Полководец контролировал выборы и влиял на приговоры суда, сводил счеты, награждал верных, наказывал предателей. Власть Сената таяла на глазах. Стали поговаривать, что в Риме под видом республики возрождается монархия. Раздосадованный Цицерон предсказывал три возможных варианта развития событий: «Бесконечная война, чудесное избавление или окончательная гибель».

Вернувшись из Испании, Цезарь во всеуслышание объявил о том, что последние сторонники Помпея повержены и гражданская война окончена. Полководец осел в Риме на долгие мирные четырнадцать лет. Их роман с Клеопатрой продолжался, несмотря на общественное мнение. Римский народ, совсем как мы сейчас, не мог взять в толк, отчего египтянка никак не уберется восвояси. Клеопатра давно привыкла к нелюбви толпы; теперь эта привычка оказалась кстати. Тому, кому приходится балансировать между поклонением и презрением окружающих, не позавидуешь. И все же трудно представить, что восточная красавица не вызывала у римлян если не восхищение, то по крайней мере любопытство. Следуя заветам отца, Клеопатра не упускала случая продемонстрировать щедрость; Авлет раздавал взятки и влезал в долги, его дочь делала дорогие подарки. В пользу царицы говорил и гибкий, утонченный ум – то, что всегда ценилось в Риме.

Появление египтянки сказалось и на римской моде; вслед за ней горожанки стали заплетать десятки маленьких косичек и укладывать их венцом вокруг головы. Римское общество было стратифицированным, в нем чрезвычайно ценился статус. Происхождение, образование, деньги имели огромное значение. Клеопатра была выходцем из среды, в которой социальные нормы ценились не меньше, чем в Риме. Застольные беседы римских интеллектуалов мало отличались от александрийских. Чуткая и внимательная гостья, египтянка быстро овладела искусством утонченной политической сплетни и столь ценимой в Риме ни к чему не обязывающей легкой болтовни, которая, как тогда говорили, дает настояться вину. Самым желанным собеседником был «не болтун и не молчун». За ужином говорили о политике, науке, искусстве, касались и вечных тем: что первично, курица или яйцо? Почему с возрастом развивается дальнозоркость? Отчего евреи не едят свинины? Клеопатра была гостьей Цезаря, и одиночество ей не грозило (сам Цезарь презирал кривотолки. «Сплетни его не интересовали», – уверяет нас Дион). Вилла диктатора притягивала интеллектуалов и опытных политиков. Всем хотелось познакомиться с утонченной, щедрой, экзотической царицей. И многим она наверняка нравилась. Но до нас дошли показания всего одного свидетеля, римского златоуста, который, по словам современников, «вгрызался в противников, словно пес». «Я ненавижу царицу», – заявил Цицерон. Историю пишут ораторы.

В сорок пятом году мастер красноречия был благообразным шестидесятилетним старцем, все еще красивым, несмотря на морщины и седину. Клеопатра застала Цицерона на пике вдохновения, в момент создания важнейших философских работ. За год до этого он оставил жену, с которой прожил тридцать лет, и женился на молоденькой девушке из богатой семьи. По словам самого Цицерона, на этот поступок его подвигли те же причины, что заставили Клеопатру искать защиты Рима: «Я не чувствовал себя в безопасности и не знал, где искать спасения от интриг негодяев, которым не давало покоя мое состояние». Однако оратор нашел путь к спасению: «Я предпочел верность новых друзей предательской натуре старых». Попросту говоря, Цицерон – одаренный отпрыск неродовитой семьи, вознесенный на вершину собственным талантом и непревзойденным политическим чутьем – женился второй раз из за денег.

В том, что Цицерон нанес визит Клеопатре, нет ничего удивительного, как и в том, что, едва выйдя от царицы, он тотчас обрушил на нее всю силу своего обличительного слова. У великого оратора были две интонации: льстивая и гневная. Обе в равной мере годились для одной и той же персоны; Цицерону ничего не стоило посылать человеку проклятья, а на следующий день присягнуть ему в верности. Он был великим писателем и великим себялюбцем с непомерно раздутым эго и острой чувствительностью к обидам, реальным и мнимым. Римский Джон Адамс, он прожил жизнь с оглядкой на будущие поколения. Цицерон верил, что его будут читать и через тысячу лет. Трудолюбивый и въедливый, да к тому же талантливый, он считал своим долгом знать, какими землями владеет каждый знатный римлянин, где он живет и в какие круги вхож. Оратор три десятилетия подряд находился в самом центре политических событий и не желал ничего пропускать. Он был помешан на власти и славе. Никто не мог избежать его железной хватки, особенно если был красив, богат, известен, способен содержать войско и имел пристрастие к красивой жизни в римском понимании. Кстати, самого Цицерона нельзя было назвать любителем репы. Он обожал роскошь во всех проявлениях.

Причиной размолвки, определившей судьбу Рима, стала обещанная Клеопатрой Цицерону книга или рукопись; очевидно, речь шла об одной из единиц хранения Александрийской библиотеки. Как бы то ни было, царица не выполнила обещания. Она даже не подозревала, что это означало для оратора. Позже Клеопатра еще сильнее ранила чувства Цицерона, прислав к нему своего человека. Посланник хотел видеть не хозяина дома, а его лучшего друга. Здесь великий оратор умолкает, будто не найдя, что сказать, но мы и через две тысячи лет понимаем, он был не столько обижен, сколько смущен. Цицерону не пристало что вести беседы с Клеопатрой, тем более просить ее об услуге. А ведь он успел ощутить на себе действие ее чар, да еще какое. Оратор принялся оправдываться перед товарищем, утверждая, что «говорил с царицей исключительно о литературе, и между нами не было сказано ни единого слова, которое я не решился бы повторить прилюдно». Ровным счетом ничего предосудительного. Посланец Клеопатры может подтвердить. Поздно: репутации Цицерона был нанесен ощутимый удар. Цицерон преисполнился гнева. Он больше не желал иметь никаких дел с египтянкой. Да что эта женщина себе позволяет? Мало кому доводилось платить такую цену за забытую книгу; отныне Клеопатра сделалась заклятым врагом оратора, который, впрочем, рискнул выплеснуть свой гнев в страстных речах, лишь когда та покинула Рим навсегда. Пока египетская царица оставалась в городе, Цицерон по прежнему захаживал на виллу Цезаря.

Кроме истории с книгой, у Цицерона были и другие причины встретить Клеопатру враждебно. Нераскаявшийся сторонник Помпея, он недолюбливал Цезаря, а тот в свою очередь относился к оратору весьма прохладно и ценил его мудрость не слишком высоко. Цицерону было в чем упрекнуть и отца Клеопатры. Он хорошо знал Авлета и считал из ряда вон плохим правителем: «его александрийское величество» не годился в цари «ни по крови, ни по духу». Непоколебимому республиканцу приходилось тратить на бесчестные египетские дела куда больше времени, чем ему хотелось бы. Когда Клеопатра была совсем юной, Цицерон рассчитывал на должность посла при дворе ее отца и всерьез переживал из за своей репутации в Риме и в истории. Отношения оратора с женщинами складывались нелегко. Он сетовал, что его первая жена слишком сильно интересуется политикой и пренебрегает домашними делами. Цицерон только успел избавиться от одной сильной женщины, и ему вовсе не улыбалось иметь дело с другой такой же. В то же время он обожал свою дочь Туллию и гордился тем, что сумел дать ей первоклассное образование. Туллия умерла родами в феврале сорок пятого года. Ей не было и тридцати. Несчастный отец был убит горем. Боль утраты он ощущал почти физически. Оратора то и дело охватывали приступы рыданий, и друзья подолгу не могли его успокоить[33]. Потеря не заставила Цицерона смягчиться по отношению к другой умной и образованной женщине, ровеснице его дочери, которую, безусловно, ожидало славное будущее. Убедившись, что новый брак не оправдал ожиданий, оратор с легким сердцем избавился от юной жены через несколько месяцев после свадьбы.

«Высокомерие царицы, которое она не раз демонстрировала, гостя на берегу Тибра, заставляет мою кровь кипеть от возмущения», – неистовствовал Цицерон в середине сорок четвертого года. Кто бы говорил. Оратор и сам признавал: «Порой я бываю склонен к неразумному тщеславию». Позже Плутарх высказался по этому поводу еще более определенно. Цицерон, несомненно, обладал выдающимся умом, блестяще владел словом, но при этом был до отвращения самовлюбленным. Его лучшие сочинения пронизаны бесстыдной похвальбой. Дион выразился еще резче: «В своем поколении он был самым выдающимся хвастуном». Тщеславие было основным источником творчества Цицерона и едва ли не единственным смыслом его жизни. Для мыслителя не было большего наслаждения, чем тайком обойти закон о роскоши. Цицерону нравилось чувствовать себя богатым интеллектуалом, собирателем книг. И в этом крылась главная причина нелюбви оратора к Клеопатре: образованные женщины, владевшие более обширными библиотеками, оскорбляли его самим фактом своего существования.

Цицерон называл Клеопатру бесстыдной, однако «бесстыдство» вообще было его любимым словом. Цезарь не знал стыда. Не ведал его и Помпей. Союз Цезаря с Марком Антонием – для которого у оратора нашлось немало нелестных выражений – был воплощением бесстыдства. Александрийцы были совершенно бесстыдны. Бесстыдной оказалась и победа в гражданской войне. Цицерон привык, что все вокруг слушают только его. Не хватало еще соревноваться в остроумии с Клеопатрой. И с чего это она держится так заносчиво? Царственные манеры восточной гостьи оскорбляли чувства убежденного республиканца, который не мог похвастать знатным происхождением. Впрочем, высокомерие Клеопатры раздражало не только Цицерона. Возможно, царице и вправду стоило вести себя более осмотрительно. Возможно, она действительно проявляла бестактность и характерную для своего семейства спесь. Клеопатра не терпела панибратства и не стеснялась напомнить собеседникам, что перед ними правительница великой страны. Презрение – лучший способ защиты для того, кто оказался среди чужаков; у царицы были все основания смотреть на римлян свысока. Никто в городе не мог сравниться с ней благородством происхождения. Цицерона это приводило в ярость.

Обстановка вокруг гордой царицы и безутешного философа все больше накалялась. Поглощенный военными заботами, Цезарь не спешил решать другие проблемы, не менее важные, по мнению его сограждан. Список дел выходил весьма внушительный: реформа суда, сокращение расходов, восстановление казны, введение общественных работ, признание новых граждан, исправление нравов, возвращение былых свобод. Иными словами, «спасение самого славного из городов от окончательного падения». Цицерон вместе со всеми пытался постичь мотивы диктатора: задача, обреченная на провал в сорок пятом году и по сию пору весьма неблагодарная. Полководца осыпали всеми мыслимыми почестями, почти обожествляли, точно какого нибудь восточного монарха. В храмах начали ставить его статуи. Его изображение из слоновой кости, словно образ бога, несли по улицам во время процессий. Цезарь пользовался практически неограниченной властью. (Цицерон тщательно подсчитывал очередные проявления бесстыдства, с подобострастием принимая приглашения на виллу диктатора). В то же время среди римлян подспудно росло недовольство: Цезарь был известен как полководец, выигравший триста два сражения, тридцать раз одержавший верх над галлами, «неустрашимый и непобедимый». Но он же был излишне склонен к компромиссам, не уважал традиции, вел себя как солдат, но не как политик. В городе то и дело случались вспышки недовольства, умело подогреваемые Цицероном и прочими экспомпеанцами.

В феврале сорок четвертого года Цезаря провозгласили пожизненным диктатором. Новые привилегии сыпались на него, словно из рога изобилия. Отныне он должен был носить одежды триумфатора и восседать в кресле из слоновой кости, определенно напоминавшем трон. Впервые в римской истории его изображение стали печатать на монетах. Сообразно обожанию росло и недовольство, хотя Сенат сам «всячески восхвалял и превозносил его, чтобы потом распространять клевету о том, с каким наслаждением он принимает восхваления и с каким высокомерием – почести». Цезарю, быть может, стоило отказаться от такой чести, но не принять подношений означало оскорбить дающих. Трудно сказать, что перевесило, чудовищное эго или немыслимые почести, но эта тяжесть в один прекрасный день похоронила Цезаря. В довершение ко всему, полководец затеял новую грандиозную военную кампанию, не сулившую его согражданам ничего хорошего. Цезарь обратил свой взор на Парфию, страну на восточной границе Рима, до сих пор сопротивлявшуюся притязаниям могущественного соседа. Предстоящая разлука могла разбить Клеопатре сердце, сам диктатор в то время жаловался на здоровье, но Парфия открывала Риму путь в Индию. Пятидесятипятилетний Цезарь задумал поход, обещавший продлиться не менее трех лет. О Парфию в свое время сломалась военная машина Александра Македонского. Цицерон сомневался, что Цезарь вернется назад.

В начале весны сорок четвертого года полководец отправил шестнадцать легионов и большую часть конницы в Парфию, пообещав, что возглавит их восемнадцатого марта. Отдав необходимые распоряжения о том, что делать в его отсутствие – Клеопатра наверняка старалась им следовать, – Цезарь начал спокойно собираться в дорогу, но по городу катилась волна уныния и страха. Кто будет править в городе? Что станет с Римом? Беспокойство было вполне обоснованно: отправляясь в Египет, полководец оставил вместо себя Марка Антония. Тот оказался неумелым и ненадежным правителем и ко всему прочему снискал репутацию расточителя. Тех, кто ждал, когда Цезарь наконец восстановит Республику, смутило зимнее предсказание оракула. По словам пророка, Парфия могла покориться только царю. Стало быть, чтобы одержать победу, диктатор должен был принять корону. Предсказание можно было со спокойной совестью проигнорировать – оракулам в Риме не очень то верили, – но оно отчасти объясняло, отчего Цезарь поселил Клеопатру на своей вилле. Конечно, у диктатора могли появиться царственные амбиции, однако он и сам должен был прекрасно понимать, что не годится для престола. Цезарь слишком долго пропадал в походах, чтобы разбираться в римских делах, и был чересчур властным там, где монарху надлежало проявлять терпение и мудрость. Для того, кто не мог царствовать сам, было вполне естественно искать близости царственной особы.

До сорок четвертого года мартовские иды, знаменующие начало весны, были у римлян любимым праздником и поводом для большой пирушки. Придуманные в честь древней богини конца и начала, иды превратились в лихую и шумную встречу нового года. Компании гуляк ставили шалаши на берегу Тибра и ночь напролет веселились под полной луной. Последствия веселья нередко давали о себе знать через девять месяцев. В иды сорок четвертого утро выдалось пасмурным; проснувшись с рассветом, Цезарь уселся в паланкин и отправился на заседание Сената отдать последние распоряжения. На роль его местоблюстителя претендовали двое: яркий молодой политик Публий Корнелий Долабелла и любимец диктатора Марк Антоний. Сенат собрался в просторном зале, примыкавшем к театру Помпея. Когда в собрание вошел Цезарь с лавровым венком на голове, все поднялись с мест; полководец уселся в новое золоченое кресло. Было около одиннадцати утра. Цезаря окружили сенаторы, среди которых было немало его друзей. Оказавшийся в толпе проситель протянул диктатору петицию и попытался поцеловать ему руку. Цезарь попытался отстраниться, но проситель вдруг резко подался вперед, вцепившись в полководца и сорвав тогу с его плеча. То был условный сигнал. Вокруг Цезаря сомкнулось кольцо, сверкнули ножи. Диктатору удалось уклониться от первого клинка, но на него тотчас же обрушился град ударов. Каждый заговорщик спешил нанести рану своей жертве, целя в лицо, бедра, грудь, иногда случайно задевая товарищей. Цезарь пытался сопротивляться, страшно напрягая свою жилистую шею, «бешено вращая головой от одного убийцы к другому и рыча, словно дикий зверь». Наконец он со стоном уткнулся в складки своего плаща – совсем как Помпей у египетского берега – и рухнул наземь.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   24

Похожие:

Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconСтейси Шифф Клеопатра Стейси Шифф клеопатра максу, Милли и Джо Глава 1 Эта египтянка
Посмертная жизнь Клеопатры оказалась удивительно насыщенной: она побывала астероидом, компьютерной игрой, рекламной картинкой, маркой...
Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconЛейн Р., Стейси С. 5 генотипов 5 диет
В. В. Жириновский. Всемирный обман. Избранные места из книги. – М.: Издание Либерально-демократической партии России. 2003 г
Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconГенри Райдер Хаггард Клеопатра
В романе «Клеопатра» Хаггард создает еще одну легенду о знаменитой царице Клеопатре VII, повелительнице независимого Египта. Роман...
Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconБаффетология Мэри Баффет rus Баффетология calibre 16 20. 11. 2012...
Перевёл с английского П. А. Самсонов по изданию: buffettology (The Previously Unexplained Techniques That Have Made Warren Buffett...
Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconВільям Шекспір Антоній І Клеопатра
Веління грізне: «Те зроби й оте; Постав цього на царство, скинь того; Як ні,- скараємо»
Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconТел. (044) 537 63 64 моб. (067) 770 91 51 Стоимость:  725 у е
Даты:  27. 07. 2012 28. 07. 2012 29. 07. 2012 03. 08. 2012 04. 08. 2012 05. 08. 2012 10. 08. 2012 11. 08. 2012
Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconAnnotation Для того, чтобы посмотреть, как развивается зародыш, Клеопатра...

Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconБернард Шоу Цезарь и Клеопатра
Слушайте меня вы, женщины, облекающиеся в соблазнительные одежды, вы, скрывающие мысли свои от мужчин, дабы они верили, что вы считаете...
Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconБернард Шоу Цезарь и Клеопатра
Слушайте меня вы, женщины, облекающиеся в соблазнительные одежды, вы, скрывающие мысли свои от мужчин, дабы они верили, что вы считаете...
Стейси Шифф Клеопатра en Стейси Шифф calibre 66 2012 464f46f9-1d1e-45c5-ac96-70119f2406f5 0 iconАнти Карнеги «Анти Карнеги»
Второе произведение, включенное в этот сборник, принадлежит перу Дейла Карнеги и содержит уникальное собрание малоизвестных фактов...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница