Уилл Эллиот «Пилигримы»


НазваниеУилл Эллиот «Пилигримы»
страница9/40
Дата публикации02.04.2013
Размер5.79 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > История > Документы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   40

Глава 15
Кейс брел по широким коридорам. Замок казался полным жизни и гудящим, как улей, с четко отлаженным распорядком, как в больнице. В коридорах было столько людей, что не было никакой необходимости ступать бесшумно, однако Кейс осторожно огибал мужчин и женщин, спешащих куда то в своих одинаковых балахонах с пустыми лицами, на которых не отражалось никаких чувств. Они ни разу не остановились, чтобы поболтать или посплетничать. Если же эти люди и перекидывались фразами, то редко говорили громко, подслушать ничего не удавалось, тем более что реплики длиннее одного двух слов иномирец пока не слышал. У некоторых в руках были свитки, другие несли их связками, перекинув через плечо. То и дело кто то неожиданно выскакивал из дверей то с одной, то с другой стороны, и все уверенно шли по своим непонятным делам, двигаясь как муравьи в муравейнике. Кейсу упорно казалось, что с ними что то не то, но он никак не мог понять, что именно: чего то неуловимо не хватало. Может, неправильным было то, что рты слуг все время были приоткрыты, или же мертвая пустота в их глазах. А может, тишина, царившая в замке, несмотря на то что столько людей все время снует по коридорам. Единственным звуком, раздававшимся здесь, были торопливые, шаркающие шаги.

Когда открывались двери по сторонам широких коридоров, Кейс заглядывал в них. За некоторыми дверями он обнаружил кладовки, заполненные самыми обычными предметами, не представляющими для него никакого интереса – чашки, тарелки, какие то инструменты, простые ювелирные изделия вроде серебряных бус, похожих на ту нитку, что висела на шее незваного гостя. Все эти вещи явно были ценными, так как в этих помещениях непременно присутствовали мужчины весьма серьезного вида с мечами и наблюдали за слугами.

В других комнатах за столами сидели люди, которые, судя по их жестам и мимике, обсуждали дела чрезвычайной важности. Что то отличало их от остальных обитателей замка. Они, конечно, были одеты по другому, однако Кейс чувствовал, что дело не в этом. Такое впечатление, что кто то нажал на кнопку «включить» – или же остальные были выключенными. Кейс миновал несколько таких совещательных комнат, а затем остановился в дверях одной из них, чтобы послушать, думая, что здесь, возможно, окажется тот человек, которого ему нужно отыскать.

– Если вы позволите, мне представляется, что это… Я не стану говорить о паранойе, однако, признаюсь, мне не удалось подметить даже проблеска дальнейших устремлений у этого генерала на следующем обеде.

Остальные сидящие за столом обменялись взглядами, выражавшими мрачное беспокойство. Наконец один из них медленно произнес:

– Возможно, кто то здесь более проницательный, нежели вы.

Первый говоривший потрясенно отозвался:

– Да, разумеется. Я вовсе не имел в виду, что ставлю под сомнение…

– Вы уже поставили под сомнение очень многое. Уже, – усмехнулся оппонент, словно предвкушал, как отведает человеческой крови.

Кейс послушал еще немного, а затем предоставил озабоченному каким то генералом собранию предаваться обсуждению своих проблем и секретов без его внимания. Чуть дальше из за открытой двери вырвался поток ледяного воздуха и тумана, тут же распространившихся по коридору. В комнате оказалась просторная зала, на полу которой были разложены большие куски голубого льда. В каждый блок были словно впаяны странные силуэты – если только это не очередная мистификация, то внутри находились рогатые создания, идентичные тому чудищу, которое подпалило себя там, у двери в этот мир. Их было очень много, все застыли во льду с открытыми глазами. Интересно, живы они или мертвы? Кейс не знал ответа.

С глыбы льда, стоявшей ближе всего к двери, бежали струйки воды – она медленно таяла. Боевой маг, вмороженный в синий кристалл, смотрел прямо на дверной проем, где сейчас замер Кейс. Старик содрогнулся, поспешно отошел – и вскоре совершенно потерялся.

Казалось, этому лабиринту коридоров, арок и дверей, ведущих в загадочные комнаты, не будет конца. Когда один переход внезапно разветвился, Кейс выбрал путь, ведущий наверх и покрытый красным ковром, – он вспомнил, что Азиель пыталась издавать скорбные крики так, чтобы их слышал некто сверху. Верхние ступеньки охранялись многочисленными стражниками, вооруженными тяжелыми щитами и копьями, однако они даже не дернулись, когда старик осторожно крался мимо.

Он оказался в просторном зале, где бесконечное шуршание шагов, наполнявшее весь замок, неожиданно стихло и уже не заглушало звука его собственных. Высокие застекленные окна вдвое превышали рост человека и располагались через равные промежутки с каждой стороны зала. Перед каждым сидели люди, осторожно что то записывающие на свитках карандашами. Окна вроде бы выходили просто наружу, однако Кейс разумно предположил, что они были сродни телевизорам или чему то вроде того, поскольку в них не виднелось ни неба, ни прекрасного пейзажа, который он ожидал лицезреть с такой высоты. Ближайшее к нему стекло отражало место, которое, судя по всему, находилось посреди какого то города: на заднем плане он увидел здания и то, что могло быть пабом. В следующем окне виднелись женщины в лохмотьях, они медленно шли мимо рынка, таща тележку, полную соломы, которая то и дело падала на землю, и мальчишка сноровисто поднимал ее.

В некоторых были лишь зеленые поля, на которых ничего не происходило, если не считать легкого ветерка. Однако наблюдатели старательно пялились в отведенные им окна, делая ничуть не меньше записей, чем все остальные. Кейс заглянул им через плечо, но не смог ничего разобрать. Если уж он говорил теперь на их языке, значит, сумел бы и прочесть написанное.

В следующем окне он узрел нечто, больше всего походившее на огромную, нависавшую над миром стену из прозрачного, как стекло, льда, верхняя грань которой находилась так высоко, что скрывалась из вида, словно протягивалась до самого неба. То ли одна стена была такой длинной, то ли их было несколько, неотличимых друг от друга, – некоторые окна наблюдали за ней с других точек, одни, например, с травянистых равнин, другие – из за деревьев, третьи – с полей, покрытых лишь песком и гравием. Перед некоторыми отсеками стояли огромные серые статуи с круглыми лицами, лишенными черт. Высотой они могли поспорить со зданиями.

Эти видения были столь четкими, что Кейсу показалось: шагнешь в окно – и окажешься в нужном тебе месте. То и дело один из наблюдателей прикасался к плитке коричнево рыжего камня – такие стояли на столах перед каждым из них, – и вид в окне смещался влево, вправо или начинал вращаться по кругу. Затем они внимательно наблюдали за изменениями и снова делали какие то пометки в свитках.

Окна тянулись по всему длинному залу, насколько хватало глаз. Кейс даже не стал приглядываться к большинству – все показывали приблизительно одно и то же, то есть виды на выбранные наугад места. Он спокойно шел себе мимо до тех пор, пока не увидел окно, выходящее на широкую дорогу, по которой сновали бесчисленные машины. Машины? Грузовики? И их очертания отнюдь не были незнакомыми – вон проехал «форд»! Это обычный город, настоящий город!

В следующем окне открывался схожий вид. То же самое место или другой город? Здесь оказался мост, который выглядел смутно знакомым, видимо, какая то достопримечательность, хотя Кейс никак не мог вспомнить, где он находится. Все эти окна выходили на реальные места в реальном мире. Наблюдатели этих окон казались взволнованными, словно каждый пейзаж представлял собой большую редкость, и они толпились перед каждым таким стеклом по трое четверо.

Старый пьяница испытал почти непреодолимое искушение снова снять ожерелье – просто чтобы спросить у этих людей, какого дьявола они творят. У него возникло ощущение, словно он обнаружил человека, тайком забравшегося в его сад и подсматривающего из за угла. «Получается, они знают о нашем существовании, – подумал Кейс, – хотя мы не имеем ни малейшего понятия о них. Это нехорошо…»

А еще он заметил, что пейзаж, открывавшийся в этих последних окнах, был размытым, иногда на мгновение угасал, погружаясь во тьму, словно кто то закрывал глаза. Через минуту или около того все стекла, показывающие Землю, неожиданно погасли. Писцы, казалось, ничуть не были удивлены этим, только разочарованно вздохнули, отложили карандаши и приготовились ждать возобновления связи.

Что то привлекло взгляд Кейса – странная женщина, стоявшая прямо посреди зала, широко расправив крылья, совершенно нагая, если не считать бус, похожих на его собственные, висящие на шее. Она выглядела точно так же, как отражение Кейса в зеркале плачущей девушки – лишь контуры, по большей части прозрачные внутри. Больше никто не смотрел в ее сторону, и двое зомби, обряженных в бесформенные балахоны, прошли совсем рядом с ней.

Выражение прекрасного лица не изменилось ни на йоту – женщина наблюдала. Она взмахнула рукой, безмолвно говоря: «Сюда». Наконец то нашелся хоть кто то способный помочь ему! Однако в следующее мгновение женщина исчезла.

Когда он миновал то место, где она стояла, раздался тихий голос:

– Ничего не говори. Ты слишком долго копаешься! Иди вдоль стены по правую руку. Там есть огромные покои, на двери скрещенные шпаги. Проникни внутрь. Больше не снимай амулет. Постарайся вообще до него не дотрагиваться. Больше я помочь ничем не могу. Сюда идет маг. Мне пора бежать.

Мимо него пронесся порыв воздуха, словно что то промчалось рядом. Несколько человек, сидящих у окон, встревоженно обернулись, затем вернулись к своим заметкам. А потом в зал вышло создание из самых жутких кошмаров.

У боевого мага были рога – и у этого существа тоже, однако у него они оказались толще, длиннее и вились к самым плечам. В остальном же он был ничуть не похож на ту тварь, что встретилась Кейсу в самом начале. Непропорционально большая по сравнению с телом голова клонилась вперед – вес ее для тощей шеи был слишком велик. Одна сторона лица выглядела совершенно ужасно, словно ее когда то расплавили, а потом кто то грубо скалывал остывший воск. В пустую глазницу был вставлен квадратный сверкающий драгоценный камень, который свободно вращался по мере того, как тварь обозревала зал.

Если это и впрямь был человек, то было трудно представить себе более безобразного типа – по крайней мере, Кейсу не удалось. Даже если изуродовать «нормальную» половину его лица, вряд ли общий вид станет намного хуже. В одной руке существо сжимало длинный посох, оканчивающийся трезубцем. Другая – с той же стороны, что и расплавленная половина лица – казалась неспособной функционировать. Как и нога, она была почерневшей и съежившейся, усохшей до тонкой клешни, беспрерывно подергивающейся и дрожащей. Казалось чудом, что узловатая кость вообще выдерживала вес чудовища, хромавшего по залу.

Оно прошло совсем рядом с Кейсом, постаравшимся расплющиться о стену. Клац клац клац – именно такие звуки издавал серебряный трезубец, постукивающий о пол. Маг опирался на него, щадя изуродованную, обожженную ногу. Длинная копна не волос, а перьев свисала с затылка, развеваясь в воздухе не хуже плаща.

Голова чудовища поворачивалась то в одну сторону, то в другую по мере того, как оно проходило мимо окон. Его глаз, не обращая ни малейшего внимания на череду людей, одетых в балахоны, безразлично скользнул по дверному проему и на мгновение – или же Кейсу просто померещилось – замер на том месте, где стоял незваный гость. Для такого монстра раздавшийся голос прозвучал слишком мягко, вежливо и спокойно, словно говорил образованный, мудрый человек:

– Скажите ка мне, кто из вас носит амулет?

Наблюдатели за окнами мгновенно оторвались от своих свитков и как один повернулись к магу.

– Не я, Архимаг.

– И не я.

– Не я, Архимаг.

Каждый отрицал. Губы Архимага дернулись на более менее здоровой стороне его лица. Он терпеливо ждал, пока каждый наблюдатель отчитается, на что потребовалось несколько минут, а затем произнес:

– Неужели никто? Никто из присутствующих здесь не носит амулета?

Ответа не последовало. Наблюдатели вернулись к своей работе. Драгоценный камень, заменявший магу второй глаз, блеснул под лучами света и завертелся в глазнице, заставив плоть вокруг сморщиться, и огромная голова чудища стала медленно поворачиваться, словно сканируя зал.

– Не имеет значения, – наконец произнес он, побарабанив пальцами по тяжелому посоху. – У таких вещей есть множество функций. И использовать их можно по разному.

Было нелегко интерпретировать выражение изуродованного лица, однако Кейсу показалось, что Архимаг погрузился в глубокие раздумья, словно что то его очень обеспокоило. Он резко развернулся и похромал прочь, куда поспешнее, нежели на пути сюда, и уже не обращая внимания на окна.

Кейс закрыл глаза, глубоко вздохнул и решил, что он уже насмотрелся на всяких странных типов и на это место. Ему до ужаса захотелось выбраться отсюда, отыскать где нибудь таверну и выклянчить кружку местного эля. После всего пережитого он был готов петь и танцевать, развлекая зевак, если это поможет получить желаемое.

Старик вприпрыжку помчался прочь, уже не думая о людях в балахонах, мимо которых проходил, сшибив парочку и оставляя за собой череду озадаченных лиц. Зал с окнами наконец закончился, свернув в другой коридор, только куда более узкий.

– Где Ву? – заорал Кейс, схватив за шкирку первого попавшего типа в балахоне. – Ваш король и президент или кто он там… Где он?

Молодой человек прищурился:

– Это вы, Архимаг?

– Конечно. Если тебе так угодно, – не стал спорить Кейс.

– Но я вас не вижу, Архимаг!

– Разумеется, нет! Я владею силой.

– Могущественной силой, Архимаг. Это проверка, Архимаг?

– Где этот Ву?

– Наш Друг и Владетель пребывает в своих покоях. Ему недавно подали обед. С тех пор никто его не беспокоил, Архимаг.

– Где его покои, ты, уродливый ублюдок?

Молодой человек робко поднял руку, указывая на что то за спиной Кейса. Там оказалась та самая дверь, которую описывала крылатая женщина, со скрещенными шпагами над косяком. Она была приоткрыта. Кейс уверенным шагом направился было к ней, но вовремя спохватился. Ладно. Если именно это ей нужно… Он проберется внутрь, выполнит задание, а затем можно будет потребовать выпивку в награду, и тогда эта женщина расскажет, что случилось с Эриком. Слишком много времени потрачено зря на это мерзкое дело, чтобы сейчас его провалить. «Сделай все как положено, Стюарт Кейси, хотя бы раз в жизни!» – велел себе пьяница, собираясь с духом.

За дверью виднелась огромная комната с тяжелыми книжными полками вдоль одной стены, толстым ковром на полу в центре, щедро покрытым узорами из золотой нити. Горящие свечи на массивных подсвечниках заливали комнату ласковым янтарным светом. На дальней стене – занавешенное окно.

В комнате не было ни охранников, ни слуг. Только один человек без единого движения сидел на троне у дальней стены. Кейс сперва принял его за скульптуру – одно колено приподнято, в него упирается локоть. На мужчине был странный церемониальный наряд из сияющего шелка.

Кейс сделал глубокий вдох и вошел внутрь.

Голова правителя была наклонена под странным углом, а глаза, словно остекленевшие, чисто голубого цвета, ни разу не моргнули. Ву был стройным, по возрасту, возможно, не старше Эрика, но почему то при этом не выглядел молодым. Золотистые волосы были аккуратно коротко подстрижены, обнажая слегка выпуклый лоб. Ву был красив, обладал строгими, правильными чертами, однако вместе с тем казался ужасно хрупким, словно один сильный удар способен сразить его.

Кейс подошел ближе, ступая совершенно бесшумно. На шее Ву он увидел длинное ожерелье, похожее на амулет женщины с крыльями, однако заметно более новое. На пальцах поблескивали кольца. Неподалеку от трона был накрыт маленький столик; на нем стояла тарелка с едой и кубок вина. Взгляд Кейса невольно задержался на последнем, и он ощутил сильнейшее желание подойти и опустошить его, что бы ни случилось с ним потом.

Ву наконец пошевелился, склонив голову в сторону Кейса, прислушиваясь к чему то.

– Она плакала совсем недолго сегодня утром, – тихо произнес он. Кровь застыла в жилах у старика. – Она не плакала для меня. Возможно, наконец то она начала учиться.

Ву замолчал. Рука, сжимавшая подлокотник трона, была напряжена, костяшки побелели, а ногти врезались в золото. Ву посмотрел на другую руку, царапающую ткань, и моргнул, словно удивленный ее самовольным движением.

Кейс не был уверен в том, что Ву говорит именно с ним. Оглядев комнату, он заметил высокое узкое зеркало, висящее на стене, и приблизился к нему, чтобы убедиться, что его отражение по прежнему невидимо. Однако, встав перед ним, старик с трудом удержался от вопля – зеркало не отражало ничего, лишь дымчатая круговерть света с заключенными в нем призрачными лицами. Их было пятеро. Одно принадлежало женщине, чьи длинные волосы покачивались, словно погруженные в воду. Другое обладало острыми зубами и звериными глазами и вряд ли могло принадлежать человеку. Все спали, кроме одного, чье лицо было практически лишенным черт, больше напоминая череп с огромными темными глазницами. Это создание вдруг раскрыло рот и тревожно охнуло.

– Друг! – крикнуло оно. – Ву! Друг! Берегись. Я что то слышу! Шаги…

– Заткнись!!! – Крик, донесшийся со стороны трона, походил на удар плетью.

Кейс подпрыгнул, услышав его. Ву по звериному оскалился. Череп в зеркале всхлипнул и замолчал. Все остальные проснулись и открыли глаза. Они тихо стали шептаться между собой, а затем быстро разлетелись в стороны, как рыбы, бестолково мечущиеся в потревоженной заводи.

Дымчатый свет померк, и призраки исчезли, оставив вместо себя отражение Кейса, почти невидимое. Старик вздохнул с облегчением и попытался успокоиться, чтобы сердце забилось ровно, как ему и полагается, – он всерьез подозревал, что от стольких ужасов оно может и остановиться. Боже правый, как ему нужен глоток вина!

Кейс вернулся к трону. Ву по прежнему смотрел в сторону зеркала, но на лицо вернулось то же безучастное выражение, глаза вновь остекленели.

– Ты ведь и сейчас здесь, верно? – прошептал он. – Ты здесь до сих пор. Снова за мной наблюдаешь. Наблюдаешь за мной.

Кейс сглотнул и даже попытался заглушить дыхание. Во рту пересохло, вино звало к себе, разве что не приманивая чарующим пением. Он практически чувствовал его вкус у себя во рту – сладкий и крепкий.

– Наблюдаешь за мной… – повторил Ву. – Но, увы! Ты никогда ничего не говоришь. Ты никогда… не говоришь.

Ву поднялся и обошел трон, словно пытаясь поймать того, кто прятался за ним. Ву с подозрением бросил взгляд на далекую дверь, через которую вошел в его покои Кейс, а затем повернулся к занавешенному окну, двигаясь осторожно и беззвучно, будто выслеживая добычу.

Кейс знал, что другой возможности ему не представится. Он схватил кубок и впоследствии готов был поклясться жизнью, что намеревался сделать лишь один глоток – смочить присохший к небу язык. Однако, попробовав вино – сладкое, словно искрящееся и щекочущее язык, не похожее ни на что, что ему доводилось пить раньше, – Кейс с удивлением и страхом обнаружил, что кубок словно сам вылил все содержимое в его глотку. Запаниковав, старый пьяница поспешно поставил его на стол и едва не сбежал прочь. Но как приятно зашумело в голове, почти вытеснив страх, вызванный тем, что он только что сделал…

Ву отошел от окна. Еще мгновение назад он был напряжен и двигался с кошачьей, хищной грацией, но теперь вновь его голова поникла, а по щеке крадучись сбежала одинокая слеза.

– Что ж, смотри, – прошептал он. – Смотри, если нужно.

Ву обессиленно опустился на трон, гладя в никуда своими голубыми глазами.

Что кубок опустел, он заметил лишь через минуту и долгое время напряженно смотрел на золотой сосуд, не двигаясь, ничего не говоря. Наконец медленно кивнул.

– Да! Ты действительно здесь! – Он горько рассмеялся. – Я знал, что ты здесь. Но я так устал… так устал… – Ву закрыл глаза, и по его щекам побежали слезы. – Почему, Тень? Что еще я могу тебе дать? Ты видел все мои формы и воплощения, изнутри и снаружи, неприкрытые, обнаженные. Провались в бездну боли со своими жуткими беспристрастными глазами! Тень! Что еще я могу дать?..

Он поперхнулся, прикусил костяшку пальца, а затем встал, схватил тарелку с едой и с гневным воплем, эхом пронесшимся по покоям, швырнул ее о стену – ни в чем не повинная посудина разлетелась на куски. Хрустальный кубок постигла та же участь. Затем Ву направился к двери. По его наряду словно прошла рябь. Кейс последовал за правителем. Только теперь, когда Ву прошел мимо ярко горящих свечей и вышел на свет в открытую дверь, Кейс заметил одну странность: тело властелина не отбрасывало тени на толстый узорчатый ковер.

В коридоре слуги, обряженные в балахоны, все так же суетливо двигались друг за другом, хотя некоторые повернули головы, наблюдая за проходящим мимо Ву. Он же остановился среди них, словно растерявшись.

– Ты, – наконец, произнес правитель, указывая на немолодого мужчину. Тот, склонив голову, вышел вперед. – Сними одежду с этой девушки. Нет, сорви.

Слуга, поклонившись, повиновался, неловко начав стягивать серый балахон с молодой девушки. Стройное бледное тело обнажилось далеко не сразу. Она наблюдала за Ву, ожидая дальнейших приказов, с совершенно бесстрастным лицом.

– Трахни ее, – бросил тот. – Живо.

Мужчина оттолкнул женщину и начал стаскивать собственную одежду. Остальные слуги никак не отреагировали на это, продолжая стоять на месте на тот случай, если Владетель и им что то прикажет.

– Сделай ей больно, – рассеянно потребовал Ву, с отвращением скривив губы.

Слуга неловко попытался выполнить приказ, вполсилы хлестая девушку по лицу и дергая за волосы.

– Сильнее. Пусть кричит.

Вскоре Ву отвернулся – очевидно, зрелище наскучило ему. Он пошел дальше по коридору. Позади него слуги прекратили совокупляться, поднялись и начали одеваться, ни слова не сказав друг другу, словно ничего необычного не произошло. Проходящий мимо человек в сером балахоне остановился, чтобы помочь им, безразлично и сноровисто, словно перед ним были детали хорошо отлаженной машины, которые необходимо было вернуть на свои места.

Ву снова остановился, теперь уже чуть дальше по коридору. Двое молодых юношей получили тот же приказ, и правитель наблюдал за новым представлением чуть дольше, а затем отошел, являя всем своим видом смертную скуку и велев им продолжать это до заката.

– Тень! – воскликнул Ву, неожиданно замерев на месте с воздетыми вверх руками. Он огляделся вокруг. В глазах плескалась жестокость. – Я по прежнему… чувствую тебя. Здесь есть еще дары, которые ты можешь взять. Ты доволен? Будут и другие! Ибо я по прежнему… чувствую тебя!

За его спиной двое обнаженных мужчин неловко ласкали друг друга, совокупляясь и то и дело меняясь местами. Проходящие мимо слуги спокойно обходили их.

Чем дольше Кейс следовал за правителем, который явно был не в себе, тем больше убеждался в том, что Тень – это он сам и звук шагов уже выдал его. Однако он упрямо шел за Ву, и тот каждые пять минут начинал нести какую то чушь, обращаясь к Тени, в промежутках приказывая слугам заниматься унизительными вещами – совокупляться или избивать друг друга. Казалось, особое удовольствие ему доставляет видеть, как пожилые мужчины занимаются сексом с девушками и как женщины дерутся. Он приказал, чтобы одну служанку увели прочь и выпороли, пробормотав себе под нос, что, кажется, она должна славно покричать и он будет завидовать тем счастливчикам, кому доведется услышать ее вопли.

Что бы Инвия ни хотела узнать, Кейс сомневался, что уже услышал нужные ей сведения. И хотя от разворачивающихся в коридорах сцен ему становилось плохо, старик не мог не задуматься о том, действительно ли эти существа были людьми, выносящими издевательства. Уж слишком происходящее напоминало ему игры жестокого ребенка с куклами, которым нельзя всерьез причинить боль. Кейс задался вопросом: должен ли он испытывать жалость или сочувствие к слугам? Чем дольше он наблюдал за их покорностью и исполнительностью, тем больше сомневался в этом. Едва Кейс решил, что уже достаточно насмотрелся и наслушался и можно теперь искать выход, как на другом конце зала вновь появился Архимаг.

Кейс спрятался за спиной Ву, боясь, что изуродованный монстр сумеет взглянуть за завесу невидимости, даваемой амулетом Инвии. Повисла почти ощутимая на ощупь тишина, пока Ву наблюдал за Архимагом, не говоря ни слова. Когда правитель наконец быстрым шагом направился к последнему, тот попятился.

– В чем дело?! – требовательно спросил Ву. – Почему ты трусишь?

– Ваши амулеты. Особенно Анки Кала. Он жжет меня.

Ву задержался, рассеянно снял браслет с запястья и убрал его в карман своего наряда.

– Подойди ближе, – велел он.

Архимаг осторожно подошел, склонив свою огромную голову, как собака, боящаяся своего хозяина. Он ощупал воздух перед собой.

– Ву… не могли бы вы снять еще и Тапишук?

– Зачем? – тихо уточнил Ву.

– Его свет ослепляет меня, Друг и Владетель. Как вам прекрасно известно.

Ву осклабился, однако голос остался по прежнему тихим.

– Мы разговариваем. У тебя есть уши и язык. Зачем тебе зрение?

– Прошу вас, Ву. Я заметил амулет в Зале Окон. Мне бы хотелось сохранить все чувства отточенными, не скованными ничем. Даже без этих двух амулетов я ничем не могу вам навредить. Вас прекрасно оберегают остальные, которые я не смею просить убрать.

Ву наблюдал за ним не меньше минуты, не двигаясь. Архимаг ощупью двинулся вперед, а затем замер на месте, жадно хватая ртом воздух.

– Я должен присесть, Ву. Ваши щиты ослабляют меня.

– Какая прелесть, – усмехнулся правитель.

Он снял кольцо с пальца и убрал его в тот же карман, в котором уже лежал браслет, однако руку оттуда не вытащил.

Архимаг моргнул, потирая свой здоровый глаз, который сильно слезился.

– Не беспокойтесь. Я полагаю, один из неучтенных попросту избежал склада. Но проявить осторожность не помешает, поскольку я не видел его носителя, и он или она не вышли вперед, когда я спросил. С этим разберутся. Ву, можно ли говорить?.. Вас вновь беспокоят… ваши подозрения?

Правитель чуть смягчился:

– Он… он снова был здесь.

Архимаг кивнул:

– Тень, Ву? Или тот, другой?

Долгая пауза.

– Я чувствовал его все утро.

– А сейчас тоже ощущаете его присутствие?

– Да. – Голова правителя вновь скорбно поникла.

– Скажите, вам поможет, если я уберу заклинание, изгнавшее вашу собственную тень?

– Нет!

– Подумайте как следует, Друг и Владетель. Вы уверены?

По лицу правителя побежали слезы.

– Она не нужна мне. Попадается на глаза каждый раз, когда я иду мимо света! Нет! Днем порой бывают часы, когда я нахожусь в покое. Раньше она была… безжалостна. Жестока. Ужасно жестока.

– Что ж, если вы уверены, Владетель… позовите меня, если передумаете. Не просто как своего подданного и верного слугу, но как друга.

Ву одарил Архимага странным взглядом, его лицо вновь замерло, став похожим на вырезанную из мрамора маску. Повисло молчание.

– Какое у тебя ко мне дело?

– Затевается заговор, Ву, и меня это весьма беспокоит.

Но правитель только фыркнул:

– Им нужна моя жизнь? Пусть забирают.

– Вы хотели поразить меня, Владетель? Вы добились этого. Но я сейчас скажу вам то, что удалось узнать. Кто то желает разрушить Стену.

– Какую стену?

– Стену, Ву! Барьер, отделяющий Конец Света.

Ву расхохотался. Архимаг больше ничего не добавил.

– Сделать это невозможно.

– Есть способы. Мэры находчивы, изобретательны и мало помалу становятся отчаянными. Они могут попытаться.

Ву начал мерить залу шагами:

– А как же Глинт?

Архимаг пожал плечами, выразив малую толику раздражения – на большее он не осмелился.

– Мы уже говорили о нем. Я полагаю, что этот генерал хранит вам верность, однако продолжаю следить за ним.

Ву горько рассмеялся:

– Один волк рычит на другого, уверяя, что мясо принадлежит ему.

Архимаг наконец поднял свое отвратительное лицо, чтобы взглянуть на правителя; в мягком голосе мелькнуло беспокойство.

– Я ни в коем случае не посягаю на ваше место, Друг и Владетель, хотя, разумеется, мои заверения для вас – лишь пустой звук. Ваш страх – это естественное следствие обладания властью. Ради вашего здоровья, примите мой совет: пусть подозрения вас покинут.

Ву закрыл глаза, как смертельно уставший человек:

– Кто еще?

Архимаг стал перечислять имена, пока Ву не зарычал:

– Хватит!

Он надел кольцо, которое недавно убрал в карман. Для Кейса ничего не изменилось, но Архимаг попятился и упал, прикрыв рукой свой глаз. Ву присел на корточки, склонившись над ним с приторно ядовитой ухмылкой:

– А ты не упоминал о Конце Света вплоть до этого момента. Никогда не говорил о нем как об относящемся к Проекту, как об угрозе или чем либо еще – за все эти годы. Даже когда мы еще юнцами составляли планы переворотов в затемненных комнатах, где за дверями наблюдали несносные мальчишки с ушами, залитыми воском! Ты никогда не упоминал о том, что есть способ уничтожить нас, будь то кто то или что то, наш враг или чужой. Так зачем говорить об этом сейчас?

Архимаг, казалось, усилием воли заставляет себя говорить по прежнему ровно, хотя явно испытывал колоссальное напряжение.

– Это скорее потенциальное объединение сил, Друг и Владетель. Я какое то время размышлял о такой вероятности, однако рассматривал ее лишь как отдаленную возможность. Вы смеетесь, когда я упоминаю об этом. Я разделял ваши чувства вплоть до того момента, пока не узнал о заговоре. Обдумав идею бунтарей, я испытал страх. Реализовать это сложно, но возможно, особенно если за дело возьмется организованный, целеустремленный и находчивый враг. Всегда найдутся несогласные, пока мы не завершим Проект, и с ними нельзя не считаться. Я опасаюсь их, Друг и Владетель, и предостерегаю вас. Это мой долг.

Ву облизнул губы и склонился очень близко к Архимагу, наблюдая, как тот корчится и извивается. Затем, словно он убедился в его уязвимости, лицо Владетеля смягчилось, и Ву выпрямился:

– Мне жаль. Я… мне очень жаль.

– Все в порядке, Ву. Ничего страшного.

Владетель торопливо ушел, прикусив костяшку пальца зубами, со слезами на глазах. Тяжело дыша, Архимаг смотрел вслед Ву, потом с трудом поднялся на ноги, покрытый потом и дрожащий. Однако прочесть его чувства на этом изуродованном лице по прежнему было невозможно.

«Нет уж, с меня достаточно», – подумал Кейс, тихо пятясь из зала.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   40

Похожие:

Уилл Эллиот «Пилигримы» iconУилл Эллиот Пилигримы Серия: Маятник 1 Scan: utc; ocr, ReadCheck:...
Ву, которого сводит с ума мысль о том, что он может встать вровень с богами. Вместе с Архимагом он почти одержал победу над Свободными...
Уилл Эллиот «Пилигримы» iconУилл Эллиот Цирк семьи Пайло Уилл Эллиот Цирк семьи Пайло Моим родителям...
Я пришел к выводу, что фильм ужасов – подвид комедии. Оба жанра адресуют читателя к абсурдной жизни. Оба жанра ставят главных героев...
Уилл Эллиот «Пилигримы» iconGenre thriller Author Info Уилл А. Эллиот Цирк семьи Пайло Джейми,...

Уилл Эллиот «Пилигримы» iconДжей Эллиот, Вильям Саймон Стив Джобс. Уроки лидерства
Моей жене Лилиане и сыновьям Джею-Александру и Федерико за их любовь и поддержку, а также Эйрин, Виктории и Шарлотте, Шелдону, Винсенту...
Уилл Эллиот «Пилигримы» iconДаниэла Стил Обещание Даниэла Стил Обещание Глава 1
Солнце припекало уже совсем по-летнему, и на стоянке университетского городка, куда Майкл и Нэнси зашли, чтобы забрать свои велосипеды,...
Уилл Эллиот «Пилигримы» iconСколько на самом деле зарабатывают американские актеры
Джулия Робертс и Уилл Смит убедили весь мир в том, что получать $20 миллионов за один фильм — самое обычное дело в США. О том,сколько...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница