Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г


НазваниеТезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г
страница1/7
Дата публикации09.04.2013
Размер0.87 Mb.
ТипТезисы
userdocs.ru > История > Тезисы
  1   2   3   4   5   6   7
Уральский государственный педагогический университет

Исторический факультет


Шаг в историческую науку

Тезисы докладов научной конференции студентов

исторического факультета УрГПУ 21 апреля 2005 г.
Выпуск 5






Екатеринбург

2005

Шаг в историческую науку: Тезисы докладов межвузовской научной конференции студентов исторического факультета УрГПУ 21 апреля 2004 г. Вып. 5. /Урал. гос. пед. ун-т. Екатеринбург, 2005. 59 с.

Общая редакция и верстка: доц. Э.А. Черноухов
Пятый выпуск сборника содержит тезисы лучших докладов, прочитанных на традиционной студенческой научной конференции исторического факультета УрГПУ, состоявшейся 21 апреля 2005 г. Она традиционно имела межвузовский характер. В работе конференции приняли участие студенты Уральского государственного университета (УрГУ), Курганского государственного университета (КГУ) и Нижнетагильской государственной социально-педагогической академии (НТГСПА).

Печатается по решению Ученого совета исторического факультета Уральского государственного педагогического университета (УрГПУ).


© Уральский государственный

педагогический университет, 2004
^ Секция «Всеобщая история»

Попов А.В. (УрГУ)

Научный руководитель:

проф. А.И. Романчук

Провинциалы глазами Плиния Младшего: к проблеме

формирования образа Другого

Оппозиция «свои–чужой» универсальна для человеческого сознания. Образ Другого имеет большое значение в осознании собственной идентичности. Но на разных этапах человеческой истории наполнение этого образа далеко не одинаково. Развитие, эволюция представлений об Ином является одной из актуальных проблем современной исторической науки. Однако содержание образа в разные исторические периоды не до конца ясно, чему виной узость базы конкретно-исторических исследований.

Наша работа имеет своей целью как раз проведение подобного конкретно-исторического исследования на базе сборника нарративных источников, объединенных под названием «Письма Плиния Младшего» (1) и выявление степени соотнесения образа Иного с социальной категорией провинциалов в империи в сознании представителя интеллектуальной элиты общества. Если для медиевистики свойственны работы направленные на выявление характеристик, которыми современники наделяли образ Иного, то историки, занимающиеся античностью, пока что должны еще очертить сам образ, как таковой, дать определение Другого в конкретный период истории.

С этой целью мы рассматриваем конкретный нарративный памятник, автор которого являлся представителем сообщества интеллектуалов империи на рубеже I–II вв. н.э. При этом особое значение имеет использование аутентичного понятия «провинциал» при анализе источника. Проведя классификацию внутри источника, мы выделили две категории провинциалов: людей из сферы частной и общественной жизни автора.

Суть анализа текста состоит в двух моментах. Поначалу мы выделили и разобрали эпитеты, которыми характеризуются провинциалы в обеих категориях ситуаций. Это позволило создать некий стабильный образ на основе конкретного источника. Следующий этап содержал компаративные элементы. Выделенный образ сравнивается с системой оппозиций группы морально-этических понятий, составляющих добродетели римлянина. Таким образом, идеальную модель оппозиции «мы–они», выделенную в общественном сознании поздней республики под влиянием социальных и культурных изменений III–II вв. до н.э., можно сравнить с выработанным на практике образом провинциала. Через это сравнение мы добьемся определение соотношения двух этих понятий. Насколько «не Мы» идеальное, предполагающее противопоставление «римлянин – не римлянин», соотносится с выделенным образом.

Подводя итоги нашей работы, мы стремимся дать ответы на ряд вопросов, позволяющие добиться поставленной цели. Есть ли у Плиния единый образ провинциала? Противопоставлен ли этот образ образу римлянина? (Логичен так же вопрос, а есть ли вообще у Плиния это самый единый образ римлянина, однако ответ на него стоит вне рамок нашего исследования). Какие механизмы использует Плиний для формирования у читателя образа каждого отдельного провинциала?

Плиний – интеллектуал. Его представления о мире двуедины. Ему, как и любому интеллектуалу, свойственно видеть окружающее не только своими глазами, но и глазами той традиции знаний, к которой он приобщен. В этом и кроется ключ к пониманию образа провинциала у Плиния. Этот образ не един, он двуедин. Классификация, избранная нами убедительно доказывает, что в формировании образа провинциала у Плиния ключевое место занимает то, какой подход использует автор, категории какого «мира» он применяет к человеку.

Как наследник богатой интеллектуальной традиции Плиний использует в своем описании провинциалов принцип единства внутреннего и внешнего. Внешнее портретное описание дополняет качества речи, поведение помогает словам. Древнее чувство гармоничного развития сыграло свою роль в качестве элемента интеллектуальной традиции в восприятии провинциалов.

Однако Плиний обладает редкой особенностью, он интеллектуал и практик одновременно. Жизнь автора «Писем» протекала в тяжелое время. Рим времен Домициана был той атмосферой, в которой он провел годы своей молодости. Это определило то, что сквозь портреты всех описываемых Плинием людей прошла идея неприятия унижения, страха, беспринципности и лицемерия. Отсюда же идет и идея о стойкости, уверенности, умении стоять на своем, как одним из высших достоинств. Привнесение этих качеств в портреты провинциалов, безусловно, является личным вкладом Плиния, результатом его жизненного опыта.

Секунду свойственно использовать категории virtus и flagitia, но для него это уже больше общечеловеческая система оценки поведения, нежели модель идеального римлянина. Еще одним механизмом формирования образа становиться соотнесение конкретного провинциала с неким кругом так или иначе определенных лиц. Эпитеты, определяющие члена группы, влияют и на всю группу и наоборот.

В тексте источника прослеживаются две определяющие тенденции – несовпадение образа провинциала и характеристик Другого; отсутствие единого образа, которые заменен двуединым восприятием.

Образ провинциала у Плиния вписан в систему восприятия мира и людей. У него существует представление о провинциалах, заимствованное от интеллектуалов прошлого, и Плиний искренне верит в этот образ. Но при близком знакомстве с отдельными людьми Секунд дополняет это представление тем, что он лично вынес из жизни. Одно не отменяет, а дополняет и видоизменяет другое. Образ провинциала не статичен, но подвижен и читая «Письма» мы наблюдаем этот образ в динамике. Для Плиния Другой – это уже не столько провинциал, сколько человек impudentissimus. И если интеллектуалы времен Цицерона декларировали тождественность этих двух понятий, противопоставляя их образу римлянина, то прошедший горнило домициановой эпохи Гай Плиний Цецилий Секунд, живущий в обществе, которое пережило все ужасы раннего принципата, научился многое проверять на собственном опыте. Его образ Иного весьма иллюзорен, но этот образ – характерная часть всего мировоззрения интеллектуала.

Примечания

1. Плиний Младший. Письма. Книги I–X. (пер. М.Е. Сергеенко, А.И. Доватур). М., 1984. При работе был также использован латинский текст источника: C. Plinii Caecilii Secundi Opera. Epistoarum Libri Decem. http: //www. thelatinlibrary. com /pliny. html.
^ Ладыгин А.В.

Научный руководитель:

доц. Г.И. Кругликова

«Римский миф» ранней империи в представлениях

античных авторов

С падением римской республики и установлением единодержавного правления Августа начинается новый этап в развитии римской литературы. Она оказывается на службе у существующего режима, превращается в один из инструментов пропаганды, специализирующийся на разработке и тиражировании официальной системы ценностей, так называемого «римского мифа». Постепенно формируются черты новой идеологии, включающие в себя:

1) Идею об этнической исключительности римлян, их миссии господствовать над миром.

2) Представление о «Pax Romana» как о вечном, незыблемом и единственно правильном порядке вещей.

3) Убеждённость в том, что императорская власть даруется за особые заслуги достойнейшему и авторитетнейшему из граждан по решению сената и римского народа, а сам император представляет собой лишь магистрата, наделённого особыми полномочиями, непрерывно пекущегося о благе сограждан.

Один из виднейших представителей «кружка Августа» Вергилий наиболее чётко обосновал претензию римлян править народами для их же счастья, «щадя покорных и укрощая надменных» (1). В соответствии с пропагандистской концепцией Рим принёс человечеству истинную свободу, о которой в былые времена не могли и мечтать раздираемые усобицами народы, пока пользовались видимой независимостью. Завоёванным народам предлагалось без лишней лести и униженности чтить империю как источник всякого блага и довольствоваться той долей свободы, которую им определит Рим, ибо всякое злоупотребление свободой причинит этим народам только вред.

В этом отношении знаменательна речь римского полководца Петилия Цереала, подавившего восстание Цивилиса, к представителям галльских племён. «Вы сами, говорил он, часто командуете нашими легионами, вы сами управляете провинциями: нет ничего у нас от вас отдельного…Ведь по изгнании римлян – от чего да сохранят нас боги! – что другое произойдёт, как не война всех народов между собой?...Но самая большая опасность настанет для вас, у которых есть золото и богатство, главная приманка всяких войн. Поэтому любите и почитайте мир и Рим, который принадлежит в силу одного и того же права побеждённым и победителям» (2). Со времён Нерона идеология обогатилась представлением о вечности империи, чему в немалой степени поспособствовали игры, учреждённые этим принцепсом и справляемые последующими императорами (3).

Основным принципом всего публичного права римлян являлась неограниченная власть государства над своими гражданами (disciplina res publica). Государство или «res publica» было у них не идеалом, выработанным рассудком; оно представляло собой живое существо, состоящее из совокупности всех граждан, и при этом существующее само по себе. Государство представлялось римлянам силой вечной и таинственной, перед лицом которой проходили многие поколения людей. Этой силе надлежало беспрекословно повиноваться.

Данное понятие не исчезло и во времена империи. В своих речах принцепсы всегда говорили о республике, которой все должны повиноваться и на благо которой трудятся они сами. Поэтому римские императоры с точки зрения официальной идеологии рассматривались отнюдь не как монархи, а как преданные слуги республики. Другими словами, «В официальном идеализированном представлении император правил не потому, что располагал военной силой, а потому, что его в соответствии с законом утвердил сенат» (4).

Установление при Августе «эры материального благополучия» способствовало укреплению новой идеологии, складыванию легенды о наступлении «золотого века», которая затем на протяжении многих столетий будет освещать имя основателя империи. Этой же задаче служило заключение союза между «кружком Августа» и великими поэтами того времени Вергилием, Горацием и Проперцием. Так, известен тот факт, что главный «идеолог» принципата Меценат подарил Горацию небольшое имение среди Аппенин, а Гораций в качестве благодарности до конца своих дней прославлял мир, созданный Августом и самого Августа. «Властью твоею конец на круге земном уж положен. Януса храм запертой – божества – охранителя мира. Страх перед Римом парфянам внушаем твоим управленьем» (5). Одновременно Гораций был первым, кто заговорил о служении принцепса обществу (6). Ему вторил Вергилий, прославлявший августа-полководца: «Цезарь Август ведёт на врага италийское войско, римский народ и отцов, и великих богов и пенатов» (7).

Однако если даже признать, что в правление Октавиана «легенда» смогла стать гармоничной частью «римского мифа» и была способна убедить уставший от гражданских войн народ в том, что режим Августа представляет собой восстановление республики «res publika restituta», то уже менее чем через сто лет после смерти основателя принципата, примерно около 120 г. н.э., Корнелий Тацит не сомневался, что Август, лицемерно заявляя о приверженности «республике», исподтишка устанавливал монархию (8). Аналогично точки зрения придерживался и современник Тацита, Гай Светоний Транквилл (9). Признаёт её и Дион Кассий, живший правда, уже в суровые времена правление Северов (10).

В то же время неслучайно и Светоний и его старшие современники Тацит (в «Анналах») и Плутарх (в серии императорских биографий) сосредотачивали своё внимание на одной и той же эпохе – на том столетии римской истории, которое началось Августом, а кончилось междуцарствием 68 года. Это было столетие политических экспериментов, в ходе которых постепенно определялось политическое оформление императорской власти в Риме. Августу после долгих и осторожных попыток удалось выработать систему относительного равновесия интересов принцепса и сената и поддерживать её в течение своей долгой жизни. Но решение августа не было единственно возможным. До Августа – Цезарь и Антоний, после Августа – Тиберий и Калигула, Нерон и Домициан, каждый по своему варьировали это решение или предлагали иные пути; и как при всяких политических экспериментах, при этом было пролито много крови. Только сто лет спустя, ко времени Веспассиана, стало окончательно ясно, что система Августа оказалась самым приемлемым вариантом и самым желательным образцом. При этом сенат, насмотревшийся за годы террора на всевозможных монстров на троне, претерпевший массу унижений и кровавых чисток, был настолько рад правителю, который восстановил равновесие между императором и сенатом и старался вести себя в соответствии с «римским мифом», что даровал императору титул «выразителя свободы» (absertor libertatis) (11). Линия преемственности протянулась от августа к Веспасиану и Титу, а от них к Нерве, Траяну и Антонинам. Течение истории получило свою цель, точка зрения был установлена, и античным авторам осталось изобразить путь к этой цели, подогнав под неё факты.

Примечания

  1. Вергилий. Энеида. VI, 847

  2. Корнелий Тацит. История. IV, 74.

  3. Светоний. Нерон. 11, 2.

  4. Кнабе. Корнелий Тацит. С. 34 //Публий Корнелий Тацит. Анналы. Малые произведения. История.

  5. Гораций. Послания. II, 1.

  6. Там же. II, 1.

  7. Вергилий. Указ. соч. VIII, 678.

  8. Тацит. Анналы. I, 1–4; 9–10.

  9. Светоний. Август. 28, 1–2.

  10. Дион Кассий. Римская история. LIII, 12–18.

  11. Закон об империуме Веспассиана. VI, 1232.


Светлова Л.В.

Научный руководитель:

доц. И.М. Клименко

Особенности формирования и проявления патриотизма в Византии

После разделения Великой Римской империи образовалось два крупных государства: Западная и Восточная Римская империя (Византия), которые к началу V в. превратились в самостоятельные государства. После падения в 476 г. Западной Римской империя, престиж Византии на Западе заметно возрос.

Сам народ этого государства чувствовал свое превосходство над «варварским миром», и многие факторы влияли на формирование у них чувства гордости за государство, народ, могущество Византийской империи. Современники признавали величие, мощь и великолепие Византии. Эти представления об особом месте империи в средневековом мире сознательно и настойчиво поддерживались самими византийцами. Особое предназначение империи, принявшей на себя миссию Великого Древнего Рима, выдающаяся роль Византии не вызывала сомнений у ромеев. Сохранившиеся до наших дней сотни византийских сочинений повторяют звучащие в унисон славословия в адрес империи и ее главы (1).

Во-первых, это идея Константинополя – второго Рима: если древний Рим погиб, то новый – надежно защищаем рукой божьей. Эта идея является основным элементом официальной политической концепции ойкуменизма. Под ойкуменой в Византии подразумевался весь Христианский мир, в котором должна быть только одна империя, один император, обладающий священной, божественно властью. Все остальные страны имели право на существование, но лишь под властью «верхней империи» (2).

Во-вторых, сам император являлся символом и воплощением блеска и мощи Византийской империи. Государственная политическая доктрина василевса как земное божество. Культ императора составлял один из существенных элементов государственной религии. Появление государя или торжественный прием у него всегда был представлен с необычайной торжественностью, пышностью и помпезностью и достигал своей цели произвести впечатление. В то время как король франков времен Меровингов носил льняную рубаху и ездил на телеге с волами, византийский император в златотканых одеждах, украшенных редчайшими драгоценными камнями принимал послов в тронном зале, где стены сияли позолотой и слышались звуки органа (3).

Сам император, по описанию Аммиана, был первым патриотом, защитником и покровителем своего народа: «Именно император, наделенный virtus – совокупностью добродетелей, является исполнителем предначертаний судьбы. Он обязан проявлять свою virtus на благо подданных, и тогда судьба будет к нему благосклонна» (4).

В-третьих, в средневековом мире, вплоть до захвата Константинополя турками, сохранялось представление о Византии как о сосредоточении роскоши и блеска. Существовало мнение, что две трети всех богатств света концентрировалась на Босфоре и только одна треть приходилась на весь остальной мир (5).

В-четвертых, не только богатство и слава, но и мощь империи внушали уважение. В разные периоды Восточная римская империя включала в себя Балканский полуостров, Малую Азию, Сирию, Палестину, Грузию, Армению, Азербайджан, Италию, часть Испании, Египет. Долгое время Византия вела завоевательные войны, но даже в период упадка ее могущества, когда приходилось вести по преимуществу оборонительную внешнюю политику, горожане, городские димы выполняли свою роль защитников отечества с достоинством. Так, например, Евстафий Солунский отмечал, что при нашествии норманнов, «любовь к родине превращала людей во львов» (6).

В пятых, вплоть до заката империи современников не удивляло то, что варварские короли беспрекословно признавали справедливость притязаний Византии. Грозные предводители племен, могущественные вожди, основатели королевств питали глубокое уважение и искреннее благоговение к империи, обломки которой они делили между собой и готовы были твердить, что император – земной бог, и никто не смеет поднимать на него руки. Обращаясь к василевсу с посланиями, короли варварских государств называли его повелителем (7).

Еще одним предметом гордости ромеев было наследие римской цивилизации: культура, наука, просвещение. Византия блистала сложившимися научными и культурными школами, образованием и достаточно высоким знанием античной литературы.

Седьмым фактором является то, что Византия была государством, где царила повышенная религиозность и глубокое проникновение христианства во все сферы жизни и быта. Византия – носительница православного христианства, хранительница истинного христианского символа веры, принятого в 325–381 гг. на Вселенских соборах. При всех радостных и трагичных событиях жизни люди обязательно обращались к богу. В трудные для империи времена, будь-то землетрясение, засуха или нападение врага, в городах и селах совершались крестные ходы. Все возможные политические акты отмечались торжественным богослужением.

В Византийской империи существовали исторические корни для формирования патриотического сознания ромеев, складывания особых граней воспитания и проявления этого чувства и отношения к своей стране. Конечно, выраженность патриотизма прослеживается не столь ярко и выражено как в Древней Греции и Римской империи, но тем не менее имела место. Древняя Русь, вместе с православием заимствовала многие достижения и особенности культуры и общественной жизни Византии, а после ее падения в 1453 г. стала преемницей ее наследия.
  1   2   3   4   5   6   7

Похожие:

Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconТезисы докладов должны быть отпечатаны в текстовом редакторе Microsoft...
В соответствии с «Положением о ежегодной Самарской областной студенческой научной конференции», XXXIX cамарскую областную студенческую...
Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconПрограмма и пригласительный билет научной конференции студентов технологического
Управление научных исследований Самарской государственной сельскохозяйственной академии приглашает Вас принять участие в работе научной...
Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconТезисы докладов, заявку
Приглашаем Вас принять участие в международной научно-практической конференции молодых ученых, студентов и аспирантов «Статистическая...
Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconИнформационное письмо уважаемые коллеги!
Конференции сно юридического факультета в рамках 41Международной научной студенческой конференции «Путь в науку», которая состоится...
Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconТезисы докладов V всесоюзной конференции скандинавистов (тд V cк). М., 1971 (0,1 а л.)
Археологические памятники Древней Руси IX-XI вв. (в соавт.). Л., Изд-во лгу, 1978 (10 а л.)
Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconАлександр Иванцов
На участие во Всероссийской научной конференции студентов и аспирантов 19 апреля 2013 г. «Проблемы истории материальной и духовной...
Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconАлександр Иванцов
На участие во Всероссийской научной конференции студентов и аспирантов 19 апреля 2013 г. «Проблемы истории материальной и духовной...
Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconУтверждено постановление отчётно выборной конференции профбюро студентов...
Комиссия по общественному контролю за работой предприятий торговли и общественного питания
Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconИнформационное письмо
Вас принять участие в работе Всероссийской научной конференции с международным участием для студентов и молодых ученых (магистрантов,...
Тезисы докладов научной конференции студентов исторического факультета Ургпу 21 апреля 2005 г iconТезисы докладов студентов и сотрудников до 22 октября 2012 г
Конференция «Профилактическая медицина 2012» состоится 28 ноября (среда) 2012 года (для студентов 4-6 курсов день свободный от занятий)....
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница