Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко


Скачать 12.25 Mb.
НазваниеНиколе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко
страница1/76
Дата публикации14.03.2013
Размер12.25 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > История > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   76
Michael P. Nichols Richard C. Schwartz

FAMILY THERAPY. CONCEPTS and METHODS

Fifth Edition

Allyn & Bacon Pearson Education, Inc.

Майкл Николе Ричард Шварц

СЕМЕЙНАЯ ТЕРАПИЯ. КОНЦЕПЦИИ и МЕТОДЫ

5-е международное издание

Москва

эксмо)

2 004

УДК 615 ББК53.5 Н 63

MICHAEL P. NICHOLS, PH.D. RICHARD С SCHWARTZ, PH.D.

FAMILY THERAPY. CONCEPTS AND METHODS

Fifth Edition

Allyn & Bacon

Pearson Education, Inc.

Перевод с английского О. Очкур, А. Шишко

Под редакцией Е. Кайдановской и Р. Римской

Предисловие С. Минухина

Оформление и макет художника А. Бондаренко

Николе М., Шварц Р.

Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер. с англ. О. Очкур, А. Шишко. — М.: Изд-во Эксмо, 2004. — 960 с, ил.

ISBN 5-699-08352-9

Это издание — без сомнения, самый полный учебник по семейной те -рапии, который предлагает обилие информации, представленной с осве -жающей ясностью и отсутствием сложной терминологии. В нем представ -лено исчерпывающее описание всех известных подходов к семейной тера -пии: от классических до новейших; вся эволюция семейной терапии от ее зарождения до сегодняшних дней. Авторы книги постарались сделать осо -бый акцент на практической стороне каждого подхода, его методах и тех -никах. Читатель встретится на страницах книги с основателями семейной психологии — Бейтсоном, Аккерманом, Минухиным, Витакером и други -ми, а также с новыми именами, с теми, кто творит семейную терапию се -годня.

Для психологов, психотерапевтов, социальных работников, студентов и учащихся, преподавателей колледжей и вузов.

УДК 615 ББК 53.5

© 2001 by Michael Nichols.

^ Published by Arrangement with the original publisher, Pearson Education, Inc., publishing as ALLYN & BACON, a Company

© Оформление. А. Бондаренко, 2004 ISBN 5-699-08352-9 © OOO «Издательство «Эксмо», 2004

Посвящается нашим женам

Мелоди Николе и Нэнси Шварц

и детям Сэнди и Полу Николе

и Джесси, Саре и Хали Шварц.

Предисловие

В этой книге Майк Николе и Ричард Шварц повествуют нам об истории становления семейной терапии и делают это, нужно отметить, очень неплохо. Трудно представить более информативное и читабельное руководство по этой теме.

Возникшая в конце 50-х, семейная терапия быстро сформировалась благодаря безумию группы конструктивно мыслящих ученых и практиков. Около четырех десятилетий спустя теория и практика представляются сомнительными и неопределенными, что характерно для зрелости. Но вначале, как говорят историки, был Грегори Бейтсон на западном побережье — высокий, чисто выбритый угловатый интеллектуал, генератор идей, который видел семью как систему. На восточном побережье был Натан Ак-керман — коротышка с окладистой бородой, являющийся воплощением харизматического лекаря, для которого семья была совокупностью индивидов, борющихся за поддержание баланса чувств, иррациональностей и желаний. Бейтсон — человек идей и Аккерман — человек страстей, отлично дополняли друг друга. Это Дон Кихот и Санчо Панса семейной системной революции.

Разнообразие открытий в клинической практике 1960—1970 гг. принесло семейной терапии ряд других ее названий — системная, стратегическая, структурная, боуэновская, эмпирическая, а также выдающуюся солидарность в убеждениях и определении поля деятельности. Пионеры семейной терапии объединились в отвержении психоаналитической теории и единогласно приняли системный подход, но, несмотря на это, их терапевтические техники очень различались.

В середине 70-х, когда семейная терапия успешно развивалась, в сферу ее интересов стали входить самые разнообразные проблемы человека: наркотическая зависимость, госпитализированные психиатрические пациенты, благотворительная помощь неимущим, насилие в семье и т. д. Работа в каждом на-

5

Предисловие

правлении представляла собой вызов. Практики использовали подобную экспансию семейной терапии как возможность применения новых подходов, некоторые из них шли вразрез с системным.

Вызов системной теории (официальной науки в наше время) принял две формы. Одна была чисто теоретической: оспаривалась идея того, что системный подход является универсальной схемой для изучения организации и функционирования всех человеческих объединений. Главный протест исходил от феминистов, внимание которых привлекло отсутствие в концепции понятий тендера и власти и которые отмечали, как «бесполая теория» провоцирует искажения, если речь идет, например, о насилии в семье. Другая касалась связи теории и практики — возражение выражалось против навязывания системной теории как основной для терапевтической практики. Подвергалась сомнению сама техника, однажды определившая поле. Неизбежно оно вновь скроет специфику и заново откроет для изучения свои старые табу: личность, интрапсихическую жизнь, эмоции, биологию, прошлое и особое место семьи в культуре и обществе.

Как свойственно любой официальной науке, она старается сберечь устоявшиеся концепции, тогда как прагматическое внимание к специфическим случаям требует новых и специфических откликов. В результате сегодня у нас есть официальная семейная терапия, на покровительство которой претендует Бейтсон, с одной стороны, а с другой — масса замечательных практиков, делающих тонкую и эффективную работу, которая все чаще расходится с понятиями системного подхода. Как следствие — конфликт и спор о центральном понятии семейной терапии.

Сегодня, когда мнение об авторитете и ответственности терапевта далеко не однозначно, первые семейные терапевты воспринимаются как «руководители» — убежденные сторонники изменений с четким пониманием того, как их осуществить. Терапия всегда была объединением усилий, но ответственность за руководство возлагалась на терапевта.

Некоторые школы семейной терапии стремятся оградить семью от назойливости терапевта. Они считают, что слишком навязчивое вмешательство может подавить и разрушить семью. Стартовав в качестве принятой в миланской группе идеи участия с сохранением нейтралитета, эта установка не так давно была возрождена конструктивистами, полагающими, что терапия может быть только диалогом между двумя соконструкторами повествования, которое никоим образом не коренится на проверке

6

Предисловие

реальности. (Согласно существующей сегодня академической моде, история семейной терапии урезается до прямой линии от Бейтсона до Миланской школы и нарративных конструктивистов, тогда как такие имена, как Аккерман, Боуэн, Божормений-Неги, Флек, Хейли, Лидз, Минухин, Сатир, Витакер, Уинн и др., упускаются из виду.) Акцент современных конструктивистов на языке и смысле, а также их осмотрительность в сдерживании власти терапевта преподносится как радикальное новшество. Но эта забота о невмешательстве терапевта некоторым образом регрессирует к фрейдовской идее о терапевте как о «чистой доске», на которую пациент проецирует свои трансферентные фантазии.

Прикрывающийся тайнами многочиленных статей и книг по современной семейной терапии, подставное лицо, фикция — жаждущий власти терапевт укладывает пациентов на прокрустово ложе собственных пристрастий, подгоняя их до его параметров. Именно ради спасения семей от вторжения такого типа компетентности и создавалось множество новых терапевтических методов. Но приравненная к власти компетентность — ложная математика. Кроме того, контроль вовсе не исчез из семейной терапии после замены «вмешательства» на «сотворчество». Все, что произошло, — влияние терапевта стало подпольным. Производимое незаметно, оно может оставаться неисследованным.

Нарративный конструктивизм — любопытный способ рассмотрения человеческого опыта, если выделять, что и делают на-рративисты, единственный важный аспект думающего, чувствующего и действующего существа, каким все мы являемся. Но такой философский взгляд, импортированный неизменным в интервенционистскую кампанию, каковой и является семейная терапия (которая в конце концов существует для того, чтобы избавлять от страданий), рождает сказочное чудище: терапевта, не осознающего эффекта своих вмешательств, действующего, опираясь на власть, незримую для него. Единственный способ избежать воздействия, подобного удару кувалдой, как полагают сегодня многие, — это вмешательство только в качестве соконструктора повествований.— как будто люди не только подвергаются воздействию, но и не представляют собой ничего, кроме повествований о себе.

Но есть другой способ размышления о семьях и их проблемах — его придерживаются те, кто полагают, что терапия — это поле человеческих трансакций и что терапевт не может не влиять на это поле. Терапевт в этой группе просто хочет быть рядом — находчивый, преданный идее, вмешивающийся и оптимистич-

7

Предисловие

ный в том, что его участие к семье поможет ее членам разрешить их проблемы. Относя себя к этой группе, я полагаю, что только четкое распознание мысли терапевта и его пристрастий в том или ином терапевтическом подходе предполагает возможность истинного уважения к уникальности и индивидуальному характеру каждой семьи. Я рассматриваю терапевтический процесс как встречу между различными интерперсональными культурами. Реальное уважение к клиентам и их целостности может позволить терапевту вести себя иначе, нежели страшно осторожничать, может поощрить его быть прямым и аутентичным — вежливым и сочувствующим, но временами и откровенным и испытывающим. Такой терапевт признает, что у членов семьи есть свой опыт и целостность, а также что они проецируют собственные желания и фантазии в сферу терапии, которая затем становится полем сил, где участники тянут друг друга в разных направлениях.

Преимущество этой позиции заключается в том, что терапевт, как хранилище многочисленных «переносов», испытывает различные поведенческие напряжения. Поскольку терапевт — абстрактное «я», личность — испытывает эти напряжения, он реагирует, создавая контексты, в которых члены семьи встречаются с новыми мнениями, что способствует исследованию нового и альтернативных выборов.

Эта идея о терапевте — активном познавателе себя и различных членов семьи очень отличается от образа нейтрального терапевта конструктивистов. Но, конечно, эти два прототипа чрезвычайно упрощены. Большинство практиков располагаются где-то между этими двумя полюсами нейтралитета и убедительности.

Выбор между действием и позицией вмешательства, с одной стороны, и смыслом и диалогом — с другой является только одним из вопросов, на которые поле пытается сегодня ответить; имеется и множество других. Существуют ли полезные модели человеческого характера и функциональных семей или на каждую ситуацию нужно реагировать каждый раз по-новому? Являются ли нормы человеческого поведения и семейные функции универсальными или это созданные культурой продукты политического и идеологического ограничения? Как мы становимся компетентными? Как мы узнаем то, что знаем? Если мы становимся компетентными, не создаем ли мы поля, которые потом сами же и открываем? Можем ли мы влиять на людей? Можем ли мы не влиять на них? Откуда мы знаем, что не являемся просто агентами социального контроля? Откуда нам известно, что мы вообще чего-то добиваемся? Насколько мы правы в том, что

8

Предисловие

должны ограничить многообразие, навязывая другим способы существования? Действительно ли лучше задавать вопросы, чем утверждать?

Все эти вопросы и богатая история и современная практика семейной терапии великолепно исследуются в этой книге. Это полное и глубокое, беспристрастное и взвешенное руководство к идеям и техникам, которые делают семейную терапию таким захватывающим предприятием. Николе и Шварц сумели быть исчерпывающими, но не утомительными. Возможно, секрет этого — обаятельный стиль их письма или, может быть, то, как они стараются не затеряться в абстрактном, сохраняя чистый фокус на клинической практике. В любом случае эта превосходная книга надолго установила стандарт высокого качества как самое лучшее введение и руководство к практике семейной терапии.

Многое изменилось в поле, и это новое издание вводит читателей в курс дела, описывая новейшие подходы и по-прежнему предлагая проницательные и взвешенные комментарии. Это издание — без сомнения, полный учебник по семейной терапии — предлагает обилие информации, представленной с освежающей ясностью и отсутствием сложной терминологии. Все это складывается в увлекательную, легко читаемую книгу. Наслаждайтесь ею.

САЛЬВАДОР МИНУХИН, д-р медицины ^ Бостон, Массачусетс

Пролог

Есть одна тема, которая упускается при академическом обсуждении семейной терапии, — ужасное волнение в присутствии несчастливой семьи и страх перед неспособностью им помочь. Вполне понятна такая тревога начинающего семейного терапевта—с какой стороны подойти, когда он далеко не уверен, что знает, как помочь («Как это всех их угораздило прийти сюда?»). Ветераны часто изъясняются абстракциями. У них на все есть собственное мнение, и они поднимают на обсуждение глобальные темы — социальный конструктивизм, государственное обеспечение и пр. В то время как существует искушение использовать ситуацию знакомства, чтобы сказать Важные Слова, я все же предпочитаю быть чуть более личным. Работа с неблагополучными семьями доставляет мне глубочайшее удовольствие, и я надеюсь, что подобные переживания испытаете и вы.

В этом пятом издании «Семейной терапии» мы попытались представить сферу семейной терапии как можно полнее — ее богатую историю, классические школы, современное развитие. В него внесено очень много изменений: новые разделы работы с проблемой насилия в паре, коммуникативная семейная терапия, духовность в семейной терапии и другие новейшие описания последних моделей, новые трактовки когнитивно-бихевиораль-ного подхода, расширенный обзор исследовательской литературы. Усовершенствованы главы, посвященные правилам интеграции моделей, повсеместно сделан более обстоятельный и содержательный акцент на клинических техниках.

Чтение о терапии осложняется тем, что приходится разбираться в сленге и политической подоплеке некоторых идей и практик. Поэтому при подготовке данного издания мы много поездили, чтобы посетить и увидеть реальные сессии известных практиков. Результатом стал более утилитарный, клинический фокус. Мы надеемся, что вам это понравится.

10

Пролог

Моему развитию в качестве семейного терапевта способствовало так много людей, что всех отблагодарить просто невозможно. Но я счастлив назвать некоторые имена. Спасибо тем, кто обучал меня семейной терапии, — Родни Шапиро, Лиману Уинну, Мюррею Боуэну, Майклу Керру и Сальвадору Минухи-ну. Мирна Фрайдландер проделала необычайную работу по обзору научной литературы (глава 15). Благодарю тебя, Мики.

Мне посчастливилось работать с моим соавтором — Диком Шварцем. Сотрудничать со вторым автором легко — все равно что готовиться к свадьбе. Все, что от вас требуется, — это раскрыть свою душу перед критичным взором другого человека и надеяться на лучшее. Ну, больше чем надеяться, я думаю. Найден некий способ заставить это работать: так или иначе сохранять свое истинное видение, одновременно удерживая в поле внимания взгляд соавтора. Вероятно, уважение и привязанность к Дику, а также что-то еще между нами делают нашу совместную работу возможной.

Были люди, которые оставили свои дела, чтобы помочь нам подготовить это издание: Франк Датилло, Джорж Саймон, Эма Джениджович, Майкл Ла Сала, Джоанна Буза, Ева Липчик, Билл Пинсоф, Кэти Вайнгартен, Вики Диккерсон, Джеф Циммерман, Джим Кейм, Клу Маданес, Джей Хейли и Сальвадор Минухин. Перефразировав сказанное Джоном, Полом, Джорджем и Ринго, we get by with a lot of help from our friends -- мы обошлись громадной помощью наших друзей — спасибо каждому из них и всем вместе.

Мы особенно благодарны Джуди Файфер и Сюзанне Мак-Интайр за облегчение тяжелой работы.

В заключение я хотел бы поблагодарить моих учителей по курсу усовершенствования квалификации в семейной жизни: мою жену Мелоди и моих детей — Сэнди и Пола. За короткий тридцатитрехлетний период Мелоди стала свидетельницей моего превращения из робкого молодого человека, совершенно несмышленого в вопросе, что значит быть мужем и отцом, в застенчивого мужчину средних лет, до сих пор недоумевающего и продолжающего свои попытки. Сэнди и Пол никогда не переставали поражать меня. Моя маленькая рыжеволосая девочка (которая может продемонстрировать пресс не хуже, чем у любого игрока сборной по футболу) только что вернулась из Западной Африки после двухлетней службы в Корпусе мира и собирается приступить к аспирантскому образованию. Горжусь ли я ею? Невероятно! А мой сын Пол (знающий не понаслышке, что Такое

11

Пролог

мужская сдержанность), кому я, может быть, не всегда показывал всю глубину своей любви, возмужал; он честен с собой, с друзьями, с матерью и со мной. И в своих самых заветных мечтах я бы не смог представить более любимых и вызывающих большее чувство отцовской гордости детей, чем Сэнди и Пол.

МАЙКЛ П. НИКОЛС, д-р философии ^ Вильямсбург, Виргиния

Когда я писал эти строки, Джесси, старшая из моих трех дочерей, приехала домой на летние каникулы по окончании первого курса в колледже. Она прекрасно проводит время и, конечно, не заметила душевной боли у нас с женой, которую она вызвала своим отъездом из дома, и того хаоса, который создала теперь, вернувшись. Как семейный терапевт, я не только переживаю волнения от перемен, подобных этой, но также пытаюсь наблюдать за ними (это профессиональный риск, когда мы не можем просто жить своей жизнью). Меня переполняют совершенно смешанные эмоции — это и гордость за ее достижения, и ностальгия по нашим былым взаимоотношениям; уверенность в ее будущем и тревога из-за его неопределенности.

Работа над пятым изданием книги «Семейная терапия: концепции и методы» вызвала во мне сходные чувства. Я испытываю к семейной терапии пылкие отцовские чувства даже в большей мере, чем к своим дочерям. Будучи соавтором этого текста, я пытаюсь рассматривать поле семейной терапии, работая в нем. Каждые три года мы встречаемся с Майком и стремимся понять всю картину в целом, и, как при возвращении Джесси, я испытываю гордость и уверенность, волнение и ностальгию. Я рос вместе с семейной терапией, и это долгая история моей жизни. До нового тысячелетия дожили самые разные области науки, и теперь я понимаю, что, должно быть, чувствовали мои родители в 1960-х, когда твердили мне, что не все установленное в культуре следует отвергать и пересматривать. Тем не менее, вне всякого сомнения, подобно своим родителям, которые давали задний ход тогда, я также озадачен новыми идеями и проживаю авантюры оттого, что преследую их, тогда как продолжаю преследовать себя.

Я готов признаться и в других, подобных родительским, эмоциях. Мне жаль студентов, начинающих изучать семейную терапию. Когда я увлекся полем в ранние 70-е, все было гораздо про-

12

Пролог

ще и у студентов было меньше выбора. Существовала пригоршня моделей, и все, что вам нужно было сделать, — выбрать одну из них и поклоняться ей, выдавая себя за ее творца. Поле можно было адекватно освоить за семестр, терапия была так проста, что вы могли работать прямо по книге.

Сейчас так много нюансов, касающихся различных типов семей, так много разных, стремительно развивающихся подходов и взглядов и так мало харизматических лидеров, чтобы использовать авторские или конкретные техники! Начинающие терапевты сталкиваются с этим богатством выбора, и понятно, что вся эта информация пугает. Задача преподавания курса (или написания текста) по семейной терапии крайне усложнилась. Стало невозможно быстро овладеть полем — это приходится растягивать на многие годы.

Тем не менее, в то время как все эти многообразие и изменения усложнили задачу, с которой мы сталкиваемся, это также означает и приветствие новых подходов к обучению. Исчезли необдуманный пыл и шовинизм тех ранних, упрощенных лет, стало больше скромности и открытости как в рамках самого поля, так и по отношению к другим дисциплинам. Семейная терапия стала более сложной, когда мы осознали, что предоставление простых ответов не всегда полезно. Наверное, хорошо, что нам приходится больше работать, чтобы уловить всю сложность человеческого состояния.

Я остаюсь неизменно благодарным Майку Николсу за приглашение для содействия в составлении этого перспективного периодического издания. Кроме того, что я наслаждаюсь нашим сотрудничеством, которое меня всегда очень стимулирует и обогащает, я еще высоко ценю наши отношения и придаю нашей дружбе огромное значение. Это замечательно, что каждые три года мы имеем возможность укреплять ее.

Как и в предыдущих изданиях этой книги, Майкл и я пытаемся не только дать беспристрастное рассмотрение концепций и методов подходов, которые мы открыли, но и открыто обсудить наше мнение о них, без претензий на тотальную объективность. Таким образом, эта книга представляет собой взгляд на семейную терапию, а не ту самую истину о семейной терапии. У меня есть собственные пристрастия (и модель, представленная в главе 13, где эти пристрастия раскрываются), и у Майка они есть. Наше сотрудничество производит бинокулярное видение, что более продуктивно, чем одиночный взгляд.

Как и Майк, я был счастлив учиться у многих учителей, для

13

Пролог

перечисления которых потребуется много места на бумаге. Однако я обязан выразить особую благодарность Дату Спренклю, Говарду Лидцлу, Дату Брейнлину, Бэтти Маккун-Каррер, Риму Симону и Мэри Джо Барретт. В заключение хочу поблагодарить мою жену Нэнси вместе с Джесси и других наших дочерей, Сару и Хали, — тех, кому причинял неудобства, — за их поддержку, самопожертвование и советы. Каждый раз, когда я любуюсь ими со стороны, мое сердце наполняется радостью.

РИЧАРД С. ШВАРЦ, д-р философии ^ Чикаго, Иллинойс

Авторы и издатели хотели бы выразить свою признательность рецензентам этих текстов всех пяти изданий; их комментарии очень помогли нашей работе: Джерому Адамсу, университет Род-Айленда; Цинтии Болдуин, Невадский университет; Ричарду Джей Бишоффу, университет Сан-Диего; Фэйс Боункуттер, университет Иллинойса, Чикаго; Кэтлин Бриггз, университет штата Оклахома; Филлипу М. Брауну, Туланский университет; Джо Эрону, Катскиллский институт семьи, Кингстон, Нью-Йорк; Роберту-Джею Грину, Калифорнийский институт профессиональной психологии; Жоффрею Л. Грифу, университет Мэриленда; Кларенс Хиббс, университет Пеппердайна; Джиму Келму, Институт семейной терапии, Роквилл; Эдит С. Лоуренс, университет Виргинии, Чарлотесвиль; Говарду А. Лиддлу, Темплский университет; Джейни Лонг, университет Северной Луизианы; Мэрвину М. Меджибоу, Калифорнийский университет, Чико; Кейе Нельсон, Техасский университет; Торану С. Нельсон, университет штата Юта; Биллу О'Хэнллон, Омаха, Небраска, и Оте Л. Райт, Норфолкский университет.

Часть I

^ СОСТОЯНИЕ СЕМЕЙНОЙ ТЕРАПИИ

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   76

Похожие:

Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconСемейная терапия
М 87 Стратегическая семейная терапия/Пер с англ. Т. В. Снегиревой. — М.: Независимая фирма “Класс”, 1999. — 272 с. — (Библиотека...
Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconПрактическок руководство
Семейная терапия /Пер с англ Ю. С. Уокер — М. Институт Общегуманитарных Исследований, 1999 — 160 с
Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconБамберри В. Танцы с семьей: Семейная терапия: символический подход,...
Витакер К., Бамберри В. Танцы с семьей: Семейная терапия: символический подход, основанный на личностном опыте /Перев с англ. А....
Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconБернс Р., Развитие я-концепции и воспитание /Пер с англ
Бернс Р., Развитие я-концепции и воспитание /Пер с англ. М.: "Прогресс", 1986. Сс. 30-66
Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconБернс Р.,  Развитие я-концепции и воспитание  /Пер с англ
Бернс Р., Развитие я-концепции и воспитание /Пер с англ. М.: "Прогресс", 1986. Сс. 30-66
Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconАлександр Черников Системная семейная терапия Интегративная модель...
Ч 89 Системная семейная терапия: Интегративная модель диагностики. — Изд. 3-е, испр и доп. М.: Независимая фирма “Класс”, 2001. —...
Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconАлександр Черников Системная семейная терапия Интегративная модель...
Ч 89 Системная семейная терапия: Интегративная модель диагностики. — Изд. 3-е, испр и доп. М.: Независимая фирма “Класс”, 2001. —...
Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconКнига всемирно известного юнгианского аналитика Натана Шварц-Саланта...
Шварц-Салант Натан ш 33 Черная ночная рубашка. Комплекс слияния и непрожи­тая жизнь. — М.: Институт консультирования и систем­ных...
Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconЯлом И. Дар психотерапии я 51 / Пер с англ. Ф. Прокофьева
Я 51 / Пер с англ. Ф. Прокофьева. — М.: Изд-во Эксмо, 2005. — 352 с. — (Практическая психотерапия)
Николе М., Шварц Р. Н 63 Семейная терапия. Концепции и методы/Пер с англ. О. Очкур, А. Шишко iconЯлом И. Д. Лечение от любви и другие психотерапевтические новеллы Пер с англ. А. Б. Фенько
Пер с англ. А. Б. Фенько. — М.: Независимая фирма «Класс», 1997. — 288 с. — (Библиотека психологии и психотерапии)
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница