Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель»


НазваниеДжордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель»
страница8/32
Дата публикации07.03.2013
Размер3.54 Mb.
ТипЗакон
userdocs.ru > История > Закон
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   32

VIII
Разногласия, возникшие после битвы при Каллинике, исход битвы и другие причины привели Юстиниана к принятию драматического решения. Всю тяжесть этого решения он прочувствовал и осознал позже; теперь ему казалось, что он ясно видит предначертанный ему путь, и Юстиниан не колебался ни минуты. Он отозвал Велизария и передал командование армией Мунду. Последний сносно справился с поручением, хотя лучшие из воинов были склонны видеть в отзыве Велизария конец интриги. Мунду поручили командование вовсе не для ведения крупных военных операций.

По понятным ему одному причинам император решил закончить войну. Когда 8 сентября 531 года старый Кобад умер (событие не вполне неожиданное), Юстиниан немедленно начал переговоры о мире. Посольство, составленное из самых преданных, заслуживающих доверия дипломатов, было отправлено в Персию с поручением добиться окончания персидской войны, для чего им были даны самые широкие полномочия. Поэтому Велизарий был больше не нужен на Месопотамском фронте.

Возвышение Велизария дало Юстиниану незаменимый элемент государственного здания, который был нужен для восстановления империи. Велизарий заслужил свою славу и обеспечил свою репутацию не картинными достижениями, а реальной оригинальностью мышления в военном деле. Он сумел решить военные головоломки, которые до тех пор ставили в тупик лучших воинов империи. Ни один военачальник до него не оказался способным с таким эффектом использовать все преимущества, которые можно было извлечь из человеческого материала. Солдаты регулярной римской армии были надежны, но лишены воодушевления. В большинстве своем это были фракийские, иллирийские и анатолийские крестьяне, которые отличались доблестью и стойкостью, но были начисто лишены воображения. Так называемые фелераты, которых рекрутировали из всех подданных Рима и среди неримских племен, в большинстве своем были конниками и больше всего соответствовали понятию вспомогательных войск старой римской армии. Союзники — теперь это были гунны, герулы и сарацины, которых мы уже видели участниками персидской войны, — зачастую были великолепными солдатами; но поскольку они принадлежали к племенам, то подчинялись только своим вождям, дисциплина их бывала спорной, а характер очень непростым. И наконец, были букелларии, воины-профессионалы, находящиеся на частной службе у высокопоставленных особ и высших воинских начальников. Строго говоря, этот вид службы был незаконным, но в оговоренных случаях разрешение на зачисление таких людей в войско выдавалось без проволочек. Набирали этих людей из самых разнообразных слоев общества. Это была реминисценция старой римской клиентеллы, которой всегда была окружена старая римская знать; эта личная гвардия носила отпечаток черт корпуса вооруженных телохранителей греческих тиранов; напоминала домашних гладиаторов, под охраной которых находились многие римские олигархи поздней республики. Но отличительной особенностью этих нынешних формирований было их почти полное подобие дружинам северных королей. Эта охранная гвардия, которую вожди северных племен скопировали у Рима, была теперь в новой форме скопирована Велизарием. Возможно, что улучшения, которые ввел в свой корпус Велизарий, были позже снова скопированы германскими конунгами.

Истинным изобретением Велизария была такая организация, при которой дружина, как подразделение отборных и прекрасно обученных воинов, служила ядром, вокруг которого комплектовались все остальные элементы римского войска. Слабость любой военной системы заключается в отсутствии абсолютно надежного ядра. В старой римской армии таким ядром служили легионы. Исчезновение с исторической сцены древних городов-государств и их граждан уничтожило тип людей, из которых выковывался доблестный воин римского легиона.

До тех пор пока такому воину не нашлось замены, римская армия оставалась слабой и небоеспособной. Велизарий не стал делать попытку оживить легионера. Он воспользовался образцом первоклассного воина своего времени и научил его быть совершенным орудием тактических импровизаций. Типичным солдатом того времени был одетый в железные доспехи конный воин, вооруженный копьем, мечом и луком. Велизарий тренировал такого воина так, чтобы тот умел мастерски владеть всем этим вооружением. Мы уже видели, что персидские лучники были вынуждены уступить первенство римлянам, вооруженным более мощными луками. Во время битвы при Даре годом раньше было ясно продемонстрировано, как различные элементы римской армии с их причудливым разнообразием выучки и характера могут дополнять друг друга и служить воплощению схемы боевых действий, основная идея которой зиждилась на многообразии и различиях. Велизарий умело использовал эти различия, и они стали главным источником силы армии. Рецепт такого перевоплощения заключался в объединении всего разношерстного воинства вокруг дружины закованных в железо конных лучников. Такая схема не просто работала, она творила чудеса.
IX
Именно во время первой войны Юстиниана с персами Велизарий создал свою замечательную дружину, которая принесла ему мировую славу и обеспечила место в небольшом пантеоне, где обитают Александр, Ганнибал и Цезарь. За четыре года Велизарий собрал и обучил корпус воинов, которым не было равных среди подобных формирований того времени. Солдаты этого корпуса постоянно упоминаются на страницах писаний Прокопия. Старшими в этом корпусе были специально отобранные начальники, отборные представители своей касты, которых Велизарий использовал для особо опасных и ответственных миссий. Эти люди должны были одинаково хорошо мыслить и действовать.

Единственным препятствием, мешающим безграничному восхищению этим учреждением, было его косвенное воздействие на власть. Этот корпус был слишком большой силой, чтобы можно было держать его в повиновении у частного лица. Такие формирования могут подчиняться только августейшей особе, облеченной императорским достоинством. Члены этого корпуса не были римскими солдатами. Это было частное подразделение, использовавшееся их благодетелем, который и платил им деньги за службу. Охранная гвардия не подчинялась ничьим приказам и слушалась только своего хозяина; и, хотя закон требовал от них принесения клятвы верности императору, никто не мог опираться на такие хрупкие гарантии. Многие из воинов дружины не были римскими гражданами в принятом тогда смысле этого слова. Многие из них были готами или гуннами. Но при зачислении в дружину учитывалось только одно качество — воинская доблесть.

Со всей определенностью из последующего течения событий становится ясно, что Юстиниан и его советники отчетливо сознавали опасность такого формирования. Однако возможная угроза еще не действительная, а новая военная система Велизария в то время оказалась слишком полезной, чтобы обсуждать ее второстепенные недостатки. До того как на сцене появился Велизарий, Юстиниан был вынужден опираться исключительно на переговоры и дипломатию в деле осуществления своей заветной мечты — восстановления единства и величия Рима, и мы уже видели, в какое положение ставило его это обстоятельство. Но теперь начал действовать новый фактор. Было весьма прагматично, или казалось прагматичным в тот момент, дать ходу событий толчок, который можно обеспечить только военной силой или ее обдуманной демонстрацией.

При тех обстоятельствах такая возможность была наиболее благоприятна для императора. Многие из его начинаний были основаны на вере в то, что он сможет довести их до конца. В особенности это касалось переговоров с королевством вандалов в Африке. Император всегда должен был трижды подумать, сможет ли он подкрепить свои слова реальными действиями. Если дипломатический спор зайдет в тупик, то сможет ли в такой ситуации император рассчитывать на покорение Африки или хотя бы довести до сознания вандалов необходимость пересмотреть их позицию? Могут ли люди, подобные Ситту или Боузу, восстановить военной силой величие Римской империи? Открытие Велизария решило эту проблему. Юстиниан верил, что этому человеку такая задача вполне по плечу.
X
Переговоры Юстиниана с вандалами были переменчивы и непредсказуемы. Правда, мир, заключенный императором Зеноном в 474 году с королем вандалов Гайзерихом, с тех пор ни разу не был нарушен. Сыновей и внуков Гайзериха не трогали ни властители старого Рима, ни владыки нового. Старый Рим рухнул, отныне в Италии правят готские короли. Новый Рим все последние годы был настроен вполне дружелюбно. Во всяком случае, монофизит Анастасий прекрасно уживался с арианским королем Тразамундом. Преемником Тразамунда, вступившим на престол в 523 году, во время правления Юстина, стал дружественно расположенный к Риму Хильдерик. По крови он был наполовину римлянином, так как приходился внуком императору Валентиниану III, но это была половина его родословной, а по второй ее половине он приходился внуком Гайзериху. На политику нового короля повлияли наполовину римский ум, а также пример Юстина. Он прекратил религиозные преследования в Африке, оказывал знаки расположения к Юстиниану, относясь к нему как к брату и другу.

Одно дело, когда чистокровный вандал Тразамунд дружит с императором-монофизитом; совсем иное, когда наполовину римлянин, наполовину вандал Хильдерик дружит с ортодоксальным христианским императором, который, как это сделал Юстиниан, открыто провозглашает свои взгляды и намерения. Отношение государства вандалов к власти в Константинополе заключало в себе проблему, которую невозможно было решить улыбками и рукопожатиями; среди вандалов были люди, которые отчетливо это понимали. Прекращение преследования ортодоксов-христиан в Африке означало одобрение их богословской доктрины вероучения, такое одобрение влекло за собой признание законности притязаний Рима на имперскую власть; четвертым или пятым ходом в этой шахматной партии могла стать «рокировка»: Юстиниан начинает править в Африке, а Хильдерик поселится в роскошном доме в Константинополе. Никто Не выражал притворное удивление, когда в один прекрасный день депутация вандальских вождей ожидала аудиенции у дверей Хильдерика. Также никого не удивило то, что вскоре за беседой последовало исчезновение Хильдерика и восшествие на вандальский престол его кузена Гейламира.

Если бы Юстиниан всерьез намеревался делать то, что входило в его намерения, то вряд ли стал бы терпеть такое неуважение. Действительно, с каких пор дружба с римским императором стала считаться преступлением? Ради сохранения собственного достоинства и престижа в глазах остального мира он обязан был прийти на помощь низложенному королю вандалов. Более того, вандалы сами создали повод для вторжения в Африку. Если Юстиниану суждено силой оружия воссоздать былую Римскую империю, то начинать завоевание, как считал еще Лев, надо именно в Африке. Начинать воссоздание государства с Испании или Италии, имея в тылу сильный флот вандалов, было безумием. Итак, наступило подходящее время, а ход событий подсказал подходящее место. Если Юстиниан действительно хочет созидать, то пришло время действовать.
XI
Юстиниан принял близко к сердцу дело своего друга Хильдерика. Если бы он любил Хильдерика чуть больше или меньше был бы заинтересован в африканском королевстве вандалов, то, возможно, его послание отличалось бы большей медоточивостью. Но послание было выдержано в поистине имперских повелительных тонах.

Император указал, что ни всеобщий обычай цивилизованного человечества, ни завещание Гайзериха не оправдывают тюремного заключения и насильственного отстранения от власти старого человека, который является законным королем вандалов. Император напомнил Гейламиру, что не лучший выбор получить не вполне законно титул незадолго до того, как этот титул на законных основаниях достанется ему в силу естественного хода вещей. Юстиниан потребовал, чтобы Хильдерику позволили остаться номинальным главой вандальского государства при том, что решать вопросы государственной политики будет Гейламир. Если вы станете придерживаться такого поведения, добавил Юстиниан, то «Всемогущий Господь и Мы» сохраним дружественное к вам расположение.

Видимо, это послание вызвало лишь раздражение вандалов, так как римского посланника отправили домой без ответа, а строгость содержания под стражей Хильдерика была удвоена. Это как нельзя больше соответствовало желаниям Юстиниана. Он снова написал Гейламиру, заметив, что ему не могло даже прийти в голову, что его просьба останется без удовлетворения. Вслед за этим Юстиниан предъявляет ультиматум. Он требует освобождения Хильдерика и обеспечения его беспрепятственного переезда в Константинополь; в случае отказа имперское правительство не сможет оставить дело в таком виде. Послание заканчивается напоминанием Гейламиру о том, что старый договор с Гайзерихом пока остается в силе, и Юстиниан предлагает действовать в соответствии с духом и буквой завещания, сделанного Гайзерихом в интересах его законного наследника.

Такое ошеломляющее заключение одновременно напугало вандалов и привело их в неописуемую ярость. Если они выполнят требование Юстиниана, это будет означать, что королевство вандалов подпадает под прямую юрисдикцию императора, который недвусмысленно взялся обосновать такое подчинение. На этот раз вандалам пришлось взять на себя труд ответить на послание императора. Этот ответ очень интересен во многих отношениях. Вандалы возражали на обвинение в том, что низложение Хильдерика противоречит обычаям цивилизованного человечества. Хильдерик был обвинен в изменении политики королевства и был низложен волеизъявлением народа. Авторы письма подчеркнули, что Юстиниан не имеет никакого отношения к этому делу и не имеет права в него вмешиваться, что любое вмешательство с его стороны будет расценено как признание недействительным договора между Гайзерихом и Зеноном; Свое отношение они подчеркнули тем, что в заголовке письма поставили следующую фразу: «Базилевс Гейламир базилевсу Юстиниану». Это было утверждением суверенного вандальского королевства, не подчиненного Римской империи, а равного с ней по положению. Это было отрицанием всех допущений, на которых Юстиниан основывал свою политику.

Теперь все, кто не участвовал в этой ссоре, должны были убраться с дороги.
XII
Такова была обстановка, когда Велизарий во главе своей знаменитой дружины возвращался в Константинополь из Месопотамии.

Хотя Велизарий вернулся после катастрофического поражения при Каллинике, Юстиниан не стал обращать внимания на этот результат. Император был удовлетворен военным искусством, которое проявил его полководец в двух проведенных им кампаниях. Тот факт, что невежественные и твердолобые подчиненные вынудили Велизария против его воли ввязаться в сражение, не мог заслонить искусства совершения марша для перехвата персидского войска у Халкиды и умелого преследования, сопровождавшего изгнание персов с римской территории. Теперь Юстиниан мог предложить Велизарию нечто лучшее. На персидской границе были соперничавшие между собой командиры, ревнивые аристократы, которые вечно считали себя обойденными. В Африке у Велизария руки будут полностью развязаны. На африканской почве, свободной от переплетения интересов и соперничества аристократов, его ум сможет во всем блеске использовать отпущенный ему Богом гений.

Он будет вынужден это сделать, ибо, как только нога Велизария ступит на землю вандалов, он сможет покинуть ее только мертвецом или победителем.

Глава 4

^ «НИКА»: ВОССТАНИЕ «СИНИХ» И «ЗЕЛЕНЫХ»
I
Африканская политика Юстиниана, которая явилась продолжением политики, принятой им с начала правления, столкнулась с куда большей оппозицией. Примирение с папством, отвратительное в некоторых деталях, не привело к кровопролитию и стоило весьма дешево. Вторжение в Африку стало предприятием совершенно иного рода. Оно встревожило ту часть общественного мнения, которая до сих пор благосклонно относилась к Юстиниану. О том, как военное мероприятие отразилось на настроении широких масс, которые во все времена остаются безгласными, мы можем судить по упоминаниям о нем главных сторонников императора, чье мнение было записано и дошло до нас для нашего просвещения.

Велизарий, как трезвый и умный человек, не был приятно удивлен предложением испытать свои таланты на африканском поле. Предложение выглядело как приказ достать Луну с неба. Иоанн Каппадокийский яростно выступал против самой идеи африканской кампании и считал своим долгом сказать об этом громким голосом и простым языком. Всем была хорошо известна новейшая история походов в Африку. Каждый из них закончился катастрофой. Лев выбросил на ветер сто тысяч слитков золота, и что он получил взамен? Результатом его авантюры стало то, что финансисты в течение тридцати лет не могли сбалансировать бюджет империи. Любая попытка вытеснить из Африки вандалов заканчивалась неудачей. Кроме того (говорил Иоанн), предположим, что мы изгнали вандалов. Но Африку невозможно удержать без повторного завоевания Сицилии и Италии. Юстиниан предлагает нам такую перспективу? Иоанн совершенно ясно представлял себе всю картину, ибо много лет занимался тем, что преследовал неплательщиков налогов, пытаясь таким способом заполнить деньгами бездонную бочку государственного бюджета. Искренность его оппозиции видна невооруженным глазом, в ней не приходится сомневаться.

Велизарий отметил свое возвращение из персидского похода женитьбой на женщине по имени Антонина — вдове, имевшей взрослого сына. Прокопий намекает, что эта достойная дама, связанная узами родства с семейством знаменитых колесничих и известная в кругах участников скачек, «положила глаз» на Велизария в духе своего семейства, где всегда ценили победителей. Вероятно, ее влияние вдохновило Велизария принять предложение, которое могло повысить его статус в военной иерархии. Возможно, что сильная оппозиция Иоанна изменила чувства Велизария. Но в конце концов, положение было не таким безнадежным, как живописал его Иоанн. Велизарий не был круглым тупицей, чтобы не решиться на встречу с вандалами лицом к лицу. Много зависело от поддержки со стороны Юстиниана, который хотел сосредоточить беспрецедентную мощь в руках одного Велизария. Такая свобода действия, мощная поддержка, которой Сципион Африканский тщетно ожидал от республиканского сената, была дарована Велизарию монаршей милостью императора.

Велизарий был солдатом до мозга костей и не мог ослушаться повеления императора. Если император приказывает ему оставить свои кости в Африке, он отправится в Африку и выполнит данный ему приказ. Иоанн тоже не был готов заходить слишком далеко в своих протестах, он был другом императора и его министром в нашем понимании. Если Юстиниан будет продолжать настаивать на своей безумной политике, то Иоанн пожмет плечами и отправится заниматься своим прямым делом — выколачивать деньги. Там, где сдастся Иоанн, консистория тоже не станет держать мощную оборону. Епископы, конечно, ухватятся за возможность освободить страждущих братьев от тяжелого окровавленного сапога арианского тирана. Оставался один сенат.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   32

Похожие:

Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconМоисей прославился не только как национальный освободитель, но и...
Но в двадцатом веке мы уже имеем право спросить: является ли Моисеев кодекс, как нас постоянно уверяют, образцом справедливости?
Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconДжон Эдмунд Гарднер Возвращение Мориарти Серия: Профессор Мориарти 1
Мориарти. Но ведь он погиб, сгинул в пучине Рейхенбахского водопада во время схватки с Шерлоком Холмсом. Однако великий сыщик с Бейкер-стрит...
Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconДжон Эдмунд Гарднер Возвращение Мориарти Серия: Профессор Мориарти...
Мориарти. Но ведь он погиб, сгинул в пучине Рейхенбахского водопада во время схватки с Шерлоком Холмсом. Однако великий сыщик с Бейкер-стрит...
Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconБессмертие мечта всего человечества: готовы ли мы к нему?
Джордж М. Янг, сотрудник Университета Новой Англии, в своем блоге на странице сайта The Huffington Post. …Джордж Янг считает, что...
Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconИнформационный бюллетень Международной независимой ассоциации трезвости
Ловчев В. М. Август Форель: великий ученый и великий трезвенник // Эйфория, 2003, №2, С. 8
Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconДжордж Оруэлл Скотный двор Джордж Оруэлл Скотный двор Глава I
Ткнув ногой заднюю дверь, он проковылял через двор, не в силах выбраться из круга света от фонаря, пляшущего в его руке, нацедил...
Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconДжордж Оруэлл Скотный двор Классическая и современная проза Джордж Оруэлл. Скотный двор
Ткнув ногой заднюю дверь, он проковылял через двор, не в силах выбраться из круга света от фонаря, пляшущего в его руке, нацедил...
Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconСписок литературы по психотерапии
«Теория семейных систем Мюррея Боуэна: Основные понятия, методы и клиническая практика» под ред. К. Бейкер, А. Варга
Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconЛекция №3. «Территориальное планирование»
Законодатель обозначил общие положения (процедурные нормы) о документировании процесса территориального планирования, которые включают...
Джордж Бейкер «Юстиниан. Великий законодатель» iconВеликий надуватель пузырей Голдман Сакс
Великий американский пузыренадуватель by Mаtt ТаibbiГолдман Сакс создавал каждую крупную рыночную махинацию со времен Великой Депрессии...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница