Институт российской истории в. В. Трепавлов


Скачать 13.12 Mb.
НазваниеИнститут российской истории в. В. Трепавлов
страница101/122
Дата публикации17.03.2013
Размер13.12 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > История > Книга
1   ...   97   98   99   100   101   102   103   104   ...   122

633


ществлялись через Посольский приказ, из Большой Ногайской Орды в русскую столицу направлялись официальные посольства (Кочекаев 1969а, с. 58, 59; Кочекаев 1988, с. 97, 98).

Автор этих строк также посвятил определению формальных признаков подданства небольшую работу, предложив в качестве основных критериев следующие: включенность территории (народа) в высшую государственную символику — большой царский титул, большой государственный герб, конституцию; налогообложение в пользу единого государства; распространение на данный регион действия общероссийского законодательства и подведомственность внутригосударственным инстанциям; принадлежность его (региона) к одному из административных подразделений государства. По моему мнению, вести речь о вхождении территории в состав государства можно лишь с тех пор, как она обзаводится хотя бы тремя из перечисленных четырех критериев (Трепавлов 19996, с. 116, 117).

Состояние источниковой базы и в определенной мере национальная принадлежность большинства исследователей породили русоцен- тристский подход к интересующей нас теме, т.е. оценка степени зависимости ногаев производилась исключительно с позиций русской стороны. Лишь Р.Хелли в 1990 г. впервые поставил (но не решил) задачу анализа ее в интерпретации самих кочевников. По замечанию Р.Хелли, до 1556 г. они видели в Московской Руси своего вассала, а затем союзника. В число же российских подданных ногаи не входили до 1730-1790-х годов (НеШе 1990, р. 103).

Общую схему решения проблемы предложил А.Каппелер (1992 г.): «С точки зрения степняков, подчинение было ни к чему не обязывающим, временным ограничением, сделкой с соответствующим государем (не только русским! — В.Т.). С точки зрения Москвы, напротив, как видно из сообщений летописей и наказов послам, уже шерть 1557 г. и тем более последующие соглашения рассматривались как легитимные договоры и первые шаги к установлению московского господства над Ногайской Ордой». При этом немецкий историк справедливо считает, что при исследовании вопроса об установлении российского господства над ногаями (принадлежащего к запутанной теме присоединения земель к России) следует больше доверять дипломатическим документам, нежели официальным хроникам, искаженным политическими пристрастиями (Kappeler 1992, р. 101, 103).

Для начала рассмотрим спектр суждений о характере зависимости и сроках ее установления. В литературе распространено убеждение о вступлении Больших Ногаев в подданство русскому царю (Кидырниязов 1991а, с. 115; Рычков 1774, с. 51; Самарская 1993, с. 37; Санин 1987, с. 57; Фирсов 1866, с. 85; Podhorodecki 1987, р. 105). К нему примыкает концепция о присоединении Большой Ногай

634


ской Орды к России (вхождение в состав) (Дьякова, Чепелкин 1995, с. 57, 78, 80; Кичиков 1969, с. 60). Это наиболее жесткая оценка степени зависимости. Ее сторонники считают, что Ногайская Орда полностью утратила самостоятельность.

Подавляющее же большинство исследователей не видят в ногай- ско-русских отношениях признаков окончательного подчинения кочевников Москвой, поэтому ведут речь о московском протекторате (Буканова 1981, с. 13; История 1979, с. 291; Кычанов, Литвин- ский 1979, с. 193; Савельев Е. 1918, с. 92) или о разного рода зависимости— вассальной (Жирмунский 1974, с. 480; Кореняко 1996, с. 32; История 1997, с. 418; Назаров 1998, с. 48, 62; Очерки 1967, с. 233; Bennigsen, Lemercier-Quelquejay 1976, p. 231), даннической (Чагин 1995, с. 25), односторонней экономической (Kappeler 1992, р. 104), слабой (Смирнов Н. 1948, с. 27; Смирнов Н. 1958, с. 48) или, наоборот, полной (Моисеева 1956, с. 186).

Иногда встречаются мнения о существовании между двумя державами союза, т.е. равноправного партнерства, в том числе и во второй половине XVI — начале XVII в. (Горсей 1990, с. 192 — примеч. А.А.Севастьяновой; Трепавлов 1997 г, с. 154).

Ряд историков, которые не занимались специально изучением Ногайской Орды, но касались ее по ходу исследования других тем, разумно обходили вопрос о подданстве или союзе, ограничиваясь нейтральными формулировками: нахождение ногаев под верховной властью русских (Бартольд 19686, с. 591); сохранение остатков политической самостоятельности при зависимости от Москвы (Вернадский 1939, с. 101); подчинение или подчиненное положение ногаев по отношению к царю (Очерки 1955а, с. 368; Шмидт 1964, с. 56); постепенное приведение в зависимость от Москвы «благодаря умелой и ловкой политике московского правительства при Грозном и Федоре Ивановиче» (Любавский 1996, с. 273).

Историографическая ситуация осложняется еще и тем, что некоторые ученые со временем меняют свои подходы и трактовки. Скажем, Е.П.Алексеева долго была убеждена в присоединении Больших Ногаев к Русскому государству, принятии русского подданства (Народы 1957, с. 123; Очерки 1967, с. 128, 129), но в конце концов пришла к выводу о политическом союзе между ними (Алексеева 1991, с. 68, 69). М.Г.Сафаргалиев видел в этих отношениях сначала вассалитет ногаев (Сафаргалиев 1938, с. 152; Сафаргалиев 1949а, с. 50), а затем вхождение в состав России (Сафаргалиев 1952, с. 44).

Подобный разнобой в оценках не всегда происходит от переосмысления авторами материала источников или пересмотра доказательной базы своих концепций. Нередко это является результатом нечеткости, неразработанности критериев подданства / протектората / вассалитета / союза и т.п. Отсюда даже в одном и том же сочинении могут

635


встречаться различные термины. В статье Б.-А.Б.Кочекаева, специально посвященной этому вопросу, можно прочесть и о «российском протекторате с элементами вассалитета», и о том, что «Ногайская Орда стала вассалом России» (Кочекаев 1969а, с. 58-60). А.А.Новосельский писал как о вассальной зависимости, так и о полном подданстве ногаев царю, установлении его полного сюзеренитета над Ордой при Исмаиле (Новосельский 1948а, с. 14, 27, 40, 55 и сл.); А.Н.Усманов — о вассальной зависимости и присоединении к России (Усманов А. 1982, с. 98, 124,

Впрочем, ясности по данной проблеме не было и у наблюдателей XVI-XVII вв. Иностранные источники по-разному описывают ногайско-русские отношения. В начале XVII в. Дж.Горсей полагал, что ногаи в свое время были завоеваны Иваном IV; С.Какаш и Г.Тектандер — что «ногайцев... московиты отчасти подчинили себе»; П.Петрей считал русского государя «царем-покровителем» ногаев (Горсей 1990, с. 90, 91; Какаш, Тектандер 1896, с. 19; Петрей 1867, с. 66).

Относительно исходных события и даты установления зависимости оформилось доминирующее мнение — это шерть бия Исмаила 1557 г. (или — шире — его шерти 1554-1557 гг.) (см., например: Кидырниязов 1991а, с. 115; Кочекаев 1988, с. 95, 96; Лунин 1956, с. 6; Народы 1957, с. 123; Новосельский 1948а, с. 14; Очерки 1986, с. 128; Самарская 1993, с. 37; Усманов А. 1982, с. 126; Podhorodecki 1987, р. 105). М.Г.Сафаргалиев попытался максимально уточнить срок «вхождения ногаев в состав Московского государства»: не ранее 1556 г., когда Исмаил еще общался с Иваном IV как равный с равным, и не позднее 1557 г., когда он назвал себя холопом царя (Сафаргалиев 1938, с. 152).

Выше мы убедились в условности холопства Исмаила в 1557 г., поскольку впоследствии он все же смог поставить себя в глазах Ивана IV как его друга и брата (т.е. равноправного государя). Исследователей подстерегает ловушка — летописная и официальная московская версия событий: по ней «присяга 1557 г. описана, разумеется, в выражениях, которые убеждали в подчинении (ногаев. — ВТ). Они приводятся Сафаргалиевым и Кочекаевым как собственные слова Исмаила в качестве доказательства вассальных отношений. Но на самом деле это были косвенные высказывания, переданные речами московских дипломатов» (Kappeler 1992, р. 102).

Причина «подчинения» ногаев в 1550-х годах столь же популярна в историографии — это русское завоевание Казани и Астрахани, занятие российскими войсками татарских ханств и овладение тамошними рынками (см., например: Кичиков 1969, с. 60; Кочекаев 1988, с. 89; Кычанов, Литвинский 1979, с. 193; Очерки 1955а, с. 368; Санин 1987, с. 57; Фирсов 1866, с. 85; Шмидт 1964, с. 56; Bennigsen, Lemercier-

636


Quelquejay 1976, p. 231)22. Кроме того, некоторые авторы указывают на внутриордынские факторы того периода — великий голод и поиск бием поддержки в борьбе против Юсуфовичей (Bennigsen, Lemercier- Quelquejay 1976, p. 231, 232; Kappeler 1992, p. 104).

Естественным продолжением таких рассуждений является вывод о превращении союзнических отношений, дружбы Ногайской Орды и Московского царства в вассапьно-сеньориальные (Жирмунский 1974, с. 480; Кочекаев 1988, с. 96). Но реальная мощь ногайской державы и традиции мангытского самовластия в Дешт-и Кипчаке не позволяли потомкам Эдиге в одночасье отказаться от суверенитета. Лишь Р.Хелли справедливо указал, что «фактически до 1556 г. именно ногаи расценивали Московию как своего вассала, а после того — как союзника»: начальные отец и сын были заменены на брат и друг (Hellie 1990, р. 103), исключая единственный эпизод 1557 г., когда деморализованный неудачами Исмаил неосмотрительно назвал себя холопом.

Через семьдесят лет после этих событий нурадин Кара Кель-Мухаммед писал царю Михаилу Федоровичу: «При дяде нашем Исмаиле князе... ево послы и торговые люди бывали при прежних государех... на Москве, а в то время к московским государем прихаживали литовские и немецкие, и Казыева улуса, и крымские послы. И великие государи Белые цари тем всем... послом [с]казывали и росказывали... что у государя нагаиские татаровя холопи есть. А я ныне твои государев такой же холоп есть» (НКС, 1626 г., д. 2, л. 161-162). Эти слова полностью согласуются с идеей А.Каппелера о московской идеологизированной трактовке ногайского холопства-вассалитета. Ведь Кара Кель-Мухаммед ссылается не на шерти, не на детали дипломатических отношений, а лишь на именование его предков холопами при «прежних государях». Более ранние свидетельства из ногайских, русских и европейских документов демонстрируют меньшую степень зависимости: Исмаил «государю служил и прямил правдою, как государь Асторохань взял»; «Исмаил был в дружбе (а не в холопстве! — В.Т.) с московским государем» и т.п. (Акты 1915, с. 81; Дженкинсон 1937, с. 173; КК, д. 12, л. 343 об.; Мазуринский 1968, с. 134; НКС, д. 5, л. 152, 152 об.).

Изредка появляются мнения о более раннем или позднем исходном рубеже зависимости ногаев от Москвы. П.И.Рычков и А.А.Севастьянова сочли таким рубежом 1540-е годы, когда мирзы попросили Ивана Васильевича оборонить их от астраханского хана Ямгурчи (Горсей 1990, с. 192; Рычков 1774, с. 51); Г.Н.Чагин — почему-то 1563 г. (смерть Исмаила и «вокняжение» Дин-Ахмеда?) (Чагин 1995, с. 25);

22 Шведский дипломат П.Петрей де Ерлезунда в 1620 г. тоже считал, что московский государь сделался для ногаев «царем-покровителем с тех пор, как овладел Казанью и Астраханью» (Петрей 1867, с. 66).

637


А.Каппелер — шертование Уруса после замирения с Москвой в 1587 г. (Kappeler 1992, р. 102).

Я солидарен с мнениями тех ученых, которые, даже приписывая Большой Ногайской Орде полную подчиненность российским монархам, рассматривают этот процесс как протяженный во времени и противоречивый. Так, Е.П.Алексеева указывала, что после «присоединения к Русскому государству» при Исмаиле Ногайская Орда не раз «ускользала из русского подданства, но потом снова присягала на верность» (Очерки 1986, с. 129). О своеобразном откате во взаимоотношениях при Дин-Ахмеде и особенно Урусе писали многие авторы. А.А.Новосельский и И.И.Смирнов, отметив этот откат и возвращение Уруса «в московского волю», посчитали формальным началом подчинения ногаев провозглашение Иштерека бием по указу Бориса Годунова 1600 г. (Новосельский 1948а, с. 15, 28, 40, 56; Очерки 1955а, с. 481). А.Каппелер расценил события 1587 г. только как кратковременное признание Урусом своей покорности Москве, а реальный вассалитет видится ему тоже с 1600 г. (Kappeler 1992, р. 103). Р.Г.Буканова еще более осторожна в суждениях и пишет, что в первой половине XVII в. у русского правительства существовало только «стремление к установлению протектората над экономически и политически слабыми соседями», в том числе над ногаями (Буканова 1981, с. 13).

Таким образом, в исторической литературе наблюдается широкий разброс мнений, и общий подход по поводу характера и сроков установления зависимости Ногайской Орды от России пока не выработан. Попытаемся рассмотреть особенности ногайско-русских отношений по принципу приближения к категории подданства (т.е. полного подчинения) в соответствии с перечисленными выше критериями.

Ногайская Орда или ногаи никогда не включались в большой царский титул. Это может служить показателем того, что Москва не расценивала их как часть подвластного царства в отличие от бывших казанских владений, территорий астраханских и сибирских татар, перечисленных в титуле. Данный формальный аспект отмечали Б.-А.Б.Кочекаев и М.Г.Сафаргалиев (Кочекаев 1988, с. 97; Сафаргалиев 1949а, с. 49).

Мнение Е.Н.Кушевой о том, будто в середине XVI в. царь «стал официально называться государем кабардинских горских черкасских князей, ногайских, абазинских и иных народов» (Очерки 1967, с. 233), основано, вероятно, на недоразумении. Мне неизвестен вариант титула с упоминанием ногаев. Единственный случай причисления их к государевым подданным относится к концу 1580-х годов, к перечню «новоприбылых» в 1587-1589 гг. государств: царь юргенчский и царевич хивинский, князь Шевкальский и земля Иверская, государство Тюменское (на нижнем Тереке), Окотцкая и Черкасская земли (т.е. Чечня и Кабарда), «кабардинские, абазинские и ногайские орды за

638


Волгою и меж Волги великие и Дону» (Белокуров 1888, с. CXVI). Данный список грешит явным преувеличением, поскольку Хивинское ханство (Хорезм) и большинство перечисленных здесь кавказских владений не входили и не могли в XVI столетии входить в состав России; отсюда ясна некорректность причисления к «новоприбылым» и Ногайской Орды.

Ногаи не платили государственных налогов (тягла) и ясака. П.Петрей описал систему отношений таким образом: Иван IV сделался их царем-покровителем, «однако же не на том уговоре, чтобы они платили ему дань, а на том, что, если он пришлет к ним гонца, их начальник должен быть готов явиться к нему с известным числом вооруженных и служить ему без жалованья, впрочем, получая в свою пользу добычу и награбленное имущество, сколько добудет» (Петрей 1867, с. 66).

Эти утверждения согласуются с протокольным образом ногаев в наказах московским послам в Речь Посполиту во второй половине XVI в. Стандартная формулировка такова: они «государю послушны, все во государской воле государю служат, куды им государь велит, и они на государеву службу ходят». Относительно астраханских татар дается аналогичный текст, но с принципиальным добавлением: «...государю послушны и ясаки государю платят, и на государеву службу ходят, где им государь велит» (ПДПЛ, т. 3, с. 154, 165, 179, 194). Обитатели «юртов» у Астрахани под надзором воевод являлись подданными царя, что подтверждалось именно фактом ясачных выплат. Но на ногаев эта норма не распространялась. Они действительно с удовольствием ходили на «службу» — воевать на западных границах Руси (см.: Трепавлов 19986), но не считали это следствием включенности в состав Московского царства.

Лишь с середины XVII в., когда множество разоренных улусов стало оседать в окрестностях русских крепостей, появились сведения о регулярных платежах. Итальянец-аноним в 1657 г. записал, что «великий хан ногаев... платит дань лошадьми и войлоками, выделываемыми из самой белой шерсти». Причем речь здесь не об астраханских ногаях-юртовцах, а о степных, так как тут же сказано, что порою они «восстают против великого князя» и совершают набеги на Россию (Письмо 1871, с. 309). Правда, никакого «великого хана» у ногаев ни тогда, ни раньше не существовало.

До конца истории Ногайской Орды ее предводители общались с правительством России через Посольский приказ. Наиболее нагляден данный критерий относительно первых десятилетий XVII в., когда, по логике многих исследователей, Большие Ногаи уже давно входили в состав Московского государства. В 1613/1614 (7123) г. от имени царя Михаила Федоровича в Казань была прислана грамота, предписывавшая воеводам
1   ...   97   98   99   100   101   102   103   104   ...   122

Похожие:

Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут военной истории министерства обороны российской федерации...
Редакционная коллегия серии сборников документов «Великая Отечественная война 1941 —1945 гг.»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут истории Отделение исторического образования Кафедра всеобщей...
Рекомендовано к печати кафедрой всеобщей истории и методики преподавания Института истории кфу
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Уральский юридический институт
Актуальные проблемы истории, политики и права: Межвузовский сборник научных статей. Часть II – Екатеринбург: Изд-во Уральского юридического...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconЦелью и задачами курса «Отечественная история» в вузе являются
России с древнейших времен и до наших дней. Показать на примерах из различных эпох органическую взаимосвязь российской и мировой...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Федеральное агентство по образованию институт...
На смену «прекрасному» приходят «шок-ценности»2: новизна, необычность, абсурд, жестокость. Это привело к расширению предмета эстетики,...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconВысшего профессионального образования центросоюза российской федерации...
Сарчин Р. Ш. Философия: Планы практических занятий. – Казань: Казанский кооперативный институт, 2012. – с
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРеспублики Татарстан Институт истории им. Ш. Марджани Садри Максуди...
Монография рекомендована к печати ученым советом Института истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПриглашают на дискуссию Историческая память и борьба за идентичность современных россиян
Государственная историческая политика: символизация событий и героев. Год российской истории. Школьные и вузовские учебники истории:...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconНовосибирская региональная общественная организация общества «знание»...
Филиал ноу впо «санкт-петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПермский государственный гуманитарно-педагогический университет Кафедра...
Приглашаем Вас принять участие во всероссийской научной конференции «Повседневность российской провинции. XIX-XX вв.»
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница