Институт российской истории в. В. Трепавлов


Скачать 13.12 Mb.
НазваниеИнститут российской истории в. В. Трепавлов
страница55/122
Дата публикации17.03.2013
Размер13.12 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > История > Книга
1   ...   51   52   53   54   55   56   57   58   ...   122
частью ханства, что отражалось в официальной документации (см., например, шертную запись посла Ахмед-паши-бека Сулешева на посольском съезде в Ливнах 9 ноября 1593 г.: обязательства даются «за государя своего Казы Гирея царя и калгу Фети Гирея царевича, и за все царевичи, и за весь Крым, и за Арасланаев улус Дивеева» — Лашков 1891, с. 35)31. Для обозначения населения этого улуса стало употребляться словосочетание «бесчисленные (сансыз) ногаи» (Лашков 1891, с. 47), которое в следующем столетии вошло в ханский титул (см., например: КК, 1629 г., д. 14, л. 16).

Родо-племенной состав крымских ногаев неизвестен; нет сведений, что во второй половине XVI в. у них сохранялось деление на эли (за единственным исключением упомянутых выше кипчаков Тягриберди). Сам способ обозначения их улуса именем верховного бека говорит об угасании такого деления и о выдвижении на первый план родоначальника определенной ветви мирз. О том же свидетельствует информация Саид-Мухаммеда Ризы о составе девяти ногайских «племен, происходящих от Идику», которые поддерживали в 1580-х годах Саадет-Гирея, — мансур, урак, мамай, касай, ор-мамбет, токуз, едиджек улы, джамболук, едисан (Смирнов В. 1887, с. 443; Precis 1833, p. 3 80)32.

Данные о численности крымских ногаев можно получить из сведений о размерах их ополчения. При подготовке похода на Астрахань в 1569 г. султан приказал Девлет-Гирею собрать всю его восьмидесятитысячную армию и добавить к ней тридцать тысяч ногаев. Г.Д.Бурдей резонно предположил, что подразумевались те ногаи, которые проживали в государстве Девлет-Гирея или зависели от него (Бурдей 1962, с. 7), т.е. не Большие Ногаи. Авангард мирзы Тягриберди на Молодях в 1572 г. насчитывал двадцать тысяч всадников (Разрядная 1975, с. 199), и при этом неизвестно, скольких вел с собою Дивей. Во время борьбы Саадет-Гирея с Ислам-Гиреем бек Есеней б. Дивей предводительствовал пятнадцатью тысячами своих воинов (КК, д. 16, л. 2). После стабилизации обстановки в ханстве при хане Гази-Гирее гонцы в 1591 г. рассказывали, что «Арасланаевых улусов збираетца до семинатцати тысеч» (КК, д. 19, л. 107 об.). Таким образом, численность ногайского ополчения колебалась от пятнадцати

31 Со временем имя Арсланая ушло из обозначения улуса, уступив место имени его отца. В аналогичных шертях 1594, 1614, 1629 гг. и др. ногайская часть Крымского юрта именовалась «Дивеева улусу нагаями», «Дивеева родства' мурзами и нагайскими людьми» (см.: Лашков 1891, с. 37, 41, 52).

32 В данном случае нам важно отметить принцип именования «племен». Конкретный же их список у Саид-Мухаммеда Ризы явно анахроничен. Большинство приведенных названий появилось только в XVII в. Например, ор-мамбет-улы, т.е. потомки Ормамбета (Ураз-Мухаммеда б. Дин-Ахмеда), в 1580-х годах не составляли какой-то отдельной общности, так как Ураз-Мухаммед был еще жив и пока даже не вступил в «большое княженье» над Большими Ногаями.

363


до тридцати тысяч воинов, т.е. от семидесяти пяти до ста пятидесяти тысяч человек населения в целом.

Во второй половине XVI в. ногайские улусы Крыма пополнялись главным образом выходцами из-за Волги. Новоселы несли с собой традиционные недоверие и враждебность к Гиреям. К концу столетия такие настроения, случалось, преобладали среди жителей заперекоп- ских степей. Из Юрта доходили вести, что «нагаиские люди царю и царевичем не верят, а царь и царевичи нагаем не верят» (1576 г.); «нагаи царя не добре слушают» (1578 г.) (КК, д. 14, л. 299; д. 15, л. 168 об.). В своих стойбищах они нелицеприятно обсуждали политику Бахчисарая и планы замены ханов-неудачников (к примеру, Гази- Гирей «промышлять не умел, только многих людей потерял и рать всю погубил» — цит. по: Загоровский 1991, с. 214).

Гиреи платили кочевникам той же монетой. Они опасались степняков, хотя и полагались на них в военных предприятиях. В 1570 г. из владений Дин-Ахмеда выехали «в Крым на царево имя» около тысячи улусников. «И царь... им не поверил, а велел их роздати за Перекопью по всем улусом по крымским и по нагаиским» (КК, д. 14, л. 7 об.). В целом кочевники имели основания для недовольства правящим режимом: ногаев всегда снаряжали в авангардные бои, чреватые наиболее крупными потерями, для государственных нужд у них то и дело реквизировали подводы и скот, ограничивали в передвижениях и, случалось, отнимали пастбища (Новосельский 1948а, с. 28). Возмущение ногаев нарастало пропорционально их численности.

Отношения Больших Ногаев с Малыми претерпели непростую эволюцию. Пока был жив основатель Малой Орды Гази б. Урак, правители обоих Юртов видели друг в друге непримиримых врагов. И лишь после гибели Гази в 1576 г. наметилось некоторое потепление. Москва и здесь попробовала захватить инициативу и выступила с идеей сближения ногайских Орд. Иван IV предложил Дин-Ахмеду сослаться с братьями покойного Гази и Юсуфовичами, обретавшимися на Северо-Западном Кавказе, «чтоб с вами были вместе, чтоб ваша Орда людми полнилась, чтоб нашим недрузем и вашим было страшнее» (БГК, д. 137, л. 366 об., 367).

Сближение действительно произошло, но позднее и не под русским, а скорее под крымско-турецким патронажем и на антироссийской основе. В первой половине 1580-х годов, когда бий Урус был настроен резко против России, Большие и Малые Ногаи нередко ходили в походы вместе друг с другом и с крымцами. О тех временах на Руси вспоминали, что врагами были «турской салтан и крымской царь, и Большие Орды нагаи заволжские, и Казыев улус, и кабардинские черкасы, и горские кумытцкие люди, сложась заодин, безпрестани на государеву землю приходили войною и к городам (приступали), и царского величества рати все были против их» (ПДПЛ, т. 4, с. 151).

364


В литературе уже давно бытует мнение о складывании коалиции двух Орд, действовавшей против Московского государства (см., например: Очерки 19556, с. 476). То время отмечено неоднократными совместными вторжениями большеногайских и малоногайских мирз на русское пограничье.

Но отношение биев Дин-Ахмеда и Уруса к казыевцам было все же далеко от приязни и искренней солидарности. Дело в том, что Малая Орда служила одним из основных пунктов откочевки. Недовольные своими биями, мирзы Большой Орды уходили не только в Крым, но и к Малым Ногаям, и там, следовательно, концентрировалась оппозиция биям. Урус ничего не имел против того, чтобы его сородичи вместе с братьями и сыновьями Гази нападали на Русь. Но его не устраивал уход к ним его подданных. Поэтому между Ордами случались и военные столкновения. В одном из них попал в плен малоногайский бий Якшисаат (Московский 1978, с. 233), в другом был убит сам Урус. Несколько лет после этого прошли в сражениях: заволжская знать мстила за своего государя (хотя некоторые заволжские мирзы по- прежнему присоединялись к казыевцам в набегах).

Лишь в 1596 г. пришли вести, что «Болшие Ногаи с Казыевым улусом помирились» на той же привычной основе: «Хотят идти на весну на государеву украину» (КК, 1596 г., д. 1, л. 2). А в 1598 или 1599 (7107) г. нурадин Иштерек нанес визит главе Малой Орды Баран- Гази б. Саид-Ахмеду и убеждал его шертовать московскому царю (Акты 1918, с. 123; НКС, 1604 г., д. 3, л. 136).

Связи Больших Ногаев с княжествами горцев Северного Кавказа были давними, но не особенно тесными. Из-за значительной удаленности они до 1580-х годов не поддерживали постоянных контактов между собой. Стороны обычно ограничивались общепринятыми знаками дружбы наподобие женитьбы детей. Дочь кабардинского князя Малхуруб вышла за Дин-Ахмеда, дочь шамхала Тавлу-бегим — за Уруса (НКС, д. 8, л. 233). В Тюменском владении находили приют мирзы-оппозиционеры со времен Смуты середины XVI в. В Сарайчу- ке не забывали этого, и еще в 1577 г. нурадин Урус собирался воевать княжество на нижнем Тереке и громить осевших там противников. Сражения с «Тюменью шевкальской» происходили в конце 1570-х годов (НКС, д. 8, л. 35, 53 об., 54, 253, 253 об.).

На протяжении следующего десятилетия продолжалось постепенное освоение заволжскими кочевниками Крымской стороны. В поисках пастбищ ногаи распространяли маршруты своих сезонных передвижений до Северо-Восточного Кавказа. Будущая Ногайская степь в Дагестане тогда, очевидно, впервые была включена в ежегодный кочевой цикл. «А наши улусы конец зимует на реке на Куме, а другой конец зимует на реке на Сыре (Сырдарье. — В Т.), а меж ими три месяцы дороги. А те люди все Урусу князю приклонны (т.е. входят

365


в Большую Ногайскую Орду. — В.Т.)», — писал царю Федору Ивановичу мирза Хан б. Урус — кстати, сын шамхальской дочери Тавлу- бегим33. В дальнейшем Большие Ногаи сотрудничали с владетелями Северного Кавказа в борьбе против Казыева улуса или воевали с ними по приказанию из Москвы в составе русской армии (см.: НКС, 1586 г., д. 13, л. 2,3; ПДП, т. 1, с. 267).

Восточные дела. Связи Большой Ногайской Орды с восточными соседями (казахами, калмыками, сибирскими татарами, узбеками) развивались в соответствии с прогрессирующим ее ослаблением и тенденцией к распаду. Наиболее активной группировкой мирз на востоке Орды были потомки Шейх-Мамая, которые издавна кочевали по Эмбе и за Эмбой, в левом крыле ногайской державы. Однако в конце XVI в. они редко и неохотно общались с Москвой, поэтому у нас мало сведений о политике ногаев в той части Дешт-и Кипчака. Интересы биев сосредоточивались главным образом на западе, и русская дипломатическая документация очень лаконична в вопросах тогдашних контактов ногаев с населением Казахстана, Западной Сибири и Средней Азии. Между тем на востоке ощущали угасание могущества «бесчисленных ногаев». И одним из неоспоримых доказательств этого угасания была утрата ими контроля над Башкирией.

Основная масса ногаев оставила ее в 1570-х годах, когда в бывшее башкирское наместничество Ногайской Орды вошли стрельцы, а в центре удела Имэн-кале (отныне — Уфе) демонстративно утвердился русский воевода с гарнизоном34. Однако пост наместника Башкирии оставался в номенклатуре Орды. До 1578 г., до того как заступил на нурадинство, его занимал Динбай б. Исмаил, затем его племянник Саид-Ахмед б. Мухаммед. Когда и он стал нурадином, его место занял, очевидно, Канай б. Динбай (см.: НКС, д. 9, л. 46; д. 10, л. 131 об.; Трепавлов 1997в, с. 26). Ставка наместника теперь располагалась где-то на Эмбе (НКС, д. 10, л. 131 об.), подальше от стрелецкого гарнизона Уфы, и ногаи были вынуждены «ежегод» снаряжать военные экспедиции на север для сбора традиционного ясака.

Башкирия неизбежно становилась ареной столкновения двух держав. Но интересно, что это столкновение оказалось практически бескровным. Русские в данном случае не пошли по «казанско-сибир- скому» пути, не стали на путь прямого завоевания. Вооруженная сила

33 Может быть, следует принять точку зрения Я.А.Федорова, согласно которой во второй половине XVI в. в степях Северо-Западного Прикаспия была заложена основа будущих караногайцев. Однако процитированные слова Хан б. Уруса не позволяют согласиться с другим утверждением этого автора, будто ногайские роды, пришедшие туда, откололись от «Большого Ногая» (Федоров 1983, с. 118).

34 Абсолютное большинство историков связывает (вслед за башкирскими народными преданиями) исход ногаев из Башкирии с падением Казанского ханства, относя его к 1550-м годам. Такая интерпретация событий едва ли правомерна. Анализ этого вопроса см.: Трепавлов 1996; Трепавлов 1997в.

366


применялась воеводами лишь по отношению к ногайским «данщи- кам». Здесь российские власти действовали быстро и жестко, хотя в принципе не возражали против того, чтобы ногаи продолжали кочевать на Южном Урале. Сборщиков ясака хватали, вязали и бросали в тюрьмы. Доводы, что, мол, башкиры платили его «от Идигия князя», не убеждали русскую администрацию (НКС, д. 8, л. 46, 234, 234 об., 275; 1586 г., д. 1, л. 31; д. 8, л. 9; 1587 г., д. 5, л. 22). Наивысшего напряжения русско-ногайские контакты по башкирскому вопросу достигли после основания Уфы, о чем говорит упоминавшаяся выше переписка Уруса с царем Федором.

За развитием событий на Южном Урале внимательно наблюдали казахи. Их отношения с Большой Ногайской Ордой в 1570-1580-х годах можно, пожалуй, однозначно определить как непримиримо враждебные. А.И.Исин сводит конфликтные вопросы к территориальным притязаниям усилившегося хана Хакк-Назара к ногаям и Сибирскому юрту, в частности по поводу обладания башкирскими улусами и кочевьями по Яику (Исин 1988, с. 22). Территориальными спорами объясняет казахско-ногайские противоречия и Б.-А.Б.Кочекаев (Коче- каев 1988, с. 103). Я не располагаю материалами относительно желания Хакк-Назара завладеть Башкирией (кроме путаных свидетельств некоторых башкирских сказаний — подробнее см.: Трепавлов 1997в, с. 19, 21), но его нападения на яицкие места действительно отмечены в источниках.

Во время правления Дин-Ахмеда и Уруса от былой привязанности ногайского воспитанника Хакк-Назара к своей второй родине, Ногайской Орде, не осталось и следа. Обе стороны не только видели друг в друге лютых врагов, но и обосновывали это противостояние чуть ли не заветами предков (Урус: «С Акназаровым царевым отцом (т.е. предком. —- В. Т.) с Орусом (золотоордынским ханом Урусом б. Чимтаем. — В.Т.), с нашим прадеды Идигием князем недрузи головные» — НКС, д. 9, л. 28 об.).

В январе 1569 г. в память гонцу к польско-литовскому королю Си- гизмунду-Августу, Ф.И.Мясоедову, был внесен ответ на ожидавшийся вопрос о положении ногаев: «А сее осени приходили на нагайские люди Казатцкие Орды царь» (ПДПЛ, т. 3, с. 591), т.е. речь об осени 1568 г. Что это за царь и кто с ним был еще, выясняется из донесения посла в Крыму А.Нагого. Со слов плененного ногаями по дороге на Русь и привезенного в Крым С.Мальцова он сообщил, что посланцы бия Дин-Ахмеда и нурадина Уруса в сентябре 1569 г. вспоминали в беседе с турецким пашой, будто «Казатцкие Орды Акназар царь да Шигаи царевич, да Челым царевич со многими царевичи... безвестно на нас пришел». Сам Мальцов рассказывал Нагому про то, как в свое время отписывал в Посольский приказ «про Акназара царя и Шигая царевича, и Челыма царевича, а с ними дватцать царевичев. Приход

367


их был на нагаи, и бои их писал» (КК, д. 13, л. 286 об., 293)35. Стало быть, в набеге участвовали хан Хакк-Назар, султаны Шигай б. Джадик б. Джанибек, Джапим неизвестного происхождения (Султанов 1982, с. 118, 119) и еще два десятка султанов.

Набег был отбит с помощью астраханских стрельцов, которых по царскому приказу воеводы послали на помощь Дин-Ахмеду. Казахов разгромили, в бою погибли один или несколько султанов (Записки 1988, с. 194; ПДПЛ, т. 3, с. 591, 592, 597, 629; Путешествия 1954, с. 70; ТД, д. 2, л. 24 об., 77 об., 186 об., 186) . Астраханцы и ногаи «заодин стояли и билися против казатцкого Акназара царя», вспоминал позже Иван IV (НКС, д. 10, л. 22).

Поражение не охладило Хакк-Назара. Уже в августе 1570 г. А.Нагой, многие годы безвыездно сидевший в Крыму, узнал от приехавшего из Азова ногая, что «Казатцкие Орды Акназар царь нагаи- ских мурз Шихмамаевых детей побил» (КК, д. 13, л. 286 об.).

Что же заставляло правителя восточных степей ввязываться в конфликты с Мангытским юртом? Прежде всего усиление и укрепление Казахского ханства и одновременное ослабление Больших Ногаев. Стремясь расширить подвластные владения, Хакк-Назар присоединял к своему ханству пространства Дешт-и Кипчака, пока не подошел к району реки Эмбы, где кочевали и стояли на страже потомки Шейх- Мамая. Именно им пришлось отражать удары многочисленной неприятельской конницы. Судя по именам и количеству царевичей (даже если число 20 — преувеличение), в поход на Орду отправились основные силы казахов. Видимо, в 1568 г. оборона Шихмамаевичей была сметена, и казахи двинулись к Яику; и лишь своевременная помощь из Астрахани позволила остановить их. В 1570 г. «Шихмамаевы дети» вновь потерпели поражение, но в тот раз Хакк-Назар, очевидно, уже не рискнул идти дальше на запад. В 1570-х годах его государство раскинулось от Сырдарьи на юге до Южной Башкирии на севере и от Иртыша до Эмбы (Исин 1988, с. 22; История 1993, с. 153).

К концу 1570-х годов напряжение в отношениях между Большими Ногаями и Казахским ханством достигло апогея. Хан открыто выказывал намерение «по Яику и по Волге не дать кочевати» своим противникам, а Дин-Ахмед возмущенно писал в Крым, будто Хакк-Назар «называет юрт наш Сарачик своим» (КК, д. 15, л. 30об.-31; НКС, д. 8, л. 9 об.) — явная реминисценция событий конца 1530-х годов,

15^ С.Мальцов был отпущен домой из ставки Уруса 14 марта 1569 г. (КК, д. 13, л. 288), что не противоречит нашей датировке казахского набега осенью 1568 г.

36 В одних документах говорится, будто «царевича у них убили», в других — «царевича не одново убили». В памятях по польско-литовским делам 1569-1570 гг. сказано, что астраханские воеводы дали ногаям своих людей для обороны. Сам Иван IV в письме Урусу от 30 апреля 1581г. напомнил: «...посла нашего Семена Малцова с астраханскими стрелцы пособь вам была» (НКС, д. 10, л. 22). К сожалению, рапортов Мальцева и воевод по этому поводу не сохранилось.
1   ...   51   52   53   54   55   56   57   58   ...   122

Похожие:

Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут военной истории министерства обороны российской федерации...
Редакционная коллегия серии сборников документов «Великая Отечественная война 1941 —1945 гг.»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут истории Отделение исторического образования Кафедра всеобщей...
Рекомендовано к печати кафедрой всеобщей истории и методики преподавания Института истории кфу
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Уральский юридический институт
Актуальные проблемы истории, политики и права: Межвузовский сборник научных статей. Часть II – Екатеринбург: Изд-во Уральского юридического...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconЦелью и задачами курса «Отечественная история» в вузе являются
России с древнейших времен и до наших дней. Показать на примерах из различных эпох органическую взаимосвязь российской и мировой...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Федеральное агентство по образованию институт...
На смену «прекрасному» приходят «шок-ценности»2: новизна, необычность, абсурд, жестокость. Это привело к расширению предмета эстетики,...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconВысшего профессионального образования центросоюза российской федерации...
Сарчин Р. Ш. Философия: Планы практических занятий. – Казань: Казанский кооперативный институт, 2012. – с
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРеспублики Татарстан Институт истории им. Ш. Марджани Садри Максуди...
Монография рекомендована к печати ученым советом Института истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПриглашают на дискуссию Историческая память и борьба за идентичность современных россиян
Государственная историческая политика: символизация событий и героев. Год российской истории. Школьные и вузовские учебники истории:...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconНовосибирская региональная общественная организация общества «знание»...
Филиал ноу впо «санкт-петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПермский государственный гуманитарно-педагогический университет Кафедра...
Приглашаем Вас принять участие во всероссийской научной конференции «Повседневность российской провинции. XIX-XX вв.»
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница