Институт российской истории в. В. Трепавлов


Скачать 13.12 Mb.
НазваниеИнститут российской истории в. В. Трепавлов
страница63/122
Дата публикации17.03.2013
Размер13.12 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > История > Книга
1   ...   59   60   61   62   63   64   65   66   ...   122

411


ляться от родных монгольских степей, и успехами или неудачами в междоусобной борьбе тайшей, и сочетанием природных условий, необходимых для скотоводства (Златкин 1983, с. 85).

К 1620-м годам ойраты разделились на две группировки — северо-западную во главе с тайшой Хо-Урлюком, предводителем племени торгоутов, и Далаем, вождем дэрбэтов (на реке Омь и в районе города Тара), и юго-западную во главе с хошоутским Байбагасом и чорос- ским Хара-Хулой (в верховьях Иртыша). Именно подданные Хо- Урлюка стали постепенно занимать ногайские степи в поисках новых пастбищ (Златкин 1983, с. 82, 83).

Земли Больших Ногаев в то время начинались западнее Эмбы. На этой реке ногаи впервые столкнулись с мигрантами с востока весной 1607 г., когда разгромленные астраханскими мятежниками улусники бия Иштерека «пошли коче[вать] на Еик и сведали на Енбе... калмыков» (Акты 1914, с. 162; НКС, 1608 г., д. 1, л. 12)9. Но то были еще первые шаги экспансии. Тайши тогда имели сложные проблемы в отношениях с восточными монголами (хапха) и казахами (см.: Акты 1914, с. 196; Богоявленский 1936, с. 56; Пузанов 1994, с. 74, 75) и пока не решались, открыв тыл, направить маршруты улусных перекочевок за Эмбу. Однако усиливавшийся напор со стороны враждебных соседей заставлял искать наиболее слабого противника, чтобы занять его земли. Южное и восточное направления исключались из-за казахов и халха-монголов; на севере, в Сибири, уже стояли русские крепости с небольшими, но сильными гарнизонами. Оставалось идти на запад.

В 1610-х годах огромное пространство между Самарской Лукой и Аралом почти ежелетне и ежеосенне становилось ареной постоянных стычек калмыков с ногаями. Последние, напуганные таким напором, отхлынули к Каспию и Астрахани. Большая часть их территории опустела (Златкин 1983, с. 83). «А от тех мы калмыков стали разорены и от тебя, государь, отогнаны», — делился с царем Иштерек в 1617г. (НКС, 1617 г., д. 2, л. 19).

Впервые враги-мигранты были встречены подданными этого бия в Волго-Яицком междуречье, очевидно, в 1614 г., когда ногаи, идя вверх вдоль Волги «за зверем», внезапно наткнулись на множество калмыков, кочевавших на их бывших летовьях (Гераклитов 1923а, с. 212). Дважды, в 1613 и 1619 гг., отряды Хо-Урлюка наносили Большой Ногайской Орде сокрушительные поражения (Богоявленский 1936, с. 60; НКС, 1613 г., д. 3, л. 40; д. 5, л. 241, 242; 1614 г., д. 2, л. 2; 1619 г., д. 1, л. 192). Пустынность громадной территории и слабость ее защитников вдохновили Хо-Урлюка на планомерную агрессию. В 1618 г. он разослал окрест разведчиков, которые обнару

9 С.К.Богоявленский датировал это событие 1608 годом, Н.И.Веселовский— 1609 годом (Богоявленский 1936, с. 56; Веселовский 1888, с. 111). В.Ш.Бембеев считает, что основная масса калмыков вышла к Эмбе только в 1616 г. (Бембеев 1980, с. 9).

412


жили никем не занятые земли в Северном Прикаспии (Батмаев 1993, с. 35; История 1969, с. 51). Туда и намечался основной поход. Но мирзы вовсе не собирались безропотно бросать родину — ядро Мангытского юрта. Они пытались наладить антикалмыцкий союз и с Бухарой (НКС, 1617 г., д. 1, л. 31), и с Москвой, но без заметного результата. Если астраханские воеводы и выделяли стрельцов, то те, как указывалось выше, служили скорее для разжигания внутриногайских распрей. Правда, русское правительство отказывало и тайшам в военной помощи против ногаев (НКС, 1614 г., д. 2, л. 10, 11; 1617 г., д. 2, л. 56, 57).

В следующем десятилетии владения за Яиком и на Яике были полностью утрачены Большими Ногаями. Последние улусы (Тинмамете- вых) потянулись оттуда к Волге (КК, 1622 г., д. 7, л. 18; НКС, 1626 г., д. 1, л. 29-32, 96; 1631 г., д. 1, л. 76). К концу 1620-х годов положение ойратских улусов на востоке ухудшилось. Тайши стали терпеть поражения в междоусобной борьбе и от халха-монголов с казахами. Это вызвало новый приток калмыков в западноказахстанские степи, на Яик и Эмбу (Борисенко 1985, с. 27; Миллер Г. 1941, с. 301, 302, 313 — приложение; НКС, 1626 г., д. 1, л. 29; 1628 г., д. 1, л. 156, 157).

К этому же времени относится и окончательное отделение улусов Хо-Урлюка (т.е. будущих собственно калмыков) и его переход в междуречье Волги и Яика, на разведанные в 1618г. места, подальше от прибывавших с востока разгромленных ойратов. В 1628 г. он форсировал Яик и обрушился на Большую Ногайскую Орду. Сорок тысяч ее жителей оказались в его власти (Батмаев 1993, с. 34; Златкин 1983, с. 96; История 1969, с. 51, 52; Ку-м 1824, с. 301).

Бий Канай пытался срочно наладить мирные отношения с тайша- ми. Его посланцы отправлялись к ним с предложениями о «дружбе и совете», взаимной торговле и ненападении (Богоявленский 1936, с. 61-63; НКС, 1625 г., д. 1, л. 47-51, 79-81)10. Тайши тоже были не прочь уладить территориальные споры миром, соглашаясь на добрососедство. Но непрестанно прибывавшим из-за Эмбы калмыкам требовались новые земли, и дружественные связи установить не удавалось. Вместо дружбы и торговли продолжались стычки и набеги.

Восточные источники (Абу-л-Гази, Габан Шараб, анонимный автор «Истории калмыцких ханов») называют 1628 или 1630 г. временем покорения «мангатов» Хо-Урлюком либо его сыном Лоузаном во главе пятидесяти тысяч кибиток и выхода их к Волге. Та же трактовка событий встречается и в историографии (Батмаев 1993, с. 33; Бембеев 1980, с. 10; Веселовский 1888, с. 369; История 1969, с. 52, 157; Кононов 1958, с. 44, 45; Описание 1939, с. 194). Действительно,

10 Информация Тинмаметевых о сговоре Каная с тайшами насчет совместных военных действий оказалась клеветой и при воеводском разбирательстве в 1625-1626 гг. не подтвердилась (НКС, 1626 г., д. 2, л. 21-36).

413


эти годы отмечены в Ногайских делах как время сильных ударов по Большой Орде: десятитысячное войско калмыков, сопровождаемое алтыульскими мирзами, угнало двадцать одну тысячу лошадей у бия Каная, который тут же перебрался на Крымскую сторону; в боях получил рану и потерял тысячу улусников нурадин Кара Кель-Мухаммед. Но это был лишь очередной набег, после которого калмыки вновь отошли к Яику (НКС, 1631 г., д. 1, л. 2-11, 25, 69, 76; д. 2, л. 45, 51).

В 1632 г. ставка Хо-Урлюка была учреждена на Волге (Борисен- ко 1985, с. 29). К тому времени его подданные обладали уже неоспоримым перевесом над прежними обитателями Заволжья. Массовый уход Больших Ногаев на волжское правобережье в конце 1633 и в начале 1634 г. породил распространенную точку зрения о тогдашнем решающем разгроме их калмыками '. Однако мирзы позднее объясняли свою миграцию не единовременным катастрофическим поражением, а многолетними ударами с востока (Миллер Г., 1941, с. 408, 409 — приложение; НКС, 1934, д. 6, л. 10, 39), да еще, как мы уже выяснили, насилием со стороны русских астраханцев. Н.И.Бичурин справедливо отмечал, что события 1633 г. не имели существенных последствий для истории калмыков, так как их основные кочевья продолжали оставаться на Яике (Бичурин 1833, с. 289).

Тайши регулярно угрожали ногаям полным разорением и истреблением, но бий Канай продолжал попытки договориться с новыми соседями и одновременно просил у русских военной помощи. Помощь ограничилась посылкой в Волго-Яицкую степь небольшого отряда стрельцов, который отбил у калмыков полон, и опросом сибирских воевод о местоположении калмыцких кочевий с приказом им при необходимости ударить в тыл Хо-Урлюку (Бичурин 1833, с. 290, 291; Богоявленский 1936, с. 69-71; Дополнения 1883, с. 815; НКС, 1633 г., д. 1, л. 91,92, 95-97).

В 1630-х годах сформировался кочевой цикл калмыков на ново- приобретенных землях. Летовья находились восточнее Яика, на Эмбе, Илеке и Иргизе; к зиме стада перегоняли через Яик к Большому и Малому Узеням, в верховья Самары, а иногда заходили и на Крымскую сторону (Бембеев 1980, с. 10). Воеводы в 1635 г. докладывали, что «колмацких людей умножилось, и учали кочевать по Нагаискои стороне от Астарахани в ближних местех по Яику и от Яика к Белужью, от Астарахани днищах в трех и менши» (НКС, 1635 г., д. 1, л. 27).

Нет оснований полагать, будто полное вытеснение ногаев являлось целью Хо-Урлюка и прочих калмыцких вельмож. Им нужны были пространство для кочевания и покорные подданные. Первое они получили, количество вторых мечтали увеличить, различными посулами

" Очевидно, это мнение впервые было сформулировано А.А.Гераклитовым (Гераклитов 1923а, с. 212).

414


и угрозами привлекая беженцев обратно на Ногайскую сторону. Мирзы возвращаться отказывались, боясь полного истребления или закабаления. Редкие же и робкие попытки их наладить через Астрахань переговоры с Хо-Урлюком и его сыном Дайчином наталкивались на резкую отповедь воевод: «Миритца им, нагаиским людем, с калмыки не для чего. Ведают они, нагаицы, и сами, что калмыцкие люди им, нагаицом, искони вечные недруги, и миру у них с калмыки не соидет- ца». Единственный шанс на мир и спокойствие, по словам воевод, давала государева защита (НКС, 1636 г., д. 1, л. 9). Таким образом, русские власти не допускали самостоятельного, за их спиной, примирения кочевников. Впрочем, тайшам периодически направлялись запреты нападать на ногаев.

Не все ногаи захотели или успели уйти за Волгу. Союзниками тай- шей оказались улусы потомков Шейх-Мамая — Алтыулов, которые кочевали по соседству или вперемежку с калмыками. Некоторые улусы Большой Орды тоже подпали под власть Хо-Урлюка и его сыновей (История 1969, с. 54-56; Нефедьев 1834, с. 18). Однако большинство их не пожелало стать зависимыми от новых владык. Чтобы заселить опустевшие степи, тайши в 1635 г. напали на Мангышлак. Часть тамошних туркмен была насильно переселена на север (Паньков 1960, с. 4).

Калмыцкое нашествие имело роковые последствия для исторических судеб Большой Ногайской Орды. Народная память связала ее окончательное крушение именно с калмыками (см., например, каракалпакские исторические песни — Сагитов 1962, с. 16, 34). Деморализованные полным разгромом ногаи, лишившись привычной территории кочевий, рассеялись по причерноморским степям.

^ Восточные дела. Калмыки постепенно закрыли Большим Ногаям путь на восток. Но в первые десятилетия XVII в. отношения с Сибирью, казахами и Средней Азией еще сохранялись. Впрочем, территория бывшего Сибирского юрта располагалась уже далеко от основных ногайских кочевий. В политической истории той эпохи значимыми оказались лишь связи некоторых алтыульских мирз с Кучумовича- ми (об этом см.: Миллер Г. 1941, с. 28-32 — текст, 150, 151, 179, 197 — приложение).

Контакты с казахами стали редкими. Основное население Казахского ханства, отбиваясь от наступавших ойратов, держалось в районе Семиречья, иногда радуя Больших Ногаев вестями о своих победах над переселенцами из Монголии (см., например: Акты 1914, с. 196). Бий Иштерек причислял казахского государя к своим союзникам (НКС, 1616 г., д. 2, л. 2). В 1621 г. коалиция халха-монголов, казахов и ногаев нанесла тайшам ощутимое поражение (Миллер Г. 1941, с. 272 — приложение; НКС, 1616 г., д. 2, л. 9, 10). Но это сотрудничество оказалось кратким и не помогло Большой Ногайской Орде в дальнейшем противостоянии с калмыками.

415


В 1610-х годах они вытеснили ногаев с Мангышлака (Каррыев и др. 1954, с. 219), чем практически прервали и ногайско-туркменские связи. Еще в 1611 г. нурадин Шайтерек зимовал «за Енбою на Карабу- луне пот тюрхменцы» (Акты 1915, с. 27). Позднее лишь отдельные отчаянные головы, как мирза Арслан Хозятаев в 1622 г., решались тайно проникать «за Ембу под караганские и трухменские улусы» для угона лошадей или отправлять своих послов. Таковых повстречали в 1628 г. «в Трукмени» астраханские стрельцы, плененные Алтыула- ми. Имя посла и цель миссии остались им неведомы; они признались, что «толко ево в рожю и знают», а к туркменам его отрядил нурадин Кара Кель-Мухаммед (НКС, 1623 г., д. 1, л. 164; 1628 г., д. 2, л. 341, 342). По мере отступления ногаев кочевья туркмен продвигались к северо-западу, чему способствовали усилия калмыков подчинить их себе, а также истребительная по отношению к туркменам политика хивинских ханов в первой половине XVII в. (Агаджанов 1993, с. 41; Курбанов 1991, с. 7).

Что касается Хивы и Бухары, то отношения с ними на закате Большой Ногайской Орды более заметны. То и дело в документах первой трети XVII в. мелькают упоминания о посольствах в Маверан- нахр и оттуда к биям и мирзам: 1614, 1616 (тогда посол Иштерека был по неизвестной причине казнен в Хиве), 1624, 1627 гг. (АИ, т. 2, с. 421; Акты 1914, с. 193; НКС, 1616 г., д. 1, л. 56; 1617 г., д. 1, л. 40; 1624 г., д. 1, л. 1, 2; 1627 г., д. 1, л. 437, 438; ПДП, т. 2, с. 170). Такая относительная активность объяснялась давними культурными и политическими связями Мангытского юрта с узбекскими ханствами. В 1643 г. бухарский хан Надир-Мухаммед просил московского государя разыскать в своих владениях ногайский полон и отослать в его, хана, распоряжение, так как «мы мусюльмани и они, нагайцы, му- сюльманы ж, а мурзы нагайские кочевали поблиску предков наших, и меж ими дружба и любовь была» (Материалы 1932, с. 179). Как и ранее, кочевники из Ногайской Орды направлялись в Среднюю Азию. Там спасались от разгрома некоторые мирзы Тинбаевы во время третьей Смуты; туда собирались уходить Тинмаметевы в случае поражения от Урмаметевых и т.д. (НКС, 1615 г., д. 1, л. 9; 1616 г., д. 1, л. 89; 1619 г., д. 2, л. 354; 1620 г., д. 1, л. 73; 1626 г., д. 2, л. 185). Вероятно, очередной наплыв переселенцев произошел в 1620-х годах, после калмыцкого вторжения за Яик (Bregel 1982, р. 389). Впрочем, многие из них позднее вернулись на родину. Поскитавшись на чужбине, они делились впечатлениями: «Наперед де сево они... и под Бухары, и под Юрген- чем были, и у них толко животы их роздели и учинили их без животов» (НКС, 1628 г., д. 2, л. 235).

Необходимость ногайско-узбекских контактов диктовалась также торговлей (в частности, продажей русского полона в Хиву и Бухару), совместными действиями против калмыков и участием мирз в междо

416


усобицах Шейбанидов и Аштарханидов. Бухарцы в 1616 г. пытались договориться об ударе с двух сторон по тайшам, а после разгрома Большой Ногайской Орды — с московским царем о посылке русской и ногайской конницы на калмыков (НКС, 1616 г., д. 2, л. 2; 1617 г., д. 1, л. 31; 1633 г., д. 1, л. 58, 59, 90). Занятие калмыками земель по Яику привело к тому, что наиболее активные отношения узбеки поддерживали с восточным анклавом ногаев — Алтыулами. Мирза Шейх- Мухаммед б. Касим, внук Шейх-Мамая, принимал в своих кочевьях не только отдельных аристократов, но и множество хорезмийцев, которые спасались от притеснений хана Исфендиара в 1620-1630-х годах (Ахмедов 1985, с. 72, 124; Мунис 1969, с. 449, 450; НКС, 1626 г., д. 1, л. 16-21, 223-225; 1627 г., д. 1, л. 55, 56, 121, 122; Aboul-Ghazi 1871, р. 275, 290).

^ Крымские и османские дела. Ногаи в Крыму. Крымские государи первой трети XVII в. Саламат-Гирей и Джанибек-Гирей не смогли преодолеть традиционного предубеждения и подозрительности по отношению к Большим Ногаям. Заволжские кочевники тоже не изменили давней неприязни к крымцам. Однако обстоятельства порой складывались так, что двум Юртам приходилось завязывать тесные контакты, диктуемые политической обстановкой, которая становилась все более критической для ногаев. Вооруженных конфликтов между ними почти не было, но и союза не получалось, хотя бий Иштерек в 1613 г. выдал дочь за Джанибек-Гирея. Лишь изредка улусные ополчения присоединялись к ханским войскам ради добычи в походах на Украину или на горцев.

Когда Иштерек решил разорвать свои шертные обязательства перед Москвой, он предпочел искать покровительства у султана, чем вызвал резкое недовольство бахчисарайского двора — посредника Порты в делах Дешт-и Кипчака. Хан гневался, что принятием от падишаха знамени-санджака (символа власти) бий его «кабы поставил ни во что». Иштерек же в ответ на это возмущение и угрозы войны заявлял: «Турскои царь великои, и (бий. — ВТ.) под его рукою быть хочет... А крымской царь мои ж брат и на Крыме посажен от турсково» (КК, 1614 г., д. 3, л. 64, 65). Крымские отряды начали набеги на правобережные кочевья ногаев. Это послужило одной из причин возвращения Иштерека под покровительство России (НКС, 1616 г., д. 1, л. 10, 11, 126; Новосельский 1948а, с. 94). Посольскому приказу было известно о напряженности в отношениях между Крымом и Большими Ногаями, и на него не производил впечатления наивный шантаж бия, заявлявшего о якобы готовности Джанибек- Гирея защищать его от внешних вторжений, о его намерении дать бию город Гёзлев, «чтоб мне с ним (ханом. — В.Т.) быти» (НКС, 1616 г., д. 2, л. 2, 3, 9, 10; 1617 г., д. 2, л. 20, 21). Конечно, тот не собирался уступать заволжскому правителю крупнейшую крепость

14. Трепавлов
1   ...   59   60   61   62   63   64   65   66   ...   122

Похожие:

Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут военной истории министерства обороны российской федерации...
Редакционная коллегия серии сборников документов «Великая Отечественная война 1941 —1945 гг.»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут истории Отделение исторического образования Кафедра всеобщей...
Рекомендовано к печати кафедрой всеобщей истории и методики преподавания Института истории кфу
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Уральский юридический институт
Актуальные проблемы истории, политики и права: Межвузовский сборник научных статей. Часть II – Екатеринбург: Изд-во Уральского юридического...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconЦелью и задачами курса «Отечественная история» в вузе являются
России с древнейших времен и до наших дней. Показать на примерах из различных эпох органическую взаимосвязь российской и мировой...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Федеральное агентство по образованию институт...
На смену «прекрасному» приходят «шок-ценности»2: новизна, необычность, абсурд, жестокость. Это привело к расширению предмета эстетики,...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconВысшего профессионального образования центросоюза российской федерации...
Сарчин Р. Ш. Философия: Планы практических занятий. – Казань: Казанский кооперативный институт, 2012. – с
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРеспублики Татарстан Институт истории им. Ш. Марджани Садри Максуди...
Монография рекомендована к печати ученым советом Института истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПриглашают на дискуссию Историческая память и борьба за идентичность современных россиян
Государственная историческая политика: символизация событий и героев. Год российской истории. Школьные и вузовские учебники истории:...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconНовосибирская региональная общественная организация общества «знание»...
Филиал ноу впо «санкт-петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПермский государственный гуманитарно-педагогический университет Кафедра...
Приглашаем Вас принять участие во всероссийской научной конференции «Повседневность российской провинции. XIX-XX вв.»
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница