Институт российской истории в. В. Трепавлов


Скачать 13.12 Mb.
НазваниеИнститут российской истории в. В. Трепавлов
страница69/122
Дата публикации17.03.2013
Размер13.12 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > История > Книга
1   ...   65   66   67   68   69   70   71   72   ...   122
Раздел II

Nogaica


Очерк 1

Территория

^ Проблематика и историография. Территория Ногайской Орды и расселения ногаев определялась скотоводческим характером экономики и, следовательно, возможностями сезонных передвижений народа с его стадами. А эти передвижения, в свою очередь, ограничивались пределами степной ландшафтной зоны и крупнейшими реками. Степь сменялась лесом в верховьях Дона, выше волжской Самарской Луки, в верховьях Яика и низовьях Тобола. Южнее перечисленных рубежей лежало редконаселенное пространство, на котором в XVI в. кочевали татары, ногаи, башкиры и казахи. Поскольку цикличность ежегодных миграций вынуждала летовать на севере Дешт-и Кипчака, а зимовать на юге, то значительную часть года северная окраина степи оказывалась практически безлюдной.

Некоторые авторы используют это обстоятельство как довод в пользу незаселенности и «бесхозности» территории и, стало быть, правомерности российской колонизации, экспансии в степи (см., например: Гераклитов 1923а, с. 81; Осипов 1976, с. 14, 59, 60). Русские первопоселенцы в самом деле обнаружили обширные «пустые» земли, о которых рассказывали в песнях: «Далеко ты, моя степь, протянулася, Протянулася моя степь до Камышина, Из Камышина вплоть до Саратова, Ничево та во степе не уродилася. Как по етой по степе никто не прохаживал, Ни ясен та сокол не пролетывал. Пролегала здесь дороженька. Никто по ней не прохаживал, Никто следу не прокладывал» (Волга 1937, с. 128). Тем не менее «дороженьки» там все-таки существовали! По ним чабаны-улусники гнали стада с юга на летние пастбища ногаев (в песне описывается степь под Саратовом).

В условиях чрезвычайной распыленности населения категория его подданства, принадлежности к Орде определялась не столько проживанием в определенной местности, сколько подчиненностью улуса какому-нибудь мирзе, т.е. выплатой ему податей (Алишев 19956, с. 23). В пограничных зонах иногда присутствовало «двоеданство» — например, сбор ясака в пользу казанско-татарских и ногайских властей одновременно (Исхаков 1985, с. 45, 46; Трепавлов 1997в, с. 14, 15). Как правило, там простиралась уже лесостепь, используемая не только

457


кочевниками, но и оседлыми местными жителями. Часто кочевые владения «обрамлялись» нейтральными территориями, поскольку земледельцы стремились селиться подальше от опасных степных соседей (Егоров 1985, с. 31).

В принципе вопрос о границах Ногайской Орды может быть поставлен, хотя пределы кочевых владений оказывались более условными по сравнению с рубежами оседлых государств. Историки уже давно пытались наметить географические очертания державы ногаев, иногда чрезмерно расширяя их. Так, А.И.-М.Сикалиев убежден, что все степи от Днепра до Иртыша в XIV-XVI вв. были населены ногаями (правда, по его мнению, лишь «восточные ногайцы» оказались объединенными в собственную Орду) (Сикалиев 1980, с. 3, 4; Сикалиев 1994, с. 78). Но хотя в позднейшие времена ногайцы и утверждали в эпических сказаниях: «земля наша простиралась до реки Манан (Дунай. — В.Т.), до горы Балкан» (цит. по: Сикалиев 1994, с. 70, 84), здесь отразилось расселение их по восточноевропейским степям в XVII—XVIII вв., уже после падения Ногайской Орды. А.Беннигсен и Ш.Лемерсье-Келькеже, не ссылаясь на источники, писали, что Ногайская Орда в середине XVI в. делилась на три части: юрт Шейх- Мамая — от Яика до Сырдарьи и до границ Сибирского и Казахского ханств, юрт бия Хасана — от нижней Волги до Кумы в Северном Дагестане — и собственно Большая Ногайская Орда во главе с Юсуфом в четырехугольнике Волга-Кама-Яик-Каспий (Bennigsen, Lemercier- Quelquejay 1976, p. 209).

Наиболее сомнительна в этих версиях принадлежность ногаям территории к западу от Волги в XVI столетии. К данному вопросу мы еще вернемся, а пока заметим, что распределение кочевых пространств между Юртами было обусловлено, очевидно, не только географическими, но и историко-политическими факторами. Ю.Е.Варва- ровский высказал интересную точку зрения — будто контуры татарских государств и Ногайской Орды были «запрограммированы» еще в ходе золотоордынских смут 1360-1370-х годов, когда сформировались пять крупных образований, каждое со своей замкнутой хозяйственной системой: Мамаева Орда, Хорезм, владения Шибанидов, Кок-Орда и Поволжье (Варваровский 1994, с. 20, 22). Правда, ареал расселения позднейших ногаев не вписывается ни в одну из этих зон, занимая часть Кок-Орды и шибанидских земель. Тем не менее Ман- гытскийдорт на Яике действительно можно рассматривать как реликт правого крыла Кок-Орды.

Встречаются авторы-«агностики», считающие, что в принципе невозможно определить очертания Мангытского юрта XV — начала XVI в., так как кочевья ногаев располагались вперемежку с узбекскими и большеордынскими (Иванов 1935, с. 25; Сыроечковский 1932, с. 203). Другие исследователи ограничиваются указанием на крайние,

458


по их мнению, пределы Юрта — то ли между Яиком и Сырдарьей, то ли между Яиком и Волгой (Егоров 1993, с. 30; История 1993, с. 113; Устюгов 1974, с. 224). Т.И.Султанов считает, что в конце 1420-х годов Мангытский юрт и улус Шибанида Джумадук-хана разграничивала Эмба (Кляшторный, Султанов 1992, с. 217). Как бы то ни было, установить административно-территориальное деление Дешт-и Кипчака в то время весьма затруднительно. Гораздо больше определенности в историографии относительно контуров Ногайской Орды позднейшего периода.

Разброс мнений о ее границах сводится в литературе к следующим позициям.

Западная граница: Азовское море, долина Кубани, Кабарда (Bennigsen, Lemercier-Quelquejay 1976, p. 204; Bennigsen, Veinstein 1980, p. 49); Волга от Астрахани до впадения в нее Камы (Жирмунский 1974, с. 416; Кузеев, Моисеева 1987, с. 101) или Самары (Коче- каев 1975, с. 120; Кочекаев 1988, с. 29; Очерки 1953, с. 440; Сафаргалиев 1949а, с. 34); кроме того, порой уточняют, что между Ногайской Ордой и Астраханским ханством лежали рукава нижней Волги — Бузан или Ахтуба (Очерки 1953, с. 440; Сафаргалиев 1952, с. 35, 36; Сафаргалиев 1960, с. 267).

Северная граница: условная линия от Камы или Самары с ее притоком Кинелью до реки Белой (Кочекаев 1988, с. 28; Самарская 1993, с. 40; Сафаргалиев 1949а, с. 34; Сафаргалиев 1960, с. 224, 230; Худяков 1991, с. 19); абстрактная «граница великого леса» (Bennigsen, Lemercier-Quelquejay 1976, p. 204; Bennigsen, Veinstein 1980, p. 49); кроме того, отмечают, что после начала активной российской экспансии северные рубежи ногайских кочеваний смещались на юг по мере продвижения русских укрепленных линий все дальше в степь (Белокуров 1888, с. XXX, XXXI; Устюгов 1961, с. 6).

Восточная граница: условная линия от реки Эмбы до Аральского моря (Калмыков и др. 1983, с. 23) или просто Арал (Bennigsen, Lemercier-Quelquejay 1976, p. 204; Bennigsen, Veinstein 1980, p. 49); река Сары-су (Howorth, 1965a, p. 18); верховья Иртыша (Жирмунский 1974, с. 416; Сафаргалиев 1949а, с. 34) или вообще Иртыш (Кузеев, Моисеева 1987, с. 101); горы Алатау (Кочекаев 1988, с. 28); условная линия от Ногайской степи, к юго-востоку от Тюмени, до нижней Сырдарьи (История 1993, с. 113).

Южная граница: условные линии от низовьев Сырдарьи до низовьев Яика и Волги (Жирмунский 1974, с. 416; История 1993, с. ИЗ; Калмыков и др. 1983, с. 23; Кочекаев 1975, с. 120; Кочекаев 1988, с. 28; Сафаргалиев 1949а, с. 34; Сафаргалиев 1960, с. 230) или до устья Терека (Bennigsen, Lemercier-Quelquejay 1976, p. 204; Bennigsen, Veinstein 1980, p. 49). А.И.Исин уточняет: Балханы и Мангышлак не принадлежали Ногайской Орде (Исин 1985а, с. 40).

459


Учитывая эти наблюдения наших предшественников и коллег, обратимся к источникам, чтобы выработать более-менее четкое представление о расположении ногайских кочевий.

^ Территория Мангытского юрта в XV в. Ногайский след в топонимике Дешт-и Кипчака. В главах 1 и 2 эта тема уже затрагивалась. Напомню, что стержневыми координатами собственных владений беклербека Эдиге в конце XIV — начале XV в. считались Эмба, Яик и Волга. О «юрте отца (предка. — В.Т.) моего» на этих трех реках упоминали в переписке с Москвой в 1550-1570-х годах бии Исмаил и Урус (НКС, д. 5, л. 167, 167 об.; д. 9, л. 25), а Исмаил однажды уточнил, что был «отец мои, князь велики (Эдиге. — В.Т.) на Яике, а другой отец же мне, Нурадын мирза, — на Волге» (НКС, д. 5, л. 129). Овладение Волго-Яицким междуречьем заняло у мангытов больше столетия — от договора между Эдиге и Тохтамышем об отарханива- нии левобережья (см. главу 2) до заселения этого края заволжскими кочевниками в эпоху бия Мусы (конец XV — начало XVI в.). «Казанский летописец» повествует, что при Иване III (1462-1505) Большая Орда окончательно рухнула, а ее территория «при нем от... мангит до конца запусте... и вселишася в Болшои Орде наг(а)и (и) мангиты, из-за Яика пришедше, иже до ныне в тех улусех качюют» (История 1903, с. 14; Сказание 1959, с. 28). Соответствуют этой приблизительной датировке и сведения одного из вариантов дастана о Мусе: «Муса-хан» решил переселить часть «ногайлинцев», недовольных своими кочевьями, в местность Нарын, которую П.И.Небольсин и вслед за ним В.М.Жирмунский корректно отождествили с пустыней Нарын, или Рын-песками, к северу от каспийского берега (Небольсин 1852, с. 46; Жирмунский 1974, с. 398). Владычество же Мусы целиком совпадало по времени с княжением Ивана III в Москве. Таким образом, только в первые годы XVI в. западная граница Мангытского юрта окончательно утвердилась на нижней Волге.

Восточная граница просматривается менее отчетливо. Если в цитированных выше грамотах крайним топонимом на востоке служит Эмба, то фольклорные произведения упоминают и местности за Эмбой. В каракалпакском варианте Нураддин б. Эдиге говорит о пропавшем жеребце: «Он из-за Волги и Яика, С черных песков Нура', Из местности народа ногайского». Нурадин в татарском «Идегее» передает отцу привет от «нашего дорогого родимого края», включающего «Идиль (Волгу. — В.Т.), Яик, Булгар, Сарай, Черные пески Нуры, Уел (река Уил. — В.Т.), Кыял, Илек, Каргалы» (Идегей 1990, с. 121) .

' Вероятно, следует читать «Нуры» (ср. следующую цитату). Нура — река в Центральном Казахстане.

2 Присутствие в данном перечне Сарая и Булгара объясняется, во-первых, поволжско- татарской модификацией этого основного дастана ногайского эпического цикла; во-вторых, тем, что эпос «Эдиге» описывает события, происходившие еще в Золотой Орде, в которую входило все население Среднего и Нижнего Поволжья. Кыял — это, возможно, левый приток Яика — Киялы-Буртя. О «Карагале Илеке» см. примеч. 15 к главе 1.

460


Казахская версия дастана «Урак и Мамай» гласит, будто во время голода и джута почти все ногаи откочевали в Каракумы (Беляев 1917, с. 28; Жирмунский 1974, с. 201; Идегей 1990, с. 14). Полагаю, что речь может идти о песках Каракум (букв, «черный песок»), что расположены на северо-восточном побережье Арала и примыкают с севера к низовьям Сырдарьи3. Судя по хроникам Бинаи и Кухистани, после смерти Эдиге ядро Мангытского юрта располагалось в районе Яика, Эмбы, Илека — в общем, в Западном и отчасти Центральном Казахстане (где течет река Нура) до Приаралья. Приблизительно тот же регион — от Волги до Сырдарьи — обрисован сакральной топографией каракалпаков в исторической песне-толгау «Ормамбет-бий»: после смерти бия Ураз-Мухаммеда («Ормамбета») «десятисанные ногаи» были вынуждены покинуть Едил уйдиц есиги (Волгу — дверь юрты), Жайык уйдиц жапсары (Яик — боковую сторону юрты) и Туркестан уйдиц тври (Туркестан — переднюю, почетную сторону юрты) (Толстова 1977, с. 161; Толстова, Утемисов 1963а, с. 43). Именно эта территория являлась доменом ногаев, откуда началось возрастание их гегемонии во второй половине XV в.

Северная граница раннего Мангытского юрта по источникам не прослеживается абсолютно. Неясно также, смыкался ли он с Сибирским юртом на северо-востоке.

Иллюстрацией к карте расселения ногаев может служить топонимика Дешт-и Кипчака, в том числе речных берегов-«сторон». Степная зона из-за редкой населенности, миграций и различных исторических коллизий имеет довольно неустойчивую систему географических названий. От средневековья до современности уцелели обозначения разве что самых крупных рек. Более мелкие объекты с XVI в. могли по нескольку раз менять наименования (Конкашпаев 19696, с. 308, 309); это продолжается и в наши дни.

Множество русскоязычных источников XVI — начала XVII в. называют «стороны» средней Волги Горной и Луговой, нижней Волги— Крымской и Ногайской4. Границей между Горной и Крымской с одной стороны и Луговой и Ногайской — с другой служила

3 Впрочем, возможно, что имелись в виду и те «Черные пески», что находятся на северо-восточном побережье Каспия, между устьем Эмбы и сором Мертвый Култук. Вообще изначально слово каракум являлось не собственным названием, а ландшафтным термином, обозначавшим любую песчаную пустыню с разнообразной растительностью, служащей кормом для верблюдов и мелкого рогатого скота (Мурзаев 1996, с. 147, 148). Но, во всяком случае, не вижу оснований относить данный топоним к степи севернее Терека (см.: Жирмунский 1974, с. 501).

4 Изредка проскальзывают иные обозначения: «Нагаиская Орда вся кочюет по той (восточной. — В.Т.) стороне Волги, на Ординскои стороне» (1537 г.; КК, д. 8, л. 413). Первый случай употребления понятия «Ногайская сторона» замечен мною в донесении посла А.Нагого из Крыма от 17 февраля 1564 г.: «А за Волгу де возитись им (турецко-крымским войскам. — В. Т.) против Черепажского устья на Нагаискую сторону» (КК, д. 10, л. 322).

461


Переволока. Соответственно безлесное пространство восточнее Волги до Яика именовалось Ногайской степью (западнее — Крымской степью) (см.: Бушев 1987, с. 31; НКС, 1631 г., д. 1, л. 66). Нетрудно догадаться, что названия разных берегов давались по державам- гегемонам.

Смена гегемонов влекла и изменения в топонимике. С конца первой четверти XVII в., когда начались массовые переселения ногаев на волжское правобережье, в русских источниках встречаются иные названия бывшей Ногайской стороны: Астраханская (1621 г.) и Луговая (1631 г.) — так же как и область к северу от Переволоки (НКС, 1632 г., д. 1, л. 303, 304; ПД, д. 6, л. 444 об.; ПДП, т. 3, с. 530). Сами ногаи стали именовать ее Калмакской (от калмак — тюркское название калмыков) (НКС, 1631 г., д. 1, л. 69; д. 2, л. 46). Русские же власти не расценивали эпизодические в ту пору набеги калмыков как глобальное явление для присвоения «стороне» их этнонима. «Крымская сторона» сохранялась в речи по-прежнему, так как Крымское ханство продолжало существовать.

По крайней мере с середины XVI в. и до 1620-х годов Астраханскую и Ногайскую (или Карадуванскую) стороны имела волжская протока Бузан (НКС, д. 7, л. 21 об., 79; 1629 г., д. 1, л. 210).

По мере освоения ногаями в XVII в. пастбищ к западу от Волги связанная с ними этническая номинация распространилась на местные реки — прежде всего Дон, у которого с 1630-х годов тоже фиксируются Крымская и Ногайская стороны и соответственно Крымская и Ногайская степи (Книга 1950, с. 77, 78, 81-87; Материалы 1912, с. 65, 66; НКС, 1636 г., д. 2, л. 29). Впрочем, полагаю, что приписывать данное изменение только наплыву восточных мигрантов неверно. Не меньше оснований считать себя эпонимами Ногайских сторон имели ногаи Крымского юрта, насельники степного Причерноморья.

Историки резонно объясняли соответствующие наименования составом улусов, кочующих по «сторонам»: по Ногайской, естественно, передвигались ногаи; как выразился о. Евгений (Болховитинов), «на одной стороне бегала орда крымских татар, а на другой — ногайских» (Евгений 1800, с. 33; Кобяков 1955, с. 59). К середине XVIII в. ногайцев в Подонье почти не осталось, они подались ближе к Крыму, в Бессарабию и на Северный Кавказ. Поэтому присутствие их этнонима в донской топонимике стало столь же неуместным, как и на нижней Волге за столетие до того. При том что Крымская сторона Дона название не изменила, противоположная превратилась в Кубанскую (см., например: РГВИА, ф. 20, on. 1, д. 1165, л. 16; ф. 846, оп. 16, д. 75, ч. 2, л. 84, 286).

В 1515г. отмечены Крымская и Ногайская стороны реки Север- ский Донец (ПДК, т. 2, с. 141). В XVII в. такими же сторонами и
1   ...   65   66   67   68   69   70   71   72   ...   122

Похожие:

Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут военной истории министерства обороны российской федерации...
Редакционная коллегия серии сборников документов «Великая Отечественная война 1941 —1945 гг.»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут истории Отделение исторического образования Кафедра всеобщей...
Рекомендовано к печати кафедрой всеобщей истории и методики преподавания Института истории кфу
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Уральский юридический институт
Актуальные проблемы истории, политики и права: Межвузовский сборник научных статей. Часть II – Екатеринбург: Изд-во Уральского юридического...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconЦелью и задачами курса «Отечественная история» в вузе являются
России с древнейших времен и до наших дней. Показать на примерах из различных эпох органическую взаимосвязь российской и мировой...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Федеральное агентство по образованию институт...
На смену «прекрасному» приходят «шок-ценности»2: новизна, необычность, абсурд, жестокость. Это привело к расширению предмета эстетики,...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconВысшего профессионального образования центросоюза российской федерации...
Сарчин Р. Ш. Философия: Планы практических занятий. – Казань: Казанский кооперативный институт, 2012. – с
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРеспублики Татарстан Институт истории им. Ш. Марджани Садри Максуди...
Монография рекомендована к печати ученым советом Института истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПриглашают на дискуссию Историческая память и борьба за идентичность современных россиян
Государственная историческая политика: символизация событий и героев. Год российской истории. Школьные и вузовские учебники истории:...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconНовосибирская региональная общественная организация общества «знание»...
Филиал ноу впо «санкт-петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПермский государственный гуманитарно-педагогический университет Кафедра...
Приглашаем Вас принять участие во всероссийской научной конференции «Повседневность российской провинции. XIX-XX вв.»
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница