Институт российской истории в. В. Трепавлов


Скачать 13.12 Mb.
НазваниеИнститут российской истории в. В. Трепавлов
страница80/122
Дата публикации17.03.2013
Размер13.12 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > История > Книга
1   ...   76   77   78   79   80   81   82   83   ...   122

^ В колонке 4 использованы следующие материалы: НКС, 1629 г., д. 1, л. 3, 21; 1632 г., д. 1, л. 164, 169; 1633 г., д. 1, л. 130; 164 г., д. 1, л. 267.

  • Списки племен-«илатийа» (т.е. кочевых элей Дешт-и Кипчака) обобщены по мусульманским источникам Т.И.Султановым. Сводные таблицы из его исследования (Султанов 1982, с. 29-33) использованы при заполнении колонки 5.

  • Сводка этнических образований средневековых ногаев помещена в «Материалах об образе жизни, обычаях и нравах народов, живущих за Кубанью» (РГВИА, ф. 414, д. 434, л. 278). В этом источнике названы также родо-племенные образования, не фиксируемые по документам XVI-XVII вв.: базборган (батирген), барым (барын?), була- рык (это, возможно, борлак), курплан, такчи.

  • Прописными буквами в колонке 2 обозначены эли, строчными — подразделения элей. Жирным шрифтом выделены этнонимы, фиксирующиеся у ногайцев XIX-XX вв. (см.: Бушаков 1993; Гимбатова 1998, с. 20; Керейтов 1993а; 19936; 1994; 1999; Яхтани- гов 1993, с. 179-185).

  • Р. — родство.

  • В XIX в. род аксюру-конрат отмечен у крымских ногайцев (Керейтов 1993а, с. 24).

  • Полагаю, это искаженное «байдар».

  • В караногайской версии дастана «Эдиге», записанной Г.Ананьевым, главный герой— бек Эдиге — назван бодраком (Ананьев 1900, с. 12). Это свидетельство может указывать не на истинную племенную принадлежность родоначальника ногайских мирз, а лишь на присутствие эля бодрак в среде ногаев. Ф.Г.Гарипова считает бодырах/ бодырак чисто ногайским этнонимом, распространившимся от ногаев к узбекам, казахам и башкирам (Гарипова 1980, с. 141, 142). Любопытные наблюдения И.В.Зайцева над употреблением в источниках слова «бодрак» позволяют предположить, что оно являлось в том числе и общим обозначением крымских татар (Зайцев 20006, с. 90, 91). Тогда ногайский эль бодрак мог объединять выходцев (беженцев?) из Крымского юрта.

  • ^ Иргаклы (от иргак — крючок), а также, возможно, ашамайлы, айтамгалы и т.п. произведены от названий тамг соответствующих элевых подразделений.

    " В скобки заключены этнонимы, встречающиеся в списках «илатийа» и соответствующие элементам названий ногайских элей.

      1. Это подразделение эля китай оказалось довольно долговечным. В середине XVIII в. под началом кубанского сераскера (крымского наместника) находились «его аулные татары, называемые китаи аит тамгалы кондровцами и кипчаками» (РГВИА, ф. 20, on. 1, д. 1165, л. 80).

      2. Шибыш — здесь, очевидно, шёмиш (тамга «ковш»). Род шёмиш-кытай есть у современных ногайцев (Керейтов 1999, с. 70).

      3. Соотношу этот эль с родом «кыя» прикаспийских ногайцев.

      4. Кунграты в Улусе Джучи являлись одним из самых могущественных кипчакских элей. С появлением на исторической арене массы мангытов они оказались оттесненными на второй план (см. главу 2). Ю.Э.Брегель считает, что соперничество этих этно- племенных группировок началось еще в XIII в., а кунграты влились в Мангытский юрт в начале XV в., после разгрома Эдиге кунгратской династии Суфи в Хорезме (Bregel 1982, р. 386).

    ^ У рода мангыт кундровских татар (ногайского происхождения) в XIX в. зафиксированы подразделения мангыт, кучусс, эргенекли, алтояк, байгунда, темир-ходжа

    505


    (Небольсин 1851, с. 6); у узбеков-мангытов — ак-мангыт, тюк-мангыт и кара-мангыт (Дониёров 1968, с. 90); у каракалпаков-мангытов — ак-мангыт, кара-мангыт, учтай, чуйит, яманча (Документы 1967, с. 306, 536). По другим сведениям, каракалпаки- мангыты делились на ак-мангыт, кара-мангыт и тай-мангыт (Жданко 1950, с. 50).

        1. Д.М.Исхаков предположил, что аргыны могли быть частью найманского эля Ногайской Орды, поскольку владения крымских аргынов носили название Аргын- Найман (Исхаков 1995, с. 107; Лашков 1889, с. 104). Думаю, однако, что клан Аргын являлся слишком самостоятельной и могущественной силой в Крымском юрте, чтобы сливаться с ногайскими мигрантами. Последние предпочитали селиться на территории соплеменников — крымских мангытов-Мансуров.

        2. Подразделение буйрабас названо в ногайском дастане «Эдиге» в качестве самостоятельного эля золотоордынского времени среди подданных хана Тохтамыша (Ногайдынъ 1991, с. 25).

        3. Акбут-найман и названное ниже кушу-найман могут соответствовать подразделениям современных прикаспийских ногайцев окмет(-найман) и кучук-найман.

        4. Ногайский эпический герой Копланлы происходил из племени тама (Сикалиев 1980, с. 15).

        5. В XIX в. темир-ходжа являлись одним из шести подразделений кундровских мангытов (см. выше, примеч. 16).

        6. Туркмены оказались вовлечены в движение племен Дешт-и Кипчака в эпоху монгольского нашествия, когда они продвинулись на север, в том числе в Волго- Яицкое междуречье (там ранее обитали родственные им огузы). На пространстве от Яика до Сырдарьи туркменские эли в составе Золотой Орды кипчакизировались (Кузеев 1974, с. 183, 184). Есть сведения, что в первой половине XVII в. к югу от Эмбы кочевали туркмены из рода Красного Верблюда (Ulan temane) (Howorth 1965а, p. 562). Это были северо-западные группы общетуркменского массива, заселившие Устюрт, Мангышлак и яицко-эмбинские степи. С.Г.Агаджанов выделяет две группы туркмен Ногайской Орды — эмбинско-уральскую и приаральско-мангышлакскую. Часть их во время распада Орды ушла к Астрахани, а затем на Ставрополье (Агаджанов 1993).

        7. В 1626 г. в Москву поступило известие, что к алтыульским мирзам явились «из Юргенчь (т.е. Хивинского ханства.—^ В.Т.) тотар озюбеков тысеч с шесть с улусы, которые наперед сего кочевали в Ногайской Орде за Урусом» (НКС, 1626 г., д. 1, л. 259).

        8. Род шобалчы ныне входит в состав ногайцев-найманов. В топонимии Буджака фиксируются следы пребывания рода чобалакчи/чебалакчи (см.: Дрон 1993, с. 95).

        9. Очевидно, от тамги шёмиш — см. примеч. 13.

        10. Подразделение бешюз имелось также у буджакских ногаев (Дрон 1985, с. 15).

        11. Упоминания об элях Ногайской Орды кулачи и уйгур в средневековых документах мною не встречены; они перечислены среди ногайских («татарских») племен в сводке сведений из «старинных грамот», хранящихся в архиве Астраханского губернского правления (АИ, т. 4, с. 3 — примеч.). «Тлев», «тюлю» встречается в составе личных имен (Обзор 1990, с. 168).


    Очерк 3

    Экономика

    Ногаи были кочевыми скотоводами. Вся их экономика строилась на сезонных передвижениях населения и скота по Дешт-и Кипчаку. Иноземные наблюдатели видели в ногаях скитальцев, чуть ли не непрерывно мигрирующих с пастбища на пастбище (см., например: д'Асколи 1902, с. 130; Какаш, Тектандер 1896, с. 26; Книга 1881, с. 13, 14; Люк 1879, с. 486; Олеарий 1906, с. 403; Статейный 1896, с. 252; Стрейс 1935, с. 191, 196). В самом деле, одним из обозначений понятия «родина» у жителей Ногайской Орды служило словосочетание яйлав-кыслав ери (Сикалиев 1994, с. 91) — «земля летовья-зи- мовья», т.е. пределы Орды описывались крайними рубежами самых протяженных перекочевок1.

    Даже то, что было известно о ногаях без монографического изучения, приводило исследователей к убежденности в типичности их экономики для кочевого мира. С.А.Плетнева полагает, что жители Ногайской Орды, наряду с казахами, монголами XII в. и др., находились на «второй стадии кочевания», которая характеризуется ограничением его территории для каждой орды или рода; фиксацией постоянных летовок и зимовок; аильным передвижением по степи; образованием «союзов орд» как зародыша государственности во главе с сильными правителями; началом формирования единой культуры, мировоззрения (религии), языка и т.д. (Плетнева 1982, с. 36-40, 71).

    Не все из этих схематичных параметров применимы к Ногайской Орде в полной мере, поскольку ее общество было во многом «вторичным», т.е. унаследовало цивилизацию кочевников домонгольского Дешт-и Кипчака и Золотой Орды. Поэтому ногаям не пришлось начинать социальное и экономическое строительство с родо-племенного

    1 Этими же показателями мы пользовались в очерке 1 для определения границ Ногайской Орды. В XV — первой трети XVII в. кочевой цикл предусматривал четыре главные вехи: кочевья зимнее (кыслав, кишлау), весеннее (коклеу), летнее (яйлав, яйлаг) и осеннее (кузлеу) (Кочекаев 1988, с. 30). Позднее на Северном Кавказе, когда площадь передвижений неизмеримо уменьшилась по сравнению с заволжским Дештом, остались три стадии — зимняя, весенне-летняя (яйлав) и осенняя (Калоев 1993, с. 120).

    507


    «нуля». Но уподобление их казахам и предимперским монголам представляется корректным. Э.Кинан тоже видит в ногаях типичных кочевников — не имевших и не желавших иметь городов; видевших в своей степи не только среду обитания, но и средоточие и источник политического и военного могущества; контактировавших с оседлыми соседями прежде всего с целью приобретения земледельческой и ремесленной продукции (Кеепап 1967, р. 552).

    Подобное выделение скотоводческого сегмента экономики в целом оправданно. Ногайская Орда действительно являлась кочевой империей. Однако в ней, как в любом сложном социальном организме, существовали и другие хозяйственные отрасли и уклады. Кроме того, экономика не сводилась к выпасу скота и обмену с соседями. Экономическая система предполагала и организацию распределения продукции. Рассмотрим все эти пункты по порядку.

    ^ Кочевое скотоводство. Ногайская Орда располагалась в степной зоне Нижнего Поволжья, Волго-Яицкого междуречья, Западного и отчасти Центрального Казахстана. В этих краях произрастали травы и травяные кустарники, лесов же было немного. Древесные заросли встречались главным образом в поймах крупных рек. Как выразился М.Г.Худяков, «Ногайское государство — страна липовых лесов Южного Приуралья и приволжских степей» (Худяков 1991, с. 234)2. Овцеводство, главная отрасль кочевого хозяйства, довольно беспощадно к степному ландшафту, так как отары вытаптывают пастбища, превращая их в конце концов в полупустыню. Но в XVI в. этот так называемый скотосбой еще не обнаруживался (Кириков 1983, с. 4, 5, 70, 71) и ногаи беспрепятственно могли выбирать в заволжском Деште удобные маршруты и водопои, перемещать свои улусы в места наилучшего травостоя3.

    2 Впрочем, лесной покров в Дешт-и Кипчаке в то время был, кажется, более обширным. С.Герберштейн слышал о ногайских кочевых просторах явно преувеличенное мнение, будто «эти страны целиком покрыты лесом, за исключением той, которая простирается вокруг Сарайчика: она степная» (Герберштейн 1988, с. 179).

    3 Е.И.Крупнов высказал идею о нерациональности ногайского скотоводства, из-за
    которой на Северном Кавказе уже в XV в. был уничтожен растительный покров, вскры-
    лись пески и стали развеиваться по окрестностям. Действительно, поедание и сбой
    растений, уплотнение и чрезмерное унавоживание почвы сопутствуют выпасу живот-
    ных. Однако кочевники проживали в Деште тысячи лет и катастрофического урона от
    их хозяйства не наблюдалось! За ногаев заступились В.Б.Виноградов, В.А.Мялковский
    и В.А.Петренко: во-первых, ногайское скотоводство не было бессистемным и позволя-
    ло пастбищам «отдыхать» после сезонных выпасов; во-вторых, оно было практически
    аналогичным кипчакскому (до XIII в.), когда в северокавказских степях кочевники
    «благоденствовали»; в-третьих, опустынивание в самом деле имело место, но его при-
    чины коренились в стабильной засушливости климата в течение нескольких последних
    столетий (Виноградов и др. 1979, с. 56; Крупное 1956, с. 56). Характеристику природ-
    ных условий на бывшей территории Ногайской Орды см. (Гвоздецкий, Михайлов 1978,
    с. 7-112; Иванов, Васильев 1995, с. 175).


    508


    Ногайское стадо имело обычный для средневековых степных скотоводов набор видов: «кони и верблюды, овцы и животину» (т.е. крупный рогатый скот) (ПДК, т. 2, с. 70). Эвлия Челеби добавляет к ним еще и ослов (Эвлия Челеби 1979, с. 54). Превосходную характеристику дал А.Олеарий: «Их скот велик ростом и силен... У овец... имеются большие толстые хвосты из чистого сала, весящие иногда от двадцати до тридцати фунтов... Лошади их невзрачны, но сильны и очень выносливы. У них имеются и верблюды, но редко с одним, а обыкновенно с двумя горбами на спине» (Олеарий 1906, с. 405). Коровы славились размерами и удоями и позднее составили основу пород Ставрополья (Калоев 1993, с. 60). Лошадей, как правило, держали косяками из десяти маток и одного породистого производителя; косяки объединялись в табуны по 100-150 голов (Калоев 1993, с. 77, 78).

    Обычным соотношением видов скота у рядовых кочевников было 1 лошадь : 1 корова : 6-7 овец (Тортика и др. 1994, с. 60). Мирзы, конечно, могли позволить себе больший процент лошадей и коров. Достаточным для скудного существования считалось иметь стадо из 50 голов; 500 голов делали человека зажиточным, а тысяча и более — богатым (Георги 1799а, с. 42). Богатые ногаи обладали несметными стадами. Ж. де Люку один мирза крымских ногаев говорил, что владеет четырехсотгысячным поголовьем (Люк 1879, с. 486). Именно скот являлся главным богатством и показателем зажиточности, «а опроче... лошадей и животины, иных никаких животов (т.е. имущества. — В.Т.) у них нет» (НКС, 1628 г., д. 1, л. 39).

    Сравнительно немногочисленные верблюды использовались в основном как тягловая сила для перевозки колесных кибиток (Исфахани 1976, с. 94, 145; Какаш, Тектандер 1896, с. 26)4 и иногда при пахоте (Эвлия Челеби 1979, с. 54). Вообще же вся транспортная система сводилась к верховым перемещениям, и техническая изощренность требовалась порою лишь при переправах через глубокие реки. Тогда ногаи сооружали «нечто вроде плотов» или натягивали над водой подобие желоба из толстой просмоленной ткани для перевода мелкого скота, а крупный пускали вплавь (Перетяткович 1877, с. 283; Хуан 1899, с. 7, 8). Возможно, один из этих способов был заимствован донцами. Казаки складывали седло, оружие и одежду на камышовую вязанку, пускали в воду коня, цеплялись за его гриву и тянули вязанку за собой (Рябов 1992, с. 158); ср. аналогичные данные о золотоордын- цах (Барбаро 1971, с. 150, 151) и о крымских татарах (Ищенко 1989, с. 142). Когда на Волге встали русские крепости, местные стрельцы и служилые люди по поручению воевод перевозили животных и людей с одного берега на другой на судах.

    4^ По замечанию Е.П.Алексеевой, эти повозки ногаи выменивали у других народов, а юрты делали сами (Алексеева 1957, с. 68).

    509


    Маршруты кочевий и пастбища закреплялись за определенными элями, их отдельными общинами (улусами) и соответственно мирзами, которым эти эли и улусы вверялись в управление. Наблюдатели начала XIX в., описывая ногайцев Таврии и Бессарабии, доносили, что у них «земля... общая, почему и полагается разделить ее по числу аулов или селений на равные части, с соблюдением, сколько можно, уравнения и в самых выгодах». При этом хотя орды Едисан и Буджак обладали относительно фиксированной территорией, разделенной между аулами, но семьи, населявшие эти аулы, свободно перемещались по пространству орд в поисках сочных трав, не имея в распоряжении «вовсе... определенной земли» (РГВИА, ф. 1, on. 1, д. 368, л. 49, 49 об.; De Gouroff 1816, p. 21).

    Однако ногайское общество XVII — второй половины XIX в. представляло собой уже трансформированную и в значительной мере деградировавшую модификацию социума Ногайской Орды, а в последней еще сохранялись традиционные ценности развитой кочевой цивилизации. В литературе давно утвердился верный тезис о четкой системе распределения кочевий на совещаниях знати. Бии и мирзы регулярно (ежегодно?) перераспределяли эли и улусы между собой, что автоматически влекло и перераспределение пастбищ (см., например: Жирмунский 1974, с. 417; Калмыков и др. 1983, с. 34; Кочекаев 1988, с. 43; Поноженко 1977а, с. 8; Поноженко, Асанов 1993, с. 119). Эта операция не обходилась без взаимных неудовольствий и служила, вероятно, одной из существенных причин неурядиц — в частности, всех трех ногайских Смут. Когда держава слабела, ее высшая элита пыталась обрести арбитра за пределами степей, предлагая функцию раздачи кочевий крымским и русским властям (в последнем случае — всегда безуспешно) (см., например: НКС, д. 7, л. 206, 206 об.; 1628 г., д. 2, л. 117; Трепавлов 1997 г, с. 153).

    В течение XV-XVI вв. в Ногайской Орде оформились два больших кочевых цикла, или две системы кочевания: арало-уральская (термин предложен Р.Г.Кузеевым — Кузеев 1974, с. 206) и поволжская. Кроме того, своя, относительно замкнутая система существовала в наместничестве Ногайской Башкирии (Трепавлов 1997в, с. 7, 8).

    Арало-уральский цикл включал зимовку в низовьях Сырдарьи и ле- товку на Яике. Учитывая значительную массу ногайского населения левого (восточного) крыла, мы вправе предположить, что яйлав и кыслав занимали довольно большие площади. Источники называют в качестве кыслав не только степи «по Сыр реке», но и территорию «за Енбою на Карабулуне пот тюрхменцы» (Акты 1915, с. 27; НКС, 1614 г., д. 3, л. 56), т.е. Юго-Западный Казахстан. Иногда рубежи цикла несколько смещались. Например, после казахского завоевания Мангытского юрта в первой четверти XVI в. не ногаи, а победители- казахи перемещались между Сырдарьей и нижней Волгой (Исфахани
  • 1   ...   76   77   78   79   80   81   82   83   ...   122

    Похожие:

    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут военной истории министерства обороны российской федерации...
    Редакционная коллегия серии сборников документов «Великая Отечественная война 1941 —1945 гг.»
    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут истории Отделение исторического образования Кафедра всеобщей...
    Рекомендовано к печати кафедрой всеобщей истории и методики преподавания Института истории кфу
    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Уральский юридический институт
    Актуальные проблемы истории, политики и права: Межвузовский сборник научных статей. Часть II – Екатеринбург: Изд-во Уральского юридического...
    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconЦелью и задачами курса «Отечественная история» в вузе являются
    России с древнейших времен и до наших дней. Показать на примерах из различных эпох органическую взаимосвязь российской и мировой...
    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Федеральное агентство по образованию институт...
    На смену «прекрасному» приходят «шок-ценности»2: новизна, необычность, абсурд, жестокость. Это привело к расширению предмета эстетики,...
    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconВысшего профессионального образования центросоюза российской федерации...
    Сарчин Р. Ш. Философия: Планы практических занятий. – Казань: Казанский кооперативный институт, 2012. – с
    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРеспублики Татарстан Институт истории им. Ш. Марджани Садри Максуди...
    Монография рекомендована к печати ученым советом Института истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан
    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПриглашают на дискуссию Историческая память и борьба за идентичность современных россиян
    Государственная историческая политика: символизация событий и героев. Год российской истории. Школьные и вузовские учебники истории:...
    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconНовосибирская региональная общественная организация общества «знание»...
    Филиал ноу впо «санкт-петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права»
    Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПермский государственный гуманитарно-педагогический университет Кафедра...
    Приглашаем Вас принять участие во всероссийской научной конференции «Повседневность российской провинции. XIX-XX вв.»
    Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
    Школьные материалы


    При копировании материала укажите ссылку © 2015
    контакты
    userdocs.ru
    Главная страница