Институт российской истории в. В. Трепавлов


Скачать 13.12 Mb.
НазваниеИнститут российской истории в. В. Трепавлов
страница88/122
Дата публикации17.03.2013
Размер13.12 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > История > Книга
1   ...   84   85   86   87   88   89   90   91   ...   122

553


Относительно стабильное положение во владениях ногаев сохранялось до начала XVI в. (Муса умер приблизительно в начале 1500-х годов). К тому времени чрезвычайно окрепли и усилились казахи. На рубеже 1510-1520-х годов в результате их экспансии предводители ногаев откочевали за Волгу. Все пространство от Волги до Иртыша оказалось под властью могущественного хана Касима б. Джанибека. Племена, ассоциированные с мангытами, во избежание разгрома и лишения пастбищ перешли под начало нового сюзерена. Подчинилась Касиму и часть мангытов, не пожелавших (или не успевших?) оставить родные кочевья. Мангытский юрт, судя по всему, стал полностью соответствовать своему названию, т.е. остался населенным только мангытами.

Это образование имело предельно простую организацию. Претенденты на бийство не обладали большой властью; мирзы, потомки Эдиге, руководили перекочевками своих немногочисленных подданных и, будучи деморализованы казахским нашествием, не создавали каких-либо сложных политических надстроек. Очевидно, остатки Мангытского юрта в тот период представляли собой обычные разрозненные улусы4. Это были простые вождества — наиболее примитивные структуры, достаточные для управления в кочевой степи.

4 В очерке 2 уже говорилось, что понятие «улус» постоянно встречается в русских
переводах грамот, в воеводских отписках и посольских донесениях. Однако сличение
с арабописьменными оригиналами ногайских посланий свидетельствует, что оно, по-
жалуй, не употреблялось в Ногайской Орде для обозначения кочевых общин. Перевод-
чики применяли его по традиции, в силу привычки, оперируя терминами золотоордын-
ской эпохи, и, может быть, по аналогии с татарскими ханствами. Поэтому следует
весьма осторожно относиться к наработкам тех исследователей, которые экстраполи-
ровали улусную систему на Ногайскую Орду. Сравним переводы с оригиналами.
1) УЛУС в переводе — ХАЛК (народ) в оригинале: «Алея мурзы улусной ево человек
томинского родства Келеи» / «Али мирзанынг халкы тама Келей» (т.е. таминец Келей
(из) народа Али-мирзы); «Улусы наши калмыки взяли» / «Халкымызны калмак алды»
(т.е. наш народ калмыки взяли); «Каная князя улусы» / «Канай бий халкы» (т.е. народ
бия Каная) (НКС, 1633 г., д. 1, л. 125, 126, 128, 130-132); 2) УЛУС в переводе —
КАРА ХАЛК(Ы ИЛЬ) в оригинале: «улусные люди» / «кара халк» (т.е. черный народ);
иулусные черные кочевные люди» / «кара халкы иль» (т.е. эль черного народа) (НКС,
1637 г., д. 1, л. 18, 23; 1644 г., д. 1, л. 254, 261); 3) УЛУС в переводе — ИЛЬ (ХАЛКЫ)
в оригинале: «У нас животов нет, и лошадей нет, и улусов нет» / «Бизимде малда йок,
якиде йок, ильде йок» (т.е. у нас нет ни скота, ни лошадей, ни элей); «безулусные
мирзы» / «ильсиз калкан мирзалар» (т.е. мирзы, оставшиеся без элей); «улусные лю-
ди» / «иль халкы» (т.е. народ эля) (НКС, 1613 г., д. 3, л. 15, 31; 1632 г., д. 1, л. 102 об.,
173, 174; 1642 г., д. 5, л. 19); 4) УЛУСЫ в переводе — КИШИ (человек, люди) в ори-
гинале: «жены мои и улусы» / «кишимиз» (т.е. мои люди) (НКС, 1641 г., д. 8, л. 3, 5);
5) УЛУСНЫЕ ЛЮДИ в переводе — НУКЕР (слуга) в оригинале: «Шеидяковы улусные
люди
» / «Шидак мирзанынг ну кар» (т.е. слуги Шейдяк-мирзы) (НКС, 1632 г., д. 1,
л. 172). Таким образом, я использую понятие «улус» условно, также следуя научной
традиции и понимая под ним кочевые общины, образованные у ногаев, как правило, из
представителей одного эля.


554


В 1521 г. скончался хан Касим, и среди его наследников начались распри. Вожди мангытов сумели восстановить свою былую мощь, значительно расширив пределы Юрта. Под начало бия вновь попали различные племена, объединенные политонимом «ногай».

На данной стадии организация Мангытского юрта принципиально не отличалась от организации в эпоху Мусы. Ногайские правители — сыновья Мусы, Алчагир и Шейх-Мухаммед, и внуки, Агиш, Мамай и Урак, — не обладали политическими талантами своего знаменитого предшественника. Все они искали правителей-Чингисидов, которые согласились бы объявить их биями. Шейх-Мухаммед нашел такого правителя среди большеордынских Джучидов, бежавших в Тюмень на Тереке, Мамай — в Астрахани, Алчагир пытался прибиться ко двору крымского хана Мухаммед-Гирея I. Отвлекаясь от событийной конкретики, изложенной в главе 4, следует признать, что многоплеменное общество ногаев во второй четверти XVI в. вернулось к этапу составного вождества, на котором оно уже пребывало до агрессии казахов. Находившееся под их властью объединение в русских и крымских источниках получает название «Ногаи»; во второй половине XVI в. в российских документах часто употреблялось также словосочетание «Ногайская Орда».

Окрестные правители не считали ногайских биев равными себе государями: все-таки бий (бек) в традиционной тюрко-монгольской номенклатуре не являлся титулом самостоятельного сюзерена. Тем не менее многие черты Ногайской Орды второй трети — конца XVI в. позволяют видеть в ней независимое политическое образование.

Окончательное оформление ее управленческого механизма произошло в 1530-1540-х годах и было связано с именами биев Саид-Ахмеда и Шейх-Мамая, сыновей Мусы. Впервые в истории ногаев их кочевья были разделены на два крыла — надэтнические территориальные единицы с границей по Яику. Во главе крыльев встали наместники-вое- начальники с чисто ногайскими, не имеющими аналогов титулами — «нурадин» и «кековат». Саид-Ахмед попытался было объявить себя ханом, но безуспешно (см. главу 5). Он не принадлежал к династии Чингисидов, поэтому ни крымский хан, ни московский великий князь, ни османский султан не признали за ним этого ранга.

Следовательно, потомки Эдиге и Мусы не могли воспользоваться обычным для послеордынских ханов оправданием власти через возведение своих корней к Чингисхану. Однако выход был найден. В придворной среде составили фантастическую версию происхождения рода Эдиге от халифа Абу Бекра, тестя Пророка (см. главу 2 и очерк 5). В мусульманском обществе, каковым оно было уже в то время у ногаев, такое обоснование легитимности «княжения» оказалось приемлемым и достаточным.

555


Территория крыльев, в свою очередь, делилась на юрты кипчакских элей. Эти юрты представляли собой, как правило, пожалования- улусы мирз. После 1520-х годов племенная знать, помимо мангыт- ской, в источниках почти не фиксируется. Можно предположить, что в ходе ногайской антиказахской «реконкисты» главы племен, сотрудничавшие с Касимом, были изгнаны или истреблены — во всяком случае, полностью оттеснены от власти, и мангыты взяли в свои руки управление ногаями из всех племен.

Как бы то ни было, налицо явная детрайбализация, утрата элями собственной административной структуры и превращение их в базу ногайской улусной системы. Ныне элями-улусами управляли члены правящего клана, потомки Мусы. Распределение улусов среди ближайших родственников послужило довольно действенным средством против распада Ногайской Орды после смерти очередного бия. До середины 1550-х годов мирзы в целом лояльно относились к своему правителю и не проявляли заметного сепаратизма.

В экономике Ногайской Орды полностью господствовало кочевое скотоводство. Ни одного района с традиционным, развитым земледелием под властью бия не было. Поэтому регулировать отношения между правительством и подданными было нетрудно с помощью типично кочевнического аппарата управления. Собственно, этот «аппарат» был идентичен как при дворе бия, так и в стойбищах мирз: казначеи, стражники, писцы позволяли бию и мирзам руководить ногаями на огромных дештских пространствах.

Итак, Ногайская Орда имела отдельные черты раннего государства, как то: 1) надэтничное деление территории (крылья и улусы)5;

5 Административного деления Ногайской Орды исследователи почти не касались, если не считать предположения А.И.-М.Сикалиева о существовании в ней десяти областей-санов (Сикалиев 1994, с. 36, 37, 70) и буквального понимания некоторыми исследователями информации С.Герберштейна о трех «областях» во главе с Саид- Ахмедом, Хаджи-Мухаммедом и Шейх-Мамаем в 1520-х годах (Герберштейн 1988, с. 179; Жирмунский 1974, с. 441, 442; Перетяткович 1877, с. 135; Kappeler 1992, р. 89). В одной из своих работ я постарался показать, что в соответствии с кочевой государственной традицией территория и народ ногаев делились на правое и левое крыло (Трепавлов 19936). В.М.Викторин отчего-то посчитал, что крыльями являлись Большие и Малые Ногаи (Викторин 19916). Сами жители Ногайской Орды называли эту структуру он сол (халкы) (народ правой и левой руки). «Прадеда нашего Едигея князя карачеи, а словут онсол, и многово улуса люди» (НКС, д. 8, л. 240) включали отнюдь не всех ногаев, а лишь мангытов и первоначально (до середины XV в.) ассоциированные с ними эли — так называемые еди ички (см. главу 10). Как правило, они служили самой верной опорой биям в противостоянии с мятежными мирзами. В 1556 г. Исмаил именовал «правой и левой стороной около меня вблизи» тех, кого «ещо отец (т.е. предок. — В. Т.) мои было собрал» (НКС, д. 4, л. 376 об.). При этом подданные, включенные в Мангытский юрт позднее середины XV в., — едисаны — не считались народом онсол (НКС, 1622 г., д. 3, л. 29), и по отношению к ним ногаи из исторического ядра Орды порой не рекомендовали себя по названиям своих элей, а отмечали именно принадлежность к онсол (НКС, д. 8, л. 347). Но структура Орды требовала распростра

556


  1. государственную идеологию (ислам и легенда о предке Абу Бекре);

  2. терминологическое оформление государственной территории и над- племенную самоидентификацию населения (Ногайская Орда, ногаи);

  3. весьма широкое применение письменности, что объяснялось наличием значительной прослойки духовенства и широких связей с Крымом и Мавераннахром (см. очерк 5).

Но в Орде не меньше было признаков и составного чифдома: 1) отсутствие особого механизма насилия, подавления; 2) «немонар- хичность» бия, его номинальная должность вождя, главного военачальника. Очевидно, бий мангытов не смог преодолеть границы, отделявшей вождя от царя. Провозглашение каждого ногайского предводителя уже не воспринималось как просто смена очередного родового старейшины, но не обрело и престижа, присущего коронации; 3) полная экономическая автономия улусных правителей-мирз, не перераставшая в политическую до тех пор, пока родственные связи были актуальными, а политические цели общими; 4) наличие четко ограниченного сословия аристократии — мирз. Вновь, как и в случае с ханством кочевых узбеков Абу-л-Хайра, мы сталкиваемся с промежуточной стадией — между составным вождеством и типичным ранним государством. И опять нам придется привлечь понятие зачаточного государства, каковым и являлась, по моему мнению, Ногайская Орда6.

Обобщим наши наблюдения. До конца XIV в. мангыты являлись подданными государства Улуса Джучи. После его распада они оказались в пределах Кок-Орды, которая представляла собой типичное раннее государство. На ее территории кочевые узбеки во главе с Абу-л- Хайром создали зачаточное государство, куда и вошли мангыты. Отделившись от ханства Абу-л-Хайра, мангыты-ногаи в 1470-1510-х годах образовали собственный Юрт, характеризуемый как составное вождество. В первой четверти XVI в. под ударами казахов ногайские предводители лишились большей части подданных и территорий и возглавили остатки Юрта уже в качестве простого вождества. Восстановив гегемонию, ногаи вновь превратили свое владение в составное

нения крыльевой системы на все владения, поэтому управляемые мангытами степи позднее, в 1530-х годах, были тоже разбиты на крылья — возможно, как признак подчиненности их именно элю мангытов, тоже имеющему два крыла. Поэтому Большие Ногаи и утверждали, будто «вместе с нами Казыева улуса [и] Шихмамаева роду онсол словет» (Акты 1914, с. 213).

6 Источники (в частности, русские и ногайские) четко разграничивают сформировавшиеся государства и кочевые Орды: «У государя нашего так ведетца: в которое царство или в Орду послов своих пошлет... а послов на послы (т.е. одних послов вдогонку за другими. — В.Т.) не посылает»; «Государство Московское... сияет светло посреди паче всех иных государств и орд, аки в небе Солнце» и т.п. (Воинские 1949, с. 68; НКС, д. 9, л. 152 об.-153). В ногайском фольклоре тоже четко разграничиваются государства-царства (падшалык, ханлык) и политическое образование ногаев как «орда» (Сикалиев 1980, с. 7; Сикалиев 1994, с. 80).

557


вождество, а бии Саид-Ахмед и Шейх-Мамай завершили строительство Ногайской Орды — зачаточного государства. Две последующие Смуты и распад Орды во второй половине XVI — начале XVII в. сопровождались угасанием элементов государственности. Большая Ногайская Орда и Казыев улус вернулись к этапу составного вождества, а во второй трети XVII столетия распались на чифдомы — мелкие автономные улусные группировки.

Таким «зигзагом» видится линия социально-политического развития мангытов и ногаев на протяжении XIV-XVII вв.: от государства к простому вождеству, затем к зачаточному государству и опять к простому вождеству.


Очерк 5

Культура

Культуру ногаев средневековые документы осветили очень скудно. Лишь немногие путешественники XVII в. описали их образ жизни и быт — как правило, уже после крушения Ногайской Орды. А в предшествовавшем столетии только военное искусство кочевников удостаивалось некоторого внимания дипломатов и администраторов. Сверхлаконична информация о стольном Сарайчуке. Немного больше данных о религиозной организации степной державы. А ее интеллектуальная жизнь остается абсолютно неизвестной. В этом очерке я попытаюсь осветить разные стороны культурного бытия Ногайской Орды.

^ Повседневная жизнь. Семья. Жилищем ногаям служили юрты — сферические конструкции 4-5 м в диаметре из деревянного решетчатого каркаса, скрепленного ремнями и покрытого войлоком. Прутья, составлявшие крышу, сплетались таким образом, что образовывали дымовое отверстие. Иногда оно снабжалось войлочным регулятором дымохода: в холода отверстие закрывали особым клапаном, чтобы сохранить внутри тепло. Некоторые юрты обтягивались поверх войлока еще и хлопчатобумажными полотенцами, отчего кочевая стоянка являла собой живописное зрелище. У крымских ногаев первой четверти XVII в. одна семья имела две юрты — большую для детей и поменьше для главы семьи и его жен; слуги жили под открытым небом в любую погоду (Какаш, Тектандер 1896, с. 27; Люк 1879, с. 487, 488; Олеарий 1906, с. 403; Стрейс 1935, с. 194; Эвлия Челеби 1979, с. 53, 54).

Юрта ногаев не имела принципиальных отличий от юрт, известных в степном мире; Эвлия Челеби нашел, что она напоминает туркменскую (Эвлия Челеби 1979, с. 53). Кроме того, у этих потомков кипчаков издревле сохранялись передвижные жилища: на двухколесных повозках устанавливался деревянный остов, тоже покрываемый войлоком или камышовыми циновками. На подобные же повозки, запряженные верблюдами или, реже, волами, порой водружались и небольшие неразборные юрты. Э.Дженкинсон видел кочующую группу ногаев с тысячей таких походных домов, «казавшихся издали городом» (Дженкинсон 1937, с. 170, 171; д'Асколи 1902, с. 130; Какаш,

559


Тектандер 1896, с. 27; Олеарий 1906, с. 403; Стрейс 1935, с. 196; Эвлия Челеби 1979, с. 54; см. также: Гаджиева 1976, с. 45-59). Сборно-разборная юрта в ногайском языке называется терме, переносная — отав.

Позднее внуки и правнуки жителей Ногайской Орды в Причерноморье и на Северном Кавказе начали оседать, переселяясь в саманные и тростниковые хижины, окруженные заборами и загонами для скота, и даже в срубные дома (Мухаметшин 1992, с. 63; Тунманн 1991, с. 48; Эвлия Челеби 1979, с. 205). Те, кто продолжал придерживаться кочевого образа жизни, устраивали свои стоянки по калмыцким (т.е. монгольским) канонам и жили в калмыцких юртах-гэрах (Потоцкий 1936, с. 215). С.Ш.Гаджиева полагает, что расселение мелкими аулами, состоявшими из нескольких семей, было характерно для конца XVII — XIX в., а в период Ногайской Орды практиковались сезонные миграции большими «ордами» (орун). Правда, С.Ш.Гаджиева объясняет это «тревожностью» эпохи, т.е., очевидно, постоянной готовностью к обороне (Гаджиева 1976, с. 21, 22). Мне же представляется, что причина скопления больших организованных мигрирующих масс народа кроется в функционировании двух больших общеногайских кочевых циклов — поволжского (затем кавказско-волго-яицкого) и арало-яицкого (см. очерк 3).

Огромные пастбища Орды обеспечивали всем элям прокорм и размещение, чего нельзя было ждать от сравнительно небольших регионов расселения ногайцев нового времени. Кроме того, и в XVI в. практиковалось размещение кочующего населения «в розни» — отдельными улусными стойбищами (может быть, более многолюдными, чем аулы последующих столетий).

Любознательные путешественники обращали внимание и на одежду ногаев. У мужчин она состояла из длинных суконных кафтанов голубого, красного или серого цвета, надеваемых поверх суконных же или овчинных штанов и хлопчатобумажных рубах. На женщинах можно было видеть такие же кафтаны, и лишь некоторые щеголяли в белых полотняных одеяниях и в разноцветных шелковых халатах, подпоясанных кушаками из шелка. И мужчины, и женщины носили овечьи шубы, которые в зависимости от сезона надевались то наружу мехом, то внутрь. Головными уборами у мужчин служили остроконечные буреки из шкур ягнят или лис, а у богатых мирз — куньи шапки, вымененные у черкесов; женские круглые складчатые головные уборы часто обшивались русскими монетами. Обувью служили желтые кожаные сапоги (Алексеева 1957, с. 88; Какаш, Тектандер 1896, с. 27; Люк 1879, с. 487; Олеарий 1906, с. 404, 405; Стрейс 1935, с. 196; Тунманн 1991, с. 47; Эвлия Челеби 1979, с. 54, 55).

Самой распространенной пищей были молоко и мясо домашних животных. Как и прочие кочевники, ногаи достигли большого искус
1   ...   84   85   86   87   88   89   90   91   ...   122

Похожие:

Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут военной истории министерства обороны российской федерации...
Редакционная коллегия серии сборников документов «Великая Отечественная война 1941 —1945 гг.»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут истории Отделение исторического образования Кафедра всеобщей...
Рекомендовано к печати кафедрой всеобщей истории и методики преподавания Института истории кфу
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Уральский юридический институт
Актуальные проблемы истории, политики и права: Межвузовский сборник научных статей. Часть II – Екатеринбург: Изд-во Уральского юридического...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconЦелью и задачами курса «Отечественная история» в вузе являются
России с древнейших времен и до наших дней. Показать на примерах из различных эпох органическую взаимосвязь российской и мировой...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Федеральное агентство по образованию институт...
На смену «прекрасному» приходят «шок-ценности»2: новизна, необычность, абсурд, жестокость. Это привело к расширению предмета эстетики,...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconВысшего профессионального образования центросоюза российской федерации...
Сарчин Р. Ш. Философия: Планы практических занятий. – Казань: Казанский кооперативный институт, 2012. – с
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРеспублики Татарстан Институт истории им. Ш. Марджани Садри Максуди...
Монография рекомендована к печати ученым советом Института истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПриглашают на дискуссию Историческая память и борьба за идентичность современных россиян
Государственная историческая политика: символизация событий и героев. Год российской истории. Школьные и вузовские учебники истории:...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconНовосибирская региональная общественная организация общества «знание»...
Филиал ноу впо «санкт-петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПермский государственный гуманитарно-педагогический университет Кафедра...
Приглашаем Вас принять участие во всероссийской научной конференции «Повседневность российской провинции. XIX-XX вв.»
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница