Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову


НазваниеАвтор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову
страница14/16
Дата публикации25.03.2013
Размер1.95 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Культура > Документы
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

17: 02

На улице тусуются два десятка подростков. Судя по альтернативному виду, пришли они на «Pleymo». «Оригами» уже в клубе, но саундчек задерживается – еще не настроились французы, график сдвинулся из-за того, что вовремя не приехали техники. Музыканты «Оригами» и московской эмо-команды Maio, которая тоже сегодня играет, плюс друзья музыкантов и я берем в тесной гримерке с облезлыми розоватыми стенами по банке пива «Балтика-3», выставленного организаторами, и рассеиваемся по полутемному помещению клуба.

^ 17: 36

Гримерка. Французы по-прежнему «чекаются». Заходит Олег.

–Бесперспективняк. У них там что-то с примочкой…

17: 57

Зона «Chill Out». Парни из «Оригами» дают интервью телевидению, сидя на диванах вокруг стола в углу. Телевизионщики – с канала ТНТ: оператор, тетка-корреспондент средних лет и девушка неформального вида, ее роль во всем этом непонятна. Из зала доносятся звуки настройки «Pleymo».

–Мы не позиционируем себя как эмо-группу, хотя мы играем что-то похожее на третью волну эмо, – говорит Олег.

Леша:

–Но если пошла такая тенденция, что если группа «Оригами» – то это эмо, а если эмо – то это – группа «Оригами», то это уже не наша вина.

Максим:

–У нас нет такого, что мы сели, смотрим: «Так, что у нас есть на сегодня? Рэп, техно… Вот, эмо! Вперед». Мы играем то, что нам нравится, то, от чего нас колбасит на сцене. Мы играем музыку, которая направлена на то, чтобы люди находили что-то новое, жили, двигались, никогда не стояли на месте. У нас вот на что в основном направлена музыка. Шрамчики на руках, которые можно, там, в школе показать – это все ребячество, которое пройдет. Главное, чтобы люди слушали хорошую музыку. А какую, они выбирают сами. Кто-то слушает металл, кто-то рок, кто-то рэп, кто-то эмо…

Корреспондентка явно не понимает, почему парни без особого энтузиазма отзываются об эмо-движении и эмо-публике, с которой они себя слишком сильно связывать не хотят.

–Так что же получается, вы не любите эмо-движение? – удивленно спрашивает она.

–Нет, это не относится ко всем ребятам, которые нас слушают, – отвечает Максим. – Но есть отдельные проявления…

–Иногда проблемы с головой, иногда просто в жизни проблемы, и люди начинают… – добавляет Олег.

На этом месте интервью прерывается: музыкантов зовут на саундчек.

Из интернет-блога:

22 июня. тнт. название программы не помню, но ведущий был из «Невероятно но факт». бозлали про эмо, про Оригами. . эмо – плаксы, Оригами – хуйня. посмотрел я на это дело минут 10, и выключил эту бодягу. а в голове бродило ток одно: «С каких это пор. . » я вроде и с этими чуваками знаком, плакс среди них нету. и не может быть (по стилю жизни) .

бывают же . . бланы и на телевидении, блин. ниче чуваки, крепитесь.

Ori-music-10

Музыкантам любой группы по кайфу, когда у них есть фанаты, которые ходят на все их концерты, просят автографы, пишут восторженные посты на форумах. Но самые активные – и не слишком адекватные – фанаты могут здорово достать.

Максим: Момент переломный – это был концерт в конце декабря. Мы играли с еще одной группой и собрали человек девятьсот. Я привык, что мы выступили – и я пойду в зал, куплю пива, попью, и – если кто-нибудь подойдет из зрителей – пообщаюсь, и все. А тут я захожу в бар – и стою, раздаю автографы. Какие-то девочки с бумажечками – я им всем подписал, и меня это не столько напрягло, сколько удивило: как такое вообще может быть? И с тех пор в принципе в людных местах меня узнают. Я даже стараюсь капюшон надевать, потому что моя девушка очень ревностно к этому относится. Мы ссоримся, когда, например, едем в метро, и подбегают какие-то девочки: «Ах, Максим из „Оригами»!». А при чем тут я? Нет, приятно, что на автограф-сессию люди приходят. Хотя бывают зрители, которые неадекватные, они реально напрягают. Я на последнем концерте чуть не с угрозой обратился к людям в первых рядах, потому что за меня цеплялись, меня царапали, пытались столкнуть вниз. Я вначале думал – это шутка, но нет. И я им говорю: «Ребята, я сейчас в глаз дам». Они так сразу изменились в лице.

Олег: В принципе, не всегда напрягают эти самые поклонники и поклонницы. Дарят что-то, а это всегда приятно. К этим подаркам не очень хорошо относится моя девушка, поэтому я складываю их подальше от ее глаз. В противовес такому вниманию могу рассказать случай, когда на концерте в Москве мне в прямом смысле мешали – во время выступления вылезали на сцену, рвали провода, отключали аппаратуру. Я понимаю – кого-то эмоции могут переполнять. Но все равно надо быть аккуратнее и не мешать музыкантам делать свое дело.

^ Сочи: Я не люблю слово «фанат», очень тяжело с фанатами общаться, когда просто не знаешь, нормальный это человек или нет.

Максим: Слово «фанат» я тоже очень не люблю, потому что фанаты – это мрачные люди на самом деле. Я больше люблю «поклонники творчества».

Олег: Был такой случай – какой-то парень себя порезал, кровь какой-то промокашкой промокнул и подходит после концерта: распишитесь мне на этом. Я говорю – давай нормальную бумажку. Нет, здесь же моя кровь, неужели вы не поняли? Боже мой, думаю, тебе, парень, надо голову лечить.

Максим: Эмо-кид – это такой чувак либо девушка, которые страдают, которые все в себе, у них, там, опущены глаза. И получается, что их единственный выход – это смерть, потому что этот мир тебя не понимает. Почему вены? Потому что это красивый способ. Можно же ведь и застрелиться. А здесь – красная кровь, лезвия, ножи… Ко мне иногда после концерта подходят за автографом – а у него вся рука в мелких шрамиках. Я ненавижу такое позерство. Если ты такой умный, то порежь себе вены и сдохни. А вот так вот себя искоцевать и ходить потом, показывать всем: ах, я весь в крови…

Олег: Если бы все это не было так распространено, то и реакция была бы другой. Говорили бы – вот какая стильная группа! Или: вот какая стильная молодежь! А так вызывает раздражение. И сейчас даже группы, которые никакого отношения к эмо не имеют, которые играют, там, рок или поп – все равно, все с челочками, в узких джинсах.

Максим: Всегда есть такая тема, что одни люди себя естественно ведут, а есть те, которые просто пытаются себя показать.

Олег: Раз эмо, то, получается, человек начинает бравировать своим тонким внутренним устройством, начинает пытаться себя выражать в каких-то видах искусства. В фотографии, например. Сфотографировать как-то вот, например, стакан и всем рассказывать, что он на него посмотрел и увидел в нем Вселенную. То же самое с поэзией – стихи писать. В принципе, многие пишут. Особенно в подростковом возрасте, а кто-то пишет всю жизнь. И никто не скажет, что это – эмо. Есенин – это эмо? Самое эмо – это, наверное, Бродский. Такое грубое эмо…

Максим: Из самых напыщенных эмо-боев практически каждый хоть раз, да сидел и ковырял себе руку. Чтобы вот так аккуратненько, не задеть никакой сосудик, но пусть шрамик останется. Чтобы прийти в школу и всем показать: вот, человек страдал. Это позерство такое – чтобы выделиться. Люди по-разному выделяются. Раньше если кто-то в широких штанах, с цепями – все думают: что за обезьяна? Теперь – если весь в черном, розовом…

Олег: Когда появились рэпперы, на это тоже смотрели поначалу как на что-то такое, а потом привыкли все, примелькалось, и нет особого внимания к ним. Потом – альтернатива, нью-металл, мазафака. Тоже широкие штаны, цепи, дрэды. Сейчас уже нет в этом ничего особенного. Скоро так и с эмо будет. Сейчас много таких людей – рэпперов, альтернативщиков, эмо, которые уже давно выросли из отрочества, а некоторые и юности. И никто себе вены не режет, ведут нормальную жизнь.

Максим: Все это хорошо, я считаю. Потому что девяносто девять процентов – если взять все население России – это, как их называют, «орехи» – недавно новое слово услышал. Орехи – это не гопники, нет. Просто обычные люди.

Сочи: Я на последнем концерте в Москве, когда там избивали людей, увидел всего несколько девочек в розовом, несколько мальчиков с накрашенными глазами, а все остальные – обычная молодежь. Джинсики, маечки. При этом они пришли на эмо-группу.

«Мы – по-любому андеграунд»

Максим: Мы недавно ходили на передачу – ее Илья Черт ведет. По питерскому «Пятому каналу», передача об андеграунде. Собрали всяких художников, писателей, музыкантов, а мы сидели как зрители, в первом ряду. И все там что-то орали: «Андеграунд есть!» «Андеграунда нет!» «Андеграунд – это когда нет коммерции, а как только коммерция, это уже не андеграунд!» И там сидел Артем Копылов, который выпускает наши альбомы. И он сказал, что коммерция есть по-любому. Ты продаешь свой альбом, ты получаешь за него деньги. Сейчас все это выросло в объемах по сравнению с тем, как было десять лет назад. Тогда, если на альтернативный концерт приходили триста человек, – это был успех. Сейчас, когда приходит тысяча, – это уже так себе… Вот мы сейчас будем играть на «Крыльях». Когда группы вроде нас играют на «Крыльях», это уже какая-то движуха вперед. Другое дело, что не пускают на радио, не пускают на каналы типа MTV и Муз-ТВ – ну и хер с ними. Бабки, наверное. Все решают бабки. Заплатил бабки – какой-нибудь Вася Пупкин, у которого папа где-то там. Все, показали его клип. Но он все равно никому не нужен. Помню, были такие группы, выступали на каких-то там передачах, херачили под фонограмму, рот разевали. Группы, в принципе, из ниоткуда и в никуда и ушли.

Андрей: Мы – по-любому андеграунд. У нас вообще нет какой-то массовой культуры – ни эмо, ни нью-металл. Она есть как субкультура – люди тусуются, встречаются, а так ее толком никто никуда не продвигает. Да, сейчас начали появляться каналы альтернативные – А1, О2. И я надеюсь, потому что пошел толчок уже, что когда-то это вылезет из андеграунда, как на Западе. Там такие группы имеют вес, и какой-нибудь «R & B» не подойдет и не скажет – ты, чмо, играешь в подвалах. Еще вопрос, кто кого перевесит…

Максим: Мы сейчас сделали клип – он в ротации на канале A1, и бюджет для него выжали минимальный. Мы там сами все таскали, сажали оператора на шею, и он снимал что-то сверху. Не было подзвучки, мы писали в поле, и был только магнитофончик, который мы прятали за комбики – для барабанщика. Чтобы он хоть что-то слышал, а все остальные играли под барабаны.

Сочи: Если говорить про андеграунд, то все относительно. Но если сравнивать с Западом, то у нас группа выпускает тысячу – две тысячи дисков, а там – пятьдесят или сто тысяч. Вот вся эта культура – из-за того, что мы в России живем, и у нас какой-то менталитет другой, видимо, сидят люди, которые всем этим крутят, вертят, и они еще не готовы воспринимать что-то новое. Жалко, потому что все равно эта музыка поднимается. У них там, на Западе, больше конкуренции и больше качественной музыки, и, соответственно, лучше условия для работы в музыке. У нас, если ты делаешь музыку, ты часто вынужден жить как бомж, питаться непонятно чем. У меня – семья, двое детей, и мне очень тяжело справляться. И если бы я еще больше времени посвящал музыке…

Андрей: Культура, которую представляем мы, она находится сейчас в том же положении, в котором находился русский рок двадцать лет назад, когда они сидели в подвалах, «дринь-бринь», чистый энтузиазм. Вот мы сейчас начинаем подниматься.

^ Сочи: Сейчас больше перспектив, даже чем пять лет назад. Поднимается уровень жизни. Все ноют, но все равно лучше, чем было.

Дима-Fieldy: Группы русского рока двадцать лет назад сидели в подвалах, их гоняли за тунеядство, они сами делали себе усилители и гитары, а сейчас все можно купить. Ты пошел, взял кредит, купил себе гитару или что еще нужно. Есть много мест, где можно репетировать, были бы только деньги. Но их опять же можно стрельнуть у мамы с папой.

Максим: Мы до сих пор лояльная группа в отношении гонораров. Мы не деремся клыками за каждую копейку. Потому что все работают, и такой потребности – как если там жрешь воду с хлебом – такой вот потребности нет.

Олег: Ну, если бы мы были совсем голодные и у нас не было бы денег на инструменты… Занятия музыкой – они тоже денег стоят. Когда ты вышел на какой-то уровень, надо репетировать уже в более или менее нормальных условиях. Инструменты должны быть нормальные. И деньги мы, естественно, не музыкой зарабатываем.

Максим: Самый халявщик – это я. Микрофончик – и все. А вот кто наоборот, так это Дима. Он себе накупил столько всякого говна, которым не пользуется. Он каждый раз покупает себе какую-то очередную штуку с лампочками и крутилками, которая у него пылится, а потом он ее продает.

Ori-music-11

Москва, 20 мая 2007 года

18: 24

«Оригами» наконец выходит на саундчек. Пока отстраиваются барабаны и Леха стучит по бочке, Максим, сидя на каком-то возвышении на сцене, отбивает ритм ладошками по коленям. На трех экранах в зале идет канал A1, клип группы Nickelback. Внизу экрана текст: «VJOII: ) Привет! эмо-фест в Самаре? А откуда мне знать то??) ) ) »

18: 27

Настройка вокала. В зале появляется с какой-то девушкой Трэш – чувак лет двадцати пяти, бывший скинхед, а теперь – охранник на концертах «Оригами». Он показывает в сторону сцены два «фака», на что Максим отвечает, пропев: «Я люблю тебя, Трэш!» «Звукач», толкаясь на сцене, объясняет: у тебя второй «аукс», у тебя третий «аукс»…

Максим говорит:

–Все ясно, у меня третий анус.

19: 11

Настройка закончилась, продолжается интервью телевидению. Иногда до «чилл-аута» доносятся крики: «Плеймо! Плеймо!» На канале А1 идет реклама: «Лучшая группа планеты – My Chemical Romance, 11 июня, Санкт-Петербург, Ледовый дворец, 12 июня, Москва, Лужники».

Максим пытается объяснить корреспондентке, что же все-таки такое эмо:

–У этого понятия есть свои каноны, есть внешний вид, от которого нельзя убежать. Есть поведение. Есть музыка…

Но ей, похоже, уже неинтересно, и она просит рассказать какую-нибудь историю, связанную с концертами.

Дима: У нас практически каждый концерт – это история, потому что случается, что кому-то попадает бас в ногу или в голову. Мы выражаем на сцене эмоции, и это, случается, приводит к потерям и техники… (хором) , и людей!

^ Дима (кивая на Сочи) : Все, кроме Леши, получили от него по голове на концерте как минимум один раз. Очень интересное ощущение, когда что-то прилетает откуда-то сбоку, и ты: ой-ё, а что же это такое? А больше всех однажды досталось Олегу. У него тот день вообще был неудачный. Он начался плохо, плохо продолжился и плохо закончился. По пути на концерт Олега чуть не зарезали. Сначала на него напал человек с ножом, и он еле отбился от него чехлом от гитары.

Максим: Мы приехали на саундчек – у нас первый был свой концерт в «Ред-клабе», а Олег уже стоит на сцене, «чекается», такой весь злой. Ему еще забыли сообщить, что на час позже надо приехать. А он живет в районе очень стремном и, говорит, шел к метро, и к нему подошел какой-то человек, спросил время, и пока Олег отвечал, достал нож. А Олег как-то сориентировался, и чехлом от гитары он его ударил и побежал. И во время концерта, почти в самом конце, Сочи в очередной раз крутанул гитару, и я смотрю – Олег убегает со сцены. Я не понял, что произошло. Доигрываем песню, я иду за ним, он стоит, и у него со лба течет кровь. Потом у него была огромная гематома, ему там чуть ли не операцию хотели делать. Вообще таких случаев немного. Вот, Олег получил, я один раз очень сильно по руке получил басом, и еще однажды на концерте, когда мы в шутку начали друг друга пинать, Олег тоже получил, и Сочи получил. Но сейчас мы это перестали делать, потому что люди взрослые, можно что-нибудь сломать друг другу…

Корреспондентка спрашивает:

–А в чем же вообще философия эмо?

Дима-Fieldy: Это не философия, это – внешний атрибут. Лично я не верю в то, что какой-нибудь нормальный человек может возвести вечные страдания и вечную депрессию и тягу к суициду в жизненную философию. Если у кого-то это встречается, то ему надо идти к доктору. Нормальный так делать не будет. Мы, хоть и играем такую музыку, мы люди достаточно позитивные, и, по крайней мере, таких мыслей суицидальных у нас не возникает.

Максим: Если раньше человек, когда ему было плохо, просто шел и с друзьями напивался, то сейчас он может сказать, что он эмо-бой и его жизнь ужасна, все – в черных тонах. Я считаю, что это пройдет. Пройдет какое-то время…

–А вот в Интернете есть эмо-заповеди… – перебивает корреспондентка. – Вы их соблюдаете?

Вопрос вызывает бурный смех и негодование всей группы.

Олег: Это – тупые шаблоны, из-за них думают, что эмо-бои – это суицидальные люди, люди непонятно какой ориентации.

–Но ведь если это происходит, то это же кому-то надо… – робко возражает журналистка.

Максим: Ну, есть, например, футбольные фанаты, а есть люди, которые приходят на наши концерты. Те, кто приходит на нас, хотят здесь отрываться. Кто-то занимается каким-то спортом, кто-то рисует, кто-то играет музыку…

^ Дима: А тот, кто не может играть музыку, красит волосы в черный цвет и слушает эмо!

Все музыканты хохочут.

Максим: Ни вы, ни мы, ни те, кто будет это смотреть, все равно не поймут, что такое эмо. Может быть, кто-то почерпнет что-то там, заметочки сделает: это дети со значками. Я даже заходил на западные сайты – а ведь все это оттуда пошло, – там на форумах происходит то же самое. Это – эмо! Это – не эмо! Да ты ничего не понимаешь, это – эмо! Вот так все и будет. И поэтому мы с вами так и будем разговаривать: вы мне – о канонах эмо, а я вам о том, что никаких канонов эмо не существует. Кто эти каноны написал? Какой-то парень в Интернете? Где-то что-то надрал и обрадовался, что теперь у него тысяча просмотров на форуме, и все теперь об этом говорят. Это мог написать человек, который вообще мало к этому всему имеет отношения.

^ Леша: Я знаю, что были шутки насчет других направлений – например, нью-металл. Шестьдесят правил…

Максим: Самое главное – это отсеивать информацию. В том-то и происходит подмена вообще, что люди не могут отделить какой-то мусор, какой-то просто юмор от того, что нужно.

Леша: Трудно давать четкие определения понятиям. Их масса, и эмо – одно из них. А четкие штампы – они нужны, пожалуй, только в магазине музыкальном, чтобы человеку было проще нужный диск найти.

Максим: Когда выбирают стиль – я его не то чтобы выбрал. Мы начали это играть, потому что мне понравилось настроение этой музыки, я, может, даже текстов не понимал. Может, они там поют про то, как убить себя. Мне понравилось, как это все идет движение, какое-то там нарастание, мелодика, неожиданный взрыв. Именно поэтому я в вокале старался делать то же самое. Я пою про любовь, иногда, может быть, про смерть. Но любовь и смерть – это такие вещи, которые всегда были рядом. Без романтики вообще никуда, романтика – это основа. Потому что, если топорно петь про смерть, то это уже пруха какая-то. Я, когда сочиняю, пытаюсь понять, как здесь сделать, чтобы был какой-то момент по нарастанию, потом бы все взорвалось, а затем спало. Вот поэтому, наверное, люди стали говорить, что мы эмо играем. Мы сами никогда об этом не говорили. И сейчас не будем говорить, потому что столько смешений стилей произошло, и ни одна нормальная группа никак свой стиль не определяет. Все играют рок. Ну, если только кто-то играет дэс-металл. Там все определенно…

Корреспондентка снова пытается подвести разговор к заповедям: как будет развиваться движение, будет ли увеличиваться количество тех, кто выполняет?

Олег: Да никто их не выполняет! Никто их никогда не выполнял и не выполняет, это все шутка! Кто-то шутит, а кто-то воспринимает все это всерьез!

^ Сочи: Утихнут все эти крики насчет эмо, и останутся только те слушатели, которым это интересно, они и будут продолжать слушать эмо.

Максим: Если тебе пятнадцать лет и ты думаешь о смерти, то должен подумать, что уже завтра все может быть по-другому. И ты выйдешь и поймешь, как хорошо на улице и как хорошо жить. Надо просто думать своей головой.

Интервью закончено. Телевизионщики начинают сворачиваться.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

Похожие:

Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову iconОблачная демократия
Леонид выражает огромную благодарность своей семье – жене Нате и сыну Бориске, а также своим родителям – за поддержку и терпение...
Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову iconАндрей Андреевич Уланов, Дмитрий Владимирович Шеин Порядок в танковых...

Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову iconСвязующа я смысл а с у т ь
Автор выражает признательность за вольную и невольную помощь, оказанную ему при создании книги
Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову icon«Часто задаваемые вопросы путешественников во времени», зачёт: «faq путешествующих во времени»
Специфическая своя игра по темам, так или иначе близким автору, (не)известному как Фабий. Автор выражает благодарность Лукиновой...
Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову iconГайк демоян
Автор выражает благодарность за поддержку в издании работы Министерству обороны Республики Армения
Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову iconМировой кризис: Общая Теория Глобализации Издание второе, переработанное...
Институт проблем глобализации и автор выражают глубокую благодарность оказавшим неоценимую помощь при подготовке настоящей книги...
Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову iconКнига II
Автор выражает признательность всем, принявшим участие в издании книги, и благодарит за понимание, помощь и дружескую поддержку!
Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову iconСеверная сторона склона
Автор выражает признательность всем, принявшим участие в издании книги, и благодарит за понимание, помощь и дружескую поддержку!
Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову iconРегламент проведения учебно-тренировочных сборов по ориентированию...
При подготовке данного регламента были использованы материалы, разработанные и проверенные на практике клубом автомобильного туризма...
Автор выражает благодарность за помощь при работе над книгой группе «Оригами» илично Максиму Каменщикову iconЗакрытый чемпионат бгэу по интеллектуальным играм 2011/2012. Незачётное...
За тестирование «Эрудит-Лото» редактор также выражает благодарность командам «EcoSapiens» и «Страпелька», а также лично Дмитрию Попову,...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница