Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5


НазваниеАндрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5
страница1/19
Дата публикации08.03.2013
Размер3.12 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Медицина > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19

Андрей Левонович Шляхов

Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад!




Доктор Данилов – 5






Аннотация



Мытарства доктора Данилова продолжаются… На это раз перед главным героем открывается закулисье обычной районной поликлиники. Медицина по-русски покажет вам свое истинное лицо. Вымогательство врачей, подпольные махинации, фальшивые больничные и… круговая порука. То, о чем и не подозревают пациенты!

Автор сам работал врачом и не понаслышке знает то, о чем пишет.




^

Андрей Шляхов

Доктор Данилов в поликлинике,

или Добро пожаловать в ад!



«Нет у нас обязанности, которую бы мы так недооценивали, как обязанность быть счастливым».

Роберт Льюис Стивенсон

^

Глава первая

Новое поприще



— Мне очень интересно — каким образом инвалид войны, умерший в прошлом году, смог пройти диспансеризацию в году текущем? Причем не у одного врача, а у нескольких! Как это объяснить? Он воскрес? На диспансеризацию приходил его призрак? Или же вы просто сляпали эту диспансеризацию ради показателей и нагрузки? А знакомы ли вы со сто пятьдесят девятой статьей уголовного кодекса, в которой говорится о мошенничестве? Учтите, что мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору, наказывается строже!

Главный врач обладал довольно невзрачной внешностью, но в гневе смотрелся грозно. Кустистые брови, являвшиеся единственной растительностью на голове, были сдвинуты, а глаза метали молнии. Настоящий полковник, то есть, если уж точно — подполковник запаса. И фамилия у него была подходящая — Загеройский.

— Что самое удивительное — ваша халтура прошла через компьютер, потому что по базе наш инвалид войны тоже числился живым!

— А может, он на самом деле жив? — не очень уверенно, но довольно громко предположил курносый блондин в мятом халате.

— Он мертв, Родион Иванович, мертвее не бывает! Скончался восьмого сентября прошлого года в госпитале для ветеранов и был похоронен на Николо-Архангельском кладбище.

— Вы были на его могиле, Антон Владимирович? — удивился блондин.

— При чем здесь могила?! — окончательно рассердился главный врач. — Давайте не будем превращать обще-поликлиническую конференцию в балаган! О том, где похоронен Егоров, мне сказала его дочь.

— Вот так люди и палятся, — послышалось за спиной Данилова. — Думаешь, что он жив, диспансеризируешь его, а он, оказывается уже коня двинул…

— Максим Павлович! Если вам есть что сказать в свое оправдание, то скажите так, чтобы все слышали! — потребовал главный врач. — И выходите сюда, не прячьтесь.

Вальяжный мужчина с несколько брюзгливым выражением на красивом лице вышел вперед. «Такому бы в кино аристократов играть, а не по участку бегать», — подумал Данилов. Он повернулся лицом к залу, огладил рукой свою припорошенную сединой шевелюру и сказал:

— Ведь специально уточнял — не помер ли? Вышло, что жив. А на диспансеризацию не приходит. Это же нехорошо — и начальство расстроится, — Максим Павлович оглянулся на главного врача, — и проверяющие прицепиться могут. Я взял карту и провел… хм… диспансеризацию. Причем честно — ни единого рецепта не выписал…

— Это-то меня и насторожило, Максим Павлович, — перебил главный врач. — У нас все льготники только и бегают ко мне жаловаться, что им мало лекарств выписывают, а тут такое потрясающее бескорыстие. Терапевт назначает лечение и пишет: «От выписки рецептов отказался, сообщил, что имеет дома большой запас назначенных лекарств». Невропатолог и уролог пишут то же самое. Ну как тут не удивиться? Ой, думаю, интересная карта мне в руки попалась, надо позвонить товарищу Егорову, узнать — не закончился ли его запас. Я и позвонил.

— Кто ж знал? — Максим Павлович развел руками. — Больше никогда не буду так делать. Заявление в страховую компанию насчет ошибочно поданных данных я написал.

— Вы должны написать заявления на мое имя! Все, кто проводил эту, с позволения сказать, «диспансеризацию», пишут заявления на мое имя, а уже мы с главным бухгалтером будем обращаться в страховую компанию! Через полчаса после окончания конференции все заявления должны лежать у меня на столе! Больше напоминать не стану — кто не успеет сегодня, будет иметь дело со следователем! И скажите мне спасибо, что я обратил внимание на эту паленую карту! Ведь рано или поздно ваш обман раскрылся бы. Надеюсь, что все вы понимаете, насколько легко притянуть врача к ответу при подаче сведений об обслуживании покойника. Не надо ничего доказывать — бери да тащи на скамью подсудимых! Кому-то хочется посидеть на скамье подсудимых? Романтика в одном месте играет?

— Антон Владимирович, можно мне сесть? — спросил Максим Павлович.

— Садитесь, — разрешил Загеройский.

Сам же он, напротив, поднялся и принялся расхаживать перед столом, за которым продолжали сидеть две его заместительницы — по медицинской части и по клинико-экспертной работе. Обе они были женщинами за сорок, только заместитель по медицинской части поражала пышностью форм и обилием ярких красок на лице, а заместитель по КЭР, напротив, была тощей и совсем не пользовалась косметикой.

— И что мне теперь со всеми вами делать? — вслух размышлял главврач. — Даже лаборатория поучаствовала — в карте есть бланки с анализами крови и мочи, сданными уже посмертно. Не знаю… Спустить на тормозах не могу, а сурово карать рука не поднимается…

Загеройский, насколько было известно Данилову, ушел в отставку пять лет назад, однако армейскую привычку расхаживать перед строем и изображать «слугу — царю, отца — солдатам» сохранил.

— На первый раз все причастные получат по выговору без занесения, — объявил главный, останавливаясь и обводя подчиненных начальственным взором. — Если повторится…

— Двуликий Янус, блин, — прошептал кто-то из женщин, сидевших в последнем ряду. — Как будто не сам заставляет план «гнать»…

— Но за счет живых, Оксан, а не мертвых, — возразила ей соседка.

— Все по уму надо делать, — добавила третья. — Но если хочешь премию, то без липовых статталонов не обойтись.

— А теперь — о хорошем! — объявил главный врач. — С сегодняшнего дня у нас снова есть физиотерапевт — Владимир Александрович Данилов! Прошу любить и не жаловаться!

Данилов встал, повернулся налево, повернулся направо и уселся обратно.

— Красавчик, — оценил женский голос.

— Владимир Александрович — врач со стажем, — продолжил главный врач. — Работал на «скорой», потом был анестезиологом, а теперь решил переквалифицироваться в физиотерапевты.

— Оно и верно, — одобрил бородач в очках. — Физиотерапевтом куда спокойнее!

— Спокойнее всего — медицинским статистиком, — ответил Данилов.

Коллеги восприняли его ответ как шутку и дружно рассмеялись.

— А как будет работать наш новый физиотерапевт? — спросила полная женщина с круглым, похожим на блин лицом.

— Мы еще окончательно не определились, — ответил главный. — Но разумеется, принимать он будет только по направлениям от лечащих врачей. Пока по живой очереди и без талонов. Если нагрузка будет очень большой — введем талончики. Разумеется, прошу учитывать, что вас, дорогие мои, много, а физиотерапевт у нас один. Так что, не наглейте и не пытайтесь с первого дня сесть человеку на шею!

— Мы будем беречь доктора, Антон Владимирович! — крикнул с места кто-то из женщин. — Не волнуйтесь, от нас он не сбежит!

— Оставить разговорчики! — совсем по-уставному гаркнул Загеройский.

— Можно мне, Антон Владимирович? — спросила заместитель по КЭР, вставая и опираясь руками на стол, словно приготовившись к прыжку.

— Конечно, Татьяна Алексеевна!

— Я хотела бы поздравить Владимира Александровича с началом работы в нашей поликлинике и пожелать ему всяческих успехов…

Данилов поблагодарил кивком.

— Вам повезло! Вам посчастливилось попасть в поликлинику, славную своими традициями и своими кадрами…

— Татьяна Алексеевна! — главный врач выразительно посмотрел на висевшие над дверью часы.

Татьяна Алексеевна тут же умолкла и села.

— Теперь снова поговорим о плохом, — известил главный врач. — К сожалению, разбор жалоб, причем жалоб, «спущенных» из департамента, уже стал еженедельной традицией. Ни для кого не секрет, что сейчас зима. Люди ходят в зимней одежде и в зимней обуви…

— Опять кто-то плохо ноги вытер или куртку не снял? — спросил очкастый бородач. — И из-за этого в департамент писать? Ну народ…

— Народ пишет туда, куда ему вздумается, и никто не может этого запретить! Помните об этом! Любое ваше небрежение чревато жалобами. Сейчас этот процесс максимально упростился — даже на конверт тратиться не надо. Зашел на сайт департамента и прямо там нажаловался. Правда, вот, жалоба, о которой идет речь, написана по старинке на бумаге…

— Конечно, на бумаге, на чем же еще?! — высокая женщина лет тридцати вскочила на ноги и тряхнула рыжей шевелюрой. — У этого алкоголика Туркина не то что компьютера, у него и радиоприемника нет! Да, я не отрицаю — прошла к нему в комнату прямо в куртке и бахилы не надела! Так оно и было! Но почему? Да потому что куртку повесить было некуда, а на полу творился такой «армагеддон», что бахилы мне были ни к чему! Я порвала бы их сразу, ведь у Туркина весь пол усыпан битым стеклом и рыбьими костями! И он еще смеет жаловаться на то, что я не разделась? Вот гад!

— Не только не разделись, Светлана Владиславовна, но и обругали больного «грязной свиньей», «алкашом» и «глистой поганой», — напомнил главный врач. — Да еще при свидетелях.

— Свидетеля я вначале приняла за кучу мусора, — улыбнулась рыжеволосая Светлана Владиславовна. — Этот Туркин сам начал! Я его спрашиваю: «Зачем вызвал?», а он мне: «Давно секса не было!»

— Прям так и сказал?! — ахнули сразу несколько человек.

— Да, прямо так, — подтвердила Светлана Владиславовна, — и еще руки распускал.

— Нет, везет же Светке! — громко восхитилась дама, очень похожая на актрису Нонну Мордюкову. — А мне вот ни разу на вызове секс не предлагали. Так вся молодость пройдет не за хрен собачий…

Зал так и покатился со смеху. Не смеялся только Загеройский и обе его заместительницы.

— А Туркин дождется — я на него заявление об изнасиловании подам! — пообещала Светлана Владиславовна.

— Так он изнасиловал или только предложил? — спросил бородач.

— Кончай балаган! — заместитель по медицинской части громко стукнула ладонью по столу. — Еще одна шуточка, Борис Сергеевич, и я больше не буду ломать голову над тем, кого ставить дежурным на первое января.

— Молчу-молчу, Надежда Семеновна, — для надежности бородач зажал себе рот обеими ладонями сразу.

«Бой-баба! — подумал Данилов. — Конь с яйцами!»

— Надька нормальная тетка, — словно прочитав его мысли, сказал сосед. — Это она только с виду такая. А на деле — душевная и всегда в положение войдет, если не наглеть. Главная сукозмея…

— Кто, простите? — переспросил Данилов.

У соседа были замечательные голубые глаза — большие и яркие, и не менее замечательные густые усы пшеничного цвета.

— Сукозмея, — повторил он. — Помесь гадюки с шавкой. Так вот, главная сукозмея — это Пахомцева, зам по КЭР. Она прикидывается праведницей, но все дерьмо в поликлинике — ее розлива. Да, пора познакомиться, — сосед протянул Данилову ладонь, — Игорь Сергеич, уролог.

— Владимир.

Рука у Игоря Сергеича была словно отлитой из стали.

— Двукратный чемпион Минеральных Вод по армрестлингу! — с гордостью сказал уролог, скрещивая руки на груди. — Как мы с вами будем общаться — на «ты» или на «вы»?

— На «ты», разумеется, — ответил Данилов. — Так проще.

Укоризненный взгляд главного врача прервал беседу…

На выходе из зала Данилова поджидала секретарша главного по совместительству ведавшая кадрами.

— Владимир Александрович, мне нужен ваш диплом или его нотариально заверенная копия.

— Зачем? — удивился Данилов. — Разве при устройстве мы не соблюли все формальности?

— У вас нет личной печати. Я закажу вам печать.

— А нужна ли мне печать? — еще больше удивился Данилов. — Физиотерапевты же, насколько я понимаю, не выписывают рецептов?

— Случается, что и выписывают, — строго сказала секретарь. — Потом не исключено, что в эпидемию вас снимут с приема и бросят на участок, а там без печати никак.

— Буду надеяться, что сия планида меня минует, Юлия Павловна, но диплом вам завтра принесу.

— Не минует, не надейтесь. Как грянет гром — так всех гонят в поле, — Юлия Павловна покачала хорошенькой головкой, повернулась и пошла к себе, в приемную.

Данилов немного полюбовался ее точеной фигурой, а затем спустился по лестнице на второй этаж, где находилась отныне подведомственная ему физиотерапия. Владения эти были довольно велики — кабинет для приема пациентов, «четырехместный» кабинет электросветолечения (токи, электрофорез, магнитотерапия, ультрафиолетовое и инфракрасное излучение), трехместный кабинет теплолечения (озокерит, грязевые аппликации), водолечебница — две ванны и душ Шарко, крошечный кабинет лечебного массажа и небольшая комната, гордо именующаяся залом для занятий лечебной физкультурой. Из инвентаря в зале были только обручи и мячи.

Всем этим хозяйством заведовали две медсестры — Оксана и Лиза. Москвичка Оксана работала в поликлинике уже седьмой год и поэтому считалась старшей. Лизу, два года назад приехавшую в Москву на заработки из Торжка, подчиненное положение вполне устраивало. Пока в поликлинике не было физиотерапевта, больных направляли к «соседям», а Оксане и Лизе, чтобы не бездельничали, главная медсестра Светлана Георгиевна постоянно поручала все новую и новую работу, «дыры затыкала». Быть «затычкой» очень тяжело — сегодня сидишь в регистратуре, завтра ездишь на вечерние уколы, послезавтра сидишь на приеме с гинекологом, а потом неделю топаешь по участкам, чтобы снова вернуться в регистратуру. Обе медсестры так обрадовались приходу «своего» доктора, что угостили его чаем с пирожными. Данилов проникся — нахваливал пирожные, вдыхал аромат чая и расточал комплименты дамам. Обе они были очень симпатичными. Оксана — этакое «налитое яблочко» в чисто русском стиле, а Лиза — изящная, слегка томная брюнетка. Обеим — чуть за тридцать, обе не замужем.

— Вы, Владимир Александрович, пожалуйста, имейте в виду наши потребности, — Оксана игриво огладила себя по груди четвертого размера. — Холостым мужчинам побольше сеансов назначайте, ладно?

— Ладно, — благодушно согласился Данилов. — А разве за пределами поликлиники подходящего мужика не найти?

— Какое там! — хором ответили медсестры, скептически переглядываясь друг с другом.

— На улице нынче знакомиться не принято, а в клубах одни придурки! — скривилась Оксана. — В Интернете — одни маньяки!

— А в театры поодиночке только импотенты ходят! — добавила Лиза.

— Расклад мне ясен, — кивнул Данилов. — Можете не сомневаться — все кандидаты в женихи будут получать физиотерапии по максимуму. Только на свадьбу не забудьте пригласить!

— Непременно! — заверили медсестры, млея лишь от одного только слова «свадьба».

Данилов был рад тому, что сразу установил хорошие отношения с подчиненными. Отношениями с начальством он никогда особо не заморачивался, руководствуясь принципом: «как сложится, так и выйдет», но вот подчиненные — совсем другое дело. С ними надо ладить, считал Данилов, тогда работа не только спорится, но и оставляет приятное впечатление. Без лишнего панибратства, конечно, но и без всей этой чванной строгости: «я начальник — ты дурак» и «упал — отжался».

Данилов открыл дверь своего кабинета. Внутри было тихо и пусто. Оксана и Лиза еще не вернулись с конференции — явно побежали в курилку, которая находилась в дальнем углу подвала и официально вовсе не существовала. Подразумевалось, что в медицинском учреждении курение неуместно. Существовали на этот счет и запрещающие приказы, но курилки они словно и не касались. Приказы — приказами, а подымить-пообщаться — это святое. Тем более что курилка находилась под высочайшим покровительством начальства — дважды в день — около десяти часов и примерно в половине третьего там можно было застать главную медсестру поликлиники с сигаретой в руках. Заботясь о своем здоровье, она курила только самый что ни на есть легкий «Парламент».

Едва Данилов сел за свой стол, намереваясь осмыслить впечатления от первого рабочего дня, как дверь приоткрылась, впуская в кабинет того самого курносого блондина, который задавал вопросы главврачу.

— Вы позволите? — церемонно спросил тот, останавливаясь на пороге.

— Пожалуйста! — Данилов привстал и указал рукой на стул, предназначавшийся для пациентов.

— Спасибо, — блондин сел, поерзал немного и, найдя стул подходящим, откинулся на спинку, одновременно закинув ногу на ногу. — Значит, работать у нас будете?

— Буду, — подтвердил Данилов. — Вернее — уже начал.

— Это хорошо, — неторопливо кивнул гость. — А нож у вас есть?

Данилов не сразу нашел, что и ответить. Принюхался, но запаха спиртного от блондина не уловил. Зрачки гостя были абсолютно нормальными.

— Есть. Дома есть ножи.

— Дома у всех есть, — снова кивнул гость. — Надо чтобы и здесь был.

— Зачем?

— Колбасу резать и сыр. Это мужская обязанность на праздниках, причем принято приходить со своим ножом. А если нож плохо наточен, то нарезка выходит неаккуратной. Магазинную нарезку мы не покупаем, она вся из просроченных продуктов. А вы покупаете нарезку?

— Иногда, — виновато улыбнулся Данилов.

— Никогда больше так не делайте, — посоветовал гость. — А штопор у вас есть?

— Завтра же будет! — пообещал Данилов. — И нож тоже.

— И стакан, — напомнил гость. — Или чашка. С посудой у нас туго. Понтярщик Башкирцев пьет из серебряной рюмки, доставшейся ему в наследство от прадеда, Межевова предпочитает небьющуюся алюминиевую кружку, а вы из чего любите пить?

— Из чашки.

— И крепкие напитки тоже?

— Я не пью крепких напитков, — ответил Данилов. — Совершенно утратил к ним вкус.

— А я, признаться, так и не приобрел этого вкуса. Но не жалею — зеленый чай нравится мне больше всего. Вы любите зеленый чай?

— Люблю.

— Он очень полезен, а с учетом моих обстоятельств — так вдвойне.

— А какие у вас обстоятельства? — с каждой минутой гость забавлял Данилова все больше и больше. — Если не секрет.

— Какой там секрет! — гость замахал руками, словно испугавшись самого этого слова. — Дело в том, что я местный рентгенолог и зеленый чай нужен мне для того, чтобы бороться с пагубными последствиями радиации.

— Что — так серьезно? — поистине сегодня Данилов только и делал, что удивлялся. — Мне всегда казалось, что облучиться больше рискуют рентгентехники, а не рентгенологи.

— Так-то оно так, — гость печально вздохнул. — Но и нам остается. Точнее — достается. Например — во время скопий.

— А средства защиты?

— Средства защиты весьма условны. Какой смысл надевать фартук, если он сам фонит? И нехило фонит. Кстати — меня зовут Родион.

— Очень приятно, Владимир, — представился Данилов.

Рукопожатия не последовало, никто не захотел лезть к собеседнику с ладонью наперевес.

Повисла пауза.

— А почему вы тогда работаете в рентгенологии? — поинтересовался Данилов.

— Тому есть много причин, — тоном былинного сказителя поведал Родион. — Во-первых, укороченный день и надбавки. Во-вторых, я не люблю слушать жалобы и принимать меры, а рентгенологу выслушивать жалобы и заниматься лечением не приходится. В-третьих. Мне нравится видеть, что у людей внутри. Это повышает мою самооценку.

— Последняя причина, должно быть, самая главная? — предположил Данилов.

— Естественно, — улыбнулся гость, именно поэтому я и назвал ее последней. — Кстати, Фантомас с вами насчет коррекции нагрузки уже беседовал? Тет-а-тет?

Данилову не составило труда догадаться, что Фантомасом сотрудники прозвали совершенно лысого главного врача. А вот термин «коррекция нагрузки» слегка озадачивал.

— Что за коррекция?

— То, о чем только что говорили на конференции. Чтобы поликлиника не бедствовала, нагрузка должна быть соответствующей. Ну, а если она не соответствует, то приходится ее «натягивать». Вот Фантомас каждого и просит об этом. Проявите, мол, сознательность, дорогой доктор, помогите родной поликлинике, да и себя премией обеспечьте. Та же система откатов, наш национальный вид спорта. Какая-то часть… забыл это прикольное слово…а! вот — какая-то часть привлеченных средств возвращается к вам в виде премии.

— Мы только что познакомились, а вы уже рассказали мне страшную тайну, — улыбнулся Данилов.

— Да бросьте вы! Тайну нашли. Это все знают и все так делают — приписывают себе нагрузку. Только, разумеется, не за счет покойников, а за счет живых. Да, вот еще что — эти живые не должны в день встречи с вами находиться в стационаре. При такой накладке спалиться, как два пальца о…осмотреть. Лучше всего собирать у докторов карты тех, кто сегодня был на приеме и добавлять туда свои записи. Короче говоря — по-любому привязывать свою запись к дате реального посещения пациентом нашей поликлиники. Это так просто.

— Учту, — пообещал Данилов. — Хоть и не уверен, что мне захочется ловчить с нагрузкой.

— А кому хочется? — Родион почесал подбородок. — Никому не хочется, но все так делают. Сегодняшний концерт в расчет не берите — у Фантомаса попросту не было другого выхода. Оставить все как было он не мог — рано или поздно обман бы раскрылся и в первую очередь попало бы ему. А так все нормально — выявил, разобрал, наказал, исправил. Никаких негативных последствий. И вдобавок поучил подчиненных уму-разуму — сначала убедись, что твой пациент жив, а потом уж его «обслуживай». Владимир, а вы женаты?

— Да, женат.

— Счастливы?

— Да.

— Не врете?

— Нет, не вру, — Данилов, которому непосредственность нового знакомого нравилась все больше и больше, еле сдерживал смех.

— Тогда я спокоен за вас. Вы не попадете под губительные чары одной местной русалки, — рентгенолог опустил ногу и медленно поднялся. — Я вам завидую.

«Забавный такой кадр», — подумал Данилов.

— А могу ли я узнать имя русалки? — спросил Данилов.

— Вы с ней только что беседовали. Это Юлия Павловна, секретарь главного врача.

«Уж не ревность ли привела тебя сюда?» — подумал Данилов.

— Очень красивая, очень умная и совершенно безжалостная женщина, — снова вздохнул Родион. — Меня гонит, других не привечает. Говорит, что обожает одиночество. Но ведь одиночество нельзя любить долго, вы согласны?

— Согласен — нельзя, — Данилов подумал, что, когда гость стоит, сидеть не очень вежливо и тоже встал.

— Заходите ко мне, — пригласил Родион, обернувшись от двери. — У меня всегда есть что обсудить. И кофе найдется. Достойный.

— У меня тоже есть кофе! — спохватился Данилов, осознав, что в роли хозяина он был не очень-то гостеприимным. — И тоже достойный.

— Значит, мы будем дружить домами, — улыбнулся Родион. — Вы, кажется, хороший человек, во всяком случае лицо у вас располагающее к общению. Здешний уролог тоже хороший человек, но он часто выпивает и тогда злится на всех, начинает считать обиды, строить планы мести. Тяжело слушать этот бред, но еще тяжелее наблюдать за тем, как человек спивается…

— К вам можно? — в дверь заглянула пожилая женщина. — Я по направлению!

— Можно, — ответил Данилов.

— Рад был познакомиться, — сказал Родион и, не дожидаясь ответа, вышел.

— Я была у невропатолога, а она сказала, что у нас, слава те, Господи, теперь есть физикотерпапевт, и дала мне направление на магнитную терапию, потому что я ее делала еще в Кисловодске в восемьдесят шестом году, когда был Советский Союз и никаким бизнесом и не пахло…

— Минуточку, — Данилов прервал словоохотливую пациентку, не желая выслушивать ее биографию, совмещенную с новейшей историей России. — Присядьте, пожалуйста, и дайте мне карту и направление.

— Вот, пожалуйста, доктор. Скажите, а у вас брат на «скорой помощи» не работает?

— Нет, — улыбнулся Данилов, пытаясь вспомнить, при каких обстоятельствах они могли встречаться раньше, но так и не вспомнил.

— А то похожи, как две капли воды, ко мне «скорая» часто ездит, потому что я вся насквозь больная. А как мне не болеть, доктор, если вся моя жизнь — одни сплошные несчастья? Сорок лет проработала на одном заводе…

— Нельзя долго работать на одном месте, — сказал Данилов. — Это существенно обедняет жизнь.

Пока озадаченная пациентка осмысливала услышанное, Данилов успел бегло просмотреть карту, по толщине не уступавшую телефонному справочнику и составить впечатление. Магнитотерапия так магнитотерапия. Низкочастотная. По двадцать минут каждый день аж целых три недели с перерывом на субботу и воскресенье. С почином вас, Владимир Александрович!

В самом конце рабочего дня Данилова решил навестить Игорь Сергеич, уролог.

— Я все жду, когда меня позовут, а у вас еще конь не валялся? — Покрасневшее лицо и характерный запах недвусмысленно свидетельствовали о том, что он уже изрядно навеселе.

— Куда позовут? — не понял Данилов.

— Как куда? Или по новым правилам проставляться не положено? Или ты ничего, кроме молока, не пьешь?

— Почему же — пью. Воду, чай, кофе. Иногда даже квас.

— Кодировался? — сочувственно спросил уролог.

Данилов порадовался тому, что в кабинете не было посторонних. Только Оксана сидела напротив Данилова (столы врача и медсестры по обыкновению стояли встык друг против друга) и приводила в порядок журнал инструктажа по технике безопасности.

— Нет, просто не употребляю алкоголь.

— А с виду — вроде нормальный мужик! — уролог покачал головой и, спохватившись, добавил: — Извини, я ничего такого в виду не имел.

— Все нормально, — заверил Данилов.

— Игорь Сергеевич сегодня явно заночует в кабинете, — сказала Оксана, когда уролог ушел.

— Быстро он, однако, набрался, — заметил Данилов.

— Имейте в виду, доктор, когда приходят проверки, Игоря Сергеевича обычно прячут в водолечебнице.

Оксана потянулась еще раз, и сделала это столь упоительно, что ее халат, казалось, вот-вот разойдется по швам. Увы, старалась она напрасно — Данилова куда больше заинтересовали ее слова.

— Кто прячет? — спросил он. — Зачем?

— Ну, чтобы не попался на глаза в пьяном виде, — Оксана закончила «гимнастику» и села в позу «примерная ученица» — прямая спина, ровно сложенные на столе руки, преданный взгляд устремлен на преподавателя, роль которого отводилась Данилову. — А приводит его кто-то из замов или Светлана Георгиевна, главная сестра. Водолечебницей ведь сроду никто не интересуется.

— Интересное кино…

— Это еще не кино, — покачала головой Оксана. — У меня сестра двоюродная в КВД работает, в отделении медосмотров, вот у них там недавно было кино. Рассказать?

— Конечно, раз начала, — улыбнулся Данилов.

— У них там вечные очереди, сами понимаете. Народ еще до восьми у входа топчется. И вот однажды в кабинет к доктору, с которым моя сестра работает, входит молодой человек в белом халате со стопкой медицинских книжек и каких-то бланков в руках.

«Анна Ивановна просила, чтобы это у вас полежало до ее прихода, — говорит молодой человек. — Она через полчасика будет». Анна Ивановна — это зам. главврача диспансера, между нами — та еще ведьма, поэтому и врач, и моя сестра и не стали спрашивать, зачем эти книжки-справки ей понадобились. В начальственные дела, сами знаете, лучше не лезть, особенно если своих собственных хватает. Короче — работают они себе, и вдруг народ начинает то и дело без спросу заглядывать в кабинет и многозначительно так поглядывать на доктора. Некоторые даже подмигивают, а самые наглые интересуются, долго ли им еще ждать.

Врач, разумеется, советует всем дожидаться своей очереди и в кабинет не ломиться. Слово за слово и разгорается скандал… так что бы вы думали? Оказывается, что этот парень незадолго до появления в кабинете врача, прошелся вдоль очереди, тихонечко предлагая народу сделать дело без очереди и даже без осмотра. Триста рублей — и ты свободен! Представляете — многие клюнули.

— А чего бы им не клюнуть — он же был в белом халате. Свой в доску, сотрудник. Да и сумма небольшая — три сотни. Собрал он, значит, деньги и медицинские книжки, на виду у всех зашел в кабинет, почти сразу же вышел из него с пустыми руками и исчез навсегда…

— И много народу он облапошил? — поинтересовался Данилов.

— Сестра сказала — человек тридцать, не меньше. А то и сорок.

— Отличная афера, — оценил Данилов. — Тысяч десять — двенадцать за каких-то полчаса, и риска никакого. Никто же не побежит заявлять в милицию из-за трехсот рублей. Поорут себе в коридоре и успокоятся.

— Так и было, доктор, — подтвердила Оксана. — Поорали и разошлись. Пора бы и нам по домам…

На втором этаже было почти пусто — окулист и эндокринолог уже закончили прием, а невропатолог Маняка уехал «на адреса», то есть — к надомным пациентам. Небольшая очередь роилась около кабинета оториноларинголога Межевовой.

— Ухогорлонос быстро принимает? — волновался розовощекий мужчина в кожаных брюках и свитере нежно-голубого цвета.

— Быстро, быстро, — успокаивали его «постоянные клиенты». — Здесь, как на конвейере — раз-два и готово!

Межевова и впрямь принимала быстро, тратя на каждого пациента в среднем по три — пять минут. Заглядывала «во все положенные отверстия», быстро диктовала сестре, что выписать, черкала на листочке рекомендации и отдавала их пациенту. Так куда быстрее, чем объяснять одно и то же по сто раз, попусту теряя время.

На первом этаже набирал обороты скандал — сотрудница регистратуры в течение получаса не могла найти амбулаторную карту старика, чей пиджак был увешан медалями так плотно, что звенел при малейшем движении.

— Я обегал все кабинеты, был у старшей сестры и у заведующей… Нигде нет моей карты!

— И у меня ее нет! Я перерыла даже соседние участки! Ищите дома!

— Что значит — дома?! У меня нет привычки держать карту дома!

— Может, вы ее в другом месте забыли, а нас обвиняете!

— Где же я мог, по вашему, забыть карту?! В магазине?!

— В психдиспансере!

— На что вы намекаете?!

— Ни на что я не намекаю! Вы спросили, где вы могли забыть карту — я вам подсказываю…

— Почему вы хамите?! Я пойду к главному врачу!

— Скатертью дорога! Номер кабинета подсказать?!

— Подскажите лучше вашу фамилию!

— Федоткина моя фамилия!

— Очень хорошо! — шумно отдуваясь, старик направился к лифту.

Лет десять назад Данилов бы подумал нечто вроде: «Двадцать первый век на пороге, а тут карты, регистратура… Как будто нельзя компьютерную базу пациентов завести, а карты вообще упразднить». Сейчас же он просто оценил состояние старика, нашел его вполне удовлетворительным и вышел на улицу, про себя удивляясь тому, почему нельзя было тихо и мирно завести дубликат взамен утерянной карты. Мы не ищем легких путей…

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19

Похожие:

Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 iconАндрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в морге, или Невероятные будни...
Бывалый доктор Данилов оказывается в морге, к счастью пока как сотрудник этого таинственного учреждения. Изнанка жизни патологоанатомов...
Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 iconЛуис Бунюэль «Андрей Рублев»
«Добро пожаловать, или посторонним вход воспрещен», реж. Элем Климов «Дорога», реж. Федерико Феллини
Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 iconДоктор Фаустус «Доктор Фаустус»
«Доктор Фаустус». Значительнейшее и масштабнейшее произведение Томаса Манна. Классическая история гения, продавшего душу дьяволу,...
Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 iconОбщий состав
Данилов Иван Александрович, доцент Международной академии маркетинга и менеджмента (институт), кандидат юридических наук
Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 icon1. «Дикий Запад» ковбойский вестерн
Легенда: Добро пожаловать на Дикий запад. Дикий настолько, что не укладывается в голове как тут вообще можно выжить. Если ты не обладаешь...
Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 iconЛитература как часть культуры
Рецензенты: кафедра культурологии Московского педагогического государственного университета (зав кафедрой — доктор философских наук,...
Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 iconПосетитель. Здравствуйте, доктор. У меня проблемы
Доктор (пишет что-то в истории болезни). Присаживайтесь, голубчик. Рассказывайте
Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 iconСомнений православие
Автор: М. М. Дунаев — профессор Московской Духовной Академии, доктор богословия, доктор филологических наук
Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 iconКнига представляет интерес для пропагандистов, агитаторов
А. В. Белов, доктор философских наук В. М. Богуславский, кандидат философских наук Ю. Ф. Борунков, доктор философских наук Б. Э....
Андрей Левонович Шляхов Доктор Данилов в поликлинике, или Добро пожаловать в ад! Доктор Данилов 5 iconИлья кондратьев-матрица аминокислот 25. 01. 10 16: 54
Я врач, доктор медицины, доктор натуропатии. Расскажу вам об отличии аминокислот
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница