Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес


НазваниеВенди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес
страница3/27
Дата публикации05.03.2013
Размер5.52 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Медицина > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27
Глава 3

^ Сюрприз на шестнадцатилетие.
Проснувшись утром в среду, я совершенно не чувствовала себя старше.

Пэтти стояла на балконе с кофе и газетой. Она была очень сосредоточена, но ее лицо просветлело сразу же, как только она увидела меня.

Возле нее зависло что-то туманное, словно призрак.

Я закрыла глаза руками, но когда отняла пальцы, это нечто все еще оставалось рядом с ней.

Это облако было того же размера, что и она, может быть, чуть длиннее, словно нечеткая белая тень.

Что это? Еще одна способность видеть невидимое другими? Пожалуйста, нет.

Я боялась приобретения новых способностей, у каждой из них имелись свои существенные недостатки.

— С днем рождения! — пропела Пэтти, сжимая меня в своих крепких объятиях. Затем она приподняла мое лицо и заглянула в глаза.

— Ты в порядке?

— М-м...

Мои глаза вернулись к облачному миражу, скользившему вокруг нее. Облако так и не поменяло формы.

— Что случилось? Она оглянулась на свое плечо и смахнула невидимую пылинку, проведя рукой прямо возле облака.

— Пожалуйста, не говори, что у меня перхоть.

Она провела пальцами по волосам, пытаясь разглядеть боковые локоны.

— Нет, у тебя нет перхоти. Все в порядке. Прости. Я все еще никак не проснусь.

Она снова обняла меня, целуя макушку.

— Не могу поверить, что моей девочке шестнадцать! На стойке — открытка от Нэны. Позволь мне сделать для тебя горячий шоколад.

Тень продолжала плавать вслед за ней по квартире, будто была частью ее тела.

Я села на пластиковый стул, нервничая, пока Пэтти готовила мой горячий шоколад.

По утрам я, обычно, ощущала себя расслабленно, прихлебывая что-нибудь горячее на балконе. Но только не сегодня.

Сочетание влажного утреннего воздуха и странное видение заставили меня почувствовать клаустрофобию.

Я не могла поверить, что видела что-то еще. Ничего необычного не происходило со мной больше двух лет. Я думала, что все закончилось. Я закрыла глаза и положила подбородок на стол. Это когда-нибудь кончится?

Я выпрямилась сразу же, как только вернулась Пэтти, поставив горячий шоколад передо мной на стол и садясь напротив с кружечкой кофе.

Я украдкой поглядывала на облако в те моменты, когда Пэтти не смотрела.

— Ты уверена, что в порядке? — снова спросила она.

Время взять себя в руки. Я прочистила горло:

— Ну да... все хорошо. Знаешь, на следующей неделе будет вечеринка по случаю окончания школьного года. Может быть, я могу пойти вместе с Джеем, м-м?

Подумав о Скотте, я надеялась, что она скажет: "да".

Пэтти поморщила нос.

— Родители этого человека будут там? — наконец спросила она строгим тоном. — Верно?

— Я не знаю.

— Ладно. Сначала, мне нужно поговорить с ними. Если это будет небольшая вечеринка под родительским присмотром, то я буду не против.

Ух...

Пэтти говорила так, словно я по жизни отличалась скандальным поведением.

Это я-то!.. Маленькая мисс "Хорошая девочка" школы. Странно даже, почему она мне не доверяла... Видимо, я насупила губы, потому что она отложила газеты в сторону и утешительно погладила меня по руке.

— Ты еще хочешь получить сегодня водительское удостоверение после школы, милая?

— Ну конечно, — вздохнула я. Поскольку это именно то, что делают нормальные шестнадцатилетние подростки.

Я бы притворялась нормальной, даже если бы от этого зависела моя жизнь.

— Прекрасно. А потом поужинаем в "Ла Тии"?

— Да! — улыбнулась я, мое настроение значительно улучшилось.

Мексиканская еда была нашей любимой. Мы всегда ходили в маленький старый ресторан на мой день рождения. В основном, за счет тех премий, которые Пэтти изредка получала. Иногда ее нанимали газеты, но этот заработок никогда не был постоянен.

Нам было трудно сводить концы с концами, особенно когда я ходила в частную школу, даже не смотря на социальную поддержку.

Я начала настаивать на государственной школе после восьмого класса, когда увидела несколько приглашений среди листов в кулинарной книге.

— Звучит неплохо.

— Я заберу тебя после школы. Мне, конечно, жутко не хочется, но прийдется усиленно поработать этим утром, раз уж мы будем очень занятыми на протяжении всего дня. Ты уверена, что чувствуешь себя хорошо?

— Да-а, конечно. Люблю тебя, — улыбнулась я.

— Я тебя тоже.

Я наблюдал, как она пошла вместе с облаком, тянувшимся за ней по пятам.

Птицы пели на соседнем дереве, и воздух пах, как влажная трава. Я прислушалась к птицам, проверяя свои экстра-способности. Птицы пели так громко, как будто были взгромождены на моем плече.

Усиление моего обоняния и вкуса объединилось в ночь пожара, оставляя смертельный привкус у меня во рту.

Это все равно, что быть запертой в комнате с горевшим барбекю. Тогда я не знала, что есть способ управлять своими способностями. Я думала, что я умираю или схожу с ума.

Каждый год, кошмар возвращался, поскольку во мне раскрывалось какое-нибудь новое экстра-ощущение.

Например, когда активизировался экстра-слух, моя голова чуть не раскололась пополам.

Сотни голосов и звуков в пределах мили кричали, словно ревущие телевизоры без регулировки громкости.

Я не могла слышать свой собственный плач.

Мое расширенное видение — пятое и заключительное экстра ощущение — проявилось в десять лет.

По крайней мере, с этим я хотя бы могла закрыть глаза.

Потребовалось много практики, чтобы освоить каждое из ощущений, не говоря уже о постоянном страдании от мигреней, рвоты и крови из носа. Способность слышать, видеть и чувствовать запахи в радиусе мили была огромной сенсорной перегрузкой.

К сожалению, несмотря на отменное здоровье, к боли я была чувствительна так же, как и все остальные.

К доктору же я ходила только для ежегодных проверок. Кроме мигрени, я никогда не болела. Никогда. Царапины и ушибы заживали в течение часов, иногда меньше.

Конечно, это не походило на телевидение, где глубокая рана супергероя затягивалась перед самыми вашими глазами, но все же...

Иногда я могла часами наблюдать процесс распускания бутона, когда цветок на рассвете тянулся к солнцу, но у кого было столько времени?

Я и так поначалу пропустила из-за этого слишком много занятий. Единственное преимущество не имения друзей до самого девятого класса — никому не надо объяснять причину своих странностей.

По крайней мере, у меня всегда была Пэтти.

Она удочерила меня младенцем, забрав меня так быстро, как только штаты Калифорния и Джорджия позволили.

Я подросла уже достаточно к тому моменту, чтобы называть ее — Пэт-Пэт. Я не могла скрыть побочные эффекты всего, что я испытывала, но Пэтти верила мне без вопросов.

Она с осторожностью причесывала мои волосы, когда во мне стало стремительно развиваться чувство осязания; казалось любая туго завязанная прядь могла исковеркать мой мозг.

Мне было больно перемещать руки из-за чувствительности кожи и мышц.

Когда усилилась мигрень, и я не могла принимать еду, Пэтти так или иначе достала серьезные болеутоляющие средства, которые, предположительно, заставляли взрослого мужчину заснуть и прибывать в таком состоянии в течение многих часов.

После первого употребления, я испытала счастливое чувство сонливого облегчения в течение приблизительно двадцати минут, а потом горячая боль прорвалась снова.

Пэтти была испугана, когда узнала, что я проглотила шесть таблеток за один день.

Предупреждения на этикетке гласили, что можно принимать не больше двух таблеток в сутки.

После того, как она убрала их, я обыскивала дом со слепой навязчивой идеей всю неделю, но так и не смогла найти.

Каждое ощущение стало легче контролироваться, когда я научилась фокусировать внимание. В конце концов, я поняла, как держать все свои пять чувств на обычном человеческом уровне, если, конечно, я не хотела обратного. Все это, безусловно, было бы очень весело, если бы у меня существовала возможность с кем-нибудь поделиться впечатлениями.

Только такой возможности не было.

Туманные небольшие облака кружили повсюду, следуя за людьми. У каждого человека имелась своя аура. Я рассматривала облака днями напролет, что делало меня в глазах окружающих невероятно странной. Я наблюдала за движением ауры Джея вокруг него, когда меняла книги в своем шкафчике.

— Как дела, именинница?! — спросил он, оглядывая меня.

— Почему ты так смотришь? В меня запустили бумажный шарик или что-то еще?

— Нет, ничего. Извини.

Я заставила себя перевести взгляд на его лицо.

— Я сегодня получаю права.

— Круто. Хорошо, что в машине Пэтти механическая коробка передач. Это означает, что ты можешь водить мою машину тоже.

— Классно, — согласилась я.

Автомобиль Джея был, конечно, драндулетом, что делало старый седан Пэтти в наших глазах крутой машиной.

Я хлопнула своим шкафчиком, и мы вместе пошли к нашим классам.

Когда Джей не смотрел, я незаметно протянула руку, чтобы коснуться облака передо мной, и моя рука прошла сквозь ауру.

Я повернулась к Джею.

— Хочешь пойти на ту вечеринку в честь окончания года в следующую пятницу? — спросила я осторожно.

Он ударился костяшками в знак приветствия с президентом клуба драмы, идущего в противоположном направлении.

Девчонка из танцевальной группы, закрывая свой шкафчик, смотрела на Джея, пока мы проходили мимо.

Он оглянулся на нее через плечо прежде, чем вернуться к нашей беседе.

— На вечеринку Джина? Ты, правда, хочешь пойти?

— Да, думаю, что хочу, — ответила я. — Если Пэтти разрешит.

Мы подходили к моему классу. Джей цеплял большими пальцами ремни рюкзака на плечах.

— Послушай. — Он колебался. — Просто... будь осторожна со Скоттом, хорошо?

Хм...

— Погоди секунду, — нахмурилась я. — Как ты можешь быть так возбужден по поводу Кайдена Роу, и при этом предупреждать меня о каком-то там Скотте МакКалистере?

Джей опустил глаза и потер пол носком теннисных туфель, создавая ужасный скрип.

— Ты не слышала его в раздевалке на физкультуре, когда там только парни.

— Ох.

Я обдумала это.

— Он что-то говорил обо мне?

— Нет, не о тебе. Думаешь, я бы позволил ему это сделать? — Он отвел глаза в сторону. — Послушай, не бери в голову. Просто, забудь то, о чем я сказал.

Я подумала, не ревнует ли Джей к Скотту... не меня, конечно... но в целом.

Скотт был популярным, но, опять таки, Джей — тоже, только на другой манер.

Я никогда не чувствовала ревности, исходившей от Джея. Никогда.

Сейчас его цвет был мягким серо-коричневым — цвет волнения.

— Я буду осторожна, — пообещала я. — Ты ведь тоже там будешь. И, могу поспорить, Кайла тоже пойдет...

— Хорошо, хорошо, — кивнул он. — Мы пойдем.

Оставив меня, он помчался по коридору к своему классу, чтобы успеть на занятие до звонка.

Его белое облако следовало за ним по пятам.

Я проскользнула в собственный класс как раз вовремя, пытаясь не замечать полную аудиторию плавающих пятен вокруг своих одноклассников.

Теперь уже это все стало почти что привычным.

Начинался урок Мировой Истории, и нам была задана групповая работа. Меня сгруппировали с Джином, и я, воспользовавшись хаосом перемещения парт, позвала тихим шепотом:

— Эй, Джин?

Джин поднял глаза и кивнул мне.

Он был коротким, мускулистым и, как Скотт, занимался борьбой, но в более легкой категории.

— Моя мама, м-м... она хочет поговорить с твоими родителями по поводу вечеринки. Чтобы убедится, что за нами будут присматривать и все такое.

Я постаралась не съёжиться.

На секунду он вскинул брови.

— Да, я понимаю, о чем ты.

Он оторвал уголок от своей тетради.

— Пусть позвонит по этому номеру за день до вечеринки. Объясни, что моя мать очень занята и дозвониться до нее можно только в этот определенный день. Идет?

Я чувствовала себя легкомысленной, когда благодарила его, засовывая записку в карман и двигаясь к своей группе.
^ Глава 4

Вечеринка на озере
Следующая пятница оказалась примечательной не только тем, что принесла с собой окончание школьного года, но и тем, что наступила жуткая липкая жара.

Долгожданные сумерки хоть немного спасали от удушливого пекла.

Кондиционер в машине Джея натужно выталкивал из себя теплый воздух, хотя и был установлен на максимальное охлаждение.

По пути к дому Джина я позволила себе вольность закинуть ноги на старую приборную панель, усиленно обмахивая нас с Джеем старой коробкой из-под пиццы, которая все еще пахла маслом.

Я никогда не была в домике у озера, хотя на само озеро ездила много раз во время церковных пикников, или просто так с Пэтти.

Мне всегда нравилось ездить по извилистой дороге, обрамленной раскидистыми деревьями.

Мы свернули с ухабистого асфальта на гравий и двинулись по направлению скопления автомобилей у красивого массивного дома.

Когда мы, наконец, припарковались и выбрались наружу, стало совсем темно.

Повсюду раздавались серенады сверчков, лягушек и цикад; воздух казался влажным и теплым.

Дом был ярко освещен, в отличие от подъездной дороги, поэтому я расширила видение, чтобы быть уверенной, что не споткнусь об упавшие ветки или камни по пути.

Наряду с возможностью видеть далеко, я могла также настроить свою экстра-чувствительность к свету.

Мне нравилось думать об этом, как о "ночном видении". Для обычного человеческого зрения лунный свет был не достаточно ярким, чтобы разглядеть то, что могла видеть я.

Гравий хрустел под ногами на протяжении всего пути.

— С ума сойти! присвистнул Джей, разглядывая дом.

— Ну, да... Огромный, ничего не скажешь.

У дома было три обширных этажа с цветами на крыльце. Сверху все это обрамляла сводчатая крыша. Очень напоминало охотничий домик.

Я вновь вернулась к нормальному зрению, когда мы подошли к крыльцу, освещенному огнями.

Слышались голоса и смех вперемешку с громкой музыкой в стиле хип-хоп.

Когда Джин открыл дверь, нас окатило волной громких басов.

— Ну надо же! Смотрите, кто здесь! Джей, как жизнь? — Они пожали друг другу руки, и Джин взглянул на меня.

— Анна Витт в доме! — Когда он наклонился и обнял меня, я почувствовала сильный запах алкоголя.

Должно быть, он тайком пил, пока родители его не видели.

Мы шли, сталкиваясь плечами с толпившимся народом. Джея приветствовал каждый, кто проходил мимо. Семейная гостиная Джина была превращена в темный танцпол со стерео звуком. Столовая была заполнена теми, кто играл, разговаривал или просто бродил.

Джей и я остановились, оглядываясь по сторонам.

Девушки и парни стояли за столом напротив друг друга, ставя пластиковые стаканчики на край стола и пытаясь неоднократно перевернуть их одной рукой.

Это были соревнования.

Стакан Кристин Миллер, наконец, приземлился вверх тормашками, и она подняла руки вверх в знак победы.

Девушки прыгали, кричали, в то время как парни мотали головами.

— Это выглядит забавно, — произнесла я, наблюдая с порога.

— Питьевые игры, — пояснил он. — Нужно перевернуть стакан. Но прежде, чем ты это сделаешь, необходимо выпить его содержимое. Оставаться трезвой не слишком... честно.

— О...

Мы зашли в гигантскую кухню, где высокий сводчатый потолок нависал над приборами из нержавеющей стали и терракотовой плиткой.

Массивный остров гранитной кухни был заставлен яркими цветными пластиковыми стаканчиками, соками, газированными напитками, банками с пивом и бутылками со спиртным.

Мой желудок сжался.

Его родители позволяют пить несовершеннолетним?

Несколько человек толпилось возле окна.

Джин отклонился от группы и подошел к нам:

— Что будешь пить? — он указал пальцем на напитки.

— Ничего, спасибо, — вежливо отказалась я, чувствуя, как Джей нерешительно переминался.

"Будь сильным... тебе это не нужно", — молчаливо внушала ему я.

Он посмотрел мне в глаза и вздохнул, прежде чем ответить:

— Пока что я пас, приятель.

— Вы точно уверены? — Джин смотрел на нас с недоверием.

— Моей сестре недавно исполнилось двадцать один. Мы дали ей денег, и она купила нам все, что мы хотели.

— Где твои родители? — спросила я, оглядываясь.

— На Багамах.

— На Багамах? — Я не смогла скрыть потрясение в своем голосе.

— Да. Твоя мама звонила моей сестре. Она может говорить родительским голосом. Поверить не могу, что вы не пьете. Советую передумать, пока есть из чего выбрать.

Раздался звонок в дверь, и он направился в холл, переполненный народом.

Моему потрясению не было предела.

— Пэтти думает, что здесь присутствуют его родители, — пробормотала я.

Джей провел рукой по волосам.

— М-м, правда? Хочешь уехать? Ты к этому клонишь? — неохотно спросил он.

Я не ответила.

Мне не хотелось уходить, но в то же время я испытывала вину за то, что оставалась.

— Давай уедем через час, — предложила я, решив пойти на компромисс. — Идет?

— Договорились.

Один час.

Джей все еще ворошил руками волосы.

Потом он потер ладони, и в его желтой ауре появились нервные, серые всплески.

— Я мог бы позволить себе всего один стакан, — произнес он, его голос был полон надежды. — Отвезти нас домой можешь теперь и ты.

— Ты, — я игриво ткнула его пальцем в грудь, — душа любой вечеринки. Другие должны пить, чтоб стать такими, каким ты бываешь в абсолютно трезвом состоянии.

Он задумчиво потер подбородок.

— Не знаю, что с тобой такое, Витт, но, кажется, я не в состоянии тебе отказывать ни в чем. Даже если очень этого хочу. Это действительно раздражает.

Я улыбнулась, потому что могла видеть, что он чувствует бледно-желтое удовлетворение, и никакого раздражения.

За Джеем показались прямые, как кость, светлые волосы Кайлы и ее шикарные очки в проволочной оправе.

Она была в танцевальной группе и имела фигуру, подобную песочным часам.

— Вижу твою пассию, — прошептала я.

— Мило, — прошептал он в ответ.

— Пойди и поговори с ней. Я собираюсь выйти полюбоваться видом.

Потрепав его за плечо, я направилась к двери, безошибочно определив то мгновение, когда он догнал Кайлу по громким приветствиям и визгам ее подруг.

Кроме меня на терассе никого не было.

Я подошла к краю и положила руки на деревянную рейку.

Было темно.

Казалось, будто сверчки и лягушки боролись в соревновании, кто из них громче.

Со всех сторон мелькали светлячки.

Проглядывалась плохо освещенная каменная дорожка, ведущая к причалу и сараю для лодок.

По отдаленным звукам голосов и двигавшимся теням было очевидно, что там внизу тоже гуляли.

Вода сверкала серебристой рябью в лунном свете. Теплый влажный воздух тяжело опустился на мою кожу, но мне было комфортно.

Дверь позади меня открылась, и я услышала музыку и голоса, прежде чем она снова закрылась.

— Вот ты где.

Я обернулась на голос.

— Привет, Скотт, — кивнула я.

И привет, бабочки.

С тех пор, как Скотт пригласил меня на вечеринку, я не переставала о нем думать.

Он подошел и встал рядом со мной с красный стаканом в руках. Оттуда пахло чем-то бражным и кислым.

— Пиво, — произнес он. — Хочешь глоток?

— Нет, спасибо.

Я чувствовала себя несколько стеснительно.

Он запрокинул голову и выпил всё за несколько глотков, потом повернул голову набок и отрыгнул.

Мило.

— Извини меня, — произнес он, поставив стакан на выступ. — Итак. Что ты тут делаешь одна?

— Любуюсь. Здесь красиво.

— Ну, да, — согласился он. — Но твои волосы красивее.

— Спасибо.

Мои волосы на макушке были собраны заколками, а остальные локоны спускались по спине.

— Помнишь Мистера Банкера и его уроки астрономии в прошлом году? — спросила я, глядя на звездное небо.

— М-м, нет.

Скотт гоготнул.

— Ладно. Взгляни сюда. — Я указала на небо. — Большая Медведица. Квадратная часть справа является ковшом, а остальные звезды — его ручка. Видишь?

Скотт подошел ближе, пока я обрисовывала пальцем контуры созвездия.

— Где? Ну, да! Я вижу ее. Круто!

Было тихо, и я вдруг осознала, что обстановка на самом деле очень романтична. Вот если бы только я хоть чуть-чуть успокоилась и могла взглянуть ему в глаза...

— Пойдем в дом, — произнес Скотт. — Ты уже видела подвал?

Я покачала головой.

— Он потрясающий. Я возьму тебе выпить, и потом мы сходим на разведку.

— Скотт...

Мне не хотелось говорить этого снова.

Казалось, проще было уже выпить, чем постоянно перед всеми оправдываться.

— Как на счет чего-нибудь безалкогольного, — предложил он. — Сода? Сок?

Так как мое горло начинало пересыхать, мне, действительно, хотелось чего-нибудь выпить.

— Да, пожалуйста. Что-нибудь безалкогольное на твой выбор.

Взяв меня за руку, Скотт направился в дом.

Все это было как-то непривычно, но, безусловно, приятно.

В помещении людей значительно прибыло, их ауры становились мутными от большого количества алкоголя.

Облака все еще следовали за каждым, независимо от того, что творилось с их аурой.

Несмотря на высокие потолки, воздух был здесь тяжелым и душным. Мы все еще держась за руки, пока пробирались через толпу. Я увидела спортсменов из нашей школы, когда те начали кричать: — Ну что Скотт? Эй Скотт!

Каждый из них ударялся с ним костяшками, проходя мимо. Когда их глаза останавливались на мне, каждый начинал понимающе ухмыляться, хлопнув его по плечу или что-нибудь в этом роде.

Я притворялась, что не замечаю.

Мне было не по себе, я нервничала и в то же время, Господи спаси, чувствовала особое возбуждение, когда мы подошли к лестнице в подвал.

Можно ли относить эту вечеринку к разряду нашего первого свидания?..

Возможно, к концу вечера я познаю, что такое первый поцелуй.

У меня затряслись ноги, и я крепче сжала его ладонь.

Один час.

Я побуду на вечеринке только час, чтобы не врать Пэтти.

О'кей, возможно 15 минут уже и прошло с тех пор, как я заключила сделку, но я не стану их учитывать.

Шестьдесят минут, начиная с этого момента.

— Спускайся вниз, — прокричал рядом с моим ухом Скотт. — Ты можешь занять нам места, а я принесу напитки.

Чувствуя дрожь в коленках, я спустилась по лестнице и остановилась у самого входа. Просторная комната была мечтой любого парня.

Огромный плазменный телевизор был вмонтирован в стену, а в центре стаял плюшевый L-образный диван.

Здесь стояли бильярдный стол, настольный футбол, различные игры, а в самом углу — барная стойка и игровой стол.

Все стены увешаны спортивными наградами и сувенирами различного калибра.

Когда я осматривала комнату, мне сразу же бросилось в глаза, что одна половина комнаты использовалась как игровая, а другая — была заполнена парнями, которых я не узнала. К тому же они курили марихуану. Я поняла это почти сразу же, хотя никогда раньше не имела возможности "оценить" сладко-приторного запаха этого зелья.

По моему телу растеклось непреодолимое желание.

В панике я повернулась и побежала по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

Наверху я постаралась восстановить дыхание и побрела сквозь толпу по направлению к кухне.

Скотт стоял возле напитков, болтая с одной из своих подружек — Кристин Миллер.

Что-то в их перешептывании заставило меня остановиться и протянуть диапазон слышимости.

— Она не знает? — спросила Кристин.

— Пока нет, так что просто держи свой рот на замке, — бросил Скотт.

Кристин рассмеялась. Она была известной сплетницей.

— Она будет в бешенстве.

— Нет, — не согласился он. — Возможно, она будет даже благодарна.

Я стояла на месте, возвращаясь к нормальной слышимости и пытаясь понять, о чем именно они говорили.

Возможно, его бывшая девушка была тоже здесь и теперь сходила с ума, зная что он общался со мной? Зачем ему говорить, что она будет благодарить его за это?

Я мельком увидела Джея, он проталкивался ко мне.

Я была рада его видеть.

Джей подхватил меня на руки, оторвав от пола на несколько секунд, прежде чем поставить обратно.

— Ты никогда не поверишь! — Он почти задыхался. — Я сейчас говорил с парнем, который был на концерте "Лэсивиэс". Он сказал, что группа скоро будет... здесь!

Что?! Мое сердце подпрыгнуло. Я почти позабыла о барабанщике со странной горящей звездой в груди. Или, возможно, просто старалась не вспоминать.

— Они едут сюда? — переспросила я. — Сегодня вечером? Почему?

— Потому что это самая крутая вечеринка! Здесь народ, ну, знаешь, отовсюду. О ней знает каждый!

— Как скажешь. Я бы не слишком надеялась, на твоем месте.

Интересно, кого я пыталась уговорить — его или себя?

Скотт направился с нашими стаканами к подвалу, держа их высоко над головой.

Я принялась звать его, прыгать и размахивать руками, пока он не обратил на меня внимание.

Его лицо заметно нахмурилось, когда он заметил стоявшего рядом Джея.

Он подошел и подал мне стакан.

— Спасибо, — улыбнулась я.

Джей и Скотт кивнули друг другу.

— Что нового? — поинтересовался Джей весьма прохладно.

— Да ничего. Как у тебя?

— Да так, оттягиваемся по чуть-чуть.

Последовало тяжелое молчание.

Никогда не замечала, что взаимоотношения между Джеем и Скоттом были такими же теплыми и пушистыми, как лысая кошка.

Хотя, опять-таки... я никогда не была рядом с ними в подобных обстоятельствах.

Их ауры переливались неровным серым раздражением.

Скотт держал наполненные стаканы, и я посмотрела на свой красновато-оранжевый сок.

— Итак, что вы, ребята, пьете? — осведомился Джей, вглядываясь в мой стакан.

— Пиво для меня. И коктейль из соков для Анны. Никакого алкоголя.

Скотт повернулся ко мне.

— Готова спуститься вниз? — Мое сердце замерло.

— Ох, — выдохнула я. — М-м... честно говоря, я поднялась назад, потому что там почти все места уже заняты, и еще... какие-то сомнительные парни курят.

Его лицо омрачилось.

— Джей! — Мы все повернулись на будоражащий голос Кайлы, которая, поспешно приблизившись к нам, прыгнула Джею прямо на шею.

— Вау! Хэй... — он рассмеялся.

— Думаю, группа, о которой ты говорил, только что приехала сюда! — сообщила она.

— Есть! — Джей оторвался от Кайлы и повернулся ко мне, показав язык. — Ну, что теперь, вредина?

Мое сердце начало нервно колотиться, когда эти двое, взявшись за руки, нас покинули.

Я не хотела видеть Кайдена Роу снова, так ведь? Нет. Кроме того, впервые в жизни парень проявлял ко мне интерес. Взаимный.

Мне не улыбалось, чтобы какой-то неуважительный тип испортил все на корню.

Я внезапно почувствовала жажду, поэтому сделала большой глоток сока.

М-м…

Терпкий, но сладкий…и что-то еще.

Я сделала еще глоток.

Что это такое? Я понюхала напиток. Запаха алкоголя не чувствовалось. Я сделала еще один глоток, тяжело дыша: в коктейль что-то было добавлено, это очевидно, но я уже не могла — не хотела останавливаться.

Мне следовало паниковать, но вместо этого я совершенно расслабилась.

Что ж... вечеринка теперь казалась совсем неплохой. Даже если на ней только что появился самый конфликтный, невоспитанный и невероятно сексуальный парень в Джорджии.

Я не обязана была с ним разговаривать.

— О какой группе он говорил? — спросил Скотт.

— "Лэсивиэс», — воздохнула я. — Блудные... Джей в восторге от них.

— Хм. Никогда о них не слышал.

Кристина Миллер и Вероника из Испанского класса прошли мимо нас, перешептываясь и хихикая; на их щеках проступал румянец от выпитого спиртного.

У них были совершенно идентичные прически в стиле «боб»: каштановые волосы, высоко подстриженные на затылке, переходившие впереди в длинное каре до подбородка.

Хотя... волосы Вероники были немного темнее — почти черные — и на ней красовались свободного покроя красные ботфорты.

Вероника казалась более выпившей, цвета ее ауры размылись почти полностью.

Она закинула руку вокруг моей шеи и издала счастливый глупый возглас, проглатывая слова:

— Девушка, могу заверить, что ты здесь самая классная! Я очень рада, что ты пришла!

В нормальной ситуации я бы стала подозревать, что она смеется надо мной, но сейчас я чувствовала себя так легко и жизнерадостно, что ее заявление совершенно меня не смутило и даже доставило удовольствие.

— Спасибо! — прокричала я. — Кстати, мне нравятся твои боты!

Ее глаза загорелись.

— О, боже мой! Я чувствую, этим вечером ты будешь моей лучшей подругой. Пойдем! Давай танцевать!

Кристина закатила глаза, глядя на нас.

— Подожди! — воскликнул Скотт.

— Допей свой коктейль, чтобы он не расплескался на танцполе.

Отличная идея.

Я выпила замечательный сок до последней капли и протянула пустой стакан Скотту.

— Пойдем! Мне нравится эта песня! — Вероника потянула меня за руку, и я позволила ей себя вести.

— Пойдем с нами! – крикнула я через плечо Скотту, и тот вместе с Кристиной последовали за нами.

Вчетвером, мы пробивались сквозь толпу к танцевальной площадке, где музыка гремела так, что от басов сотрясались стекла.

Все запреты, которых я придерживалась всю жизнь, растворились в воздухе.

Вероника закричала:

— Уууууу!

Я вскинула руки вверх и сделала тоже самое. Моя голова шла кругом. Я перестала замечать ауры других людей, и чувствовала себя невероятно свободной.

Правда, облака все еще оставались в зоне видимости, но они казались простым отражением людей.

Ничто не могло меня сейчас отвлечь.

Меня не волновало, что могу увидеть Кайдена Роу прямо здесь, потому что даже он не смог бы испортить мне настроение.

Вероника и я танцевали. Это казалось полным блаженством. Все были невероятно хорошими до тех пор, пока я, конечно, на них не натыкалась. От тел, двигавшихся в придельной близости, исходило приятное тепло.

Я ощущала каждое прикосновение с танцевавшими рядом, когда двигалась в такт музыки, покачивая бедрами. Мои глаза были закрыты.

Я с трудом разбирала, о чем говорила Кристин рядом со мной.

— Неужели на нее уже подействовало? Не может быть!

— Заткнись! — зашипел Скотт.

Вероника поднесла свой стакан к губам, но кто-то ее толкнул, и она выронила пластик.

— Вот черт! — выдохнула она, и мы обе засмеялись, наклоняясь друг к другу.

С моим смехом что-то было явно не в порядке. Он был гараздо ниже, чем обычно.

Я заметила, какой мягкой казалась блузка Вероники.

Я потерла ее между пальцами.

— Теперь ты почувствовала, верно?! Это особое ощущение! — воскликнула она.

— Что было в моем напитке? — спросила я с любопытством.

— Немного измельченного Экс. Не злись на него. Ты такая везучая. Я бы тоже замутила что-нибудь такое, но мой папочка не дал мне денег.

Я не злилась. Как раз наоборот. Скотт был прав. Мне хотелось поблагодарить его.

Я откинула свою голову назад, погружаясь в ощущения.

Было так хорошо, словно давно потерянный друг вдруг нашел меня и укрыл одеялом.

Я хотела, чтобы это длилось вечно.

В моем подсознании скрежетало ноющее чувство, но я усиленно его игнорировала.

Вскоре я почувствовала сильную жажду.

— У меня во рту так сухо! — прокричала я.

— И у меня зубы стучат.

— Пойдем. Давай достанем тебе немного воды и жевательной резинки. Это поможет. И лучше тебе еще выпить!

Вероника схватила меня за руку и потащила сквозь толпу.

Мне казалось, будто мы шли по облакам, и все вокруг двигались, словно в замедленной съемке.

Мы с трудом протолкнулись на кухню, где она, круто развернувшись ко мне, заголосила: — С ума рехнуться, какой парень! Какого черта?.. Кто он такой? Ты его видела?

— Кто? — Я огляделась по сторонам.

— Там в холле. Алло! Когда мы проходили мимо него, он не отрываясь смотрел прямо на тебя!

Я оглянулась в общем направлении холла, но там толкалось слишком много народу.

— Не знаю. Я никого не видела, — отмахнулась я.

— Какое счастье, что мы — друзья! Ты такая милая! Не могу поверить, что мы не отрывались вместе прежде.

Вероника сунула подушечку жвачки мне в рот.

Я жевала как сумасшедшая, моя челюсть не могла остановиться, пока Вероника не дала мне выпить.

Кто-то легонько постучал по моему плечу.

Мои движения были вялыми, когда я обернулась. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы разглядеть лицо.

— Джей! — Я положила руки ему на плечи, стараясь держать ровно голову.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Мне так хорошо.

Я старалась говорить нормально, но голос получался хриплым и грудным. Я рисовала круги на его плечах своими ладонями.

— Ты мой лучший друг, Джей. Я люблю тебя.

— Ты что, пьяна?!

Упс.

Он был расстроен.

Нет, нет, нет.

Все было таким чудесным.

Таким совершенным.

Я хотела, чтобы Джей тоже был счастлив.

— Она в полете, — вздохнула Вероника, закинув несколько арахисовых орешков в рот своими наманикюреными пальцами.

Он посмотрел на меня огромными глазами, затем отодвинул мои руки и отступил в сторону.

— Какого черта, Анна?

— Джей, пожалуйста. Прошу тебя, не сердись на меня.

Я потянулась к нему, но он схватил мои руки.

— Это немного эгоистично, тебе не кажется? — вскинулся он, его лицо окаменело.

Все, что я могла делать, это смотреть на него с недоумением.

Джей никогда на меня не кричал. Никогда.

— Что бы там ни было...

Потянувшись между Вероникой и мной, он схватил наполовину полную бутылку чистого ликера и ушел в толпу.

Мне стало легче, когда подошел Скотт и заполнил пустоту, оставленную Джеем.

Я не хотела никаких пустот сегодня ночью.

— Ты только что разминулся с Джеем, который умудрился испортить нам настроение! — сообщила ему Вероника. — И знаешь ли ты, что мы с Анной теперь лучшие друзья?

Скотт смотрел на меня неуверенно, но когда я улыбнулась, он обнял меня за талию и подтянул к себе.

Слова Джея окончательно испарились из моей головы.

В раю не было места для низменных чувств, вроде гнева.

— Эй...

Голос Скотта звучал мягко и притягательно в моих ушах.

— Извини, Вероника, но я собираюсь украсть твою новую лучшую подругу.

— Так и быть... ведите себя прилично, — она моргнула.

Я повернулась к ней, и мы обнялись будто больше никогда не увидимся снова, после чего Скотт потянул меня за собой к лестнице.

Внезапная тишина шокировала мой слух, когда он закрыл за нами двери.

Скотт провел меня в комнату, похожую на гостевую спальню. Он сел на кровать, я — тоже. Он откинулся на локти, я сделала тоже самое.

Когда он, приподнявшись, навис надо мной всем своим телом, я плюхнулась на спину и замерла.

— Ты сердишься на меня? — спросил он.

Я покачала головой:

Все казалось таким мягким. Мои пальцы гладили джинсы. Почему-то даже грубый джинс казался шелком под моими пальцами.

— Когда я на Экстази, — произнес он, — мне кажется, что все должны быть обнаженными. Как Адам и Ева.

Я узрела в его словах глубокий смысл, к тому же они казались жутко забавными.

— Согласна. Это так естественно и весело, — кивнула я, и мы улыбнулись друг другу.

— Знаешь, когда ты впервые начала мне нравиться? — спросил он. — Помнишь, в прошлом году после матча я получил в ухо?

Я забыла про это.

Он был таким смущенным из-за опухшего уха. Его девушка от отвращения даже рассталась с ним.

— Ты всегда была такой милой, — выдохнул он. — Ты не пялилась, как все остальные.

Он положил руку мне на живот, поглаживая талию.

— Я видел, как ты играешь в волейбол и софтбол в спортзале. У тебя неплохо получается. Ты могла бы неплохо зарекомендовать себя в спорте и носить что-нибудь более эффектное... Я имею в виду, ты — симпатичная, но могла бы быть... сногсшибательной. Понимаешь?

Я затихла на несколько секунд.

Мне было немного обидно, но спокойствие и счастье, бурлившие в моей крови, пересилили даже это.

— Прости Скотт, но даже если бы у меня были на это деньги, я не стала бы беспокоиться относительно таких вещей. Я хочу нравиться людям такая, какая есть. Разве ты не хочешь того же самого?

Я протянулась, чтобы коснуться его лица, но он схватил мою кисть и сжал ее.

— Как много парней ты целовала?

— Я еще никого не целовала.

— Даже Джея?

— Без вариантов. Он мне, как брат.

Мои мысли снова вернулись к Джею.

Что с ним случилось? Мне стало как-то грустно, но я так и не смогла разобрать почему.

— Как долго это будет длиться? — спросила я.

— Ощущение полета? Около четырех часов. Затем понадобится пара часов, чтобы прийти в себя.

Прийти в себя? Это звучало ужасно.

Интересно, могла ли я уговорить его еще на одну дозу?

— Анна.

— М-м? — мой взгляд сфокусировался на его лице.

— Я хочу быть первым, кто тебя поцелует.

— Ладно, — прошептала я.

Дверь громко распахнулась, впустив в комнату оглушающие звуки вечеринки, прежде чем он имел хоть какую-то возможность коснуться моих губ.

Мы оба сели на кровать, и я обнаружила, что смотрю в глубокие голубые глаза Кайдена Роу.

— Что за! — начал Скотт, округлив глаза.

— Ах, вот ты где, радость моя. Пойдем со мной.

Кайден смотрел прямо на меня, притягивая к себе все ближе, в то время как я замерла в полнейшем шоке.

— Ты можешь идти или мне придется тебя нести? — вскинул брови Кайден.

Скотт перешел на крик:

— Что ты творишь, парень?

— Мне нужно поболтать с Анной.

Кайден даже не смотрел на Скотта, когда это говорил. Его глаза оставались на мне. Он помнил мое имя. И оно звучало так мило в его исполнении.

Скотт и я повернулись друг к другу.

Мне ни на секунду не приходило в голову не идти с Кайденом.

Он казался самой потрясающей частью всего моего восхитительного сна.

— Вернусь чуть позже, — кивнула я, вставая.

— Я не стал бы рассчитывать на это слишком сильно, — заявил Кайден, затем схватил меня за руку и вытащил из комнаты.

У меня промелькнуло в голове, что слишком много людей этим вечером тянуло меня за руку, когда Скотт заорал: — Приятель! — и Кайден захлопнул за нами дверь.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

Похожие:

Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconП риехал в Лос-Анджелес, Калифорния, с женой и двумя маленькими дочерьми,...
Лос-Анджелес, Калифорния, с женой и двумя маленькими дочерьми, 22 декабря 1904 года. Маленькая Эстер, наш старший ребенок, трех лет,...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconВильям Вишер Терминатор день первый
Лос-анджелес, калифорния, обсерватория гриффит-парк, 9 марта 1984 года, пятница, 3: 48 утра 
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес icon4 сентября 2000 год, 19: 18. Мист-центр, Лос-Анджелес
Прежде всего, запомните: не развив нужную магию, пройти игру практически невозможно. Ознакомьтесь со списком вашей магии "паразит...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconПрограмма тура с 30. 04 по 16. 05. 2012
Лос-Анджелес ( 3 ночи)- лас-Вегас ( 2 ночи)- круиз по Калифорнийскому побережью до Мексики через Сан-Франциско( 7 ночей)- нью- йорк...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconСоня приехала в Лос-Анджелес сравнительно недавно. Она закончила...
И вот после нескольких кастингов и проб, нескольких километров в очереди на эпизодическую роль, режиссер в кресле сказал
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconПрограмма тура с 30. 04 по 16. 05. 2012
Лос-Анджелес ( 3 ночи)- сан-Диего ( 2 ночи)- круиз до Ванкувера (Канада) через Сан-Франциско- ванкувер( 1 ночь)- ниагарский водопад(...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconБиография Эшли Грин родилась в городе Джэксонвилл
Грин выросла в Миддлбурге и Джэксонвилле. В возрасте семнадцати лет она переехала в Лос-Анджелес, штат Калифорния для того, чтобы...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconПодкидыш
Венди придется оказаться в пугающем и прекрасном мире народа трилле, надежно скрытом от людских глаз. Венди там своя, и ей уготована...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconАзуза Стрит История и сущность истинного пробуждения Франк Бартлеман
Лос-Анджелес, Калифорния, с женой и двумя маленькими дочерьми, 22 декабря 1904 года. Маленькая Эстер, наш старший ребенок, трех лет,...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconTrue Nutrition компания по производству спортивного питания высокого...
Продукцией компании True Nutrition пользуются в США большинство спортсменов, сборная США по гребле на каноэ и байдарках, такие знаменитые...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница