Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес


НазваниеВенди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес
страница7/27
Дата публикации05.03.2013
Размер5.52 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Медицина > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   27
Глава 9

^ Ехать или не ехать
Я взбежала по бетонным ступенькам в наше стесненное жилое пространство, даже не потрудившись закрыть за собой дверь.

Неужели демоны добрались и до нее? Пэтти сидела на диване. Услышав мои шаги, она обернулась.

Ее глаза покраснели.

Я подошла прямо к ней, опустилась возле ее ног, накрыв ее руку своей.

— Что случилось? — спросила я.

— Сегодня у нашей машины отказали тормоза. Мне очень жаль, дорогая. Мне понадобится использовать те деньги, которые я экономила для нашей поездки.

Она разразилась приступом очередного рыдания, вытирая слезы рукавом.

И это все? О, слава Богу.

Выдохнув, я откинула голову назад и боковым зрением уловила движение в коридоре. Вспомнив, что не закрыла дверь, я поднялась, чтобы закрыть ее, и наткнулась на Кайдена, переминавшегося на пороге.

Вот черт.

Черт, черт, черт! Я не ожидала, что он последует за мной! Я кинулась захлопнуть дверь, пока Пэтти не заметила, но было слишком поздно. Она уже смотрела на него.

Потом — на меня.

— Анна? — Пэтти и я пристально уставились друг на друга большими глазами, прежде чем она выдавила: — Это он, не так ли?

— Пэтти... Извини.

Она посмотрела на Кайдена, словно ожидая, что он сделает что-нибудь ужасное, но он только переминался с ноги на ногу.

По сути, он выглядел так, словно вот-вот мог развернуться и удрать со скоростью пули.

Пэтти поднялась с дивана и подошла к двери.

— Ну что, теперь уже ты можешь пройти в дом.

Он вошел, и она, закрыв плотно дверь, уперла руки в бока и начала его изучать.

Он казался почти таким же нервничающим перед Пэтти, как я перед его отцом. От этого он стал больше походить на подростка.

Интересно, ЧТО он думал, она могла бы заставить его делать? Петь с нами церковные гимны? Абсурдность происходившего, плюс осознание, что я серьезно влипла в проблемы, вызвали на моих губах нервозную усмешку.

Прищурившись, Пэтти посмотрела на меня, и я поджала губы.

Тишина растягивалась, и мне нужно было ее как-то заполнить:

— Пэтти, это Кайден. Кайден, это Пэтти.

Они неуверенно разглядывали друг друга. Затем, к моему удивлению, она протянула ему руку, и он ее пожал.

— Ты, должно быть, весьма необычный молодой человек, если Анна пожелала нарушить обещание не видеться с тобой.

Он взглянул на меня, и я посмотрела вниз. Теперь уже Пэтти обрушила свой инквизиционный взор на меня. У нее было забавное выражение, когда она смотрела на меня.

Я вспомнила, что на мне была красная футболка Кайдена, и у меня загорелись уши. Я начала бормотать извинения:

— О, это! — произнесла я. — Это ничего не значит. По несчастной случайности моя майка порвалась, так что Кайден одолжил мне одну из своих. Я знаю, что это выглядит плохо, — но я говорю правду... честное слово.

Мое сердце сжалось от осознания, что теперь мои обещания не несут в себе той же весомости, как это бывало раньше.

Пэтти откашлялась и скрестила руки на груди.

— Могу я на секунду поговорить с тобой наедине? — попросила я ее.

— Ты можешь присесть, — кивнула она Кайдену строго. — Могу ли я предложить тебе что-нибудь выпить?

Ну, конечно, южное гостеприимство проявлялось в ней даже в таких ситуациях, как эта.

— Нет, благодарю Вас, мадам.

Кайден расположился посередине дивана. Надо признать... Его образ совершенно не вписывался в нашу гостиную. Я весомо посмотрела на него, когда мы поворачивали в коридор, показывая на свое ухо и качая головой.

Ему лучше бы не слушать.

Совершенно точно.

Мы прошли в комнату Пэтти и, прежде, чем за нами успела закрыться дверь, на моих глазах выступили слезы.

— Пэтти, пожалуйста, пожалуйста, прости меня. Я чувствую себя отвратительно. Я прежде никогда не была нечестна с тобой, и я так сердита на себя сейчас. Я имею в виду, я просто... Я знала, что он мог ответить на мои вопросы, и я понимала, что он не причинит мне вреда. Но я не знаю, как сделать, чтобы ты в это поверила.

Я избегала смотреть в сторону ее ангела-хранителя, чувствуя свою вину и без того слишком сильно.

Я хотела сказать Пэтти, что она оказалась права. Мне не следовало его разыскивать. Информация, которую я узнала, причинила мне только боль. К тому же теперь я была в серьезной опасности.

Но Пэтти не стоило об этом знать.

Никогда. Иначе она сойдет с ума.

Аура Пэтти менялась, переходя от нежно-розовой любви к светло-серой нервозности и обратно. В конце концов, верх одержал розовый.

Слезы хлынули по моим щекам, и Пэтти прижала меня к себе. Я обхватила ее руками, нуждаясь впитать в себя каждую капельку любви и нежности, которые она предлагала.

— Я знаю, что это тяжело для тебя, Анна, но ты не можешь потерять голову. Ты не можешь потерять то, кем ты являешься. — Она отступила и указала пальцем на мое сердце. — Потому что это ТО, что важно.

Я вытерла слезы рукавом футболки Кайдена.

— Я не хочу, чтобы ты беспокоилась о деньгах, хорошо? — сказала я ей.

— Все случается по какой-нибудь причине, верно? Просто, почини машину. Мы отправимся в поездку так скоро, как сможем.

Она кивнула головой и сделала паузу, размышляя.

— Частично, причина, почему я сейчас так расстроена в том, что, когда меня привезли домой из магазина, первым делом я разыскала номер и позвонила в монастырь. У меня было плохое предчувствие, и я ненавижу говорить это, но я была права. Сестра Рут продолжает находиться в несознательном состоянии, изредка приходя в себя. Но, ради всего святого, этой женщине уже не меньше ста двадцати лет! — Наши взгляды с Пэтти встретились. — Нужно найти способ доставить тебя туда как можно скорее. Я обзвоню все возможные объявления и, во что бы то ни стало, найду дополнительную работу. Если не этим летом, то, осенью. Возможно, тебе придется пропустить немного занятий.

— Я тоже постараюсь получить больше рабочих часов в мороженом магазине. Мы справимся. Мы успеем в монастырь вовремя. Ну а если нет? Что будет, если сестра Рут заберет в могилу всю информацию обо мне?

— Знаешь, — произнесла я, осознав нечто совершенно новое, — мы могли бы связаться с моим отцом и попросить у него немного денег.

— Нет. — Лицо Пэтти приобрело непреклонное выражение. — Мы найдем другой способ. — Она наклонилась ко мне и прошептала: — Ты веришь этому мальчику?

— Я верю, что прямо сейчас он подслушивает наш разговор.

— Уверенна, он в состоянии быть достаточным джентльменом, чтобы не делать ничего подобного, — произнесла она с натянутой улыбкой.

Я знала, что она говорит это не мне, а ему.

Мне было интересно, как Кайден отреагировал на материнский намек.

— Я все еще не знаю его очень хорошо, но мое сердце подсказывает, что я могу доверять ему.

— Это хорошо. Твое сердце редко заблуждается. Хотя... он ужасно привлекателен. Это иногда мешает судить объективно.

Она сохраняла строгое лицо.

Я пожала плечами.

— Да, полагаю, он привлекательный. Я знаю, что мне надо быть осторожной.

Она, должно быть, осталась довольна, что я, по крайней мере, не падала в обморок, говоря о нем.

— Ладно. Мы же не можем оставлять его там навечно.

Когда мы вернулись в гостиную, он стоял, разглядывая стену с фотографиями.

Ни разу в моей жизни у меня не было причины чувствовать себя смущенной в уютном месте, которое я называла домом. Но, сейчас, после того, как мне пришлось побывать в изысканном роскошном доме Кайдена, все вокруг казалось изношенным и старомодным.

Черно-белые фотографии Пэтти, изображающие мое детство, на стенах были унизительными. Он ухмыльнулся и показал на мое фото шести лет, где у меня выпал передний зуб. Я возвела глаза к небу и села на диван.

Пэтти пошла на кухню и взяла несколько стаканов:

— Ты уверен, что я не могу предложить тебе что-нибудь выпить? У нас есть сладкий чай и... — Она подошла к холодильнику. — Еще холодная вода.

— Было бы хорошо чаю, — ответил Кайден.

Мне было приятно, что он подхватил ее предложение. Пэтти не выносила людей, которые отказывались от ее гостеприимства.

Кайден осторожно сел рядом со мной на разбитый старый диван.

Я помнила его небрежно растянувшегося на сказочной софе ботинками вверх, и теперь мне казался крайне ироничным тот факт, что выцветшему дивану он выказывал гораздо больше уважения.

Пэтти подала нам наши напитки, и он сделал большой глоток, вежливо улыбаясь.

— Спасибо. Я никогда не пил холодный чай, до переезда в Америку.

— Правда? — спросила Пэтти. — Да, я заметила твой акцент. Англия?

— В основном, да. — Он сделал еще глоток. — Не хотел бы лезть не в свои дела, но я слышал, что проблемы с вашей машиной помешали запланированной поездке?

— Мы собираем деньги на поездку в Калифорнию, - произнесла Пэтти.

Она вновь была настороже.

Он, возможно, не мог этого видеть, но я очень даже могла. Пэтти всегда скрещивала ноги и откидывалась назад, когда ей было комфортно. В этот момент, она сидела прямо и говорила более формально, чем обычно:

— Так я смогу встретиться с моим отцом, — добавила я.

Его глаза распахнулись с интересом.

— Люблю дорожные путишествия. Почему бы вам не позволить отвезти мне вас двоих?

Он не мог удивить меня больше, даже если бы залепил мне пощечину. Пэтти и я недоверчиво посмотрели друг на друга.

— С группой я заработал больше денег, чем мог бы потратить, честно. И у меня есть машина. Хотя, конечно, мы можем полететь или арендовать машину, если вы пожелаете. Расходы за мной.

— Это очень щедрое предложение. — Пэтти с осторожностью подбирала слова. — Почему ты хочешь сделать это?

Серо-зеленый водоворот, исходивший от Пэтти, был тем же самым, что чувствовала я: благодарность, удивление, нервозность, скептичность.

Хотела бы я, чтобы Кайден не мог видеть наши эмоции.

— Я...

Кайден с трудом находил верные слова, и мне было даже жаль его немного. Он был ловким оратором, но я знала КАКОГО это находиться под острым взором Пэтти. На нее не производили впечатление обаяние или остроумие. Ее впечатляла лишь искренняя честность.

Я надеялась, что он это ощущал.

— Я не знаю, — наконец выдавил он ответ, как будто это была самая последняя вещь на земле, которую он хотел бы признать. — Я, обычно, не предлагаю кому-либо помощь.

— Если, конечно, в этом нет какой-либо выгоды для тебя самого? — Слова Пэтти не были пропитанными сарказмом или осуждением, но я, все равно, открыла рот в намерении как-то сгладить ситуацию.

И тут же остановилась, обнаружив, что эти двое ведут интенсивный разговор... взглядами.

— Да.

Это было откровенно честное признание со стороны Кайдена, пропитанное чем-то еще.

Удивлением?

— Я не могу ехать прямо сейчас, — произнесла Пэтти. — У меня юбилейные парады и ярмарка в масштабе штатов. Если я сейчас откажусь от работы, предложения перестанут поступать.

Она поднялась и, прошествовав к стеклянной двери, стала смотреть вдаль, уперев руки в бока.

Я понимала, что она что-то серьезно обдумывала. Ее выдавал носок туфли, нервно постукивавший по затертому ковру.

— Может быть, вам стоит поехать двоим.

— Что?

Она серьезно! Кайден сидел здесь — само олицетворение невинности, но я не заблуждалась на этот счет.

Но потом... я решила, что каковы бы не были его истинные мотивы, это не имело значения.

Я доверяла себе.

— Я знаю, это странное предложение. — произнес Кайден, вглядываясь в лицо Пэтти. — Признаю, я заинтригован Анной.

Это было тоже самое слово, которое применила я, описывая Джею свои чувства к Кайдену. Я почувствовала, как меня переполняло невероятное удовольствие.

— Я знаком с другими Нефилимами... но Анна... другая.

— Она, действительно, другая, — повторила Пэтти. — Очень важно, чтобы она поехала как можно скорее. В противном случае, я никогда в жизни не стала бы рассматривать твое предложение. Она должна быть в безопасности. Я не хочу, чтобы рядом с ней находился твой отец или кто-то подобный ему.

— Я тоже не хочу своего отца рядом с ней.

Он говорил это искренне.

Кайден раскусил фишку с честность и во всю этим пользовался, а Пэтти с готовностью проглатывала наживку.

— Сколько тебе лет? — спросила она его.

— Семнадцать.

— Разве тебе не нужно быть восемнадцатилетним, чтобы снять комнаты в отеле? — Задав этот вопрос, она закрыла глаза, как будто мысль о нас двоих в комнате отеля причиняла ей головную боль.

Кайден подался вперед:

— Я зарегистрирован как легальный совершеннолетний. Это — необходимость, в силу того, что мой отец часто путешествует. У меня есть все необходимые документы. Впрочем... у нас нет такой уж необходимости делить комнату.

Пэтти потерянно вышагивала по комнате.

— И все-таки это — неправильно, — помотала она головой. — И, позволяя тебе платить за это...

— Я совершенно не против. Честное слово, — произнес Кайден. — Вы не будете у меня в долгу.

— Но... Вы же всего лишь дети. У вас нет способа защитить себя.

— Ну, скажем так, я располагаю некоторыми возможностями, чтобы защитить нас. Помимо наших ощущений, конечно.

Она остановилась и пристально посмотрела на него:

— Что ты имеешь в виду? Не пистолет, я надеюсь.

— Нет, но я достаточно хорошо обращаюсь с ножом.

При воспоминании об этом у меня по спине пробежал холодок.

Пэтти скрестила руки на груди.

— Неужели? — она с вызовом вскинула брови.

— Желаете демонстрацию?

С ума сойти!

Что во имя всего святого она задумала? Мне лично не нужна была другая демонстрация.

Кайден поднялся и подобрал кисть винограда со стойки. Он передал виноград Пэтти, затем, вернувшись, сел на противоположный от меня конец дивана.

— Просто бросьте виноград Анне, — произнес Кайден, перемещая руку ближе к карману.

Все случилось слишком быстро.

В тот момент, когда рука Пэтти пришла в движение, Кайден вытащил нож и метнул его.

Я видела, как приближается виноград и раскрыла руки... раздался свистящий звук, а вслед за ним глухой удар.

Пэтти и я, обе подпрыгнули в изумлении. Затем мы повернули головы и посмотрели на стену, где виноград был проткнут острием серебряного лезвия.

— Как ты это сделал? — спросила потрясенная Пэтти.

— Когда я сосредотачиваюсь на своих ощущениях, все вокруг замедляется, в то время как мои рефлексы, наоборот, ускоряются.

Он поднялся и вытащил нож из стены, подхватывая разрезанный виноград рукой.

— Я могу восстановить это для Вас, — произнес он, пробегая пальцами по отметке в стене.

— Нет, нет. Я позабочусь об этом.

Пэтти поднялась и, забрав у него виноград, выбросила пострадавшую гроздь прочь.

— Никуда не уходите, хорошо? Мне нужно подумать. Просто, дайте мне немного времени.

— Конечно, — сказала я.

Она ушла к себе в комнату и закрыла дверь.

Кайден снова сел рядом со мной.

— Почему ты это делаешь на самом деле? — спросила я его.

— По ТЕМ САМЫМ причинам, о которых я говорил.

Он казался возмущенным моим недоверием.

Я начала грызть ногти.

Предложение Кайдена включало не только меня — он сказал, что взял бы нас обеих. Это многое значило. Мои смешанные чувства затуманивали объективность суждений.

Но Пэтти была хорошим ценителем характера. Ее решение могло указать мне, раз и навсегда, стоит ли доверять Кайдену. Если она скажет "нет", я буду знать точно, что доверять ему не следует.

Я зажала губами место на пальце, где ноготь начал кровоточить.

— Ты нервничаешь, — выдохнул он.

— Мм..хм.

— Ты сильно нервничаешь, — заметил он.

— Ага. Тревога. Всю мою жизнь.

— Понимаю.

— Ты переживаешь о том, что она скажет да или нет?

Я замерла.

— И то и другое.

Он весомо кивнул головой, как будто это все объясняло.

— Что за символ? — спросила я, чтобы отвлечься. — Твой отец, сказал, что мой необычен.

Кайден указал на красную звезду, горевшую на его груди.

— Цвет твоего символа, в отличие от всех нас, неоднозначен. Сам оттенок — янтарный, как цвет пива, но в нем отчетливо просматриваются белые всплески.

— Здорово, — прошептала я, возобновляя жевать ноготь.

Я не могла поверить, что обладала одной из этих штуковин. И конечно, именно моя должна бала быть странной. Я не могла увидеть свой символ в зеркале; точно также как цвета ауры, символы не отражались.

Через десять минут Пэтти вернулась. Сев в кресло, она задумчиво откинулась на спинку.

— Вы снова хотите поговорить наедине? — учтиво поинтересовался Кайден.

— Да. Было бы неплохо.

Пэтти жестом показала ему в сторону балкона.

— Не возражаешь?

— Конечно, нет.

Он поднялся и вышел через стеклянные двери на балкон.

Наши глаза встретились сквозь стекло, и я снова одарила его взглядом "не-вздумай-подслушивать".

Он уклончиво усмехнулся и отвернулся.

Я переключила свое внимание на Пэтти.

— Я не собираюсь лгать, милая, — начала она. — Я напугана до смерти тем, что позволяю тебе ехать. В последнее время ты принимала не лучшие решения. Я оберегала тебя все это время, защищая от всего на свете, и потому ты все еще слишком наивна во многих вещах — не только в отношении демонов, но и людей, тоже. Многие будут злоупотреблять твоей добротой. Я доверяю тебе, но тебе придется столкнуться лицом к лицу со множеством непростых решений. Очень важно, чтобы ты делала правильный выбор.

Все то, что было им сказано... не думаю, что Кайден окажется тем, кто будет пытаться тебя использовать. Я намеренна... оставить решение за тобой, Анна. Если тебе некомфортно, тогда оставайся. Мы сможем поехать вместе через пару месяцев. Это твое решение.

Она села в деревянную качалку, сохранившуюся еще с моего раннего детства, и, подперев щеки двумя руками, взглянула на меня. Вокруг нее вилось ярко-серое облако нервозности.

Мое решение.

Я почувствовала головокружение.

Находиться в машине с Кайденом в течение дней, проводить с ним ночи... это было то, чего я хотела и боялась больше всего в мире.

Я верила, что в глубине него есть что-то порядочное. Просто, он не давал этому волю. Пэтти, должно быть, тоже это чувствовала.

Я была заинтригованна им. Мы могли бы узнать друг друга. И даже если нет, то, по крайней мере, это единственная возможность встретиться с отцом и Сестрой Рут в ближайшее время.

Собственно, именно в этом и заключался весь смысл.

Я приняла решение.

Встав, я постучала в стеклянную дверь, приглашая Кайдена войти.

Мы расположились на диване напротив Пэтти.

— Я оставила решение за Анной, — объяснила она.

Как будто бы он не знал.

Теперь их глаза были устремлены в мою сторону.

— Я поеду, — произнесла я, с трудом сдерживая дрожь.

Пэтти тут же повернулась к Кайдену, излучая праведный материнский гнев.

— Я знаю... я всего лишь смертная женщина, но, помоги мне Господи, если что-нибудь случится с ней, пока она с тобой...

— Я уверяю вас, она будет в надежных руках.

— Хм-м... Это именно то, чего я опасаюсь больше всего. — Она указала на его руки. — Руки прочь, мистер.

Его глаза распахнулись. Мои — тоже.

— Пэтти! — воскликнула я.

Она скрестила руки, яростно и серьезно.

Мы с ним оба отпрянули невольно назад.

— Верни мне ее назад в душевной и физической целостности.

Я закрыла глаза. Кто-нибудь, убейте меня прямо сейчас.

— Да, мадам, — кивнул головой Кайден.

Я не могла выдавить даже слова: мое лицо пылало от невыносимого смущения.

— И еще... спасибо тебе, что делаешь это, — добавила Пэтти, глубоко вздохнув.

Она подошла и, сев рядом с Кайденом... обняла его. Он понравился ей! Кайден на мгновение застыл, прежде чем обнять ее в ответ.

Это была самая странная картина, которую я когда-либо наблюдала: объятия между двумя людьми, которые, казалось, принадлежали разным Вселенным.

Когда Пэтти отпрянула назад, ее лицо излучало спокойствие.

— Значит, мы отправляемся завтра утром, верно? — Взглянув на меня, Кайден лениво вскинул бровь. По моему телу пробежали мурашки, сменившиеся нервной дрожью, когда я кивнула ему в знак согласия.

Что я натворила?..
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   27

Похожие:

Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconП риехал в Лос-Анджелес, Калифорния, с женой и двумя маленькими дочерьми,...
Лос-Анджелес, Калифорния, с женой и двумя маленькими дочерьми, 22 декабря 1904 года. Маленькая Эстер, наш старший ребенок, трех лет,...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconВильям Вишер Терминатор день первый
Лос-анджелес, калифорния, обсерватория гриффит-парк, 9 марта 1984 года, пятница, 3: 48 утра 
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес icon4 сентября 2000 год, 19: 18. Мист-центр, Лос-Анджелес
Прежде всего, запомните: не развив нужную магию, пройти игру практически невозможно. Ознакомьтесь со списком вашей магии "паразит...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconПрограмма тура с 30. 04 по 16. 05. 2012
Лос-Анджелес ( 3 ночи)- лас-Вегас ( 2 ночи)- круиз по Калифорнийскому побережью до Мексики через Сан-Франциско( 7 ночей)- нью- йорк...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconСоня приехала в Лос-Анджелес сравнительно недавно. Она закончила...
И вот после нескольких кастингов и проб, нескольких километров в очереди на эпизодическую роль, режиссер в кресле сказал
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconПрограмма тура с 30. 04 по 16. 05. 2012
Лос-Анджелес ( 3 ночи)- сан-Диего ( 2 ночи)- круиз до Ванкувера (Канада) через Сан-Франциско- ванкувер( 1 ночь)- ниагарский водопад(...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconБиография Эшли Грин родилась в городе Джэксонвилл
Грин выросла в Миддлбурге и Джэксонвилле. В возрасте семнадцати лет она переехала в Лос-Анджелес, штат Калифорния для того, чтобы...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconПодкидыш
Венди придется оказаться в пугающем и прекрасном мире народа трилле, надежно скрытом от людских глаз. Венди там своя, и ей уготована...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconАзуза Стрит История и сущность истинного пробуждения Франк Бартлеман
Лос-Анджелес, Калифорния, с женой и двумя маленькими дочерьми, 22 декабря 1904 года. Маленькая Эстер, наш старший ребенок, трех лет,...
Венди Хаггинс Сладкое зло Пролог Монастырь Матери Мэри, Лос-Анджелес iconTrue Nutrition компания по производству спортивного питания высокого...
Продукцией компании True Nutrition пользуются в США большинство спортсменов, сборная США по гребле на каноэ и байдарках, такие знаменитые...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница