Story to story


НазваниеStory to story
страница1/20
Дата публикации28.04.2013
Размер3.03 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Музыка > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20


INXS

STORY TO STORY



Официальная автобиография, написанная INXS и Энтони Бозза.
Эта книга посвящена памяти Билла Бирса, Джилла Фэррисса, Джэка Пенгилли, Келла Хатченса и Майкла Хатченса.

1. ПРЕДИСЛОВИЕ.
Детальный обзор жизни, к счастью, с примечаниями.
Сколько, черт побери, я не могу вспомнить, но, к счастью, я тщательно вел дневник с 1979 года. Столько всего случилось во время нашей карьеры, что дневник стал моей памятью или резервной копией и спас меня от потери мельчайших деталей наиболее великолепных воспоминаний моей жизни. Я с удовольствием описываю далее события наших жизней так, как они разворачивались. Впервые, я сделал это давно, и мое намерение было, что в один прекрасный день мой дневник станет книгой о группе. Было жутко, когда я думаю о том, что мы дошли до того, что книга станет гарантированной хронологией нашей истории. Когда группа впервые собралась вместе, у меня было сильно предчувствие, что однажды, мы дойдем до того, что станем «великими». И мы стали. Я не могу точно сказать, как это случилось, но предчувствие стало сильнее, когда мы изменили название The Farriss Brothers на INXS и нас взял к себе первый настоящий директор, Гарри Моррис. Это была наша судьба.

Шла середина 1979 года, когда мы с Тимом были официальными менеджерами и сокровищами группы, соответственно, в первые годы группы. Мы собрались вместе, шесть школьных товарищей из северных районов Сиднея – и, на самом деле, мы остались вместе и стали близки после таких долгих подвигов в этом. Также, факт, несмотря на то, что мы пришли из места, такого далекого от остального мира, мы смогли продать свыше 30 миллионов записей, чем я до сих пор восхищаюсь. Мы не имели понятия, куда мы двинемся дальше, но знали, что куда-то двинемся, потому что мы знали одну вещь – наше звучание отличалось своей очень особенной химией.

Но вскоре, мы поняли, что талант и драйв были не единственными ингридиентами, которые были нам нужны. Позади любой успешной группы всегда стоят крутой менеджмент, приверженная звукозаписывающая компания, умный продюссер, понятливые агенты, преданные публицисты и неустанный дорожный пеерсонал, и, также, тяжелая геркулесова работа – и это еще не все. Любой группе нужны классные песни, настоящая вера в себя, время и гигантский ломоть удачи. Чтобы оказаться в букете Топ 10 по всему миру, все и всё должно быть на одной странице, работать вместе в правильное время.

Не спрашивайте меня, когда это случилось и как, это случилось со скоростью света. Внезапно, все начинают хотеть кусочек тебя и все говорят тебе, что ты клевый. Мы были вместе свыше десяти лет и заработали нашу успешную прибавку к жалованью. Мы росли по шагам, расширяя колличество слушателей территорией за территорией, страной за страной, до тех пор, пока не получили фэнов и почитателей по всему миру. Затем, спрос на нас взлетел выше, чем мы могли мечтать – и ничто не могло подготовить нас для этого. Это было великое путешествие, которое я полностью не могу объяснить и я не знаю кого-то еще, кто мог пройти через такое. Мы сделали все, чтобы остаться нормально стоять на земле и это было лучшее, что мы сделали. Нам помогало наше практичное австралийское воспитание, но были времена, когда мы просто смотрели друг на друга и говорили: «Это безумие!»

С внешней стороны, поражая довольно очаровательной внешностью, позвольте сказать вам, что было много моментов очарования, но они, по правде, были заработаны нами и не случились за одну ночь – чтобы стать такими, мы работали десять лет, выпустили шесть альбомов, проехали более миллиона дорог и пролетели через множество покровов воздуха. Мы встали на дорогу с самого начала, кучу дней мы громоздились в избитых машинах, пересекая огромные дистанции в Австралии и частенько все шестеро еле могли пошевелиться от давки внутри машины. Вернемся назад, мы счастливы, что сделали все это – наши машины были старыми и если бы мы застревали надолго на некоторых пустынных шоссе нашей страны, жара и голод могли убить нас как всех тех многих австралийцев, исследовавших те части век или два назад. Когда мы достигли пика своих шагов, мы не забывали кто мы и откуда – особенно, тот австралийский паб, где мы учились играть.

Австралийская сцена пабов в середине восьмидесятых была уникальной культурой, которой не могло уступить ничто – это были феноменальные, органические встречи талантов, времен и обществ. В Мельбурне, Сиднее и по всей стране мы могли выступать каждую ночь, иногда по два или три раза на разных площадках за один вечер. Это был ренессанс юности, дух поколений и рождение местного музыкалного самосознания. Места проведения были в изобилии – группа могла играть каждую ночь, весь месяц, в Мельбурне или в Сиднее и никогда не играть в одном и том же месте дважды. Не было никаких правил, так что музыка играла очень громко в задымленных, пропотевших, пропитанных пивом помещениях, которые были наполнены народом и жарой, а конденсация капала с потолков как дождь. На такой сцене, как эти, нужно было очень быстро отработать и дать аудитории то, что она хотела слышать. Если вы не могли раньше резать по живому, вы вскоре узнали бы это. Пожарные кодексы и ограничение толпы в то время не действовали – люди прибывали до тех пор, пока помещение могло заполняться. Естественно, эти правила разводили множество драк, даже если в маленьком помещении негде было развернуться и было позволительно дать только небольшой толчок. Это было опасное, жесткое и безумное скопление фэнов. Большое скопление народа в пабах означало то, что записывающие компании заинтересованны записать с вами то, что было на вашей демо кассете.

Те времена были в Австралии – в конце семидесятых, а в начале девяностых сцены пабов медленно закрылись. Правительство, в конце концов, разрушило вечеринки, издав новые лицензионные законы и строгие законы по вождению в нетрезвом состоянии (хорошая вещь), и начало продавать билеты в места проведения, которые ограничивали вход посетителей, сделав, фактически, невозможным для кого-то после этого пошевелиться, встать от своих телевизоров и выйти куда-то. В то же время, взяла верх культура ди джеев и оглушительный звук помещений отошел от AC/DC, Midnight Oil и от нас – так быстро, что другие местные легенды, никогда так и не «справились» с этим интернационально, такие как Cold Chisel, the Angels, the Divinyls, Ричард Клэптон и многие другие – они перешли в гостиницы и рестораны. Позже, когда дела пошли хуже, новые правила разрешили пабам сделать помещения для «развлечений» ради бездумного разнообразия – место для автоматов, Покис, как мы их называем.

История повторилась, и я счастлив сказать, что времена изменились – или вернулись. Живая музыка в Австралии обрела новую популярность и дети, снова, хотят ходить и смотреть на живые группы и развлекаться, а не просто смотреть как ди джеи играют музыку. Хотя, не будет все так как было, но тогда был дан замечательный всплекс в живой сцене и несметное колличество пабов снова вернулось к живым исполнениям.

В 1983 году мы оставили нашу родную страну и отправились завоевывать Америку и весь мир. Это заняло очень много времени и состояло из тяжелой работы, но мы сделали это, и когда вернулись в Австралию, то были слишком популярны, чтобы играть в пабах. Я помню, что реализация, больше, чем что-то другое, поразила меня масштабом нашего растущего успеха, когда я вернулся домой. Я был горд и печален – это был классический случай «будь осторожен со своими желаниями»...

Друзья постоянно комментировали то, какими мы счастливчиками были, повидали так много интересных мест и хороших вещей – и я не могу не согласиться с этим. Я всегда был благодарен всему тому, что принесла мне моя карьера, включая путешествия. Но реальность была такова, турне шли без остановок: мы видели аэропорты, шоссе, отели, сцены, наши инструменты, аудиторию, гримерные, и может быть, если мы ехали в течении ночи в следующий город, то смотрели на бары и многочисленные ночные клубы, с полузакрытыми веками. На следующий день все повторялось уже в другом месте. После того, как мы проходили и через следующее месте, оно напоминало нам предыдущее, но чем больше было таких вещей, как головкружительные добавления ужинов от щедрой звукозаписывающей компании, очень классный личный самолет, украшенный логотипом INXS на хвосте, обалденные зрелищные стадионы под завязку по всему миру, массивные качающиеся рампы сцены, ящики Дон Периньон после концертов за сценой, куча наград, груды почестей в печати и других источниках, и многочисленные вечеринки в нашу честь, тем больше я думал о нечеловеческих возможностях. Также, вокруг нас было непрерывное скопление незнакомцев и «новых лучших друзей», предлагающих нам все или даже больше, чем все (приправленное химией и натурализмом), включая их собственные тела.

Многие люди мечтают обо всем этом, но по правде, это была наша работа. У нас было время для развлечений, конечно, но большую часть мы действительно тяжело работали. Очень жестким испытанием было то, что мы слишком долго находились вдали от наших семей и любимых – это было великое жертвоприношение. У нас была миссия стать великой группой и мы не собирались останавливать преобладание над миром; мы были привержены своему делу, неважно что нам это стоило. У нас была наша забава, у каждого со своими ограничениями, но никто из нас не позволял затухать работе. Я с гордостью могу сказать, что каждый, кто был в группе, неважно насколько мы заходили далеко в самопотворстве, не позволял пасть остальным. Даже в самые дикие времена, после долгих ночей, когда мы чувствовали себя хуже, чем в первый раз, когда мы вдребезги напивались (я думаю, все знают, что я имею ввиду), мы всегда находили силу в себе и делали наши выступления соответствующими и мощными. Я рад, что мы очень долго продержались на верхушке, потому что мы выучили наиболее важный урок: шоу и выступления должны быть на первом месте. Без них не будет аудитории, а без аудитории не будет и группы.

Все шестеро выросли вместе. Мы семья, половина из нас по крови, а вторая половина по духу и взглядам. Мы менялись, взрослели, развивались, находили себя и укрепляли наши связи с другими, прожив тысячи часов в автобусах, которые стали нам ближе, чем родные дома. Вместе, мы смотрели фильмы в этих автобусных путешествиях, слушали музыку, выдумывали наш собственный язык, и имели много веселья и смеха просто зависая вместе. Мы были клубом, бандой, единым целым, братьями, которые прошли через все это вместе.

Множество книг было написано о нас за все эти годы, многие из них о смерти Майкла, но ни одна из них не была санкционированна нами, и ни одна не была написана со стороны наших взглядов. Мы всегда были тесно связанной группой, и лучше не говорить ничего, чем удостаивать ложные обвинения ответом. Майкл соврешенно точно описал наши взгляды в припеве: «Dancing on the Jetty»: «Watch the world argue, argue with itself». Мы всегда держали наши карты закрытыми у нашей груди, потому что мы всегда знали кто мы на самом деле. Я уверен, что это вредило нам в какие-то времена, но это было – мы не могли пойти другим путем.

Эта книга история группы в те времена, когда Майкл был жив, и она единственная, которую мы поддержали и принимали участие в написании. Это наш потрет и лучшие воспоминания, правда и честность нашей жизни в INXS. Эта книга о нас, о том, какими мы всегда были. Позор, что Хатч сегодня не с нами и не может добавить чего-то в нашу историю в своей манере. Мы очень сильно скучаем по нему. Мы сделали все, чтобы на этих страницах рассказать о нашем ушедшем брате, обнажив свои души тогда, когда стали готовы к этому. Мы всегда заручались поддержкой тех, кто знал Майкла и мы были готовы и желали сделать так, чтобы наша история жила.

Так много рассказано историй, намного больше, чем этот сборник может содержать. Это был страшный, откровенный процесс вложить двадцать лет жизни в печать. Я очень рад, что мы нашли Энтони, который сложил все кусочки вместе. Все многочисленные друзья, семьи и профессионалы, у которых он брал интервью, хорошо отзывались о его честности и чувствительности во время процесса. Было совершенно невозможно найти и включить каждую личность, которая играла свою роль в наших жизнях и в истории группы – и, по правде говоря, некоторые не захотели принимать участие по их собственным причинам. Составление этой книги и создание нашей истории, оказалось очень высокой задачей для всех нас, и я хочу поблагодарить всех, кто внес свой вклад воспоминаний, размышлений и лично работал над книгой. Мы сделали величайшее дело, чтобы наша история была правдоподобной и я надеюсь, вы получите удовольствие читая о том, как мы проходили через лучшие и худшие времена.

По моим подсчетам, как я оцениваю все это лично, я встретил более миллиона людей в последние три десятилетия. Некоторые из них вошли в нашу жизнь и очень быстро исчезли. Другие остались с нами по сей день, неважно, вижу ли я их каждый день, или они просто ушли туда, откуда пришли и неважно, сколько времени мы общались. Каждый из них, внес что-то в историю INXS – и это колоссальная правда. От всего сердца, я благодарю всех вас от нашего имени. Одинаковое спасибо всем и каждому нашему фэну – каждому из вас, кто покупал наши записи и приходил на наши концерты. Мы прекрасно отыграли свыше трех тысяч концертов и, как я говорил ранее, что за группа без аудитории? И снова, спасибо вам всем.

Это была совершенная жизнь и совершенное путешествие и я знаю, что могу сказать за всех моих товарищей по группе и братьев, если я скажу, что я не хочу ничего менять – но я отдал бы все, чтобы наш друг Майкл был здесь сегодня вместе с нами. Он ушел от нас слишком скоро, слишком молодым, слишком быстро и слишком хреново, потому что если и есть та вещь, которую я знал во время нашей прошлой жизни, это то, что Майкл любил все это. Он любил слова, он любил чувства, он любил все это во всей своей сложности, ему нравилось быть человеком во всем его экстриме – и больше всего, он любил находить язык, который делал его неощутимо уникальным.
Заканчиваю церемонии, читайте нашу историю.

- Кирк Пенгилли,

Сидней, Австралия, Апрель 2005.

^ 2. МЫ ПРИШЛИ ИЗ СТРАНЫ ГАРАЖЕЙ.
В конце середины семидесятых, братья Фэрриссы и их новые музыкальные братья разделились на группы – до тех пор пока гены и болезнь не свели их вместе.

Трое Фэрриссов валяли дурака в группах своего собственного дизайна несколько лет, прежде, чем Тим открыл понятие, что они должны быть все вместе как одно целое; это видение пришло к нему пока он валялся в постели. Тим был сражен наследственным заболеванием костей экзостозом, а в 1997 году ему стала необходима очень болезненая процедура во время которой удалили две костные шпоры в ногах. Тима отправили в семейный дом Фэрриссов в Белроуз, на несколько недель, где уложили в постель и он мог только слушать как два его брата играют музыку в семейном гараже или в своих комнатах.

«Я так сильно болел и все время смотрел в окно, наблюдая как Эндрю и его друзья идут в гараж, чтобы поиграть, - вспоминает Тим Фэррисс, - Я знал Гэрри еще со школы, но никогда не думал, что он такой клевый, потому что он зависал с «мясными пирогами» – парнями, которые думали только о спорте. Я лежал и слушал как ребята играли с Джонни на барабанах и все, чего я хотел, встать и присоединиться к ним. Я тогда думал: Почему бы нам не сделать что-нибудь вместе? Мне не нужно искать новую группу, она уже есть».

Гараж Фэрриссов нарушил покой как никогда прежде и стал таким достижением, что они оставляли двери открытыми, чтобы соседи могли открыть для себя их джэмы. Слава богу, семья была награждена терпеливыми соседями, они останавливались и слушали, чаще, чем просили закрыть дверь.

«Наши соседи были великолепны», - говорил отец Дэннис Фэррисс, - «На самом деле, они звонили мне и говорили как мило было слышать, что дети репетируют, вместо того, чтобы слоняться по соседству и безобразничать. Только один раз нам позвонил кое какой парень, но я думаю, это был розыгрыш. Он пожаловался, что его жена страдает от мигрени из-за того, что мальчики постоянно играют. Когда я спросил его, где он живет, он назвал улицу, которая находилась в пяти милях от нас. Я уверен, что это был один из тех семей на нашей улице, которых это доставало».

Гараж Фэрриссов стал рок-н-ролльной сценой, домом для Dr. Dolphin (Эндрю, Гэрри и других), также, как Тим и Кирк развивали и добавляли разнообразие к юной команде, с которой Джон любил поиграть джем. В этом пространстве для двух машин всегда кто-то тусовался – это было время, в которое вливался местный талант. У Тима было видение и он знал как и где он мог сделать все это реальным.

Пока Тим и Кирк были в Guinness, они арендовали склад, который ранее принадлежал продавцу овощами на Авалон Бич, и превратили его в студию. Они разбили его на комнаты и притащили туда современное оборудование, четырех-трековый записывающий магнитофон, все таки их бюджет в то время был ограничен. Это была штаб-квартира Guinness: они записывались, устраивали вечеринки, репетировали и это было особенным во время в тот год, когда Guinness были вместе. Когда группа развалилась, они сдали свою базу другим группам, так как местоположение было оборудовано и удобно, чего хотела любая группа.

Тим договаривался о встрече с другими группами на записывающей базе Guinness. Тот день был роковым, когда впервые собрались все члены группы, которая стала вследствии группой INXS. Они просто играли джэм; песню которая свела их вместе и которую они записали в тот день. Это была песня Боба Марли “I Shot the Sheriff”, хотя, их версия была ближе к манере Эрика Клэптона. К ним присоединился пианист, которого знал Тим и который обладал большим навыком, чем кто либо: он был безрукий и безумно искусен в своей игре.

«Он был изумителен, на самом деле, - сказал Тим, - Он играл ногами, он ел ногами, он все делал своими ногами гораздо лучше, чем люди у которых были руки».

После первой записи, большинство парней решили остаться в группе – все, кроме Кирка. Он присутствовал с самого начала роковой записи, но после того, как Guinness распались, он решил, что его концертные дни пришли к концу.

«Я пел и писал песни в Guinness, но, однажды, Дэвид Стюарт вернулся в Калифорнию и я решил сделать перерыв, - вспоминает Кирк, - Я просто не был уверен в том, чего я хотел делать по музыкальной части. Тот день был замечательным, но я все равно не был уверен в том, что я хотел делать. Тим доставал меня шесть или больше месяцев и я, в конце концов, купил музыкальное комбо Music Man и мы сделали собственное маленькое персональное устройство. И все началось»

Студия Guinness стала местом, где ребята играли, записывались и репетировали до тех пор, пока не закончилась аренда. Сегодня, это место переделано в странный деревенский стиль, аллея в четыре магазина, которую вполне можно пропустить, если ехать на машине. Теперь там парикмахерский салон и салон красоты «Норма Джин», котороым заправляет милая женщина по имени Лиз, и которая вспоминает дни, когда овощной склад был переделан в студию, а еще она вспоминает худощавых пацанов, которые проводили свое время играя музыку. Довольно странно, но Лиз эта, также, была тетушкой Джэймса Моррисона, одаренного трубача, который записывался с INXS спустя два десятилетия. Согласно Тетушке Лиз, родители Моррисона не проявляли того же терпения, выказываемого неоперившимися птенцами Фэрриссами, в те годы, когда он оттачивал свое мастерство. Когда его духовой инструмент становился невыносим для родителей, они отсылали его прогуляться около воды: изгнаный мрачной семьей, он отгребал на середину залива, который был расположен перед их домом и дул в свою трубу, как только оказывался вдали от радиуса действий.
По очевидным причинам, группа, которая могла бы быть INXS, назвала себя the Farriss Brothers, и вскоре они дали концерт, так как делали все неоперившиеся музыканты.

«Мне в то время было шестнадцать, а Тим уже вышел из средней школы, - говорит Джон, - Он работал в агентстве Тойота, как и Кирк, поэтому мы дали концерт на их парковочном участке, как рекламный. Я не понимаю, как это могло повлиять на их продажи?»

В любом случае, их первый настоящий концерт был больше похож на ночную поездку с Ником Нолти: дикую, расточительную и с отклонениями. Все проходило в доме на Вэйл Бич. И хотя, от районов, где выросли the Farriss Brothers было недалеко, это было все равно как другой мир. Северные пляжи Сиднея покрыты белым песком, драматичными холмами, пышной листвой, а вода голубая как небо. Эта зона была выстроена в стиле сборной архитектурной солянки 1950-х Голливудских Холмов, в грубоватом новаторском духе предгорий Вермонта, в стиле безупречных, широких серф пляжей Гаваев, а листвой были покрыты все деревья – все это, каким-то образом, делало сцену невозможной. Тенистые, узкие дороги, ведущие вниз к лиственным холмам, открывали обзор на море на каждом повороте; как маленькие городские пляжи на побережьях Калифорнии, один участок под деревянными домами, другой под пляжными лачугами.

«В том веке, подобные участки были строго местами для семейного отдыха или для тех, кто уже вышел на отдых, - говорит Эндрю, - Это не было местом, где можно растить семьи. Там были только постоянные жители, которые не уезжали оттуда где они жили и такое можно было бы назвать «альтернативным стилем жизни»«.

Северные Пляжи в семидесятых были таким местом, где в изобилии были наркотики, а друг Кирка и Тима мог спокойно провозить в страну гашиш нафаршировав им щели его серферской доски.

«Там была целая толпа серферов, которые продавали косяки чаще, чем сидели безработными, - говорит Кирк, - Однажды, группа парней, которых мы знали, затолкали в свои швы кислоту Виндовпэйн, пришедшую из шестидесятых, и она была в моде почти десять лет. Это была такая клевая штука, такая чертовски внушительная».

* Виндовпэйн (Windowpane) кислота это легендарный наркотик из психоделических преданий. Предполагается, что он крепче и более медитативный, чем ЛСД. Это была штука времен Вудстока, Хендрикса, Grateful Dead, Тимоти Лири, Алодоуса Хаксли и всех тех, кто, должным образом, сидел на дозе.

Правила, наркотики и жители объединились, чтобы создать сцену, где все было разрешено, возможно и приветствовалось.

«Все постоянно бегали вокруг голыми, - рассказывает Кирк, - Можно было зависать на веранде, где было ужасно дымно, можно было взять немного кислоты и любоваться солнцем на восточной стороне. Мы слушали музыку или сидели с гитарами и практиковались в гармонии. Это было настоящее хиповство».

Дом, в котором the Farriss Brothers отыграли свой первый концерт был немного странным: покосившийся, уютный коттэдж резко вдавался в спутанный лесной склон. Он все еще жив, туго изогнутый, а позади скользский, крутой и высокий, как вертиго, вместе с его набором ступенек.

16 августа, 1977 года было двадцатое день рождения Тима. Этот день группа вспоминает как связанный с историей – он совпал с датой смерти Элвиса. (Фэны выработали теорию заговора, не стесняйся начинать свой круг отсюда) Тим жил в доме с директором фильмов и его подругой. По всей видимости, директор фильмов перенес множество инцидентов (некоторые из которых просто случались на крутой лестнице дома) и, непосредственно ему, доктор Филгулд прописал бесконечный запас Мандракса, успокительное средство из ряда барбитуратов, который был популярной пилюлей на всех вечеринках Австралии в середине семидесятых. Гости на дне рождения злоупотребляли бездонным рецептом, забрасываясь пилюлями направо и налево.

«Я очень рано понял в ту ночь, что был самой трезвой личностью, - вспоминает Гэрри, - Я был за рулем. Я занес на все те три сотни ступенек разные инструменты и наблюдал как все падали, пока играли. Я помню, что тогда думал, что я делаю в этом деревянном доме, выстроенном на утесе, когда все четыреста других людей просто соврешенно никакие. Это было странно».

Когда люди принимают Мандракс, они становятся глупо выглядящими, а потом быстро превращаются в кашу, но прежде, чем это происходит, случаются всякие побочные эффекты: «Этот препарат приводит, главным образом, к возбужденному состоянию, - говорит Кирк, - Если вы заглянете на вечеринку, где все под Мандраксом, вы увидите людей, которые исполняют оргии, а потом ничего не помнят».

INXS всегда были поразительно замечательной живой группой, несмотря на то, что в юности имели большой опыт, ведь это был хороший шанс, когда они играли на той вечеринке. Конечно, даже если они и были совершенным дерьмом, их аудитории они все равно понравились. Их слушателям в ту ночь нравилось все, что они слышали, да еще так сильно, что многие не захотели уходить; и многие из них не ушли. В конце фестивался в гостинной и на дороге, было очень много пострадавших от Мандракса, а крутые ступеньки были покрыты телами до самого обеда.

«Наши родители, я помню, зашли на эту вечеринку, и мне пришлось иметь разговор с отцом на следующий день, - говорит Джон, - Он сказал: «Сын, какая замечательная вечеринка. Но мне кажется, нужно добавить немного бодрости на ваше шоу. Вы все играли очень хорошо, но мне жаль вас, потому что вся ваша группа просто засыпала на ходу».
После той ночи the Farriss Brothers стали официальной группой и они начали выступать где только могли. Вскоре, они стали регулярной бандой в пляжных обществах на Авалоне и по всем Северным Пляжам Сиднея, где находились местные серф клубы, приглашающие живые группы каждые выходные. Серф клубов было больше, чем мест, где спасатели и любители покататься на волнах встречались и общались на перерывах; клубы были тогда и они есть сейчас, которые похожи сегодня на центры развлечений для всего города. Также, были Returned Services League Clubs, которые правительство создало для ушедших на покой военных. Клубы RSL, это американский эквивалент, только австралийская версия имеет отличие, там намного больше веселья. Такие клубы прекрасно располагались в соседних пабах, маленьких казино, кафетериях и в отелях. Во всех этих точках были места для встреч и там встречались местные всех возрастов и если вернуться в семидесятые, то можно услышать звуки the Farriss Brothers. В то время ребята играли лучшие кавер-версии семидесятых: Steely Dan, Roxy Music, Deep Purple, Little Feat. Также, они всегда пополняли свой набор песен своими настоящими композициями, которые вначале звучали в диапазоне Майкла Фрэнкса – стильный джаз.

The Farriss Brothers турнировали по пляжным городкам, выступая вечерами, а днем для Билла Бакла, владельца центра Тойота. Тим, Кирк, Эндрю и Майкл стали выпускниками, пока Джон корпел за книгами в средней школе. Тим и Кирк работали у Билла несколько лет (интересно, кто нибудь называл его «Задницей» за спиной?). Там нашлась также работа и для Эндрю, которой он крайне предпочитал место повара, ну если можно было назвать так работу в Жареных Курицах Кентуки.

«Вот так мы и работали в агентстве по продаже машин, - вспоминает Эндрю, - Мы были доставщиками, механиками, что и делали довольно таки хорошо. Мужики на с которыми мы работали, хорошо к нам относились. У них было престижное отделение, где они продавали Мерседесы-Бенц и один из продавцов, однажды, поимел детали всей этой работы. Я сдавал на машине назад и влепился прямо в стоб, помяв одну сторону. Проадвец подошел ко мне и очень спокойно сказал: «Убирайся из машины и уходи. Я не хочу видеть тебя в этот день вообще. Может быть, и всю твою жизнь». Случайный удар Эндрю был забыт и он остался работать у Билла Бакла еще несколько лет. Было ясно, что агенством управлял очень терпеливый человек: так как репутация the Farriss Brothers росла, число выступлений увеличивалось, а колличество часов для сна резко уменьшалось.

«Мы ничего не могли с этим сделать, поэтому иногда мы были просто как зомби, - говорит Кирк, - Я не знаю, может они думали, что мы обкуренные, но мы не были. Мы ужасно уставали. Одна из моих обязанностей была расставить все машины на площадке, и держать аккамуляторы заряжеными. Таким образом, я начинал с одного конца и когда они все были заведены, я бежал на другой конец и выключал их. Несколько раз меня тряс мой босс, чтобы я проснулся, потому что я засыпал на сиденье одной из машин, а моя нога давила на газ».

Рабочие в конторе Билла Бакла позволяли Кирку ускользнуть поспать, из-за большой потребности в ланче.

«Я ясно помню, как на такой работе был важен ланч для более взрослых парней, которые работали с нами, - вспоминает Кирк, - Они начинали говорить об этом с утра. Иногда они посылали меня забрать их заказы из каких-нибудь ресторанов. И из-за того, что я мог готовить, я делал им раз в неделю горячий ланч – бараньи ножки с овощами на электрической горелке. Главный менеджер не разрешал этого, поэтому я готовил снаружи на площадке, пригибаясь между двумя рядами машин».

Билл Бакл и его команда того века заслуживают похвалы. Надо думать, что все те мужчины совсем другого поколения, нежели ребята из группы, с которыми они работали, признавали, что их юные коллеги не стремились к карьере в автомобильном агентстве. Они знали, что все музыкальные амбиции шли на первом месте и вскоре они заслужат долю успеха к которой они летели, причем это произойдет намного быстрее, чем выйдет следующая импортная модель, навороченная и упакованная сладким финансовым пакетом. И да, они улетели, но не к успеху. Успех пришел позже. Они уехали на целый год, уверенные, что вот-вот это случится, а когда они вернулись, разбитые и потерянные, Бог благословил Билла Бакла, чтобы он вернул мальчикам прежнюю работу.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Похожие:

Story to story iconHow effective is Wilkie Collins at creating an atmosphere of suspense...

Story to story iconСанфайер История Воина Бретарианца “ a story of a Breatharian Warrior” by Jericho Sunfire
Данный перевод является неофициальным переводом книги “a story of a Breatharian Warrior” на русский язык и он не был согласован с...
Story to story icon'As you know, it's a long way to Canterbury. You need to stay happy...

Story to story iconThe unforgettable, heartbreaking story of the unlikely friendship...

Story to story iconUnforgettable, heartbreaking story of the unlikely friendship between...

Story to story iconProse contemporarySetterfieldThirteenth TaleThirteenth Tale by Diane...

Story to story iconThe story of radio begins with Joseph Henry, an American physicist,...

Story to story iconGenre prose contemporary Author Info Khaled Hosseini The Kite Runner...

Story to story iconLove historyRipleyback to Tara. . . to Scarlett and Rhett. . . and...

Story to story iconGive a review of a film you have recently seen and liked (disliked)....

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница