История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9


НазваниеИстория Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9
страница16/38
Дата публикации25.03.2013
Размер6.87 Mb.
ТипРеферат
userdocs.ru > Право > Реферат
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   38


Примечания



133 О влиянии на Геродота документальной прозы см.: Доватур А. И. Повествовательный и научный стиль Геродота. Л., 1957. С. 13 слл. назад
134 С этой целью в октябре 548 г. Крез послал в Пелопоннес свое доверенное лицо - Еврибата из Эфеса - с большой суммой денег. Но последний оказался предателем и вместе с деньгами перешел на сторону Кира (Ephor. FgrHist 70 F 58). назад
135 Геродот говорит о почетном декрете дельфийцев в честь Креза и лидийцев. Мы согласны с мнением А. И. Доватура, что "сообщение Геродота прямо и непосредственно основано на документальном источнике". Аргументацию А. И. Доватура см. в кн.: Доватур А. И. Повествовательный и научный стиль Геродота. С. 28 слл. назад
136 О потенциальных возможностях Персии мало что знали даже дельфийские жрецы, лучше, чем кто-либо в Греции, осведомленные о геополитической ситуации в мире. Так, знаменитый оракул, данный ими Крезу, свидетельствует не столько о желании уйти от ответственности за неверное пророчество, сколько об уверенности дельфийцев в абсолютном превосходстве Креза на Востоке. См.: Кулишова О. В. Дельфийское жречество и лидийские правители // Жебелевские чтения - 1. Тезисы докладов научн. конф. СПб., 1998. С. 26 слл. назад
137 В том же духе можно толковать и слова Кира, обращенные к спартанскому посольству, где он всех эллинов (надо полагать, и спартанцев) причисляет к разряду базарных торговцев (Her. I, 153 - "Я не страшусь людей, у которых посреди города есть определенное место, куда собирается народ, обманывая друг друга и давая ложные клятвы"). В середине VI в. эти обвинения персидского царя, обращенные к спартанскому глашатаю, не выглядели слишком преувеличенными. назад
138 Cartledge P. Sparta and Lakonia. P. 143. назад
139 Clauss M. Sparta. S. 26. назад
140 How W. W., Wells J. A Commentary on Herodotus. Vol. I. Oxford, 1912. P. 125. назад
141 Фукидид (I, 18, 1) и Аристотель (Pol. V, 8, 18, 1312 b) относят тираноборческую деятельность Спарты к VI в. Плутарх в своем трактате "О злокозненности Геродота" перечисляет поименно изгнанных спартанцами тиранов: все они за исключением тех, о которых нет точных данных, относятся также к VI в. Таким образом, поход спартанцев против Поликрата хронологически вполне вписывается в эту схему. назад
142 У самих спартанцев было немало претензий к пиратам Самоса, действующим под патронажем Поликрата. Так, по свидетельству Геродота, те похитили у спартанцев кратер, посланный ими в дар Крезу, и панцирь, подарок Амасиса (III, 47; cp.: Plut. De mal. Her. 21). Но и сами спартанцы так же, как и многие другие греки архаического периода, обладающие флотом, возможно, промышляли пиратством. Они, конечно, с радостью воспользовались "законным" поводом пограбить богатый Самос. назад
143 Grundy G. B. Thucydides. Oxford, 1911. P. 230 ff. назад
144 Геродот рассказывает о неудачной попытке Аристагора, тирана Милета, подкупить царя (V, 51). По версии Геродота, только дочь Клеомена Горго сумела удержать отца от данного позорного поступка. назад
145 Диодор сообщает, что подобному решению предшествовали дебаты в герусии и апелле: "Молодежь и другие спартанцы ревностно ратовали за восстановление спартанской гегемонии, считая, что если они это сделают, то получат много денег..." (XI, 50, 2-3). Однако верх взяло мнение герусии, и Спарта отказалась от своих претензий на гегемонию (Diod. XI, 50, 7).назад
146 Ту же версию, что и Фукидид, дает Диодор (XI, 44-45); см. также: Plut. Arist. 23; Cim. 6. назад
147 Schaefer H. Pausanias // RE. Bd. XVIII. Hbbd. 36. 1949. Sp. 2577. назад
148 Gomme A. W. A Historical Commentary on Thucydides. Vol. I. P. 431 f. назад
149 Дандамаев М. А. Политическая история Ахеменидской державы. М., 1985. С. 172 сл. О дискуссии по поводу аутентичности этих писем см.: Паршиков А. Е. Павсаний и политическая борьба в Спарте // ВДИ. 1968. № 1. С. 129 сл.; Oliva P. Sparta and her Social Problems. Prague, 1971. P. 148 f. назад
150 Далеко не все исследователи считают достоверной ту часть рассказа о Павсании, где речь идет о его связях с Персией. Так, по мнению А. Е. Паршикова, все обвинения против Павсания были сфабрикованы совместными усилиями спартанских эфоров и афинских политиков (Паршиков А. Е. Павсаний... С. 130 сл.). назад
151 Мищенко Ф. Фукидид и его сочинение // Фукидид. История. Пер. Ф. Мищенко. Вып. II. СПб., 1888. С. 191. назад
152 Это было не столь уж невероятно, как может показаться с первого взгляда. Павсаний, бесспорно, был очень богатым человеком. Неограниченный персидский кредит (Thuc. I, 129; Diod. XI, 44) и большие средства, полученные в бытность его общесоюзным главнокомандующим (Her. IX, 81), внушали Павсанию уверенность в реальности любой политической авантюры. С помощью денег и связей он надеялся успешно решить стоящие перед ним политические задачи (Thuc. I, 131, 2). назад
153 Beloch K. J. GG. 3. Aufl. Bd. II, 1. Berlin, 1927. S. 156. Ср., однако, с ситуацией в Лидии, где подобные браки были, по-видимому, в порядке вещей. Так, тиран Эфеса Мелан был женат на дочери лидийского царя Алиатта и сестре Креза (Aelian. V. h. III, 26). Сам Алиатт имел жену-ионянку (Her. I, 92). назад
154 А. Гомм, комментируя слово dusprovsodo" (досл. "недоступный", "труднодоступный"), заметил, что "царская власть в Спарте не несла с собой каких-либо атрибутов восточной или новой монархий и, во всяком случае, не означала для граждан невозможности общаться со своими царями назад
обычным порядком" (Gomme A. W. A Historical Commentary on Thucydides. Vol. I. P. 433)назад
155 Вопросы датировки этого и последующих событий, связанных с Павсанием, разобраны в статье В. М. Строгецкого (Строгецкий В. М. Политическая борьба в Спарте в 70-е годы до н. э. (дело Павсания) // Проблемы античной государственности. Межвуз. сб. Л., 1982. С. 74 слл.). назад
156 Так, Гиппий являлся правителем подвластного персам Сигея на Геллеспонте (Her. V, 91, 94). У Фемистокла во владении было три города - Магнесия, Лампсак и Миунт, причем в Магнесии он даже чеканил монеты со своим собственным именем (Thuc. I, 138, 5). В Лампсаке еще спустя несколько веков чтили память Фемистокла, а его потомки пользовались там почетными правами (Plut. Them. 32). Демарат и его потомки владели Пергамом, Тевфранией и Галисарной в Мисии, а Гонгилу из Эретрии, посреднику между персами и Павсанием, было даровано четыре города в Мисии, которые еще в начале IV в. находились в руках у его потомков (Xen. Hell. III, 1, 6). назад
157 Из всех источников только у Юстина речь идет о семилетнем пребывании Павсания в Колонах (IX, 1, 3). назад
158 Вероятно, что, по крайней мере, двух из пяти эфоров Павсаний сумел подкупить. Возможно, именно эти эфоры в момент ареста дали ему возможность бежать (Thuc. I, 134, 1). назад
159 Точная дата гибели Павсания неизвестна. Скорее всего, как думает М. С. Куторга, это случилось в конце 476 г. (Куторга М. С. Персидские войны. СПб., 1858. С. 155). назад
160 Comicorum Atticorum Fragmenta. T. I. Leipzig, 1880. Fr. 119-121. назад
161 О греках в Персии до Александра см.: Walser G. Zum Griechisch-persischen Verhдltnis vor dem Hellenismus // Historische Zeitschrift. Bd. 220. 1975. Hf. 3. S. 529-542; Starr G. Ch. Greeks and Persians in the IV Century B. C. // Iranica Antiqua. Vol. XI. 1975. P. 39-99. назад
162 Конечно, тема Каллиева мира - одна из дискуссионных проблем греческой истории V в. В научной литературе есть тенденция к тому, чтобы поставить под сомнение наличие мирного договора. Но, как нам кажется, прибегать к такой решительной ревизии традиции не обязательно. К дискуссии о Каллиевом мире см.: Лурье С. Я. Примечания к "Кимону" // Плутарх. Избранные биографии. М.; Л., 1941. С. 391 сл.; Дандамаев М. А. Политическая история Ахеменидской державы. С. 188-193; Строгецкий В. М. Проблема Каллиева мира и его значение для эволюции Афинского морского союза // ВДИ. 1991. № 2; Bengtson H. GG. 4. Aufl. Munchen, 1964. S. 212. назад
163 Сlassen J. Thucydides. Erklдrt von J. Classen. 2. Aufl. Bd. VIII. Berlin, 1885. S. 9 f. назад
164 Лурье С. Я. Примечания к "Кимону" // Плутарх. Избранные биографии. С. 392. назад
165 См., например: Eddy S. The Cold War between Athens and Persia, 448-412 B. C. // ClPh. Vol. 58. 1973. № 4. P. 214-259. назад
166 Насколько сильным в некоторых городах было тяготение к Персии, видно на примере осады Кимоном Фаселиды в Ликии. По словам Плутарха, жители этого города, хотя "и были родом греки, не приняли флота и не пожелали отпасть от царя" (Cim. 12). назад
167 Grundy G. B. Thucydides. P. 380 f. назад
168 По мнению С. Я. Лурье, "восстание на Самосе было частью большого плана, задуманного Персией вместе со Спартой... Вероятно, предполагалось лишить Афины морского господства и передать его Самосу, который, войдя в Пелопоннесский союз, должен был стать проводником спартанской политики" (Лурье С. Я. История Греции. С. 366). Этот слишком смелый вывод С. Я. Лурье делает на основании краткой реплики Фукидида: у него коринфяне в речи, произнесенной в Афинах перед началом Пелопоннесской войны, утверждают, что только благодаря их усилиям спартанцы не оказали помощи восставшему Самосу (I, 41, 2). назад
169 А. Гомм считает, что Аристофан говорит о реальном посольстве (Gomme A. W. A Historical Commentary on Thucydides. Vol. III. P. 499). С. Эдди относит это посольство к 431 г. и даже пытается очертить тот круг вопросов, который мог обсуждаться в ходе переговоров (Eddy S. The Cold War... P. 253). назад
170 Поисками союзников среди "варваров" были озабочены в равной степени и Афины, и Спарта. На какие ухищрения они при этом шли, легко показать на примере союза, заключенного афинянами с фракийским царем Ситалком. В ход было пущено все, даже объявление сына Ситалка "потомком древних афинских царей" и дарование ему гражданских прав в Aфинах (Thuc. II, 29, 5; 67, 2). Аристофан в "Ахарнянах" едко высмеивает подобную манеру ухаживания за фракийцами. У него афинский посол говорит:
Все это время пировал с Ситалком я.
Необычайно предан он афинянам.
На всех стенах в знак этой дружбы искренней
Он написал "Афиняне хорошие" (141-145).171

Очевидно, это было только формальное возобновление старого договора в связи с переменой царя. Но в сложной обстановке военного времени даже простое возобновление Каллиева мира становилось дипломатическим событием большого масштаба. Фукидид ничего не говорит об афино-персидских переговорах 423 г. Трудно найти приемлемое объяснение его молчанию, но фактом остается то, что в V-VII книгах (424-413 гг.) его "Истории" никакой информации о Персии нет вообще. Объяснение Э. Эндрюса, что в момент написания этих книг Фукидид еще не осознавал значения персидского фактора, вряд ли можно считать удовлетворительным (Andrewes A. Thucydides and the Persians // Historia. Bd. 10 1961. Hf. 1. P. 1 и passim). Как бы то ни было, большинство исследователей все-таки верит, что в 423 г. состоялось возобновление Каллиева мира. При этом они используют не слишком ясный текст Андокида (III, 29), который, однако, поддерживается документальным источником (IG, II2, 8). См., в частности: Andrewes A. Thucydides and the Persians. P. 2 ff.; Mattingly H. B. Athens and Persia: Two key documents // Philologus. Bd. 119. 1975. Hf. 1. P. 48-51. назад

Глава IV
Спартанская илотия

^ 1. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ И ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ИЛОТОВ
- 209 -
Слово "илот" (ei{lwte"), как в свое время доказывал К. О. Мюллер, скорее всего, является формой пассивного перфектного причастия от не употребляющегося глагола eJlei'n и буквально означает "взятый в плен", "военнопленный". Большинство грамматиков древности толковали этот термин именно так - пленные, ставшие рабами. В "Etymologicum magnum" под словом eiJlwteuvein значится: "илоты - те, которые заселяют Мессению в Пелопоннесе, не исконные рабы лакедемонян, но некогда ими покоренные". Таково устоявшееся мнение, которое без всяких комментариев повторяют Лиддель - Скотт1, а также Э. Буассак и И. Гофманн в своих этимологических словарях2. Более осторожную позицию занимают П. Шантрэн и Г. Фриск3. Они указывает на то, что, как и многие другие наименования рабов, это слово не имеет ясной этимологии, хотя оно все же предпочтительнее варианта, впервые появившегося у Гелланика (Harpocr. s. v. eiJlwteuvein), согласно которому слово ei{lwte" ведет свое происхождение от названия города Гелоса в Лаконии ( {Elo" - дословно "болото", "болотистая местность"), жители которого первыми были превращены в илотов4.

- 210 -
По словам П. Шантрена, это маловероятно исторически и совершенно невозможно фонетически5. Весьма характерно, что Д. Лотце, в своих исследованиях много внимания уделивший проблемам илотии, подобно П. Шантрену и Г. Фриску, осторожен в своих высказываниях относительно этимологии слова ei{lwte". Он не считает общепринятую этимологию вполне надежной6.

Платон утверждал, что в греческом мире не существовало единой оценки илотии: "Чуть ли не всем эллинам лакедемонская илотия доставила бы величайшее затруднение и возбудила бы споры: по мнению одних, это хорошее учреждение, по мнению других - плохое" (Leg. VI, 776 c-d / Пер. А. Н. Егунова). Древние авторы, включая Платона, выражают сложившееся у греков впечатление относительно илотии как особой форме рабства. Античная традиция отличала илотов от рабов классического типа по целому ряду параметров: и по времени их появления, и по способу приобретения, и по коллективному владению ими, и по особому экономическому и правовому положению. Так, согласно Феопомпу, илотия возникла раньше покупного рабства и была результатом порабощения ахейцев, населявших Лаконию до завоевания ее дорийцами (ap. Athen. VI, 265 b-c). Дорийцы, согласно преданию, фигурируют не только в качестве изобретателей спартанской илотии. Античная традиция делает их авторами и других сходных с илотией форм зависимости (речь идет о дорийцах Крита, Фессалии, Сиракуз, Гераклеи Понтийской, Византия). Причину возникновения всех этих "нетрадиционных" форм зависимости древние авторы видели в завоевании и подчинении местного населения. Согласно Страбону, мноитами на Крите было местное додорийское население, завоеванное дорийцами (XII, 3, 4, p. 542). То же самое говорит и грамматик Гермонакт (время жизни неизвестно), автор критского глоссария, который нам известен лишь через цитирующего его

- 211 -
Афинея. У него мноиты - туземные (ejggenei'")7 рабы (ap. Athen. VI, 267 c).

Историческая традиция отметила и не характерные для классического рабства отношения собственности, в которые были включены илоты: вся совокупность спартанских граждан совместно владела землей и илотами. Недаром древние авторы называли землю, отведенную под наделы, "государственной" или "общественной землей" (politikh; cwvra) (Polyb. VI, 45, 3), а илотов - или рабами общины (Paus. III, 21, 6 - dou'loi tou' koinou'), или государственными рабами (Strab. VIII, 5, 4, p. 365 - trovpon ga;r tina; dhmosivou" douvlou" ei\con oiJ Lakedaimovnioi touvtou"), подчеркивая тем самым их зависимость от спартанской общины в целом8.

В последующей лексикографической литературе было окончательно сформулировано положение о существовании особого класса зависимого населения, чей статус значительно отличался от статуса покупных рабов. "Вероятно, - замечает по этому поводу Д. Лотце, - для Поллукса или Аристофана Византийского сравнительно самостоятельное положение большей части илотов как крестьян с собственным хозяйством было уже достаточным поводом, чтобы отделить их от прочих рабов и зачислить в категорию так называемых metaxu; ejleuqevrwn kai; douvlwn"9. Поллукс перечисляет спартанских илотов в длинном списке тех, чье положение было между свободными и рабами (metaxu; ejleuqevrwn kai; douvlwn): "Между свободными и рабами находятся илоты лакедемонян, пенесты фессалийцев, клароты и мноиты критян, дорофоры мариандинов, гимнеты аргивян, коринефоры сикионян" (III, 83).

Даже краткий перечень мнений древних авторов об илотии подсказывает нам, что илотия - необычная форма рабства.

- 212 -
Античная традиция не дает однозначного ответа, к какой группе населения отнести илотов, но указывает, в каком направлении следует двигаться.

История изучения илотии и сходных с ней форм зависимости берет свое начало от классической немецкой филологии и доходит до наших дней. Мы попытаемся хотя бы в общих чертах дать представление о развитии научных взглядов, связанных с проблемой илотии, тем более, что в нашем распоряжении имеется целая серия добротно выполненных историографических обзоров по данной тематике10.

В западной историографии, начиная, по крайней мере, с Эд. Мейера и У. Карштедта, иногда рассматривают илотию как форму крепостной зависимости, аналогичную той, которая существовала в феодальной Европе11. Сторонники такого взгляда на илотию склонны придавать большое значение многочисленным аналогиям между илотами и средневековыми крепостными (обе категории обрабатывали землю своими собственными орудиями и оставляли часть произведенных продуктов себе), опуская при этом важные отличия. В некоторых более новых работах феодальный характер илотии прокламируется с еще большей определенностью. Например, для К. Краймс спартанское общество суть общество феодальное вместе со всеми его институтами. По ее словам, "в Мессении после дорийского нашествия возникло такое же феодальное общество, как это было на Крите и в самой Спарте"12.

- 213 -
В историографии нового времени, как западной, так и отечественной, безусловно преобладающей является точка зрения на илотов как государственных рабов13. Она основана на добротной исторической традиции и редко оспаривается. Хотя иногда высказывается и прямо противоположное мнение. Так, некоторые ученые склонны рассматривать илотов скорее как частных рабов, а роль государства ограничивать лишь надзором за ними14. Но эта версия без прямого насилия над преданием не поддается убедительному доказательству. К. Краймс, к примеру, в своем желании доказать частнособственнический характер илотии не останавливается перед полным отрицанием исторической традиции. "Павсаний делает ту же ошибку, что и Страбон, - пишет она, - называя илотов "рабами общины""15. Д. Лотце, в целом считая илотов скорее государственными, чем частными рабами, однако призывает, учитывая всю сложность проблемы, к осторожности в применении современных дефиниций. По его мнению, отношения собственности, в которые были включены илоты в качестве их объекта, были более сложными, так что их нельзя однозначно определять такими современными понятиями, как государственная или частная собственность. "Илоты, - замечает он, - вовсе не были государственными служащими, которые обрабатывали участки граждан по прямому заданию государства"16.

- 214 -
Среди современных исследователей, не склонных к радикальному пересмотру и критике существующей традиции, илотию принято рассматривать как вариант коллективного рабства, возникшего в результате "агрессивной экспансии" дорийцев на территорию Лаконии. Основополагающей в плане разработки, систематизации и обоснования этой теории является работа Д. Лотце "Между свободными и рабами"17. Д. Лотце, полагая, что статус илотов слишком запутан, чтобы выразить его обычными терминами, предложил новую дефиницию для илотии, определив ее как коллективное рабство, возникшее в ходе завоевания. По мнению Д. Лотце, изначальный коллективный характер илотии определялся примитивным уровнем дорийской цивилизации, что нашло свое выражение в неразвитости частной формы собственности. Вслед за Д. Лотце примитивный характер илотии по сравнению с классическим рабством признается и другими исследователями. Так, П. Олива определяет илотию как "неразвитое рабство" или "неразвитый тип рабства"18. Французский исследователь И. Гарлан причисляет илотию к типичным формам "общинного порабощения" и считает ее близкой к микенскому типу рабства. По его мнению, правомерно говорить о качественных отличиях между примитивными формами рабства, такими, которые существовали в Микенах и Спарте, и рабством классического типа. Среди качественных отличий между ними он называет наличие у рабов "примитивного типа" имущества, что de facto означает признание за ними прав на его владение, а также определенной хозяйственной самостоятельности19.

В отечественной историографии общепризнанной является точка зрения, высказанная в 1933 г. В. В. Струве, что илотия еще более примитивная форма "крепостничества завоевательного типа", нежели эксплуатация рабов20. И. М. Дьяконов развивает эту тему,

- 215 -
сравнивая рабов в Шумере со спартанскими илотами. Он полагает, что и те и другие относились к рабам "патриархального" типа, которые сохраняли еще некоторые черты правовой личности, такие, например, как право вступать в брак и владеть частной собственностью21. Сторонники этой теории вполне справедливо усматривают причину возникновения коллективных форм рабства в особенностях завоевательной политики дорийцев22. Дорийцы придерживались одной и той же модели поведения по отношению к покоренному местному населению: членов завоеванной общины превращали в рабов, принадлежавших совокупно всему коллективу завоевателей, и приписывали в качестве необходимого "инвентаря" к клерам, тоже являвшимся их коллективной собственностью. В результате илоты оказывались обязательным "атрибутом отдельных пожалованных клеров", и в качестве таковых их нельзя было ни отчуждать от наделов, ни, тем более, продавать как обычных рабов.

М. Финли противопоставляет илотию как коллективную форму рабства двум другим известным в античности типам рабства: рабству-должничеству и покупному, или классическому, рабству. Основное отличие он усматривает в том, что при илотии порабощался

- 216 -
единовременно целый народ, оказавшийся в положении порабощенной общины, а при классических вариантах рабства рабы попадали в зависимость каждый индивидуально23.

Греческие авторы, желая как-то объяснить те гарантии, которые брало на себя государство по отношению к илотам, ссылаются на древний "первоначальный договор", заключенный между победителями - спартанцами и побежденными - мессенцами (Ephor. ap. Strab. VIII, 5, 4, p. 365). Античная традиция связывает подобные "договоры рабства" не только со спартанскими илотами, но также с фессалийскими пенестами и гераклейскими мариандинами (Archemach. ap. Athen. VI, 264 a-b; Posidon. ap. Athen. VI, 263 c-d; Strab. XII, 3, 4, p. 542). Фрагменты предания дают нам возможность восстановить отдельные пункты подобных соглашений. Так, согласно Посидонию и Страбону, в первоначальный договор между победителями-гераклеотами и побежденными-мариандинами был включен пункт о запрещении продавать мариандинов за пределы страны24. Степень вмешательства государства в данном случае определялась корпоративными интересами всего гражданского коллектива.

К античной традиции о так называемых первоначальных договорах следует отнестись с известной степенью доверия, хотя в науке не раз высказывались сомнения в ее достоверности. В основе недоверия к исторической традиции лежит представление об искусственности конструкции, составленной из параллельных антагонистических пар типа: илоты - спартиаты, гераклеоты - мариандины, фессалийцы - пенесты и т. д. Э. Д. Фролов, в целом признающий историчность предания о договорах, тем не менее считает,

- 217 -
что некоторые аргументы есть и у противников этой концепции25. Мы согласны с мнением тех исследователей, которые полагают, что традиция о первоначальном договоре - не просто исторический миф, возникший на пустом месте. Действительно, результатом длительной борьбы целых племен и народов могли быть "оформленные грубейшим образом соглашения"26.

Суммируя результаты изучения илотии, приведем краткое, но вобравшее в себя основные выводы современной науки определение Э. Эндрюса в "Британской энциклопедии": "Илоты, крепостные древних спартанцев... Их рабский статус в исторические времена восходит к завоеванию страны уступавшими им в численном отношении дорийцами... Они были в некотором смысле государственными рабами, прикрепленными к земле и приписанными к отдельным спартиатам для обработки их наделов; их господа не могли их ни освобождать, ни продавать, и у них было ограниченное право накапливать имущество, после уплаты господам установленной доли урожая с надела..."27.

Несмотря на то что проблема илотии не раз поднималась в новой и новейшей историографии античности, тем не менее отдельные ее аспекты не получили еще, как нам кажется, должного освещения. В частности, не совсем ясным остается вопрос об этническом составе илотов. Наметившийся сравнительно недавно дифференцированный подход ко всей массе илотов кажется нам вполне оправданным и перспективным направлением в изучении илотии. Но он ставит перед исследователями целый ряд новых задач, пока еще не нашедших своего удовлетворительного решения. Дифференцированный подход должен подразумевать разделение илотов как по этническому признаку (илоты лаконские и мессенские), так и по социальному. Под социальной градацией имеется в виду выделение

- 218 -
из всей массы илотов некой элитарной группы. В этой связи возникает проблема и терминологического отражения наметившихся социальных сдвигов внутри некогда единой илотской массы. Недостаточно исследованным представляется нам и вопрос о степени опасности илотов для Спартанского государства. Для его лучшего освещения требуется в известной степени пересмотр имеющейся традиции как о спартанских криптиях, так и о других организационных мерах, направленных на предотвращение враждебных эксцессов со стороны илотов.

Рассмотрим еще раз предание о спартанской илотии и попытаемся на основе вполне добротной традиции реконструировать экономическое и политическое положение спартанских илотов.

Античная традиция, безусловно, относила илотов к рабам, принадлежавшим спартанской общине в целом. Таким образом, между илотами и их хозяевами стояло государство, гарантирующее илотам определенный modus vivendi и защищающее их от самоуправства и непомерной алчности господ. Целый ряд признаков заставляет нас отнести илотов к особой группе рабов, которые по некоторым признакам находились в лучшем положении, чем рабы классического типа28.

В правовом отношении илоты, конечно, считались собственностью всего Спартанского государства in corpore. Система полицейских и карательных мер по отношению к илотам носила исключительно государственный характер. Эта связь илотов с государством проявлялась в целом ряде правовых актов, обеспечивающих государственный контроль над илотами, в таких, например, формах, как ежегодное объявление эфорами войны илотам от имени всего полиса. Как верно отметила И. А. Шишова, "в праве убивать илотов без суда, в криптиях... нашла свое отчетливое отражение принадлежность илотов не отдельному спартанцу, но всей общине равных как

- 219 -
единому коллективу"29. В этом акте просматривается один очень важный, на наш взгляд, момент: спартанцы воспринимали своих илотов как некое этническое и социальное единство. Ведь объявление войны предполагает в некотором роде наличие равноправного врага-партнера. Во всяком случае, когда в наших источниках идет речь о смертной казни, ее всегда осуществляла община.

Но феномен илотии заключается как раз в двойственной зависимости илотов как от государства, так и от их собственных индивидуальных владельцев. В правовом отношении илоты являлись безусловной собственностью спартанского полиса как коллективного сообщества граждан и условной собственностью их реальных владельцев, т. е. отдельных спартанских семей. Такой двоякий характер собственности характерен в целом для античного общества. На это не раз обращали внимание такие теоретики полиса, как Платон и Аристотель. У Аристотеля есть очень точное высказывание относительно того, какой тип собственности должен быть признан предпочтительным для нормального функционирования общества: "Немалые преимущества имеет поэтому способ пользования собственностью, освященный обычаями и упорядоченный правильными законами, который принят теперь: он совмещает в себе хорошие стороны обоих способов, которые я имею в виду, именно общей собственности и собственности частной. Собственность должна быть общей только в относительном смысле, а вообще - частной" (Pol. II, 2, 4, 1263 a 22-27 / Пер. С. А. Жебелева - А. И. Доватура). В Спарте все было наоборот, т. е. в целом (o{lw") собственность была общей, но в некотором отношении (pwv") - частной30. Эта парафраза Аристотеля, вполне применимая к спартанской илотии, помогает точнее оценить изначально сложившуюся в Спарте двойную собственность на илотов. Илоты являлись обязательным атрибутом земельных участков. Каждый полноправный

- 220 -
гражданин получал илотов в комплекте с землей в бессрочное владение. О том, что это было именно бессрочное владение землей, а не частная собственность, свидетельствует целый ряд ограничений, несовместимых с понятием частной собственности.

Таким образом, права отдельных спартиатов по отношению к принадлежащим им илотам были существенным образом ограничены. Это ограничение прав частных владельцев, с одной стороны, вносило в образ жизни илотов известный элемент свободы, а с другой - гарантировало им достаточно стабильное существование в рамках навязанной им социально-экономической системы. Так, илоты вообще не являлись объектами купли-продажи: во всяком случае, мы не знаем ни одного такого случая во всей спартанской истории. Таким образом, не только частные владельцы, но и государство ограничивало свои права на илотов, оставив им очень важный "фрагмент" свободы. Как свидетельствует Мирон из Приены (III в.), автор истории Мессенских войн31, каждый спартиат был ответствен перед государством за своих илотов (ap. Athen. VI, 271f). Государство в данном случае выступало в качестве коллективного собственника илотов, а отдельные граждане - в качестве условных владельцев. Именно поэтому права спартиатов-хозяев не простирались до освобождения илотов. Судя по словам Эфора, одно только государство могло их освобождать или продавать за пределы страны (ap. Strab. VIII, 5, 4, p. 365). То же самое сообщает Архемах о фессалийских пенестах: "Они передали себя фессалийцам в качестве рабов по договору, под тем условием, что их не будут ни вывозить из этой страны (из области Арны), ни убивать, они же, возделывая для них землю, будут платить им условный взнос" (ap. Athen. VI, 264 a-b / Пер. С. П. Кондратьева). Вполне естественно на основании этих сообщений сделать вывод, что илоты и пенесты были прикреплены даже не к определенному клеру32, а к общинной земле в целом и лишь не могли вывозиться за пределы

- 221 -
Лаконии и Фессалии. Эти свидетельства вслед за Л. Н. Казамановой можно понять так, что "внутри государства какой-то передел, возможно, и мог осуществляться, но не отдельными гражданами, а всей общиной"33.

От рабов классического типа илоты отличались целым рядом особенностей, которые наводят на мысль, что они были в лучшем положении, чем обычные рабы34. Прежде всего, это возможность иметь жен и вести семейную жизнь. Само существование илотов в качестве подчиненной общины предполагает сохранение ими элементарных социальных связей, самыми важными из которых были родственные связи. В некоторых обществах, где существовали сходные с илотами группы зависимого населения, право на семейную жизнь было зафиксировано, например, в Гортинских законах на Крите. В других обществах оно существовало de facto без какого-либо юридического оформления. Для Спарты отсутствие прямых свидетельств в какой-то мере компенсируется наличием сравнительного материала: в дорийском Крите, где существовали группы зависимого населения, подобные илотам, браки среди них признавались законными35.

Второе важное отличие илотов от покупных рабов - хотя и ограниченное, но владение предметами, фактически являющимися их собственностью (так, по свидетельству Фукидида (IV, 26, 6-7), в его время некоторые мессенские илоты имели собственные лодки)36. Почти полное отсутствие данных об имуществе илотов отчасти восполняется надежным критским материалом. Так, согласно

- 222 -
Гортинскому законодательству, клароты-войкеи^ 37, живущие в деревне, могли иметь необходимые орудия производства, жилища и рабочий скот (IV, 30-31, 35)38.

Илотам также была дарована одна, по крайней мере, религиозная гарантия - право убежища в храме Посейдона на Тенаре (Thuc. I, 128, 1)39. Нарушение этого права, как замечает Д. Лотце, по-видимому, было в Спарте редчайшим исключением. Катастрофическое землетрясение 464 г. воспринималось спартанцами как наказание за этот страшный грех40. Точно такая же религиозная гарантия засвидетельствована и для несвободного населения дорийского Крита. В "Гортинской правде" не раз упоминаются беглые рабы и прокламируется право убежища для них в городском храме Гортины. По мнению Л. Н. Казамановой, Гортинские законы призваны были устранить произвол и самоуправство как владельца бежавшего раба, так и служителей храма, где укрывался беглец41.

Своей экономической стабильностью илоты также отчасти были обязаны государству, которое регулировало эти отношения и лишало владельцев илотов возможности изменять строго фиксированный

- 223 -
оброк. В этом отношении илоты напоминают ту категорию афинских рабов, которая называлась cwri;" oijkou'nte". В профессиональном плане это были в основном ремесленники, отпущенные на "вольные хлеба". Отношения их с хозяевами строились на чисто экономической основе: хозяева регулярно получали от них строго фиксированные суммы42. Как известно, рабы, принадлежащие к этой категории, обладали известной степенью свободы и являлись элитарной частью афинских рабов. Возможно, не случайно Плутарх употребляет для обозначения повинностей илотов слово "апофора" (Inst. Lac. 239 d), технический термин, используемый для обозначения повинностей, которые платили рабы в Афинах.

К сожалению, мы лишены возможности судить о динамике оброчных обязательств илотов. Историческая традиция в данном случае представляет собой ряд замечаний общего характера. Цифры, которые называет Плутарх, мало что объясняют (Lyc. 8, 7 - "Каждый надел был такой величины, чтобы приносить по семидесяти медимнов ячменя на одного мужчину и по двенадцати на женщину и соразмерное количество жидких продуктов"). Не исключено, по мнению А. Джонса, что вся эта история связана с древними ликурговыми клерами, которые, впрочем, он называет мифическими, а всю традицию о земельной реформе Ликурга объявляет фиктивной43.

Данные о том, что илоты должны были отдавать своим господам половину урожая, вызывают большие сомнения. Это самое раннее из имеющихся в нашем распоряжении свидетельств принадлежит Тиртею (fr. 5 Diehl). Но, как известно, от поэтических произведений, даже написанных на исторические темы, трудно требовать буквальной точности в передаче фактов. "Половина урожая" (h{misu pantov"), о которой говорит Тиртей, возможно, просто поэтический образ. С помощью этой красочной детали Тиртей усиливал впечатление от победы спартанцев над мессенцами. Если же признать за словами Тиртея какую-то историческую ценность, то тогда нужно будет признать, что между Первой и Второй Мессенскими войнами илоты платили не фиксированный налог, как впоследствии, а половину ежегодного урожая. Такая форма налога обуславливала прямой контроль над урожаем, что

- 224 -
было возможно только при постоянном личном наблюдении спартиатов за хозяйственной деятельностью закрепленных за ними илотов. Не лишенную правдоподобия версию предложил Г. Мичелл. По его словам, "это могла быть временная мера в духе военной контрибуции"44.

Если опустить свидетельство Тиртея как сомнительное и ненадежное, то общим во всем предании, связанным с илотами и землей, останется утверждение, что существовала обязательная, заранее установленная квота, превышать которую запрещалось законом. Об этом неоднократно говорит Плутарх: "Землю их возделывали илоты, внося назначенную подать (ajpofora;n th;n eijrhmevnhn)" (Lyc. 24, 3), а также: "Илоты обрабатывали за спартанцев их землю, вносили им оброк, установленный заранее (ajpofora;n th;n a[nwqen iJstamevnhn)" (Inst. Lac. 239 d). Размер апофоры45, по-видимому, был установлен по окончании Второй Мессенской войны и более не пересматривался46.

Не раз уже исследователями предпринимались попытки определить количество клеров, их размер, число семей илотов, сидящих на каждом клере, общее количество продуктов, получаемых с клера, и долю, остающуюся в распоряжении илотов47. Мы разделяем скептическое отношение некоторых ученых к подобного рода подсчетам48. К сожалению, все эти калькуляции делаются на основании очень ограниченного круга источников, что приводит подчас к диаметрально противоположным выводам. Так, например,

- 225 -
количество семей илотов, прикрепленных к каждому клеру, в различных работах колеблется от двух до десяти, в зависимости от установок того или иного автора49.

Согласно Плутарху, спартанцы под страхом проклятия не могли требовать с илота больше установленной нормы и потому "илоты, получая выгоду, работали с удовольствием" (Inst. Lac. 239 d). Необходимость прибегать к религиозным санкциям объясняется, по-видимому, тем, что илоты, подобно классическим рабам, не были юридическими лицами и потому не могли быть и объектами гражданского права. Санкции, запрещавшие их разорять, носили исключительно религиозный характер и, как кажется, были вполне эффективными. Все это наводит на мысль, что у илотов оставалась вся прибыль свыше фиксированной суммы. Поэтому можно говорить об определенной экономической независимости илотов, которые в повседневной жизни пользовались относительной свободой и самостоятельностью.

Мы не знаем, насколько сами спартиаты были включены в хозяйственную деятельность. Судя по свидетельству Мирона, согласно которому спартанцы, передав землю илотам, получали с них только предписанную законом долю (ap. Athen. XIV, 657 c-d), их участие в хозяйственной жизни страны было минимальным50. Так, когда Критий говорил, что спартанцы были в высшей степени свободными (fr. 37 Diels), он, по-видимому, имел в виду, что те полностью самоустранились от всякой производительной деятельности. Фиксированный налог, в отличие от "половины урожая" Тиртея, обеспечил спартиатам абсолютную автаркию. Они теперь могли постоянно жить в городе, вдали от той земли и тех людей, которые гарантировали им необходимый уровень жизни. "Таким образом, в Спарте сложилась особая форма рабовладельческого хозяйства, при которой непосредственное вмешательство рабовладельца в производственный процесс стало чем-то совершенно необязательным или даже вообще исключалось. Из организатора производства рабовладелец превращается здесь в пассивного получателя ренты, хозяйственная же инициатива сосредотачивается всецело в руках непосредственного производителя, т. е. раба"51.

- 226 -
Надзор государства за экономическими взаимоотношениями илотов и их хозяев, может быть, является самым важным моментом, объясняющим и столь долгое существование илотии, и, как думают некоторые современные исследователи, сравнительно низкий уровнень "мятежности" илотов.

Ряд ученых в качестве доказательства существования перманентно мирных отношений между илотами и их господами ссылаются на лояльность илотов и на отсутствие массового дезертирства с их стороны во время военных кампаний. Так, канадский исследователь Р. Талберт в своей статье "Роль илотов в классовой борьбе в Спарте" утверждает, что "спартиаты по большей части были уверены в лояльности своих илотов". При этом он ссылается на географические и демографические особенности Мессении и Лаконии. По его словам, с одной стороны - из-за малодоступности и удаленности многих районов Мессении и Лаконии, а с другой - из-за значительного численного превосходства илотов над спартиатами, "илоты не могли быть контролируемы без значительной степени покорности с их собственной стороны". Все противоречащие этой тезе факты Р. Талберт объясняет "случайной мятежностью илотов". По его словам, "покорность илотов более важна, чем их случайная мятежность". Взгляд Р. Талберта на отношения спартиатов и илотов - пример давно уже наметившейся в западной историографии античности тенденции к сглаживанию противоречий между рабами и рабовладельцами. Эта тенденция имеет давние корни, и ученые, которые к ней склоняются, сделали много, чтобы доказать, что так называемый рабский вопрос в Греции был отнюдь не первостепенного значения. Конечно, такая крайняя точка зрения на илотию, как у Р. Талберта или Ж. Дюка, - редкость. Желание свести на нет значение "илотского вопроса" для Спарты, доказать наличие никогда не существовавшего в природе консенсуса между спартиатами и илотами, приводит этих ученых к частичному, а иногда и полному игнорированию античной традиции. Они, по сути дела, занимаются мифотворчеством52.

Когда в 222 г. царь Клеомен, испытывая серьезные денежные затруднения, предоставил илотам возможность выкупиться на волю, оказалось, что набралось только 6 тысяч илотов, способных заплатить за себя и свою семью довольно большую сумму в 5 аттических мин (Plut. Cleom. 23,1). Эта цифра - 6 тысяч илотов -

- 227 -
свидетельство того, что, по крайней мере, экономическое положение части илотов было весьма сносным. Ведь в общей сложности сумма их выкупа составила 500 талантов53. Но остается открытым вопрос, какой процент от общего числа илотов составляли эти 6 тысяч? Без ответа на него трудно сделать какие-либо определенные выводы относительно экономического положения всей массы илотов в их совокупности.
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   38

Похожие:

История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 iconЛитература: История мировой культуры Под./ред. Борзовой Е. П. Спб., 2001 г

История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 iconВ. В. Анципович начоу впо современная гуманитарная академия

История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 iconСписок новинок
Т, 2009; Санкт-Петербург : Астрель-спб, 2009 (Минск). 411, [2] с.; 20 см. Первая книга цикла "Воздаяние храбрости" "Черный гусар"....
История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 iconБаглай В. Е. Б14 Ацтеки: история, экономика, социально-политический...
Б14 Ацтеки: история, экономика, социально-политический строй (Доколониальный период). — М.: Издательская фирма «Восточная литература»...
История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 iconПрактикум по когнитивной терапии
М15 Практикум по когнитивной терапии: Пер с англ. — Спб.: Речь, 2001. — 560 с. Isbn 5-9268-0036-6
История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 iconУчебник. Т. 1 М., 1998 (или 2001) я его для вас выложил на обменник
Цве — Алексюн Н., Бовуа Д., Дюкрё М. Э., Клочовский Е., Самсонович Г., Вандич П. История Центрально-Восточной Европы / Пер с фр....
История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 iconВ. Н. Дружинина. Спб.: Питер, 2001. 656 с.: ил. (Серия «Учебник нового века»)
П86 Психология. Учебник для гуманитарных вузов / Под общ ред. В. Н. Дружинина. — Спб.: Питер, 2001. — 656 с.: ил. — (Серия «Учебник...
История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 icon«Я, мои друзья и героин»: Олеариус; спб.; 2001 isbn 5 901603 01 х
Днем ходила в школу, вечером продавала себя, чтобы купить зелье. Школу она все таки закончила, училась на продавщицу в книжном магазине....
История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 iconУчебно-методический комплекс по направлению 030500. 62 «Юриспруденция» Тольятти
Составитель: Ожегова Г. А к ю н., доцент кафедры уголовного права и процесса филиала ноу впо «Самарская гуманитарная академия» в...
История Спарты (период архаики и классики) спб.: Гуманитарная Академия, 2001. 510 с. Isbn 5-93762-008-9 iconСовременная гуманитарная академия
Приглашаем вас принять участие в работе XV российской студенческой научной конференции «Студент и будущее России». Конференция состоится...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница