П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение


НазваниеП. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение
страница9/21
Дата публикации23.04.2013
Размер2.83 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Право > Книга
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   21
П.К.) и детей в случае смерти государственного или муниципального служащего;

4) при прохождении службы в одном и том же ведомстве с переходом с низшей должности на высшую заработная плата должна увеличиваться;

5) для одной и той же должности необходимо устанавливать разные должностные оклады, чтобы в виде поощрения по службе возможны были не только переводы с низшей должности на высшую, не всегда осуществимые и желательные, но и переводы с низшего на высший должностной оклад;

6) увеличение размера заработной платы с увеличением срока прохождения государственной или муниципальной службы;

7) кроме заработной платы, государственных и муниципальных служащих необходимо поощрять в виде премий за качество работы.299

Указанные выше требования достаточны для решения вопросов о заработной плате государственных служащих и служащих органов местного самоуправления, однако ими не исчерпан весь комплекс социально-экономических мер предупреждения (сдерживания) коррупционной преступности и коррупционного поведения, в том числе и в политической сфере жизни современного российского общества.

Другим социально-экономическим фактором существования и воспроизводства политической коррупции в современном российском обществе является необеспеченность государственных и муниципальных служащих жильем и другими социальными благами, то есть их материальная, финансовая и иная социальная необеспеченность со стороны государства, его органов и общества. Особенно ярко проявилась проблема коррупции, в том числе и коррупции политической, в условиях реформирования органов государственной власти и местного самоуправления России в конце прошлого (ХХ) века. В этот период она обострилась еще и несвоевременностью денежных выплат, когда систематически происходили задержки по выплате заработной платы (денежного и иного довольствия) государственным и муниципальным служащим, в связи с чем, вероятность коррупции, в том числе и в политической сфере деятельности, значительно увеличивалась и приняла системный характер.

Современные отечественные и зарубежные исследователи отмечают, что важную роль в существовании, распространении и воспроизводстве политической коррупции в общественной жизни современной России занимает группа организационно-управленческих факторов, под которыми понимают управленческие недостатки, поддерживающие существование, распространение и изменение (трансформацию) этого явления. Таких недостатков в любой управленческой деятельности много, но не все они стимулируют формирование коррупционного поведения. Мы остановимся только лишь на тех, которые наиболее часто рассматриваются и анализируются в современной научной литературе. Одним из таких коррупциогенных факторов, вызывающих коррупционные отношения и связи в политической сфере жизни общества, по мнению специалистов, является проведение недостаточного количества конкурсов на замещение вакантных должностей в органах государственной власти и местного самоуправления. Это обстоятельство в совокупности с другими факторами приводит к формированию коррупционных отношений в данных органах. Но и даже там, где такие конкурсы проводятся достаточно часто, по-прежнему большое количество государственных должностей остаются вакантными, поскольку высокие требования к профессиональным качествам претендентов не соответствуют заработной плате и иным социальным гарантиям. А работа чиновника органов государственной власти и местного самоуправления (государственного или муниципального служащего) на одном энтузиазме не может продолжаться длительное время. Как справедливо указывал заместитель министра имущественных отношений России С. Моложавый, характеризуя современную российскую систему государственной службы, ее финансовое и кадровое обеспечение – «… на энтузиазме можно проработать месяц, два, год. Но – надо кормить семью».300 Следовательно, чиновнику необходим дополнительный источник получения дохода. Этим финансовым источником для государственного или муниципального служащего, в зависимости от различных субъективных и объективных факторов, может служить как иной вид деятельности, разрешенный законодательством о государственной или муниципальной службе, так и коррупционная деятельность.

Рассуждая об организационно-управленческих факторах политической коррупции в современном российском обществе, нам представляется крайне важным отметить порочную практику занятия государственных должностей «политическими назначенцами», поскольку система управления органами государственной власти и местного самоуправления может перейти к дилетантам, а не к специалистам в сфере социального управления. При этом нет уверенности в том, что даже компетентное должностное лицо из числа «политических назначенцев», находясь на службе в органах государственной власти и местного самоуправления, будет отстаивать именно интересы государства и общества, а не интересы представляемой этим лицом политической организации или объединения (партии, движения, блока, фракции и т.д.). Поскольку, по справедливому замечанию отечественных политологов А.-Н.З. Дибирова и Л.М. Пронского, «… там, где начинаются «свои интересы» (или «интересы партии» – примечание нашеП.К.), там кончается политика и начинается коррупция».301 В подобной ситуации очевиден частный случай конфликта интересов, то есть возникает ситуация, когда личная или групповая (партийная) заинтересованность может повлиять на объективное исполнение представителем органов государственной власти или органов местного самоуправления своих должностных или служебных обязанностей.

По мнению большинства отечественных специалистов, к числу организационно-управленческих причин существования политической коррупции в условиях непрекращающегося реформирования органов государственной власти и местного самоуправления в современном российском обществе следует отнести и нестабильность государственной службы в этих органах.302 В поддержку данного тезиса можно привести несколько аргументов, которые уже были высказаны отечественными специалистами в научной литературе.

Во-первых, трудно не согласиться с мнением отечественного криминолога О.Н. Ведерниковой. Она указывает, что «… царящая в обществе политическая нестабильность формирует чувство неуверенности среди чиновников разного уровня, психологию временщиков, которые приходят во власть, для того чтобы нажиться, в том числе и с использованием своего служебного положения, а также связанного с ним авторитета».303

Действительно, отсутствие у государственного служащего уверенности в будущей стабильности формирует определенный тип поведения чиновника, рассчитанного на кратчайшую перспективу, большую, хотя и рискованную прибыль. Рассчитывающего на то, что с помощью этой прибыли он может достойно содержать себя и свою семью не только в период прохождения государственной или муниципальной службы, но и в случае непредвиденной отставки с занимаемой должности.

Во-вторых, опасение за свое политическое настоящее и будущее вынуждает высших должностных лиц органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации или руководителей органов местного самоуправления подбирать в аппарат управления («свои команды») подчиненных не по признаку профессионализма, а по иным критериям: родства, свойства, партийной или национальной принадлежности и, что обязательно, ― личной преданности. Здесь работают принципы советской государственной службы, при которой граждане остаются подчиненными чиновника, а он в свою очередь подчиняется вышестоящему начальству, но не гражданам, его избравшим. В результате чего, по сути, нормой социального управления в регионах современной России стал коррупциогенный принцип государственной и муниципальной службы — личная преданность. В связи с изложенным становится понятным, почему среди правящей региональной политической элиты так много лиц, ранее скомпрометировавших или дискредитировавших себя некомпетентными решениями, аморальными или противоправными поступками, привлечением к уголовной ответственности за коррупционные и экономические преступления и откровенных проходимцев, которым прощается даже явно преступное поведение за их преданность региональному лидеру или главе органа местного самоуправления. Тем самым обеспечивается надежная «круговая порука» и укрывательство «неблаговидных проступков» каждого члена этой «команды» и формируется информационная закрытость деятельности чиновников от большинства членов общества ради самосохранения или коррупционного обогащения. Такое распространенное негативное социальное явление политической жизни современного российского общества в зарубежной и отечественной научной литературе получило точное и емкое наименование — «непотизм».304

Непотизм как отрицательное политико-правовое явление не является чем-то новым для современной российской действительности. По данным зарубежных исследователей, оно в российскую политическую практику пришло из недалекого советского прошлого. Как справедливо отмечает американский исследователь Патриция Роулинсон, непотизм появился, быстро распространился и наиболее четко проявился в советском государстве на территории Среднеазиатских республик бывшего СССР в 70-е годы ХХ века.305 Поэтому нынешние высшие должностные лица российских органов государственной власти и местного самоуправления лишь переняли, «творчески переработали» и аккуратно «внедрили» в соответствующих государственных и муниципальных учреждениях опыт своих советских предшественников, еще раз подтвердив очевидную истину, что всякое новое – это хорошо забытое старое.

Безусловно, непотизм, как девиантное (отклоняющееся) поведение в политической сфере жизни современного российского общества, не только детерминирует политическую коррупцию, но деформирует и дискредитирует саму систему государственной и муниципальной службы. Непотизм имеет и другие негативные последствия – он разрушает нравственные и правовые основы системы социального управления.

Специалистами в области государственного управления неоднократно указывалось на такую причину политической коррупции, как политический фаворитизм – выдвижение на руководящие государственные и общественные должности представителей однородной политической общественной организации или их поддержка высшими должностными лицами государства.306 Политический фаворитизм проявляется в неоправданном выдвижении («возвышении») людей, порой не обладающих не только умом и способностями, необходимыми для занятия соответствующей государственной должности, но и нравственными качествами. Еще в XVIII веке отечественные правоведы Н.И. Панин и Д.И. Фонвизин указывали, что при фаворитизме совершаются различные нарушения законов, процветают коррупция и взяточничество, происходит продажа государственных должностей, правосудие превращается в «торжество», и в конечном итоге попирание и разрушение законодательства приводит к значительному ослаблению государственной власти.307

Другим организационно-управленческим фактором существования и воспроизводства коррупции, в том числе и политической направленности, в современном российском обновляющемся обществе, по мнению некоторых российских ученых и политиков, является отсутствие эффективного финансового и иного государственного либо общественного гражданского контроля за деятельностью субъектов политики (физических и юридических лиц).308 Хотя и указанные меры финансового контроля достаточно полно и подробно прописаны (изложены) в действующих российских нормативно-правовых актах, (Федеральных законах, указах Президента, постановлениях Правительства, ведомственных правовых актах и т.д.), которые в полной мере отвечают мировым (международным) антикоррупционным стандартам, однако до сих пор не создано эффективного механизма их реализации и контроля за исполнением этих положений.

Как справедливо отмечает отечественный криминолог профессор Б.В. Волженкин, анализируя действующие нормативно-правовые акты, регламентирующие прохождение государственной и муниципальной службы ― «…если бы все положения действующих в России нормативных актов об ограничении коррупции были реализованы, коррупционерам пришлось не легко. Однако в большинстве своем эти запреты и ограничения остались на бумаге».309

Бесспорно, способствует существованию и воспроизводству политической коррупции в современной политической жизни российского общества такое обстоятельство, как отсутствие независимых специальных служб, осуществляющих финансовый и иной государственный контроль при проведении выборов или конкурсов для занятия соответствующей должности в органах государственной власти и местного самоуправления. Поскольку действующие контролирующие органы, входящие в состав Центральной избирательной комиссии России, занимаются проверкой законности и обоснованности финансирования только тех лиц, которые участвуют в избирательном процессе, а организация проверки финансового состояния лиц, занимающих государственные должности по конкурсу, возложена либо на неспециализированные органы: кадровые аппараты этих государственных органов либо на государственную налоговую службу. Кроме того, кадровым аппаратам министерств и ведомств вменяется в обязанность проверка соблюдения лицами, состоящими на государственной службе, установленных законодательством о государственной и муниципальной службе антикоррупционных ограничений. Трудно представить высокое качество и эффективность подобных проверок, которые проводятся кадровыми службами органов государственной власти и местного самоуправления, не обладающих для этого необходимыми профессиональными знаниями, навыками и возможностями. И если даже такие возможности им будут в ближайшее время представлены, вряд ли сотрудники соответствующих кадровых служб министерств и ведомств будут тщательно осуществлять проверку своих руководителей. В лучшем случае такой проверке будут подвергаться служащие государственных и муниципальных учреждений низшего и среднего звена, а высшие должностные лица этих учреждений останутся вне ведомственного контроля.

Вместе с тем, как констатирует ЦИК России, даже специализированные контрольно-ревизионные службы избирательных комиссий субъектов Российской Федерации не всегда своевременно, последовательно и эффективно осуществляют контроль за источниками поступления, правильным учетом и использованием денежных средств избирательных фондов кандидатов (претендентов) на избираемые высшие государственные должности.310

В современном российском обществе только лишь начинают создаваться подразделения Комитета Российской Федерации по финансовому мониторингу (финансовой разведки) при Министерстве финансов России. Хотя вряд ли в ближайшее время среди задач, стоящих перед этим органом и его структурными подразделениями, окажется функция финансового контроля за деятельностью субъектов политики. Поскольку данный государственный орган, в первую очередь, обязан заниматься противодействием легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем.311 Здесь на помощь финансовой разведки можно рассчитывать только в случаях, когда легализация преступных доходов будет происходить путем незаконного финансирования политических мероприятий, в первую очередь избирательных кампаний субъектов политики со стороны криминальных структур, или наиболее примитивную форму проявления политической коррупции ― «покупку государственных должностей» этими структурами уже своих представителей.

Наиболее часто в современной отечественной и зарубежной научной и учебной литературе по проблемам борьбы с коррупцией, независимо от вектора ее направленности, вида и сферы проявления выделяется такая организационно-управленческая причина, как низкая эффективность (или неэффективность) деятельности государственных правоохранительных и контролирующих органов. Эти органы, призванные осуществлять эффективное государственное противодействие коррупции правовыми средствами,312 в том числе и в политической сфере жизни общества, сами не свободные от этого порока, что приводит к снижению доверия к ним у населения.

На наш взгляд, не эффективность деятельности российских правоохранительных органов в предотвращении, пресечении и расследовании коррупции в политической сфере жизни современного российского общества вызвана целым рядом обстоятельств.

Во-первых, отсутствием в органах политической полиции (ФСБ России) специальных подразделений по противодействию этому специфичному негативному социально-политическому и правовому явлению. Поскольку другие правоохранительные органы (милиция и прокуратура, к компетенции которых отнесено выявление, пресечение, расследование и предупреждение электоральной преступности, в том числе и коррупции) не имеют ни достаточного опыта работы в этом направлении, ни специализации сотрудников по делам о преступлениях данной категории.

Во-вторых, оттоком («вымыванием») в последнее десятилетие высококвалифицированных, опытных и честных кадров из российской правоохранительной системы,313 способных активно, добросовестно и последовательно противодействовать коррупционному поведению в системе государственной, муниципальной службы и органах управления. Все это приводит, в конечном итоге, к большей общественной опасности и распространенности в современном российском обществе, как самих проявлений политической коррупции, так и ее негативных социальных, экономических и политических последствий.

Следующей организационно-управленческой причиной, сохраняющей негативные тенденции развития коррупции в современном российском обществе, в том числе и коррупции политической, производной от предыдущей, является ненадлежащая координация деятельности правоохранительных органов, как внутри государства (на межведомственном и межрегиональном уровне), так и между различными государствами (на международном уровне).

Если восстановление координации борьбы с коррупционным поведением в обществе внутри одного государства возможно в небольшие сроки, то на международном уровне этот процесс займет более длительный период, поскольку для этого требуются различного рода согласования правовых актов и международных интересов между правительствами различных государств и это обстоятельство может быть использовано коррупционерами для удовлетворения своих коррупционных интересов.

Заслуживает внимание такая организационно-управленческая причина политической коррупции, выделяемая отечественными учеными, как отсутствие надлежащих форм социального контроля над сферой политических отношений314 и деятельностью представителей органов государственной власти и местного самоуправления и принимаемыми ими решениями, а также за деятельностью претендентов на эти должности, как со стороны российского государства и его органов,315 так и активно формирующихся институтов гражданского общества. Здесь отсутствует информационная «прозрачность» публичной деятельности органов государственной власти и местного самоуправления, их должностных лиц, а также принимаемых ими управленческих решений или нормативно-правовых актов. В условиях бюрократической информационной «закрытости» для большинства членов общества деятельности органов государственной власти и местного самоуправления права, свободы, права и законные интересы человека, которые обязаны соблюдать и защищать должностные лица этих органов довольно часто подменяются «ведомственными», «территориальными» или «политическими» интересами, «телефонным» или «теневым правом».

Пожалуй, к числу организационно-управленческих факторов, детерминирующих политическую преступность, в том числе и политическую коррупцию в современном российском обществе, следует отнести и ее теоретическую неизученность юридическими, политическими, социологическими и другими науками гуманитарного цикла. Этот фактор имеет особое значение. Поскольку, на наш взгляд, невозможно осуществлять эффективное предупреждение и пресечение того негативного социально-правового явления, о котором имеется лишь некоторое общее представление, а не раскрыта его сущность, тенденции и закономерности развития, причины и условия существования и воспроизводства, реальных масштабов. Эта задача значительно осложняется в условиях, когда отсутствуют научно обоснованные и апробированные на практике критерии оценки эффективности мер, применяемых государством, его органами и должностными лицами.

Не менее важной организационно-управленческой причиной политической коррупции в обществе является слабость институтов гражданского общества, формирующихся в России, в том числе и неразвитость партийной системы, которые снижают уровень реальной политической конкуренции, служащей эффективным средством противодействия и ограничения политической коррупции в условиях избирательных процессов. Кроме того, эти факторы влияют на повышение уровня политической нестабильности в современном российском обществе, что также сказывается на изменении, а точнее - увеличении качественных и количественных показателей коррупционного поведения в политической сфере жизнедеятельности.

Отечественными и зарубежными специалистами в области противодействия коррупции отмечается, что важнейшей группой факторов в детерминации политической коррупции в современном российском обществе являются идеологические факторы. К числу идеологических факторов, детерминирующих политическую коррупцию, можно отнести некоторые достаточно широко известные в современном российском обществе политические явления и процессы.

На наш взгляд, идеологическими факторами, закономерно порождающими политическую коррупцию в современном российском обществе, выступают неподготовленные надлежащим образом, а порой и просто бессистемные (хаотичные), скоротечные «кампании» или «крестовые походы» по борьбе с коррупцией во всех ее формах, видах, сферах и проявлениях. Подобного рода «кампании» скорее приносят вред этой борьбе, чем положительный эффект. Поскольку эти широко разрекламированные в средствах массовой информации антикоррупционные «кампании» преследуют чаще всего политические цели и являются одним из безнравственных способов их достижения. Такие «кампании» в борьбе с преступностью, в том числе и коррупцией в различных сферах социального управления, справедливо рассматриваются в современной отечественной криминологической литературе, как политические спекуляции проблемой преступности или политической демагогией на криминологическую тему.316

Как показывает современная политическая действительность, высшие должностные лица органов государственной власти или претенденты на эти должности, в период предвыборных кампаний громогласно провозглашающие в подконтрольных им средствах массовой информации бескомпромиссную непримиримую борьбу с коррупцией (операции «чистые руки» или «крестовые походы» до победного конца), не всегда выполняют взятые на себя обязательства после того, как добьются поставленных перед собой политических целей, связанных с занятием или сохранением за собой или своими политическими сторонниками соответствующих государственных должностей. Как правило, после избрания или переизбрания на соответствующие государственные должности (добившись желаемой победы на выборах) они («непримиримые борцы с коррупцией») забывают о своих обещаниях избирателям по поводу повышения эффективности государственного и общественного противодействия этому негативному правовому и социально-политическому явлению, как, впрочем, и о большинстве других обещаний. Тем более что за неисполнение предвыборных обещаний в современном российском обществе, как, впрочем, и некоторых других постсоветских государствах, отсутствует какая-либо юридическая или политическая ответственность. По мнению В.В. Лунеева, здесь с достаточной долей достоверности можно констатировать, что в подобных политических ситуациях борьба с коррупцией подменяется политической борьбой за власть, которая является «… продолжением коррупции под знаменем борьбы с этой самой коррупцией».317

К числу таких политиков, активно эксплуатировавших тему борьбы с коррупцией в своих избирательных кампаниях («непримиримых борцов с коррупцией»), некоторые отечественные журналисты вполне справедливо относят белорусского главу государства — Президента Белоруссии ─ Александра Лукашенко318 и Президента одного из субъектов Российской Федерации — Башкортостана ─ Муртазу Рахимова,319 поскольку после их избрания населением этих республик на указанные высшие государственные должности серьезных и последовательных изменений в антикоррупционной сфере деятельности на территории данных республик не наблюдается, а коррупция в органах государственной власти и местного самоуправления по-прежнему остается одной из наиболее острых социальных проблем. При этом внешне борьба с рассматриваемым нами социальным злом ведется во всех направлениях: постоянно совершенствуется правовая база, создаются новые структурные подразделения, которые обеспечиваются необходимыми средствами противодействия (пресечения, изобличения и расследования) коррупции, однако при этом функционирование коррумпированных органов и их должностных лиц (чиновников) не нарушается.

В таких государствах и регионах, по мнению Кристиана де Бри, создается иллюзия (видимость) постоянной и все усиливающейся борьбы с коррупцией на правительственном, правоохранительном и судебном уровнях, как на национальном, так и на скоординированном международном уровне.320 Для создания подобной иллюзии достаточно широко используются средства массовой коммуникации и отдельные проекты международных организаций по противодействию или предупреждению коррупции в различных сферах социального управления321 с привлечением государственных и муниципальных финансовых, материальных, информационных и иных ресурсов, а ее инициаторы и активные исполнители, по мнению нашего современника политолога Р.Г. Отинашвилли, получают определенные политические дивиденды.322

О возможности использования проблемы борьбы с коррупцией в политических целях российское общество предупреждал еще в начале 90-х годов прошлого (ХХ) века авторитетный российский криминолог, профессор И.И. Карпец, при анализе закономерностей борьбы с корыстной должностной (а по нынешней терминологии ― коррупционной – примечание нашеП.К.) преступностью. В частности, он уже в то время, оценивая социально-политическую обстановку в обновляемом российском обществе, отмечал, что «… на гребне борьбы с коррупцией всплыло немало недобросовестных «борцов», использующих ее для собственного возвышения...».323

Кроме того, крупномасштабные «кампании» по борьбе с коррупцией в органах государственной власти и местного самоуправления довольно часто используются находящимися у власти политическими группировками (кланами) в качестве эффективного и безотказного средства расправы с политическими противниками, в том числе и с применением уголовно-правовых норм при наличии к тому законных оснований.324 Хотя в качестве средства расправы с политическим оппонентом под видом активной, последовательной, наступательной, бескомпромиссной, зримой и прозрачной для общества «борьбы с коррупцией» возможно применение не только уголовно-правовых, уголовно-процессуальных и иных репрессивных мер, но и распространение через средства массовой коммуникации недостоверных сведений, порочащих или дискредитирующих политического соперника, либо сведений, составляющих личную тайну этого лица.

«Обвинения в коррупции оппонентов – отмечает Б.В. Волженкин, - стали распространенным средством политической борьбы, способом приобретения соответствующего имиджа неподкупного чиновника и непримиримого борца с коррупцией. Однако внимательное изучение криминальной ситуации, законодательства и других принимаемых мер позволяет утверждать об отсутствии должной политической воли, продуманности и последовательности в решении вопросов борьбы с коррупцией».325 Действительно, борьба с коррупцией должна продолжаться по времени значительно дольше, чем период длительности активной политической жизни того или иного «борца», и подведение ее итогов не должно отождествляться с деятельностью именно этого политического деятеля.

Другим идеологическим фактором существования политической коррупции в современном российском обществе может выступать несформированность политической и правовой культуры, демократических политических традиций большинства россиян, что отражается в первую очередь на процессе выборов в представительные и законодательные органы государственной власти и местного самоуправления, когда избиратели «отдают свои голоса» (голосуют на выборах) за лиц, предложивших небольшие денежные суммы или материальные ценности, получая незначительную имущественную выгоду, либо веря в авантюрные обещания скорого, в течение 3-5 лет326 (а иногда и немедленного, в случае избрания определенного соискателя на соответствующую высшую государственную должность), радикального изменения социальной жизни в стране или регионе в лучшую сторону без каких-либо дополнительных трудовых усилий самих избирателей. Избиратели, в результате своего безразличия, легкомыслия, беспечности или равнодушия к своему будущему и будущему своих детей позволяют манипулировать своим поведением для достижения политических целей определенным категориям лиц, забывая при этом о том, что они неизбежно ответят за свой выбор в будущем. Ведь избранные нами представители на высшие государственные должности в органы власти и местного самоуправления наделяются правами от имени народа распределять огромные основные финансовые, материальные, природные, информационные и иные ресурсы государства и общества. Порой даже честному и добросовестному чиновнику трудно удержаться от искушения использовать власть в личных целях. А как же будет пользоваться властью тот, кто пришел в нее путем обмана или злоупотребления доверием со стороны избирателей для решения личных проблем? Скорее всего, все так же, ― обманывая население, злоупотребляя его доверием и, с использованием авторитета государственной или муниципальной власти и возможностей служебного положения, принимая управленческие решения и нормативно-правовые акты, основываясь в первую очередь на личных или корпоративных интересах.

По мнению профессора А. Волкова, отечественные избиратели еще не научились строгости отношения к своему (политическому – примечание нашеП.К.) выбору, они не умеют отличать болтунов-популистов от серьезных людей. Слишком часто бросаются на новые имена именно потому, что они новые, и выбирают себе руководителей, о которых еще вчера ничего не знали, да и сегодня не знают.327

На наш взгляд, можно с большой долей вероятности констатировать, что, используя данный идеологический фактор, в современном российском обществе довольно часто ответственные должности в органах государственной власти и местного самоуправления занимают богатые (материально обеспеченные) авантюристы или их представители. Эти лица, как правило, при отстаивании своих (личных и групповых) политических, экономических и иных интересов не ограничивают себя соблюдением правовых и нравственных норм и предписаний.

Несомненно, к значимым идеологическим факторам существования, воспроизводства и стремительного распространения политической коррупции в современном российском обществе следует отнести неразвитость партийной системы. Поскольку политические партии не в состоянии брать на себя ответственность за подготовку и легитимное продвижение своих кадров во властных структурах государства.

В качестве идеологического фактора политической коррупции в современном российском обществе может выступать также «фиктивная» политическая жизнь, то есть отсутствие возможностей у политической оппозиции влиять на ситуацию в основных сферах жизнедеятельности.328 Это обстоятельство подталкивает некоторых оппозиционных политиков обменивать или растрачивать имеющийся у них политический капитал на его экономический эквивалент для последующего коррупционного взаимообмена денег на власть, превращая тем самым политическую борьбу в продолжение рыночных отношений, но только не в сфере экономики, а в сфере политики.

Рассматривая социально-психологические факторы коррупционного поведения, следует отметить, что морально-психологическая атмосфера в политической сфере жизни общества серьезно влияет на качественные и количественные характеристики (состояние, уровень и структуру) политической коррупции. Тем более что причины и условия (факторы, детерминанты) существования, воспроизводства и распространения политической преступности и коррупции, в том числе и политической коррупции, всегда имеют социально-политическую природу. Поскольку они происходят в политической сфере жизни общества, тогда как причины конкретного политического коррупционного преступления или правонарушения — социально-психологическую природу. По мнению проф. Н.Ф. Кузнецовой, любое преступное поведение (в том числе и коррупционное – примечание нашеП.К.) обусловлено в первую очередь традициями, привычками, потребностями, интересами и мотивацией преступного поведения личности и происходят под непосредственным влиянием социальной психологии общества, общностей и индивидуумов.329

К числу социально-психологических факторов, детерминирующих политическую коррупцию в современном российском обществе, на наш взгляд, следует отнести в первую очередь сложившуюся и существующую социально-психологическую среду в органах государственной власти и местного самоуправления, в которых почти каждый служащий продажен, где лица, уклоняющиеся от дачи либо получении взяток, считаются «белыми воронами» и к ним относятся как к «чужакам» или чудакам, в некоторых случаях различными доступными способами и средствами преследуя их за такое позитивное поведение, широко используя при этом регулярные попытки исполнительной власти сократить государственный аппарат. Цель такого преследования очевидна ― создание однородной криминогенной (а точнее - коррупциогенной) социальной среды и обеспечения круговой поруки как средства защиты от внешнего социального контроля. В этой социальной среде господствует мнение, что все продается и все покупается (разница лишь в цене). Здесь не стыдно быть привлеченным к уголовной ответственности или осужденным за экономические или коррупционные преступления. В результате создания коррупциогенной социальной среды в органах государственной власти и местного самоуправления формируется бюрократическая психология стяжательства, чуждая интересам большинства членов общества. И, как следствие, происходит интенсивное массовое разложение органов государственной власти и местного самоуправления, их должностных лиц, в результате этого утрачивается доверие к ним со стороны общества и происходит отчуждение общества от основных институтов государства.

Не менее значимым социально-психологическим фактором политической коррупции в современном российском обществе выступают складывающиеся тенденции внутри политических партий, общественных объединений, движений (блоков, фракций и т.п.), где цель ─ достижение, сохранение или распределение власти — допустима любыми средствами (здесь работает принцип ― «цель оправдывает средства»), в том числе с постоянным использованием в политической борьбе за власть так называемых «грязных» (безнравственных, противоправных или откровенно преступных) коррупционных избирательных технологий.330 Такое положение приводит к разочарованию большинства членов общества формирующимися внутри его демократическими институтами гражданского общества, и, как следствие, приводит их к самоизоляции.

Другим социально-психологическим фактором существования политической коррупции в современном российском обществе является восприятие обществом, его политическими институтами, институтами гражданского общества и государственными (правоохранительными и контролирующими) органами «приобретения» голосов избирателей путем предоставления недорогих подарков, обещаний скорого материального обогащения либо «светлого будущего» со стороны кандидатов на избираемые высшие государственные должности в органы власти и местного самоуправления как нормального социально-политического явления, а не аморальной, противоправной или преступной деятельности этих субъектов политики либо их представителей.

Не менее важным социально-психологическим фактором сохранения, воспроизводства и распространения политической коррупции в России, по мнению первого Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина, являются существующие в современном российском обществе «… стереотипы двойной морали: население охотно поддерживает публичные обвинения в коррупции, меры государственного воздействия на нее, но для решения собственных проблем соглашается принимать «правила игры», предложенные или навязанные коррупционерами».331

Действительно, как показывают современные научные исследования в области психологии, двойной моральный стандарт является важной особенностью социально-психологического климата в обществе. С одной стороны, коррупция, особенно в высших эшелонах власти, считается общественно-неприемлемой. Это всячески поддерживается и обыденной моралью, и средствами массовой коммуникации, и политической практикой, эксплуатирующей антикоррупционную тематику в личных или групповых (корпоративных) целях.

С другой стороны, коррупция, особенно низовая (а точнее – «бытовая» ― примечание нашеП.К.), является приемлемой частью быта нашего общества и объясняется некоторыми отечественными специалистами «культурными» традициями или сложившимися социальными стереотипами поведения.332 В бытовой сфере жизнедеятельности такой подход к коррупционному поведению обществом и отдельными лицами оправдывается сложившимися традициями в органах и учреждениях, обслуживающих большинство населения. Выходцы из таких органов и учреждений, проникая в федеральные и региональные властные структуры, приносят с собой в политическую сферу жизни общества коррупционную психологию и «культуру» коллективов этих органов и учреждений, которую в последующем пытаются «прививать» (распространять или внедрять) и в органах государственной власти и местного самоуправления, и в подконтрольных (подотчетных) учреждениях, предприятиях, организациях, и в политических общественных организациях, превращая полученную власть в экономический капитал, а государственную или муниципальную должность в источник получения постоянного нелегального (противоправного) дохода. Учитывая, что демократическая организация государственной власти допускает конвертировать экономические возможности во властные (например, через механизм выборов должностных лиц в органы власти различного уровня), то и экономические коррупционеры принимают все возможные меры по «приобретению» для себя или своих представителей более высоких государственных должностей, воспринимая демократию как продолжение рынка коррупционных услуг в политической сфере жизни общества. Полагая при этом, что коррупционное «инвестирование» политической сферы в последующем обернется увеличением экономического капитала за счет предоставления различного рода экономических или социальных льгот или освобождения от обязательных налоговых, таможенных или иных сборов и платежей. Тем самым происходит самодетерминация или самовоспроизводство коррупционного поведения в органах государственной власти, местного самоуправления и обществе.

Безусловно, не все социально-психологические факторы, детерминирующие коррупционное поведение в политической сфере жизни общества, в данной работе нами рассмотрены, поэтому их дальнейший поиск, описание и объяснение является плодотворной почвой для новых политико-криминологических исследований причинного объяснения феномена политической коррупции.

* * *

Перечисленные нами выше факторы, детерминирующие политическую коррупцию как свое закономерное следствие, лишь частично отражают весь спектр проблем, связанных с воспроизводством и распространением этого негативного социально-политического и правового явления на территории современной России, постоянно реформирующей политическую систему общества. Причиной тому служит неизученность этой проблемы отечественными гуманитарными, в том числе и юридическими науками, и в первую очередь такими, как: криминология, политология, социология, психология, а также частными направлениями этих наук (политическая криминология, политическая социология, политическая психология, политическая антропология и другими), которые по объективным причинам пока еще не в состоянии этого сделать, так как находятся в стадии становления.

На основе криминологического анализа изложенных в настоящей главе материалов автор пришел к следующим выводам:

а) в современном российском обществе существует множество различных по своему содержанию и природе факторов, детерминирующих политическую коррупцию как свое закономерное следствие, специального учета которых до настоящего времени не существует, что весьма затрудняет эффективное противодействие этому специфичному негативному всеразрушающему правовому и социально-политическому явлению, как со стороны государства, его органов и должностных лиц, так и со стороны общества;

б) основной целью изучения факторов, детерминирующих политическую коррупцию в современном российском обществе в существующих видах, формах и объемах, является разработка механизма государственного и общественного воздействия для их эффективной нейтрализации (устранения) в рамках последовательной долгосрочной федеральной государственной антикоррупционной программы в целях удержания ее на социально терпимом уровне.

Сделанные в настоящей главе выводы по проблеме детерминации политической коррупции в современном российском обществе с очевидностью вытекают из приведенного анализа материала. Возможно, для кого-то покажется, что они изложены слишком схематично и просто. Но проблема причинного объяснения рассматриваемого нами феномена является сложной и долговременной. В настоящее время «набор» факторов его существования, воспроизводства, трансформации весьма субъективен. И это неизбежно, ибо политико-криминологический анализ детерминации политической коррупции в современном российском обществе только начинается, и неизвестно, найдутся ли в достаточном количестве сторонники и энтузиасты для последовательного и всестороннего исследования данной проблемы в будущем.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   21

Похожие:

П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение iconПрограмма Д. А. Медведева Ожидаемые результаты Исторический опыт...
В ежегодном послании в ноябре 2009 года президент Д. А. Медведев среди важных проблем России назвал борьбу с коррупцией
П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение iconВопросы к экзамену по дисциплине «История России»
...
П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение iconЭкзаменационные билеты по истории России для 9 класса Билет №1
Политическая раздробленность Руси в XII-XIII вв. (причины и последствия раздробленности, крупнейшие княжества и земли)
П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение icon№ Политология в системе гуманитарного знания
Занятие Семинар Политическая модернизация в России: история, понятие и механизмы
П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение iconКак решать задание С8 по обществознанию
Первая глава как правило – это «понятие и сущность» (ведь понятие и сущность есть практически у всего)
П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение iconСодержание предупреждение благодарности введение
Причины болезней: нарушения во внутренних органах и закупорка энергетических каналов в брюшной полости
П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение iconСущность менеджмента. Эволюция управленческой мысли понятие и роль...
Организация – сознательно координируемое социальное образование с определенными границами, функционирующая на относительно постоянной...
П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение iconСущность менеджмента. Эволюция управленческой мысли понятие и роль...
Организация – сознательно координируемое социальное образование с определенными границами, функционирующая на относительно постоянной...
П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение iconВопросы к экзамену по курсу «Политическая история России и зарубежных стран» (ч. 1)
Политическая история как отрасль исторического знания. Основные теории исторического развития
П. А. Кабанов политическая коррупция в россии: понятие, сущность, причины, предупреждение iconПонятие, сущность бухгалтерского учета. Пользователи бухгалтерского...
Целью хозяйственного учета является адекватное отражение фактов хозяйственной деятельности, предоставление полной и правдивой информации...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница