Язык наш: как объективная данность и как культура речи


НазваниеЯзык наш: как объективная данность и как культура речи
страница6/17
Дата публикации10.06.2013
Размер2.5 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Право > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17
^

2.2. Язык в Природе и природа языка1


Всё сказанное ранее показывает, что вырытая многими поколениями пропасть, разделяющая в исторически сложившейся культуре естественнонаучное и гуманитарное Знание и образование, представляет собой противоестественное явление. На одном краю этой пропасти разрастаются дебри нравственно выхолощенного естествознания2, точные, технические и иные прикладные науки, проистекающие из общего естествознания и оказывающие непосредственное воздействие на образ жизни цивилизации и формирующие его; а на другом краю той же пропасти махрово цветёт абстрактный “гу­ма­низм” и мракобесие, большей частью прикладное1, сетования на жизнь и морализаторство, разного рода вторичное словоблудие, злоумышленное и бездумное нагнетание страстей и т.п., которые в процессе попыток воплощения в жизнь их требований и деклараций о благих намерениях оказываются или безплодными, или вредоносными. При этом вопросы религии изгоняются из Науки и решаются каждым из производителей и носителей того или иного знания либо по-свóему (индивидуалистически своенравно), либо в русле исторически господствующей традиции верований: это одинаково характерно как для «естественников» и «тех­на­рей», так и для «гумани­та­риев» — откровенные атеисты и веру­ю­щие в того или иного бога или богов, верующие той или иной земной церковной мафии есть среди тех и других на протяжении всей истории.

Парадокс состоит в том, что хотя религиозные воззрения учёных (изыскателей) и просто высокообразованных людей могут быть несовместимыми друг с другом, но их научные воззрения при этом могут быть общими; и наоборот: более или менее одинаково верующие люди могут быть непримиримыми противниками как в научных вопросах, так и по жизни.

Всё это является показателем:

  • с одной стороны — дефективности науки и её ограниченности, поскольку исторически сложившаяся наука не может внятно и неоспоримо убедительно ответить на вопросы о бытии Бога или его небытии именно вследствие своей нравственной выхолощенности;

  • а с другой стороны — ложности выдуманных самими людьми религиозных концепций, под властью которых живут из века в век многие общества и жизненную несостоятельность которых временами удаётся доказать науке или приверженцам иных религиозных концепций1 (включая и откровенный атеизм).

Пропасть, разделяющая нравственно выхолощенное естествознание и гуманитарные науки, разширясь и углубляясь, грозит уничтожить если не всё человечество (как биологический вид), то нынешнюю глобальную цивилизацию2.

Поэтому потребности общественного бытия и развития состоят в том, чтобы истинная наука стала продолжением истинной религии и чтобы при этом исчезла пропасть между тем, что сейчас принято называть «естествен­но­науч­ным» Знанием и «гуманитарным» Знанием.

И среди всего прочего для решения задачи возстановления целостности системы Знаний человечества3 необходимо дать жизненно состоятельный ответ на вопрос о сущности языка — ответ, объединяющий религию, естествознание и гуманитарные науки на основе их взаимного проникновения друг в друга.

Иными словами, естественники и гуманитарии прежде, чем углубляться в свои специфические отрасли научной и общественно-просветительской деятельности, должны сначала придти к общим воззрениям в ответах на вопросы:

  1. Есть ли Бог, Творец и Вседержитель?

  2. Что представляет собой Мир, в котором мы все живём?

  3. Что в Жизни представляют собой языки, которыми мы пользуемся, в том числе в научной и просветительской деятельности?

Первые два вопроса по существу своему неразрывны в этом Мире, вследствие чего, отвечая на первый из них, уже необходимо иметь определённое мнение и по второму, и наоборот: определяясь во мнении по второму вопросу, предварительно необходимо определиться в ответе на первый.

В Концепции общественной безопасности, развиваемой общественной инициативой Внутренний Предиктор СССР, ответ на первый из них состоит в следующем:

* * *1

^ Объективная реальность — это и есть Жизнь в предельно общем смысле этого слова. Жизнь есть Бог и сотворённое Богом Мироздание, представляющее собой живой организм. Жизнь в своих высших проявлениях разумна, несёт в себе объективный смысл, который может стать достоянием всякого субъективного разума, поскольку Жизнь содержит в себе Язык (как средство передачи смысла от одного субъекта к другому), а поток событий в Жизни представляет собой повествование.

Это тварное Мироздание материализм называет «материей»; а пантеизм2, сталкиваясь с проявлениями деятельности высшего по отношению к человеческому разума, это же Мироздание, т.е. так называемую «материю», — обожествляет (для пантеизма высший разум — не Бог, Творец и Вседержитель, — а одно из свойств самого нетварного Мироздания).

Никаких интеллектуально-рассудочных доказательств бытия Бо­жи­его ни один разум сам в себе воспроизвести не может (в том числе и на некой «экспериментальной основе») как не может на тех же принципах воспроизвести и доказательства небытия Божиего.

Но Жизнь среди прочего включает в себя и этику (взаимоот­но­шения свободно разумных1 субъектов), выражающую нравы живых свободно разумных субъектов и их множеств (а также разумных множеств индивидуально не разумных элементов).

И в Жизни доказательство Своего бытия Бог — Творец и Вседержитель — даёт Сам персонально каждому, кто осознанно задаётся этим вопросом: и состоят они в том, что жизненные обстоятельства субъекта изменяются в соответствии со смыслом его молитв тем более явственно и зримо, чем он сам более отзывчив к зову Бога, когда Бог Сам обращается к субъекту через его внутренний мир, через других субъектов или на Языке Жизни, порождая стечения жизненных обстоятельств как вокруг, так и внутри субъекта. И эти доказательства носят нравственно-этичес­кий характер, поскольку стечения обстоятельств несут нравственно-этиче­с­ки обусловленный смысл и целесообразность по отношению к жизни субъекта, проявившего интерес к вопросу о бытии Божием.

Даваемые Богом доказательства Своего бытия объективны в том смысле, что даются субъекту, не будучи ему подвластны, но с другой стороны — их характер обусловлен и субъектом, в том смысле, что они соответствуют именно его личностному развитию, особенностям его мироощущения и миропонимания.

^ И вследствие такого рода двоякой обусловленности, доказательства эти единственны и своеобразно-неповторимы для каждого. Они приходят в сокровенном от других жизненном диалоге с Богом, осознаваемом человеком. Именно в силу этого нравственно-этически обусловленного и единственно-своеобразного для каждого доказательства Божиего бытия — интеллектуально-рассу­доч­ных, логических доказательств бытия Божиего, а равно доказательств Его небытия — нет.

Что касается «экспериментальных доказательств», то этика — взаимоотношения субъектов — не может быть построена на основе «экспериментального» тестирования по перечню вопросов типа: “А как другой субъект поведёт себя, если я сделаю так или вокруг него сформирую такие-то обстоятельства?” Всякий, кто разрабатывает тест или предлагает некий тест другому для того, чтобы строить свои взаимоотношения с ним на основе результатов, полученных в тестировании, объективно, т.е. вне зависимости от понимания этого факта и от своей воли, порождает встречный тест в отношении себя, в котором прежде всего прочего выявляется его личное неверие тестируемой стороне, которое в подавляющем боль­шинстве случаев ничем не мотивировано кроме собственных страхов, своекорыстия или каких-то предубеждений стороны теститирующей. Вследствие это сторона, предпринимающая попытку тестирования другой стороны, в большинстве случаев получает крайне низкие оценки в порождённом ею же встречном тесте, поскольку нежизненная искусственность теста ощущается тестируемой стороной в качестве заведомой фальши и неискренности в отношении себя в поведении тестирующей стороны.

Взаимоотношения личности и Бога в Жизни на основе такого подхода не строятся. Бог предостерёг людей от «экспериментов» в отношении Себя, которые издревле получили наименование «иску­шать Бога»1.

Но субъективная составляющая обусловленности предоставляемых Богом доказательств Своего бытия многими ошибочно возводится в ранг полноты и достаточности, единственно исчерпывающей вопрос. Не воспринимая объективную составляющую вооб­ще, они оценивают убеждённость других людей в бытии Божием как их чистейший субъективизм, не имеющий под собой никакой объективной основы, поскольку убеждённость других в Божием бытии якобы представляет собой исключительно их вымыслы и последствия галлюцинаций, а также и результат их веры сторонним обманщикам1.

Однако не лучше и те, кто пришёл к «вере в единого Бога» (а равно к вере в каких-то иных богов) и настолько в ней «твёрд» и «кре­пок», что ему якобы нет нужды в жизненных доказательствах Божиего бытия. Хотя такие “верующие” оценивают убеждённость атеистов в небытии Божием как их безпочвенный субъективизм, од­на­ко и сами они тоже пребывают в плену субъективизма, но другого рода — в плену субъективизма авторов догматов того вероучения, которому они следуют.

Бог не нуждается в доказательствах Своего бытия, да и человек не нуждается в каждодневных многократных доказательствах ему Богом одного и того же объективного факта Своего бытия.

^ Но жизнь человека в ладу с Богом — осознанный диалог с Богом делами жизни человека и обстоятельствами, с которыми Бог человека сводит.

И хотя в Жизни Бог так или иначе непрестанно обращается ко всякому человеку, но только первое и однократное осознание этого человеком на основе каких-то явлений в его внутреннем и общем всем внешнем мире предстаёт для человека как доказательство бытия Божиего.

Поэтому отказ «твёрдых» и «крепких» в вере от адресованных каждому из них персонально доказательств Богом Его бытия на деле представляет собой во множестве случаев их принципиальный отказ от ведения с Богом жизненного диалога. В результате не внемлющие жизненным обращениям к ним Бога «крепко» и «твёрдо» верующие «в Бога» сами себя обращают в биороботов-зомби, которые под догмы своих верований с настойчивостью, достойной лучшего применения, норовят подстричь Жизнь, в том числе, и продиктовать Богу, что и как должно быть осуществлено в Промысле.

В такого рода отказе от жизненного диалога с Богом, пусть и по-разному мотивированном, объединяются как бездумно верующие в то, что Бог есть, так и убеждённые в том, что Бога нет. И то, и другое — антижизненный атеизм.

Соответственно, то, что написано о доказательствах бытия Божиего, — не доказательство бытия Божиего как таковое, а только уведомление о возможности получить таковое доказательство1 каждому.

* *
*

Теперь можно более детально и обстоятельно определиться в ответе и на второй вопрос. На наш взгляд о том, что представляет собой Мир, в котором мы живём, а также и его фрагменты, наиболее адекватно повествует текст, известный в истории на протяжении более чем 1300 лет, достаточно широко распространённый и в наши дни доступный (хотя бы в переводах) каждому, кто того пожелает.

Мы имеем в виду Коран, который мусульманская традиция характеризует как достоверную запись исторически последнего Откровения Свыше, данного через посланника Божиего Мухаммада людям всего мира1. Однако даже в тех обществах, где Коран лёг в основу развития их культур, естествознание в своём развитии игнорирует сообщаемое в нём о мироустройстве. Этому вопросу посвящено самое начало суры (главы) 25 Корана, название которой по-арабски звучит как «ал-Фуркан».

Именно здесь повествование о Боге, о свершении Им мироустройства, о людях и господствующих в их среде верованиях носит единственный в своём роде характер.

Мы приводим начальные аяты (стихи) суры 25 в нескольких переводах, которые далее прокомментируем.

* * *

В переводе М.-Н.О. Османова:

«1. Благословен тот, кто ниспослал «ал-Фуркан» («Разли­че­ние»)2 Своему рабу, чтобы он (т.е. Мухаммад) стал увеще­ва­телем для обитателей миров; 2. [благословен] тот, которому при­надлежит власть <точнее полновластие: — наше уточнение при цитировании> над небесами и землёй, который не породил для Себя ребёнка3, и который ни с кем не делил власть <точнее полновластие: — наше уточнение при цитировании>. Он со­тво­рил всё сущее и придал ему [должную] меру. 3. [Не­верные] стали вместо Него поклоняться другим богам, которые ничего не создают, но сами сотворены. Даже для самих себя им не под­властны ни вред, ни польза, им не подвластны ни смерть, ни жизнь, ни воскресение».

Те же самые аяты в переводе Г.С.Саблукова:

«1. Благословен тот, кто ниспослал Фуркан1 рабу своему для то­го, чтобы он был учителем мирам, 2. — тот, кому принадлежит царствование на небесах и на земле; у кого никогда не было детей, кому не было соучастника в царствовании; кто сотворил все существа и предопределяя предопределил бытие их. 3. А они избрали себе богами, опричь Его, тех, которые ничего не сотворили, а сами сотворены; 4. которые не имеют силы ничего сделать, ни вредного, ни полезного для себя самих, не имеют силы ни над смертью, ни над жизнью, ни над воскресением».

То же в переводе И.Ю.Крачковского:

«1(1). Благословен тот, который ниспослал различение Своему рабу, чтобы он стал для миров проповедником, — 2(2). у которого власть над небесами и землёй, и не брал Он Себе ребёнка, и не было у Него сотоварища во власти. Он создал всякую вещь и размерил её мерой. 3.(3). И взяли они вместо Него богов, которые не творят ничего, а сами сотворены. 4. Они не владеют для самих себя ни вредом, ни пользой, и они не владеют ни смертью, ни жизнью, ни воскресением».

* *
*

Эти фрагменты представляют собой иллюстрацию того, о чём говорилось ранее мимоходом:

В рассматриваемом случае текст «зна­ет» больше, чем знали современники его появления в культуре человечества, и выражает миропонимание, более глубокое, нежели это свойст­вен­но людям (по крайней мере большинству) как в то историческое время, так и в наши дни.

Начнём рассмотрение приведённого фрагмента суры 25 с фраз, выделенных нами в её переводах жирным шрифтом.

Разные переводы выражают разные грани смысла1, заключённого в словах языка первоисточника, поэтому мы и привели несколько вариантов переводов. Как видно из них, одни переводчики отдали предпочтение тому, чтобы выразить по-русски смысл предопределённости бытия, другие отдали предпочтение тому, чтобы выразить смысл меры, размеренности бытия и соразмерности2 в течении событий в Жизни. А выделенное нами в тексте переводов жирным — это ключи к выходу на понимание самых общих свойств Мира в целом и всякого его фрагмента.

Но чтобы это увидеть, прежде необходимо понять, что такое «мера». В данном случае подразумевается мера не как действие3. Подразумевается мhра как определённость и предопределённость: определённость численная, т.е. определённость количественная и порядковая, в совокупности образующие векторно-матричную определённость, включая и определённость различия правой и левой систем координат4; а так же и определённость, упреждающая акт творения, т.е. предопределение.

Соответственно такому пониманию мhры, соотнося различные варианты перевода на русский начальных аятов суры 25 друг с другом, их обобщённый многогранный смысл можно выразить по-русски в следующей итоговой фразе:

^ Бог сотворил всё сущее в Мироздании, образовав всё по предопределённой Им количественно-порядковой-матрич­ной Мhре.

Всё сущее в Мироздании, если пользоваться терминологией современной науки, — материя в её различных агрегатных состояниях. Ещё раз повторим, что материя и энергия, взаимно переходят друг в друга1, поэтому в контексте работ ВП СССР термин «мате­рия» (вообще) в самом широком смысле включает в себя и «энер­гию». Термин «материя» в своём частном, более узком значении под­разумевает «материю вообще» в её различных агрегатных состояниях: кристал­ли­ческое, жидкое, газ, плазма, а также полевое и вакуум. А термин «энер­гия» при этом подразумевает «материю вообще» в процессе перехода из одного агрегатного состояния в другие или параметры внутренней динамики материи в пределах качественно неизменного агрегатного состояния.

Если же вернуться к терминологии тех времён, когда наука не знала таких слов как плазма, поле, а вакуум подчас считала пустотой1, то вся материя разделялась по признаку «видимости — неви­ди­мости»2 на «грубую» и разнородные «тон­кие материи»; или иначе — на вещество (видимое и осязаемое, телесное) и дух (неви­ди­мое боль­шин­ством людей в обычном состоянии их бодрствующе­го сознания, но иногда видимое, ощутимое и осязаемое при изменён­ных состояниях бодрствующего сознания обычных людей, а кроме того — доступное восприятию людей, относящихся к малочис­ленной груп­пе, которую ныне принято называть «экстра­сен­са­ми»).

В те времена возникла поговорка «нет ве­щи без образа»3. Её можно обоб­щить: «нет материи без образа»4, после чего она станет обратимой в том смысле, что «нет образа без материи, в которой он запечатлён». Т.е. все агрегатные состояния материи предстают перед человеком в тех или иных образах, а кроме того — несут в себе некую внутреннюю образность.

Но неизбежно встаёт вопрос о том, как материальность и образность бытия всего в Мироздании связаны с мерой1 — опре­де­лё­н­ностью численной, т.е. определённостью количественной и порядковой, в совокупности образующей векторно-матричную определённость, включая и определённость различия правой и левой систем координат?

Слова «размерил мерой» перевода И.Ю.Крачковского суры 25 эквивалентны тому, что Бог придал всему определённый образ, т.е. образовал всё. Поясним это.

Чтобы породить численную определённость пространственной соизмеримости на уровне макромира, потребуется точка, три не совпадающих одно с другими упорядоченных (т.е. пронумерованных) направления, и эталон единичной длины. Это всё в совокупности — мера, порождающая пространство.

В этой системе координат три числа, занимающих первое, второе и третье место в некотором определённом порядке (формате) задают положение точки относительно начала координат. Если в пространственной со­из­меримости назначены координаты множества точек, то они определяют в пространстве образ, будь то множество разрозненных точек, поверхность или объём.

Это — пространственная форма, размеренная в материи-прост­ра­нстве, пребывающей в каком-то агрегатном состоянии (а не в пустом пространстве-вме­сти­ли­ще).

Если задачу придания численной определённости решать по отношению к агрегатному состоянию материи-пространства, это значит, что необходимо придать численные характеристики квантам материи (её структурным единицам), вследствие чего агрегатное состояние материи вне и внутри пространственной численно определённой формы (по одну и по другую стороны границы, задаваемой мерой) может оказаться разным и некий объект проявится в материи-пространстве по признаку различия агрегатных состояний материи внутри и вне ранее метрически заданной пространственной формы2.

Если же внутри и вне пространственной формы агрегатное состояние материи-пространства одно и то же, то мы придём к афоризму, в разные эпохи приписываемому разным выдающимся скульпторам. На вопрос о том, как он делает свои шедевры, скульптор ответил: “Я беру глыбу мрамора и отсекаю от неё всё лишнее”, — действительно, лучше не скажешь.

Этот процесс отсечения лишнего от глыбы, содержащей в себе пространственную форму, может быть описан численно как программа для работы станка с числовым программным управлением (ЧПУ). Скульптор же действует на основе своего глазомера и мыслит образами, вследствие чего процесс численного соизмерения материи-пространства на уровень его сознания в процессе творчества не выходит, хотя образы его внутреннего мира также содержат в себе численную определённость, как и все прочие. В процессе ваяния, осуществляемого хоть станком с ЧПУ, хоть творческими усилиями человека, образ, объективно уже существовавший как информация в психике (а так же и в программе, порождённой психикой программистов), записанная при помощи некоторого кода, переходит на иной материальный носитель. Разница в том, что в станке с ЧПУ работает один из кодов, порождённых культурой общества, а человек-ваятель творит на основе данного ему Свыше подмножества общевселенского иерархически многоуровневого кода-мhры; иными словами код для станка стал работать только после того, как культура достигла определённого уровня развития, а код-мhра для человека работает издревле с момента появления вида Человек Разумный.

Но после того, как получен скульптурный образ, остаётся вспомнить древнегреческую легенду о скульпторе Пигмалионе и Галатее, которая иллюстрирует процесс изменения численной (количест­вен­ной и порядковой) определённости, обуславливающей агрегатное состояние материи внутри пространственной формы, в результате чего холодный мрамор преобразился в живую плоть, несущую дух, а статуя, соответственно, превратилась в девушку, ставшую супругой скульптора.

И как неоднократно уже в истории говорилось, каждый человек сам по отношению к себе и «неотёсанный мрамор» (либо «гли­на»), и «Пигмалион», и «Гала­тея».

Движение пространственной формы относительно избранной системы координат превращает форму, заданную числами-констан­тами (неизменными), в «вибрации»1 — мелодию и аккомпанемент, а запись «вибраций» (мелодии и аккомпанемента) в пространстве порождает пространственную форму: это соотношение в культуре цивилизации лучше всего проявилось в граммофонных пластинках с механической записью звука в качестве рельефа спиральной звуковой дорожки на поверхности диска пластинки. Соответственно, афоризм «архитектура — это застывшая музыка» — по существу правильный афоризм; и наоборот — воздействие музыки порождает в психике человека новые для неё образы и вызывает в процесс2 психической деятельности уже существующие в памяти образы.

Соизмерение одного движения с другим, каждое из которых пред­ставляет собой колебательный процесс с определёнными частотными характеристиками, порождает время; т.е. время — восприятие движения, как изменения одного из процессов относительно второго процесса, берущего на себя роль эталонного процесса3.

Эти примеры показывают, что численная определённость (коли­чес­твенная и порядковая) и образность мира (естественно, материального) взаимно связаны. Можно привести другие примеры, которые покажут, что также взаимно связаны численная определённость и «мелодии и аранжировки» как в природе, так и обществе. Показать же отсутствие этой взаимосвязи не удастся. И Мироздание (Мир) предстаёт как триединство-процесс1 материи-информации-мhры:

  1. в Мироздании всегда есть материя;

  2. всем фрагментам Мироздания свойственны образность (извне видимая и внутренне-структурная) и какие-то вибрации, неотъемлемо связанные с предназначением этих фрагментов, с их специфическими функциями в жизни Мироздания, и эти вибрации представляют собой (несут в себе) объективную функционально целесообразную информацию;

  3. и во всём есть мhра, обладающая голографическими (или фрак­та­льными) свойствами (т.е. часть содержит в себе всё, необходимое для воспроизведения целостности) и представляющая собой:

  • по отношению к материи матрицу её возможных состояний и переходов из одного состояния в другие, а

  • по отношению к информации — всеобъемлющую систему кодирования информации, т.е. объективного жизненного смысла.

Если при этом вспомнить, что:

  • совокупность информации, описывающей характер преобразования входного потока информации в каждом блоке алгоритма, и

  • мер (мерил), управляющих передачей потоков преобразуемой в алгоритме информации от каждого блока к другим,

представляет собой алгоритм, а под алгоритмикой понимается вся совокупность частных функционально специализированных алгоритмов, то:

В Мироздании Мhра и информация в совокупности образуют алгоритмику бытия каждого и всех вместе фрагментов Мироздания, т.е. их судьбы (одно- или многовариантные), преемственная совокупность которых представляет собой предопределение бытия Мироздания.

Т.е. в Коране уже более 1300 лет тому назад выражено в явном виде учение о триединстве объективных разнокачественностей материи-информации-мhры — предельных обобщений и первичных различий в Мироздании, и предназначено оно для всех и каждого, а не исключительно для “элиты” тех или иных «эзо­те­ристов». Причём с высказанным в Коране представлением о Мироздании и о его фрагментах как о триединстве-процессе материи-информации-мhры хо­ро­шо согласуются все экспериментальные данные естествознания, хотя при этом некоторые прежние его теории рушатся или, уточняясь, обретают до того неведомый дополнительный смысл.

Поэтому воззрение на Мир как на триединство-процесс материи-информации-мhры, открытое обществу для осмысления на про­тяжении последних уже более чем 1300 лет, — надёжное начало для развёртывания от него личностной культуры миропонимания, доходящего до необходимой в жизни детальности во всех прикладных вопросах.

Если такого рода личностная культура господствует в обществе (эта возможность всегда есть в Мhре — матрице бытия), то такая личностная культура мышления будет (при воплощении этой возможности в жизнь) объединяющей людей, а не разобщающей их1. Это так вследствие того, что алгоритмика мышления всех имеет в такой культуре не обусловленные субъективными обстоятельствами:

  • во-первых, единое для всех начало — от Бога и,

  • во-вторых, общую изначальную направленность — в Мироздание, представляющее собой во всех его фрагментах и целостности триединство-процесс материи-информации-мhры.

При этом, поскольку ^ Мhра бытия Мироздания обладает голографическими свойствами, т.е. любая её часть (частная мhра) содержит в себе всё, необходимое для воспроизведения её (Мhры) полноты и целостности, то миропонимание на основе Богоначального мировоззрения1 триединства-процесса материи-информации-мhры несёт в себе возможность взаимного согласования и стыковки сколь угодно далеко ушедших друг от друга в своей ветвящейся специализации отраслей Знания, поскольку все истинные знания одинаково имеют общее начало в Боге и проистекают в культуру человечества от Него.

В господствующей же культуре мировоззрение и миропонимание строится не от Бога, а «от себя “любимого”», т.е. представляет собой «отсебятину», обусловленную разными обстоятельствами жизни разных субъектов. Соответственно оторвавшемуся от Бога субъективному началу Мир видится не триединством-процессом, развивающимся в русле Вседержительности, а иным: «субъективное начало — Я-центр-Мира», осознающее себя в пространстве и времени (простра­н­ственно-времен­ной континуум физики ХХ века), которые заполнены материей (в её различных агрегатных состояниях — с точки зрения физики ХХ века; или веществом и духом — с точки зрения древних культур).

Поскольку обстоятельства, окружающие Я-центр и оказывающие на него информационно-алгоритмическое (помимо материально-энер­гетического) воздействие, изменяются не только на протяжении жизни субъекта, но и в течение одного дня, то Я-центричное миро­воззрение и миропонимание разрушается и “выстраивается” заново, отслеживая частотные характеристики воздействия обстоятельств на субъекта — «Я-центр-Мира». Вследствие этого конфликт разных «отсебятин» запрограммирован и протекает как в пределах индивидуальных психик (мы воспринимаем в свою психику и чужие «отсе­бя­тины», а не только производим свои собственные), так и в коллективной пси­хике, порождаемой людьми, т.е. в ноосфере Земли.

Такого рода Я-центризм мировоззрения и миропонимания препятствует тому, чтобы информация воспринималась в качестве объективной категории бытия, не обусловленной бытиём самого размышляющего о ней субъекта Я-центриста.

К обоснованности такого воззрения на исключительно субъективный характер информации в Мироздании есть объективные основания. Состоят они в том, что если смотреть на информационно-алгоритмическую составляющую бытия субъекта в Мироздании, то в ней есть фоновые по отношению к нему и его жизни компоненты, и компоненты, непосредственно с ним и его жизнью связанные.

Фоновые информационно-алгоритмические потоки лежат в основе функционирования в качестве открытых систем1 (в основе их самоуправления) взаимосвязанных компонентов природной среды, окружающей субъекта. Эти информационно-ал­го­ритмические потоки в русле Вседержительности не адресованы самому субъекту, и его сознание может ими не интересоваться: вследствие такого субъективного отношения к ним они с его точки зрения либо как бы не существуют, либо, не имея субъективно целесообразного значения в его психике, не расцениваются им как объективная информация.

Но кроме них есть и информационно-алгоритмическая составляющая бытия субъекта в Мироздании, которая некоторым образом взаимосвязана с информационно-алгоритмическим фоном, обусла­в­ливает жизнь субъекта и направленность её дальнейшего течения. Эта сос­тавляющая не однородна:

  • во-первых, она включает в себя генетически обусловленную информационно-алгоритмическую составля­ющую (прежде всего всю алгоритмику физиологии и развития организма),

  • во-вторых, она включает в себя приобретённые в процессе жизни разного рода автоматизмы безсознательного поведения и безсознательной психической деятельности,

  • в-третьих, она включает в себя осознаваемую субъектом составляющую.

Эту третью составляющую носители Я-центричного мировоззрения и осознают на каком-то этапе развития культуры в качестве информации; к тому же осознают её именно в качестве субъективного смысла, не выделяя в ней составляющую мhры, отождествляя мhру (принятую ими систему кодирования информации) с информацией как таковой и не выделяя из информации своего субъективного отношения к ней самой на основе своих субъективных нравственно обусловленных оценок типа «хорошо — плохо», «надо — не надо», «достоверно — лживо — вызывает дополнительные вопросы» и т.п.

При этом Я-центризм на основе безсознательных автоматизмов психической деятельности ведёт себя так, будто осознанно полагает, что всякий субъект самодостаточен в выборке информации из потока событий жизни, вопреки тому, что не может этого обосновать ни теоретически, ни экспериментально1. Хотя понятно, что прежде, чем говорить о психике вообще, об особенностях психики той или иной определённой личности, надо иметь адекватные представления о том, как объективная информация попадает в психику личности и становится в ней субъективной информацией.

Иными словами, поскольку без информации нет личности и нет её психики, то:

Исходный вопрос психологии как науки состоит в том, само­до­статочен ли человек в способности к выборке информации из потока событий либо же нет?

И это обстоятельство обязывает нас снова обратиться к Корану потому, что в Коране упреждающе дан ответ на этот вопрос, хотя психологическая наука, появившаяся в Евро-Американской цивилизации в XVIII — XIX веке1, за несколько столетий своего существования сама так и не заметила ни этого вопроса, ни необходимости дать на него ответ.2

«Фуркан» («ал-Фуркан» — вместе с артиклем «ал») — арабское слово, неоднократно встречающееся в Коране. В одних случаях его переводят как «спасение», а в других случаях как «различение»3: хотя по существу не «переводят», а эти два слова русского языка ставят в соответствие арабскому слову «Фуркан». Оба эти значения слова «Фуркан» неразрывно связаны друг с другом, поскольку хоть спасение, хоть гибель обусловлены низпосланием Свыше Различения.

Коран сообщает:

«О те, которые уверовали! Если вы будете остерегаться прогневить Бога (вариант перевода: если вы будете благоговеть перед Богом), Он даст вам Различение и очистит вас от ваших злых деяний и простит вам. Поистине, Бог — обладатель великой милости!» — 8:29.

Подавляющее большинство может вспомнить, что были — и неоднократно — в их жизни такие «моменты озарения», в которые из общей картины Жизни, рисуемой всеми их органами чувств, выделялось что-то одно, а по отношению к этому — выделившемуся — всё остальное представало как фон, фон информационный. В результате в такие моменты озарения картина Жизни складывалась из пары образов: «это» и фоновое по отношению к нему всё остальное, т.е. «не это». В некоторые из таких моментов какие-то новые «это» проявлялись в уже известных других «это», которые принимают на себя в этом случае роль фонового «не это».

При этом важно подчеркнуть, что в такие моменты не человек сам обращал своё осознанное внимание на «это». В момент озарения и спустя некоторое время после него внимание человека могло быть обращено на что-то другое, и только спустя некоторое время его внимание могло обратиться в воспоминаниях или переживаниях к имевшему место в прошлом такого рода озарению и разделению картины Жизни на «это» и «не это», фоновое по отношению к «это». Это и есть озарение человека Богом тем самым Различением, о котором многократно повествует Коран (в частности, 2:50, 3:2, 8:29, 21:49, 25:2).

То, что видится человеку как выборка из потока событий в Жизни «первичной» и «ответной» информации (а в ряде случаев и «опера­тив­ной» информации)1 самим человеком, в действительности является предоставлением ему непосредственно Свыше доступа к информации в обеспечение осуществления Промысла Божиего.

Это подобно тому, что происходит в компьютерных сетях, где администратор сети разпределяет права доступа пользователей к информации и осуществляет адресную рассылку некоторой информации и чистку сети от паразитной информации помимо действий пользователей системы. И в жизни Мироздания через распределение информации Богом в Различении осуществляется Вседержительность.

Отсутствие же у субъектов необходимой для той или иной определённой деятельности информации ведёт к тому, что ни одно не поддерживаемое Богом дело не может быть успешным. Это было показано людям, в частности, и на примере вперёдсмотрящих “Титаника”1.

Аят 8:29 Корана — ключевой к ви́дению и пониманию всех сторон жизни: озарение Различением обусловлено нравственностью и нравственно обусловленными намерениями и этикой самого субъекта, но ему непосредственно не подвластно; по принципу дополнительности информации — подвластно опосредованно через приведение им своей личностной нравственности к праведности и избранию своей миссии в осуществлении Божиего Промысла2. В частности, эта взаимосвязанная совокупность обстоятельств объясняет причину всех прошлых неудач и НЕИЗБЕЖНОГО окончательного краха всего противоборствующего Богу:

Системы открытых и тайных посвящений, явных и неявных посвящений по умолчанию, системы упражнений развития человеком “сверхспособностей”, несомые шаманизмом и иерар­хиями кланов и личностей в ведической магической культуре знахарства (разного рода «йоги» и эзотерические духовные практики), не дают Различения как способности, используемой человеком в темпе течения событий в жизни, и не делают человека властным над Различением в этом смысле.

И если не дано Свыше Различения, то все органы чувств воспринимают безóбразные марева, подобные зрительному восприятию непроглядного тумана или темноты, в которых различия «это» — «не это» не выявлены, что исключает возможность каких-либо целесообразных действий во тьме неразличения (а равно в слепящем свете или оглушающем якобы шуме) из которых субъекту, лишённому Различения, не удаётся выделить ни образов, ни мелодий, ни речи; либо человек воспринимает нескончаемое занудное однообразие жизни и из потока этого однообразия для него нет выхода до тех пор, пока он не изменит свою нравственность сам в направлении объективной праведности1. Субъекты, лишённые Свыше Различения, отличаются от слепых и глухих только тем, что те действительно не видят и не слышат, а лишённые Различения и видят, и слышат, что-то ощущают другими органами чувств, но из того, что их органы чувств воспринимают, ничего нового не попадает в алгоритмику их сознательно-волевой психической деятельности.

То есть древние ошибались, когда говорили: «Если боги желают наказать человека, то они лишают его разума». Если Бог желает привести кого-то к краху его неправедных намерений и дел, то Он лишает его Различения прежде разума или даёт ему в Различение то, что требуется для осуществления Промысла как в случае неправедного осмысления, так и в случае праведного осмысления субъектом данного ему в Различение.

Чтобы пояснить последующую за предоставлением информации роль Различения в психической деятельности человека приведём такой пример. Мотор автомобиля может работать на полных оборотах, но если диски муфты сцепления не прижаты друг к другу вследствие неисправности либо по желанию водителя, то мощность мотора не дойдёт до колес, и автомобиль будет стоять на месте либо катиться под уклон, если он снят с тормозов.

В соотношении, подобном взаимодействию дисков автомобильной муфты сцепления, находятся ^ Различение от Бога и внимание субъекта как в процессе собственно личностного развития человека, так и в процессе его деятельности в русле Божиего Промысла.

То, что даётся в Различении Богом, для человека является внешним изначальным фактором, который должен подвигать его, его волю к личностному развитию, а также к какой-то осмысленной деятельности. Но человек может быть невнимателен к тому, что возникает в его сознании в моменты озарения Различением, потому, что его внимание увлечёно чем-то иным и неподвластно его воле, либо потому, что он сам своею волей сосредоточил внимание на чём-то ещё и не внемлет ничему иному. И соответственно при таком соотношении Различения и внимания не может быть ни личностного развития в каких-либо формах, ни деятельности в русле Божиего Промысла.

В интересах обеспечения своей и других психической безопасности1 человек должен осмыслять даваемое Богом ему в Различение, включая даваемое в своё мировоззрение и миропонимание. Нормальное взаимодействие компонент троицы «Разли­че­ние от Бога  внимание самого человека  интеллект» может обеспечиваться «само собой» сложившейся алгоритмикой диалоговых отношений сознания и безсознательных уровней психики при её нормальном развитии. Сложившись, такое взаимодействие может быть осознано человеком уже в детстве либо в более старшем возрасте. Если в силу каких-то причин нормальное взаимодействие компонент троицы «Различение от Бога  внимание самого челове­ка  интеллект» не складывается «само собой», то никогда не поздно обратить осознанное внимание и разум свой (или другого человека) к этой троице, что позволит поддержать извне естественный процесс формирования в психике правильной и работоспособной диалоговой связи сознательного и безсознательного уровней.

Так начальные аяты суры 25 показывают фактами самой Жизни, что:

Мы живём в Мире, в котором Коран — арабоязычная запись Откровения, данного всем людям Свыше; данная человечеству упреждающе — «на вырост». Коран был дан Свыше для развития человечества в направлении к праведности всех и каждого.

Но для того, чтобы она была принятой в то время обществом, Коран адресован во многом к тому мировоззрению и миропониманию, которое было достигнуто в арабском обществе в годы его низпослания (610 — 632 по Григорианскому календарю). При этом Коран содержит в себе повествование, которое позволяет выйти из ограничений Я-центричного мировоззрения и миропонимания к Богоначальному мировоззрению и миропониманию.

Тем, кто с этим мнением не согласен и полагает, что он живет в ином Мире — в мире его собственных иллюзий и овладевших им наваждений, в том числе и унаследованных как “достижения культуры” от прошлых поколений, — в котором Коран — ни к чему не обязывающее досадное недоразумение, выражающее «отсебятину» Мухаммада либо происки сатанизма, следует задуматься по существу над проблемой Различения как способности отличать «это» от «не это» в темпе течения событий жизни и над вопросом, поставленным в самом Коране в суре 41, названной “Разъяснены”, аят 52:

«Не задумывались ли вы о том, что, если [Коран] от Бога, а вы отвергаете его, то кто же более заблудший, чем вступивший в глубокое разногласие [с истиной]?» — в переводе М.-Н.О. Османова.

Тем более, что сообщаемое в Коране может быть истолковано в терминах как естествознания, так и гуманитарных наук, и оказывается всегда мировоззренчески выше, нежели самостоятельные достижения этих наук в библейской культуре1 (что и было показано в некоторых аспектах, в частности, в настоящем разделе).

Соответственно миропониманию на основе мировоззрения триединства-процесса материи-информации-мhры всякий язык1 в культуре человечества (как исторически развивающиеся народные, так и искусственные языки техники и тайнописи спецслужб), будучи системой кодирования объективно существующей информации, представляет собой частную мhру — фрагмент Мhры предопределения бытия Мироздания.

А вопрос о Различении как о способности человека отличать «это» от «не это» в темпе течения событий, в том числе в ходе его психической деятельности, неразрывно связан с вопросом о мышлении человека в языковых формах. Членораздельная речь, будучи средством мышления в языковых формах, средством выражения образа мыслей и передачи информации от одного субъекта другим, становится более или менее ярко выряженным пустословием, если субъект, обращающийся к помощи языковых средств, пребывает в конфликте с Богом и Его Промыслом, вследствие чего обделён Свыше Различением. При проблемах с Различением в психике личности ослабевает или полностью утрачивается основа для того, чтобы единицы смысла, наличествующие в ней во внеязыковых формах, связывались с базой значений смысла «элементарных частиц» языка или «базовым уровнем смысла», сложившимся в языковой культуре личности и общества.

Теперь, после того, как мы определились в понимании места языка в Природе и с природой языка, создана понятийная основа для того, чтобы можно было обратиться собственно к вопросам миропонимания и взаимопонимания.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Похожие:

Язык наш: как объективная данность и как культура речи iconЯзык и культура культурное и природное в языке
Поэтому сразу встают два вопроса: 1 как разнообразные культурные процессы влияют на язык? 2 как язык влияет на культуру? Однако прежде...
Язык наш: как объективная данность и как культура речи iconПлан лекции Понятие о культуре речи. Правильность как качество грамотной...
Введенская Л. А., Павлова Л. Г., Кашаева Е. Ю. Русский язык и культура речи. Учебное пособие – Ростов-на-Дону, 2001
Язык наш: как объективная данность и как культура речи iconКоллектив авторов Русский язык и культура речи: Учебник
«Русский язык и культура речи». Мотив очевиден: коммуникативная компетенция многих выпускников нефилологических вузов, в которых...
Язык наш: как объективная данность и как культура речи iconЖ. Ф. Верещагина русский язык и культура речи
Тема Коммуникативный и этический аспекты культуры речи
Язык наш: как объективная данность и как культура речи iconО. В. Загоровская, О. В. Григоренко Русский язык. Готовимся к егэ....
Единому государственному экзамену (егэ), и включает в себя материалы по трем содержательным разделам школьной программы: "Синтаксис",...
Язык наш: как объективная данность и как культура речи iconТемы рефератов. Актуальность изучения дисциплины «Русский язык и...
Актуальность изучения дисциплины «Русский язык и культура речи» в системе высшего образования
Язык наш: как объективная данность и как культура речи iconАлмазова А. А. Русский язык и культура речи: учебное пособие
Речь – явление не только лингвистическое, но и психологическое и эстетическое. Коммуникативные качества речи во многом зависят от...
Язык наш: как объективная данность и как культура речи iconВопросы по курсу «Русский язык и культура речи»

Язык наш: как объективная данность и как культура речи icon«культура судебной речи»
Целью настоящего учебного специального курса «Культура судебной речи» является формирование у студентов представления об основах...
Язык наш: как объективная данность и как культура речи iconУрсс ббк81. 2 П инкер Стивен Язык как инстинкт: Пер с англ. / Общ ред. В. Д. Мазо. М.: Едиториал
«Существуют ли грамматические гены?», «Способны ли шимпанзе выучить язык жестов?», «Контролирует ли наш язык наши мысли?» — вот лишь...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница