В профессиональном и личностном самоопределении


НазваниеВ профессиональном и личностном самоопределении
страница29/35
Дата публикации05.03.2013
Размер6.1 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Психология > Документы
1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   ...   35
Глава 21. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ

^ ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ЭЛИТАРНЫХ

ОРИЕНТАЦИИ

21Л. Специфика элитарных ориентации как предмета психологического исследования
Элитарные ориентации во многом аккумулируют в себе проблемы современной психологии в ее теоретико-методологическом плане, в плане экспериментально-исследовательском, а также в плане практическом. Но деликатность проблемы в том, что без рассмотрения элитарных (а также — псевдоэлитарных) ориентации и нередко связанной с ними проблемы личностной продажности невозможно понять многие проявления и самой личности. Собственно, личность во многом является как бы антиподом «продажности», а не поняв противоположности антипода, сложно говорить и о самом явлении.

Поскольку сложно четко определить, что такое «элитарные ориентации», «продажность» (так же, как сложно дать четкое определение и самой «личности» — см. подробнее главы 6 и 9), то у многих может возникнуть сомнение, а можно ли вообще говорить о том, что не имеет однозначного определения? Но такие же сомнения окажутся правомерными и по отношению к «личности» и ко многим другим психологическим понятиям («психика», «игра», «творчество», «самоактуализация»...), которые хотя и не имеют четкого определения, но все-таки используются и в теоретических разработках, и в экспериментальных исследованиях, и особенно - в психологической практике.

Выступая против засилья в психологии технократических и естественнонаучных подходов, В.П. Зинченко пишет, что «в науке многое определяется удивлением по поводу очевидности», и отмечает далее, что «живое вообще трудно поддается концептуализации», хотя мы «редко ошибаемся, отличая живое от неживого, умного от глу-

пого», и призывает дополнять «технологические» знания «интуитивно чувствуемыми смысловыми образами» (Зинченко, 1995. С. 11, 14-15).

Понятно, что для рассмотрения «элитарных ориентации» и «личностной продажности» больше подходят не «объяснительные», «естественнонаучные» подходы, основанные на четкой концептуализации понятий и строгом выделении единиц измерения, а скорее то, что в психологии называется «гуманитарной парадигмой исследования», основанной на «понимании» и даже «прочувствовании» изучаемого явления (см. Слободчиков, Исаев, 1995).

Исследование «элитарных и псевдоэлитарных ориентации» сталкивается и с такой проблемой, как этическая деликатность по отношению к тем, у кого мы пытаемся данное явление исследовать. И дело не только в том, что такие люди могут обидеться (и правильно сделают!), но и в том, что как только они почувствуют к себе в этом плане интерес, то сразу же могут «замкнуться» или просто перестать быть искренними. Нельзя забывать при этом, что в исследовании всего, что касается личности, мы имеем дело не с «объектом» (что допустимо при естественнонаучных подходах), а именно с «субъектом», с которым необходимо еще установить реальное взаимодействие.

Еще С.Л. Рубинштейн подчеркивал, что «для принятия испытуемым экспериментальной задачи экспериментатор должен перейти вместе с испытуемым на позицию участника совместной деятельности, направленной на решение общей жизненной задачи, выходящей за пределы экспериментальной ситуации» (цит. по Дружинину, 1994.С. 74).

Получается даже парадоксальная ситуация: этическая деликатность проблемы «элитарных ориентации» предполагает, что в открытую, никак не ущемляя достоинство испытуемых, исследовать ее сложно, но необходимость выхода на личностный уровень делает неизбежным взаимодействие и сотрудничество с теми людьми, которых мы пытаемся исследовать, а значит, они должны понимать смысл этого взаимодействия с психологом, а может, даже и сопереживать ему в решении столь сложной задачи...
^ 21.2. Возможности и ограничения традиционных методов при исследовании элитарных ориентации. Некоторые результаты исследования элитарных ориентации
Естественно, ни в коем случае нельзя отказываться от существующего в психологии традиционного исследовательского арсенала (тестов, опросников, анкет и т.п.)- Еще более интересными могут оказаться для исследования «элитарных и псевдоэлитарных ориентации» известные методы практической психологии: различные схемы организации беседы, психологические консультации, игровые, групповые, тренинговые и другие методы работы и т.п. Конечно, все эти методы должны быть адаптированы к новой исследовательской задаче.

Но при проведении подобных исследований следует помнить о весьма существенном ограничении. В экспериментальной психологии выделена определенная закономерность соотношения измерительных шкал и уровней проявления психического, для исследования которых эти шкалы могут (или не могут) быть использованы. Например, более строгие и точные «шкалы отношений» и «шкалы интервалов» скорее всего окажутся малопригодными для исследования высших уровней психического, для которых характерны такие признаки, как уникальность, спонтанная активность, целостность... Как отмечает В.П. Дружинин, «любого из этих признаков достаточно, чтобы сделать неразрешимой проблему измеримости психической реальности» (Дружинин, 1994. С. 129—130). Считается, что «мощность метода», основанного на естественнонаучных посылках, возрастает по мере приближения к более простым иерархическим уровням психического и теряет свою силу по мере приближения к сложным (личностным, уникальным) уровням. И, напротив, по мере приближения к сложным уровням возрастают возможности герменевтических (качественных) методов, основанных на «понимании» исследуемого объекта (там же. С. 132—133).

Таким образом, перспектива — за методами, основанными на «понимании» и «прочувствовании». Но тогда сразу же возникает новая проблема: все ли психологи

414

готовы опираться в своих исследованиях на свою способность понимать и чувствовать (а может, и со-чувст-вовать исследуемому объекту-субъекту)? Понятно, что перечисленные выше ограничения создают определенные сложности при исследовании проблемы «элитарных ориентации» и «личностной продажности» в формализованных (а часто и бюрократизированных) ситуациях защиты дипломных работ и диссертаций, когда к соискателю предъявляется главное требование — продемонстрировать себя как «объективного» и «беспристрастного» исследователя, которому чужды всякие проявления «субъективности» и «самодеятельности», когда важно не «почувствовать», не «понять», а «сосчитать»...

Как отмечают В.В. Радаев и О.И. Шкаратан, «со временем элитаристские исследования перешли на солидные специализированные рельсы», когда «кто-то взялся за изучение политических элит, кто-то — экономических», но тем не менее «они пока остаются не слишком большим островом в море социологических трудов, традиционно посвящаемых проблемам более массовых низших социальных групп» (Радаев, Шкаратан, 1996. С. 183). Можно даже предположить, что и в этих «узкоспециализированных» исследованиях быстро будет накоплен огромный эмпирический материал и, опираясь на чисто математические (естественнонаучные методы), разобраться в проблеме «элитарности» также будет сложно (может, даже еще сложнее...).

И тогда вновь исследователю нужно будет просто «понять», что же он исследует, а для этого ему опять же потребуется просто «открыть свои глаза» и просто смело «взглянуть на ситуацию»... Тем более что, как показывает опыт, традиционные социологические подходы также не гарантируют «объективность» и «беспристрастность», тем более в таком деликатном вопросе, как «элитарные ориентации», по сравнению с которыми даже «сексуальные ориентации» — это уже надоевшие всем «детские забавы»... Как отмечали бывшие президенты Американской социологической ассоциации (АСО) П. Росси и В. Уайт, «в «хорошие» времена, когда источники финансирования и сфера приложения труда ученых достаточно стабильны, особенно быстро развивается академическая социология, и, напротив, в «плохие» времена, когда дыхательные каналы перекрываются, представители «чистой» социологии, забыв о профессиональ-

ной гордости и отставив в сторону научный снобизм, вовсю кичатся практическими достижениями своих собратьев-прикладников, втайне надеясь разжалобить финансистов на более щедрые подачки и льготы» (см. Кравченко, 1987. С. 158).

И все-таки результаты социологических исследований проблемы элитарных ориентации, в частности, ориентации на престижные профессии у выпускников школ, имеют определенный интерес (см. Вознесенская, 1996; Константиновский, 1996; Чередниченко, 1996, и др.). Например, сравнивая профессиональные планы выпускников массовых и элитарных школ, а также реализацию этих планов, Г.А. Чередниченко приводит интересные данные (далее даются лишь выборочные результаты).

По планам выпускников обычных (массовых) школ, 5,1 % от общего числа обследованных собирались поступать в МГУ, а поступили лишь 1,9%, тогда как из числа выпускников элитарных школ (из спецшкол) собирались в МГУ 22,3%, а реально поступили - 13,7%. Аналогично распределились данные по экономическим, финансовым и управленческим академиям: из массовых школ собирались поступать туда 8,3%, а реально поступили лишь 1,6%, тогда как из элитарных школ собирались поступать 14,9%, а поступили 8,0%. В целом, из числа обследованных выпускников массовых школ поступать в вуз собрались70,8%, а реально поступили лишь 55,3%, тогда как из числа выпускников элитарных школ собирались поступать 96,0%, а реально поступили 80,0%...

Интересно и соотношение социального статуса отцов учащихся 11-х классов массовых и элитарных школ. Если руководителями частного и государственного секторов являются отцы 23,4% учащихся элитарных школ, то занимающие такое же положение отцы учащихся массовых школ составляют лишь 3,9%... Аналогично, дипломаты и специалисты, работающие в сфере внешнеэкономических связей, являются отцами 9,6% учащихся элитарных школ, тогда как такие отцы учащихся массовых школ составляют лишь 4,4%. Наконец, отцы-рабочие 11-классников, обучающихся в массовой школе составляют 20,8%, тогда как у учащихся элитарных школ таких отцов (рабочих) обнаружены были лишь единицы, не имеющие статистической значимости.

Отмечая реальную разницу в перспективах построения карьер выпускников массовых и элитарных школ, Г.А. Чередниченко пишет: «...Как видим, различение привилегированного от обычного образования происходит ныне не так вопиюще резко, как прежде, когда одним давалось образование, а другие его лишались... Это неравенство, отделяя привилегированных от обездоленных, в сравнении с прошлым проявляется, на первый взгляд, более нейтрально и сдержанно... Однако, являясь более скрытым, отмеченное неравенство продолжает оставаться сугубо социальным, обнаруживая связь более привилегированных карьер с высоким социальным статусом родителей учащихся. Причем подобный латентный характер социального неравенства способствует его сокрытию, «затиранию» в массовом сознании, когда господствующим идеологическим дискурсом (речам политических и общественных деятелей, педагогов, журналистов и пр.) оно подается как социально-нейтральное «разнообразие» подготовки, направлений учебы как веер выбора профессий. Противостоять усилению подобных скрытых различий способна школа, основательно поддерживаемая государством» (Чередниченко 1996. С. 60-61).

Ниже представлены некоторые результаты нашего пилотажного исследования отношения к элите и элитарному образу жизни в различных студенческих группах (в основном студенты-психологи и студенты института иностранных языков), проведенного в 1996/97 учебном году в ряде московских вузов. Из перечня 10 различных качеств самыми «элитными» большинством были названы (в убывающем порядке): порядочность, высокий интеллект, высшее образование или ученая степень, изысканные манеры, знатное происхождение, престижная профессия, звания и титулы, богатство, реальная власть над людьми, близкие отношения со знаменитостями...

Из предложенного перечня 15 различных исторических фигур (персонажей) самыми «элитными» названы были (в убывающем порядке, в скобках указан усредненный процент «элитарности» данного персонажа): Иисус Христос (95%), Аристотель (92%), Ф.М. Достоевский (82%), полководец М.И. Кутузов (80%), А.Б. Пугачева (60%), Наполеон (57%), М. Джексон (49%), Г. Хазанов (48%), Б.Н. Ельцин (44%), А. Лебедь (36%), О. Бендер (35%), Г.А. Зюганов (33%), А. Невзоров (27%, хотя как

14. Заказ №3642

его любили совсем недавно ...), В.В. Жириновский (25%), «Вы сами» (21%).

Интересно, что в данный перечень был включен и такой «персонаж», как «Вы сами» (см. выше), но практически у всех этот персонаж занимал последнее место (усредненный процент равен — только 21%).

Мы также предлагали обследуемым студентам в других аналогичных группах самим (без заранее составленного перечня персонажей) выписать наиболее «элитных» людей. В результате получилось, что в их ответах были представлены в основном известные «звезды» эстрады и политики (А.Б. Пугачева, Елизавета II, М. Тэтчер, Б.Н. Ельцин), а такие фигуры, как Иисус Христос, Аристотель, А. С. Пушкин и другие исторические личности, практически отсутствовали, т.е. без подсказки о них даже не вспоминали.

Обследуемым предлагалось также оценить «элитарность» 15 профессий. Самыми «элитарными» названы были (в убывающем порядке, в скобках - усредненный процент): Президент РФ (93%), психолог (73%), юристе коммерческом банке (67%), переводчик в консульстве (62%), журналист (56%), учитель иностранных языков в школе (54%), фотомодель (46%), бандит-мафиози (40%), стюардесса (36%), воспитатель детсада (34%), морской офицер (33%), валютная проститутка (24%), автоинспектор (22%), водитель такси (18%), продавец в коммерческом ларьке (13%). Естественно, в таком ранговом и процентном раскладе сильно просматривается специфика обследуемых (студентки-психологи и будущие переводчицы).

Обследуемым были заданы также следующие вопросы (в скобках указаны в процентах ответы): 1) «Как вы думаете, согласился бы царь Петр Первый (или Екатерина Вторая) каким-то чудом оказаться в нашем времени в роли обычного гражданина России, но без возможности возвратиться обратно?» — Ответы: согласился бы — 75%, нет — 25%; 2) «Как вы считаете, большинство россиян согласились бы каким-то чудом оказаться на месте царя Петра Первого (Екатерины Второй) без возможности возвращения?» — Ответы: да — 67%, нет - 33%; 3) «Вы сами захотели бы оказаться каким-то чудом на месте царя Петра Первого (Екатерины Второй) без возможности возвратиться обратно?» — Ответы: да — 52%, нет — 48%. Интересно то, что многие отвечающие считают себя бо-

лее осторожными и менее стремящимися к власти, чем их соотечественники — «россияне» (сравнение результатов второго и третьего вопроса)...

Интересно, что в других группах, например, в более взрослых аудиториях психологов, обучающихся на спецотделении в г. Нижневартовске, большинство (около 75%) считают, что Петр Первый не согласился бы оказаться в нашем времени, но также убеждены, что основная часть россиян согласилась бы поменяться с царями местами (около 60%). При этом большинство самих опрашиваемых оказаться на месте царей не стремятся (80% сказали «нет»). Таким образом, выявляется устойчивая закономерность: многие люди сами не стремятся оказаться на месте «элиты», но при этом считают, что большинство таких же, как и они, людей хотят оказаться на месте «сильных мира сего». Хотя мы можем предположить, что в глубине души оказаться на месте «элиты» мечтают многие, но открыто говорить об этом не желают... Вероятно, для исследования таких устремлений нужны более тонкие методы, основанные не на подсчете «процентов», а на «понимании» этих людей и готовности исследователя «чувствовать» их реальные настроения...

Для уточнения представлений об «элитарном» нашим обследуемым было предложено самим назвать по три самых «элитных» объекта. В итоге получилось, что самые «элитарные» цвета — это черный, красный и белый; самые «элитарные» имена - это Александр, Виктория, Артур (часто назывались еще Станислав и Элиза-бетт); самые «элитарные» животные - это собака, лев, лошадь (часто назывались также пантера и тигр); самые «элитарные» государства - это Швейцария, Англия и Франция и т.п.

Естественно, если наши обследуемые немного «подрастут», то наверняка изменятся и их представления об «элитарном». Более того, эти представления сильно варьировались бы в разных образовательно-возрастных группах. Поэтому подобные данные служат скорее не столько для «уточнения» образа «элиты» вообще, сколько для выявления степени стандартности таких представлений в конкретных гомогенных группах.

К сожалению, стандартность таких представлений оказалась достаточно высокой и сильно подверженной влиянию конкретной ситуации. Например, когда в одной группе девушкам-студенткам — будущим перевод-

чицам (около 80 человек) было предложено самим назвать самых «элитарных» людей, то названы были Б. Немцов и Ю. Лужков. Это был как раз тот момент, когда по всем СМИ публике «убедительно» доказывалось, что именно Б. Немцов — это будущий, такой молодой и красивый «преемник Президента РФ», а Ю. Лужков — это «самый лучший мэр» на свете... Как только темы на телевидении немного сменились, эти «персонажи» уже в других подобных группах обследуемых студентов стали намного реже упоминаться как «самые элитарные»...

^ 21.3. Возможности и ограничения методов, основанных на «понимании». Метод «открытых глаз»

Тот факт, что проблема «элитарных и псевдоэлитарных ориентации» на психологическом уровне исследована мало, говорит о том, что так просто к ней не подступиться, опираясь на существующие методы и подходы. Необходим поиск принципиально новых способов работы с такой сложной и деликатной реальностью, как «совесть», «достоинство», «стремление к элитарному идеалу» и всеми их антиподами.

Как уже отмечалось, перспективными представляются здесь так называемые «герменевтические методы». Как отмечает В.П. Дружинин, «результат применения герменевтического метода уже есть факт и, следовательно, «понимающий психолог» ведет себя по отношению к человеку-клиенту в соответствие с тем, как он понял психику клиента методом вчувствования, эмпатии и т.п.», но «само действие психолога и ответное действие клиента — это реальности из области применения экспериментального метода» (Дружинин, 1994. С. 119). Кроме того, результаты применения герменевтического метода скорее всего зависят от «типа личности исследователя»; «область применения герменевтического метода — уникальные, целостные, обладающие «разумной» составляющей объекты»; «герменевтический метод не удовлетворяет требованиям инвариантности знания по отношению к субъекту исследовательской деятельности»; модификациями психологического герменевтического метода являются биографический метод, анализ

420

результатов (продуктов) деятельности, психоаналитический метод (Дружинин, 1994. С. 120—122).

«Большинство современных методов психологии труда, социальной психологии и других частных психологических дисциплин не мыслимы без «чисто герменевтических» методик, — отмечает В.П. Дружинин, — в частности, психологический анализ деятельности является не чем иным, как интерпретацией трудового процесса в понятиях психологического знания, которым владеет исследователь, и в соответствии с определенной схемой анализа» (Дружинин, 1994. С. 156).

Близкие мысли можно обнаружить у Е.А. Климова, который отмечал, что «употребление метафор есть путь к концептуализации наших знаний, к достижению стройного понятийного их уровня» и что «многие вполне определенные термины точных наук явно несут на себе печать «низкого» (якобы низкого. — Н.П.) метафорического происхождения», поэтому «было бы очень недальновидным просто обходить метафорический язык описания субъекта деятельности» (Климов, 1995. С. 73). На основании этого предлагаются следующие системы описания субъекта труда (там же. С. 76): 1) прожектив-ная (субъект как целостность не рефлексируется, а выражается в преимущественном внимании и положительном отношении автора, описывающего этого субъекта); 2) инверсионно-рефлексивная (свойства субъекта вычленяются, но приписаны объектам: «машина высвобождает», «время требует»...); 3) безлично-субъектная (свойства субъекта вычленяются, но мыслятся безлично — как «ничьи»: «невозможно предусмотреть», «приходится быстро переключаться»...; сюда же относятся и формальные описания субъекта труда, применяемые для описания технических и неживых объектов); 4) обыденно-рефлексивная (субъект и его свойства вычленяются и описываются словами и оборотами обыденного языка со всеми его достоинствами «здравой повседневной практики» и понятности); 5) научно-рефлексивная (разработка и использование специальных языков описания человека как субъекта трудовой деятельности.

Если отталкиваться от уровней, выделенных Е.А. Климовым, то «элитарные и псевдоэлитарные ориентации» и часто сопутствующие им проявления «личностной продажности» можно представить по крайней мере

421

на уровне не ниже «обыденно-рефлексивного описания».

Мы предлагаем некоторую разновидность методов, основанных на понимании и вчувствовании, которую образно называем «методом открытых глаз». Как известно, часто для исследования простых проявлений психического (психофизиологических реакций, при исследовании различных психических функций и способностей) нужны специально созданные экспериментальные условия или аппаратура. Соответственно, требования к методам исследования также достаточно жесткие. Но, как это ни покажется парадоксальным, для исследования сложных личностных проявлений всего этого не требуется, если умело использовать уже имеющуюся экспериментальную ситуацию под названием «жизнь»... Надо только «открыть свои глаза».

В каком-то смысле можно сказать, что «метод открытых глаз» уже давно и эффективно используют для понимания человеческой природы философы, писатели, педагоги, да и обычные люди, которые хотят разобраться в себе и в окружающем мире. Именно поэтому в настоящей работе мы активно использовали высказывания и рассуждения известных поэтов, писателей, политиков, философов и деятелей культуры о «величии» и его антиподах — «массовости» и «пошлости» (см. В поисках смысла, 1998; Ларец острословов, 1991; Разум сердца, 1990; Энциклопедия афоризмов, 1998; Гарин, 1992. Т. 1 и 2, и др.).

К сожалению, психологи иногда как бы «стесняются» обращаться к богатому наследию не только человеческой культуры, но даже к опыту исследователей из других, смежных наук, отраслей знания, таких, как философия, социологии, педагогики, экономика, биология и т.п. Примером такого «стеснения» явлйется призыв «различать позицию писателя как демиурга личности» и «позицию психолога как исследователя личности», т.к. психолог «опосредствованно» познает «человека в человеке, тогда как писатель познает человека «непосредственно» через чувственные образы. При этом утверждается, что «свободное перемещение категорий из одной отрасли знания в другую — в данном случае из поэтики в психологию — чревато серьезными методологическими затруднениями, даже если источником переноса является такой замечательный исследователь, ка-

422

ким был М.М. Бахтин» (см. Петровский, Ярошевский, 1998. С. 245-246).

Но проблема «элитарности» носит прежде всего междисциплинарный характер, и если ограничиваться только «своей» наукой, в частности, психологией, то и разобраться с «элитарностью» (как и с «личностью») вряд ли получится... Как справедливо заметил В. Дильтей, «чем ограниченнее кто-либо, тем охотнее он говорит о противоречиях в своем характере» (см. Энциклопедия афоризмов, 1998. С. 351), что может быть отнесено и к самим психологам, которые очень любят порассуждать о «противоречивости» своей науки.

Еще одна парадоксальная особенность «метода открытых глаз» заключается в том, что вся сложность его использования — в его простоте. Ведь всегда кажется, что для «солидного» исследования нужны специальное оборудование, громоздкие методики и прочие атрибуты «настоящей» науки. А вот просто «открыть глаза» и наблюдать за тем, что происходит вокруг, - это немыслимо!.. Однажды, на своих лекциях еще в конце 70-х гг. В.П. Зинченко, рассуждая о природе «чуда», сказал: «Чудо везде и всюду. Оно у нас под носом. Но только посвященный сможет увидеть его...». Рассматривая творчество в науке и философии, известный философ Х.Орге-га-и-Гассет отмечал, что «причина ошибочного взгляда на теоретическую деятельность со стороны ее решения, а не с первоначальной стороны самой проблемы лежит в непризнании чуда, засвидетельствованного великолепным фактом существования у человека проблем», поставленных не самим человеком, а «свалившихся на него», поставленных «его жизнью» и по сути своей являющихся проблемами «практическими» (Ортега-и-Гассет, 1991. С. 89).

Нередко исследователи высших уровней активности и творчества сталкиваются с проявлениями спонтанности, нерациональности (иррациональности) поведения, которые нередко противоречат прагматичной ориентации на «результат» и похвалу, но которые являются часто проявлениями подлинной субъектности и творчества человека. Например, Г. Селье, рассматривая проблемь полуформальной логики как важного элемента работы любого ученого, выделил среди прочего и «вспышку интуиции, «озарение» (Селье, 1987. С. 251). Аналогично в реальном профессиональном самоопределении человек

423

способен к интуитивному принятию качественного решения, но, как и в творчестве, такая интуиция оправдывает себя лишь в тех случаях, когда индивид пытался ранее осознать свою проблему и как-то решить ее. Ю.И. Левин, рассуждая о парадоксах самоутверждения, отмечал, что человек «может позволить себе игру с бессмыслицей, с хаосом, с деструкцией», когда он «уверен в своем разуме» (см. Как построить свое «Я», 1991. С. 49).

Как отмечает известный философ-интуитивист И.О. Лосский, существуют достоверные знания, которые «иначе, как путем непосредственного восприятия (созерцания), не могут быть получены», и прежде всего — это «знания об активности, действовании». Достигается такое познание активности через «координацию» субъекта с познаваемыми объектами, когда «наблюдающий субъект и наблюдаемый предмет внешнего мира присоединены друг к другу, несмотря на то, что они суть независимые друг от друга части мира» (Лосский, 1992. С. 150-160).

В этой связи В.В. Ильин пишет, например, что «...идея диморфии естественных и гуманитарных наук не может быть фундирована гносеологическими аргументами... в лимитах своего академического амплуа естественник и гуманитарий едят одно блюдо, хотя с разных концов и разными ложками» (Ильин, 1994. С. 22). Отстаивая правомерность разных видов познания, И.Т. Касавин отмечает, что, помимо традиционно научного (естественнонаучного) типа познания, существуют и другие формы постижения мира, которые «едва ли... могут быть вытеснены наукой», что постепенно «будет возрастать многообразие форм знания, связанных с локальными практиками и не требующих универсальной стандартизации», и что «индивидуализация знания в лучшем случае окажется совместимой с какой-то иной, отнюдь не современной наукой» (Касавин, 1990. С. 23).

На своих лекциях Е.А. Климов, говоря о практических методиках, часто подчеркивал, что «чем проще методика как внешнее средство, тем большего профессионализма она требует от психолога», и что «внешняя простота обманчива, т.к. психолог должен компенсировать ее системой развитых внутренних средств своей профессиональной деятельности». Это в полной мере относится и к «методу открытых глаз». Этот метод нельзя просто взять и «использовать» как какой-то хорошо отработан-

424

ный тест или игровое упражнение, которые сами могут компенсировать невысокий профессионализм психолога. «Метод открытых глаз» сам по себе не сработает.

В чем-то этот метод близок к «трудовому методу», применяемому в психологии труда, или к «методу включенного эксперимента», когда исследователь непосредственно включается в изучаемые процессы и пытается как бы «изнутри» понять их, но понять всем своим существом...

В идеале использование «метода открытых глаз» — это не просто «наблюдение» (хотя и обычное наблюдение дает достаточно информации для размышлений о совести и достоинстве), но и активное участие в исследуемом процессе. При такой активной позиции исследователь-участник должен обязательно иметь свою собственную нравственную позицию (совесть) и своими действиями постоянно провоцировать ответные действия тех людей, которых он собирается понять (исследовать). Желательно, чтобы такой «исследователь-провокатор» постоянно создавал для обследуемых ситуации нравственного выбора, например, ситуации «соблазна самоутверждения» за счет ущемления чужого достоинства, в том числе и собственного достоинства «исследователя».

И тогда, с одной стороны, исследователь становится своеобразным «сатаной-соблазнителем», постоянно устраивающим проверку человека на «вшивость», но, с другой стороны, он становится и своеобразной «жертвой», т.к. самого себя ставит в довольно рискованную ситуацию... Кто-то может сказать, что когда исследователь ставит себя в положение «жертвы», то он неизбежно теряет свое достоинство в глазах других людей, но многие авторитетные психологи-консультанты считают, что «защищенность является одним из злейших врагов терапевта» и в работе с клиентом (а также — с обследуемым) «первое правило - не отвечать ударом на удар» (см. Кан, 1997. С. 101). Есть и третья сторона в провоцировании «соблазнов» для самоутверждения за чужой счет, о которой уже не раз говорилось, — это создание для обследуемых таким образом людей возможности не только для проверки своего достоинства, но и для утверждения себя как личности, когда человек все-таки отказывается от таких «соблазнов», а также — условий для развития своего достоинства в этих, хоть и «мелких», с бытовой точки зрения, но на самом деле очень непростых испытаниях.

425

Для всего этого обычного житейского и даже профессионального опыта окажется недостаточно — психолог должен развивать в себе «способность совести», а также постоянно заботиться о собственном достоинстве. И если все-таки кто-то из психологов отважится использовать «метод открытых глаз», то ему сначала нужно будет обратиться к своему внутреннему миру, т.е. понять самого себя. Но понять себя — это значит осознать свое место и предназначение в мире, т.е. понимание себя неизбежно предполагает и понимание того мира, общества, в котором мы живем, а также — стремление понять смыслы жизни самых разных людей, живущих в этом мире...

В приложениях данного пособия (см. Приложения) представлены некоторые методики, которые позволяют осуществлять подобные «провокации» и предполагают активное наблюдение за участниками этих процедур с использованием «метода открытых глаз».

Естественно, при использовании «метода открытых глаз» в специальных научных исследованиях неизбежными окажутся различные способы фиксации, описания и интерпретации полученных данных (наблюдений, впечатлений, переживаний), но главное — это человеческое понимание других людей, а значит — и понимание самого себя... Во взаимодействии с личностью клиента или обследуемого сам исследователь неизбежно выступает не только в роли «субъекта» познания, но и как полноценная личность. При этом, как отмечал Д.И. Фельд-штейн, «именно в процессе целенаправленно организуемой деятельности формируется в человеке важнейшая, определяющая его как развитую личность потребность в благе другого» (Фельдштейн, 1994. С. 47). Естественно, что сказанное относится и к самому психологу-исследователю, выстраивающему свои отношения с другими людьми.

Обращение к «методу открытых глаз» означает не стремиться познать последнюю истину (как в традиционных естественнонаучных подходах), а предполагает скорее постоянное наблюдение, участие и рефлексию самого процесса изменения нравственных, мировоззренческих позиций окружающих людей, всего общества и окружающего мира, а также самого себя в этом мире.

426

Таким образом, исследователь, рискнувший использовать «метод открытых глаз», не ставит своей задачей непременно давать «объективную» оценку другим людям, он должен понимать тенденции развития мировоззрения людей, исходя из того, что человек постоянно меняется. При этом, оценивая тенденции изменения других людей, с которыми психолог взаимодействует, он неизбежно будет рефлексировать и собственные изменения, т.к. сам обречен быть субъектом своей собственной деятельности и своих взаимоотношений с миром и другими людьми. Если же психолог не готов быть таким субъектом, то ему лучше обратиться к уже проверенным, надежным и, конечно же, «правильным» методам работы, в которых уже заложена «субъектность» других психологов, которые и разработали столь замечательные средства.

Особенно сложно применять «метод открытых глаз» при исследовании проблемы «личностной продажности», т.к. многие просто не хотят ее замечать, а для многих сам факт обращения к данной проблеме - просто вызывает болезненные реакции (это тоже хорошо, т.к. хоть совесть еще сохранилась, еще беспокоит...). Поэтому для использования «метода открытых глаз» требуется не только особая деликатность и даже уважительное отношение к тем, кто совершает определенные сделки с совестью (в этом ведь тоже заключается право их личного выбора), но и определенное мужество, т.к. нельзя забывать о том, что в «открытые глаза» могут и плюнуть...
1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   ...   35

Похожие:

В профессиональном и личностном самоопределении iconБамберри В. Танцы с семьей: Семейная терапия: символический подход,...
Витакер К., Бамберри В. Танцы с семьей: Семейная терапия: символический подход, основанный на личностном опыте /Перев с англ. А....
В профессиональном и личностном самоопределении icon1. Дайте определение медицинской деонтологии: А) учение о профессиональном...
А) учение о профессиональном долге медицинских работников (врачей, мед сестер и др) перед больными и здоровыми детьми, перед человеком...
В профессиональном и личностном самоопределении iconНормальное психическое развитие имеет строго определенные этапы
Психическое развитие – процесс количественных и качественных изменений, происходящих в познавательном, эмоционально-волевом и личностном...
В профессиональном и личностном самоопределении iconКараваев А. Ф
Педагогическое управление в профессиональном коллективе участковых уполномоченных милиции
В профессиональном и личностном самоопределении iconИзучения нлп. Общая продолжительность курса 10 модулей Участие в...
Программа предназначена для специалистов помогающих профессий, таких как: психологи, учителя и преподаватели, врачи и социальные...
В профессиональном и личностном самоопределении iconВы в профессиональном Интернет-сообществе?
Составьте ассоциативную цепочку из десяти элементов (выберите только свою профессию)
В профессиональном и личностном самоопределении iconВзаимосвязь научной, методической и учебной деятельности в профессиональном...
Система подготовки научно-педагогических кадров в сфере физической культуры и спорта
В профессиональном и личностном самоопределении iconСеминарские занятия по нпоо
Правовые основы современной российской системы образования – закон «о высшем и послевузовском профессиональном образовании» (от 22...
В профессиональном и личностном самоопределении iconСеминарские занятия по нпоо
Правовые основы современной российской системы образования – закон «о высшем и послевузовском профессиональном образовании» (от 22...
В профессиональном и личностном самоопределении iconЗакон от 22. 08. 1996 n 125-фз (ред от 03. 12. 2011) "О высшем и...
Статья Правовое регулирование отношений в области высшего и послевузовского профессионального образования
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница