Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru


НазваниеРусский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru
страница3/54
Дата публикации23.03.2013
Размер7.61 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Психология > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   54

^ Современное состояние: области исследований

70—80-е гг. — это период весьма бурного развития социальной психологии в СССР. Ее институционализация к этому времени завер­шена, и основная форма дальнейшего развития — экстенсивное («вширь») и интенсивное («вглубь») развертывание двух типов ис­следований. Последнее относится прежде всего к совершенствованию методического и методологического арсенала науки. И в том, и в другом случае большую роль сыграло расширение сферы международных кон­тактов советских социальных психологов — от участия в международ-

17

2 - 7380

ных конгрессах и конференциях, международных организациях (в 1975 г. были избраны членами Европейской Ассоциации Эксперименталь­ной Социальной Психологии первые четыре советских ученых: Г.М. Андреева, И.С. Кон, А.Н. Леонтьев и В.А. Ядов) до участия в совмес­тных исследованиях и публикаций в международных журналах.

Обозначаются достаточно четко две сферы социальной психоло­гии и соответственно два типа исследований: фундаментальные и при­кладные. Последние получают широкое развитие в таких отраслях общественной жизни, как промышленное производство (с попытками создания здесь социально-психологической службы), деятельность СМИ, школа (с утверждением должности «школьного психолога», выполняющего преимущественно социально-психологическую рабо­ту), армия, «служба семьи» и пр. Судьба этой области социальной психологии в дальнейшем значительно изменяется, отчасти в связи с дальнейшей специализацией и отпочкованием так называемой «прак­тической социальной психологии» (экспертиза-консультирование, тре­нинг), отчасти — в связи с радикальными социальными преобразова­ниями после 1985 г.

Что же касается «академической» ветви социальной психологии, реализующейся в системе фундаментальных исследований, то здесь по­лучают широкое развитие практически все основные проблемы науки. <...>

Мера представленности основных проблем вполне сопоставима с объемом их исследования в других странах.

Естественно, что отчетливо обозначились магистральные направ­ления: психология малых групп (В.Б. Ольшанский, Я.Л. Коломинс-кий, Р.Л. Кричевский, Ю.П. Волков), психология межгрупповых от­ношений (B.C. Агеев), психология конфликта (А.И. Донцов, Ю.М. -Бородкин), этнопсихология (Т.Г. Стефаненко), социализация (Н.В. Андреенкова, Е.М. Дубовская) и пр. Столь же широкое распростране­ние получили прикладные исследования почти во всех сферах обще­ственной жизни: управления (А.Л. Свенцицкий, А.Л. Журавлев), средств массовой информации (А.А. Леонтьев, Н.Н. Богомолова, Ю.А. Шерко-вин), науки (М.Г. Ярошевский — автор концепции «программно-ро­левого подхода», М.А. Иванов), организации (Ю.М. Жуков, Т.Ю. Ба­заров, Е.Н. Емельянов), политики (Л.Я. Гозман).

В последние годы заявило о себе особое направление — практи­ческая социальная психология, которая частично по-прежнему сосре­доточена в высших учебных заведениях и научно-исследовательских институтах, но в значительной мере реализует себя в специальных организациях типа консультационных центров, рекламных бюро и т.п. Практическая социальная психология сделала ряд обобщающих тру­дов методологического характера. Так, получившей широкое распро­странение практике социально-психологического тренинга предше­ствовали работы Л.А. Петровской. Психологи-практики объединены в

18

несколько обществ и ассоциаций, среди которых можно назвать Ас­социацию практической психологии, Ассоциацию психотерапии (где заметное звено — групповая психотерапия) и др. Предметом дискус­сии остается вопрос о взаимоотношениях академической социальной психологии \\ различных видов ее практического воплощения. К со­жалению, специальных учреждений для подготовки кадров в этой области не существует, и университетские курсы вынуждены выпол­нять не свойственные им функции.

Что же касается социально-психологического образования в це­лом, статус его сейчас достаточно прочен. Ранее всего такое образо­вание было сосредоточено на психологических факультетах и отделе­ниях университетов, где в ряде случаев были созданы специальные кафедры социальной психологии (кроме Москвы и Санкт-Петербур­га—в Ярославле, Ростове-на-Дону, а также в университетах Украи­ны и Грузии — в Киеве и Тбилиси). На возникших позже социологи­ческих факультетах специальных кафедр нет, но курсы социальной психологии читаются повсюду. Более того, такие курсы с недавних пор введены и во всех педагогических университетах и институтах, а также и в некоторых высших технических учебных заведениях. Эпизо­дически курсы социальной психологии читаются на ряде «смежных» факультетов в университетах: юридическом, экономическом, журна­листики и др. Как уже отмечалось, специальность «социальная психо­логия» присутствует в перечне специальностей государственной атте­стационной системы.

^ Уроки и перспективы

С таким багажом советская социальная психология пришла к мо­менту начала радикальных социальных преобразований, получивших импульс вместе с «перестройкой»: подобно тому, как в истории этой науки на Западе общественные потрясения 1968 г. дали основания для ее глубокой рефлексии, социальные изменения в СССР не могли не заставить советскую социальную психологию также переосмыслить и путь своего развития, и свои реальные возможности, причины успе­хов и слабостей. Коренные преобразования в экономической структу­ре общества, характере политической власти, во взаимоотношениях общества и личности сказались на изменениях в самом предмете ис­следований и должны были быть осмыслены в терминах науки. Еще рано говорить о подлинном осмыслении социальной психологией новой реальности, но кое-какие выводы можно сделать и в этой связи обри­совать некоторые перспективы.

Как отмечалось, накопленный советской социальной психологи­ей опыт, ее теоретические и экспериментальные разработки, несмот­ря на то, что создавались в марксистской парадигме, не выводили отечественную социальную психологию из русла развития мировой

19

науки. Во всяком случае, одна общая черта, несомненно, присутству­ет: социальная психология любой школы на любом отрезке ее исто­рии всегда апеллировала к стабильному обществу. Собственно, такая переменная, как «стабильность—нестабильность», практически не фигурировала в исследованиях. В этом смысле социальная психология значительно отличается от социологии, где проблема социальных из­менений давно включена в общий контекст науки. В социальной пси­хологии, во многом за счет того, что эталоны ей на международной арене задавала американская традиция с ее позитивистски-эмпиричес­ким креном, эта проблема явно возникает лишь в последние годы в рамках зарождения европейской «оппозиции» американскому образцу. Так, в работах А. Тэшфела был остро поставлен вопрос о недопустимо­сти игнорирования в социально-психологических исследованиях соци­альных изменений, происходящих в обществе. В советской традиции эта идея присутствовала в лучшем случае на уровне деклараций, в исследо­вательской же практике она оказалась безоружной перед лицом гло­бальных общественных трансформаций, и одна из причин этого — до­минирование не социологической, а психологической версии предмета. Аппарат социально-психологического исследования, его средства не адаптированы к изучению феноменов изменяющегося мира. Поэтому, если социальной психологии приходится существовать в этом мире, ее первая задача — осознать характер происходящих преобразований, по­строить собственную программу трансформирования сложившихся подходов в связи с новыми объектами исследований, новыми типами отношений в обществе, новой ситуацией.

Радикализм преобразований, осуществляемых в России, настоль­ко глубок, что многие из их проявлений просто не могут быть «схва­чены» в рамках разработанных социально-психологических схем: са­мая существенная черта современного российского общества — не­стабильность — исключает его анализ методами и средствами, приспособленными для анализа стабильных ситуаций. Соображение о том, что социальная психология изучает «сквозные» проблемы чело­веческих взаимоотношений, их общие, универсальные механизмы, не может поправить дело. Хотя идея включения в социально-психоло­гические исследования социального контекста принципиально давно принята наукой (что нашло отражение в работах С. Московиси, А. Тэш­фела, Р. Харре и др.), теперь в нашей стране «контекст» этот настоль­ко сложен, что требует специального осмысления. Уже сегодня можно обозначить те процессы, с которыми сталкивается массовое сознание в ситуации нестабильности и которые требуют пристального внима­ния социальных психологов.

К ним можно отнести глобальную ломку социальных стереотипов, обладавших глубокой спецификой в нашем обществе: исключитель­ная «длительность» их утверждения (практически в течение всего пе­риода существования советского общества), широта их распростра-

20

ненности (внедрение в сознание самых разнообразных социальных групп, хотя и с разной степенью интенсивности), наконец, поддерж­ка их не только силой господствующей идеологии, но и институтами государства.

^ Изменение системы ценностей — второй блок социально-психоло­гических феноменов, требующих внимания исследователей. Это каса­ется соотношения групповых (прежде всего, классовых) и общечело­веческих ценностей. Воздействие идеологических нормативов было настолько велико, что идея приоритета классовых ценностей прини­малась в массовом сознании как сама собой разумеющаяся, и напро­тив, общечеловеческие ценности трактовались как проявления «абст­рактного гуманизма». Неготовность к их принятию обернулась в новых условиях возникновением вакуума, когда старые ценности оказались отброшенными, а новые — не воспринятыми.

С этим связан и третий блок проблем, сопряженных с кризисом идентичности. Инструмент формирования социальной идентичности — процесс категоризации в значительной мере модифицируется в не­стабильном обществе: категории, фиксирующие в познании устояв­шееся, есть порождения стабильного мира. Когда же этот мир разру­шается, разрушаются и социальные категории, в частности те, кото­рые обозначают социальные или этнические группы (как быть сегодня, например, с такой категорией, как «советский человек»?). Послед­ствия этого для многих людей довольно драматичны.

Перечень такого рода проблем может быть продолжен, однако вывод уже напрашивается: социальная психология сталкивается с новой социальной реальностью и должна ее осмыслить. Мало просто обно­вить проблематику (например, исключить тему «психологические про­блемы социалистического соревнования»); недостаточно также про­сто зафиксировать изменения в психологии больших и малых соци­альных групп и личностей (в той, например, области, как они строят образ социального мира в условиях его нестабильности), хотя и это надо сделать. Вместе с тем кое-какие шаги в этом направлении уже делаются, например, в исследованиях ломки стереотипов, кризиса идентичности и др. Необходим поиск принципиально новых подходов к анализу социально-психологических явлений в изменяющемся мире, новой стратегии социально-психологического исследования.

Возможно, они приведут к совершенно новой постановке вопро­са об общественных функциях социальной психологии. Хотя в прин­ципе такие функции определены и изучены, их содержание может существенно изменяться, если социальная психология сумеет изба­виться от нормативного характера, который был присущ ей в пред­шествующий период, то есть в меньшей степени будет считать своей функцией предписание должного и, напротив, в большей степени предоставлять человеку информацию, оставляющую за ним право на самостоятельный выбор решения. <...>

21

К.Дж. Герген

^ СОЦИАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ КАК ИСТОРИЯ*

<...> Цель настоящей статьи состоит в том, чтобы доказать, что социально-психологическое исследование есть по преимуществу ис­следование историческое. В отличие от естественных наук социальная психология имеет дело с фактами, которые подвержены заметным временным флуктуациям и по большей мере неповторимы. Принци­пы взаимодействия людей не могут быть с легкостью выявлены с течением времени, потому что нестабильны факты, на которых они базируются. Здесь невозможна аккумуляция знания в обычном, науч­ном понимании этого процесса. Ниже будут изложены два ряда аргу­ментов в защиту данного тезиса: в первом случае в центре внимания будет воздействие науки на характер социального поведения, во вто­ром — процесс исторических изменений. <...>

^ Влияние науки на процесс социального взаимодействия

<...> В последнее десятилетие обратная связь между учеными и об­ществом получает все более широкое распространение. Стремительно расширяются разнообразные каналы коммуникации. Современное ли­беральное образование предполагает знакомство с основными постула­тами психологии. Средства массовой информации также постепенно осознают широкий интерес публики к психологическим проблемам. Издатели популярной периодики обнаружили прибыльность публика­ций, отражающих мнение психологов по поводу современных моделей поведения. Если к названным тенденциям прибавить экспансию книж­ного рынка популярных изданий по психологии, растущие требования обоснованности общественных затрат на психологические исследова­ния со стороны правительства, распространение техники разрешения конфликтов, становление (с помощью рекламы и деловых игр) психо­логии торговли и предпринимательства, а также возрастающий уровень доверия важнейших институтов (коммерческих, государственных, со­циальных) к сведениям кабинетных ученых, занятых психологией по­ведения, — все это позволит ощутить ту теснейшую взаимосвязь, кото­рая существует между психологом и его культурным окружением. <...>

Однако не только практическое применение наших научных прин­ципов может изменить характер эмпирических данных, на которых эти принципы базируются, но и сам процесс разработки этих прин­ципов способен лишить их фактического основания. Можно привести

* ^ Герген КДж. Социальная психология как история /Социальная психология: Саморефлексия маргинальности. М., 1995. С. 23—49.

22

три ряда аргументов, касающихся данной проблемы: первый связан с необъективностью оценок в процессе психологического исследова­ния, второй — с «освобождающим эффектом» психологического зна­ния, третий — с превалирующими ценностями культуры.

Являясь аналитиками человеческого взаимодействия, мы обрече­ны на своеобразную двойственность. С одной стороны, мы дорожим беспристрастностью в решении научных проблем, так как хорошо пред­ставляем себе последствия чрезмерной приверженности какой-либо системе ценностей. С другой стороны, как социализированные индиви­ды мы несем с собой массу ценностей, связанных с природой соци­альных отношений. Социальный психолог, чья система ценностей не влияет на предмет его исследований, исходы наблюдения или способы описания, будет скорее исключением, чем правилом. Мы включаем наши личностные ценности и в разрабатываемые нами теории социального взаимодействия. Воспринимающий эти теории получает, таким обра­зом, двоякую информацию: бесстрастное описание того, что является, и искусно замаскированное предписание того, что желательно. <...>

Например, в работах, посвященных конформизму, конформиста нередко рассматривают как гражданина второго сорта, как предста­вителя социального стада, который отказывается от личных убежде­ний в угоду ошибочному мнению других. В результате модели социаль­ного конформизма привлекают общественное внимание к таким фак­торам, которые в принципе могут повлечь за собой социально нежелательные действия. В сущности, психологическая информация блокирует влияние подобных факторов в будущем.

Аналогичный подтекст нередко содержат и исследования измене­ния аттитюдов. Знание принципов смены аттитюдов вселяет лестную уверенность в своей способности изменять окружающих людей, кото­рые таким образом низводятся до статуса манипулируемых. Тем самым теории смены аттитюдов обращают внимание широкой публики на не­обходимость психологической защиты от факторов потенциального воз­действия. Точно так же теории агрессии, как правило, третируют агрес­сора, модели межличностных соглашений осуждают отношения эксп­луатации, а концепции морального развития пренебрегают теми, чей уровень нравственного становления не достиг оптимальной стадии. Сво­бодной от ценностных предрассудков может, на первый взгляд, пока­заться теория когнитивного диссонанса; однако в большинстве работ этой теоретической ориентации в крайне нелестных выражениях опи­сываются источники снижения диссонанса. Как это глупо, — скажем мы, — что люди должны плутовать, стремиться получить низкий тесто­вый балл, менять свое мнение о других или есть нелюбимую пищу — и все это только для того, чтобы поддерживать социальное согласие!

23

<...> Категории, которыми оперирует психология, редко свобод­ны от ценностей; большинство из них вполне можно было бы заме­нить другими понятиями с совершенно иным ценностным багажом. Социальный конформизм можно было назвать просоциальным пове­дением, изменение аттитюдрв — когнитивным взаимодействием, а склонность к риску — проявлением социального бесстрашия. <...>

Передача ценностей посредством знания лишь отчасти происхо­дит сознательно. Приверженность ценностям — это неизбежный побочный продукт социального бытия, и мы как участники социаль­ного процесса, преследуя свои профессиональные цели, вряд ли можем отгородиться от ценностей общества. Кроме того, используя для науч­ного общения язык своей культуры, мы не найдем таких терминов для обозначения социальной интеракции, которые не были бы обре­менены ценностными предписаниями. Мы могли бы, вероятно, свес­ти на нет скрытые предписания, составляющие атрибут научной ком­муникации, если бы воспользовались чисто техническим языком. Од­нако даже технический язык приобретает оценочный характер, как только ученые начинают использовать его в качестве рычага социаль­ного изменения. Видимо, наилучший выход — это предельное внима­ние к собственной предвзятости и откровенность ее выражения. Цен­ностная тенденциозность может оказаться неизбежной, но мы в со­стоянии избежать ее облачения в костюм объективной истины.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   54

Похожие:

Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconРусский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru
Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания.   М.: “Медиум”, 1995.   323 с
Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconРусский Гуманитарный Интернет Университет библиотека учебной и научной литературы
Монография предназначена для читателей, интересующихся философскими проблемами современной науки
Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconРусский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru
Видимо, поэтому очень много внимания уделяется политическому pr. На практике также активно используется способность public relations...
Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconРусский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы
...
Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconРабочая программа учебной дисциплины «правоохранительные органы»...
Указанная цель достигается путем проведения лекций, семинарских и практических занятий, а также самостоятельного изучения студентами...
Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconФгбоу впо «московский государственный гуманитарный университет им....
Фгбоу впо «московский государственный гуманитарный университет им. М. А. Шолохова»
Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconСправочник адресован широкому кругу читателей. Isвn 5-7684-0515-1...
Всероссийская государственная библиотека иностранной литературы им. М. И. Рудомино
Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconКурс «история русской литературы» Разделы учебной дисциплины
Общая характеристика русской литературы, её гуманистический пафос, художественные поиски жизнеутверждающих идеалов, высоких духовных...
Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconРегламент выступлений
Российский государственный гуманитарный университет, Институт восточных культур и античности
Русский Гуманитарный Интернет Университет Библиотека Учебной и научной литературы www. I u. Ru iconНоу впо «санкт-петербургский гуманитарный университет профсоюзов»...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
userdocs.ru
Главная страница