Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!»


НазваниеКнига вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!»
страница1/11
Дата публикации25.06.2013
Размер1.11 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Военное дело > Книга
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


ЧАРЛЬЗ УАЙТИНГ. БОЙНЯ В МАЛЬМЕДИ.

Книга вторая

Оборона

День четвертый:

Вторник, 19 декабря 1944 года

«Вы все здесь террористы!»

Йохен Пайпер – месье Натали, Стумон

1.

Генерал Риджуэй в Бастони встал утром 19 декабря рано, и очень быстро оделся и умылся. Штаб VIII корпуса произвел на него накануне вечером не самое лучшее впечатление. Миддлтон был все тот же – немного медлительный, спокойный и усидчивый, типичный пехотинец. Но вот его офицеры были явно заражены пессимизмом и плохими предчувствиями. 106-я дивизия корпуса была разгромлена, так же, как и 14-я кавалерийская; 28-я пехотная дивизия несла тяжелые потери, и теперь корпус оказался отрезанным от фронта, так что верховное командование оставалось теперь в полном неведении относительно происходящего. Все обсуждения дел со штабными офицерами проходили в мрачном настроении, и Риджуэй был рад, что наконец-то покидает Бастонь и возвращается в свой корпус. Осталось только выпить кофе, поговорить еще раз с Миддлтоном, и можно было уезжать отсюда, неважно, туман там или не туман, и заняться установкой собственного командного пункта где-нибудь чуть южнее Вербомона с его 82-й воздушно-десантной дивизией Гейвина – может быть, в Труа-Пон?

Отправившись по темному коридору в поисках завтрака, генерал случайно услышал разговор двух рядовых за своей спиной:

- Убраться бы отсюда к черту, - говорил один.

- Не получится. Мы окружены, - решительно возражал второй.

В то туманное декабрьское утро настроение рядовых солдат - участников этого диалога в штабе Миддлтона полностью соответствовало настроению всего высшего командования союзников. Контрнаступление в Арденнах застало ошеломленных союзников «со спущенными штанами». В течение нескольких месяцев они уверяли себя, что с немцами теперь покончено, что они на грани краха. Победа ждет уже за ближайшим углом, твердили офицеры друг другу. А теперь, к 19 декабря самоуверенность сменилась паникой и страхом.

Все коммуникации были разорваны. Слухи разлетались с быстротой молнии. Пространство за линией фронта с американской стороны кишело саботажниками и вражескими парашютистами. Фронт разлетался вдребезги. В тылах царили сомнения и замешательство. Поварам и писарям выдавали оружие и выставляли их на оборудуемые в спешке укрепленные пункты. Негры из тыловых служб с изумлением узнавали, что теперь они – стрелки боевых частей. Центрам подготовки было приказано формировать временные полки для немедленного противостояния немецким танкам, которые вот-вот появятся. И по всему тылу писари и управленцы жгли секретные документы и готовили караваны грузовиков для броска к французскому побережью.

И вот в обстановке этих пораженческих, почти панических настроений верховный главнокомандующий, генерал Эйзенхауэр, мчался утром по северу Франции, чтобы к одиннадцати часам прибыть в Верден. Там он вошел в промерзшую комнату бывшей французской «казармы Мажино», а за ним – некоторые из высших американских военачальников: Брэдли, Паттон, Диверс и начальник собственного штаба Эйзенхауэра, угрюмый генерал Беделл Смит. Шаркая по полу деревянными стульями, все расселись по местам.

Эйзенхауэр начал совещание без своей обычной улыбки.

- В сложившейся ситуации мы должны видеть не опасность, а в первую очередь открывающиеся перед нами возможности, - с ложным оптимизмом приступил он. Затем генерал замолчал, и лицо его озарилось той самой знаменитой улыбкой, которая принесла ему симпатию тысяч жителей стран союзников, а в конце концов – помогла выиграть выборы. – За этим столом должны быть только бодрые лица!

Потом выступил генерал Стронг, начальник разведки Эйзенхауэра, с докладом о положении дел в Арденнах на 09:00.

Подробности совещания в Вердене хорошо известны. Общепринято считать, что именно оно стало переломным событием Арденнской Битвы, поскольку именно на нем Верховное Командование признало наконец всю серьезность угрозы и приняло меры для противостояния этой угрозе. Когда в начале второй половины дня совещание закончилось, было решено, что вывести Третью армию генерала Паттона из битвы за Саар и бросить ее в атаку на южный фланг немецких сил в Арденнах самое позднее к 23 декабря.

Выходя из комнаты одновременно с Паттоном, Эйзенхауэр сказал ему, показывая на свою пятую звезду:

- Забавно, но каждый раз, стоит мне получить очередную звезду, как я попадаю под очередную атаку.

- Ага, - ответил Паттон, - а каждый раз, когда вы попадаете под атаку, мне приходится вас спасать.

Вот так, с шутками-прибаутками, они расстались, пребывая в полной уверенности, что теперь-то ситуация под контролем.

Но уверенность их сильно поколебалась бы, имей они возможность видеть в тот момент фронт в районе реки Амблев. Из конца в конец все полыхало. В Ставло шел штурм силами всех немецких соединений, и батальону пехоты Фрэнкленда приходилось обороняться от целого полка бронепехоты немцев. 2-й полк бронепехоты СС под командованием оберштурмбанфюрера Зандига, давнего друга Пайпера по лейбштандарту, отчаянно пытался занять Ставло и пробиться к авангарду дивизии в Ла-Глейз.

Штурм начался в полдень. Под прикрытием интенсивного огня мортир и пулеметов, который вынудил солдат Фрэнкленда укрыться в развалинах домов возле реки, к стратегическому мосту подошли шесть «тигров». Одновременно с ними в сотне ярдов от моста в реку вошли с дюжину амфибий.

Но ночью в подкрепление к солдатам полковника Фрэнкленда подошла артиллерийская батарея. Орудия расположились на доминирующих высотах, и вступили в бой в самый необходимый момент. Первый залп лишь зря поднял фонтаны воды на высоту в тридцать футов. Второй пришелся точно в цель. Несколько лодок исчезли, еще несколько – стали тонуть. В воде появилось множество мертвых тел и умирающих людей; перепуганные тяжело снаряженные эсэсовцы отчаянно пытались выплыть в быстрине. Третий залп тоже попал в цель, и последние оставшиеся лодки пошли на дно. Переправа была сорвана.

Но «тигры» полковника Зандига тем временем продолжали движение. Американские солдаты в ужасе смотрели на то, как первый из них въезжает на мост. Самым тяжелым имевшимся в их распоряжении вооружением был пулемет 30-го калибра. Но тут в происходящее вмешался экипаж одного из противотанковых орудий взвода Фрэнкленда. Тяжело грохоча, машина подъехала к повороту дороги за мостом и остановилась. Наводчик поймал в прицел немецкий танк, и не успел экипаж «тигра» ничего предпринять, как 90-миллиметровый снаряд попал танку точно под башню. В танке раздался глухой взрыв. Потом люки вылетели, а из отверстий полыхнула желто-красная вспышка. Из башни повалил дым и машина остановилась на немецком берегу реки, так и не достигнув моста. Никто из экипажа не выжил. Оставшиеся «тигры» на всей скорости бросились наутек. На какое-то время штурм был окончен.

Одной опасности удалось избежать, но чуть западнее уже маячила вторая. Рано этим же утром Пайпер узнал о том, что его коммуникации под угрозой, поскольку в Ставло появились американцы. Он вызвал к себе майора Книттеля, командующего тылом в Ла-Глейз, и приказал ему атаковать Ставло силами своего разведывательного батальона. Книттель, под командованием которого находилось несколько танков, легких бронемашин и мобильных артиллерийских установок, понимающе кивнул. Перед выходом он коротко бросил:

- Die haben ‘n ganze Menge auf der Kreuzung umgelegt. (1)

(1) Там, на перекрестке, кучу народу перебили (нем).

- На перекрестке? – переспросил Пайпер, оторвавшись от карты.

- Да, на повороте на Энгельсдорф (Линьевиль). Там теперь куча трупов янки

Так Книттель донес до Пайпера первую весть о событии, которое позже назовут «бойней в Мальмеди».

К полудню разведывательный батальон Книттеля передислоцировался в район к западу от Ставло. Майор расположил свой штаб в сожженной ферме на окраине Труа-Пон. Здесь он быстро разделил своих людей на две команды. Одной половине под командованием капитана Кобленца предстояло наступать на Ставло вдоль дороги, тянувшейся к северу от реки Амблев, а второй, под командованием капитана Гольца – двигаться по крутой извилистой проселочной дороге к горным деревушкам Стер, Парфондрю и Ренармон, где высота местности наконец-то позволила бы накрыть огнем американскую батарею, расположившуюся за Стумоном.

Передовые артиллерийские наблюдатели американцев очень быстро заметили колонну Кобленца на дороге в тот момент, когда немцы были зажаты между рекой и горным склоном. На беззащитную колонну обрушился град снарядов, и за несколько минут с наступлением было покончено.

После этого все внимание американцев обратилось на Гольца, который успел к тому времени уже добраться до деревень. Удивленные местные жители с улыбками выбежали встречать солдат, думая, что это американцы. Улыбки быстро исчезали с их лиц.

И снова артобстрел. Первые же залпы угодили точно в цель. Немцы повсюду валились мертвыми и ранеными, потом один снаряд угодил в ящик с боеприпасами и раздался оглушительный взрыв. Так наступление Гольца тоже резко оборвалось.

Во второй половине дня в подвалы сожженной фермы, где разместился штаб Книттеля, начали поступать донесения. Его полк понес очень большие потери – три сотни человек, больше трети всего личного состава полка были убиты или ранены. Обстрел и Кобленца, и Гольца все еще не прекращался. Вместе с донесениями о потерях поступали горечь и отчаянье.

2.

Убийства начались внезапно. Месье Тони Ламбер-Бок решил побриться, несмотря на бушующую снаружи битву и лязг немецких танков на дороге перед домом. Все утро он просидел в подвале со своей семьей и всеми остальными, кто прятался в их доме. Наступило уже два часа дня, а он все еще не умылся и не побрился. Надо сказать, что для месье Ламбер-Бока было очень важно опрятно выглядеть. И вот, несмотря на уговоры всей семьи, он решил, что пора заняться своим туалетом. Бреясь над тазом с холодной водой, он услышал, как распахнулась входная дверь. Хозяин решил, что она открылась от взрыва, и вышел из ванной с мыльной пеной на лице, чтобы закрыть дверь. Однако тут же бритва выпала у него из рук: перед ним стояла группа вооруженных эсэсовцев. Один из них молча прошел через холл и выстрелил месье Ламбер-Боку в голову. Тот упал без единого звука и эсэсовцы ушли прочь.

Сидящие в подвале слышали выстрел, но никто не решился выйти посмотреть, что произошло. Наконец сын месье Ламбер-Бока поднялся по ступенькам; через несколько секунд он вернулся с криком:

- Ils ont tuй mon papa! (1)

(1) Папу убили! (фр.) – прим. пер.

Убийства шли волной.

Час спустя пятеро немецких солдат вошли в дом, где проживали месье и мадам Жоржин, мадам Куне и семья Николай. Двое вошедших без единого слова направились вверх, а остальные трое согнали жильцов под дулами автоматов на кухню. Один из эсэсовцев крикнул:

- Вы прячете бандитов!

Перепуганные бельгийцы поняли, что он имеет в виду.

- Нет! – закричали они, - здесь нет ни одного американца! Вообще ни одного!

Солдаты не успокоились. Один из них приказал Луи Николаю выйти вместе с ним на улицу. Николай подчинился. Несколько секунд в маленькой кухне было тихо, а потом тишину разорвал одиночный выстрел. Мадам Николай зарыдала.

Теперь один из оставшихся в кухне немцев приказал выходить месье Жоржину. Тот послушно отправился вместе с немцем к двери, но мозг его лихорадочно работал. Он не собирался покорно умереть, так же, как Николай. Немец жестом приказал Жоржину следовать за собой. Автомат лязгнул; Жоржин глубоко вдохнул, собрал все силы и рванулся к реке по булыжникам мостовой. Немец оторопел, казалось, на целую вечность. За оторопью последовала вспышка ярости, сопровождаемая градом пуль. Жоржин тут же тяжело рухнул на мостовую. Он затаил дыхание, пытаясь скрыть дрожь, в надежде, что его посчитают мертвым. Видимо, солдат, стоявший на крыльце с автоматом, именно так и решил, потому что повернулся и ушел обратно в дом.

Жоржин отсчитал в уме пять минут. Потом, осторожно, сантиметр за сантиметром, он начал ползти к реке. Наконец, добравшись до воды, он свалился в нее и поплыл. Но когда он уже выбирался на противоположный берег, раздалась пулеметная очередь, и он тяжело рухнул, на этот раз уже не понарошку. Немецкая пуля чуть не оторвала ему руку. (1)

(1) Месье Жоржину повезло больше, чем его жене и всем остальным, кто остался в доме. Несколько дней спустя всех их нашли расстрелянными.

Стреляли уже в каждом доме по всей дороге от Ставло до Труа-Пон и в деревушках, расположенных в горах над дорогой. В Стере было убито четверо, и еще пятнадцать человек – за околицей деревни. В Ренармоне убили девятнадцать человек, их дома подожгли, чтобы скрыть следы. В Парфондрю было убито двадцать шесть человек. На ферме Юрле, что находилась на окраине деревни, эсэсовцы скосили из пулемета с дюжину человек. Когда немцы ушли, выбравшиеся из укромных мест жители деревни нашли среди убитых, которым было от 9 месяцев, как Бруно Клейн-Терфу, до семидесяти восьми лет, как Жозефине Грожен-Урон, только одного человека, которому посчастливилось выжить. Это была двухлетняя Моника Тонон. Вся в крови, она лежала рядом с матерью.

Убийства продолжались весь день, не прекратившись с наступлением темноты. Молодые эсэсовцы (убийства были делом рук в основном молодежи до двадцати лет), которым не дали пробиться на запад и которых весь день обстреливала американская артиллерия, врывались в домики на берегу реки с двумя фразами, призванными оправдать последующие действия:

- Вы прячете американцев! Они стреляют по нам!

С этими словами они открывали огонь. Количество убитых мирных жителей горных деревушек и местности вдоль дороги от Ставло до Труа-Пон быстро увеличивалось.

Незадолго до того, как Кобленц отправился в наступление по дороге на Ставло, мадмуазель Регина Грегуар, урожденная Регина Хойзер из приграничного Мантерфельда, женщина, бегло говорившая по-немецки, решила укрыться вместе с двумя детьми в подвале дома месье Легая, напротив ее собственного дома. Там уже собралась толпа перепуганных беженцев. Считая троих новоприбывших, получилось всего двадцать шесть человек, по большей части – женщины и дети.

Весь день ничего не происходило, только один американский солдат спустился в подвал, осмотрел перепуганные лица, как будто искал кого-то, и так же молча вышел.

Темнело. Женщины кормили детей хлебом и особым местным копченым беконом. В подвал спустился еще один американский солдат с ружьем. С помощью жестов, нескольких французских и четко произносимых английских слов он донес до собравшихся мысль о том, что немцы атакуют соседний Стер, и лучше всего пересидеть в подвале, пока все не закончится. На этом американец ушел, и женщины принялись укладывать малышей спать в корзинки в углу подвала. Было шесть часов вечера.

Вдруг прямо у них надо головой раздался выстрел, потом – залп. Ему ответил еще один залп, подальше. Стреляли все интенсивнее, наконец, перестрелка стала непрерывной. Стреляли у них над головой, потом – в отдалении. Застрочил пулемет, за ним – еще один. Над собравшимися в подвале шел жестокий бой.

Примерно час спустя бой прекратился так же внезапно, как и начался. Стрельба затихла, и перепуганные жители замерли в ожидании дальнейших ударов. Они не замедлили явиться. Дверь подвала распахнулась и по ступенькам скатился какой-то предмет. Секунду собравшиеся смотрели на него, не веря собственным глазам – это была граната! Полыхнула вспышка и по подвалу разлетелись металлические осколки. Только чудом никого не задело.

Через несколько секунд влетела еще одна граната. Мадам Грегуар почувствовала резкую боль в ноге. Она посмотрела вниз – кусок металла пропорол ее чулок из темной шерсти. Из раны текла кровь.

Резкий голос сверху крикнул:

- Hierаus! (1)

(1) выходите наружу! (нем) – прим. пер.

В подвале началась паника. Кто-то вспомнил, что мадам Грегуар говорит по-немецки, и бросились к ней:

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» iconРасписание марафона 3 декабря 2012 года (понедельник)
Международный день инвалидов. Все, что здесь будет происходить, и все, что мы придумали, подчинено лишь одной цели – превратить формальный...
Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» iconРасписание марафона 3 декабря 2012 года (понедельник)
Международный день инвалидов. Все, что здесь будет происходить, и все, что мы придумали, подчинено лишь одной цели – превратить формальный...
Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» iconКнига первая Наступление День первый: Суббота, 16 декабря 1944 года....
Так оно и вышло, но сначала непоколебимая уверенность американской армии была вдребезги разбита в ходе отчаянного и абсолютно неожиданного...
Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» icon1. Основными видами общевойскового боя являются оборона и наступление....
Оборона и наступление тесно взаимосвязаны. Любая оборона содержит элементы наступления, а наступление—элементы обороны
Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» icon19. 12. 12 Состоится празднование дня Николы Зимнего
День Святителя Николая Чудотворца! Православные празднуют этот день 19 декабря (католики 6 декабря)
Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» iconКнига вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга...
«Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая»: Молодая гвардия; Москва; 1990
Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» iconИстория башкир
Первая книга напечатана во времена Российской империи, а вторая в советский период. Первая книга написана на общем для народов Урало-Поволжья...
Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» iconДень вторник. Мантра «ом намо бхагаватэ нарасимхадевайя». Это защитная...
...
Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» iconПиттакус Лор Аннотация Питтакус Лор я четвертый: Пропущенные материалы: Наследия павших
До Четвертого (Джона Смита) шли Первая, Вторая и Третий. Про них было известно только, что могадорцы схватили Первую в Малайзии....
Книга вторая Оборона День четвертый: Вторник, 19 декабря 1944 года «Вы все здесь террористы!» iconКнига вторая из серии «знания первоистоков»
С12 Семья – космическая единица. Книга вторая. Серия «Знания Первоистоков». – Челябинск, 2012. – 136с
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница