Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот


НазваниеМэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот
страница31/38
Дата публикации28.03.2013
Размер5.53 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   ...   38

10
Киллар, как мне говорили, – гора в самом центре Ирландии. В других частях острова имеются горы, которые если не превышают наших размеров, то и не уступают Киллару. Однако Киллар не гора. Это пологий конический холм, чья вершина уходит в высоту не более чем на девять сотен футов. На ней даже не растет лес. Его покрывают жесткая трава, заросли боярышника то здесь, то там и одинокие дубы.

При всем этом он кажется горой для тех, кто подходит издалека, стоя одиноко среди широкой равнины. Кругом без всяких возвышенностей простираются ровные зеленые поля. Что на север, что на юг, запад или восток – все выглядит одинаково. Неправда, что с вершины Киллара можно увидеть побережье. Куда ни посмотри, всюду простирается эта нежно зеленая долина, а сверху нависает мягкое облачное небо.

Воздух и тот нежен там. Нам в паруса дул попутный ветер, и мы высадились утром на длинной серой косе. С суши дул бриз, пропахший болотным запахом, миртом, утесником и просоленной почвой. В озерах плавали дикие лебеди, кричали чибисы, рядом находился их молодняк, гнездившийся в камыше и заливных лугах.

Это время и эта страна, казалось, не были созданы для войны. И в самом деле, война скоро закончилась. Король Гилломан был молод, говорили, не старше восемнадцати, и не стал слушать своих советников, чтобы выбрать подходящее время для нападения. Его боевой дух был настолько высок, что при первых известиях о высадке вражеских войск на святой земле Ирландии молодой король собрал свои войска и кинул их против закаленных воинов Утера. Они встретили нас в ровном поле; у нас за спинами была гора, у них – река. Войска Утера выдержали первый неистовый и отчаянный натиск ирландцев, не отступив ни на шаг. Начав ответное наступление, они настойчиво теснили воинов Гилломана, пока не сбросили тех в воду. К счастью последних, река, хоть и широкая, оказалась мелкой, и, несмотря на то, что в тот вечер она покраснела от крови, многим сотням ирландцев удалось спастись. Вместе с войском бежал и Гилломан. Мы получили сведения, что он направляется на запад с горсткой верных ему людей. Утер, догадавшись, что он направляется в Киллар, послал за ним тысячу всадников, поручив им поймать Гилломана прежде, чем тот окажется за воротами крепости. Это у них получилось. Они настигли короля в полумиле от Киллара и в виду городских стен. Вторая схватка была короче, но более кровавой, чем первая. Она происходила ночью, и в суматохе рукопашной Гилломану вновь удалось ускользнуть со своими людьми. Но на этот раз никто не знал куда. Но дело было сделано: к подходу основных сил британские войска уже овладели крепостью и открыли ворота Киллара.

О происшедших вслед за этим событиях рассказывают много нелепостей. Я собственными ушами слышал несколько таких песен и читал записанный рассказ. Амброзиуса неправильно информировали. Киллар был построен не из огромных камней. Его укрепления состояли из обычных земляных валов и деревянных частоколов, расположенных за огромным рвом. Внутри их также выкопали ров, в котором установили пики. Главное, центральное укрепление, естественно, было каменным и из довольно крупных камней. Однако для наших возможностей это не было непосильной задачей. Внутри крепости находились дома, большей частью деревянные, и неплохие подземелья, наподобие наших, в Британии. Еще выше располагалось внутреннее кольцо стен, огибающее гребень, как корона чело короля. Внутри же его, посередине самой верхушки, лежало святое место. Здесь стояли камни, круг из отдельных камней, содержавший, по преданию, сердце Ирландии. Ему было далеко до великой «Пляски гигантов» в Эймсбери. Но, несмотря на это, одинарный круг из несвязанных между собой камней выглядел достаточно внушительно и прочно. Большинство камней было цело и стояло. Две колонны лежали около центра, где в высокой траве в беспорядке были навалены остальные камни.

Я поднялся туда один в тот же вечер. Холм крепости гудел от криков и шума, знакомых мне по Кэрконану. Но когда я прошел стену, огораживавшую святое место, и вышел на гребень холма, это было все равно что выйти из шумного зала и подняться в тихую комнату на башне. Звуки замерли внизу за стенами, и когда я поднялся туда по высокой летней траве, стояла полная тишина. Я был один.

Светила бледная круглая луна, низко висевшая над горизонтом. Одной стороной она была похожа на сточенную монету. Повсюду на небе были разбросаны маленькие звездочки, звезды покрупнее как бы охраняли их. Напротив луны сияла белым светом большая одинокая звезда. Земные тени удлинились, мягко ложась на прораставшие травы.

Слегка наклонившись на восток, неподалеку стоял в одиночестве большой камень. За ним лежала впадина и находился еще один круглый валун, казавшийся черным в лунном свете. Там что то было. Я задержался. Вряд ли я мог подыскать этому определение, но сам старый черный камень мог быть каким нибудь созданием тьмы, заброшенным на край впадины. По моей коже пробежала дрожь, я повернулся и пошел от него прочь, не отважившись тревожить его покой.

Луна поднималась вместе со мной. И когда я вошел в круг, ее белый диск висел над колоссами и освещал самую середину круга. Под ногами у меня раздавался сухой хруст. Здесь еще недавно горел огонь. Я увидел белые очертания костей и камень наподобие алтаря. Луна осветила резьбу на одной из его сторон – не то веревки, не то змеи. Я наклонился ощупать. В траве юркнула и запищала мышь. Больше ни звука. Камень был чист и безжизнен, боги покинули его. Я отошел, двигаясь медленно в лунных тенях. Еще один камень с верхушкой, как у улья. А вот упавшая колонна, и ее полностью скрыла высокая трава. Пока я бродил в поисках, подул ветер, взволновавший травы и поколебавший тени. Лунный свет словно затянуло туманом. Я зацепился за что то ногой и упал на колени, наткнувшись на длинный плоский камень, скрытый растительностью. Мои руки ощупали его. Массивный, продолговатый, не тронутый резьбой – естественный и обыкновенный камень, залитый теперь лунным светом. Можно было не вслушиваться в его холод под моими руками, в шелест травы, потревоженной ветром, и аромат маргариток – это был тот самый камень. Вокруг меня, на одинаковом расстоянии от центра также молчаливо темнели камни. С одной стороны белела луна, с другой – свет огромной звезды. Я медленно поднялся на ноги и встал у основания длинного монолита, так стоят у изголовья кровати в ожидании смерти лежащего на ней человека.
Я проснулся от тепла. От тепла и шума людских голосов рядом со мной. Я поднял голову. Верхняя часть моего тела и руки покоились на камне, а полусогнутые ноги были внизу. Утреннее солнце уже стояло высоко, освещая сверху гигантские камни. От влажной травы поднимался туман, его завитки окутывали склоны холма. Оказывается, к святилищу подошла группа людей, и теперь они стояли, наблюдая за мной. Пока я моргал, разминая онемевшее тело, люди расступились, и вперед вышел Утер с несколькими начальниками, среди которых был Треморинус. Два воина вытолкнули перед собой ирландского пленника. Его руки были связаны, а на щеке запеклась кровь, но он держался хорошо, спокойнее, чем испуганные конвоиры.

Увидев меня, Утер остановился. Подождав, пока я поднимусь на ноги, он подошел. Наверное, у меня на лице еще оставались ночные тени, так как на лицах командиров появилось выражение, к которому я уже привык, – выражение настороженности и удивления. Даже Утер говорил несколько громче обычного.

– Значит, твои чары не уступают их волшебству.

Свет слишком сильно бил мне в глаза. Утер выглядел каким то ярким и ненастоящим, как отражение в воде. Я попытался ответить, прочищая горло.

– Я пока жив, если ты это имеешь в виду.

– Никто из всей армии не согласился бы провести здесь ночь, – хрипло сказал Треморинус.

– Из боязни к черному камню?

Рука Утера непроизвольно шевельнулась, будто он хотел сделать какой то знак. Увидев, что я заметил его жест, он рассердился.

– Кто сказал тебе о черном камне?

Но прежде чем я успел ответить, заговорил ирландец.

– Ты видел его? Кто ты?

– Меня зовут Мерлин.

Он медленно кивнул. На его лице по прежнему не было видно страха и благоговения. Видимо, он прочел мои мысли и улыбнулся, как бы говоря: «Мы с тобой можем постоять за себя, не пропадем».

– Зачем тебя привели сюда? – спросил я его.

– Показать им священный камень.

– Он уже все рассказал нам, – промолвил Утер. – Это вон тот резной алтарь.

– Отпустите его, – сказал я. – Он нам не нужен. И алтарь оставьте в покое. Вот этот камень.

Образовалась пауза. Ирландец рассмеялся.

– Во имя всего святого! На что может надеяться бедный поэт, если здесь находится сам королевский чародей? Это написано на звездах, что вы заберете его, значит, так и должно быть во имя справедливости. Этот камень был не сердцем, а проклятием Ирландии. Может быть, Ирландия выиграет, если его увезут.

– Как так? – спросил я и обратился к Утеру: – Прикажи отпустить его.

Утер кивнул, и узника освободили. Он потер кисти рук и улыбнулся мне. Можно было подумать, что мы остались одни.

– Рассказывают, что в незапамятные времена этот камень привезли из Британии, из западных гор, которые спускаются к Ирландскому морю. Человек, которого звали Фион Мак Кумейл, пронес его на руках через море и поставил здесь, он был великим королем всей Ирландии.

– А теперь с несколько большими усилиями мы вернем его в Британию.

– Я думал, что такой великий волшебник, как ты, поднимет его одной рукой, – рассмеялся ирландец.

– Я не Фион. А теперь, если ты мудр, поэт, возвращайся домой, бери лиру и забудь о войнах. Напиши песню о камне, о том, как Мерлин волшебник забрал камень из «Пляски Киллара» и легко перенес его к «Пляске висячих камней» в Эймсбери.

Он махнул мне рукой в знак приветствия и, все еще смеясь, ушел. Он, несомненно, в целости добрался домой, так как в последующие годы я слышал эту его песню.

Но сейчас его уход даже не заметили. Все молчали, пока Утер хмурился, глядя на камень, словно взвешивая его мысленно.

– Ты сказал королю, что все в твоих силах. Это правда?

– Я сказал королю, что принесенное людьми однажды может быть и унесено ими.

Слегка раздраженно, он взглянул на меня.

– Он говорил мне это. И я согласен. Для этого не требуется волшебства и красивых слов. Лишь опытные мастера и подходящие машины. Треморинус?

– Да, сэр!

– Нам хватит одного этого королевского камня. Остальные просто опрокиньте, и все.

– Хорошо, сэр. Если бы, Мерлин...

– Мерлин займется укреплениями. Мерлин, начинай. Даю тебе двадцать четыре часа.
У наших людей имелся опыт подобной работы. Они снесли стены и забросали их остатками рвы. Частоколы и деревянные постройки были сожжены. У всех было хорошее настроение, и работали люди бодро. Утер всегда щедро одаривал войска. На этот раз было в изобилии награблено золота, колец из меди, бронзы и золота, украшений и тонко сработанного оружия, украшенного медью и ирландской эмалью. К наступлению темноты все работы были закончены. Мы покинули холм и вернулись в свой временный лагерь, разбитый на равнине у подножия.

После ужина ко мне зашел Треморинус. На верхушке холма до сих пор горели факелы и костры, рельефно выделяя то, что осталось от «Пляски». Его лицо было угрюмым и усталым.

– За целый день мы подняли его только на два фута, – с горечью произнес он, – а полчаса назад подпорки сломались, и он рухнул на место. Какого черта ты выбрал этот камень? Ирландский алтарь был бы легче.

– Ирландский алтарь – это не то.

– Клянусь богами, Мерлин, дело идет к тому, что ты и этот камень не получишь. И мне все равно, что он там говорит. Я отвечаю за эту работу и прошу тебя помочь. Пойдешь?

Случившееся потом послужило пищей для легенд. Мне скучно пересказывать, что мы там делали, но это не составило для нас большого труда. В моем распоряжении имелся целый день, чтобы обдумать действия. Камень и местность я видел. Задумки новых приспособлений роились у меня в голове со времени отъезда из Британии. Мы старались везти его большую часть пути по воде. От Киллара до моря – по реке, оттуда морем до Уэльса, а там по двум великим рекам Эйвон, перетащив его из одной в другую две мили по суше. Я, конечно, не Фион Сильная Рука, но я Мерлин. Огромный монолит прибыл на место назначения, как легкая баржа по спокойной воде. Я же постоянно сопровождал его. По идее я должен был отдавать время сну во время пути, но не помню, чтобы я спал. Я проводил время в постоянном бдении, как у смертного одра. Это было моим единственным морским путешествием за всю жизнь, когда я не чувствовал качки, а сидел тихо и спокойно (как мне рассказывали), словно у себя дома в кресле. Однажды ко мне подошел Утер, сердитый, должно быть, из за того, что мне легко удалось сделать работу, над которой безрезультатно трудились его инженеры. Но он вынужден был сразу же уйти и больше не подходил. Я ничего не помню. Наверное, я там не присутствовал. Дни и ночи я мысленно находился в огромной спальне в Винчестере.

Мы узнали новости в Карлеоне. Пасентиус напал с севера вместе со своими немецкими и саксонскими союзниками. Король выступил к Карлейлю и нанес им поражение. Однако, вернувшись в Винчестер, он заболел. На этот счет ходят разные слухи. Одни говорят, что к Амброзиусу, когда тот слег от простуды в Винчестере, проникли переодетые люди Пасентиуса и дали ему яд. Другие утверждают, что человека прислал Эоза. Факт то, что король в Винчестере был тяжело болен.

В ту ночь, как рассказывают, вновь появилась королевская звезда, похожая на огнедышащего дракона. За ней дымовым шлейфом следовали звезды поменьше. Но мне не требовалось предзнаменований, чтобы понять то, что мне уже было известно в ту ночь, проведенную на гребне Киллара, когда я поклялся перенести огромный камень из Ирландии и возложить на его могилу.

Вот так все и было. Мы привезли тот камень в Эймсбери, и я поднял упавшие камни «Пляски гигантов», поставив Амброзиусу памятник. А на следующую Пасху в Лондоне состоялась коронация Утера Пендрагона, он стал королем Британии.
^ КНИГА ПЯТАЯ.

ПРИШЕСТВИЕ МЕДВЕДЯ

1
Впоследствии люди рассказывали, что огромная звезда в виде огнедышащего дракона, ознаменовавшая смерть Амброзиуса, и благодаря которой Утер получил прозвище Пендрагон, явилась зловещим предзнаменованием для нового правителя. И действительно, поначалу, казалось, все было против Утера. Словно закат звезды Амброзиуса послужил сигналом его старым врагам, и те возникли из тьмы изгнания, чтобы отомстить его преемнику. Сын Хенгиста Окта вместе со своим родственником Эозой посчитали, что смерть Амброзиуса освободила их от обязательства не переходить северную границу. Они собрали силы, призвав всех недовольных, и приготовились к нападению. Из Германии к ним хлынуло воинство, жадное до земель и грабежа, к ним присоединились остатки саксонской армии Пасентиуса и беглецы из армии Гилломана, а также чувствовавшие себя обойденными британцы. Через несколько недель после смерти Амброзиуса Окта с большой армией уже рыскал по северу страны, подобно волку, и до того, как новый король смог выйти ему навстречу, он взял приступом и разрушил ряд городов и крепостей от стены Гадриана до Йорка. В Йорке, крепости Амброзиуса, стены оказались крепки, а ворота вовремя запертыми. Его защитники приготовились к обороне. Окта же подтянул имевшиеся у него осадные машины и приготовился ждать.

Должно быть Окта знал, что Утер настигнет его под Йорком, но, располагая такими силами, он не боялся британцев. Позже подсчитали, что Окта располагал тридцатью тысячами воинов. Если так и было, то выходит, что на каждого британца в армии Утера приходилось два сакса. Бой был кровопролитным и с бедственными последствиями. Смерть Амброзиуса явилась потерей для королевства. Несмотря на репутацию блестящего воина, Утер был неопытен в роли верховного командующего, и не являлось секретом, что перед лицом испытаний ему не хватало спокойствия и рассудительности. Недостаток мудрости, конечно, компенсировался храбростью, но в тот день Йорку одной храбрости было явно маловато. Бритты дрогнули и побежали. Их спасла лишь ранняя в это время года темнота. Утеру, вместе с Горлуа из Корнуолла, его помощником, удалось собрать остатки войска на вершине небольшого холма, именовавшегося Дэймен. На этом крутом скалистом холме можно было укрыться, его покрывали пещеры и густой орешник. Но он представлял собой лишь временное убежище. Саксонская орда победно окружила подступы к холму и принялась ждать утра. Британцы попали в отчаянное положение, и требовалось предпринять отчаянные действия. Утер, мрачно восседавший в пещере, созвал своих усталых командиров и, пока люди урывками отдыхали, разработал совместно с ними план, как обхитрить ждавших внизу несметных врагов. Сначала никто не думал ни о чем, кроме бегства, но потом кто то – я слышал, это был Горлуа – указал, что бегство не предотвратит поражения и гибели нового королевства. Если возможно бегство, то возможно и нападение. Вполне реальным казалось напасть в темноте с холма, используя элемент неожиданности. Простая задумка, и этого вполне можно было ждать от людей, попавших в столь безвыходное положение, но саксы всегда были глупыми и недисциплинированными воинами. Представлялось почти несомненным, что саксы не станут ожидать ночного нападения и, уверенные в своей победе, спокойно заснут до рассвета; треть из них, может быть, еще и перепьется из награбленных винных запасов.

Отдавая саксам должное, надо признать, что Окта все таки расставил посты, большей частью бодрствовавшие. Но план Горлуа сработал, нам помог легкий туман, пеленой окутавший подножье холма. Возникнув из тумана в полной тишине, британцы бросились вниз, едва в брезжущем свете стало видно путь между камней. Создалось впечатление, что они превосходят саксов в два раза. Те посты, которые не были сразу уничтожены, подняли тревогу, но слишком поздно Саксы, ругаясь, возились в поисках оружия, но британцы с криками набросились на них и раздробили все их воинство. К полудню все было закончено. Окту и Эозу взяли в плен. К зиме, когда север очистили от саксов, а на берегах тихо догорали их длинные ладьи, Утер вернулся в Лондон, а с ним и его пленники за решеткой. Он готовился к своей коронации, которая должна была состояться весной.

Его битва с саксами, близкое поражение и последовавшая неожиданная блестящая победа стали тем, что требовалось для нового правления. Люди забыли о зловещих обстоятельствах смерти Амброзиуса и возносили короля, как новое солнце. Его имя было у всех на устах. О нем говорили аристократы и воины, ждавшие от него даров и почестей, включая строителей его дворцов. Придворные леди щеголяли в платьях красного цвета, колыхавшихся, как заросли мака. В моду вошел цвет под названием красный пендрагон.

В те первые недели я видел его только один раз. Я все еще находился в Эймсбери, присматривая за работами по поднятию каменных гигантов. Треморинус уехал на север, но у меня осталась хорошая команда, уже оправдавшая себя в поднятии королевского камня из Киллара. Теперь людям не терпелось взяться за колоссы «Пляски». После того, как мы выровняли камни, поднять их было несложно, имея в распоряжении канаты, треноги и отвесы. Трудность заключалась в установке огромных перемычек. Но мастера прошлого создали свое чудо несметное количество лет назад, подогнав, как заправские плотники, гигантские камни один к другому. Нам оставалось лишь найти средства для их подъема. Мысли о них не выходили у меня из головы все предыдущие годы, с тех пор, как я увидел перекрытия колонн в Малой Британии и тогда же начал расчеты. Не забывал я и о том, что почерпнул из песен. В итоге я спроектировал деревянный «сруб», который может показаться современному строителю примитивным, но который – беру себе в свидетели певца – отлично показал себя в деле и еще не раз пригодится для подобных целей. Дело продвигалось медленно, но верно. Я думаю, со стороны это было восхитительным зрелищем – наблюдать, как постепенно поднимались эти блоки и в конце концов мягко, как по маслу, опускались на свое место. На каждый камень потребовалось по двести человек, команды обученных людей, работавших синхронно, поддерживая ритм работы под музыку, как гребцы. Ритм движений определялся, конечно, работой, а мелодии принадлежали прошлому, я помнил их с детства. Их пела мне еще моя няня, опуская некоторые народные вставки. Песенки были веселые, неприличные и нередко в них упоминались высокопоставленные личности. В них не щадили ни меня, ни Утера, хотя в моем присутствии их старались не петь. Более того, когда присутствовали посторонние, слова меняли или пели неразборчиво. Спустя много лет я слышал, как в них пелось, что я передвинул камни «Пляски» с помощью волшебства и музыки. Я бы сказал, что это так и есть. Возможно, аналогичным способом зародилось предание о том, как Феб Аполлон построил под музыку стены Трои. Но волшебством и музыкой, стронувшей с места гигантские камни, помог мне слепой певец из Керрека.

К середине ноября морозы начали крепчать, и мы закончили работу. Последний костер в лагере затушили, и последний караван повозок с людьми и материалами укатил обратно в Сарум. Кадал поехал вперед меня в Эймсбери. Я задержался, сдерживая пляшущую лошадь, пока повозки не скрылись из виду за пределами поля, и остался в одиночестве.

Солнце оловянным шаром висело над молчаливой равниной. Стояло раннее утро, и трава побелела от инея. В слабом свете зимнего солнца сомкнутые камни отбрасывали длинные тени. Я вспомнил каменную глыбу, снег, быка, кровь и молодого улыбающегося светловолосого бога. Я поглядел на камень. Его похоронили с мечом в руке.

– Мы оба вернемся в день зимнего солнцестояния, – сказал я ему.

Оставив его, я сел на лошадь и направился в Эймсбери.
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   ...   38

Похожие:

Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот iconМ исс «Хрустальный Апельсин» 2013
Организаторы: Исполнительная дирекция нп хрустальный Апельсин и Философский факультет мгу имени М. В. Ломоносова
Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот iconПриглашаем умных, смелых, талантливых девушек принять участие в специальном...
Ется заслуженным уважением и известностью не только в российском pr-сообществе, но и далеко за его пределами. В 2002 г была учреждена...
Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот iconМэри Бэлоу Снежный ангел Мэри бэлоу снежный ангел глава 1
Кажется, сейчас польет дождь, – сказала Розамунда Хантер, выглянув из окна экипажа. По небу плыли тяжелые серые тучи
Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот iconМисс «Хрустальный Апельсин» Интеллектуальное шоу Интеллектуальное шоу
Интеллектуальное шоу образовательно-развлекательное мероприятие, 3-ий тур конкурса «Мисс «Хрустальный Апельсин»
Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот iconПол Стюарт Крис Риддел За Темными Лесами Воздушные пираты 1 Стюарт пол, Риддел крис
Далеко далеко, рассекая пространство, как огромная резная фигура на бушприте величественного каменного корабля, простирается Край....
Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот iconАнглийский язык с Мэри Поппинс Mary Poppins (Мэри Поппинс)
«по вашу правую /руку/»), second to your left потом: «вторым /пунктом/» — налево), sharp right again (направо снова; sharp — острый;...
Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот iconМэри Уолстонкрафт Шелли Франкенштейн, или Современный Прометей
Герой романа английской писательницы Мэри Шелли (1797–1851) «Франкенштейн, или Современный Прометей» давно стал нарицательным именем....
Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот icon       Стоимость:  150€ Дата выезда
Львов – Эгер Будапешт – Пещеры Постойна Рим – Неаполь Помпеи остров капри голубой Грот Верона Венеция Вена Львов
Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот iconКонкурс студенческих работ в области развития связей с общественностью «Хрустальный Апельсин»
Автор: студент 4 курса специальности «связи с общественностью», группы 2со-41, Глеб Игоревич Петров
Мэри Стюарт Хрустальный грот Мерлин 01 Мэри стюарт хрустальный грот iconОткрытый Всероссийский Конкурсе студенческих работ в области развития...
Научный к ф н., преподаватель кафедрой связей с общественностью ги чгу т. А. Чернышева
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница