Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь


НазваниеПочти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь
страница3/51
Дата публикации08.03.2013
Размер6.56 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   51
Глава первая Монументы Марса

Главным вопросом, с которым большинство читателей сталкивается при изучении внеземных артефактов, является то, что их история начинается не с начала, когда артефакты могли появиться, и даже не с середины, когда они были заброшены, а практически с самого конца. Мысль о возможном существовании инопланетных артефактов не возникала в массовом сознании до того момента, как 25 июля 1976 года ученый Тоби Оуэн, работавший в Лаборатории неактивного движения НАСА, навел увеличительное стекло на снимок 35А72, сделанный орбитальной станцией «Викинг-1», и воскликнул: «Эй, взгляните- ка на это!»

После первого ажиотажа, вызванного тем, что получило известность как «Лицо на Марсе», НАСА по горячим следам провело пресс–конференцию, на которой бесспорным центром внимания стал этот объект. Перед собравшимися журналистами, среди которых в тот момент был и некто Ричард С. Хогленд, выступил ученый Джеральд Соффен, работавший над проектом «Викинг». Он представил изображение Лица со словами: «Не правда ли, странно, что может сделать игра света и тени?.. Если взять другие снимки, сделанные позже на несколько часов, ничего нет, все исчезает. Значит, это — оптическая иллюзия, всего лишь преломление лучей света». Позднее было доказано, что последнее утверждение совершенно не соответствует действительности. Со временем этот факт стал первой трещиной в броне непогрешимой честности космического агентства, которая ранее сомнениям не подвергалась. Несмотря на то, что на следующий день фото Лица появилось на первых страницах газет по всему миру, ни один журналист, включая Ричарда С. Хогленда, не принял это всерьез. Все они поверили НАСА, утверждавшему, что есть опровергающие снимки, сделанные позднее в тот же марсианский день.

Тем не менее, изображение Лица все же вызвало определенный испуг в Лаборатории реактивного движения (JPL). Фактически миссии «Викинг» состояли из четырех аппаратов — двух посадочных и двух орбитальных блоков, сгруппированных попарно и называвшихся соответственно «Викинг-1» и «Викинг- 2». Посадочные блоки должны были отделяться от орбитальных и спускаться на поверхность планеты для того, чтобы искать признаки жизни и фотографировать марсианскую поверхность. Первый посадочный блок «Викинг» совершил посадку на Марсе 20 июля 1976 года в районе равнины Хриза (Chryse Planitia), посылая одно за другим фото поверхности планеты. Местом посадки второго посадочного блока «Викинг» была выбрана Сидония, однако через несколько дней после появления первого изображения «Лица» — 35А72 — пошли разговоры о том, что место посадки «Викинга-2» было перенесено умышленно.

Марсианская область Сидония (координаты места посадки — пункт В-1, 44.3°N, 10°W) была выбрана в качестве основного пункта для посадки «Викинга- 2» потому, что ее поверхность лежит примерно на пять–шесть километров ниже среднего уровня и к тому же эта местность находится возле самой южной оконечности северной полярной шапки. Пункт В-1 также обладал тем преимуществом, что находился на одной линии с первым местом посадки, и орбитальный блок «Викинга-1» мог передавать данные со второго посадочного блока, пока второй орбитальный блок производил съемку полюса и других частей Марса во время предложенной расширенной миссии. Поскольку предполагалось, что в этой области может быть обнаружена вода, ученый Хал Мазурски, работавший на проекте «Викинг», решил выяснить геологическую обстановку. Он попросил Дэвида Скотта, который готовил геологические карты, разработать специальную карту риска для В-1. После изучения карты Мазурски пришел к выводу, что эта площадка непригодна для посадки. Разумеется, данный анализ производился при помощи карт, сделанных на основе фотографий «Маринера-9». Однако Мазурски убеждал Тома Янга и Джима Мартина, что вероятность благополучной посадки все- таки есть, поскольку переносимые ветром породы могли выровнять поверхность и засыпать, сгладить, как он выразился, «все неровности, которые мы видим».

Таким образом, формальной причиной для переноса места посадки стало то, что Сидонию внезапно признали «слишком скалистой», а это создавало опасность при посадке «Викинга». Кроме того, утверждалось, что «северная широта» Сидонии также является непригодной, поскольку частично имеет неровную поверхность, и более удобный визир для посадки следует искать далее к югу. Однако в итоге «Викинг-2» почему- то сел в районе, известном как равнина Утопий (Utopia Planitia), еще более северном и скалистом участке, чем Сидония.

В то время смена места действия никого особо не смутила. Однако выбор нового места посадки противоречил тем аргументам, которые выдвигались против посадки в Сидонии. Создается впечатление, что кто- то в Лаборатории реактивного движения был обеспокоен «Лицом» настолько, что постарался убрать «Викинг» от него подальше. Один ученый из НАСА, которого привела в замешательство чехарда с местом посадки, провел аналогию с Землей, сравнивая такой выбор с посадкой для поисков жизни в Сахаре, а не в другом месте с более благоприятным климатом. По еще более странным причинам НАСА сделало две других фотографии Сидонии с более высоким разрешением, 70А11 и 70А13, в середине августа, значительно позже того, как район признали непригодным для приземления. Поступая так, агентство жертвовало ресурсами первого орбитального блока, которые могли бы быть использованы для фотографирования других, предположительно более пригодных районов Марса. Увидели ли люди из агентства что- то необычное на 35А72?

После этого шумиха вокруг истории с Сидонией улеглась до 1979 года, когда двое специалистов по изображениям из Центра космических полетов им. Годдарда Национального агентства по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА) Винс Дипьетро и Грег Моленаар решили взглянуть на Лицо. Они быстро нашли снимок 35А72 (который в архивах изображений миссии «Викинг» был помечен просто «Голова»), Первые же сделанные ими увеличения этого снимка дали повод усомниться в объяснении «игрой света и тени». Тогда ученые решили разыскать другие снимки Лица, сделанные с других ракурсов. К их удивлению, обнаружилось, что снимки Лица, сделанные на последующих витках аппарата, которые могли бы представлять интерес, вероятно, исчезли, а также нет и следа тех «опровергающих фото», на которые пять лет назад ссылался Джеральд Соффен. После тщательного исследования архивов «Викинга» они обнаружили еще один, «неправильно зарегистрированный», снимок Лица за номером 70А13, сделанный на 35 витков позднее и на 17° выше угла засветки. Предполагаемые «опровергающие» снимки они так и не нашли, зато установили, что поскольку следующий виток «Викинг» совершал над ночной стороной Марса и даже рядом не проходил с Сидонией, то этих «опровергающих» снимков, очевидно, просто не существовало.

Исследователи стали искать другие подходы. Несмотря на то что в своих попытках опубликовать статьи о Лице в специализированных журналах Дипьетро и Моленаар встретили определенные трудности, в конце концов им удалось передать некоторые из увеличенных снимков Лица Ричарду С. Хогленду. Хотя Хогленд, запрашивая снимки, больше интересовался изучением техники увеличения изображения (называвшуюся S. P. I. T.), которую использовали Дипьерто и Моленаар, чем самим Лицом, его заинтриговало увиденное. После некоторых споров Хогленд смог добиться финансирования первого независимого исследования Марса (IMI) при содействии Стэнфордского исследовательского института.

Хогленд с самого начала понимал, что проблема Лица требует особого внимания. Каждому члену IMI было известно, что до этого никто не пытался проводить подобные исследования и четких установленных правил подхода к «проблеме Лица» не было. Исходя из предположения, что если происхождение Лица искусственное, то оно находится за пределами компетенции геологов и земных ученых, Хогленд решил, что для исследования нужна группа ученых широкого профиля, обладающих различными знаниями из области точных и гуманитарных наук. Этот «многосторонний» подход с привлечением различных специалистов позволил основным членам IMI исследовать Марс с точки зрения всех возможных научных подходов и соотнести их результат с уже готовой экспертной оценкой.

То, что они выяснили, лишь еще более усложнило загадку. После пристального изучения снимков 35А72 и 70А13 появились первые выводы.

Поскольку Лицо представляло собой не профиль, как, например, лицо на скале Старик в штате Нью–Хэмпшир на Земле, а фронтальный вид, наподобие вида сверху монумента Президентов на горе Рашмур, ученые быстро отказались от мысли, что им просто «что- то привиделось». Лицо имело специфические черты человеческого облика, такие как переносица, глазницы, рот и носовой выступ. Снимок 70А13, сделанный под другим углом и при другом освещении, показал, что платформа со скошенными углами, на которой расположено Лицо, на 90% симметрична, несмотря на имеющуюся на изображении ошибку данных, из- за которой исказилось пространство вокруг восточной «скулы». Кроме того, снимок подтвердил существование второй «глазницы», а также то, что поверхность, на которой находятся черты лица, плоская и симметричная, по крайней мере, до уровня «рта». На увеличенных копиях снимка, сделанных доктором Марком Карлотто, стало видно то, что, вероятно, является зубами во рту, а также пересекающиеся линии на лбу и поперечные полосы в западной части. На обоих снимках на западной части Лица прямо под глазницей также видна отметина, которой дали название «слеза».

Позднее, используя «секционированную» технологию обработки изображения, Дипьетро обнаружил то, что, по его утверждению, являлось сферическим зрачком» в западной глазнице. Запомним: критики исследования, в том числе и доктор Майкл Малин из компании «Malin Space Science Systems» (который управлял камерами во время текущих испытаний космического аппарата «Mars Global Surveyor»), заявляли, что «зрачок» на самом деле находился не там и вообще был за пределами разрешающей способности носителя информации.

Но самым спорным вопросом оставались «зубы», которые увидел Карлотто.

Доктора Марка Карлотто пригласили во вторую группу по исследованию Марса, организованную Хоглендом и получившую название Группа Исследования Марса, в 1985 году. Он использовал новые технологии обработки изображений для того, чтобы выявить на двух снимках, сделанных «Викингом», больше подробностей, чем позволял метод Дипьетро и Моленаара. На оригиналах двух снимков, 35А72 и 70А13, они обнаружили характерные структуры во рту, которые, вероятно, изображали собой зубы. Это и должно было доказать искусственное происхождение Лица. В самом деле, трудно представить себе более очевидное доказательство искусственности, чем наличие изображения зубов во рту. Похоже, доктор Малин это понимал и приложил все усилия для того, чтобы опровергнуть наличие изображения зубов в данных, полученных с «Викинга»: он разместил фальшивые снимки «зубов» на своем веб–сайте.

Он также изрядно постарался, чтобы представить в ложном свете доводы, которые исследователи приводили в защиту существования «зубов».

Одним из первых возражений против реальности существования зубов было заявление, что это — всего лишь искажение, помехи, полученные в процессе увеличения изображения. Однако вероятность того, что комплекс таких похожих на зубы помех мог появиться на двух совершенно различных (хотя в значительной степени и отображающих одно пространство) снимках, очень мала. Она становится еще меньше, если учитывать, что похожие на зубы помехи больше не появлялись ни на одном снимке, а наличие человеческих черт далеко выходит за рамки возможной ошибки. Наконец, два снимка по–разному ориентированы относительно сетки элементов изображения. Несмотря на это, Малин и другие упорно настаивали на своем.

Город и другие аномалии Сидонии

Хогленд был первым, кто понял, что все эти детали в конечном счете не имеют значения, если окажется, что Лицо — изолированная часть естественного ландшафта. Неважно, насколько все это похоже на Лицо, если вокруг больше нет свидетельств цивилизации, построившей монумент. Тогда это могло быть просто удивительной игрой эрозии и теней.

Поэтому Хогленд и участники исследования стали в непосредственной близости от Лица искать другие свидетельства необычных объектов. Ранее Дипьетро и Моленаар заметили группу «пирамидальных» гор к западу от Лица, а также отметили массивный объект (1,5 км в высоту) к югу, который мог быть четырехгранной пирамидальной горой. Хогленд дал этой группе имя «Город», а массивную пирамидальную гору назвал «Пирамида Д и М» в честь Дипьетро и Моленаара. На увеличенном Карлотто снимке стало видно, что Л и М» является скорее пятисторонним объектом, нежели четырехсторонним, как утверждал Дипьетро, а объекты «Города» также имеют ряд геоморфных характеристик. Впоследствии такие объекты, как «Город» (конструкция из равноудаленных холмов с прямым видом на Лицо), «Крепость» (объект за Городом», который имеет треугольную форму и две прямые стены), «Купол» круглый холм, который очень похож по форме и расположению — вплоть до рва» вокруг него — на холмы на Земле, в Англии), «Отвесная Стена» (длинный, почти идеально прямой гребень, с чем- то вроде платформы, построенной над склоном близлежащего кратера, образовавшегося от удара метеорита) и Пирамида кратера» (четырехгранный пирамидальный холм, каким- то образом помещенный на ребре кратера) вошли в так называемый «Комплекс Сидонии»

При дальнейшем изучении открылись дополнительные детали. За «Отвесной Стеной» были найдены свидетельства земляных работ. Это могло означать, что платформа, на которую «Отвесная Стена» опиралась, была построена из этого материала. Оказалось, что «Купол» сверху имеет что- то вроде «входа», дорогу, которая ведет от основания к этому входу, и заостренную, почти пирамидальную верхушку. За «Д и М» находился почти бездонный кратер, а правый угол объекта слегка выпирал, как будто от внутреннего взрыва (произошедшего из- за того, что образовало кратер?). Выяснилось, что «Город» имел определенную степень организации, и архитектор Роберт Фиертек сделал развернутую реконструкцию первоначальной планировки.

К середине 80–х участники исследований были готовы представить результаты своей работы научному сообществу и потребовать проведения дальнейших исследований и более качественной фотосъемки, чтобы определить степень достоверности своих наблюдений. Реакция на это была прохладной.

Попытки опубликовать работы в специализированных журналах не увенчались успехом. Позднее выяснилось, что в большинстве случаев эти документы отвергали не читая, не говоря уже о предоставлении их экспертам для оценки. Немного более удачными были попытки получить негласную помощь от видных членов научного общества. Так, Карл Саган помог Карлотто опубликовать несколько документов в журналах по компьютерным оптическим системам.

Как ни странно, одновременно с этим Саган публично напал на проект, разместив в журнале Parade печально известную лживую статью. Впоследствии он еще не раз выступит против исследований в Сидонии.

Попытки представить свои данные экспертам напрямую, на научных конференциях и т. п., также встретили противодействие. Когда в 1984 году члены Группы исследования Марса представили фото и документы на конференции «Аргументы за Марс», к своему удивлению они обнаружили, что презентация и документы были удалены из официально опубликованных материалов конференции, как будто их там никогда и не было.

Не теряя присутствия духа, Хогленд и другие ученые продолжили исследования, При этом, как документально подтверждено доктором Стэнли В. Макдэниэлом из государственного университета в Сономе в его многотомном «Отчете Макдэниэла», создавалось впечатление, что в НАСА возникло «отвращение» к исследованиям того, что могло бы стать идеальным объектом для работы агентства. Фактически агентство во всеуслышание отказалось даже рассматривать фотографирование Сидонии в качестве приоритетной задачи для новых марсианских миссий. Более того, в ответ на запросы конгрессменов и общественности агентство продолжало утверждать, что несуществующие «опровергающие фото» доказали, что Лицо — это просто иллюзия. Только по прошествии многих лет (17), в течение которых агентству неоднократно указывалось на то, что таких опровергающих фото нет, оно наконец перестало делать подобные утверждения.

Доктор Карлотто изменил направление своих исследований, разработав технику фрактального анализа, по которой различаемые на снимке объекты являются менее плотными, чем «естественный» фон, и применил ее для анализа фото Сидонии. Изучив более 3000 кв. км вокруг Лица, Карлотто и его партнер Майкл С. Штайн определили, что Лицо и «Крепость» являются двумя «наименее фрактальными» объектами на местности. Вынужденные следовать дальше, они применили эту технику для снимков, которые покрывали более 15000 кв. км вокруг Лица. Лицо явно было самым неестественным объектом на всей исследуемой территории. На это НАСА через доктора Малина ответило, что Карлотто определил только то, что Лицо скорее просто отличалось от других объектов, чем имело искусственное происхождение, и ничего более. В агентстве предположили, что, если Карлотто применит технику на большей площади, он увидит, что кривые сгладятся и Лицо не будет представляться чем- то таким уж необыкновенным.

Такой ответ не учитывал факта, что именно это Карлотто уже и проделал, увеличив площадь исследований с 3000 до 15000 кв. км, и что вопреки утверждениям Малина уникальность Лица стала даже более очевидной. Не имея средств для дальнейшего расширения исследований, Карлотто предложил передать программу НАСА, чтобы агентство самостоятельно могло продолжить исследование на всей поверхности Марса. Ответ НАСА был вежлив: «Спасибо, не стоит».

До сих пор многое в поведении НАСА и научного сообщества можно было рассматривать с точки зрения простого предубеждения или неосведомленности. Никто не хотел стать еще одним Персивалем Лоувеллом. Все упорствовали в отрицании возможности жизни на Марсе только для того, чтобы сохранить свою репутацию, если данные не подтвердятся. Другие члены широкой научной общественности просто отказывались даже рассматривать такую возможность. Их умозаключения и образование внушили им, что Марс — это холодный мертвый мир и был таковым в течение многих миллионов лет. Знание того, что кто- то в далеком прошлом был там, построил эти монументы и исчез, просто не укладывалось в их образ мыслей.

Следующий шаг в исследованиях был еще более радикальным, и здесь противодействие, оказываемое НАСА, превратилось в активную дезинформацию и утаивание сведений.

Математическое послание?

Еще в самом начале исследований Сидонии Хогленд предположил, что может существовать более широкая, контекстуальная взаимосвязь между различными частями рельефа местности, которые определяют как аномальные. Сами по себе Лицо, Крепость, Город, Купол, Отвесная Стена, Пирамида Кратера и Пирамида «Д и М» являются аномальными геоморфными объектами, которые не соответствуют существующей геологической модели Сидонии,

Однако на плане Сидонии Хогленд заметил также несколько «интересных» зависимостей между потенциальными монументами. Например, он отметил, что три северных грани пентагональной Пирамиды «Д и М», вероятно, указывают на другие ключевые черты комплекса. Используя ортогонально исправленные снимки, предоставленные Корпорацией РЭНД и Геологической службой США, он провел на изображениях Сидонии линии от этих граней. Одна линия проходила прямо по центру Городской Площади, другая — прямо между глаз Лица, а еще одна — прямо через вершину Купола. Карлотто также заметил несколько «холмов» в Городе и за его пределами. Они были схожи по размеру (примерно как большая пирамида в Гизе) и по форме и составляли идеальный равносторонний треугольник.

Важно отметить последовательность, в которой совершались эти наблюдения. Хогленда часто упрекали в «циркулярности суждений», в том, что он просто ведет на фото линию до тех пор, пока она не «натыкается» на что- нибудь, а затем объявляет этот объект «монументом». На самом деле это не так.

Как уже отмечалось выше и документально подтверждено Карлотто, Позосом, Макдэниэлом и др., сначала были выявлены именно аномальные геоморфные характеристики. И только потом, когда возникли идеи об их взаимосвязи, были проведены измерения. И даже если это было бы не так, методика может превратиться в «циркулярную», только если предварительно не предпринять определенные меры. Хогленд же использовал, причем весьма аккуратно, технику, которой пользовались земные археологи при исследовании древних руин.

Руководствуясь пунктами программы поиска внеземного разума SETI, Хогленд пришел к заключению, что любое оставленное намеренно послание должно быть записано несколько раз.

Если архитектор стремился дать четкий математический сигнал цивилизации, которая окажется на Марсе позднее, он, конечно же, должен был закрепить сообщение, поскольку одно математическое соотношение могло быть отличимым от «хаотичных явлений». Поэтому краеугольным камнем всего процесса было то, что любое «значимое» математическое соотношение должно быть очень хорошо различимым. Он также должен был принять определенные меры для того, чтобы в модель не попал объект, который чем- то не выделяется прочих. Если объект не был аномальным, но располагался в зоне модели, такой вариант отвергался. Каждое соотношение, рассматривавшееся как значительное, становилось кандидатом на включение в модель на основании как минимум двух причин.

Первый пример — Город. Первоначально он рассматривался в качестве кандидата на искусственное происхождение из- за наличия четырех равноудаленных от ее центра холмов. Кроме того, холмы были почти идентичны по высоте и размерам. Поэтому то, что центр Города, как позднее выяснил Хогленд, лежит на прямой линии, проведенной от северо–западной грани Пирамиды «Д и М», было интересным, но не более. Без изначально обнаруженной геоморфности объектов их взаимосвязанное расположение, выявленное позднее, в методологии Хогленда, не имело бы смысла.

Его по–прежнему сильно критиковали сторонники «редукционизма» из НАСА. Их метод вел к изолированию каждого результата обработки данных как отдельного аргумента и анализу его вне более широкого контекста. Хогленд утверждал, что такой изоляционистский подход не может применяться в исследованиях, подобных тем, о которых идет речь, поскольку это, вероятно, была часть замысла «марсианского архитектора», как и в любом земном монументальном строении.

Со стороны НАСА такая критика звучали не впервые.

22 ноября 1966 г., спустя три года со дня убийства президента Кеннеди, НАСА опубликовало снимок Луны, сделанный искусственным спутником «Лунар Орбитер» вблизи кратера Кэли Би в Море Спокойствия. На нем были объекты, отбрасывающие чрезвычайно длинные тени. Можно было предположить, что сами объекты были «башнями» высотой 70 и более футов. Такие объекты, если они действительно имелись на лунной поверхности, по определению должны были быть искусственными. Бесконечные метеоритные бомбардировки давно бы стерли любой объект естественного происхождения в пыль.

Уильям Блэр, антрополог компании «Боинг», заметил, что «шпили» объединяет контекстуальная, геометрическая взаимосвязь. «Если бы такие структуры были сфотографированы на Земле, археологи первым делом должны были бы произвести их проверки и заложить шурфы, чтобы выяснить, представляет предполагаемый объект археологическую ценность», — цитировали его в «L. A. Times». Блэр имел большой опыт анализа карт аэрофотосъемки в целях поиска возможных доисторических археологических объектов на юго–западе США.

Ответ от д–ра Ричарда В. Шортхилла из научно–исследовательской лаборатории «Боинга» последовал незамедлительно и был полон критики в адрес Хогленда. «На поверхности Луны много таких скал. Выберите любую из них, и в конечном счете вы найдете группу, которая, как вам покажется, будет иметь какую- то систему». Он заявил, что длинные тени вызваны тем, что грунт от относительно коротких объектов под наклоном уходит вниз и поэтому тени удлиняются. Последующий анализ доказал, что Шортхилл ошибался во всем. Объекты, несомненно, были очень высокими, а тени удлинялись вовсе не из- за наклона местности. Кроме того, геометрическая взаимосвязь, о которой говорил Блэр, как оказалось, основывалась на тертраэдральной геометрии, что впоследствии будет иметь большое значение.

Опровержение Блэра позднее поставит аргументы редукционистов в надлежащий контекст: «Если такую же аксиому применяли бы к объектам такого типа на поверхности Земли, более половины известных памятников архитектуры майя и ацтеков до сих пор оставались бы заросшими кустами и деревьями впадинами — результатом естественного геофизического процесса. Археология как наука никогда бы не развилась, а большинство современных знаний физической эволюции человека по- прежнему оставались бы загадкой».

В 1988 году к Хогленду присоединился Эрол Торан, картограф и интерпретатор спутниковых снимков Управления геодезии и картографии министерства обороны. Торан обладал, вероятно, самой уникальной квалификацией для того, чтобы дать оценку вероятного искусственного происхождения загадочных объектов в Сидонии. Получив научную степень по геологии по специальности «геоморфология», он более десяти лет своей профессиональной деятельности анализировал дистанционные снимки, как раз такие, как оригинальные данные «Викинга», на предмет нахождения искусственных объектов на фоне естественного окружающего ландшафта.

После прочтения «Монументов» он написал Хогленду и выразил удивление, что его первые предположения не были подтверждены последующими исследованиями. Особенно специалиста впечатлили геометрия и геология Пирамиды «Д и М». «Я хорошо знаю геоморфологию и не могу представить механизма, который бы объяснил причину формирования этого объекта», — писал он Хогленду. Торан пришел в группу исследования Марса как скептик. Вполне вероятно, он полагал, что геоморфная интерпретация и первая контекстуальная группировка объектов, которые производил Хогленд, в процессе поиска разгадки тайн Сидонии окажутся «мнимой реальностью».

Тем не менее, получив однажды возможность детально изучить снимки Сидонии, Торан, обнаружив «важные» математические постоянные, выраженные во внутренней геометрии «Д и

М», пришел к заключению, что Пирамида «Д и М» — не что иное, как «Розеттский камень» Сидонии, Стремясь избежать влияния своих идей на измерения, Торан решил для начала ограничиться анализом лишь нескольких вероятных отношений. Как выяснилось, «Д и М» не только имели согласованную геометрию. В пирамиде присутствовало множество геометрических «знаков», которые специфическим математическим языком передавали ему сообщение. Он обнаружил многочисленные повторяющиеся отсылки к специальным математическим константам, как, например, %, V2, V3, V5, а также к идеальным шести- и пятиугольным формам. Он также нашел геометрическую связь между очертаниями «Д и М» и другими идеальными геометрическими фигурами, например, золотым сечением (ф) и Vesica Piscis (мандорла — сияние миндалевидной формы (заостренный овал) вокруг головы Христа на иконах), которое является одним из основных символов христианской церкви, а также пятью основными «Телами Платона» — тетраэдром, кубом, октаэдром, додекаэдром и икосаэдром. Дальнейшее изучение показало, что реконструированная форма «Д и М», как определил Торан до того, как произвел все измерения, — это единственное, что может воспроизвести весь этот особый набор констант и пропорций. Более того, такие же константы многократно выявлялись в ходе измерений различными способами и не зависели от земных способов измерения (т. е. радиальной системы измерения, основанной на окружности в 360°). Торан говорил: «Вся эта геометрия «безразмерная», т. е. не зависит от таких представлений, как счет десятками или измерение углов в 360–градусной системе. Эта геометрия будет «работать» в любой системе счисления».

Торан также обнаружил, что широта восстановленной вершины Д и М составляла 40,868°, что близко соответствовало арктангенсу отношения %. Торан сделал вывод, что для любого, кто изучал эту структуру, это было ключом к доказательству ее искусственного происхождения. Такая самоотносимая численная связь, по его мнению, не могла возникнуть просто так. «Д и М» расположены «в нужном месте» на поверхности Марса.

Получив исследования Торана, Хогленд быстро понял, что они находятся на пороге важного открытия. Если числа Торана будут повторяться во всем комплексе Сидонии, если такие же углы и пропорции имеются в более широких соотношениях между уже открытыми потенциальными «монументами», — тогда у них есть очень сильный аргумент в пользу того, что модель Торана верна. Производя измерения исключительно между очевидными деталями — вершинами Купола и «Д и М», прямой линией Отвесной Стены, центра Города и вершиной пятигранного Кратера пирамиды, Хогленд обнаружил, что многие из таких углов, пропорций и функций применимы ко всему комплексу Сидонии.

Удивленные обнаруженным, Хогленд и Торан пришли к выводу, что это послание с поверхности Сидонии. Проблема была в том, что они не могли понять, о чем говорилось в этом послании.

Ключ к расшифровке заключался в самом Послании. Один из углов пирамиды, обнаруженных Тораном, составлял 19.5°, что повторялось дважды. Эти же 19.5° Хогленд нашел на границе Комплекса Сидонии еще трижды. В поисках значения этого числа они определили, что оно имеет отношение к геометрии тетраэдра. Простейшего из пяти так называемых «Монолитов Платона» (так как это были самые основательные трехмерные фигуры, которые только могли существовать); в этом был смысл использовать эту геометрическую форму «низшего порядка» в качестве формы связи в бесконечном пространстве.

Если тетраэдр вписан в сферу, а его верхняя часть направлена на северный или на южный полюс, то три его вершины будут «соприкасаться» со сферой под углом 19,5° в полушарии, противоположном полярному. Кроме того, значение е (как соотношение е/п, закодированное в комплексе Сидонии не менее 10 раз), равное 2.718282, почти полностью соответствует отношению площади поверхности сферы к площади поверхности тетраэдра (2.720699).

Эта «тетраэдральная» идея получила подтверждение, когда ученые вернулись к оригиналам снимков Сидонии. Некоторые из небольших холмов, ранее замеченные Хоглендом, имели вид тетраэдральной пирамиды, а Пирамида Кратера, к которой обращались во время проведения измерений, связанных с углом 19,5°, также оказалась четырехгранной. Сами холмы были расположены так, что образовывали две группы равносторонних треугольников — двумерную фигуру основания тетраэдральной пирамиды.

Позднее д–р Хорэйс Крейтер, специалист в области теории вероятности и статистики, изучил холмы в Сидонии вместе с д- ром Стэнли Макдэниэлом. Он обнаружил, не только что имелись три неслучайных системы в распределении почти идентичных холмов в Сидонии, но и то, что система расположения была преимущественно тетраэдральной — с коэффициентом 200 миллионов к одному против естественного происхождения.

Послание Сидонии

В 1989 году Хогленд и Торан продолжили публикацию результатов своих исследований, выпустив новую книгу под названием «Послание Сидонии». Учитывая шквал переходящей на личность критики, который обрушился на Хогленда после того, как двумя годами ранее он издал «Монументы», Хогленд и Торан решили, что не имеет смысла пытаться публиковать свои работы в специализированных изданиях, которые контролирует НАСА. Вместо этого они решили «идти в народ» и разместили документы на CompuServe — крупнейшем онлайн- форуме того времени. Эти документы содержали ряд прогнозов, основанных на их теории возникновения Послания Сидонии, а также еще более радикальную новую идею о том, что в тетраэдральной математике содержится не что иное, как совершенно новая физическая модель. Позднее Хогленд выяснил, что существует давно забытая теория, выдвигавшаяся первыми великими физиками, в число которых входил и Джеймс Кларк Максвелл. По этой теории некоторые задачи электромагнетизма могут решаться путем введения гиперпространственных величин в уравнения. Силы, идущие от этих гиперпространственных величин, будут «отражаться» в нашем более простом трехмерном мире в виде тетраэдральной геометрии. Это и было тем ключевым моментом, который, по мнению исследователей, стремились выразить строители Сидонии.

Редукционисты незамедлительно напали на модель Хогленда и Торана. Обоснование модели критиковалось по двум основным направлениям — либо измерения были произведены неточно, либо, если они все же точные, они вовсе не означают то, что им приписывают Хогленд и Торан. В конце 80–х в документах без подписи, исходивших из НАСА, использовалась та же тактика, что и в случае с д–ром Блэром. Утверждалось, что измерения Торана ненадежны по причине множества ошибок, которые имеются в ортогонально исправленных снимках. Критики часто оспаривали измерения как таковые, однако никто не удосужился попытаться воспроизвести их. Наиболее свежее обращение к такой точке зрения принадлежит д–ру Ральфу Гринбергу, профессору математики из Вашингтонского университета. Он написал несколько критических документов по поводу модели Хогленда и Торана и даже сделал что- то вроде личной мини–карьеры, обвиняя Хогленда во лжи относительно его (Гринберга) вклада в идею существования жизни под ледяной корой океанов спутника Юпитера Европы.

Д–р Майкл Малин из «Malin Space Science Systems» (который управлял камерами во время текущей миссии Mars Global Surveyor и планировавшейся миссии Mars Observer) придерживался несколько иного курса. Соглашаясь, что измерения, произведенные Хоглендом и Тораном, «спорны не во всем»,26 он, однако, утверждал, что, даже если цифры верны, вовсе не обязательно, что они означают что- то необычное.

Большая часть таких критических отзывов — это типичная реакция ученых, если возникает угроза для их собственных устоявшихся теорий или когда специалисты в узких областях применяют известные им законы в сферах, не относящихся к их компетенции. Спор об ошибках — вопрос, который и сегодня не понят даже квалифицированными математиками.

Проще говоря, Гринберг, как и многие до него, утверждал, что наличие ошибки, заложенное в самих измерениях комплекса

Сидонии, делает их бесполезными, поскольку она достаточно велика, чтобы сделать «любые» математические константы и соотношения возможными. Гринберг, который стал во главе нападающих на модель геометрических соотношений Сидонии, также заявлял, что Хогленд и Торан «подбирали» углы, о которых идет речь, что предполагает, что они подгоняли специфические соотношения под свою теорию.

Чтобы внести ясность, необходимо сказать, что Гринберг также подвергал критике и математические, и астрономические пропорции египетских пирамид, хотя даже среди египтологов было мало тех, кто сомневался в их существовании. Сегодня хорошо известно, что в основании пирамиды Хеопса лежит квадрат, углы которого рассчитаны с точностью до одной двадцатой градуса. Все боковые поверхности представляют собой равносторонние треугольники, четко ориентированные по четырем сторонам света. Длина каждой стороны основания составляет 365,2422 древнееврейского локтя, что соответствует количеству дней в солнечном году. Наклонные стороны образуют пирамиду высотой 232,52 локтя. Деление площади основания на удвоенную высоту дает число 3,14159, Это число — окружность круга, если умножить ее на диаметр. Периметр основания пирамиды равен окружности круга, диаметр которого равен высоте самой пирамиды, умноженной на два.

Благодаря углу наклона сторон, по мере того как вы поднимаетесь по пирамиде на 10 футов, ваша высота над уровнем моря увеличивается на 9 футов. Умножив действительную высоту пирамиды Хеопса на десять в девятой степени, мы получаем 91,840,000, что является точным расстоянием от Земли до Солнца в милях. Кроме того, строителям, несомненно, был известен угол наклона земной оси (23,5°), они знали, как точно высчитывать градусы широты (которая изменяется по мере удаления от экватора) и длину земных циклов.

И все это, по мнению замечательного д–ра Гринберга, является простым совпадением. Еще один пример «силы случая».

Доводы Гринберга — редукционизм в чистом виде. Даже если на время забыть о том, что абсолютно невозможно найти явные последовательные математические связи между несколькими объектами, выделенными только из- за их аномальной геологии (на что Гринберг в своей аргументации внимания не обращает), а не из- за возможности наличия между ними математической связи, и использовать только ясно различимые точки объектов, на которые опираются измерения, Гринберг не может уяснить главного — измерения Хогленда и Торана являются номинальными, т. е. они наиболее точно соответствуют используемой методологии. Они не говорят: «это цифры в пределах широкого допуска», они четко утверждают: «это цифры». Допуск — это то, что относится к ожидающему решения вопросу фотографирования с более высоким разрешением. Далее, определив, что измерения отражают специальную тетраэдральную геометрию, а не просто набор математических чисел, как предполагает Гринберг, и что в них зашифрована физика, очень легко просто сравнить контекстуальную модель и редукционистскую точку зрения Гринберга. Гринберг старается вычленить сами числа и говорит о «силе случая», вместо того чтобы просто проверить соотношения в более широком контексте той физики, которую они подразумевают.

К счастью, в «Послании Сидонии» содержалось три прогноза, которые давали идеальную возможность сделать это. В то время «Вояжер-2» приближался к Нептуну, чтобы сфотографировать планету с более близкого расстояния. В конце книги Хо- гленд и Торан сделали три прогноза о том, что увидит «Вояджер». Они предсказали шторм или возмущение с точностью до нескольких градусов на тетраэдральной широте 19,5°. Основываясь на своей интерпретации гиперпространственной физики, они также предсказали, что это возмущение будет происходить в южном полушарии планеты и что дипольная полярность магнитного поля Нептуна будет зафиксирована на северном полюсе.

Все три прогноза, основанные, как мы помним, на предположительно «ложных» цифрах и вытекающие из предположительно «ничего не значащих» взаимозависимостей между объектами, которые, вероятно, являются развалинами Марсе, оказались…

Абсолютно точными.

Тогда Гринберг и редукционисты возразили, что «один прогноз, неважно, на чем он основан, не может служить основанием для доказательства чего бы то ни было». Тактика, когда три прогноза объединяют в один, стало обычным средством для того, чтобы не замечать успехи Торана и Хогленда. Как отметил в своей прекрасной книге «В красном свете» Хэлтон Арп, астроном из Гарварда, трюк здесь заключается в том, чтобы свалить все предыдущие наблюдения в одну кучу, назвать это гипотезой, а затем заявить, что нет последующих наблюдений, которые бы ее подтверждали».

Разумеется, Хогленд и Торан поступали не так, делая на основании «ничего не значащих» или «ложных» данных три точных прогноза об особенностях планеты, которую человечество до этого так близко не видело. Этим особенностям нет объяснений в обычных моделях. По крайней мере, обычные модели не дают объяснения механизму шторма, его местонахождению и связи с магнитным полем планеты. Другими словами, дело обстояло не так, будто исследователи пользовались известными моделями и им просто «повезло». Их прогнозы основывались только на модели Геометрических Соответствий Сидонии. Это не только красноречивое свидетельство истинности измерений и вытекающей из их результатов физической модели, но и суровое обвинение методов и мотивов Гринберга и Малина (однажды Гринберг вызвал Хогленда на «дебаты» по вопросам математики Сидонии, но при условии, что данные Крейтера по тетраэдральным холмам учитываться не будут, поскольку им Гринберг объяснения найти не смог).

Взяв на вооружение идею о том, что им удалось разгадать замысел строителей «Монументов Марса», Хогленд и Торан сосредоточились на возможном применении открытой ими геометрии.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   51

Похожие:

Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь iconГубернатору Санкт-Петербурга
Но поднимая проблемы моего дома, по вышеуказанному адресу, и двора, я понимаю, что это глобальные проблемы России последних 10-15...
Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь iconЛюди думают, что спекуляция это игра предсказания будущего, знания...
Это не так. Это игра развивающихся стратегий с побеждающими преимуществами, при­влечением шансов на вашу сторону, работой с этими...
Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь iconСтихотворение Владислава Устинова (читает
Победы, вспоминают всё, что предшествовало ей, происходило в течение последних 4-х лет. Сцены в печатном варианте сценария разделены...
Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь iconПро безымянных, про полузабытых
Победы, вспоминают всё, что предшествовало ей, происходило в течение последних 4-х лет. Сцены в печатном варианте сценария разделены...
Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь iconПочти коммунизм это значит примерно то же, что и "почти беременность"....
Даже можно и не к рублю, а печатать свою, это не принципиально, но деньги будут необходимы. Ещё отличие. Коммунисты начала 20 века...
Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь iconЯ из тех, кто еще несколько лет тому назад считал, что знают о Наска...
Наска. Я налетал несколько недель над пустыней и близлежащими холмами, а в начале 70-х многие дни подряд шагал, спотыкаясь, по полям...
Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь iconНам специально говорили, что если сравнить ДНК разных людей, то выяснится,...
Славяно-Арийские Веды, были не созданы, а рождены богами. Это может показаться бредом, но только для зомбированных людей, которые...
Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь iconТимоти Лири :: История будущего
Что бы мы ни делали и кем бы мы ни были — все это основывается на нашей личной силе. Если ее достаточно, то всего одно сказанное...
Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь icon«я робот»:
В течение пятидесяти лет робопсихолог доктор Сьюзен Кэлвин наблюдала, как прогресс человечества меняет направление и совершает рынок...
Почти все, что нам сообщает наса в течение последних пятидесяти лет, это ложь iconЕсть ли нам место в "новой экономике"?
Интернетом. Отнюдь. Новая экономика – это экстремальный антрепренерский рынок, почти без границ. Это интуитивное маркетинговое турбо-мышление....
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница