Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова


НазваниеФрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова
страница46/56
Дата публикации01.04.2013
Размер3.94 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Астрономия > Книга
1   ...   42   43   44   45   46   47   48   49   ...   56

3



Спустя несколько дней Дик утром зашел за письмами в канцелярию, и его внимание привлекла необычная суета перед входом. Больной Кон Моррис собрался уезжать из клиники. Его родители, австралийцы, сердито укладывали чемоданы в большой черный лимузин, а рядом стоял доктор Ладислау и беспомощно разводил руками в ответ на возбужденную жестикуляцию Морриса-старшего. Сам молодой человек с насмешливым видом наблюдал за погрузкой со стороны.

– Что вдруг за поспешность, мистер Моррис?

Мистер Моррис вздрогнул и оглянулся. При виде Дика его багровое лицо и крупные клетки его костюма словно погасли, а потом снова зажглись, как от поворота выключателя. Он пошел на Дика, будто собираясь его ударить.

– Давно пора нам отсюда уехать, и не только нам, – начал он и остановился, чтобы перевести дух. – Давно пора, доктор Дайвер. Давно пора.

– Может быть, мы поговорим у меня в кабинете? – сказал Дик.

– Нет уж! Поговорить поговорим, да только знайте, что ни с вами, ни с заведением вашим я больше не желаю иметь дела. – Он потряс пальцем перед самым носом Дика. – Я вот этому доктору так и сказал. Жаль, только зря потратили деньги и время.

Доктор Ладислау изобразил своей фигурой некое расплывчатое подобие протеста. Дик всегда недолюбливал Ладислау. Сумев увлечь разгневанного австралийца на дорожку, ведущую к главному корпусу, он снова предложил ему продолжить разговор в кабинете, но получил отказ.

– Вас-то мне и нужно, доктор Дайвер, именно вас, а не кого другого. Я обратился к доктору Ладислау, потому что вас не могли найти, а доктор Грегоровиус вернется только к вечеру, а до вечера я оставаться не намерен.

Нет, сэр! Ни минуты я здесь не останусь, после того как мой сын мне все рассказал.

Он с угрозой подступил к Дику, и тот высвободил руки, готовый, если понадобится, отшвырнуть его силой.

– Я поместил к вам сына, чтобы вы его вылечили от алкоголизма, а он от вас от самого учуял винный дух. – Он шумно и, видимо, безрезультатно потянул носом воздух. – И даже не один, а два раза Кон это учуял. Мы в жизни не брали в рот спиртного – ни я, ни жена. И мы вам доверили сына, чтобы вы его вылечили, а он дважды за месяц учуял от вас винный дух.

Хорошо лечение, нечего сказать!

Дик медлил, не зная, на что решиться; мистер Моррис вполне способен был устроить скандал у самых ворот клиники.

– В конце концов, мистер Моррис, нельзя же требовать, чтобы люди отказывались от своих насущных привычек только потому, что ваш сын…

– Но вы же врач, черт побери! Когда глушит пиво рабочий, пес с ним, его дело, но вы-то должны лечить других…

– Это пожалуй, уже слишком. Ваш сын поступил к нам как больной клептоманией.

– А отчего, я вас спрашиваю? – Он уже кричал в голос. – Оттого что пил горькую. А горькая, она горькая и есть, – понятно вам? – Моего родного дядю вздернули из-за нее, проклятой. И вот я помещаю сына в специальную лечебницу, а в лечебнице от докторов разит спиртным!

– Я вынужден просить вас удалиться.

– Меня просить! Да я уже все равно что уехал!

– Будь вы несколько более воздержанны, мы могли бы ознакомить вас с теми результатами, которых пока что удалось достигнуть. Разумеется, при возникших обстоятельствах дальнейшее пребывание вашего сына в клинике исключается.

– Вы еще смеете мне говорить о воздержанности!

Дик окликнул доктора Ладислау и, когда тот подошел, сказал ему:

– Возьмите на себя труд от нашего имени пожелать пациенту и его родственникам счастливого пути.

Слегка поклонившись в сторону Морриса, он вошел в кабинет и на миг притаился у затворенной двери. Он ждал, когда они уедут – хамы-родители и их хилый, дегенеративный отпрыск; нетрудно было представить себе, как эта семейка будет колесить по Европе, запугивая порядочных людей своим тупым невежеством и тугим кошельком. Лишь когда шум мотора затих в отдалении, задумался он о том, насколько сам повинен в разыгравшейся сцене. Он пил красное вино за обедом и ужином, заканчивал день глотком горячего рома, иногда еще пропускал стаканчик джина между делом – джин почти не оставляет запаха. В общем, это получалось с полпинты спиртного в день – не так уж мало для его организма.

Отказавшись от всяких попыток оправдаться, Дик сел за стол и составил себе нечто вроде врачебного предписания, по которому количество потребляемого им в день алкоголя сокращалось вдвое. Не полагается, чтобы от врачей, шоферов и протестантских священников пахло спиртным, как может пахнуть от художников, маклеров и кавалерийских офицеров; Дик был неосторожен, и эту вину он за собой признал. Но инцидент еще рано было считать исчерпанным – что выяснилось получасом позже, когда приехал Франц, взбодренный двумя неделями в Альпах и настолько соскучившийся по работе, что успел погрузиться в нее прежде, чем дошел до своего кабинета. Дик ждал его на пороге.

– Ну как там Эверест?

– А вы не шутите – мы показали такую прыть, что не испугались бы и Эвереста. Уже подумывали об этом. А тут какие новости? Как моя Кэтс, как ваша Николь?

– Дома все благополучно, и у вас и у меня. Но вот в клинике сегодня утром произошла безобразнейшая история.

– Как, что такое?

Но Франц уже взялся за телефон, чтобы позвонить Кэтс. Дик походил по комнате, пока длилась семейная беседа, потом сказал:

– Молодого Морриса забрали родители – был целый скандал.

У Франца сразу вытянулось лицо.

– Мне уже известно, что он уехал. Я встретил Ладислау.

– И что Ладислау сказал вам?

– Вот только это – что Моррис уехал. И что вы мне все расскажете. Так в чем же дело?

– Обычные в таких случаях глупости.

– Мальчишка, я помню, препротивный.

– Хуже некуда, – подтвердил Дик. – Но как бы там ни было, до того, как я подошел, отец успел нагнать на Ладислау страху, как колонизатор на туземца. Кстати о Ладислау, Франц. Стоит ли нам за него держаться? Мне кажется, не стоит; какой-то он недотепа, ни с чем не может справиться сам.

Дик медлил на краю истины, выгадывая пространство для маневра. Франц, как был, в пыльнике и дорожных перчатках, присел на угол письменного стола. Дик решился.

– Помимо всего прочего, этот Моррис изобразил отцу вашего почтенного собрата горьким пьяницей. Папаша – фанатический поборник трезвости, а сынок будто бы обнаружил на мне следы vin du pays85.

Франц сел и, выпятив нижнюю губу, уставился на нее.

– Вы мне потом расскажете подробно, – сказал он наконец.

– Зачем же откладывать? – возразил Дик. – Вы сами знаете, я никогда спиртным не злоупотребляю. – Они сверкнули друг на друга взглядами, глаза в глаза. – При попустительстве Ладистау этот тип до того расходился, что мне пришлось занять оборонительную позицию. Легко ли это было, можете себе представить – ведь поблизости могли оказаться больные.

Франц снял перчатки, сбросил пыльник. Потом подошел к двери и сказал секретарше: «Меня ни для кого нет». Потом вернулся к столу и стал разбирать наваленные на нем бумаги, делая это машинально, как все, кому лишь нужна маска занятого человека, чтобы легче было сказать трудные слова.

– Дик, я знаю вас как воздержанного, уравновешенного человека, пусть даже мы по-разному относимся к употреблению спиртных напитков. Но пришла пора сказать – по совести. Дик, я уже несколько раз замечал, что вы разрешаете себе выпить не в самое подходящее для этого время. Так что нет дыму без огня. Может быть, вам стоит взять срочный отпуск?

– Или лучше бессрочный, – усмехнулся Дик. – Временная отлучка ничего не изменит.

Оба были раздражены, Франц – из-за того, что ему испортили радость возвращения.

– Вам иногда недостает здравого смысла, Дик.

– Никогда не понимал, что подразумевается под здравым смыслом в сложных случаях, – разве что утверждение, будто врач общего профиля может сделать операцию лучше, чем хирург-специалист.

Дику вдруг нестерпимо опротивело все происходящее. Объяснять, заглаживать что-то – они оба уже вышли из этого возраста; лучше пусть в ушах звенит надтреснутый отзвук старой истины.

– Нам дальше не по пути, – неожиданно произнес он.

– Честно говоря, мне и самому так кажется, – признался Франц. – Вы потеряли вкус к делу, Дик.

– Очевидно. И потому хочу из дела выйти. Можно будет разработать такие условия, чтобы вам возвращать капитал Николь не сразу, а по частям.

– Об этом я тоже думал, – я уже давно предвижу этот разговор. У меня есть другой компаньон на примете, так что к концу года я, вероятно, смогу вернуть вам все деньги.

Дик сам не ожидал, что придет к решению так быстро, и не думал, что Франц с такой готовностью согласится на разрыв. И все же он почувствовал облегчение. Давно уже он с тоской глядел на то, как этика его профессии постепенно рассыпается в прах.

1   ...   42   43   44   45   46   47   48   49   ...   56

Похожие:

Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова iconФрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна
«Ночь нежна» – удивительно красивый, тонкий и талантливый роман классика американской литературы Фрэнсиса Скотта Фицджеральда
Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова iconAnnotation в сознании современников Фрэнсис Скотт Фицджеральд был...

Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова iconФрэнсис Скотт Фицджеральд Новые мелодии печальных оркестров
Не исключено, что на самой просторной и тенистой из веранд тихонько раскачивается на средневикторианском ветру уцелевший со старых...
Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова iconФрэнсис Скотт Фицджеральд Забавный случай с Бенджамином Баттоном
Однако счастье продолжалось лишь до того, как он появился на свет. Новорожденный Бенджамин Баттон выглядел в точности как семидесятилетний...
Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова iconСкотт Фицджеральд Загадочная история Бенджамина Батона
Однако счастье продолжалось лишь до того, как он появился на свет. Новорожденный Бенджамин Баттон выглядел в точности как семидесятилетний...
Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова iconСтрелять из автомата Калашникова далеко не простое дело. Но если...
Калашникова (в дальнейшем просто Калаш). Калаш оружие не простое, капризное, и убивать врагов будет только в умелых руках. Поэтому...
Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова icon7,62-мм автомат Калашникова
Калашникова[4] (АК, индекс гау — 56-а-212, часто неверно[Прим. 3] называют ак-47) — автомат, разработанный Михаилом Калашниковым в 1947 и...
Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова iconУчителю и другу теофилю готье
Перевод Эллиса XLIII. Живой факел. Перевод А. Эфрон XLIV. Искупление. Перевод И. Анненского XLV. Исповедь. Перевод В. Левина XLVI....
Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова iconУ этого термина существуют и другие значения, см. Автомат Калашникова...

Фрэнсис Скотт Фицджеральд Ночь нежна Перевод: Евгения Давыдовна Калашникова iconМы ниспослали его (Коран) в Ночь предопределения! А что даст тебе...
Всевышний Аллах также сказал: «Клянусь ясным Писанием! Мы ниспослали его в благословенную Ночь, и Мы предостерегаем. В эту Ночь решаются...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница