Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов»


НазваниеКнига «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов»
страница2/53
Дата публикации04.04.2013
Размер5.39 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Астрономия > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   53
Однако наши объятия прерывает не гром аплодисментов, а грохот двери, которую высадил плечом Фредди. Он хватает меня, выталкивает, вышвыривает вон из дворца.
- Эй, отстань! Ты что, с ума сошел?
Бывший раввин встряхивает меня за плечи:
- Ты еще не понял? Это ловушка! Я тупо смотрю на него.
- Вспомни, как мы пересекали красные земли континента мертвых. Испытание, ожидавшее нас, было в то же время и искушением. Если ты останешься здесь, твой народ погибнет. И с восхождением на Олимп тоже будет покончено. Ты проиграешь и превратишься в химеру. Мишель, очнись!
- О какой опасности ты говоришь?
- Чем опасна липучка для мотылька? Ты навсегда здесь увязнешь!
Эти слова доносятся до меня словно издалека, на пороге дворца появляется Талия, нежная и привлекательная.
- Вспомни Афродиту, - говорит Рауль.
Один яд уничтожает действие другого.
Талия более не настаивает и машет, прощаясь. Я говорю ей:
- Спасибо. Однажды я напишу пьесу, которую ты показала мне. И еще много других.
Теонавты собираются вместе перед дворцами. Музы больше не пытаются соблазнить нас.
Мы смотрим друг на друга. Очень странная компания. Бывшая шпионка Мата Хари, которая спасла мне жизнь. Мэрилин Монро, звезда американского кинематографа. Слепой раввин Фредди Мейер, здесь он вновь обрел зрение. Жорж Мельес, волшебник-авангардист, изобретатель спецэффектов для кино. Густав Эйфель, архитектор, подчинивший себе железо, и Рауль Разорбак, неукротимый покоритель континента мертвых.
- Ну ладно, с этим все, - говорит Мата Хари, ставя точку в конце нашего приключения в гостях у муз.
Мы уходим все дальше от строений из красного мрамора, оставляя позади свои творческие планы.
Никогда прежде я не задумывался над силой искусства. Я увидел таившийся во мне талант драматурга, и это открыло передо мной новые горизонты.
Итак, я способен оживить маленький искусственный мир, создав его из того, что подвернется под руку.
^ 6. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ: САМАДХИ

В буддизме существует понятие самадхи. Как правило, наши мысли текут в беспорядке. Мы забываем о деле, которым заняты, задумавшись о том, что случилось накануне, или пытаясь спланировать завтрашний день. В состоянии самадхи, полностью сосредоточившись на том, чем вы заняты в эту самую минуту, вы обретаете власть над собственной душой. На санскрите «самадхи» означает «единонаправленная концентрация сознания».
В состоянии самадхи чувственный опыт не имеет никакого значения. Человек теряет связь с материальным миром, со всем, к чему привык. Остается только одно стремление – к пробуждению (нирване).
К этому ведут три ступени.
Первая ступень – «Самадхи без образа». Нужно представить, что твой разум – ясное небо. Любые облака – черные, серые, золотые – это наши мысли, которые затмевают небосвод. Облака появляются вновь и вновь, но их следует отгонять, пока небо не станет ясным.

Вторая ступень – «Самадхи без направления». Это состояние, когда не хочется следовать тем или иным путем, нет больше никаких желаний. Нужно представить себе шар, лежащий на плоской поверхности, который остается неподвижным, несмотря на то что кругл и может катиться.
И третья ступень – «Самадхи пустоты». В этом состоянии все равно. Нет ни зла, ни добра, ни приятного, ни неприятного, ни прошлого, ни будущего. Нет близкого, нет и далекого. Все подобно одно другому. И так как различия стерты, то и нет никаких причин испытывать к чему бы то ни было особые чувства.
Эдмонд Уэллс.
«Энциклопедия относительного и абсолютного знания», том V
^ 7. СМЕРТНЫЕ. 14 ЛЕТ

Олимпия, столица острова Эдем, сияет в ночи, напоенной свежестью. Слышна нескончаемая летняя песнь сверчков. Светлячки кружатся вокруг трех лун. Сильно пахнет мхом, все растения нетерпеливо ждут утренней росы.
Я возвращаюсь на виллу, не до конца избавившись от колдовского обаяния Талии. Творить, когда рядом находится женщина, внушающая тебе вдохновение, - какой новый, волнующий опыт!
Я принимаю ванну, чтобы восстановить силы, омываю тело и разум от приставшей к ним грязи. На этом острове происходит множество событий, потрясающих меня до глубины души. Необходимо постоянно избавляться от впечатлений, чтобы не дать им завладеть собой. Я боялся кентавров, сирен, Левиафана, грифонов, гигантского глаза, возникшего ниоткуда, а теперь оказывается, что куда опаснее обаяние юной музы.
Я вытираюсь, надеваю свежую тогу и, вытянувшись на диване, приступаю к одному из любимых занятий. Я собираюсь узнать, как дела у моих бывших подопечных. Включаю телевизор.
На первом канале – Юн Би, маленькая кореянка, живущая в Японии. Ей 14 лет. Она ходит в школу, где обучают искусству японских гротескных комиксов – манга. Существуют строгие правила изображения лиц, движений, поз. Нужно рисовать огромные круглые глаза, чудовищных монстров, немного легкой эротики (но без откровенной наготы). Преподаватели высоко ценят Юн Би за необыкновенное чувство цвета и изящную прорисовку фона. Она постоянно грустит, но, когда рисует, чувствует себя свободной и даже иногда совсем забывает о своих печалях.
По второму каналу показывают Куасси-Куасси. Житель Берега Слоновой Кости учится играть на тамтаме. Отец объясняет, что удары ладоней должны совпадать с ударами сердца, тогда можно играть так долго, как захочется. Во время одного из уроков Куасси-Куасси обнаруживает, что его тамтам не просто барабан, но и средство общения без помощи слов. Он бьет в тамтам, стучит ладонями и чувствует, что попал в ритм своего отца. В ритм своего племени предков.
На третьем канале – остров Крит. Теотим теперь спортсмен. Приезжие девчонки, туристки, восхищены его грудными мышцами. У Теотима способности к парусному спорту и волейболу. Недавно он начал боксировать.
Короче говоря, у моих смертных ничего особенного не происходит. Я уже так привык видеть по телевизору кошмары, что даже забыл: жизнь, как правило, складывается из самых заурядных событий. Невозможно постоянно находиться в кризисе. Сейчас мои юные клиенты позволяют своим судьбам вершиться самим по себе, а времени идти своим чередом.
В дверь стучат. Я оборачиваю бедра полотенцем и открываю. На пороге кто-то высокий и длинноволосый. Первое, что я узнаю, - это запах. Неужели она почувствовала, что я стал меньше думать о ней? Она пришла. Лунный свет падает ей на плечи.
- Я не помешала? - спрашивает она.
А-фро-ди-та. Богиня любви. Великолепие и соблазн, воплотившиеся в одном существе. Я вновь чувствую себя ребенком. Опускаю глаза, потому что сила ее красоты ослепляет меня. Я забыл, какая она необыкновенная.
Надеваю тунику и приглашаю гостью войти. Она садится на диван. Мой взгляд все чаще останавливается на ней, приручает ее, я словно привыкаю смотреть на солнце без темных очков. В ее присутствии я захлебываюсь от чувств. Гормоны бурлят. Я вижу ее сандалии, золотые ленты, охватывающие икры. Ногти цвета розовых лепестков. Бедра, когда она меняет позу и край красной тоги заворачивается. Я вижу янтарную кожу, золотые волосы, ниспадающие на красную ткань. Афродита взмахивает ресницами, ее развлекает мое волнение.
- Мишель, все в порядке?
Мои глаза наполнены тем, что я вижу перед собой, - воплощением чистой красоты. Боттичелли пытался изобразить ее. Если бы он только знал, какова она на самом деле…
- У меня для тебя подарок.
Афродита достает картонную коробку, в которой просверлены дырочки. Кто-то дышит там внутри. Я ожидаю, что она достанет котенка или хомяка. Но она достает нечто удивительное.
Трепещущее сердце, ростом не больше двадцати сантиметров, на ножках. На маленьких человеческих ножках. Сначала мне кажется, что это статуэтка, но сердце дрожит, если потрогать его. Оно теплое.
- Заводная игрушка? - спрашиваю я.
Она гладит сердце на ножках.
- Я дарю их только тем, кого действительно люблю.
Я отшатываюсь.
- Живое сердце!.. Какой ужас!
- Это олицетворенная любовь. Мишель, тебе не нравится? - удивляется она.
Кажется, живое сердце почувствовало, что мы говорим о нем, и сжалось.
Афродита гладит его, словно успокаивает котенка.
- Сердцам нравится, когда их дарят. У этих химер нет глаз, ушей и мозгов, но они все-таки обладают каким-то крошечным рассудком. Разумом сердца! Они хотят, чтобы кто-нибудь взял их себе.
Продолжая говорить, она медленно подходит ко мне. Я не шевелюсь.
- Каждое живое существо хочет, чтобы его любили. Все остальное не имеет никакого значения.
Богиня любви подходит вплотную, крепко прижимается ко мне. Я чувствую, как мягка ее кожа. Мне так хочется поцеловать ее, но она прижимает указательный палец к губам.
- Ты знаешь, что для меня ты самый главный человек, - говорит она.
Афродита проводит рукой по моему лбу. В этом жесте слишком много материнской ласки.
- Я люблю тебя, но… я не влюблена. По крайней мере, пока не влюблена. Чтобы это случилось, ты должен разгадать загадку.
Она берет мои руки, гладит их.
- Прежде чем стать богиней, я была смертной. У меня были необыкновенные родители. Это они научили меня любить так сильно. Я хочу, чтобы между нами было нечто истинное, великое. Настоящую любовь нужно заслужить. Если ты хочешь, чтобы я воспылала к тебе страстью, тебе придется совершать чудеса. Найди отгадку. Я напомню тебе вопрос: «Лучше, чем Бог, страшнее, чем дьявол. Есть у бедняков, нет у богатых. Если это съесть, можно умереть».
Она целует мои пальцы, прижимает мою руку к своей груди. Потом подхватывает сердце, которое ждет, когда на него обратят внимание.
- Мне очень жаль, сердечко! Похоже, ты не понравилось моему другу.
Афродита подмигивает мне.
- …либо его интересуешь вовсе не ты!
Сердце дрожит от волнения.
Я вновь пытаюсь обнять ее, но она ускользает от меня.
- Мы, конечно, можем заняться любовью, если ты так этого хочешь, но ты получишь только мое тело, не душу. И мне кажется, ты будешь скорее разочарован, чем счастлив.
- Я готов на все.
В ее взгляде усмешка и удивление.
- Многие умерли от печали или покончили с собой из-за любви ко мне, но тебе я не желаю зла. Даже наоборот.
Афродита глубоко вздыхает.
- Теперь мы связаны навеки. И если ты поведешь себя правильно, быть может, нам суждено пережить великое блаженство.
Она встает, оборачивается, обнимает меня, забирает живое сердце и уходит.
Я стою совершенно ошеломленный. Вдруг мне приходит в голову странная мысль: а что, если это было сердце одного из ее отвергнутых поклонников?
Одного из тех, кого она «любила, но в кого не была влюблена»? Мои щеки пылают. Никогда еще я не был в таком смятении. Конечно же, это она сама страшнее дьявола, лучше, чем Бог… и если я ее получу, то умру.
Я вздрагиваю – в дверь снова стучат, на этот раз громче. На пороге Фредди, всклокоченный, с перекошенным лицом. Ему с трудом удается выговорить:
- Скорее, Мэрилин пропала!
Я срываюсь с места. Мы поднимаем на поиски соседей, друзей. Проверяем все улицы и переулки Олимпии, знакомые и незнакомые кварталы. Сатиры, херувимы, кентавры вместе с нами обыскивают кусты, разросшиеся вокруг статуй и памятников.
- Мэрилин! Мэрилин!
Меня душит то же самое чувство, какое я испытывал в прошлой жизни, когда видел объявления о пропавших детях. На фотографиях, обработанных компьютером, мальчики и девочки всегда выглядели старше своих лет. Под снимком – телефон родителей. По радио и телевидению похитителей умоляли выйти на связь. Но никто и никогда больше не видел этих детей. Плакаты на стенах выцветали, проходило время, и о детях забывали.
- Мэрилин! Мэрилин!
Мы прочесываем город. Я останавливаюсь у большой яблони на главной площади, когда передо мной появляется едва заметное существо. Это маленькая химера, которую я называю сморкмухой. Девушка-бабочка двадцати сантиметров ростом нервно взмахивает длинными синими крыльями. Снова и снова пытается что-то объяснить жестами. Она хочет, чтобы я шел за ней, тянет меня в сторону северных садов. В огромных, украшенных скульптурами фонтанах журчат медно-красные воды.
- Ты знаешь, где Мэрилин?
Сморкмуха летит зигзагами. Я иду за ней. Странное маленькое существо, одно из первых, кого я встретил на Эдеме. Надо будет все-таки разобраться, что же связывает меня с этой принцессой-бабочкой.
Мы идем садами все дальше и дальше. И вдруг я замечаю сандалию в зарослях гладиолусов. Дальше – женская нога, тело, сжатая в кулак рука, поднятая к небу. Стоны Мэрилин больше похожи на рев раненого животного, чем на человеческий крик.
Я падаю на колени, раздвигаю цветы и отшатываюсь при виде чудовищной дымящейся раны, разворотившей ей живот. Сколько же раз будет погибать эта душа?
Вокруг пустынно. Никого, кроме сморкмухи и меня. Я хватаю сухую ветку и поджигаю ее вспышкой из анкха. Мне нужен факел. Освещенное лицо самой знаменитой актрисы мира потрясает меня. Лишь бы только не было слишком поздно! Я зову на помощь.
- Она здесь! Сюда! Все сюда!
Я размахиваю пылающей веткой. Актриса открывает глаза, она еще жива. Мэрилин видит меня и шепчет:
- Мишель…
- Мы спасем тебя. Не волнуйся, - говорю я.
Мне не хватает смелости смотреть на ее ужасную рану. Она что-то бормочет, улыбаясь через силу.
- Любовь – как шпага, юмор – как щит.
- Кто это сделал?
Она хватает мою руку, сжимает ее.
- Это… это богоубийца.
- Конечно, богоубийца. Но кто он?
- Это… это…
Она останавливается, смотрит на меня широко открытыми глазами. И на последнем вздохе шепчет:
- Это Ль…
Ее взгляд меркнет, рука разжимается и падает, речь обрывается.
Вокруг уже собралась толпа. Фредди тоже здесь. Он сжимает в объятиях труп любимой.
- Н-Е-Е-Е-Е-Е-Т!!!
В его руках Мэрилин поникла, словно тряпичная кукла.
- Она успела назвать убийцу? - спрашивает Рауль.
- Она сказала только «это… это…», и еще мне кажется, но я не уверен, что она сказала «ль» или «эль».
- Как Бернар Палисси. Он тоже сказал только «Это ль…», - замечает Мата Хари.
Рауль вздыхает.
- «Это» может означать все, что угодно. «Это» дьявол, «это» бог войны, это может быть даже женщина.
- «Эль» – одно из имен Бога на иврите, - говорит Жорж Мельес.
- Может быть, она хотела сказать «это летает»? - высказывает предположение Сара Бернар.
Странно, но гибель Мэрилин уже не волнует меня. Может быть, потеряв своего наставника Эдмонда Уэллса, я смирился с мыслью, что все мы, один за другим, будем убиты? «Ничто не вечно здесь…»
- Обратный отсчет: 84 – 1 = 83. Осталось только 83 ученика. Кто следующий?
Это говорит Жозеф Прудон. Мы не обращаем на него внимания.
- Нужно понять, что было общего между жертвами, - предлагает Мата Хари.
- Очень просто, - заявляет Рауль. - Убивают только лучших учеников. Беатрис и Мэрилин входили в тройку лучших, когда на них напали.
- Кому выгодно убивать лучших?
- Худшим, - тут же отвечает Сара Бернар, указывая на французского анархиста, который удаляется с совершенно безразличным видом.
Мне вспомнился один класс в лицее, когда я еще был смертным и жил в своей последней телесной оболочке на «Земле-1». Самым слабым ученикам доставляло удовольствие травить тех, кто учился лучше. Они изолировали их от остального класса и нападали. Учителя не осмеливались вмешиваться, боясь, что хулиганы в отместку проткнут шины их машин или нападут на них самих. Они даже ставили хорошие оценки членам банды. Это была «власть разрушения». Все предпочитали уступить, лишь бы их не трогали.
- Это также может быть выгодно сильному ученику, который хочет во что бы то ни стало вырваться вперед и обойти других, - снова подает голос Мата Хари. - Он убивает тех, кто мешает ему совершить финальный рывок.
- У кого сейчас лучшие оценки?
Мата Хари вспоминает, кого наградили на последнем занятии.
- Лидирует Клеман Адер, за ним я ex-aequo [*] и…
- Прудон, - подсказывает Рауль.
Имя анархиста не выходит у нас из головы. Он был так невозмутим, так холодно бросил: «Обратный отсчет…»
- Нет, считать виновным Прудона слишком просто, - возражает Жорж Мельес. - Он может устранить соперников в игре, зачем ему рисковать, убивая вне ее?
Шум крыльев заставляет нас посмотреть вверх. Афина, прилетевшая на крылатом коне, приземляется, спрыгивает на землю, и вот уже ее сова кружит над нами. Мы молчим. Богиня справедливости говорит громко и решительно.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   53

Похожие:

Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» iconКнига Эриха фон Дэникена посвящена загадкам цивилизации майя. Может...
«Эрих фон Дэникен. Боги майя [День, когда явились боги]»: Клуб Семейного Досуга Харьков, Белгород 2009; 2009
Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» iconРодосвет
Эта книга рассказывает о том, как благополучно войти каждому человеку и всему человечеству в Новую Эпоху, которая наступает на планете...
Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» iconМосква «эксмо» 2006
Задолго до того, как люди пошли войной на людей, боги уже сражались между собой. Именно Войны Богов предшествовали войнам людей....
Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» iconЗахария Ситчин Войны богов и людей
Задолго до того, как люди пошли войной на людей, боги уже сражались между собой. Именно Войны Богов положили начало Войнам Людей
Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» iconВ стародавние времена, когда Небесные Боги приходили на помощь к...
Веды Перуна. Заповедей много, также как и Богов их даровавших, чтобы человек мог выполнять все Заповеди Богов в своей жизни, ему...
Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» iconВ стародавние времена, когда Небесные Боги приходили на помощь к...
Веды Перуна. Заповедей много, также как и Богов их даровавших, чтобы человек мог выполнять все Заповеди Богов в своей жизни, ему...
Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» iconАннотация: Когда боги на время спускаются с Олимпа это еще куда ни...
Коляна Ковалева, и, надо признать, вполне заслуженно: нечего было вляпываться в дела небожительские… а теперь уж деваться некуда...
Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» iconSanta fe, new mexico
«Все вы — великолепные божественные существа, нужно только вспомнить об этом. Шесть миллиардов богов, забывших о том, что они — боги....
Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» iconКак на Землю пришёл лютый Скипер, как Перуна он в яму закапывал и как боги спасли Перуна!
Как с горами сдвигаются горы, реки с реками как стекаются, так сходитеся, мои косточки, не пускайте Перуна до времени
Книга «Мы, боги» рассказывает о том, как боги учились. Каждый из 144 учеников покровительствовал одному народу на учебной планете, которая во многом похожа на нашу Землю. Лучшие получали награды, неудачники выбывали из игры. В «Дыхании богов» icon«Вербер Б. Мы, боги. Волшебный остров»: Гелеос, Рипол Классик; 2005...
Вербера. Роман – логическое продолжение «Империи ангелов», при этом он является вполне самостоятельным произведением. Сам писатель...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница