Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru


НазваниеКнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru
страница9/11
Дата публикации07.05.2013
Размер1.55 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
XXVIII
У стола сидела молоденькая девушка, которая, должно быть, совсем недавно конфирмовалась, и что то шила. Когда я попросился на ночлег, она нисколько не испугалась, сказала, что сейчас спросит, и вышла в боковую дверь. Я крикнул ей вслед, что с меня довольно будет, если мне позволят посидеть до утра у печки.

Вскоре девушка вернулась, и следом за ней вошла ее мать, поспешно застегивая пуговицы.

Она поздоровалась и сказала, что не может, к сожалению, предложить мне особых удобств, но охотно уступит свою постель в боковой комнатке.

– А сами вы как же?

– Да ведь скоро уж утро. И к тому же дочке надо еще посидеть над шитьем.

– А что она шьет? Платье?

– Нет, только блузку. Хочет надеть ее завтра в церковь, я вот думала ей помочь, да она решила все сама сделать.

Я поставил на стол швейную машину и сказал, что на такой машине сшить блузку легче легкого. Вот я сейчас покажу, как это делается!

– Вы, стало быть, портной?

– Нет. Просто я торгую швейными машинами.

Тут я достаю руководство и читаю вслух, как пользо ваться машиной, а девушка внимательно слушает, она совсем еще ребенок, и ее тонкие пальчики все си ние от линючей материи. Они такие жалкие, эти паль чики, я гляжу на них, вынимаю бутылку вина и пред лагаю всем выпить. Потом мы снова принимаемся за шитье, я читаю руководство, а девушка крутит ручку машины. Она в совершенном восторге, и глаза ее ярко блестят.

Сколько ей лет?

– Шестнадцать. В прошлом году она конфирмова лась.

А как ее зовут?

– Ольга.

Мать стоит, глядя на нас, ей тоже хочется покрутить машину, но e д в а она протягивает руку, Ольга всякий раз ее останавливает:

– Нет, мама, не надо, а то сломаешь!

Когда мы перематываем нитки, мать хочет подержать челнок, но Ольга снова ее отстраняет, боясь, как бы она что нибудь не испортила.

Хозяйка ставит на огонь кофейник, в домике становится тепло и уютно, мать с дочерью забывают о своем одиночестве, на душе у них легко и спокойно, я поте шаюсь над машиной, и Ольга весело смеется всякой моей шутке. Я замечаю, что они даже не спрашивают о цене, хотя знают, что машина продается, – такая рос кошь им не по средствам. Посмотреть, как на ней шьют, и то для них праздник!

– Ольге непременно нужна такая машина. Погля дите, как ловко у нее все получается.

Мать отвечает, что надо повременить, вот скоро Оль га поступит в услужение и заработает немного.

– Так она хочет поступить в услужение?

– Да, мы надеемся найти для нее место. Две стар шие дочери уже пристроены. И живется им, слава богу, не худо. Завтра они тоже будут в церкви, Ольга с ними там увидится.

На одной стене висит треснутое зеркальце, к другой прибиты гвоздиками грошовые картинки, на которых красуются конные гвардейцы и принц с принцессой в роскошных одеждах. Одна, совсем выцветшая, изобра жает императрицу Евгению, я вижу, что эта картинка ви сит здесь уже давно, и спрашиваю, откуда она у них,

– Да разве упомнишь? Муж как то принес.

– А где он ее достал?

– Кажется, в Херсете, он там работал в молодости? Тому уж лет тридцать минуло.

Я уже решил, как мне быть, и говорю:

– Да ведь этой картине цены нет.

Хозяйка думает, что я над ней смеюсь, но я долго рассматриваю картину и с уверенностью заявляю, что она стоит больших денег.

Но хозяйка не так проста, она говорит:

– А вы не ошибаетесь? Ведь она висит здесь с тех самых пор, как мы этот дом поставили. И Ольга с ма лых лет называет ее своей.

Я напускаю на себя таинственность и спрашиваю с видом знатока, которого интересуют все подробности:

– А где это – Херсет?

– Да тут, неподалеку. В двух милях от нас. Это имение ленсмана…

Кофе поспел, и мы с Ольгой прерываем работу. Остается только пришить крючки. Я прошу показать мне жакет, под который она наденет блузку, и тут ока зывается, что никакого жакета нет, вместо него Ольга просто накинет шерстяной платок. H о старшая сестра подарила ей старую кофту, которую она наденет сверху и скроет все недостатки.

– Ольга растет так быстро, нет смысла покупать ей хороший жакет раньше, чем через год, – слышу я.

Ольга пришивает крючки, дело спорится в ее руках. Но вид у нее такой сонный, что просто жалко смотреть, и я с притворной строгостью велю ей ложиться спать, Хозяйка под благовидным предлогом остается сидеть со мной, хоть я и уговариваю ее тоже лечь.

– Поблагодари же этого господина, – говорит она Ольге.

Ольга подходит ко мне, подает руку и благодарит. Я пользуюсь этим и отвожу ее в боковушку.

– Ложитесь и вы, – говорю я матери. – У меня от усталости уже язык заплетается.

Я располагаюсь у печки, подмостив под голову ме шок вместо подушки, и она, видя это, с улыбкой качает головой и уходит.
XXIX
Наутро я бодр и полон сил, в окна заглядывает солнце. Ольга и ее мать уже причесаны, их влажные волосы так блестят, что просто смотреть приятно.

Мы завтракаем все втроем, а после кофе Ольга щеголяет передо мной в новой блузке, вязаном платке и кофте. Ах, эта невообразимая кофта с атласной оторочкой и атласными же пуговицами в два ряда, ворот и рукава у нее отделаны тесьмой; маленькая Ольга совсем утонула в ней. Это никуда не годится. Девочка со всем крошечная, как птенчик.

– А не ушить ли нам кофту? – предлагаю я. – Время ведь еще есть.

Но мать с дочерью только переглядываются – нын че ведь воскресенье, нельзя брать в руки ни иголки, ни ножниц. Я без труда угадываю их мысли, потому что меня самого так приучили в детстве, но теперь я позво ляю себе маленькую еретическую хитрость: шить то будет машина, а это совсем другое дело, ведь ездят же люди по воскресеньям в каретах.

Но им таких тонкостей не понять. Да и кофта взята на вырост, годика через два она будет Ольге в самую пору.

Мне хочется подарить что нибудь Ольге на прощание, но у меня ничего нет, и я протягиваю ей крону. Она подает мне руку, благодарит, потом показывает монету матери, и глаза у нее сияют, она говорит шепотом, что, когда придет в церковь, отдаст деньги сестре. Мать, тоже сияя, соглашается, что так будет лучше всего.

Ольга в своей мешковатой кофте уходит в церковь, она спускается с холма и при этом смешно косолапит. Господи, какая она милая и забавная…

– А что, Херсет – большое имение?

– Большое.

Я сижу, сонно хлопая глазами, и раздумываю, что же означает слово Херсет. Может быть, это фамилия хо зяина? Или имя владельца здешних земель? А его дочь – красавица, которой нет равных, и вот сам ярл приезжает просить ее руки. А через год она родит сына, которого возведут на трон…

В общем, я собираюсь в Херсет. Мне ведь все равно, куда идти, и я решаю направиться туда. Может, у ленсмана случится для меня работа, может, подвернется не одно, так другое, – как бы там ни было, я повстречаю новых людей. Теперь, когда я принял это решение, у меня появилась какая то цель.

После бессонной ночи глаза мои слипаются, поэтому я прошу у хозяйки разрешения прилечь, и она предлагает мне свою постель. Голубой паучок ползет вверх по стене, а я лежу, провожая его взглядом, покуда не за сыпаю.

Я проспал часа два и проснулся, отдохнувший, све жий, полный сил. Старуха стряпает обед. Я укладываю мешок, даю ей денег за хлопоты, а потом предлагаю мену: я возьму Ольгину картину, а швейная машинка пускай остается ей.

Старуха снова не верит мне.

– Ничего, – говорю я, – только бы она была доволь на, а меня это вполне устраивает. Картина очень цен ная, я знаю, что делаю.

Я снимаю картину со стены, сдуваю пыль и осторож но свертываю ее трубкой; на бревенчатой стене остается светлый квадрат. Я прощаюсь.

Старуха выходит вслед за мной и просит подождать Ольгу, пускай она хоть поблагодарит меня.

– Ах, милок, ну пожалуйста!

Но я тороплюсь.

– Кланяйтесь Ольге, а если будут какие затрудне ния с машиной, поглядите в руководство.

Она долго смотрит мне вслед. Я удаляюсь с важ ностью и насвистываю, очень довольный собой. Я от дохнул, мешок у меня теперь совсем легкий, а солнце ярко светит и уже подсушило дорогу. Я так доволен со бой, что распеваю на ходу.

Нервы…

До Херсета я добрался на другой день. Имение пока залось мне таким большим и богатым, что я хотел было пройти мимо; но мне попался навстречу один из работ ников, я потолковал с ним и решился предложить ленсману свои услуги. Мне ведь уже приходилось работать у богатых людей, взять хоть капитана из Эвребё…

Ленсман был приземистый, плечистый человек с длин ной седой бородой и лохматыми темными бровями. Он разговаривал со мной строго, но я по глазам видел, что он добряк; и в самом деле, потом оказалось, он не прочь при случае поболтать и посмеяться от души. Но иной раз он напускал на себя важность, подобающую его чину и состоянию, бывал заносчив.

– Нет у меня работы. А вы, собственно, откуда?

Я назвал несколько хуторов, куда заходил по до роге.

– Стало быть, вы нищий и клянчите милостыню?

– Нет, я не нищий, у меня есть деньги.

– Тогда ступайте своей дорогой. Работы для вас у меня нет, осенняя пахота кончена. А что, могли бы вы нарубить жердей для изгороди?

– Да.

– Так с. Но мне ни к чему деревянные изгороди, они у меня теперь проволочные. И каменщиком могли бы работать?

– Да.

– Очень жаль. У меня в c ю осень работали каменщи ки, для нас тоже нашлось бы дело. Он поковырял землю палкой.

– А почему, собственно, вы пришли ко мне?

– Все говорят, что надо только попросить ленсмана, у него всегда найдется работа.

– Вот как? Да, у меня и в самом деле постоянно кто нибудь работает, вот осенью я нанимал каменщиков. А загон для кур вы можете сделать? Ну уж на это мастера днем с огнем не сыскать, ха ха ха! Так вы говорите, что работали в Эвребё у капитана Фалькенберга?

– Да.

– А что вы там делали?

– Рубил лес.

– Я этого человека не знаю, очень уж далеко отсюда его усадьба, но кое что я о нем слышал. А есть у вас рекомендация?

Я подал бумагу.

– Ну, так уж и быть, оставайтесь у меня, – сказал ленсман, прекратив расспросы.

И он повел меня с заднего крыльца на кухню.

– Этот человек пришел издалека, накормите его хо рошенько, – сказал он.

Я сижу в просторной, светлой кухне, и мне подали такой чудесный обед, какого я давно не пробовал. Не успел я поесть, как ленсман пришел снова.

– Ну вот что… – говорит он.

Вскочив с места, я вытягиваюсь в струйку, и ленсману, видно, по душе этот небольшой знак почтенья.

– Пожалуйста, доедайте. Ах, вы уже кончили? Я тут вот что надумал… Пойдемте ка со мной.

Он повел меня к сараю.

– Если вы не против, я пошлю вас в лес за дровами У меня два работника, но одного я должен буду взять в понятые, а со вторым вы отправитесь в лес. Дров у меня, как видите, много, но лучше заготовлять их впрок, про запас. Вы, кажется, сказали, что у вас есть деньги, так нельзя ли полюбопытствовать…

Я показал деньги.

– Превосходно. Видите ли, я занимаю ответствен ный пост и должен знать людей, которые у меня работают. Но у вас, надо полагать, совесть чиста, раз вы пришли к ленсману, ха ха ха! Итак, сегодня отдыхайте, а назавтра отправляйтесь в лес за дровами.

Я стал готовиться к завтрашней работе, осмотрел свою одежду, наточил пилу и топор. Рукавиц у меня не было, но морозы еще не ударили, и я мог обойтись без них, а все остальное у меня было.

Ленсман еще не раз приходил ко мне поговорить о том, о сем, ему было интересно потолковать со свежим человеком.

– Маргарита, поди сюда! – окликнул он жену, проходившую по двору. – Это новый работник, я посылаю его в лес за дровами.
XXX
Хотя нам не было дано никаких распоряжений, мы по собственному почину стали рубить только деревья с сухими верхушками, и вечером ленсман похвалил нас за это. Впрочем, он обещал назавтра прийти сам и все нам показать.

Я сразу увидел, что работы в лесу не хватит и до рождества. Ночами подмораживало, но снег все не выпадал, поэтому дело спорилось, мы валили одно дерево за другим, и сам ленсман сказал, что мы работаем как одержимые, ха ха ха! Славно работалось мне у этого старика, он часто наведывался в лес, весело шутил и, когда я пропускал его шутки мимо ушей, думал, наверное, что я очень скучный человек, хоть на меня и можно положиться. Со временем он поручил мне носить письма на почту.

В имении совсем не было детей, меня окружали пожилые люди, если не считать служанок и одного работника, долгими вечерами я не знал, как убить время. Чтобы развлечься, я достал кислоты и олова и при нялся лудить старые кухонные котлы. Но этого занятия мне хватило ненадолго.

Как то вечером я сел и написал такое письмо:

«Ах, если б я был подле вас, то работал бы за двоих!»

Утром, когда ленсман послал меня на почту, я захва тил письмо и отправил его. Меня беспокоило, что письмо имеет такой неприглядный вид – бумагу я взял у ленсмана и его фамилию на конверте пришлось сплошь заклеить марками. Бог весть, что она подумает, когда получит письмо! Ни подписи, ни обратного адреса.

Мы по прежнему рубим вдвоем дрова, болтаем о всякой всячине, чувствуем здоровую усталость и отлично ладим между собой. Дни идут, я с огорчением вижу, как мало остается работы, но все же надеюсь, что, когда заготовка дров будет закончена, у ленсмана найдется для меня еще какое нибудь дело. Вот было бы хорошо. Мне вовсе не улыбается опять бродяжничать, да еще на святки.

Когда я снова побывал на почте, мне вручили письмо. Я не сразу понял, что это мне, и в нерешимости вертел его так и эдак; но почтмейстер, который знал меня в лицо, взглянул на конверт и показал мне, что там стоит мое имя, а пониже – адрес ленсмана. Тогда я со образил, в чем дело, и схватил письмо.

– Да, конечно, я совсем забыл… ведь я же посылал…

В ушах у меня звенит, я выбегаю на двор, вскры ваю конверт и читаю:

«Не пишите мне…»

Ни подписи, ни обратного адреса, но как просто и ясно. Второе слово подчеркнуто.

Не знаю, как я добрался до дома. Помню, я сел на придорожный камень и перечел письмо, потом сунул его в карман, добрел до следующего камня, снова вынул письмо и перечел его. «Не пишите». Но, может быть, в таком случае мне можно прийти туда и даже поговорить с ней? Тонкий красивый листок, торопливый, изящный почерк! Она держала это письмо в руках; оно было перед ее глазами, на него веяло ее дыханием. И многоточие в конце могло обозначать все, что угодно.

Я пришел домой, отдал ленсману его письма и отправился в лес. Мой товарищ не мог понять, что со мной творится, – я был погружен в раздумье, без конца перечитывал письмо и снова прятал его на груди, где у меня хранились деньги.

Какая она умница, что разыскала меня! Наверное, посмотрела конверт на свет и прочла фамилию ленсмана под марками, а потом слегка склонила свою милую головку, прищурила глаза и подумала: «Он сейчас работает у ленсмана в Херсете…»

Вечером, когда мы вернулись домой, ленсман вышел к нам, поговорил немного о пустяках, а потом спросил:

– Так вы говорите, что работали у капитана Фалькенберга в Эвребё?

– Да, а что?

– Мне стало известно, что он изобрел машину.

– Машину?

– Ну, механическую пилу. Так написано в газетах.

Я пожал плечами. Как это он мог изобрести пилу, которую изобрел я?

– Наверное, это ошибка, – говорю я. – Пилу изобрел вовсе не он.

– Не он?

– Нет, Правда, сейчас пила у него.

И я рассказал ленсману все как было. Он принес газету, и мы стали читать вместе: «Новейшее изобретение… Наш корреспондент сообщает… пила особой конструкции может оказаться весьма полезной в лесном хозяйстве… устроена она следующим образом…»

– Уж не хотите ли вы сказать, что это ваше изоб ретение?

– Вот именно.

– Стало быть, капитан задумал его украсть? Веселое дело, ничего не скажешь. Ладно, предоставьте все мне. Кто нибудь знает, что вы работали над пилой?

– Да, там это всякий подтвердит.

– Клянусь богом, дело просто неслыханное, – украсть чужое изобретение! Да и деньги… ведь тут мил лионом пахнет!

– Право, я не понимаю капитана.

– Зато я все понимаю, недаром я ленсман. Он у меня давно на подозрении, ведь он не так уж богат и только прикидывается богачом. Вот я пошлю ему письме цо от своего имени, совсем коротенькое письмецо, что вы на это скажете? Ха ха ха! Уж положитесь на меня.

Но я в нерешимости – слишком рьяно хочет ленсман взяться за дело, а капитан, может статься, вовсе и не виноват, просто газетчик что нибудь напутал. И я прошу у ленсмана разрешения самому написать капитану.

– Значит, вы хотите снюхаться с этим негодяем? Ну нет! Я этим займусь сам. Помимо всего прочего, сами вы никогда не сможете написать в таком решитель ном тоне, как я.

Но я долго изворачивался и в конце концов добился того, что он позволил мне написать письмо, с тем чтобы потом я все предоставил ему. Бумагу я снова взял у ленсмана.

После всех этих волнений я долго не мог успокоиться, и в тот вечер не сумел написать ни строчки. Я раз думывал: мне нельзя писать капитану – это может поставить в неловкое положение его жену, стало быть, нужно написать моему приятелю Фалькенбергу и попросить его, чтобы он присмотрел за моим изобретеньем.

А ночью мне снова явилась покойница, скорбная фигура в длинном одеянии, она никак не хотела отвязаться от меня и требовала свой ноготь с большого пальца. И явилась она в самое неподходящее время, когда я еще не оправился от недавних волнений. Леденея от ужаса, я видел, как она проскользнула в дверь, остановилась посреди комнаты и простерла ко мне руки. У противоположной стены спал мой напарник, и я испытал необычайное облегчение, когда услышал, как он стонет и мечется на постели, – значит, он тоже был объят ужасом. Я покачал головой, давая ей понять, что похоронил ноготь в укромном месте и ничего больше сделать не могу. Но покойница не уходила. Тогда я стал вымаливать у нее прощение; и тут меня вдруг охватила злоба, я не выдержал и прямо сказал, что не намерен больше вести с ней пустые разговоры. Да, я по глупости взял на время ее ноготь, но вот уже который месяц пошел с тех пор, как я приделал к трубке ракушку, а ее ноготь снова предал земле… Тогда она скользнула к моему изголовью, чтобы накинуться н а меня сзади. С отчаянным воплем я подскочил на по стели.

– Ты что? – испуганно спросил мой напарник.

Я протер глаза и объяснил, что просто мне приснил ся дурной сон.

– А кто тут сейчас был? – спросил он.

– Не знаю. Да разве был кто нибудь?

– Я видел, как кто то выскользнул за дверь…
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru iconБорис Львович Васильев Завтра была война… ocr: Александр Белоусенко
«Завтра была война. В списках не значился. А зори здесь тихие Встречный бой»: у-фактория; 2004
Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru iconСкандинавия ветреный край незамерзающих течений и вечнозелёных лесов,...
Кьеркегор, драматурги Генрик Ибсен и Август Стриндберг, писатель Кнут Гамсун, архитектор Сааринен… Один за другим появились самобытные...
Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru iconСценарий осенней свадьбы: королевская охота
Осенняя свадьба, осенняя свадьба с необычным выкупом, идет подготовка к осенним свадьбам, свадьба осенью, оформление осенней свадьбы,...
Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru iconV. 0 – создание fb2 V. 1 – вычитка V. 2 – доп вычитка – (MCat78)...
Тридцать лет назад это читалось как фантастика. Исследующая и расширяющая границы жанра, жадно впитывающая всевозможные новейшие...
Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru iconV. 0 – создание fb2 V. 1 – вычитка V. 2 – доп вычитка – (MCat78)...
Тридцать лет назад это читалось как фантастика. Исследующая и расширяющая границы жанра, жадно впитывающая всевозможные новейшие...
Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru iconКадзуо Исигуро Остаток дня
Автор, японец по происхождению, создал один из самых «английских» романов конца XX века, подобно Джозефу Конраду или Владимиру Набокову...
Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru icon1. 0 ocr. Создание файла (08. 11. 2009, oriON) 0 Вычитка и форматирование...
О том как выглядит изнанка современного европейского общества — со всем его благополучием, неуверенностью, азартом и одиночеством —...
Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru iconV. 1 – вычитка V. 2 – доп вычитка от glassy V. 3 – доп вычитка от...
При этом члены Букеровского комитета проголосовали за роман единогласно, что случается нечасто. Автор, японец по происхождению, создал...
Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru icon№35. 1 марта 1881 г от рук народовольцев погиб император Александр...
Александр III и его контрреформы обеспечили России мирную и спокойную эпоху без войн и внутренних смут, но и зародили в россиянах...
Кнут Гамсун Под осенней звездой ocr и вычитка: Александр Белоусенко (), 22 марта 2002 belousenkolib narod ru iconНиколая Васильевича Гоголя Гаврилов Александр Анатольевич 10 «Б» класс 2013 Часть 1
Гоголь николай Васильевич (1809-52), [20 марта (1 апреля) 1809, местечко Великие Сорочинцы Миргородского уезда Полтавской губернии...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница