Черненький, черненький и прррросто шатен


НазваниеЧерненький, черненький и прррросто шатен
страница4/14
Дата публикации09.05.2013
Размер1.34 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Я широко раскрыла глаза и села. Вокруг толпился народ.

– Ну, слава богу, – неожиданно громко воскликнула Люся, – мы перепугались!

Рома помог мне подняться, попытался отряхнуть, но это оказалось излишним, грязь намертво въелась в тонкую ткань. Нам сейчас не помог бы даже Умывальников начальник и мочалок командир, а в быту просто стиральный порошок «Миф».

– Тань, ты... э, прости, – брат виновато пожал плечами. – Случайно вышло.

Я покрутилась на месте, в поисках настоящего виновника, но заметила Вадика и замерла. Он стоял возле ворот соперников и... просто немыслимо! Мой нафантазированный – МОЯ судьба, в то время, как все с замиранием сердца ждали, когда я очнусь, он стоял в стороне. Не просто стоял, а бесстыдно целовался со своей Алей! Они и сейчас продолжали лобызаться, как... как последние негодяи!

– Не знаю, чего он так отлетел, – продолжал зудеть в ухо брат. – Может, ветром снесло чуток, но вообще...

– Да замолчи ты! – не выдержала я.

Как же это подло! То же самое, что танцевать на могиле своего пращура! Мой принц должен был стоять тут, на этом самом месте! На коленях! По его щеке должна была катиться скупая мужская слеза! Он должен был делать мне искусственное дыхание, а он...

– Ты как себя чувствуешь? – тронула меня за плечо Настя.

Ее еще не хватало! А может, это все из-за нее? Может, не стоило про нее плохо думать, а потом откладывать раскаяние? Может, и сейчас не стоит? А то оторвет еще ветром штангу от ворот и прибьет меня окончательно.

– Спасибо, Настя, – я улыбнулась ей вполне искренно, – все нормально.

– Сходим в медпункт? – спросил Рома.

Моя резкость его не обидела, это хорошо, не люблю с ним ссориться.

Откуда-то сбоку раздалось:

– Где она? Нужно же аккуратнее! А ну разойдитесь! – Ко мне с аптечкой продралась Лена, а за ней наша вожатая. Обе выглядели испуганными и взволнованными.

– Уже все нормально, – попытался успокоить их Рома, но Лена отмахнулась.

– Где Донских? Я ему дам сейчас по шее.

Рома поморщился и посмотрел на меня обеспокоенно.

Значит, не глюк! Все-таки это был его голос. Вот кого я, оказывается, ненавижу. Какая глупость! Пыль невозможно ненавидеть, она просто есть и все. Ее нужно смахнуть и жить дальше. Вот и Александр Донских – всего лишь пыль. Странно, как я не увидела его раньше. И пусть он весь в черном – агентишка 007, но ухмылку его не узнать так же немыслимо, как немыслимы поцелуи Вадика с Алей над моим бездыханным телом.

– Чем ты думал?! – тем временем кричала Лена на Сашку. – Не умеешь играть без того, чтоб никого не калечить, не берись!

– Да не специально я!

Лена уперла руки в бока и отчеканила:

– Чтоб возле футбольного поля я тебя не видела!

Вокруг поднялся возмущенный вой, но наша вожатая хлопнула в ладоши.

– Поживешь без футбола месяц!

Рома застонал.

– Так! – Лена раздраженно сузила глаза. – Донских, ты сейчас берешь Таню за руку и ведешь в медпункт и не забудь прощенья попросить, футболист!

– Сама дойду!

Где находится медпункт, я не знала, но идти куда бы то ни было с этим червем, тем более за руку, мне бы и в голову не взбрело. Мало он меня покалечил.

Я пошла в сторону столовой, в надежде, что за мной никто не увяжется, но надежда умерла, не успев пожить. Саша поплелся за мной, спасибо, за руку взять не пытался.

Как могло произойти, что мы оказались в одном лагере?! Рома ведь наверняка знал! Почему мне не сказал? А если бы сказал, что было бы? Не поехала бы в лагерь? Вот еще! Велика честь, отказываться из-за этого... этого гнуса от радостей жизни. Пусть он хоть дорогу своими длиннющими ресницами передо мной выметет, чихала я на него. И вообще, другие у меня тут цели. Мне прислали моего суперпарня, пусть сегодня он сглупил, просто отвратительно сглупил, но в следующий раз все будет по-другому. Даже не стану записывать его промах в дневник, он исправится, и никто об этом не узнает.

– Ты думаешь, я специально в тебя мяч запустил?

Саша поравнялся со мной.

– Я не думаю ни о тебе, ни о мяче, – фыркнула я и так холодно посмотрела на него, что у самой аж мурашки по спине побежали.

– Мне жаль.

– А мне все равно, что тебе жаль!

Так хорошо на душе. Мне нравится быть жестокой. Пусть, поделом ему!

– Куда ты? Медпункт в другой стороне! – Он указал на покрытую еловыми иголками тропку между деревьями.

Я ее раньше и не замечала! Ну и заросли, не понимаю, зачем строить медпункт так далеко от корпусов. Пока до него доберешься, помереть можно.

Дальше мы шли молча, чему я очень радовалась. А почти у самого домика медпункта он неожиданно выдал:

– Могла бы и увернуться, кричали ведь все, а ты ворон считала!

Я остановилась.

Как у него еще язык поворачивается меня обвинять? Хватит уже молчать! Пора бы сказать ему...

– Так это я виновата? Ты испортил мое платье, возможно, сделал сотрясенье мозга, а я виновата, да?!

Он на меня не смотрел, прятал свои наглые синие глаза, отворачивался. И нехотя так произнес, точно одолжение мне оказывал великое:

– Платье твое могу постирать...

– Прекрасно, постирай!

Интересно будет на это посмотреть! Донских с тазом и хозяйственным мылом, то еще зрелище.

– Отлично, – он сложил руки на груди, – снимай!

Даже моя фантазия такой поворот не предугадала бы, я не знала, как ответить, стояла молча. Может, пора смириться, что он меня постоянно уделывает? Чего тратить нервы?

– Ну так что? Решайся, пока в медпункте проверяют, все ли твои извилины на месте, я замочу платье.

И почему на меня не находит озарение? Ну как же героиням книг удается так быстро и остроумно всем отвечать?! Ведь я обожаю острить! Хоть острого во мне только плечи, а ума не совсем палата, как кажется некоторым, – сдаваться рано! Если какая-то английская крестьянка в свое время могла дерзить герцогам и королям, уж мне грех теряться!

– Я тебе его занесу, – наконец нашелся в моей копилке ответ. И мне так понравилось, как уверенно это прозвучало, что я осмелела и прибавила: – Иди пока сточи на пальцах мозоли, чтоб зацепки на ткани не сделать. И порошок купи!

Он посмотрел на свои руки, а потом по сторонам. Я тоже.

Чего он ищет? Ой-ой! Не палку ли...

– Пойду поищу мыльный корень, как раз самое то для твоего... – он прикрыл один глаз, – как это называется... хм... платье, да?

А может, Ромка прав? Я ненавижу его!!! Мыльный корень, надо же! Остроумно, чертовски остроумно, ему бы позавидовала любая уважающая себя английская леди!

Я смотрю ему вслед, на прямую спину в черной футболке, и еле сдерживаюсь, чтобы не схватить шишку и не запустить ему в голову. Специально сбежал, чтобы я не успела ничего сказать. Он из той породы людей, которые оставляют последнее слово за собой. Но не время отчаиваться, этот неумеха-футболист еще узнает, как я пробиваю пенальти!

* * *

С моей головой оказалось все нормально, а женщина в белом халате угостила жвачкой и попросила в следующий раз быть аккуратнее. Нет уж – никакого следующего раза, с меня хватит. Я, как умудренная опытом личность, двумя ногами в одну коровью лепешку не встаю.

– Бедный Сашка, ходит как в воду опущенный, – вздохнула Настя, усаживаясь на подоконник.

– Ха-ха, – Жанна скинула шлепки и села по-турецки на свою кровать. – Это он из-за футбола переживает!

Люся закивала.

– Да-а, их вожатая не даст ему теперь играть. В прошлом году один мальчик из ее отряда подрался на заливе с парнем из третьего отряда. Не помню, что там произошло, но бедняга из третьего чуть не захлебнулся. Хорошо, откачали! Так тот драчун потом ни разу не был на заливе. Все купались, а он на территории лагеря сидел.

Настя махнула рукой.

– Но Сашка-то не драчун! Он случайно!

– За случайно бьют отчаянно! – фыркнула Жанна.

– Мне тоже его, конечно, жаль, – призналась Люся, – но нужно же его как-то наказать!

– Он ведь случайно! – снова, уже громче, повторила Настя.

Я отложила мокрое полотенце и поплотнее укуталась в халат. Терпеть не могу, когда с кончиков волос после душа за шиворот катятся холодные капли.

– Дать фен? – участливо спросила Люся.

Девчонки меня жалели, угождали во всем, точно я не в медпункте десять минут провела, а из больницы после тяжелой болезни выписалась.

Я облачилась в серый спортивный костюм, посушила волосы, причесалась и уже собралась засунуть в пакет грязное платье, как Настя воскликнула:

– Тань, ты же не заставишь его стирать, правда?

– А что тебя удивляет?

Жанна с Люсей с интересом посмотрели на меня.

Люся хихикнула.

– Ты серьезно?

– Ага!

– Вот и зря! – насупилась Настя. – Опозоришь его перед парнями.

Пилившая ногти Жанна глянула на нее.

– Насть, тебе-то что, пусть делает, как считает нужным, если бы тебе в башку кто-то зарядил мячом, посмотрела бы я на тебя!

– Девки... – Настя вовремя осеклась, – то есть девчонки, вам его не жаль?

Люся вынула зеркальце и, подавляя зевок, начала ватным тампоном снимать косметику и при этом рассуждала:

– Настюха, Донских красавчик, я бы с ним, честно говоря, хотела встречаться... думаю, в этой комнате никто бы не отказался, но уж поверь мне, я его хорошо знаю. В прошлом году мы были неделю в одном отряде, с девушками он обращаться не умеет. Тот еще грубиян, пусть Таня его проучит! Я «за»!

– Я тоже, – тут же сказала Жанна, сосредоточенно разглядывая свои ровные розовые ноготки.

– Люся, ты не одна с ним знакома, я его не хуже тебя знаю! – не унималась Настя. – Он два года уже в этот лагерь приезжает. Никогда никого не обижал, очень хороший друг.

– Ой, – Жанна засмеялась, – тебе-то откуда знать, Насть, какой там из него друг. Прям такого знатока из себя корчишь, а небось и не знакома с ним толком!

– Ладно вам, девчонки, – встряла Люся, – чего мы, в самом деле, ссоримся из-за него. Пусть Таня делает как хочет.

Мне смешно. Уж кто-кто, а я знаю этого синеглазого червяка лучше всех! Саша то, Саша се – всю свою жизнь слышу! Для Ромы он как свет в окошке! «Мама, а у Саши есть солдат», «Папа, а Саше купили новый велосипед», «Бабушка, а Сашина бабушка носит кичку [ ? ] «Таня, а Сашина сестра готовит ему завтрак», «Мама, папа, а Саша будет учиться в гимназии», «Мы с Сашей пойдем служить в ВДВ», «Мы с Сашей пойдем в один университет», «Мы с Сашей откроем своей бизнес»... Мы с Сашей... У моего брата друзей воз и маленькая тележка, но Саша – это зараза, которую Рома подцепил в самом детстве, да так и не смог от нее вылечиться. Его дружок выпил немало моей крови, но, конечно, я не вспоминаю, как в детском саду он дергал меня за косички, бросался лягушками и подкидывал в постель хомяков – у меня к нему претензии глобальнее! Поэтому я целенаправленно пошла в сторону корпуса первого отряда. Кто-то сегодня ночью не будет спать, кто-то будет стирать мое платье! И, кажется, этот кто-то о моем коварстве даже не догадывается.

На первом этаже меня поймала Лена.

– Танюша, ну как ты? Как голова? Не болит?

– Все нормально.

Вожатая взглянула на свои часы.

– А ты куда? Отбой через пять минут.

– Брату хочу кое-что сказать. Я на секунду!

– Хорошо, давай, только быстро, все уже в палатах. Рома в четырнадцатой.

Нужную мне дверь я нашла сразу. Из палаты доносился смех.

Жуууть. Не каждый день мне приходится врываться в мужскую комнату. А если они там голые? У меня ступни от страха покалывает. Ну что же, если они голые... тем хуже для них!

Я быстро постучалась и вошла. Пятеро парней сидели вокруг кровати, с рассыпанными по покрывалу картами. В их числе мой брат и его лучший друг. Все игроки пока одеты. Нет, я не разочарована! Сейчас нужна ясность ума, а голыми телами они могли бы меня смутить, еще бы речь свою позабыла.

– Таня? – удивленно посмотрел на меня Рома.

Как и собиралась, небрежным жестом я кинула свое платье на колени не менее удивленному Саше и проговорила:

– Постирай и погладь.

Ах, хочет поспорить! Нет-нет, я и рта ему не дам открыть. Строго так добавляю:

– У тебя времени до утра, я хочу надеть его к завтраку.

Мгновенье триумфа ничтожно коротко, но оно того стоит. Да за взгляд, которым меня смерил этот агент 007, я бы еще раз подставила свою голову под мяч.

– Таня! – опомнился брат.

Давно он так зло на меня не орал. Ну, так и ему тогда на орехи, защитничку:

– Рома, я надеюсь, ты поможешь своему другу-футболисту. Вместе вы все осилите!

Брат поднялся, но я проворно выскочила за дверь, успев бросить:

– Спокойной стирки, ребята!

Я сбежала по лестнице, чуть не навернулась на улице, но отдышаться позволила себе только у нашего заброшенного корпуса. Солнце так торжественно показалось из-за сосен, точно захотело присоединиться к моему триумфу. Я не против. Можно кричать: Го-о-о-о-ол! Глупый мальчишка не понял сразу, с кем связался. А теперь пусть хоть придушит в своем кулаке мое платье, ему не больно! А мне... мне уже сто лет как не больно, и меньшее, что заслуживает давно неуважаемый мной Александр Донских, это стать прачкой! Я улыбаюсь. Стыдно ли мне? Нет... НЕТ!

Глава 4

Первое правило современной леди

Вадик хотел меня поцеловать! Он смотрел на мои губы, потом наклонился вперед, точь-в-точь, как в фильмах, где герой в нужный момент целует героиню. А я не испугалась, хотя не целовалась уже давным-давно, как раз сто лет! От него так чудесно пахло, как в романах пахнет от графов и маркизов – чистой кожей и мылом. Он прошептал:

– Ты сегодня особенная, я тебя... – Потом он сказал какой-то бред. «Подъем!» – сказал он громко так, крикнул прямо! И мы уже были не на чудесной полянке в окружении молодых березок, а где-то... непонятно где.

– Вот так соня! – засмеялся кто-то.

Тогда-то я и проснулась. Вадик не хотел меня поцеловать! Он, скорее всего, даже не подозревал, что должен, просто обязан этого хотеть.

– Доброе утро, – надо мной возникла Жанна. – Ты не привыкла рано вставать?

Я снова закрываю глаза.

Кто же придумал сны? Наверно, кто-то очень жестокий! Правда, не такой жестокий, как тот, кто придумал лагерный «подъем» в семь утра! Все же сны бывают такими сладкими, как малина, от запаха которой хочется улыбаться. Во сне сбываются мечты, в снах столько всего хорошего, а в раннем подъеме нет абсолютно ничего хорошего.

– Девочки, встаем! – в комнату заглянула вожатая. – Встаем-встаем, давайте, быстренько! – Она хлопнула в ладоши и начала повторять как попугай: «Встаем-встаем».

Все! От моей полянки с Вадиком не осталось и следочка, а в носу по-прежнему запах чистой кожи и мыла.

Я блаженно обняла подушку. Такое ощущение, что это от нее исходит тонкий аромат Вадика.

– Чертова зарядка, – тихо проворчала Люся.

– Ненавижу, – вторила ей Настя.

Жанна смотрела на все куда позитивнее нас:

– Кто рано встает, тому бог подает!

– Что? – возмущенно посмотрела на нее Люся. – Что он дает?

– Красоту и здоровье, наверно, – весело пожала плечами Жанна.

Я свесила с кровати ногу, холод от кончиков пальцев моментально распространился до шеи. Так хочется укутаться, спрятаться под одеяло с головой и думать о Вадике, возможно, вернуться на полянку, к свисту птичек, солнышку и жужжанию шмеля – к несвершившемуся поцелую. А запах по-прежнему тут – у меня в носу. Даже удивительно, бывают же такие правдоподобные сны!

Я зажмурила глаза.

А что, если Вадик пробрался ночью к нам в палату и стоял надо мной? Смотрел, как я сплю! Наверняка я очень милая во сне. Конечно, по-другому и быть не может. Во всех книжках, особенно в хороших, приличные принцы пробираются в комнату возлюбленных и любуются ими, пока те спят. Так и Вадик! Он стоял близко-близко, его колени касались матраца моей кровати, поэтому так пахнет мылом и чистой кожей! А в окно светила луна, ее волшебный свет серебрил мои алебастровые щеки... да, от природы у меня восхитительный цвет кожи, как у истинной леди. В прошлой жизни я была королевой или герцогиней, нет, не ниже принцессы, это наверняка! А Вадик... он смотрел на меня и... возможно, я была маркизой, маркиза – звучит красиво... Вадик-Вадик. Дураку понятно, он мечтал припасть к моим губам! Но...
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Похожие:

Черненький, черненький и прррросто шатен iconПривет всем!!! я хочу вам рассказать вам одну историю, свою не простую...
Начну я как и многие с бонального, опишу нас я элина, девушка среднего роста 165см., волосы ниже плеч, шатенка, глаза большие как...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница