Черненький, черненький и прррросто шатен


НазваниеЧерненький, черненький и прррросто шатен
страница9/14
Дата публикации09.05.2013
Размер1.34 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14

Еще бы, на кону поцелуй в губы, это не какое-то пожатие руки.

Девчонки затаили дыхание, а парни начали перекидываться шутками, точно все происходящее их не касалось.

– Паша, – тоскливо протянула Люся.

Да-а, вот это разочарование. Что-то везет этому малявке!

Паша обрадовался, даже глазками засверкал в ожидании приза.

Какой же он все-таки жалкий!

Люся его чмокнула и подвинула к нему бутылку.

Я начинаю мысленно шептать: «Только не я, только не я, только не я!»

Рассчитываю на помощь своего ангела-хранителя. Он не позволит такому случиться!

– Вопрос, вопрос, сейчас будет вопрос, – загалдела Аля. И не ошиблась... Вопрос достался ее Вадику, точнее, МОЕМУ Вадику!

Паша задумчиво наморщил лобик. Думает.

Интересно, если голова такая малюсенькая, значит, и мозгов мало?

– Ну, давай, Пахан, жги, – подмигнул ему Вадик.

– Чего там думать три часа, – возмутилась Оксана, – любой вопрос!

Ей, наверно, хочется поскорее добраться до серьезного поцелуя. Она ведь и затеяла все это, лишь бы с Сашей поцеловаться. Уж проще было бы его уговорить, чем нас всех заставлять раскручивать эту бутылку. Но Оксана не та, кто выбирает легкие пути. Никак не могу понять, как к ней отношусь. Очень неоднозначные эмоции она вызывает. Восхищение граничит с раздражением, а жалость с симпатией. Она красива и идет к своей цели напролом, это восхищает, но лишь до тех пор, пока она не начинает идти по тебе, ее жаль, беззаветная любовь к Донских завела свободную хищную кошку в капкан. И что она в нем нашла? Синие глаза? Глупая, плохо знает его!

Паша, наконец, придумал вопрос.

– Ну что, Вадик... – проскрипел он, – Альку-то любишь?

Ну надо же! Кто бы мог подумать, что в этой маленькой головке под белой кепчонкой не все извилины прямые.

Аля посмотрела на Вадика с надеждой, а он покраснел и от этого рассердился:

– Что за тупые вопросы?!

– Отвечай! Ничего не тупые, – взвилась Аля.

– Да или нет, разве так сложно?! – поддержала подругу Камбала.

– Попал ты, Вадик, – рассмеялся Донских.

Аля надулась.

– Ты чего, ответить просто не можешь?

– Ну, могу, – нехотя пробормотал Вадик. – Ну, нет.

– Что «нет»? – уточнил Паша.

– Нет, это значит нет, какая любовь, блин, мы знаем-то друг друга всего ничего.

Аля недобро посмотрела на него, а я не могу, просто не могу сдержаться – счастливо улыбаюсь. Конечно, он ее не любит! Ведь он – моя судьба!

– Крути давай, – потребовал Дрон-оранжевый, – ща будет самое интересное!

Мне страшно! Страшно просить, страшно произнести: «Пожалуйста, я-а-а-а-а-а», смотрю на замедляющую ход бутылку, как загипнотизированная. Вадик не смотрит на бутылку, он смотрит... нет, не на Алю, он смотрит на меня! Это судьба. СУДЬБА! Бутылка тоже это поняла. Горлышко показало на меня, точно рука с небес.

Вадик с улыбкой поднялся, но Аля схватила его за рукав.

– Ты ведь не серьезно?

– О чем ты? Аля, это всего лишь игра!

– Тупая игра! – взбесилась Аля.

Какая истеричка! Неужели все испортит?!

Оксана вновь проявила способности телепатии и воскликнула:

– Аля, что за истерика?! Упрекнуть некого, играли по всем правилам!

– Целуй, – поторопил Дрон-оранжевый.

Он определенно мне нравится! Отличный парень, этот Дрон. Наверно, стоит переназвать его в Дрона-здравомыслящего.

– А может, те, кто в парах, не будут целоваться в засос? – предложила Юля.

Вот коза-а-а-а! Она себе и представить не может, какого врага наживет в моем лице, если ее идею сейчас поддержат.

– А может, тогда вам не играть?! – язвительно предложила Оксана.

Юля пожала плечами, но ввязываться в спор не стала.

Вадик высвободился от Али и подошел ко мне.

– Это же игра, все по-честному.

Аля вскочила.

– Да тебе хочется! Она тебе нравится! Так и скажи! – сорвалась она на визг.

Я откровенно млею, делаю вид, что не вижу на себе укоризненного взгляда брата.

Да разве он поймет меня – всеобщий любимчик?! Для меня это больше, чем просто игра.

– Аля, может, Вадик сам решит? – встряла Жанна.

– Отстань! – зло бросила Аля.

– Ну, мы играем? – скучающе спросил Дрон-оранжевый.

Обожаю его! Ну разве не молодец?

Я еще никогда не целовалась прилюдно, но даже это меня не остановит. Нужно же когда-то начинать!

– Играем, – заявил Вадик и обнял меня одной рукой. Наши взгляды встретились. Но лишь на миг, я и подумать ни о чем не успела, как положено истинной леди: ни про чертиков в его глазах, ни про аромат мыла и чистой кожи – ни единой мыслишки! Его пушистые ресницы опустились, он посмотрел на мои губы, а затем... Я подумала: «Бедная Аля». И уже только потом наши губы соприкоснулись, и-и-и-и... наплевала я на Алю! Мы целовались как влюбленные, которые давным-давно не виделись. Так тепло и приятно, а еще кажется, что сердце дрожит. Твержу себе: «Хватит, хватит, ХВАТИТ!» Я должна первой оторваться от его губ, ведь если это сделает он, будет ужасно стыдно. Все сразу поймут, какие чувства я испытываю к нему. Раскусят, что это вовсе не игра... Я осторожно отстранилась.

Вадик разочарованно вздохнул.

Парни весело загудели.

Я услышала шорох и обернулась. Аля с преданной Женей-мочалкой шумно вышли за дверь.

Рома посмотрел на меня осуждающе.

– Молодец, нечего сказать!

Вадик покосился на захлопнувшуюся за Алей дверь, потом на меня и уселся на место.

– Истеричка, – безжалостно определила Оксана. – Играем дальше, Таня, крути!

И я раскрутила, сильно-сильно.

Трудно представить, что от какой-то бутылки зависит мое счастье. Целых три минуты счастья! Я влюблена и почти уверена, что это взаимно. Голова идет кругом, так хорошо, легко, хочется закрыть глаза, закрыть где-нибудь в другом месте и все-все обдумать. Бутылка замедлила движение, я перестала дышать. Люся, Дрон, Жанна... Вадик! Судьба нам улыбается, снова он! Я поднимаюсь, чтобы насладиться нашими заслуженными минутами счастья, и тут... бутылка вдруг качнулась, горлышко вильнуло в сторону и указало на Сашу. Он отложил ветку, которой помешивал костер, и почему-то посмотрел на Рому.

Я в шоке. Такой расклад мне даже в голову не приходил. Но почему? Ведь выпасть мог кто угодно. Паша, Дрон, да абсолютно любой!

– Везучка, – усмехнулась Оксана.

Я взираю на предательницу-бутылку в надежде, что она еще раз передумает.

«Ну же, сдвинься назад, назад или вперед, куда угодно, только не на НЕГО!» – мысленно прошу я. Но в Канцелярии, похоже, меня не слышат, ангел-хранитель и тот покинул – прохлаждается где-то!

– Ну чего ты, – кивнула мне Оксана, – дар речи от счастья потеряла?! Целуйтесь, раз выпало.

Донских смотрит на меня самодовольно. Представляю, как он сейчас ликует. Ведь это я, Я должна его поцеловать. Подойти, наклониться к нему и... немыслимо! Ни за что! Это выше меня... тьфу, ниже меня! Ниже моего несчастного и без того втоптанного в грязь достоинства!

– Таня, – позвал брат. – Это ведь всего лишь игра.

Нет! Это не игра! С Донских я не могу и не хочу играть в такие игры.

– Я не стану, – с трудом выдавила я из себя.

Ну и крик тогда поднялся. Заговорили все одновременно, кроме меня и Донских, конечно. Он-то все понял, не мог не понять!

– Как так не станешь? – перекричала всех Оксана.

Ну как объяснить? КАК?

Я смотрю на огонь и молчу. Мне очень хочется уйти. А лучше – убежать. Далеко-далеко. В город.

– Тань, чего ты как маленькая! – пожурила Нина-челюсть.

Юля в подтверждение закивала:

– Танюха, ну давай, ну можете не три минуты, можете меньше. Мы считать не будем.

Ой, ду-у-ура... Если бы дело было только в минутах, если бы вместо Донских выпал хотя бы Паша...

– А в чем дело, собственно? – влезла неугомонная Оксана. – Целовалась же ты с Вадькой, и, думаю, каждый тут подтвердит, не без удовольствия целовалась! Или Саша тебя чем-то не устраивает?! – она громко рассмеялась над своим же предположением и потребовала: – Объяснись!

На меня все смотрят и ждут! Мозг совсем не подает признаков жизни, он по привычке лег спать – ночь все-таки! Один Саша на меня не смотрит, снова ковыряет палкой в костре. Сама не знаю, что со мной, но мне его жалко, он выглядит несчастным. Ему, наверно, неловко от моего отказа с ним целоваться. Конечно, это ведь подрывает его авторитет!

– Ну-с, долго будем тормозить?! – спросил Дрон-оранжевый так, словно все это время отсутствовал и не в курсе последних новостей.

Была не была!

– Я не уверена, что Саша этого хочет, – произнесла я.

Вот так. Свалю все на него, пусть отдувается за нашу взаимную антипатию. Почему я одна должна страдать?!

– Таня, – строго воскликнула Оксана, – игра заключается не в том, чтобы каждый делал только то, что ему хочется!

Ни дать ни взять – профессор университета! Умничает! Ну в каждой, в каждой бочке затычка! Надоела!

– Не нужно уподобляться сбежавшей истеричке Але, – продолжила отчитывать меня Оксана, – Таня, ты-то ведь не такая, это я тебе говорю! Не дури!

Да как она смеет ругать меня, словно годовалого ребенка?! Думает, каждым можно манипулировать? Сказать: «ты не такая!» – и по щелчку заставить выполнять свои команды? Не на ту напала! Раз подлец Донских молчит, повесил все на меня, тогда...

– Прости, Оксана, я не могу, – на удивление спокойно сказала я. Печально так сказала, сама от себя балдею! Умею же! – Я не могу целовать твоего парня, – все так же грустно продолжаю я. – Мы подруги вроде как. Понимаешь? Ты сегодня рассказывала, как Саша восхитительно целуется, как вы говорили обо всем, как были счастливы вместе... мне кажется, это еще вернется! – Я послала Оксане полный обожания взгляд. – Я в этом просто уверена! Вы такая красивая пара...

Мысленно я себя поздравляю. Оксана вознаграждена по полной программе. Теперь она рта не откроет!

Ребята перевели свои взгляды с меня на Оксану, а Саша неожиданно поднялся:

– Нет ни единого шанса, что мы с Оксаной снова будем вместе, так что ты зря беспокоишься.

Га-а-а-а-д! Вечно он все портит!

Оксана глянула на меня кровожадно и сладенько подпела ему:

– Вот видишь, Танюша, тебе не нужно думать о былом. Что было, то прошло, ты можешь без угрызений совести поцеловать его.

Остальные поддержали.

Я сделала все, что могла!

Смотрю на ухмыляющегося Сашу и ненавижу его пуще прежнего.

– Может, ты скажешь им, наконец?! – тихо говорю я ему.

– Что именно сказать?

Издевается! Он глумится надо мной! Моему терпению пришел конец!

– Ты должен сказать им, что целовать тебя я никогда-никогда не стану – ни минуты, ни секунды! Даже если ты пройдешь от своего дома до моего на коленях. Никогда – ни за что! Я лучше съем мертвую крысу! Тебе стоило им сказать, что я тебя ненавижу!

Мой брат утомленно закрыл глаза, а Жанна икнула. Вадик засмеялся, Оксана вытаращилась, наверно, ей впервые было нечего сказать, Дрон скромно потупился, Паша закусил губу, Юля ойкнула, Люся прокашлялась, Нина выдвинула челюсть вперед, ну а Саша посмотрел на моего брата и сказал:

– Если бы она не была твоей сестрой, я бы ее отлупил!

Рома покраснел и сердито глянул на меня.

– Если бы она не была моей сестрой, я бы тебе помог!

– Какие страсти, – весело заметил Вадик.

Лучше бы он этого не говорил!

Рома тоже так подумал.

– Заткнулся бы ты! – бросил он.

– Какая проблема, – Вадик неожиданно подмигнул мне, – если какой-то девушке не нравится Донских до тошноты, это еще не конец света!

Он абсолютно прав! Вот он – мой парень, моя судьба! Тихонько горжусь им. Как же он мужествен и красив! Не чета собравшемуся тут дурачью!

– Мы что, больше не играем? – скромно уточнил Паша и обвел всех недоумевающим взглядом маленьких глазок.

Господи, нельзя делать людей мало того что уродами, так еще и настолько несообразительными!

– Сделаем переход хода, – решительно заявила Оксана, – крути, Саша.

– Неохота, – безразлично отозвался Донских.

– Да ладно тебе! – Оксана неестественно засмеялась. – Танька не понимает, от чего отказывается.

Ой уж, так и не понимаю. От плевка в лицо, вот от чего!

Донских нехотя взял бутылку и крутанул ее.

Все-таки проблема разрешилась. Я с облегчением набрала в легкие побольше воздуху, да так и не выдохнула, как хотелось – тягуче, с наслаждением. Воздух вырвался из ноздрей резко, точно пламя из пасти дракона. Проклятая бутылка снова указала на меня! Это какой-то сглаз. Меня сглазили!

– Вот и поиграли, – вздохнула Нина-челюсть.

– Злой рок судьбы, – тоскливо протянула Оксана.

Саша посмотрел на нее и поморщился.

– А, по-моему, просто дурацкая бутылка.

«А по-моему, дурацкий ты», – мысленно негодую я.

Все головы одновременно повернулись ко мне.

– Таня!

Рома смотрит на меня... как же... ах, да, точно – убийственно смотрит. Кажется, я не только иногда мечтаю вслух, но и негодую тоже.

– Достала! – рявкнул брат. – Извинись сейчас же!

Извиниться? Перед Донских?! Да ни за что! «Дурацкий» – это еще самое лестное, что о нем можно сказать.

– Не вижу за собой вины, – твердо произнесла я.

– Тогда ты слепая!

Кажется, игрой под названием «Быть как все» я сыта по горло. Сразу можно было понять, что ни одна, даже начинающая, леди за пару часов в бесправную крестьянку не превратится!

Я поднялась и подошла к двери.

С меня хватит.

– Пойду, выпишу себе очки! – презрительно бросила я. – Только боюсь, что даже через самые толстые линзы я не увижу своей вины перед твоим дружком. Зато его вину передо мной по-прежнему видно невооруженным глазом!

Под молчаливое осуждение ребят я вышла за дверь.

А на улице светила луна. Маленький белый кружок на небе и тишина. Я шла по лесу напролом, лишь бы подальше от этих отвратительных развалин.

Все против меня, даже брат родной. Ужасная игра! Ну чего хорошего целоваться с каждым встречным-поперечным, когда хочется только с одним-единственным?! И вроде бы весело, захватывающе, но это ложь. Развлечение для тех, кто говорит: это просто игра. Не только говорит, но и думает так. А я могу лишь сказать, думаю я по-другому! Мне нужен один – тот самый – моя судьба, и целоваться с десятком всяких недостойных – это позор для леди. И пусть ОНИ шушукаются за спиной, пусть потешаются и пусть завидуют, что никому из них не хватает силы воли быть не как все.

«Толпа, нахлынув, в грязь втоптала то, что в душе ее цвело...» Да-а, вот кого надо слушать – великих поэтов, в особенности господина Тютчева! А выскочек, которым нечем похвастать, кроме виртуозного умения целоваться, слушают только слабые личности, да и не личности вовсе. Те, кто смирился, что нет у них собственного мнения и никогда уже не будет, те, кто вообще не соображает, зачем нужно это самое собственное мнение. Существа с биркой на ушке: «Личный батрак Оксаны». И ведь Оксана не плохая, она такая, какая есть, и не пытается подстраиваться. За одно это ее можно уважать. На месте Оксаны мог быть кто угодно, та же Жанна. А я не хочу... и не буду лицемерно дружить с людьми, которые беспрекословно выполняют чьи-то приказы. Они мне не нужны – это как барахло в квартире, которое проще выкинуть, чем спотыкаться об него постоянно. Но далеко не все так думают, кто-то сохранит барахло в надежде, что однажды оно может пригодиться. Но велик ли шанс, что так будет? Захламлять квартиру сомнительными вещами, захламлять свою жизнь людьми с биркой... зачем?

– Таня! – послышалось сзади.

Меня догнал брат.

– Куда ты ломанулась? Постой!
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14

Похожие:

Черненький, черненький и прррросто шатен iconПривет всем!!! я хочу вам рассказать вам одну историю, свою не простую...
Начну я как и многие с бонального, опишу нас я элина, девушка среднего роста 165см., волосы ниже плеч, шатенка, глаза большие как...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница