Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства»


НазваниеКнига 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства»
страница7/8
Дата публикации06.08.2013
Размер1.19 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Астрономия > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8

Ругайте меня, не ругайте, но рассказ этот — легенда от начала и до конца, историческая ценность которой равна нулю.

Чем позже записывалась сцена о ночи Иисуса в Гефсиманском саду, тем больше становилась готовность самого Иисуса расстаться с жизнью и в полном соответствии с христианской верой отдать ее за спасение рода человеческого, до невозможности погрязшего во всех смертных грехах. По Марку, Матфею и Луке, Иисус вначале все-таки просил избавить его от гибели и уж затем был подвергнут аресту. А по Иоанну, он уже ни в чем не сомневается, более того, просит Небесного Отца о помощи, но не спастись хочет, а жаждет поскорее погибнуть.

Зачем нужен был гефсиманский эпизод? Вероятно, кто-то очень хотел избавить Иисуса от ложных надежд. Он должен был понять, что ошибался в оценке своих ближайших учеников. Люди, на которых, как он думал, Иисус мог положиться, оставили его одного, причем в весьма плачевном состоянии. И когда ему понадобилась их помощь и поддержка, сладко уснули.

Еще раз скажу — красивая история. Но не очень правдоподобная. Сейчас поясню почему.

Иисус и сам бы не захотел никому признаться в том, о чем он молил Бога. Следовательно, сон учеников на руку: никто не может засвидетельствовать, о чем он молился в свой последний час.

Так что моление о чаше тоже выдумка. Следовательно, авторы Евангелий обманывали нас? Нет, они верили и описывали сцену в Гефсиманском саду (сочиняя) совершенно искренне.с.151

^ Код ареста и допроса.

В раннехристианскую эпоху среди христиан преобладали выдержки из определенных библейских текстов. Почитывали еще и Евангелия, было дело. Однако Библии как «компактного справочника Бога» в современном виде еще не существовало. И выдержки из священных текстов были крайне противоречивы.

Так, у Марка Иуда приводит «множество народа с мечами и кольями, от первосвященников, книжников и старейшин», чтобы те схватили Иисуса. А вот автору Евангелия от Матфея всего этого показалось мало. И «армия», приведенная Иудой и направленная книжниками и первосвященниками, значительно увеличивается.

Лука решает еще более усилить драматизм ситуации. У него тоже появляется толпа народа «с мечами и кольями», а вместе с этой толпой приходят и сами первосвященники с «начальниками храма». Вы уж меня простите, дорогие читатели, но «группа захвата» не могла сопровождаться кучкой первосвященников хотя бы потому, что подчинялась одному-единственному первосвященнику Каиафе.

Иоанн так описывает эту «народную акцию»: «Иуда, взяв отряд воинов и служителей от первосвященников и фарисеев, приходит туда с фонарями и светильниками и оружием».

Почему же Матфей и Марк столь отчаянно фальсифицируют события, сваливая всю вину за арест Иисуса на иудеев? Отчего в их рассказе не фигурирует отряд римских воинов, упомянутый у Иоанна? Согласно сведениям Иоанна, на захват Иисуса была отправлена когорта, то есть шестьсот человек. Кстати, эти данные можно найти лишь в греческом оригинале Евангелия, именно там упоминается «Speira», когорта. В переводе она, чтобы как-то приладиться к текстам Матфея, Марка и Луки, называется просто отрядом воинов. Неужели сами толмачи не верили в то,с.153что столь мощный отряд нужен для поимки одного – единственного невооруженного человека? Думаю, что не верили. К тому же маловероятно, что римские власти доверили бы иудейскому первосвященнику командование когортой, чтобы тот схватил религиозного «террориста».

Но еще больше исторических ляпов допускается при описании допроса Иисуса Понтием Пилатом и Иродом. Если бы Пилат и Ирод пришли к согласию в невиновности Иисуса, они бы тут же оправдали его. Реальные римляне изо всех сил старались «насолить» иудейским первосвященникам, которые не вызывали у них симпатий. А в евангельских текстах мы сталкиваемся с совершенно нелепой, курьезнейшей ситуацией: римляне боятся иудеев и их первосвященников. Вот что написано у Иоанна: «Когда же увидели его первосвященники и служители, то закричали: „Распни, распни его!" Пилат, услышав это слово, больше убоялся».

Исторически неверно и то, что Пилат передает право вынесения приговора Ироду, как это описывается у Луки. Эта версия не только нелепа, но и полностью фальсифицирована. Юридически передача «преступника» римлянами местным властям не предусматривалась, потому что единственным судьей считался представитель Рима, который никогда не стал бы считаться с требованиями мелкого иудейского тетрарха.

Пилат был юридическим авторитетом. Если бы Понтий Пилат посчитал Иисуса — как значится у Луки — полностью невиновным, Иисус был бы освобожден.

Единственно допустимое толкование не фальсификации описания суда, это допущение о совершенно разных источниках событий. Сперва казнили нескольких борцов за независимость еврейского государства, затем, через «тысячу» лет, свергнутого «царя иудейского» - бывшего императора Византии.

Библейские рассказы об аресте и допросе Иисуса противоречивы и с исторической точки зрения во многих местах просто некорректны. Римляне становятся орудием ученых книжников, пожелавших смерти Иисуса. Особенно очевидным это становится, когда Пилат пытается прибегнуть к трюку освобождения Иисуса: выдумываетсяс.154обычай, по которому римляне позволяют иудейскому народу решать, кого казнить — Иисуса или предводителя разбойников и убийцу Варраву. И народ отправляет на смерть Иисуса, помиловав Варраву.

При этом дело поначалу выглядит так, будто народ хочет помиловать Иисуса и распять Варраву. «Но первосвященники настояли на смене решения, воздействуя на народное мнение». То есть в тексте Марка подчеркивается, что народ довольно долго держал сторону Иисуса. А когда книжники арестовали Иисуса, то, опасаясь народного гнева, не отваживались поведать о своих планах насчет Иисуса: «И старались схватить его, но побоялись народа».

И вообще, для чего была нужна эта история с освобождением Варравы?

Скорее всего, именно для того, чтобы увеличить историческую вину иудеев, отдавших предпочтение убийце, а не Спасителю. А если мы все-таки предположим, что эпизод с Варравой, несмотря ни на что, полностью правдив?

^ Обычай помилования осужденных народом, который, дескать, дозволялся римскими префектами, совершенно неизвестен в истории. Уж больно сильный удар наносил бы такой обычай по авторитету Римской империи. Помилование или наказание находилось в ведении императора. Если бы Пилат повел себя так, как это описывается в Евангелиях Матфея, Марка, Луки и Иоанна, то он бы сам предстал перед судом в Риме.

^ Странный процесс.

Предположим, Иуда предал Иисуса. Предположим, Иисуса арестовали. Куда привели арестованного? «К первосвященнику», — отвечают евангелисты Марк, Матфей и Лука. Странно как-то, что только Матфей может назвать имя этого человека: Каиафа. А вот Иоанн явнос.155 противоречит своим «коллегам» по перу. Он отправляет Иисуса сначала в дом прежнего первосвященника — Анны. Интересно, с чего бы вдруг вести арестованного к бывшему первосвященнику, который сейчас находится «не у дел»? Анна был снят римлянами с должности еще в 15 году нашей эры.

Так кто же должен судить Иисуса? Марк и Матфей вторят друг другу, что Иисус дважды предстал перед Синедрионом. В первый раз сразу же после ареста, ночью. То есть ночью «Синедрион» терпеливо дожидался появления арестованного. Но с какой целью собрали совет? Чтобы приговорить Иисуса к смерти?

С одной стороны, создается впечатление, что Иисуса собирались «судить по всем правилам» и для этого собрали весь Синедрион. Но, с другой стороны, перемудрили евангелисты: процесс, проводимый в ночные часы, не имел по тем временам юридической силы, более того, был собран нелегально. Юридически правомочен был только второй совет синедриона. Все это ложь, говорит нам автор Евангелия от Луки, не было никакого второго заседания, было лишь одно. Ночной совет не имел места быть. Собирались, так сказать, «при свете дня».

Все это обман, поддакивает ему Иоанн. Не было вообще никакого заседания Синедриона, посвященного Иисусу, был только торопливый допрос Иисуса у Анны. Тот передал арестованного Каиафе, чтобы тот, в свою очередь, отправил его к Пилату.

Возможно, что прав Иоанн.

Синедрион только в том случае мог вынести приговор, если бы имелись свидетели, способные доказать вину арестованного. Подобных свидетелей нашли только Матфей и Марк. А вот какие свидетельства они должны предоставить против Иисуса, евангелисты так и не согласовали друг с другом. По Матфею, свидетели утверждаютс.156,что Иисус сказал, что мог бы разрушить храм Соломона. А свидетели Марка смущенно заявляют: Иисус сказал что-то очень плохое. Сложно с такими свидетелями обвинять народных проповедников.

В Апостольской истории Луки упреки становятся жестче: у него Иисус хочет уже не только разрушить храм Соломона в Иерусалиме, но и народ взбунтовать против истинной веры, предписанной еще Моисеем.

Ну и как вы полагаете, говорили ли свидетели правду? В одном прав Марк: «И некоторые, встав, лжесвидетельствовали против него». И все, что говорили свидетели, «не сходилось». Видимо, поэтому Иисус предпочел даже не замечать подобных свидетелей. Он просто молчал.

И тогда задается главный вопрос процесса. Но кем? По Луке, всем Синедрионом. По Марку и Матфею, его задает первосвященник. И что же он спрашивает? «Ты ли Христос, Сын Благословенного?» Вот как-то не верится, что такой вопрос мог быть задан на совете Синедриона ученым иудеем-книжником. Постановка вопроса свидетельствует о том, что тот, кто задал его, был вообще незнаком с основами иудаизма.

Вопрос подчеркивает, что Христос и Мессия — одно и то же лицо. Это более позднее представление христианской общины было совершенно чуждо иудеям эпохи Христа и Пилата. Оно показалось бы любому мало-мальски образованному человеку настолько абсурдным, что хоть самого его суди пред светлыми очами Синедриона. Христос — Помазанник Божий, который не может быть одновременно Сыном Божьим.

Еще более смешным кажется тот факт, что иудейские ученые и книжники упрекают Иисуса на процессе в том, что он называл себя Сыном Божьим.с.157

Называть себя Сыном Божьим в эпоху Иисуса не считалось у иудеев преступлением. И оскорблением Бога такая формулировка тоже не считалась. Любой богобоязненный, верный закону иудей мог именовать себя «Сыном Божьим».

…Евангелисты не могут прийти к единому мнению даже в том, какой ответ дал Иисус на более чем некомпетентный вопрос первосвященника.

• По Евангелию Марка, Иисус невозмутимо и однозначно отвечает «Да»: «Я; и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных».

• У Луки Иисус запутывает священников: «Если скажу вам, вы не поверите; если же и спрошу вас, не будете отвечать мне и не отпустите меня».

• Ответ Иисуса, по Матфею, сформулирован более кратко, но не менее двусмысленно: «Ты говоришь!» Это можно расценить и как «да», и как «нет».

Важно одно: из-за расхождений евангелистов мы не можем реконструировать, как проходил процесс над Иисусом на самом деле, какой ответ действительно принадлежит Иисусу. Да и реакция первосвященника на его ответы, описанная у Марка и Матфея, слишком неправдоподобна. Первосвященник рвет на себе одеждус.158и кричит возмущенно: «К чему нам еще свидетельства! Разве недостаточно уже имеющихся у Синедриона, чтобы приговорить Иисуса к смерти?» Синедрион не место для умалишенных. И тем паче, бесноватые не могли стать первосвященниками.

Критический анализ описанного в Евангелиях процесса над Иисусом позволяет прийти к следующим выводам:

^ Рассказы евангелистов не дают возможности точно реконструировать ход всего процесса.

Отдельная информация настолько противоречива, что не оставляет никаких сомнений в том, что на процессе не мог быть вынесен юридически действительный приговор.

^ Описываемый процесс противоречит всем известным историческим описаниям иудейских обрядов.

Вы вправе спросить, как на самом деле проходили процессы в Синедрионе. Я с удовольствием отвечу:

• На процессах, где решался вопрос жизни и смерти, сначала опрашивались свидетели «защиты». Только затем давалось слово свидетелям «обвинения». Евангелисты не знают этого фундаментального правила судопроизводства Синедриона.

• Процесс, на котором решался вопрос жизни и смерти, мог состояться лишь при свете дня, но уж никак не ночью. ^ Смертный приговор выносился не в день процесса, а только через день после его окончания. Евангелисты также не знали об этом.

• Противоречивые высказывания свидетелей приводили к освобождению обвиненного. ^ Поскольку высказывания свидетелей были противоречивы, Иисуса следовало бы освободить.

• Когда свидетели заканчивали свои речи, слово переходило к обвинителям и защитникамс.159, но в самом начале слово брал самый младший судья Синедриона. К нему подключались более старшие по званию судьи. В заключение выступал председатель Синедриона. Евангелисты также не знали об этом принципиальном правиле всех заседаний Синедриона. Вывод я могу сделать только один: этот процесс от и до — полнейший абсурд; опираясь на знание обычаев и жизненного уклада иудеев, можно с уверенностью утверждать, что описанные действия не имели места быть. К тому же судить могли только римские власти, а не иудейские. Так что и смертный приговор выносили именно они.

^ Амнистия на Песах: фикция или правда?

Иудейский праздник Пасхи в эпоху Иисуса праздновался как напоминание о древних временах: разве не Господь Бог самолично освободил иудейский народ из египетского плена? Благодаря целому ряду археологических раскопок и критической перепроверке источников сегодня можно сказать точно: то, как Ветхий Завет описывает легендарный исход из Египта, является исключительно авторской фантазией. Праздник Пасхи был не напоминанием о конкретном историческом событии, а скорее символом всей ранней истории, какую богобоязненные иудеи хотели бы иметь у себя в «архиве».

Что же сообщается в Новом Завете о так называемой амнистии на Песах? Иисус предстал перед всемогущим Понтием Пилатом. И римлянин проявляет к обвиняемому куда большее сочувствие, чем его соотечественники. Более того, Понтий Пилат считает Иисуса абсолютно ни в чем не виноватым. Тем не менее лицо, облеченное государственной властью, не осмеливается отпустить Иисуса на свободу. Зато весьма хитро решает: «На всякий же праздник отпускал он им одного узника, о котором просили». Все четырес.160 Евангелия дружно оповещают своих читателей о существовании подобного обычая. Вот только дальше начинаются сплошные нестыковки.

Согласно Матфею и Марку, существовал чисто римский обычай отпускать в честь праздника заключенного на свободу, и это воспринималось как милость римских властей. Самой курьезной оказывается формулировка из Евангелия от Иоанна. Там Пилат заявляет иудеям: «Есть же у вас обычай, чтобы я одного отпускал вам на Пасху». Значит, по Матфею и Марку, обычай этот чисто римский, а вот по Иоанну — все-таки иудейский, да еще и предпасхальный.

Иоанн — отличный сказочник, но подобный обычай мог быть только римским, а вот у иудеев ничего похожего принято не было. Потому что верховная власть принадлежала Риму, иудеи все поголовно были всего лишь подданными. Но дальше в Евангелиях ситуация становится все более любопытной. К делу подключается Лука и заявляет, что у Пилата вообще не было никакой возможности освобождать узников, но он каким-то удивительным образом услышал о старом иудейском обычае. Ну да ладно.

Представим, что Пилат очень хочет освободить Иисуса. И предлагает на пасхальную амнистию двух «кандидатов»: Иисуса и Варраву. И тут вновь бедные евангелисты никак не могут прийти к единому мнению, кем им считать этого Варраву. В Евангелии от Марка, которое считается наиболее старым, Варрава довольно нейтрально представлен как мятежник. Но сам он никаких преступлений вроде бы не совершал. У Матфея же Варрава становится «известным узником». Иоанн же кратко объявляет его разбойником, а Лука (сразу в двух местах!) «убийцей».

Что же такого натворил Варрава? И вообще, кто он такой? Может, о нем что-либо написано в юридических актах римлян? Был ли онс.161жертвой юриспруденции, невинным, попавшим в римскую тюрьму вместе с реальными убийцами и мятежниками? Или же он был «известным узником», деяния которого были прекрасно известны? Или все-таки это просто убийца и разбойник с большой дороги? Евангелисты никак не могут определиться.

В некоторых — очень немногих, скажем сразу, — списках Евангелия от Матфея и герой из Назарета, и Варрава — оба носят одно и то же имя: Иисус. При этом можно сразу подумать, что Иисус было имя не редкое, а довольно-таки распространенное. Точно так же как Павел. Понтий Пилат предлагает иудейскому народу выбрать одного из Иисусов. Вроде бы смешно — называть Варраву и Иисуса одним и тем же лицом! И все же:

• Вариант первый: если перевести слово «barnasch», получим «Сына Человеческого», — слово-синоним «Barbasch», то есть Варрава.

• Вариант второй: имя Варрава могло появиться из «bar rabban», то есть Сын Учителя. Но «Сын Учителя» был в то время синонимом «Сына Бога». Так что произошло во время амнистии на Песах? Неужели народу пришлось выбирать из двух Иисусов?

^ Дубль два: Иосиф и Иисус.

О дубляже исторических событий говорят в тех случаях, когда событие повторяется с отвратительной точностью. Поразительный феномен, особенно если речь заходит о дубляже Библии. Лично я вижу просто удивительные параллели между Иосифом и Иисусом: между сыном Иакова и. «Мессией» на кресте.

Жизнь Иосифа подробно расписана у Моисея. Ну не любили юного Иосифа родные братья. А когда он еще и о своих снах им рассказывать начал, в которых перед ним склоняла головы всяc.162семья Иакова, они «приговорили» его к смерти. Впрочем, Иосиф выжил и был продан в Египет. Но не пропал даже в царстве фараонов — там его ожидала невероятная карьера. Правда, до того, как Иосиф стал вторым по важности человеком в государстве на Ниле, он, конечно же, без вины виноватый, оказался в темнице. Именно в узилище Иосиф встречается с двумя другими его обитателями, один из которых пекарь, а второй — виночерпий у фараона.

И вновь Иосиф оказывается способен истолковать сновидения: «хлебодару» привиделись три корзины на голове, и птицы клевали пищу из этих корзин. Толкование сна по Иосифу было довольно зловещим: «Через три дня фараон снимет с тебя голову твою и повесит ее на дереве». По крайней мере, таков дословный перевод с иврита.

Но в общепринятом переводе говорят о повешении самого «хлебодара» на виселице. И совершенно напрасно! Дело в том, что в эпоху Иисуса оригинал на иврите с «повешением на дереве» воспринимался как провозвестие страданий нового Мессии на кресте. Зато термин «повешение на виселице», используемый в переводе, пробуждает у нынешних читателей совершенно неверные, извращенные даже ассоциации.

Сон виночерпия оказывается столь же символичным, как и сон «хлебодара»: «...мне снилось, вот виноградная, лоза предо мною; на лозе три ветви; она развилась, показался на ней цвет, выросли и созрели на ней ягоды; и чаша фараонова в руке у меня; я взял ягод, выжал их в чашу фараонову и подал чашу в руку фараонову». Иосиф истолковывает этот сон как благоприятный знак: через три дня виночерпий вновь вернется на свою прежнюю службу ко двору фараона.

Пророчество «через три дня фараон снимет с тебя голову твою и повесит ее на кресте» ужеc.163ясно указывало на будущее распятие Иисуса. И далее: «Вспомни же меня, когда хорошо тебе будет, и сделай мне благодеяние», — просит Иосиф виночерпия. А Иисус не просто оказался в одном узилище с преступниками, он был распят на кресте по соседству с двумя разбойниками. Один высмеивал его, а второй сказал: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» То есть Иисус должен замолвить словечко пред Отцом Небесным за двух грешников, как когда-то должен был сделать это виночерпий.

Что же в действительности происходило в последние минуты с Иисусом на кресте? Ответ, как обычно, ужасен: мы не знаем. Историческая реконструкция просто-напросто невозможна. Единственное, что можно сказать точно, — текст так называемого Евангелия от Иоанна переработал сцену пребывания Иосифа в темнице фараона.

То есть труды Ветхого Завета использовались авторами и составителями Нового в качестве дополнительной литературы. Причем работали коллеги-евангелисты, как истинные художники, составляющие из старых разрозненных кусков мозаики новые сцены. Вот и готова новая картинка! Нужно обладать поистине детективным чутьем, чтобы разобрать, откуда и что «понатаскано» в текст Нового Завета.

Но вернемся к сцене распятия, к Иисусу и его товарищам по мучениям. «Проходящие злословили на него» и всячески оскорбляли. «Подобно и первосвященники с книжниками, и старейшины с фарисеями насмехаясь, говорили: „Других спасал, а себя самого не может спасти"». Почти дословно мы встречаем то же самое у автора Псалмов: «Все, видящие меня, ругаются надо мною, говорят устами, кивая головою: „Он уповал на Господа; пусть избавит его, пусть спасет, если он угоден Ему"».

Историки пытаются, вооружившись документами и археологическими раскопами, реконструироватьc.164прошлое. Чем больше опыта накапливает историк, тем яснее становится его знание. Вот только не в случае с Иисусом Нового Завета. Тут о настоящих знаниях не может быть и речи, тут или веришь, или нет. Вот хотите — верьте, что Иисус исполнил «пророчества» Ветхого Завета, а хотите — не верьте.

Главное, что остаётся усвоить, канонические Евангелия настолько пусты и несерьёзны по содержанию, что недостойны критики. Это даже не основы церкви Антихриста, а просто глупое словоблудие для слабоумных маразматиков, для особей с атрофированным мышлением.

«Научно» работающему теологу приходится хоть чем-то обосновывать свою веру. Но если он будет честен, ему придется признаться, что он в конечном итоге ничего не знает. Он всего лишь веритс.165.

^ Когда действительно умер Иисус?

Ученые-теологи дружно пришли к выводу, что Евангелия впервые появились спустя несколько десятилетий после описываемых ими событий. Так что нечего вроде бы удивляться разногласиям и противоречиям. Но, с другой стороны, времени после гибели Иисуса прошло не столь уж много и точные даты должны были остаться таковыми — например, данные о смертном часе Иисуса. Уж это можно было бы запомнить и сохранить в изустной традиции до тех пор, пока кто-то не надумал создать евангельские тексты. Так что же мы видим? Очень осторожное сравнение евангельских данных позволяет сделать вывод: даже того, когда точно скончался на кресте Иисус, евангелисты, не помнят. Кто же именно из них заблуждался?

Если поверить Марку, то «был час третий» и распяли его в пасхальную пятницу. Но как тогда быть с тем, что, по Иоанну, тремя часами позднее Иисуса все еще тащили на допрос в Синедрион? «Тогда была пятница перед Пасхою, и час шестой». Как мог Иисус Марка быть распят в третий час, когда в шестой час у Иоанна Пилат еще рядился с народом, выторговывая его освобождение? А народ кричал: «...возьми, возьми, распни Его!»

В церковных кругах пытаются найти хоть какое-то логическое объяснения подобным «ляпсусам». Может, опять переписчики Евангелий ошиблись? Или мы читаем текст неправильно? В манускрипте стоит черным по белому «gamma», обозначающая три часа, и «diagamma», обозначающая шесть часов. Как же мог тогда переписчик текстас.169Иоанна прочитать «час третий» как «час шестой»? И даже если прочитал, проблемы-то это все равно не решает! Все равно эти два текста противоречат друг другу: у Марка Иисуса в час третий уже благополучно распяли. Даже если Иисуса у Иоанна допрашивали бы не в шестой час, а в третий, то до распятия еще и крест нести.

Так кто же из двух евангелистов ошибается? Марк или Иоанн? Или все-таки высказывания «коллег» можно еще гармонизировать? По Плинию Старшему, день у вавилонцев начинался с восходом солнца и заканчивался на следующем восходе. Афиняне, наоборот, рассчитывали сутки от захода солнца до следующего захода. У египтян, как и у римлян существовало другое времяисчисление: от полуночи к полуночи. Мировоззрение Иоанна очень близко римскому. В общем-то, удивлять это никого не должно: Иоанн создавал свое Евангелие в Эфесе, важнейшей римской столице в Азии. Так что если в Евангелии от Иоанна говорится о «шестом часе», то по римским подсчетам это шестой час после полуночи. Пересчитав на принятое у нас время, мы выясним: в шесть часов утра Иисуса еще допрашивали. А распятие ожидало его практически сразу после допроса. По представлениям иудейских священнослужителей, день начинался в шесть часов утра. Согласно Марку, Иисус был распят в «часе третьем», то есть, по римскому времени в девять часов утра. Значит, казнь состоялась в девять часов, спустя три часа после последнего допроса Иисуса у Понтия Пилата.

Если исходить из того, что Иоанн по мировоззрению более близок к римлянам, а Марк к иудеям, то несогласованность времени казни Иисуса проясняется. Собственно говоря, подобные нестыковки — всего лишь заблуждение интерпретаторов евангельских текстов. Вас задевает, что Иоанн был близок римлянам? Не стоит рассчитывать на нейтральные рассказы: евангелисты не были нейтральными персонажамиc.170

^ Кое-что о непредававшем предателе.

В текстах Нового Завета Иуда Искариот был тем самым учеником, который осмелился предатьc.171Иисуса. По крайней мере, в этом убеждено большинство наших современников — знатоков Библии и тех, кто таковыми знатоками себя почитает. Да и все прочие, лишь державшие Библию в руках, знают, что Иуда был «тем самым» негодяем из Нового Завета.

За последнее тысячелетие Иуда все больше и больше превращается в символ, обозначающий грязное предательство, и совершенно отдаляется от своего библейского образа. Иуда — это тот, кто предает и получает за это деньги, «продается за тридцать сребреников». Иоанн Златоуст писал, что Иисус предвидел предательство Иуды, но не предупредил его. Иуда свой поступок совершил, руководствуясь побуждениями свободной воли.

Но что мы знаем об историческом Иуде? Пытались ли археологи найти его следы? Археология любит изучать глиняные черепки. Она очищает их, фотографирует каждый осколочек, даже самый маленький. А затем склеивает, пытаясь получить нечто целостное, например античный кувшин. Недостающее дополняется. И нет предела фантазии.

Теологи тоже очень похожи на археологов. Библия — тот же самый разбитый древний кувшин. Если хотите склеить его, работайте. Об Иуде Искарите теология не знает практически ничего. Нет единого мнения, действительно ли жил такой или Иуда всего лишь фиктивный персонаж. Неужели фантазия? Или борец «сопротивления»? Ну не может теология предложить ничего вразумительного.

Кстати, почему Искариот? Слово «Искариот» распадается на две части: «ish» (на иврите — «человек») и «gueriyoth» (место жительства: Кериот). Искариот, следовательно, означает «человек из Кериота». В пользу подобной версии говорят два стиха из Евангелия от Иоанна: там отец Иуды Искариота зовется Симоном Искариотомс.172.

Но все же Иуда вполне мог быть изобретенной евангелистами фигурой. Вспомните, что говорит Новый Завет об этом персонаже?

Негативный — вернее, самый негативный – образ Иуды мы находим в тексте Евангелия от Иоанна. Тут, не преподнося нам, правда, ни малейших доказательств, Иуда именуется «вором». А остальные три евангелиста как будто и слыхом ничего об этом не слыхивали. Но в Евангелии от Иоанна Иуда именуется «диаволом»: «Иисус отвечал им: не двенадцать ли вас избрал Я? Но один из вас диавол. Это говорил Он об Иуде Симонове Искариоте».

Следовательно, по Иоанну, Иуда был «диаволом». У Иоанна же читаем, что перед предательством «вошел в него сатана». Интересно, как это себе представлял Иоанн: дьявол входит в дьявола?

Кстати, а как описывается в Новом Завете само предательство? Разумеется, весьма противоречиво !

В Евангелии от Иоанна Иисус заявляет, что один из учеников хочет его предать, но вот который? Только любимый ученик Иисуса Иоанн точно знает имя будущего предателя: Иуда! Вот только сценарий предательства уж больно неправдоподобен: Иисус пророчествует, что один из учеников предаст его. И только один из всей компании — Иоанн — интересуется, кто же этот негодяй. И ничего не предпринимает для того, чтобы спасти Иисуса. Как, впрочем, и остальные ученики.

В Евангелии от Матфея такой весьма примечательной таинственной белиберды уже нет. Иисус однозначно указывает на «предателя»: Иуда. И, как и у Иоанна, страшное это сообщение остается без какой-либо реакции со стороны учеников. Они бездеятельно принимают к сведению заявление о том, что рядом с ними сидит предательс.173.

Не менее странно описывает такую важную сцену во время «тайной вечери» и Евангелие от Луки: «Иисус говорит: „И вот, рука предающего Меня со мною за столом... Сын Человеческий идет по предназначению, но горе тому человеку, которым Он предается". И они начали спрашивать друг друга, кто бы из них был, который это сделает». Остается вообще непонятным, назвал ли Иисус предателя по имени.

В Евангелии от Марка история предательства описана более подробно, нежели в тексте Луки. Но и здесь тоже, как у Луки, Иисус говорит очень туманно о том, кто из учеников предаст его. Так что опять неясно, называет ли он предателя по имени. И вновь ученики реагируют весьма странно — вернее, они никак не реагируют на страшное признание своего Учителя. Несмотря на сообщение, которое должно было потрясти всех, возмутить и ужаснуть, ученики продолжают пиршество. Кстати, что Новый Завет говорит об Иуде? Так вот, у евангелистов нет единого мнения на сей счет. Зато в глаза бросается ярчайшее противоречие: знал Иисус, кто конкретно предаст его... или все-таки не знал? Выдал ученикам имя предателя... или все-таки не выдал?

И вот что выясняется: в греческом оригинале евангельских текстов бесполезно искать слово «предатель». В греческом используется выражение «paradidonai».

Но что означает слово «paradidonai»? Значение его начинаешь понимать, прочитав «Послание к галатам» апостола Павла. Павел восхваляет Иисуса, Сына Божьего, добровольно пожертвовавшего своей жизнь за род человеческий: «...живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего себя за меня».
1   2   3   4   5   6   7   8

Похожие:

Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconIi действующие лица театра реальности Три уровня театра реальности...

Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconМы часто слышим о том, что человеческое достоинство родилось в лоне...
Между тем, цикличная (или спиральная) модель времени приводит нас к совершенно иным выводам). Некоторые даже считают, что из христианства...
Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconИстория
Мифологическая школа — теория происхождения христианства, направление в историографии христианства, а также в христологии— отрицает...
Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconСущность Религии Людвиг Андреас Фейербах
«Сущности христианства» и в «Лютере» я отвлекся от природы, да и должен был отвлечься по самому замыслу работы: ведь специфическая...
Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconНачальные уровни реальности
Всеобщий принцип относительности и уравнения физического вакуума расширяют представления об окружающем нас мире и позволяют выделить...
Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconЛюдвиг Андреас Фейербах b843c3a4-2a93-102a-9ac3-800cba805322
«Сущности христианства» ив «Лютере» я отвлекся от природы, да и должен был отвлечься по самому замыслу работы: ведь специфическая...
Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconРудольф Штайнер Сущность Христианства Штайнер Рудольф Сущность Христианства
Христианство это последняя религия. Оно несет в себе все возможноси для развития. Антропософия только служит Христианству
Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconХристианства Вступление "Дух восточного христианства"
И все-таки изменений и развития (то есть того, что мы обычно подразумеваем под "историей") здесь больше, чем готовы были признать...
Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconСостояние научного знания современной социологии выражается в ее...
Вной реальности, которую исследует данная наука. Часть реальности, изучаемая экспериментом и описываемое физическими понятиями, называется...
Книга 4 Взгляд на Библию. Глава Реальности христианства. Ретроспектива в написании раздела «Реальности христианства» iconХристианства среди темного, дикого, погрязшего в язычестве славянства
Современные ученые, историки и богословы рпц утверждают, что Русь стала Православной, только благодаря крещению Руси и распространению...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница