Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф


НазваниеПеревод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф
страница8/18
Дата публикации02.06.2013
Размер2.35 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Банк > Документы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   18
Глава 12

Рождество

Рождество — это праздник, который в городе Спенсере празднуют все вместе. Для фермеров и производителей это время отдыха, когда можно расслабиться и тратить накопленные деньги. И начинается все с прогулочного тура по Гранд-авеню в первый уик-энд декабря. На протяжении всей этой улицы стоят яркие фонари, которые продуманно подчеркивают великолепные очертания наших строений. Звучит рождественская музыка; Санта-Клаусы принимают у ребят записки с пожеланиями. Эльфы, составляющие свиту Санта-Клаусов, звонят в колокольчики у перекрестков и собирают деньги на благотворительность. Весь город гуляет, смеется, разговаривает, все тепло обнимаются. Магазины стоят открытыми допоздна, демонстрируя свои рождественские наборы и предлагая горячий кофе и выпечку, чтобы справиться с колючим холодом.

Украшены все витрины. Мы называем их живыми окнами, потому что в каждом местные обитатели разыгрывают рождественские сценки. Музей Паркера с коллекцией предметов, рассказывающих об округе Клей, включая и пожарную машину, которая боролась с огнем в 1931 году, всегда создавал очередную картинку того, как праздновали Рождество первопоселенцы. Другие витрины предлагали полюбоваться, как праздновали Рождество в недалеком прошлом, когда существовали «Радио Флайерс» и фарфоровые куклы. Еще витрины — в них стоят игрушечные трактора и машинки, говорящие о том, как дети представляют себе утро Рождества. Вы не могли рассматривать веселые или трогательные витрины, не думая о ста пятидесяти картинках, которые остались за спиной, и еще о ста пятидесяти, которые ждали вас впереди.

Фестиваль деревьев, соревнование по лучшему украшению рождественской елки, проходил на углу Первой авеню и Пятой улицы, где раньше был Центр конгрессов Спенсера, а теперь располагался клуб «Игл», военизированный общественный клуб, который устраивал обеды и танцевальные вечера для сбора денег на благотворительность. Поскольку в 1988 году мы праздновали первое Рождество Дьюи, библиотека поставила елку, украшенную изображениями Дьюи, чем же еще? Кроме того, на ней были пушистые игрушечные котята и гирлянды из красных лент. Подарками под елкой были соответствующие книги «Кот на дереве» и «Кот в шляпе» с аккуратными красными бантиками. Гости проходили между деревьев, чтобы оставить скромную сумму на благотворительность. Никаких официальных конкурсов объявлено не было, но думаю, что наша версия украшения елки без большой натяжки могла быть признана лучшей.

Рождественские праздники в библиотеке, так же как и рождественские торжества на Гранд-авеню, были временем, когда можно отбросить все другие заботы, оставив только «здесь и сейчас». После напряженной осени я была счастлива хоть на время выкинуть из головы мысли об учебе и перестройке библиотеки и заняться только украшением елки.

В понедельник после большой прогулки мы стали снимать ящики с верхних полок складской комнаты, чтобы приготовиться к празднику. В центре внимания была наша большая искусственная рождественская елка рядом с круглым столом. В первый понедельник декабря мы с Синтией Берендс всегда приходим пораньше, чтобы поставить и украсить дерево. Синтия — самая старательная из всех нас и охотно берется за каждое дело. Но она не могла представить, что ее ждет на этот раз, потому что, когда мы стащили три длинные коробки с елкой с верхних полок, нас уже ждал неизменный спутник.

— Этим утром Дьюи полон восторга. Должно быть, ему понравится содержимое этих коробок.

— Или запах всего этого пластика.

Я видела, что нос котенка дергается девяносто раз в минуту и он напряженно размышляет: «Может ли это быть? Неужели все это время мама прятала самое большое в мире, самое красивое и самое вкусное резиновое колечко?»

Когда мы вытащили из ящика рождественское дерево, я увидела, как у Дьюи отвалилась челюсть.

«Это же не резиновое колечко! Это… это… куда лучше!»

Когда мы вытаскивали ветку за веткой, Дьюи буквально кидался на них. Он хотел обнюхать и пожевать каждый зеленый кусок пластика, подергать каждую зеленую веточку. Он стащил с дерева несколько пластиковых иголок и стал катать их во рту.

— Отдай мне их сейчас же, Дьюи! — пришлось потребовать у шалуна.

Кашлянув, он выплюнул на пол несколько кусков пластика. Затем прыгнул вперед и засунул голову в ящик, как раз в тот момент, когда Синтия вытаскивала очередную ветку.

— Сдай назад, Дьюи. — Синтия оттащила его, но через секунду Дьюи вернулся с зеленой иголкой, свисающей с его влажного носа. На этот раз вся голова с ушами исчезла в ящике. — Так не пойдет, Дьюи. Так ты хочешь или нет, чтобы я вытащила все остальное дерево?

По всей видимости, ответ был отрицательным, потому что Дьюи не шевельнулся.

— Дьюи, ты должен убраться. Я не хочу, чтобы ты потерял глаз. — Синтия не ругала его, она покатывалась со смеху.

Дьюи понял ее и отскочил назад, но только для того, чтобы зарыться в груду веток на полу.

— Это будет продолжаться весь день, — вздохнула Синтия.

— Надеюсь, что нет.

Как только Синтия вытащила последние ветки, я принялась собирать елку. Дьюи, улыбаясь, прыгал вокруг, наблюдая за каждым моим движением. Он нюхал ветки и пробовал их на вкус, а затем отпрыгивал на несколько футов, чтобы оценить их в перспективе. У бедного кота был такой вид, словно он готов взорваться от восторга.

«Скорее, скорее! Я жду своей очереди!»

Таким счастливым прежде я его не видела.

— Ох нет, Дьюи, не начинай все сначала.

Я успела увидеть, как Дьюи нырнул в коробку от рождественской елки — без сомнения, чтобы нюхать и выцарапывать запахи, которыми благоухал картон. Он с головой скрылся в ней, а через несколько секунд коробка стала носиться по полу взад и вперед. Остановившись, он высунул голову и огляделся. Заметив наполовину собранную елку, выскочил, чтобы пожевать нижние ветки.

— По-моему, он нашел себе новую игрушку.

— А по-моему, он нашел новую любовь, — сказала я, прикрепляя на место верхние ветви, после чего наше дерево было почти готово.

Это было верно. Дьюи искренне полюбил рождественскую елку. Ему нравился ее запах. Чувства, которые она в нем вызывала. Ее вкус. После того как я окончательно собрала ее и поставила на стол, он поселился под ней.

«Теперь она моя, — как бы говорил он, раз за разом обходя ее основание. — Можете оставить нас в покое, благодарю вас».

— Прости, Дьюи, надо еще поработать. Мы еще не украсили елку.

В ход пошли гирлянды, блестки, картинки и украшения на темы, связанные с наступающим годом. Ангелы на пружинках, Санта-Клаусы. Блестящие шары с позолотой. Дьюи влезал, совал нос в каждую коробку, но не испытывал большого интереса к тканям и металлу, шарам и лампочкам. Он было отвлекся на те украшения, что я сделала из старых кусков прошлогодней елки, но старый пластик не мог сравниться с новым и блестящим материалом. Он вернулся на свое место под елкой.

Мы стали развешивать украшения. В ту же минуту Дьюи оказался около коробок, наблюдая, что появится следующим, но через минуту он уже крутился у нас под ногами, играя шнурками. Затем снова растянулся под елкой, чтобы насладиться запахами пластика. А через несколько секунд исчез.

— Что это за странные шуршащие звуки?

Внезапно Дьюи налетел на нас. Голова его была в одном из пластиковых мешков, которые мы использовали для хранения игрушек. Он умчался в дальний конец библиотеки и пулей вернулся к нам.

— Лови его!

Дьюи подпрыгнул и снова кинулся бежать. Синтия перекрыла участок у входных дверей. Я встала у стола. Дьюи промчался как раз между нами. Я поняла, что он безумно перепуган. Он не имел представления, как стянуть с шеи пластиковый мешок. Единственной его мыслью было: «Бежать и бежать! Может, так я избавлюсь от этого чудовища».

Вскоре мы стали ловить его вчетвером или впятером, но он продолжал уворачиваться и носиться. Мы все хохотали над ним.

— Прости, Дьюи, но ты должен признать, что это просто смешно.

Наконец я загнала его в угол и, несмотря на отчаянное сопротивление, смогла освободить его от пакета. Дьюи немедленно отправился к своему новому другу, к рождественской елке, и залез под ветки, где стал старательно и с удовольствием вылизывать себя. Завершил он туалет, как обычно, запустив лапу в ухо. С тех пор Дьюи относился к пластиковым пакетам с неприкрытой ненавистью.

Тот первый день, когда в библиотеке появилась елка, был для нас одним из самых лучших. Сотрудники, как и Дьюи, — конечно, пластиковый пакет не в счет, — провели весь день в веселье, дарили друг другу сентиментальные романтические поздравления. Любовь Дьюи к елке сохранилась навсегда. Каждый год, когда со шкафа снимали коробки, он прыгал от радости.

Сотрудники библиотеки обычно получали несколько подарков от благодарных посетителей, но в этом году наш скромный набор шоколадок и печений просто скрылся под огромной горой подношений для Дьюи — мячиков, лакомства и игрушечных мышек. Казалось, что все в городе хотели дать знать Дьюи — да и нам тоже, — как много он для них значит. В этой груде было немало удивительных вещей, даже несколько соблазнительных домашних печений, но любимым предметом Дьюи в этот праздник стал моток красного шнура, который он нашел в одной из коробок. Моток стал его постоянным спутником, и не только во времена праздников, но и все остальные годы. Он катал его по всей библиотеке, пока несколько футов шнура не запутывались где-нибудь, и он, подпрыгивая, дергал его, боролся с ним, и очень скоро шнур обматывал его. Не раз я чуть не подскакивала на стуле, когда по рабочей комнате проносился рыжий кот с красным шнуром во рту, волоча за собой моток. Час спустя он уже лежал под рождественской елкой, всеми четырьмя лапами обнимая своего красного приятеля.

На несколько рождественских дней библиотека закрывалась, так что Дьюи отправлялся ко мне домой. Впрочем, большую часть времени он оставался один, потому что проводить Рождество в Хартли было семейной традицией Джипсонов. Все съезжались домой к папе и маме, любого из нас сурово осудили бы, не сделай мы этого. Никому не позволялось уклониться от течения праздника, а он был очень многообразен: необыкновенные блюда, яркие вечеринки, игры для детей, рождественские песнопения, десерты и сладости, игры для взрослых; родственники съезжались с блюдами своего изготовления, рассказывали и пересказывали истории, приключившиеся за год. Всегда было о чем рассказать в кругу близких. Подарки не отличались необычностью, но каждому из Джипсон доводилось провести неделю в кругу большой семьи, и это было лучшим подарком.

Наконец кто-нибудь говорил: «Давайте сыграем «Джонни должен идти».

Мама с папой собирали антикварные вещи, и несколько лет назад мы пустили их в ход, чтобы собрать оркестр семьи Джипсон. Я играла на виолончели, которая представляла собой рукомойник с ручкой от метлы и натянутыми на ней струнами. Моя сестра — на гладильной доске. Папа и Джоди отбивали ритм ложками. Майк дудел на гребенке с бумагой. Дуг гудел в кувшин из-под самогона. Кувшин тоже, конечно, был старинным, в котором никогда не бывало алкоголя. Мама предпочитала старую маслобойку времен пионеров и, перевернув ее, использовала как барабан. Называлась наша песня «Джонни был хорошим». Но когда Джоди была маленькой, она всегда говорила: «Сыграем «Джонни должен идти». Название осталось. Каждый год мы играли «Джонни должен идти» и старые песни времен рок-н-ролла, и в ночи звучали наши самодельные инструменты, отдавая дань уважения стародавней традиции, которая, наверное, никогда не существовала в этой части Айовы, — и мы все время подсмеивались друг над другом.

После полуночной мессы в канун Рождества мы с Джоди отправлялись домой к Дьюи, который маялся от желания увидеть нас. Рождественское утро проводили в Спенсере, только мы втроем. Подарок Дьюи я так и не преподнесла. Почему? У него и так было добра куда больше, чем необходимо. И после совместно прожитого года наши отношения уже не нуждались в подарках и показном внимании. Нам ничего не нужно было доказывать друг другу. Единственное, чего Дьюи хотел от меня и чего ждал, — это несколько ежедневных часов моего времени. Я тоже этого хотела. И, оставив Джоди в родительском доме, удирала к себе, чтобы провести время с Дьюи на диване, ничего не делая, ни о чем не разговаривая — просто два приятеля валяются бок о бок.
<br />Глава 13<br /><br />Великая библиотека<br />
Великая библиотека не обязательно должна быть большой или красивой. Она может не иметь лучшее оснащение, самый эффективный штат или много пользователей. Все это нетрудно обеспечить. Главное в другом — она так участвует в жизни общины, что становится незаменимой. Библиотеке никто не придает значения, потому что она всегда здесь, рядом, и в ней всегда есть то, что необходимо.

Публичная библиотека Спенсера была основана в 1883 году и располагалась в гостиной миссис Крэри. В 1890 году библиотеку перевели в небольшое каркасное строение на Гранд-авеню. В 1902 году Эндрю Карнеги подарил городу десять тысяч долларов на новую библиотеку. Сам Карнеги был порождением индустриальной революции, которая превратила нацию фермеров в фабричных рабочих, нефтяников и сталеваров. Он был жестким безжалостным капиталистом, который сделал свое сталеплавильное производство US Steel самым успешным в стране. Кроме того, он был баптистом, к 1902 году глубоко увлекся распределением денег на благие цели, в том числе и выдачу грантов библиотекам маленьких городков. Для такого города, как Спенсер, библиотека Карнеги стала знаком того, что пусть вы и не добрались до самого верха, но все же обошли Хартли и Эвери.

Публичная библиотека Спенсера открылась 6 марта 1905 года на Третьей Ист-авеню, в полуквартале от Гранд-авеню. Она была типичной библиотекой Карнеги, потому что Карнеги предпочитал классический стиль и симметрию конструкции. В фойе у входа были три витража, два с цветами и один со словом «библиотека». Библиотекарь, возвышавшийся за центральной стойкой, был окружен ящичками с карточками. Боковые комнаты, где до потолка высились книжные полки, были маленькими и тесными. В те времена, когда публичные библиотеки были разделены по признаку пола, мужчины и женщины могли свободно заходить в любую комнату. Библиотеки Карнеги были среди первых, где посетителям разрешалось выбирать книги с полок, а не заказывать их у библиотекаря.

Некоторые историки описывают библиотеки Карнеги как примитивные, но это справедливо только в сравнении с продуманно созданными центральными библиотеками таких городов, как Нью-Йорк или Чикаго, где есть и резные фризы, и расписанные потолки, и хрустальные люстры. В сравнении с гостиной местной жительницы или фронтонами магазинов на Гранд-авеню спенсерская библиотека Карнеги была на редкость хороша. Высокий потолок, огромные окна. В полуподвальном нижнем этаже располагалась детская библиотека — новаторский подход в те времена, когда дети часто сидели запертыми в своих домах. Тут они могли сидеть и читать у круглых столов, а окна над головой выходили на травянистые лужайки. Полы во всем здании были темного дерева, с блестящей полировкой и очень широкими половицами. Они поскрипывали, когда вы на них ступали, и часто эти поскрипывания были единственными звуками, которые вы могли слышать. Это был музей. В нем стояла такая же тишина, как в церкви. Или в монастыре. Это было святилище познания, а в 1902 году познание означало книги.

Многие, думая о библиотеке, представляют себе библиотеку Карнеги. Это книгохранилища времен нашего детства. Тишина. Высокие потолки. Центральная библиотечная стойка, неотъемлемой частью которой является почтенная дама-библиотекарь. Казалось, библиотеки созданы для того, чтобы дети терялись в них, чтобы никто не мог найти тебя, и это было самым удивительным.

К тому времени, когда я в 1982 году пришла на эту работу, старая библиотека Карнеги уже отжила свой век. Она была красивой, но маленькой. Слишком маленькой для растущего города. Землеустройство гласило, что город должен использовать участок под библиотеку или вернуть его владельцу. Так что в 1971 году город снес старое здание Карнеги, чтобы построить большую, более современную, более эффективную библиотеку — без скрипучих полов, тусклого освещения, невообразимо высоких полок и помещений, в которых легко затеряться. Это была катастрофа.

Спенсер выстроен в традиционном стиле. Торговые здания кирпичные, дома вдоль Третьей улицы — двух- и трехэтажные каркасные пансионы и студенческие общежития. Новая библиотека была бетонной, с высоким первым этажом, который торчал на углу, как бункер. Первоначальная широкая лужайка исчезла, и вместо нее были разбиты два маленьких садика. Тенистая растительность вскоре уступила место камням. Стеклянные входные двери больше не смотрели на улицу, здание потеряло свой гостеприимный вид. Восточное крыло, которое выходило на городскую среднюю школу, тоже было из массивного бетона. В конце 1970-х годов Грейс Ренциг вошла в библиотечный совет, лелея план высадить вдоль восточной стены виноградные лозы. Несколько лет спустя ее виноград потянулся по стене, но она продолжала оставаться в библиотечном совете лет двадцать.

Новая Публичная библиотека Спенсера была современной, но вот эффективность ее работы оставляла желать лучшего. В ней постоянно царил холод. Стеклянные стены выходили на север, и из них открывался прекрасный вид на улицу. Но зимой тепло в задней части библиотеки не задерживалось. Конструкция здания была открытой, в нем не было места для складских помещений. Не были предусмотрены служебные комнаты. Имелось всего пять электрических розеток. Мебель работы местных ремесленников была красивой, но непрактичной. Столы имели такие массивные ножки, что вы не могли придвинуть дополнительные стулья, не говоря уж о том, что сами стулья были из массивного дуба с черными ламинированными сиденьями и слишком тяжелы, чтобы их передвигать. Ковровое покрытие было оранжевым — кошмар в ночь на Хеллоуин.

Проще говоря, здание не годилось для такого города, как Спенсер. Работала библиотека всегда хорошо. Великолепное собрание книг, особенно для города такого размера, как наш, и руководители, которые всегда легко усваивали новые идеи и технологии. Энтузиазм, профессионализм и опытность всегда были на высшем уровне. Но после 1971 года все эти достоинства были втиснуты в неподходящее здание. Внешний вид не соответствовал окружающей обстановке. Внутреннее содержание здания было непрактично и не дышало дружелюбием. Вам не хотелось расслабиться и сидеть здесь. Тут было холодно во всех смыслах слова.

Мы начали переустройство — давайте назовем это процессом утепления — в мае 1989 года. Как раз в это время северо-западная Айова просыпается и окраска ее переходит от коричневой в зеленую. Газонам внезапно требуется стрижка, деревья на Гранд-авеню выбрасывают новую листву. На фермах из земли пробиваются ростки, и наконец вы видите результат труда, затраченного на подготовку техники, обработку земли и засевание ее. Погода становится теплой. Ребятишки вытаскивают велосипеды. А библиотека после примерно года планирования наконец была готова приступить к работе.

Первой стадией переустройства стала окраска голых бетонных стен. Мы решили оставить девятифутовые полки привинченными к стенам, так что Тони Джою, нашему маляру, чья жена Шарон работала в библиотеке, оставалось просто набросить полотнища на полки и прислонять к ним свою стремянку. Но едва он это сделал, как на лесенку вскарабкался Дьюи.

— Ладно, Дьюи, давай-ка слезай.

Дьюи не обратил на него внимания. Он уже провел в библиотеке более года, но никогда еще не разглядывал ее с высоты девяти футов. Это было открытием. Дьюи сошел с лесенки на верх пристенной полки и, сделав всего несколько шагов, стал недосягаем.

Тони передвинул лестницу. Дьюи снова снялся с места. Тони вскарабкался наверх, оперся локтем о книжную полку и уставился на этого упрямого кота.

— Это плохая идея, Дьюи. Я собираюсь красить стену, а ты будешь тереться о нее. Вики увидит синего кота, и знаешь, что за этим последует? Меня уволят. — Дьюи продолжал сверху разглядывать библиотеку. — Но тебя это не волнует, да? Ладно, я предупредил тебя. Вики!

— Я здесь.

— Ты это видишь?

— Ты хорошо сделал, что предупредил. С тебя снимается вся ответственность.

О Дьюи я не беспокоилась. Он был самый сознательный кот из всех, кого я знала. Он спрыгивал с полок, ни разу не оступившись. Он как-то прошелся боком вдоль стендов, как обычно делают кошки, и ни один из них не дрогнул. Я знала, что он может не только пройтись по полкам, не коснувшись влажной краски, но и в состоянии на цыпочках подняться по лестнице, не опрокинув банку с краской с самого верха. Куда больше я беспокоилась о Тони. Не так легко делить лесенку с королем библиотеки.

— Я уверена, что вы договоритесь! — крикнула ему я наверх.

— Использую все возможности, — отшутился Тони.

Через несколько дней Тони и Дьюи стали лучшими друзьями. Или, может быть, я должна сказать Тони и Дьюкстер, потому что он всегда так называл его. Тони считал, что Дьюи — слишком мягкое имя для такого мужественного кота. Ему казалось, что местные уличные коты собираются по ночам у окон детской библиотеки и насмехаются над его именем. Так что Тони решил, что настоящее имя Дьюи — Дюк, герцог, как у Джона Уэйна.

— Только самые близкие друзья могут звать его Дьюкстер, — объяснил Тони. Меня он всегда называл мадам Президент.

— Что вы думаете об этом оттенке красного цвета, мадам Президент? — мог спросить он меня, видя, как я иду по библиотеке.

— Вот уж не знаю. Мне он кажется розовым.

Но розовый цвет был нашим далеко не самым большим поводом для беспокойства. Внезапно выяснилось, что мы не можем согнать с верха пристенных полок нашего вежливого, хорошо воспитанного кота. Как-то Тони, обвел взглядом библиотеку и увидел Дьюи на верху пристенных полок в самом дальнем конце библиотеки. В то время Дьюи понял, какие изменения произошли в его жизни, — он может карабкаться на самый верх полок, стоит ему только захотеть. Он обходил библиотеку под самым потолком, и казалось, что наступит день, когда он вообще не захочет спускаться.

— Где Дьюи? — спрашивал каждый член генеалогического клуба, который собирался первую субботу каждого месяца, как и все клубы, которые собирались в библиотеке.

Наша Круглая комната была самым большим местом для собраний в городе, и обычно ее кто-то занимал. Члены клуба привыкли к общению с Дьюи. Это началось с того, что Дьюи вспрыгивал в центр стола в начале каждого заседания. Он обводил взглядом всех участников встречи, а потом подходил к каждому сидящему за столом, нюхал его руку или смотрел ему в лицо. Сделав полный круг, он выбирал одного из присутствующих и устраивался у него на коленях. О чем бы ни шла речь на заседании, Дьюи никогда не менял порядок своих действий. Единственным способом справиться с ним было выставить его и закрыть дверь.

На первых порах поведение Дьюи встречало сопротивление, особенно со стороны деловых и политических групп, которые часто заседали в Круглой комнате, но через несколько месяцев даже коммивояжеры стали считать Дьюи светлой личностью. Генеалогический клуб воспринимал его присутствие как игру, потому что каждый месяц Дьюи выбирал кого-то другого для времяпрепровождения. Члены клуба смеялись, и каждый уговаривал Дьюи перебраться к нему на колени, почти как дети в «час истории».

— В эти дни Дьюи занят другими делами, — объяснила я им. — С тех пор как Тони стал красить библиотеку, Дьюи изменил своим привычкам. Но не сомневаюсь, как только он поймет, что вы здесь…

И, словно услышав меня, Дьюи показался в дверях, вспрыгнул на стол и начал свой обход.

— Дайте знать, если вам что-нибудь понадобится, — сказала я гостям, возвращаясь в главную часть библиотеки.

Никто ничего не сказал; все были заняты наблюдением за Дьюи.

— Это нечестно, Эстер, — услышала я голос одного из участников собрания, — должно быть, у тебя в кармане тунец.

Когда три недели спустя Тони кончил окраску, Дьюи было не узнать. Может, он вообразил себя настоящим герцогом, потому что отказался от привычки сидеть у кого-то на коленях и дремать. Он хотел заниматься исследованиями. И карабкаться. И самое главное — искать новые места, по которым можно лазить. Мы назвали этот этап его жизни этапом Эдмунда Хиллари в честь знаменитого восходителя на горы. Дьюи не хотел отказываться от восхождений, пока не достигнет вершины своего личного Эвереста, чего он добился месяц спустя.

— Дьюи сегодня утром показывался? — спросила я Одри Уиллер, которая работала на абонементе. — Он не пришел завтракать.

— Я его не видела.

— Дай знать, если появится. Хочу убедиться, что он не заболел.

Через пять минут я услышала изумленный возглас Одри:

— О господи!

Она стояла посредине библиотеки и смотрела наверх. А оттуда, сидя на самом верху шпалеры светильников, на нее, свесив голову, смотрел Дьюи.

Когда Дьюи понял, что мы его заметили, он убрал голову, став таким образом совершенно невидимым. Пока мы смотрели, голова Дьюи вынырнула в нескольких футах от прежнего места. Затем снова исчезла, чтобы появиться еще на несколько футов дальше. Полоса газосветных светильников тянулась футов на тридцать, и он, похоже, часами прогуливался по ней, наблюдая за нами.

— Как нам согнать его оттуда?

— Может, стоит позвонить в город? — предложил кто-то. — Они пришлют человека с лестницей.

— Давайте просто подождем, — сказала я. — Наверху он не приносит никакого вреда и рано или поздно спустится поесть.

Через час Дьюи легкой походкой появился в моем кабинете, облизываясь после позднего завтрака, и вспрыгнул ко мне на колени, чтобы я его поласкала. Он был явно вдохновлен своей новой забавой, но не хотел переигрывать. Я знала, что он умирает от желания спросить: «Что ты обо всем этом думаешь?»

— На эту тему я даже не собираюсь говорить, Дьюи.

Он ткнулся в меня головой.

— Я серьезно, Дьюи.

«Ну и ладно, я вздремну. Ты знаешь, прекрасное утро».

Я порасспрашивала коллег, но никто не видел, как он спускался. От нас потребовалось несколько недель непрерывного наблюдения, чтобы понять, как он действует. Сначала Дьюи вспрыгивал на пустой ящик в рабочей комнате. Затем — на шкаф с папками, откуда совершал длинный прыжок на верх временной стенки вокруг рабочего пространства, где можно было спрятаться за толстой подшивкой истории Спенсера. Отсюда оставалось всего четыре фута до арматуры освещения.

Конечно, мы могли переставить мебель, но, поскольку она уже была прикреплена к потолку, понимали, что это ничего не даст, кроме скрипа старых костей, и не отвлечет Дьюи от прогулок по светильникам. Если кошки не знают о существовании чего-либо, их легко не подпускать туда. Если же они знают о чем-то, но это вызывает у них желание добраться туда, и они начинают соображать, как это сделать, то остановить их почти невозможно. Кошки — далеко не ленивые существа; приступив к делу, они могут разрушить самые продуманные наши планы.

Кроме того, Дьюи обожал прогуливаться по светильникам. Он любил вышагивать вперед и назад, от одного конца до другого, пока не находил что-то интересное. Тогда он ложился, свешивал голову с краю и смотрел. Посетителям это тоже нравилось. Когда Дьюи расхаживал наверху, было заметно, как они водят головой из стороны в сторону, словно стрелки на часах. Они разговаривали с ним. Когда детям показывали, как Дьюи свешивает голову, они визжали от восторга. И задавали очень много вопросов:

— Что он делает?

— Как туда залез?

— А он не сгорит?

— Что, если он упадет? Он разобьется?

— А если он свалится на кого-то? Они погибнут?

Когда дети выясняли, что не могут присоединиться к нему под потолком, они просили его спуститься.

— Дьюи нравится быть наверху, — объясняли мы им. — Он так играет.

Наконец даже дети поняли, что, пока Дьюи находится на светильниках, он спустится оттуда только по своему желанию. Так он нашел наверху свое маленькое седьмое небо.

Официально перестройка началась в июле 1989 года, потому что июль — самый спокойный месяц в библиотеке. Дети кончили школу, то есть не было общеклассных походов, а также неофициального присмотра за детьми после школы. Местная налоговая фирма пожертвовала складское помещение на другой стороне улицы. Публичная библиотека Спенсера насчитывала пятьдесят пять стеллажей, пятьдесят тысяч книг, шесть тысяч журналов, две тысячи газет, пять тысяч альбомов и кассет и тысячу генеалогических книг, не говоря уж о проекторах, киноэкранах, телевизорах, камерах (16- и 8-миллиметровых), пишущих машинках, столах, стульях, каталогах, шкафах с досье и офисном оборудовании. Всему был присвоен свой номер. Он соответствовал месту на цветной схеме, которая показывала место предмета на складе и его новое место в библиотеке. Но новом синем ковровом покрытии мы с Джин Холлис начертили мелом расположение каждого шкафа, полки и стола. Если полка отстояла от предназначенного ей места всего на дюйм, рабочим придется перемещать ее, потому что ширина проходов была строго рассчитана в соответствии с требованиями Акта о потребностях инвалидов. Если полка отстоит на дюйм, то следующей придется отодвинуться на два. И коляска с инвалидом застрянет в углу.

К переезду приложила руки воистину вся община. Ротари-клуб помог вынести книги, Голден Киванис содействовал в возвращении их на место. Наш менеджер по развитию даунтауна Боб Роус расставлял полки. Джерри, муж Дорис Армстронг, провел больше недели, безропотно привинчивая сто десять новых металлических пластинок к нашим стеллажам, по меньшей мере по шесть болтов на каждую пластинку. Все добровольно вызывались нам помочь: генеалогический клуб, библиотечный совет, учителя, родители, девять членов общества друзей библиотеки Спенсера. Свою лепту внесли и торговцы из даунтауна, и на всех хватало бесплатных напитков и закуски.

Переустройство шло как по часам. Ровно через три недели наш «ужас Хеллоуина» был заменен ровным синим ковровым покрытием; мебель была затянута цветным материалом. Мы добавили двухместные кресла-качалки в детскую библиотеку, чтобы мамы могли, раскачиваясь, читать своим детям. В шкафу я нашла восемнадцать гравюр Гросенвора вместе с семью старыми рисунками чернилами. У библиотеки не хватало денег, чтобы поставить их в рамки, так что члены общины разобрали эти работы и снабдили их рамками. Заново расставленные под углом полки открывали взгляду книги, и тысячи цветных переплетов приглашали посетителей отбирать их и читать.

Открытие новой библиотеки мы отметили чаем с пирожными на свежем воздухе. В этот день никто не испытывал такого восторга, как Дьюи. Три недели он сидел у меня дома, и за это время переменился весь его мир. Другими стали стены, другим стало ковровое покрытие, сменили свои места столы, стулья и книжные полки. После путешествия в склад на другой стороне улицы даже книги стали пахнуть по-другому.

Но как только стали приходить люди, Дьюи незамедлительно вернулся на свое место на столе, чтобы снова быть в центре внимания. Да, библиотека изменилась, но после трех недель отсутствия ему больше всего не хватало людей и общения. Он терпеть не мог быть в разлуке со своими друзьями и библиотекой. Им тоже его не хватало. Проходя за своими пирожными, все они останавливались погладить Дьюи. Кое-кто сажал его на плечи, чтобы пройтись с ним среди заново расставленных полок. Другие просто смотрели на него, разговаривали с ним и улыбались. Библиотека могла измениться, но королем ее оставался Дьюи.

Между 1987 годом, когда Дьюи попал к нам в руки, и 1989-м, годом перестройки, количество посещений выросло с шестидесяти трех тысяч в год до более ста тысяч. Что-то явно изменилось. Люди стали по-другому воспринимать свою библиотеку и куда больше ее ценить. И не только жители Спенсера. В этом году двадцать процентов составляли жители сельского округа Клей. Еще восемнадцать процентов приезжали из соседних округов. И, видя эти цифры, никто не мог оспорить тот факт, что библиотека стала региональным центром.

Вне всякого сомнения, помогла перестройка. Так же как и оживление Гранд-авеню и экономики, показатели которой пошли вверх, как и энергичные коллеги, и наши новые программы. Но главную роль в том, что лицо библиотеки изменилось, в том, что в нее потянулись новые люди и Публичная библиотека Спенсера, а не склад стала признанным местом встреч, сыграл Дьюи.
<br /></td></tr></table><div align="center"><a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html">1</a>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=2">...</a>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=4">4</a>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=5">5</a>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=6">6</a>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=7">7</a>   <font class="fs18">8</font>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=9">9</a>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=10">10</a>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=11">11</a>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=16">...</a>   <a class="t4 fs20" href="http://userdocs.ru/bank/116225/index.html?page=18">18</a> </div><hr><div align="center"><!-- Composite Start --> <div id="M415163ScriptRootC865318"> </div> <script src="https://jsc.mgid.com/u/s/userdocs.ru.865318.js" async></script> <!-- Composite End --></div><h2 class="dlh2">Похожие:</h2><table width="100%" class="mtable2"><col><col width="50%"><col><col width="50%"><tr><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/doc32.png"></td><td><a href='/biolog/53068/index.html'>Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао...</a><br /><font class="te">Об этом и многом другом в потрясающей книге Вики Майрон, которая сумела тронуть душу миллионов читателей во всех уголках планеты</font><br /></td><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/doc32.png"></td><td><a href='/astromoiya/62728/index.html'>Литагент «Центрполиграф» a8b439f2-3900-11e0-8c7e-ec5afce481d9 Дорогой...</a><br /><font class="te">В центре романа «Укротитель диких» – противостояние индейского колдуна Большого Коня и врачевателя Рори Мичела</font><br /></td></tr><tr><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/doc32.png"></td><td><a href='/voennoe/25380/index.html'>Великие моголы</a><br /><font class="te">Великие Моголы. Потомки Чингисхана и Та­мерлана / Пер с англ. Л. И. Лебедевой. — М.: Зао центрполиграф, 2003. — 271 с. — (Загадки...</font><br /></td><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/rtf32.png"></td><td><a href='/istoriya/23/index.html'>«Кермит Маккензи. Коминтерн и мировая революция. 1919 1943»: Центрполиграф;...</a><br /><font class="te">«Кермит Маккензи. Коминтерн и мировая революция. 1919 – 1943»: Центрполиграф; Москва; 2008</font><br /></td></tr><tr><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/rtf32.png"></td><td><a href='/voennoe/2694/index.html'>«Хельмут Грайнер. Военные кампании вермахта. Победы и поражения....</a><br /><font class="te">«Хельмут Грайнер. Военные кампании вермахта. Победы и поражения. 1939 – 1943»: Центрполиграф; Москва; 2011</font><br /></td><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/rtf32.png"></td><td><a href='/voennoe/844/index.html'>«Эрнст фон Вайцзеккер. Посол Третьего рейха. Воспоминания немецкого...</a><br /><font class="te">«Эрнст фон Вайцзеккер. Посол Третьего рейха. Воспоминания немецкого дипломата. 1932 – 1945»: Центрполиграф; Москва; 2007</font><br /></td></tr><tr><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/doc32.png"></td><td><a href='/istoriya/4612/index.html'>Игорь Ермолов Русское государство в немецком тылу Центрполиграф; 2009 isbn 978-5-9524-4487-6</a><br /><font class="te">Великой Отечественной воины: созданию и функционированию особого государственного образования на оккупированной немцами советской...</font><br /></td><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/doc32.png"></td><td><a href='/psihologiya/33695/index.html'>Данилин А. Г. Lsd. Галлюциногены, психоделия и феномен зависимости</a><br /><font class="te">Данилин А. Г. Lsd. Галлюциногены, психоделия и феномен зависимости – М.: Зао изд-во Центрполиграф, 2001. 521 с</font><br /></td></tr><tr><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/doc32.png"></td><td><a href='/voennoe/6108/index.html'>Игорь Геннадьевич Ермолов Три года без Сталина. Оккупация: советские...</a><br /><font class="te">«Ермолов И. Три года без Сталина. Оккупация: советские граждане между нацистами и большевиками. 1941–1944. (На линии фронта. Правда...</font><br /></td><td><img width="32px" height="32px" alt='Перевод, зао «Центрполиграф», 2009 © Художественное оформление, зао «Центрполиграф», 2009 Москва Центрполиграф icon' src="/i/doc32.png"></td><td><a href='/kultura/49026/index.html'>«Абель Поссе «Путешествие в Агарту», серия «Overdrive»»: Центрполиграф; Ультра. Культура; 2004</a><br /><font class="te"></font><br /></td></tr></table><div id="SC_TBlock_57535" class="SC_TBlock"></div>Вы можете разместить ссылку на наш сайт:<br /> <center><a target="_blank" href="//userdocs.ru/">Школьные материалы</a></center> <textarea style="width:100%;height:40px;"><a target="_blank" href="//userdocs.ru/">Школьные материалы</a></textarea><br /><noindex><hr /><div align="center" style="font-size:12px;">При копировании материала укажите ссылку © 2020 <br /> <a rel="nofollow" href="//userdocs.ru/?sendmessage=1">контакты</a><br /></noindex> <a href="//userdocs.ru/">userdocs.ru</a><br /> <script type="text/javascript"><!-- document.write("<a href='//www.liveinternet.ru/click' "+ "target=_blank><img src='//counter.yadro.ru/hit?t44.1;r"+ escape(document.referrer)+((typeof(screen)=="undefined")?"": ";s"+screen.width+"*"+screen.height+"*"+(screen.colorDepth? screen.colorDepth:screen.pixelDepth))+";u"+escape(document.URL)+ ";"+Math.random()+ "' alt='' title='LiveInternet: показано число просмотров за 24"+ " часа, посетителей за 24 часа и за сегодня' "+ "border='0' width='31' height='31'><\/a>") //--></script> </div></div><div class="menu"><a class="catlink" href="/category/Сочинения/">Сочинения</a><br /><a class="catlink" href="/category/Лекции/">Лекции</a><br /><a class="catlink" href="/category/Уроки/">Уроки</a><br /><a class="catlink" href="/category/Доклады/">Доклады</a><br /><a class="catlink" href="/category/Учебные/">Учебные</a><br /><br /><a class="catlink" href="/biolog/">Биология</a><br /><a class="catlink" href="/geografiya/">География</a><br /><a class="catlink" href="/istoriya/">История</a><br /><a class="catlink" href="/psihologiya/">Психология</a><br /><a class="catlink" href="/turizm/">Туризм</a><br /><a class="catlink" href="/filosofiya/">Философия</a><br /><a class="catlink" href="/finansi/">Финансы</a><br /><a class="catlink" href="/ekonomika/">Экономика</a><br /> <div style="margin-left:-10px" id="M124739ScriptRootC40344"> <script> (function(){ var D=new Date(),d=document,b='body',ce='createElement',ac='appendChild',st='style',ds='display',n='none',gi='getElementById'; var i=d[ce]('iframe');i[st][ds]=n;d[gi]("M124739ScriptRootC40344")[ac](i);try{var iw=i.contentWindow.document;iw.open();iw.writeln("<ht"+"ml><bo"+"dy></bo"+"dy></ht"+"ml>");iw.close();var c=iw[b];} catch(e){var iw=d;var c=d[gi]("M124739ScriptRootC40344");}var dv=iw[ce]('div');dv.id="MG_ID";dv[st][ds]=n;dv.innerHTML=40344;c[ac](dv); var s=iw[ce]('script');s.async='async';s.defer='defer';s.charset='utf-8';s.src="//jsc.marketgid.com/u/s/userdocs.ru.40344.js?t="+D.getYear()+D.getMonth()+D.getDate()+D.getHours();c[ac](s);})(); </script> </div> </div></div><div class="top"><table><col width="200px"><tr><td><a href="/" class="catlink">Главная страница</a><br /><br /><form action="/"><input class="but rad" name="q" value=''></form></td><td> <script type="text/javascript">(function() { if (window.pluso)if (typeof window.pluso.start == "function") return; if (window.ifpluso==undefined) { window.ifpluso = 1; var d = document, s = d.createElement('script'), g = 'getElementsByTagName'; s.type = 'text/javascript'; s.charset='UTF-8'; s.async = true; s.src = ('https:' == window.location.protocol ? 'https' : 'http') + '://share.pluso.ru/pluso-like.js'; var h=d[g]('body')[0]; h.appendChild(s); }})();</script> <div class="pluso" data-background="none;" data-options="big,square,line,horizontal,counter,sepcounter=1,theme=14" data-services="vkontakte,odnoklassniki,moimir,twitter,print"></div> </td></tr></table></div><script type="text/javascript"> (sc_adv_out = window.sc_adv_out || []).push({ id : '57534', domain : "n.pc2ads.ru" }); </script> <script type="text/javascript" src="//st-n.pc2ads.ru/js/adv_out.js"></script><script type="text/javascript"> (sc_adv_out = window.sc_adv_out || []).push({ id : '57535', domain : "n.pc2ads.ru" }); </script> <script type="text/javascript" src="//st-n.pc2ads.ru/js/adv_out.js"></script></body></html>