Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7


НазваниеГенри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
страница39/41
Дата публикации07.07.2013
Размер3.94 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Философия > Документы
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   41
Что значит быть прокаженным, Торбен Йене Торвен понял, как только шагнул на мраморные ступени Амалиенборга. Близился час королевского приема. Публика при орденах и лентах деловито сновала вверх и вниз, с рвением раскланиваясь и с натугой улыбаясь. Зануда последовал их примеру, вежливо поздоровавшись со знакомым камергером. Он даже приподнял цилиндр, надетый ради визита во дворец.

И что же?

Камергер отшатнулся. Точнее, его отбросило к стене, украшенной батальными полотнами. Чур меня, чур! Сгинь, ужасный призрак!

Торвен удивился, повторил попытку – и понял, что действительно болен. Увы, его хворь была много хуже ординарной чумы. От королевской немилости не спасают ни лекарства, ни карантины. Давние приятели стекленели взглядом, отворачивались. Наиболее впечатлительные спотыкались на гладком полу. Самые стойкие и закаленные смотрели насквозь, не замечая в упор.

В огромном, ярко освещенном зале приемов Зануду окружил межпланетный эфир. Редкие атомы спешили изменить орбиту, лишь бы не оказаться поблизости от изгоя. Чему удивляться? Царедворцы – народ нежный, трепетный, с исключительно развитым верхним чутьем. И заговорить не с кем, и уйти нельзя – явился по высочайшему приглашению. Его величество возжелали видеть отставного лейтенанта. Если судить по поведению господ в мундирах, исключительно ради того, чтобы лично огласить смертный приговор.

Пожав плечами, Торвен принялся изучать портреты династии Ольденбургов. Лики величеств и высочеств, прописанные маслом, взора не отводили, но глядели хмуро. Иного Зануда и не ожидал. Все полтора года, минувшие со дня его возвращения в Копенгаген, он провел тихо и незаметно, общаясь лишь с семьей – и с Эрстедами. Родня забыла о нем, старые знакомцы никак не могли найти дорогу к его дому.

Даже письма стали приходить реже.

Фрекен Пин-эр, во избежание пересудов, поселилась в домике покойной Торвеновой тетки, под опекою близкой подруги матери. С венчанием, равно как с регистрацией брака, вышла заминка. Паспорт с фальшивой записью Зануда предусмотрительно уничтожил сразу после пересечения датской границы. В городской же ратуше первым делом возжелали изучить документы будущей – бывшей? нынешней? какой?! – фру Торвен.

В подлиннике, сказал бургомистр. На китайском. И в переводе, заверенном нотариусом и Королевским научным обществом. И вообще.

Видя, что дело – швах, Торвен в конце концов махнул рукой на приличия, плюнул на жалкие остатки своей репутации и переселился к невенчаной супруге, благо подросшая дочь вполне справлялась с домашним хозяйством. Честные копенгагенцы охнули – и возвели вокруг беззаконной четы Торвен невидимую, но мощную стену. Хватало и прочих забот. С векселями, предъявленными грозной вдовой Беринг, удалось разобраться. Хуже было с пансионом для Маргарет. Дочь изгоя недостойна учиться вместе с детьми добропорядочных горожан. Девушку даже не хотели пускать на уроки танцев. Что, впрочем, ее ничуть не огорчило – Маргарет всерьез увлеклась математикой.

Торвен отнесся к происходящему философски. Хотя иногда, если честно, тянуло вспомнить молодость – и сломать чью-нибудь особо паскудную челюсть. Увы, приходилось терпеть. Он успокаивал себя тем, что иначе поступить не мог, а значит, жалеть не о чем.

Сделал, что должен, – и будь что будет.

Однажды, когда особенно допекло, он отпросился у академика Эрстеда и съездил в маленький немецкий город Бург. Сойдя с дилижанса, направился прямиком на кладбище – и положил две белые лилии на могилу генерала фон Клаузевица. Стоял тихий зимний день, такой же холодный, как и тот, в полузабытом декабре 1812-го, когда они виделись в последний раз. Бывший прапорщик русской армии Иоганн фон Торвен беззвучно глотал слезы, а в ледяной Вечности, подступившей, если верить Писанию, к самой душе его, стихал топот копыт Дикой Охоты.

Вернувшись, он продолжил отшельничать.

И вот – королевский вызов.

Первый раз в жизни Торвен позволил себе усомниться в преимуществах абсолютной монархии. Стать жертвой тирана – не лучший жребий. От портретов веяло самодержавной тоской. Повернувшись лицом к залу, он вдохнул разреженный эфир, полюбовался почтенными спинами и сиятельными затылками. Стайки рыбок-прилипал крутились возле жирных акул. Самая большая стая пристроилась в центре, под газовой люстрой, окружив толстяка-генерала с орденской лентой через плечо.

Отставной лейтенант хмыкнул. Этот уж точно здороваться не станет! Небось на золоте ест, на соболях спит, на людишках верхом ездит! Словно почуяв крамолу, генерал величественно обернулся, вздернул тонкие брови:

– Торвен? Ты?!

Прилипал унесло девятым валом. Толстяк, не разбирая дороги, проломился сквозь толпу, ухватил Зануду за плечи, тряхнул от души.

– Привет, лейтенант! Не забыл, что мы на «ты»?

– П-привет! – с трудом выдавил Торвен. Немного подумал и на всякий случай уточнил: – Привет, экселенц!

– Помнишь, помнишь! – захохотал генерал. – А почему в гости не заходишь? Я уже полгода как в Копенгагене. Забегай, без чинов, без мундира и…

Он криво усмехнулся, кивнул на прилипал и уточнил:

– Без этой сволочи.

Зануда сглотнул. Против генерала он ничего не имел. Тот и впрямь заслужил право обращения на «ты», председательствуя на прощальном обеде офицеров Черного Ольденбургского полка в далеком 1814-м. Когда Андерс Вали-Напролом внес предложение отбросить казенное «вы», толстяк зааплодировал первым. А перед этим он, штатгальтер Норвегии и губернатор острова Фюн, с изрядным выражением прочел королевское послание.

Фредерик VI не жалел похвал для волонтеров.

С тех пор они виделись очень редко – отставной лейтенант Торбен Йене Торвен и бывший штатгальтер, а ныне наследник датского престола Христиан Ольденбург. У каждого оказались свои собственные дела.

– Есть новость, – толстяк перешел на шепот. – Там подписали «слоника».

Он победно улыбнулся и щелкнул себя по ленте.

– Поздравляю!

Торвен сообразил, что там что-то переменилось. В прежние годы его величество наотрез отказывался жаловать нелюбимого родственника в кавалеры ордена Слона.[85]

– И ввели в Тайный Совет. Наконец-то! Ты вот что, Торвен. – Улыбка исчезла. Лик Христиана Ольденбурга был надменен и строг. – Нас обоих не слишком любят, лейтенант. Учти это – и приходи в гости. Понял?

Генеральское рукопожатие оказалось неожиданно крепким.

Вокруг зашумела толпа. Наиболее смелые прилипалы взялись писать круги в опасной близости. Царедворцы присматривались к изгою, имеющему столь чиновных покровителей. Кое-кто рискнул пожелать доброго дня. Зануда стоял столбом, даже не пытаясь осмыслить происходящее. Добрый принц Христиан, обнимающий фронтового товарища, столь же естественен, как и теория теплорода. Что все это значит?

Долго размышлять ему не дали. Отставного лейтенанта вызывал король.

В кабинете его встретили воем – долгим и тоскливым. Торвен вжал голову в плечи, решив, что довел-таки монарха своими прегрешениями и тот позабыл от гнева человеческую речь. Выть на ослушника – вполне по-королевски.

– Тихо, Полоний! Вот видите, Торвен! С вами даже реликтовые хищники не желают знаться. Ну, тихо, мой славный, успокойся…

Зануда чуть не присвистнул. А кто это у нас жмется к шторе? Старый приятель – «пёсик» из Эльсинора с оторванной лапой? Родной братец тамбовских «волков»?

– Иди, Полоний! Обидели собачку…

Его величество лично соизволил открыть дверь, выпуская изрядно перетрусившую гиену. Перед тем как исчезнуть, хромой Полоний повернул голову в сторону страшного гостя и по-собачьи взвизгнул.

– Вы невозможны, лейтенант, – резюмировал король, затворяя двери. – Тем не менее мы пригласили вас, дабы рассеять глупую сплетню. Наши слова о топоре и плахе отнюдь не следует понимать буквально. Более того, если мы и гневаемся на вас, то вовсе не за выбор вами подруги жизни. Но почему вы не поставили нас в известность? Почему не пригласили на свадьбу? Святой Кнуд и святая Агнесса! Нам казалось, что мы с вами – не чужие.

Речь Фредерика VI звучала сурово. Фамильный нос торчал багинетом, целясь в лоб ослушнику. Сильные пальцы хищно сжимали трость. Но, как ни крути, король – о Господи! – извинялся.

– Толки о моей женитьбе, ваше величество, преждевременны. Я немедленно пришлю в Амалиенборг нижайшее приглашение, едва решится вопрос о подданстве будущей фру Торвен. Без этого ни о каком венчании не может идти речи.

Его величество почесал нос и указал тростью на стул:

– Садитесь. Мы пригласили вас, отставной лейтенант Торвен, не ради ваших личных дел. Мы нуждаемся в совете юриста. Скажем больше, совет требуется по весьма щекотливому вопросу…

Зануда кивнул – щекотка была по его части.

– Нам нужно назначить некое лицо на важную должность. Однако сие лицо – скромного происхождения. Мы в затруднении.

Тоже мне, проблема! Торвен еле удержался, чтобы не развести руками. Как выразился принц Христиан? Подписали «слоника»?

– Наградите это лицо орденом Слона, государь. Уверен, за наградой стоит длинная очередь. Намекните тем, кто числится в списке первыми, что орден они получат лишь вместе с вашим кандидатом. Поверьте, они сами придумают ему заслуги и все прочее. Еще и умолять вас станут! А кавалеру высшей награды можно пожаловать, скажем, графский титул. Графа – в Тайный Совет, после чего назначайте хоть…

Он вовремя прикусил язык.

– Хоть наследником престола, – закончил король. – Вы циник, лейтенант! Увы, ход наших мыслей оказался сходен, что никак не говорит в нашу пользу. Зато совесть чиста. Сами предложили – сами и расхлебывайте, граф фон Торвен.

– Нет! – выдохнул Зануда. – Государь, нет! За что?!

Дрожащие пальцы с трудом нащупали край столешницы. Но предательница-трость, копия монаршей, с громким стуком покатилась по полу, не позволяя сбежать.

– И не пытайтесь падать на колени, – король безмятежно улыбнулся. – Указ о назначении вас членом Тайного Совета мы подписали еще вчера. Равно как и представление в Геральдическую палату. Надеюсь, вам известно, что в нашей Гренландской колонии есть поселение, которое называется Тырвен? Неизвестно? Ладно, это не имеет значения. Я велел заменить в названии одну букву и дал сему майорату статус графства. Он ваш, любезный. Вкупе с гербом: белый медведь на лазоревом поле. Вы морщитесь? Странно! Неужели вы не хотите, чтобы ваша дочь стала фрейлиной, а сын – гвардейским офицером?

Маргарет – во фрейлины?! Бьярне – в компанию к напыщенным идиотам?! Торвен понял, что еще миг – и он завоет не хуже тамбовской «монстры».

Его величество мстил истинно по-королевски.

– А вы думали, граф, что попали в сказку Андерсена?

Несмотря на весь свалившийся ужас, Торвен успел сообразить, в чем секрет дружелюбности принца Христиана. Не фронтового товарища, никчемного калеку заключил толстяк в объятия, а графа, коллегу по Тайному Совету…

Фаворита, rassa do!

– Вы еще не знаете самого неприятного, Торвен, – иным тоном добавил король. – Вы действительно очень нужны нам. Как член Тайного Совета, вы будете готовить созыв первого датского парламента. А вместе с этим… Да, вы угадали. Принятие Основного закона. Конституцию вам придется сочинять, ваша светлость. И не говорите, что сие вам ненавистно. Лучше это проделаем мы, чем наш наследник и шайка господ либералистов. Пусть Дания шагнет в Грядущее по воле нас, любящих Господа и чтящих Традицию!

Спорить не приходилось. Торвен потер щеку, что было признаком тяжелой умственной работы.

– Парламент эти господа должны у вас попросить, государь. А мы соберем пока Совещательные сеймы[86] по провинциям и обратимся к сословиям. Пусть народ выскажется – и по поводу конституции, и по поводу либералистов. Скоро вам придется ограждать эту публику от любви добрых датчан. Не растащили бы по косточкам!

Король кивнул:

– Мы рады, что вы уже приступили к работе. Однако поведайте нам, что нового у наших добрых друзей, братьев Эрстедов? Надеюсь, алюминиум – не финал, а только начало?

– Эрстедов? – растерялся Торвен. – Святой Кнуд и святая Агнесса! Это что же выходит, государь? Из-за вашей конституции мне придется оставить работу у гере академика?

– Из-за нашей конституции, – наставительно уточнил его величество. – Нет, любезный, и не рассчитывайте. Ответственности перед наукой с вас никто не снимает. Вы создадите новый комитет при нашем правительстве – по техническим исследованиям. Более того, именно вы его и возглавите.

Свежеиспеченный кавалер и граф глубоко вздохнул, в очередной раз констатировав, что у фортуны скверное чувство юмора. Не зря Торбен Йене Торвен считал себя занудой.

– Да, насчет конституции, – вспомнил король. – Хотим предупредить заранее. Вздумаете привлечь к сочинению гере Андерсена… Плаха скучает по вам, граф!
<br />2. Adagio<br /><br />Гавр<br />
– Успех, мсье Бейтс! Несомненный успех! О-о-о-о! Поверьте моему опыту, это начало славы! Ваш театр станет украшением не только Гавра, но и всей Франции!

Чарльз Бейтс бледно улыбнулся:

– Вы мне льстите, мсье Дюма. Это лишь репетиция…

Владелец театра «Эдмунд Кин» скромничал – или боялся сглазить. На генеральный прогон «Ричарда III» были приглашены не только господа из гаврской мэрии, но также десяток занесенных свежим ветром знаменитостей. Среди последних оказался и мсье Три Звезды. Помогла случайная встреча в Париже. Александр Дюма сразу же вспомнил, кто был лучшим другом Первого Денди, и с охотой принял приглашение.

В театре лихорадочно заканчивали отделочные работы. Красили, развешивали, лакировали. Премьера намечалась на следующей неделе. Чарльз Бейтс собирался блеснуть. Украшение Гавра и всей Франции? Отчего так мелко?

– Сама ваша идея – британский театр во Франции… О-о-о-о! В первый миг она показалась мне безумной. Английская сцена в Галлии, в стране Мольера и Расина? Не нонсенс ли? Но потом я прикинул… У нас живут тысячи англичан. Десятки тысяч приезжают ежегодно. Многие французы интересуются культурой Туманного острова. Так отчего бы и нет? У вас острый глаз!

– И нюх, – хмыкнул польщенный Бейтс.

Похвала Дюма – неплохо для начала. Вдохновленный увиденным, мэтр пообещал написать о новом театре статью. Это само по себе прекрасно. Но если он выполнит и второе обещание…

– Я не забуду, мсье Бейтс, – Дюма словно читал его мысли. – Следующая моя пьеса – ваша. Но уговор! – вы играете на английском. Французская премьера намечена в Париже. С переводчиком, если надо, помогу. Будете смеяться, меня уже на датский стали переводить. Мсье Жан-Кретьен Андерсен сотворил чудо из «Нельской башни». Кстати, он сейчас в Париже. Я напишу ему, чтобы приехал к вам на спектакль…

Дюма был щедр – по крайней мере на обещания. Чарльзу Бейтсу оставалось лишь благодарить. Кто знает? Может, пойдет дело? Ça ira – как говорят оптимисты-французы.

Леди Фортуна благожелательно кивала.

– Как поживает Браммель? Я, кажется, нашел издателя для его книги.

Улыбка погасла.

– Боюсь, мсье Дюма, он не способен даже порадоваться. Браммель находится в лечебнице. Апоплексический удар, второй за два года. Джордж никого не узнает. Сейчас он – гость страны призраков. Из-за этого мы и переехали в Гавр. Здесь хорошие врачи.

– «Чудак, не бросающий друзей в беде!» – кивнул Дюма. – Браммель не ошибся в вас, мсье Бейтс. Держитесь! Таким, как вы, помогает Бог.

Расставшись с говорливым мэтром, Бейтс направился по узким улочкам вечернего Гавра к морю, в портовую слободку. Театр арендовал здание в древнем квартале Святого Франциска, в сердце города, зато его владелец обходился более скромным жилищем. Потому и не решился пригласить Александра Дюма в гости. Бедность – худшая рекомендация. Эту мудрость Бейтс осознал еще в детстве, среди грязных лачуг Теддингтона.

В родной поселок он так и не решился заглянуть. Для семьи, как и для английского Закона, Чарльз Бейтс по-прежнему был грабителем и убийцей. Посещать мать-Британию пришлось в осточертевшей личине дядюшки Бенджамена. Что поделаешь, сэр-р-р? Д-дверь, судейские совсем озверели!
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   41

Похожие:

Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconГенри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов...
ГенриЛайонОлдиfa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7АндрейВалентинов34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Алюмен. Книга первая. Механизм...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconV 5 – Текст предоставлен издательством «Эксмо» – (MCat78)
Марина и Сергей Дяченко e00dfc87-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconГенри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов...
ГенриЛайонОлдиfa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7АндрейВалентинов34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Механизм пространства
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconFa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Внук Персея. Мой дедушка — Истребитель
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconАндрей Геннадьевич Лазарчук ef249c20-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7...
АндрейГеннадьевичЛазарчукef249c20-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7МихаилГлебовичУспенскийef2472dd-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Посмотри...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconКнига публикуется в новом переводе
НиколайКараев7db03ea8-cbd0-102a-94d5-07de47c81719МаксимНемцовf8974024-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7ВикторПетровичГолышевead68de2-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7АнастасияГрызунова01d1c942-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 icon6abda4c9-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
Кирилл Станиславович Бенедиктов 11abdb42-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Владимир Березин 53444da4-dcf4-102b-85f4-b5432f22203b Дмитрий...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconГерберт Джордж Уэллс e22cb159-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 icon1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
ТурХейердал1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Путешествие на «Кон-Тики» runo Л. Головин145c8389-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7А. Комаров9a982155-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconEe591f74-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
Джеймс Фенимор Купер ee591f74-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Следопыт, или На берегах Онтарио
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница