Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7


НазваниеГенри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
страница41/41
Дата публикации07.07.2013
Размер3.94 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Философия > Документы
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   41

Однако дальше дело застопорилось.

Древние монстры с горькой укоризной глядели на Огюста из музейных витрин. Однако в Париже ему хватало иных забот. В каждый свой приезд он обходил математический Олимп, пытаясь добиться публикации работ Эвариста Галуа. Господа академики обещали, сочувствовали, но дело замерзло намертво. Иные светила, из Германии и Англии, даже слышать не желали о статьях какого-то «мальчишки».

Шевалье недоумевал: это глупость – или нечто худшее?

– А что говорят там? – спросил Эрстед-старший. – Они-то уж точно должны знать: как и когда…

– Говорят, – отмахнулся Огюст. – И как, и когда. Просто я всякий раз забываю по возвращении, что именно. Я же вам объяснял: Механизм, системы защиты… Я даже не помню, скоро это произойдет или через пятнадцать лет.

– Жаль.

– А мне-то как жаль! Впрочем, это событие могло еще не стабилизироваться…

– То есть? – не понял Эрстед.

– Ну, потомки утверждают, что для обитателей хроносектора точные даты событий стабилизируются не сразу. Я, к примеру, уверен, что видел стариков Галуа у гроба сына, а мэр Бур-ля-Рена готов биться об заклад, что отец Эвариста умер за три года до того. Вот мсье Торвен поет про чижика-пыжика… А мне в Петербурге сказали, что эту песенку сочинили буквально на днях.

– Вы шутите, Огюст?

– Ничуть. В ней смеются над студентами Императорского училища правоведения, а оно всего месяц назад открылось на Фонтанке. Но, право слово, я не удивлюсь, если лет через сто всем будет доподлинно известно, что училище открыли не в 1834-м, а скажем, в 1835-м.

– Вы верите этому?

– Не знаю. Очень уж похоже на розыгрыш. – Шевалье нахмурился. – Хотя, с другой стороны, время – капризная материя. «С историей можно позволить любые вольности при условии, что сделаешь ей ребенка». Знаете, кто это сказал?

– Потомок? – предположил Эрстед.

– Дюма! Простите, мадмуазель Торвен, этот Дюма все свернет если не на кулинарию, так на сальности… Ну что, мне продолжать?

Общество Друзей народа перестало существовать, разгромлено полицией. Судьба сберегла Галуа-младшего от тюрьмы. Парень уехал вместе со своим другом Собреро в Италию, мать и прибежище всех искусств, чтобы не мозолить глаза властям и всерьез заняться живописью. Старший брат Огюста, Мишель Шевалье, напротив, был в фаворе. Выйдя из стен узилища, он стал советником Тьера, а затем направился за океан – изучать железнодорожные и водные пути сообщения Соединенных Штатов. Поговаривали, что под этим предлогом бывший сен-симонист выполняет секретные поручения французского правительства. Именно в Америке братья и встретились. Полон оптимизма, Мишель звал Огюста на государственную службу.

Отказ его огорчил.

Прошлое осталось далеко позади, лишь изредка напоминая о себе. В конце 1833 года, будучи по делам в Кенигсберге, Огюст потратил три лишних дня, чтобы посетить маленький городок в соседней Польше. Там его не знали и не ждали. С трудом он разыскал пожилого ксендза, с еще бóльшим – убедил того нарушить молчание. Наконец патер Ян поверил странному гостю, и они вместе навестили кладбище на окраине.

…Эту историю патер Ян вспоминать не любил. Ночь, громкий стук в дверь, растерянный голос сторожа. Старичок-инвалид молол чепуху: дескать, ключ от склепа ему пришлось выдать, потому что служба такая, но посмотреть надо, ибо здесь и до беды недалеко. Священник, когда понял, о чем речь, ахнул, схватил фонарь…

Они опоздали.

Дверь фамильного склепа была раскрыта настежь. Мертвое тело, еще не успев остыть, лежало на могильных плитах. В седых волосах блестели снежинки. Скрюченные пальцы вцепились в бронзовый ключ. Но незримые врата отверзлись сами, пропуская заблудившуюся душу.

Баронесса Вальдек-Эрмоли приложилась к предкам своим.

И вот – снова Россия. Ехать из Петербурга в Тамбов Шевалье не собирался. В одну реку дважды не входят! Но его уговаривали всей Академией. Еще бы! «Мсье! Вы же – живой свидетель Тамбовского Дива! Просим, умоляем…»

– Тамбовское Диво – не метеорит. Это утка. Газетная, – решительно заявила фрекен Торвен. – Мне так батюшка сказал. И добавил, что если человека как следует ударить по голове, то он увидит не только Жеводанского Зверя, но и победу мировой революции. Батюшка знает, у него опыт.

Шевалье не стал комментировать, ведя рассказ дальше.

Его спутником оказался давний приятель Торвена – некий Познанский, известный переводчик и автор популярнейшего очерка «Пережившие Диво». Очерк вышел отдельной книгой в издательстве Сытина. Автор, правда, ограничился рассказами очевидцев. Собственные воспоминания он, к всеобщему удивлению, опустил – не иначе, готовил новую книгу.

В Тамбове француза засыпали версиями. Метеорный град с Луны пробудил дремлющие свойства местной природы. Ядовитые миазмы привели к массовым галлюцинациям. Магнетическая флюидарность позволила видеть изнанку реальности…

«Аномалия!» – сказали ученые.

«Одурмания!» – с пониманием откликнулся народ.

Пока его спутники записывали показания свидетелей, имя которым было легион, и бродили по лесу в поисках осколков Лунного Камня, Шевалье тайком заехал в Ключи.

– Что такое «Ключи»? – заинтересовался Эрстед-младший.

– Nogler, – перевел с русского на датский Эрстед-старший. – Такая деревня. Мы жили у тамошнего помещика. Я когда-нибудь расскажу тебе поподробнее, Андерс…

С хозяином Шевалье не встретился – у Павла Ивановича Гагарина случился очередной приступ. Зато удалось перекинуться словечком с его братом. Константин Иванович был любезен, но о прошлом вспоминал без воодушевления. Суета, беготня, лишние толки.

Легко ли жить в Диве по самые уши?

Более всего Константина Ивановича расстроил внезапный отъезд князя Енгалычева. Что за моветон-с? Даже попрощаться не изволил, татарин! Шевалье кивал: да, вы совершенно правы. У него перед глазами стояла даже не могила, а так, ямка, в которой они с Эрстедом наскоро погребли останки китайца. Когда выстрел прервал обряд, на полу избы обнаружился не человек, а странная чепуха. Обгорелый скелетик, уродливый череп с кулачок. Тонкие косточки то ли рук, то ли лапок, изломанные спицы-ребра…

Как выразился переводчик Познанский по другому поводу: «не мышонок, не лягушка, а неведома зверушка».

Ямку-могилу Шевалье обошел десятой дорогой. Зато посетил иную – ухоженную, под мраморным надгробием. Будучи католиком, князь Волмонтович не имел права на место среди православных могил. Гостя, однако, уважили, отправив на вечный покой рядом с кладбищенской оградой – у самых ворот, под высокими старыми ивами. Белый мрамор, зеленая трава…

И свежие цветы.

Местные крестьяне отчего-то прониклись к покойному особой симпатией. Его гибель не связывали с Дивом или нашествием «монстров». В деревнях судачили, что добрый пан-поляк порешил себя из-за любви. Будто бы пришло письмо из далекой Польши прямо в Ключи, а в том письме сказывалось, что умерла его возлюбленная, прекрасная паненка Елена. Не выдержало сердце верного рыцаря Казимира, взорвалось гранатой. Вот и видят его лунными ночами на вороном коне рядом с белокурой всадницей – Еленой-невестой. Даже песню сложили о том, как приключилась в селе страшная беда – застрелился чужой человек, бесшабашная голова.

Пришлось хоронить без пенья и ладана.

– Фольклор, – отрезала фрекен Торвен. – Белоснежка и семь подземных троллей. Призрак Храброго Портняжки. Гере Эрстед! Не смешно ли в наши дни верить в такую ерунду?

Отец и сын, не зная точно, кому задан вопрос, переглянулись.

– Народные предания по-своему поучительны, – начал старший. – Обобщение векового опыта. Есть многое на свете, друг Горацио…

– Вы слишком категоричны, Маргарет, – вздохнул младший.

– И нет уж кожи на костях, нет каски, нет колета, лишь меч в руках скелета, – замогильным голосом продекламировала девушка. – Ришелье был прав, когда предлагал не выделять средства на гуманитарное образование. Из моего последнего пансиона меня выгнали из-за блюдца – самого обычного, мейсенского фарфора. С его помощью классная дама беседовала с духами, а мне вздумалось защитить основы материализма… Вы не станете возражать, гере Эрстед, если ваш сын покажет мне отдел флористики?

Спорить никто не решился. Стуча каблуками, молодые люди отправились в долгий путь по винтовой лестнице, ведущей к подножию башни.

– Блюдце, – задумчиво повторил Андерс Эрстед. – Бедная классная дама. А ведь у Торвена еще и сын растет! Кстати, о детях… Вы видели в Ключах того ребенка, Огюст?

Шевалье вздрогнул. Мальчик трех лет от роду сидит на полу; в ручках – деревянная лошадка, крохотная, с ладонь. На стене – киот с образами. Огромные глаза Пресвятой Девы, прижимающей к груди Младенца…

Рад бы забыть, да нельзя.

– С маленьким Николя все в порядке, – преувеличенно бодро откликнулся он. – Он совершенно здоров. В развитии не отстает от сверстников. Зимой бегает в одной рубашке. Пытались надеть на него зипун, шапку – орет как резаный. Что ж, отстали. Тем паче он ни разу не простудился. Говорят, аппетит плохой. Ест очень мало – хлеб, чай, соленая рыба…

– Внешность? Глаза? Сходство с отцом? С дедом?

Шевалье честно старался вспомнить детское лицо. Тогда, в Ключах, ему почудилось… Он подумал… Нет, память молчала. Зато вдали, у края мира зазвенели хрустальные колокольчики.

– Это кто опять спешитВ нашу компанию, к Маржолен?Это кто спешит сюда —Гей, гей, от самой реки?

– Нет, сходства я не заметил. Ребенок как ребенок. Вам не кажется, что мы сами заводим себя в тупик? Все-таки должна быть грань между наукой и шаманством. Металл, двигатель, электричество… В конце концов, вымерший мегалозаур! – все это есть, оно познаваемо…

– А ваш Прекрасный Новый мир с ромбами и бассейнами – всего лишь сон, – смеясь, подхватил Эрстед. – Сюжет для баллады. У будущей графини фон Торвен наблюдалось психическое расстройство, излеченное методом шока. Бедняга Волмонтович страдал малокровием. Солнце же, как показывают многократные визуальные наблюдения, вращается вокруг Земли. Знаете, Огюст, в таком случае я предпочту остаться романтиком. Мир сложнее, чем это кажется нам. Жизнь не описать математическим методом, не разложить по пробиркам. Служить прогрессу – не значит замкнуться в границах сиюминутного Познания. Иначе мы возведем не Храм Науки, а очередное капище с фанатиками-жрецами и идолами, вымазанными кровью. Допустим, мы ошиблись. Допустим, вы – нелепый сновидец, а Воскрешение Отцов – мечта, сказка. Но разве такая мечта не вселяет надежду? Встретиться через века! Подняться над Временем, встать над Смертью? Я согласен работать на такую мечту, как Сизиф. Можно сказать, что камень раз за разом скатывается обратно. Но можно сказать, что мы раз за разом поднимаемся на вершину. Что вам больше нравится, Огюст?

Он сорвал галстук, расстегнул ворот рубашки, шагнул к краю башни.

– Смотрите! – рука его указывала вниз, на серебристую сферу. – Еще двадцать лет назад в это никто бы не поверил. Алюминиум не был даже сказкой. Теперь же мы видим своими глазами…

– И с полным основанием можем поинтересоваться: а зачем это нужно?

Академик Ханс Христиан Эрстед выбрался наверх, страдая одышкой.

– Красиво и прочно – это первый ответ. Но за первым неизбежно следует второй. Сейчас эта идея совершенно безумна, поэтому я и позволил себе рискнуть. Желаете знать, что это будет?

Усмехнувшись, академик глянул вверх, в зенит, в небесную синеву – и подмигнул замершему в ожидании Великому ветру.

Отец всех ветров терялся в догадках.
Январь 2008 – январь 2009
1   ...   33   34   35   36   37   38   39   40   41

Похожие:

Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconГенри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов...
ГенриЛайонОлдиfa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7АндрейВалентинов34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Алюмен. Книга первая. Механизм...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconV 5 – Текст предоставлен издательством «Эксмо» – (MCat78)
Марина и Сергей Дяченко e00dfc87-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconГенри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов...
ГенриЛайонОлдиfa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7АндрейВалентинов34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Механизм пространства
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconFa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Внук Персея. Мой дедушка — Истребитель
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconАндрей Геннадьевич Лазарчук ef249c20-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7...
АндрейГеннадьевичЛазарчукef249c20-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7МихаилГлебовичУспенскийef2472dd-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Посмотри...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconКнига публикуется в новом переводе
НиколайКараев7db03ea8-cbd0-102a-94d5-07de47c81719МаксимНемцовf8974024-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7ВикторПетровичГолышевead68de2-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7АнастасияГрызунова01d1c942-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 icon6abda4c9-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
Кирилл Станиславович Бенедиктов 11abdb42-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Владимир Березин 53444da4-dcf4-102b-85f4-b5432f22203b Дмитрий...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconГерберт Джордж Уэллс e22cb159-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 icon1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
ТурХейердал1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Путешествие на «Кон-Тики» runo Л. Головин145c8389-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7А. Комаров9a982155-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7...
Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов 34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconEe591f74-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
Джеймс Фенимор Купер ee591f74-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Следопыт, или На берегах Онтарио
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница